Жанр: Любовные романы
По образу и подобию
...т подготовительную работу на компьютере.
— Это похоже на правду. Очень уж он быстро вышел на Пибоди. Она ведь не
вписывается в его стандарты, она была для него дополнительной нагрузкой. Он
просто не успел за ней как следует проследить.
— Он знал о ней слишком мало, — кивнул Рорк. — Например, не
знал, что в квартире ее ждет еще один коп. Он не изучил квартал, не учел,
что кто-то из соседей может его заметить и броситься ей на помощь.
— Да, — согласилась Ева, — на этот раз он не проделал всю
необходимую работу. Он был слишком зол. Он слишком спешил. — Она
повернулась спиной к дому Пибоди и принялась изучать улицу. — Она
обычно ездит на метро, и, в принципе, он мог ее выследить, как остальных. Но
я не думаю, что так оно и было. Она бы его
срисовала
. Пибоди не могла не
заметить слежки. У нее верный глаз и хорошее чутье.
— Добыть адрес по компьютеру — значит, сэкономить время, не рискуя быть
замеченным.
— Причем учти: все эти дни она перерабатывала, а любые сверхурочные
регистрируются. Если он сумел достать ее адрес, значит, сумел достать и
расписание. Когда я поставила ее в пару с Фини, а сама вызвала тебя, я
своими руками ввела это все в систему.
Рорк взял ее за подбородок и заставил повернуться к нему лицом.
— Ева...
— Да я не виню себя! — Во всяком случае, она очень
старалась. — Я виню его. А сейчас я просто пытаюсь восстановить ход
событий, вот и все. Значит, так: он выясняет ее домашний адрес, узнает, что
вернется она поздно. Если он все это знает, значит, знает и о том, что
автомобиль на ее имя не зарегистрирован, — стало быть, скорее всего,
она придет пешком. Поэтому он приезжает сюда, паркуется и ждет. Терпеливый
ублюдок! Он просто ждет ее возвращения домой.
— И все-таки это рискованно. Улица хорошо освещена, Пибоди почти у
дома. К тому же она коп — вооруженный, обученный, тренированный. Это было
неумно. — Рорк покачал головой. — До сих пор он действовал более
осмотрительно.
— Это потому, что он был безумно зол на нее; вернее, на меня. Кроме
того, в глубине души он просто не верил, что она может доставить ему
серьезные неприятности. Ведь она всего лишь женщина, а он большой, сильный
мужчина. Для него это плевое дело: избить ее, швырнуть в фургон — и поминай
как звали. — Ева присела на корточки и приложила ладонь к пятну крови
на тротуаре. — Интересно, куда он собирался ее везти? Туда же, куда и
других? Тех, что считаются пропавшими без вести?
— Наша Пибоди наверняка хорошо его рассмотрела. Она сможет описать его даже лучше, чем Селина.
Ева вскинула голову.
— Если вспомнит. Все-таки у нее черепно-мозговая травма. Она может и не
вспомнить. Но, если вспомнит, сможет дать описание. Она наблюдательна и
умеет подмечать детали. — Ева распрямилась. — Давай выясним, что
видели свидетели. Сначала побеседуем с женщиной.
— Эсси Форт. Не замужем, двадцать семь лет. Юрисконсульт в
Дрисколл,
Мэннинг и Форт
. Юридическая фирма. Специалисты по налогам.
Ева заставила себя улыбнуться.
— А тебя удобно иметь под рукой!
— Стараемся. Делаем, что можем.
Они подошли к двери, и Рорк нажал на кнопку домофона против фамилии Форт —
ЗВ. В ожидании ответа Ева прикинула расстояние от подъезда до места
нападения.
В домофоне раздался мужской голос:
— Да?
— Лейтенант Даллас, Нью-Йоркский полицейский департамент. Мы хотели бы поговорить с мисс Форт.
— Предъявите ваш... Ах да, вот он! — поспешно воскликнул голос,
когда Ева поднесла жетон к камере слежения. — Поднимайтесь.
Когда они вышли из лифта, мужчина уже ждал их в дверях квартиры.
— Эсси дома. Я Майк. Майк Джейкобс.
— Вы тоже были свидетелем происшествия, мистер Джейкобс?
— Да уж. Мы с Эсси и Джибом как раз выходили из дома, собирались
заехать за девушкой Джиба. И мы... Ой, извините. Заходите,
пожалуйста. — Он распахнул дверь пошире. — Я вчера остался
ночевать: не хотел оставлять Эсси одну. Она была сама не своя. Она
одевается. — Он бросил взгляд на закрытую дверь. — Та женщина была
копом, да? Она... выжила?
— Она держится.
— Рад это слышать. Черт, этот тип
топталее! — Майк отбросил со лба копну курчавых светлых волос. —
Слушайте, я как раз собирался сварить кофе. Хотите?
— Спасибо, нет. Мистер Джейкобс, мне хотелось бы получить ваши
официальные заявления — ваше и мисс Форт — и задать несколько вопросов.
— Без проблем. Мы уже говорили вчера с кем-то из полиции, но в голове
была такая каша... Слушайте, позвольте хоть мне выпить кофе, хорошо? Мы
почти не спали, мне надо взбодриться. Вы пока присядьте, а я попробую
поторопить Эсси.
Еве не хотелось сидеть, но она все-таки присела на краешек кресла,
обтянутого ярко-красной тканью, и оглядела комнату. Все здесь было выдержано
в кричаще ярких тонах. На стенах висели абстрактные картины — причудливые
геометрические фигуры. На столе со вчерашнего вечера осталась бутылка вина и
пара бокалов.
Майк Джейкобс был в джинсах и в рубашке, которую он не позаботился
застегнуть. Наверное, именно в этой одежде он был вчера. Видимо, не
собирался оставаться на ночь — все-таки не всякое новое знакомство
непременно заканчивается сексом после совместного ужина в ресторане.
Но после того, что случилось, он остался, чтобы не бросать ее одну. А вчера,
по словам Макнаба, он бросился на помощь Пибоди. Судя по всему, он не думал,
что полицейские — свиньи...
Открылась дверь спальни. Вошедшая женщина казалась тоненькой и хрупкой. Иссиня-
черные волосы были коротко подстрижены, синие глаза, яркие, под стать
картинам на стенах, выглядели измученными.
— Простите, ради бога. Майк сказал, что пришли полицейские. Я
одевалась...
— Все в порядке. Я лейтенант Даллас.
— Вы ее знаете? Женщину, которая пострадала. Я знаю, она офицер
полиции. Я часто ее встречала. Она долго ходила в форме, но в последнее
время я вижу ее только в штатском.
— Она теперь детектив. Она моя напарница.
— О! — Синие глаза наполнились сочувствием и тревогой. — Мне
очень жаль. Очень жаль. Она поправится?
— Я... — Горло Евы опять сжалось. Ей почему-то было тяжело и неловко
выслушивать выражения сочувствия от незнакомых людей. — Я не знаю.
Расскажите мне в подробностях, что именно вы видели.
— Я... мы... мы собирались поужинать в ресторане. — Эсси
повернулась к Майку, который вошел в комнату с двумя толстостенными красными
кружками в руках. — Спасибо, Майк. Может быть, ты расскажешь?
— Почему бы и нет? Давай сядем. — Он подвел ее к креслу, а сам
присел на подлокотник. — Да, мы собирались поужинать в ресторане. Мы
услыхали шум, когда выходили на улицу. Крики и шум борьбы. Он был огромен.
Настоящий великан. Он бил ее и кричал. Повалил на землю и пинал ногами.
Кажется, в какой-то момент она оттолкнула его обеими ногами, и ему пришлось
попятиться немного. Честно говоря, все произошло так быстро... Мне кажется,
на пару секунд мы просто оцепенели.
— Это было просто... — Эсси покачала головой. — Мы все шутили,
смеялись — и вдруг услышали и увидели весь этот ужас. Это произошло в один
миг.
— А потом он схватил ее и оторвал от земли. Просто вздернул, как куклу.
— И я закричала.
— Это заставило нас очнуться, — подтвердил Майк. — Мы как
будто сказали себе:
Очнись, не стой столбом, черт побери!
Кажется, мы все
заорали, и мы с Джибом бросились через улицу ей на помощь. Он оглянулся,
и... он просто бросил ее. Швырнул, как куль тряпья, понимаете?
— Она так страшно ударилась! — содрогнулась Эсси. — Я
слышала, как она ударилась о тротуар.
— Но еще до этого мы увидели вспышку. Мне кажется, она выстрелила в
него, пока падала. — Майк взглянул на Эсси, и она кивнула в
ответ. — Может быть, она его задела, не знаю. Она сильно ударилась и
вроде бы откатилась, словно хотела попытаться еще раз выстрелить, или
встать, или...
— Она не смогла, — прошептала Ева.
— Он прыгнул в фургон. Двигался он как молния, но Джиб говорит, ему
показалось, что парень держался за плечо. Как будто он был ранен. Ну,
словом, он дал по газам и был таков. Джиб погнался за фургоном, но пробежал
всего несколько ярдов. А что бы он мог сделать, даже, если бы догнал фургон?
Не представляю. А она страшно пострадала, и мы решили, что это важнее. Мы
боялись сами ее двигать, и я вызвал
Скорую
, и тут этот парень — другой
парень, коп, — выбежал из подъезда.
Значит, она выстрелила в него, — подумала Ева. — На лету, падая
на землю, она все-таки выстрелила. И до конца не выпустила оружие
.
— Опишите фургон, — попросила она.
— Черный или темно-синий. Я почти уверен, что черный. Он был новый или,
во всяком случае, в очень хорошем состоянии. Лейтенант... Извините.
— Даллас.
— Все произошло так быстро... Мы все кричали и бегали, неразбериха была
страшная. Я пытался разглядеть номера, но было темно, я ничего не разобрал.
Заметил только, что в фургоне были боковые окна и задняя грузовая дверь.
Окна были затемнены — может, стекла тонированные, а может, со шторками
внутри, — но окна точно были.
— Поверьте, мистер Джейкобс, для меня все эти детали крайне ценны, хотя
вам они могут казаться сумбурными. Расскажите мне о нападавшем. Вы видели
его лицо?
— Да, мы его видели. Он услыхал наши крики и повернулся к нам. Мне
кажется, мы неплохо его разглядели. Вчера вечером мы с Эсси долго
вспоминали, старались ничего не упустить. Погодите минутку.
— Он выглядел, как чудище из страшного сна, — пояснила Эсси, когда
Майк ушел в спальню. — Я всю ночь не могла заснуть, мне все мерещилось
его лицо и этот жуткий звук, когда он бросил ее на землю.
Майк вернулся с листом бумаги в руке и протянул его Еве. Сердце у нее тяжко
забилось, когда она взглянула на рисунок.
— Думаю, это лучшее, что у нас есть. Это ваша работа?
— Вот именно. — Он улыбнулся. — Я учитель рисования. Мы
видели его лицо всего секунду или две, но, мне кажется, это довольно близко
к правде.
— Мистер Джейкобс, я хочу попросить вас поехать со мной в управление и
поработать со специалистом по портретам.
— Конечно. У меня в девять урок, но я его отменю. Хотите прямо сейчас?
— Нам бы очень помогло, если бы вы — вы оба и мистер Джибсон —
подъехали в управление. Этот набросок можно использовать для создания
фоторобота, а вы можете помочь полицейскому художнику добиться максимального
сходства.
— Сейчас позвоню Джибу, скажу, чтоб ехал прямо туда. Куда нам
обратиться?
— Вас я отвезу. А другу своему передайте, пусть поднимется на Третий
уровень, в сектор Б. Процедура идентификации. Я распоряжусь, чтобы его
пропустили и проводили.
— Дайте мне десять минут. Ева поднялась.
— Мистер Джейкобс, мисс Форт, хочу вам сказать, что департамент и я
лично ценим то, что вы сделали вчера вечером, и то, что делаете сейчас.
Майк пожал плечами:
— Любой сделал бы то же самое.
— Нет, не любой.
Удача повернулась ко мне лицом
, — решила Ева. Ей удалось заполучить
Янси, лучшего специалиста по фотороботам. Другие тоже хорошо рисовали и
отлично освоили компьютерные программы создания портретов, но Янси владел
искусством общения со свидетелями, помогал им восстановить детали,
подробности, успешно и безболезненно проводил их через все этапы
вспоминания.
— Какие новости у Пибоди? — спросил он Еву.
Пока она проходила по управлению, ей бессчетное число раз приходилось
слышать этот вопрос и давать один и тот же ответ:
— Без перемен.
Янси взглянул на принесенный ею рисунок.
— Мы возьмем засранца!
Ева подняла брови — Янси был известен не только своим умением создавать
фотороботы, но и удивительной кротостью манер.
— Не сомневайся. А пока срисуй мне вот эту рожу.
— Сейчас нарисуем. — Он подошел к компьютеру с имидж-программой и
вложил рисунок в прорезь сканера.
— У него на лице изолирующий состав в три пальца толщиной, ты должен
это учесть. Знаю, я не должна спрашивать, сколько времени это займет, но у
меня нет другого выхода.
— А у меня нет ответа. — Янси вернул ей сканированный
рисунок. — Насколько они готовы сотрудничать? — Он кивнул в
сторону
предбанника
, где уже ждали свидетели.
— В невероятной степени. Они вызвали у меня желание снять колпак циника
и нацепить значок оптимиста.
— Ну, тогда дело пойдет быстрее. — Янси еще раз пристально
взглянул на рисунок. — Хороший художник. Это нам очень поможет. Я
отложу всю остальную работу, пока не нарисую вам этот портрет, лейтенант.
— Спасибо.
Ей хотелось остаться, самой проследить за процессом, ускорить его каким-то
образом. Ей хотелось быть в больнице с Пибоди и каким-то образом заставить
ее очнуться. Ей хотелось разом дернуть за все нити.
— Ты не можешь разорваться на части, Ева, — заметил Рорк по дороге
в ее отдел.
Она на него бросила быстрый взгляд.
— Ты что, мысли мои читаешь? У меня такое чувство, будто я бегу на
месте. Цель близка, а я тут застряла и кручусь, как белка в колесе. Может,
позвонишь в больницу, очаруешь там кого-нибудь и вытянешь из них информацию?
Я умею только злить их.
— Людям свойственно сердиться, когда кто-то угрожает вытянуть у них
мозги через ноздри.
— А я-то думала — им понравится мой творческий подход! Ты прав, я
слишком взвинчена. — Она тряхнула головой. — Проклятая химия!
Ладно, ты бери на себя больницу и проверь, как дела у Соммерсета. Поговори с
Фини, может, у них что-то есть. А я доделаю остальное. Найти тебе рабочее
место?
— Я справлюсь.
— Даллас! — Селина вскочила со скамейки у входа в отдел. — Я
вас ждала. Они сказали, что вы на подходе. Вы не отвечали на звонки, и я...
— Я была занята. Как раз собиралась проверить входящие.
— Как Пибоди? — Селина мертвой хваткой вцепилась в ее руку.
— Она держится. Мне действительно некогда, Селина. Могу уделить вам
несколько минут в моем кабинете. Ты готов? — спросила Ева Рорка.
— Да, готов. Давай встретимся прямо здесь.
— Извините. — Селина провела обеими руками, как гребнем, по своим
роскошным волосам. — Я так расстроена.
— Мы все расстроены, — сказал ей Рорк. — Это была долгая и
тяжелая ночь.
— Знаю. Я видела.
— Давайте поговорим здесь. — Ева провела Селину в свой кабинет и
закрыла дверь. — Присядьте. — Она знала, что кофе — не лучший
вариант для нее в данный момент, но ей хотелось кофе, и она включила
кофеварку. — Что вы видели?
— Нападение. Нападение на Пибоди. Я принимала ванну. Горячую ванну,
чтобы расслабиться перед сном. Я видела, как она идет, видела тротуар, стены
домов. Он... он просто прыгнул на нее. Все было так быстро, у меня все
поплыло перед глазами. А потом я очнулась в ванне... чуть не утонула. Я
пыталась с вами связаться.
— Меня к тому времени уже известили, я поехала прямо в больницу. Я не
успела проверить автоответчик.
— Он сбил ее с ног. Он бил ее, она сопротивлялась. Он страшно ее избил.
Это было просто ужасно! На минуту мне показалось, что она мертва, но...
— Она жива. Она держится.
Селина судорожно стиснула кружку обеими руками.
— Она совершенно не похожа на остальных. Я просто не понимаю...
— Я потом вам все объясню. А пока просто расскажите мне своими словами,
что вы видели. Мне нужны детали.
— Они размыты. Это такая досада! — Селина со стуком поставила
кружку. — Я говорила с доктором Мирой, но она настаивает на прежнем
времени проведения сеанса. Я хотела провести его сейчас же, немедленно. Я
знаю,
точно знаю, что на этот раз мне удастся
разглядеть больше, чем раньше! А пока могу вам сообщить очень немногое. Я
слышала крики, визг, он швырнул Пибоди на землю и вскочил в фургон. Я твердо
уверена, что это был фургон. Темный. Но, с другой стороны, все казалось
темным... Да, и еще: он был ранен. Ему было очень больно.
— Пибоди сумела его подранить.
— Вот как? Что ж, это хорошо. Это очень хорошо. Он испугался. Я
чувствую... Это трудно объяснить, но я это чувствую. Его страх. Он боится не
только быть пойманным, он боится чего-то еще. Что ему не дадут закончить?..
Я хочу это узнать, хочу помочь! Может, вы убедите доктора Миру?
— Если она не уступила вам, не уступит и мне. — Усевшись за стол,
Ева побарабанила пальцами по колену. — Если я достану личную вещь одной
из предыдущих жертв, вы сможете что-то по ней узнать?
— Очень может быть. — Глаза Селины засветились возбуждением, она
наклонилась вперед. — Это моя работа, моя специальность. Если я смогу
подключиться, то наверняка что-нибудь увижу.
— Я над этим поработаю. Не знаю, успею ли я сегодня на ваш сеанс. У нас
появилась наводка, и я должна ее проработать. Вчера вечером свидетели
довольно неплохо его разглядели.
— Слава богу! Если вы сможете его опознать, все будет кончено. Слава
богу!
— Я постараюсь достать вам что-нибудь как можно скорее.
— В любое время суток. Я серьезно. Я приду в любое время. Мне до смерти
жаль Пибоди, Даллас. Клянусь вам, мне до смерти ее жаль!
Где-то посреди этой бесконечной ночи Макнаб не выдержал и задремал у постели
Пибоди. Он опустил боковую сетку, чтобы легче было до нее дотянуться, а
когда его сморил сон, положил голову на матрац рядом с ее грудью, а руку
просунул под одеяло и сплел пальцы с ее пальцами.
Он не знал, что его разбудило: зуммеры мониторов, шарканье ног за дверями
палаты или свет, проникавший через окно снаружи. Как бы то ни было, он
поднял голову, поморщился от боли в затекшей шее и вгляделся в лицо Пибоди.
У врачей так руки и не дошли до обработки следов побоев, и ему больно было
смотреть на ее изуродованное лицо. Ему больно было видеть ее такой
неподвижной.
— Уже утро. — Он откашлялся, прогоняя остатки сна. — Утро,
детка. Солнце взошло, но, похоже, будет дождик. Тут многие к тебе
заглядывали, все интересуются, как у тебя дела. Если ты не проснешься,
рискуешь пропустить краткий миг славы. Я хотел принести тебе цветов, но
побоялся надолго оставить тебя одну. Вот проснешься, и я об этом позабочусь.
Хочешь цветочков? Ну, давай, Пибоди, от сна восстань и воссияй!
Он вытянул ее руку из-под одеяла и прижал к щеке. На руке виднелись
воспаленные царапины и ссадины: она проехалась по асфальту.
— Ну, давай, просыпайся! У нас куча дел. Мы переезжаем, ты не забыла?
Не выпуская руки Пибоди, Макнаб повернул голову и увидел входящую в дверь
Мэвис. Не говоря ни слова, она подошла к нему и погладила по затылку.
— Как ты прорвалась через церберов?
— Сказала, что она моя сестра. Макнаб восхищенно покачал головой:
— Молодец. Впрочем, это почти правда. А она, видишь, все еще без
сознания...
— Но она знает, что ты здесь. — Мэвис наклонилась и поцеловала его
в щеку. — Леонардо покупает цветы. Она обрадуется цветам, когда
проснется.
— Мы как раз об этом говорили. — Самообладание вдруг изменило ему.
Он повернул голову и прижался лицом к животу Мэвис, стараясь овладеть собой.
Он дрожал всем телом, а она тихонько поглаживала его по волосам, пока ему
наконец не удалось перевести дух.
— Я посижу с ней, если хочешь пройтись, подышать воздухом.
— Я не могу уйти.
— Как хочешь.
Макнаб подвинулся, чтобы ей тоже было видно, как мерно поднимается и
опускается грудь Пибоди.
— Луиза несколько раз к ней заглядывала. Они с Чарльзом провели здесь
всю ночь.
— Я видела его в комнате ожидания. А где Даллас?
— Охотится за этим подонком. Охотится на зверя, который сотворил с ней
все это.
— Ну, значит, она его найдет. — Мэвис похлопала его по плечу и
потянулась за стулом для себя.
— Ой, извини... Давай я тебе помогу. Тебе же нельзя поднимать тяжести.
Складной стул вряд ли можно было назвать тяжестью, но Мэвис позволила
Макнабу его расставить — ему надо было чем-то занять себя.
— Макнаб, мы с Леонардо мало чем можем помочь, но мы могли бы перевезти
ваши вещи, помочь вам обустроиться на новом месте.
— Вещей много. Я не хочу...
— Пойми ты, нам тоже хочется хоть что-нибудь сделать! Тебе надо быть
здесь, рядом с ней. А когда ей станет лучше, ты просто внесешь ее на руках в
новую квартиру. Здорово, правда?
— Я... Да, это было бы здорово.
— Мы же теперь будем соседями.
— Только ты смотри, ничего тяжелого не поднимай. Тебе нельзя... с этой
булочкой в печке.
— Не беспокойся. — Мэвис погладила себя по животу. — Я не
буду поднимать тяжести.
— Мне кажется, я вот-вот распадусь на куски. Но вот проходит секунда,
за ней другая, а я... — Внезапно Макнаб подскочил на месте, словно его
ударило током. — По-моему, она шевельнулась! Ты видела?
— Нет, но я...
— Она шевельнулась! Шевельнула пальцами! — Макнаб разжал руку, в
которой лежала рука Пибоди. — Я почувствовал, как они шевельнулись. Ну,
давай, Пибоди, просыпайся!
— Вот теперь я тоже заметила. — Стиснув его плечо, Мэвис
наклонилась вперед. — Смотри, она пытается открыть глаза! Мне позвать
кого-нибудь?
— Погоди. Погоди... — Макнаб вскочил на ноги и склонился над
койкой. — Открой глаза, Пибоди! Ты же меня слышишь. Нет-нет, не спи.
Ну, давай, а то все самое интересное пропустишь!
Пибоди издала какой-то звук — не то вздох, не то стон, — и этот звук
показался ему райской музыкой. Ее веки затрепетали, отекшие, окруженные
страшными кровоподтеками глаза открылись.
— Ну, вот и ты! — Макнаба душили слезы, но он сумел их проглотить
и улыбнулся ей.
— Что случилось?..
— Ты в больнице. Все в порядке.
— Больница... Не помню.
— Это не важно. У тебя что-нибудь болит?
— У меня... все болит. Господи, что со мной случилось?
— Ничего страшного. Мэвис, теперь можешь кого-нибудь позвать.
Когда она выскочила из палаты, Макнаб прижал руку Пибоди к губам.
— Все будет хорошо. Ты поправишься, я обещаю. Ди, девочка моя...
— Я помню, как возвращалась домой.
— Скоро ты туда вернешься.
— А можно сначала лекарства?
Он засмеялся, не замечая, что по его щекам катятся слезы.
Ева спохватилась, что стоит, наклонившись над плечом Янси, и отодвинулась.
— Все нормально. Я привык. Прежде всего, позволь тебе сказать: если бы
каждый приводил мне таких свидетелей, моя работа была бы просто курортом.
Хотя, может быть, я и заскучал бы. — Потом он перевел взгляд на
Рорка. — Между прочим, это одна из ваших программ.
— Я так и понял. Это одна из лучших имидж-программ на рынке, но мы уже
работаем над ее усовершенствованием. А с другой стороны, любая программа
эффективна лишь настолько, насколько опытен и умел оператор.
— Спасибо на добром слове.
— Слушайте, парни, вы не могли бы отложить обмен комплиментами на
потом?
— Ладно, смотри сюда. Вот рисунок твоего свидетеля, а вот окончательный
результат, откорректированный после консультации со всеми тремя. Видите? Нам
удалось добиться большей деталировки, внести некоторые изменения, которые
могут стать решающими при идентификации.
...Закладка в соц.сетях
