Жанр: Любовные романы
Остров ведьм
...думала Майя.
Ни один мужчина не поднимал руку на нее самое, но существовали и другие
способы оставлять на душе синяки и шрамы.
— Жизнь не похожа на волшебную сказку, за дар требуется платить.
По спине Нелл побежали мурашки. Легче отвернуться и убежать. Во всяком
случае спокойнее.
С яхты взлетела сигнальная ракета. Веселый шуршащий звук, хлопок — и в
воздухе заблестели золотые искорки. С пляжа донесся довольный гул. Какой-то
ребенок завизжал от восторга.
— Ты сказала, что будешь учить меня.
Майя шумно выдохнула. Она и не замечала, что затаила дыхание.
— Буду.
Они одновременно повернулись, следя за полетом очередной ракеты.
— Ты останешься на фейерверк? — спросила Нелл.
— Нет. Я увижу его со своего утеса. Я не люблю быть пятым колесом в
телеге.
— Пятым колесом? — Нет, иногда Нелл положительно не понимала Майю.
— Приветствую вас, дамы. — К ним подошел Зак. Он пришпилил к
рубашке значок, что делал лишь в особых случаях. — Я вынужден попросить
вас пройти дальше. Две красивые женщины, стоящие на берегу, представляют
собой угрозу для общества.
— Ну разве он не лапочка? — Майя обхватила ладонями его щеки и
смачно поцеловала. — Когда я училась в третьем классе, то собиралась
выйти за него замуж и жить во дворце из песка.
— Могла хотя бы намекнуть.
— Тогда ты сох по Эстер Бармингем.
— Нет. Я сох по ее ярко-красному
Швинну
. Когда мне исполнилось
двенадцать, я получил от Санта-Клауса на Рождество такой же, и Эстер
перестала для меня существовать.
— Все мужчины — ублюдки.
— Может быть, но тот мой велосипед все еще жив. А у Эстер есть девочки-
двойняшки и микроавтобус. Так что все счастливы и довольны.
— Эстер все еще смотрит тебе вслед, когда ты проходишь мимо, —
сказала ему Майя, довольная тем, что у Зака отвисла челюсть. — А теперь
позвольте откланяться. Не хочу мешать вам наслаждаться фейерверком.
— Эта женщина всегда ухитряется оставить последнее слово за
собой, — пробормотал Зак. — И исчезнуть раньше, чем мужчина успеет
развязать язык... Кстати, о развязавшемся языке. Вы замечательно выглядите.
— Спасибо. — Нелл раскинула руки. — Я хочу похвастаться.
— И есть чем. Разрешите помочь. — Зак взял у нее пакет.
— Мне нужно отнести его домой.
— Могу немного проводить. Я надеялся увидеть вас. Слышал, что вы были
очень заняты, доставляли картофельный салат всем жителям острова.
— Похоже, я приготовила чуть ли не центнер этого салата и истребила
трехмесячное поголовье цыплят.
— Неужели у вас ничего не осталось? На щеках Нелл появились ямочки.
— Осталось немножко.
— А я так и не успел толком поесть. Наблюдал за уличным движением,
патрулировал берег. Пришлось провести небольшую разъяснительную беседу с
двумя ребятишками, которым нравилось совать петарды в урны и смотреть, как
они взрываются. Я конфисковал столько петард, римских свеч и ракет,
сделанных из бутылок, что мог бы поднять восстание. А за это время успел
проглотить лишь два хот-дога.
— Это несправедливо.
— Конечно. Я видел две коробки с ленчами вашего приготовления. Похоже, там был яблочный пирог.
— У вас хорошее зрение. Может быть, я сумею отыскать пару куриных
ножек, наскрести полкило картофельного салата, добыть кусок яблочного пирога
и пожертвовать все это страждущему слуге народа.
— Могу представить себе, каким будет подоходный налог... Мне придется
присматривать за порядком во время фейерверка. — Зак остановился в
конце улицы. — Обычно он начинается около девяти. — Он поставил
пакет и провел ладонями по обнаженным рукам Нелл. — В девять тридцать —
девять сорок пять толпа начинает редеть. Мы с Рипли тянули жребий, и
последний обход достался мне. Придется проехаться по острову и убедиться,
что никто не сжег свой дом. Не могли бы вы составить мне компанию?
— Могла бы.
Пальцы Зака поглаживали ее спину.
— Нелл, сделайте одолжение, положите руки мне на плечи. Когда я поцелую
вас на этот раз, мне очень хотелось бы, чтобы вы обнимали меня.
— Зак... — Нелл судорожно вздохнула. — Мне тоже хотелось бы, чтобы
вы обнимали меня.
Тодд обхватил ее талию. Она обвила руками его шею. Какое-то мгновение они
стояли, глядя друг на друга, и Нелл трепетала от ожидания.
Их губы соединились, разъединились и соединились снова. Переведя дыхание,
Нелл застонала. Новый поцелуй длился долго.
Она душила в себе желание. Даже тогда, когда Зак разбудил дремавшее в ней
влечение, она не позволяла себе желать. Вплоть до этого мгновения.
Ей хотелось прижаться к сильному и твердому мужскому телу. Хотелось узнать
его вкус и тепло.
Нежные столкновения языков, мелкие укусы, дрожь от ощущения того, как бьется
сердце, прижавшееся к твоему собственному... Она слабо ахнула от
удовольствия, когда Зак наклонил голову.
И снова впилась в его губы.
Желание Зака усиливалось с каждым ударом сердца. Негромкие стоны Нелл
разжигали жар в крови. Ее кожа напоминала горячий шелк, и прикосновения к
ней вызывали эротические мечты, которые можно было воплотить в жизнь только
в темноте.
Вспыхнула еще одна сигнальная ракета, и с пляжа донесся крик одобрения.
За две минуты они могли бы добраться до ее дома. А через три минуты она
лежала бы под ним обнаженная.
— Нелл... — с отчаянием прошептал он и прервал поцелуй.
Она улыбнулась ему. В ее потемневших глазах читалось удовольствие. И
доверие.
— Нелл, — снова сказал он и прижался лбом к ее лбу. Он знал, что
есть время, когда можно брать. И есть время, когда нужно ждать. — Мне
надо закончить обход.
— Ладно.
Зак поднял пакет и передал ей.
— Вы вернетесь?
— Да. Обязательно. — Нелл повернулась и пошла к коттеджу,
чувствуя, что парит в воздухе.
ГЛАВА 9
— Сила, — сказала Майя, — налагает ответственность и
заставляет уважать традиции. Она должна сопровождаться состраданием,
желательно умом и пониманием человеческого несовершенства. Ею нужно
пользоваться тщательно и осторожно, хотя и несколько иронично. Но самое
главное — ее нельзя использовать во вред.
— Как ты узнала, что ты... та, кто ты есть? — спросила Нелл.
— Ведьма? — Майя сидела на корточках и пропалывала палисадник. На
ней были мешковатое платье травянистого цвета с большими карманами, тонкие
резиновые перчатки и соломенная шляпа с широкими полями. В данный момент она
выглядела совершенно обыкновенно. — Можешь произнести это слово. В нем
нет ничего крамольного. Мы не летающие на помеле старые карги в
остроконечных колпаках, которыми нас изображают. Мы люди — домашние хозяйки,
водопроводчики, деловые женщины. Каждый сам выбирает, как ему жить.
— А шабаши?
— Тоже дело вкуса. Лично я не любительница подобных сборищ. Большинство
тех, кто собирается в группы или изучает Ремесло, делает это либо от скуки,
либо ищет ответа. В этом нет ничего плохого. Называть себя ведьмами и
соблюдать ритуалы — одно, а быть ведьмой — совсем другое.
— А как узнать, что ты действительно ведьма?
— Не знаю, что и ответить. — Майя наклонилась и стала обрывать
увядшие цветы. — Что-то жжет тебя изнутри, поет в мозгу, шепчет на ухо.
Тебе это тоже знакомо. Только ты не понимаешь.
Очередной увядший цветок отправился в корзину с сорняками.
— Ты чистишь яблоко и загадываешь: если ленточка не оборвется, станешь
красавицей или исполнится твое заветное желание. Ломаешь дужку. Скрещиваешь
пальцы. Все это маленькое колдовство, — сказала Майя, снова
повернувшись к клумбе. — Известное с древних времен.
— Неужели это так просто?
— Просто, как желание, сложно, как любовь и потенциально опасно, как
молния. Сила — это риск и радость одновременно.
Она сорвала еще один засохший цветок, бережно взяла его в ладони. Затем
раскрыла их и протянула Нелл воскресший солнечно-желтый шарик.
Очарованная Нелл повертела его в пальцах.
— Если ты можешь такое, то почему позволяешь им умирать?
— Это круговорот природы, естественный порядок вещей. Его нужно
уважать. Изменения, конечно, необходимы. — Она поднялась, взяла корзину
с сорняками и засохшими цветами и отнесла их в компостную кучу. — Без
них не было бы ни прогресса, ни возрождения, ни ожидания. Но во всем должна
быть мера.
— Цветок осыпается, чтобы дать место другому, — тихо произнесла
Нелл.
— Львиную долю Ремесла составляет философия. Не хочешь попробовать что-нибудь более практичное?
— Я?
— Да. Какое-нибудь простенькое, незамысловатое колдовство. Вроде
перемешивания воздуха. День сегодня теплый, так что ветерок будет кстати.
— Ты хочешь, чтобы я... — Нелл повертела пальцами. — Мешала
воздух?
— Это дело техники. Просто нужно сосредоточиться. Ощути воздух, который
касается твоего лица и тела. Представь в уме, что он начинает перемещаться и
закручиваться. Что ты слышишь, как он поет.
— Майя...
— Нет. Отбрось сомнения и убеди себя, что это возможно. Сосредоточься.
Это очень просто. Воздух вокруг тебя. Тебе нужно только перемешать его.
Возьми воздух в руки, — сказала она, подняв ладони, — и скажи:
Воздух есть дыхание, а дыхание есть воздух. Переместись отсюда туда.
Закружись ветром, но не сильно
. Как скажешь, так и будет. Повтори эти слова
трижды.
Нелл повторила заклинание как загипнотизированная и ощутила щекой слабое
дуновение. Повторила второй раз и увидела, что у Майи поднялись волосы. В
третий раз эти слова Майя произнесла вместе с ней.
Они оказались в центре маленького прохладного вихря, завертевшегося вокруг
них с негромким счастливым гулом. Тот же гул Нелл ощутила внутри, когда
закружилась сама, разметав по ветру короткие волосы.
— Чудесно! Но это сделала ты, а не я.
— Я только немножко подтолкнула. — Платье Майи вздулось пузырем, и
она засмеялась. — Но начала ты сама. Для первого раза просто отлично. А
теперь успокой его. Используй сознание. Представь себе, что вихрь стихает.
Вот так. Замечательно. У тебя развитое воображение.
— Мне всегда нравилось рисовать в уме разные картины, — ответила
счастливая и запыхавшаяся Нелл. — Представлять что-то приятное или то,
что хочется вспомнить. Это почти одно и то же. Ой, у меня кружится голова...
— Она опустилась на землю. — Внутри что-то покалывает, но приятно. Так
бывает, когда думаешь... когда думаешь о сексе.
— Магия всегда сексуальна. — Майя села рядом. — Особенно если
ты чувствуешь власть. И часто ты думаешь о сексе?
— Такие мысли не приходили мне в голову восемь месяцев. — Нелл
тряхнула головой. — Я сомневалась, что вообще когда-нибудь захочу лечь
в постель с мужчиной. Но после Четвертого июля я только об этом и думаю. От
таких мыслей внутри начинается зуд.
— Это мне знакомо. А что тебе мешает почесаться?
— Я думала... надеялась, что после фейерверка мы с Заком ляжем в
постель. Но после того как мы объехали берег, он отвез меня домой. Поцеловал
на прощание так, что у меня закружилась голова и отнялись ноги, и уехал.
— Конечно, тебе не пришло в голову затащить Зака в дом, повалить на пол
и сорвать с него одежду.
Нелл рассмеялась.
— Я так не умею.
— Минуту назад ты думала, что не умеешь вызывать ветер. Сестренка, у
тебя есть сила. Закарайа Тодд из тех мужчин, которые предоставляют
инициативу женщине, дают ей возможность выбрать время и место. Если бы у
меня был такой мужчина, я бы воспользовалась своей силой.
Нелл снова почувствовала покалывание внутри.
— Я не знаю, с чего начать.
— Со зрительного представления, сестренка, — хитро улыбнулась
Майя. — Зрительного, понятно?
Зак проводил воскресное утро, купаясь в голом виде со своей красавицей Люси.
Вода была прохладной, солнце жарким, а бухта — достаточно укромной. Так что
в смысле скромности все было в порядке.
Позже они собирались поплавать под парусом, и обожание, горевшее в ее
прекрасных карих глазах, доказывало, что она последует за ним хоть на край
света. Зак погладил Люси, заставив закружиться от удовольствия, а потом они
дружно прыгнули в воду.
Если любимая предана мужчине всей душой, ему больше нечего желать
, —
подумал Зак.
Но тут Люси коротко тявкнула от возбуждения, брызнула водой ему в лицо и
устремилась к берегу. Зак посмотрел вслед веселой подружке, которая бросила
его ради женщины, стоявшей на крутом берегу.
Люси прыгнула на Нелл, заставив ее отступить на две ступеньки. Нелл получила
изрядную порцию собачьих поцелуев и морской воды.
Зак слышал смех Нелл, видел, как она любовно треплет мокрую шерсть Люси, и
думал, что даже самой славной собаки мужчине для полного счастья явно
недостаточно.
— Эй, как дела?
— Хорошо.
Плечи, — подумала она. — У этого мужчины изумительные плечи
.
— Как водичка? — спросила Нелл.
— Само совершенство. Спускайтесь и проверьте сами.
— Спасибо, но я не захватила купальник.
— Я тоже. — Он широко улыбнулся. — Именно поэтому я не следую
примеру Люси.
— Ох... — Нелл смущенно опустила глаза, но тут же подняла их и уперлась
взглядом в точку на два метра выше его головы. — Ну... гм-м...
Зрительные представления
, — сказала Майя. Но время для этого было не
слишком подходящее.
— Обещаю, что не буду подсматривать. Терять вам нечего. Вы уже и так
мокрая, — соблазнял Зак.
— Я лучше постою здесь, — стойко оборонялась Нелл. Люси нырнула в
воду, схватила зубами спущенный резиновый мячик, снова выбралась на берег и
бережно положила игрушку к ногам Нелл.
— Хочет поиграть, — сказал Зак, который и сам был не прочь
поиграть с Нелл.
Нелл взяла мячик и забросила его в воду. Не успел он коснуться поверхности,
как неугомонная Люси кинулась в погоню.
— Хорошая у вас рука. Через пару недель у нас будут соревнования по
софтболу, так что при желании можете принять в них участие. — С этими
словами Тодд сделал несколько шагов к берегу.
Нелл взяла мячик, принесенный Люси, и бросила его снова.
— Может быть, но у меня здесь другой интерес.
— Какой именно?
— Создать фирму по поставке продуктов. Если я захочу расширить дело, то
мне придется предлагать потребителям большой выбор блюд.
— Поскольку я преданный сторонник капитализма, то сделаю для вас все,
что смогу.
Нелл опустила глаза.
У него красивое лицо, — подумала она. — Пока
что можно сосредоточиться на лице и не думать об остальном
.
— Спасибо, шериф. До сих пор я только обдумывала эту идею, но, кажется,
настало время составить прейскурант услуг и цен. Если я сумею это сделать,
то обращусь за лицензией.
Это будет не так уж трудно, — сказала она себе. — Я справлюсь
.
— Но тогда вы будете все время заняты.
— Мне нравится быть занятой. Нет ничего хуже безделья и невозможности
проявить себя. — Она покачала головой. — Я говорю глупости? Или
изрекаю прописные истины?
Нет. Но зачем же такая убедительная серьезность?
— подумал Зак.
—
А как же быть с отдыхом? — спросил он
вслух.
— Отдых — дело святое. — Когда рука Зака обхватила ее лодыжку,
Нелл подняла брови.
—
А это что такое?
— Длинная рука закона.
— Неужели вы потащите в воду человека, который собирается кормить весь
остров, в том числе и вас?
— Потащу. — Зак слегка дернул ее за ногу. — Но сначала хочу
дать вам возможность раздеться.
— Вы очень любезны.
— Мать дала мне хорошее воспитание. Нелл, поиграйте лучше со
мной. — Он покосился на Люси, которая плавала вокруг с мячом в
зубах. — У нас есть дуэнья, если вас волнуют приличия.
А
почему бы и нет? — подумала Нелл. Ей хотелось
присоединиться к нему. Более того, ей хотелось стать такой женщиной, которая
могла бы без особых церемоний присоединиться к нему: непринужденной,
уверенной в себе, способной на любое безрассудство, например, сбросить с
себя одежду и нырнуть в воду.
Она беспечно улыбнулась Заку и сбросила туфли. Тодд переступил с ноги на
ногу.
— Я передумал, — предупредил он. — Я сказал, что не буду
подсматривать за вами, но это было ложью.
— И часто вы лжете?
— Только по пятницам. — Когда Нелл взялась за подол майки, он
опустил взгляд. — Скажу прямо: я не обещаю не давать воли рукам. Нелл,
я хочу видеть вас обнаженной. Иными словами, хочу вас.
— Если бы я хотела, чтобы вы не распускали руки, то не пришла бы
сюда. — Она сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и начала снимать
майку.
— Шериф Тодд! Шериф Тодд!
— Бога нет, — проворчал Зак, когда полоска белоснежной кожи
исчезла под торопливо натянутой Нелл майкой. — Я здесь! — крикнул
он. — Это ты, Рикки? — Он обернулся к Нелл и сказал: — Я сплавлю
его через две-три минуты. Не уходите.
— Да, сэр! — усмехнулась она.
Светловолосый мальчик лет десяти быстро сбежал по склону и кивнул Нелл. Его
веснушчатое лицо горело от возбуждения.
— Шериф, мама велела, чтобы я бежал к вам и все рассказал. Дачники,
снявшие дом Эбботтов, устроили драку. Там кричат, бьют посуду, ругаются и
ужасно шумят!
— Каких Эбботтов? Дейла или Бастера?
— Бастера, шериф. Как раз напротив нас. Мама говорит, похоже, будто
мужчина бьет женщину.
— Уже иду. Возвращайся. Ступай домой и ни в коем случае не выходи на
улицу.
— Да, сэр.
Нелл увидела промелькнувшее мимо загорелое мускулистое тело.
— Прошу прощения, Нелл.
— Не за что. Вы должны помочь ей. — Нелл посмотрела на Тодда,
натягивавшего джинсы, и ее глаза заволокло дымкой. — Поскорее,
пожалуйста.
— Я вернусь, как только смогу.
Зак с тоской посмотрел на стиснувшую руки Нелл и помчался наверх за
рубашкой.
Через четыре минуты он был у дома Эбботтов. На улице собралась кучка людей,
прислушивавшихся к крикам и звону бьющегося стекла. Когда Тодд подошел к
крыльцу, к нему устремился незнакомый мужчина.
— Вы местный шериф? Меня зовут Боб Делано. Мы снимаем дачу по
соседству. Я пытался выяснить, что там происходит, но дверь заперта. Хотел
выломать, но мне сказали, что вы сейчас придете.
— Все будет в порядке, мистер Делано. Не могли бы вы попросить этих
людей отойти подальше?
— Конечно. Шериф, я видел этого малого. Здоровенный сукин сын. Так что
будьте осторожны.
— Спасибо. А теперь отойдите. — Зак ударил кулаком в дверь. Он
предпочел бы, чтобы рядом была Рипли, но не хотел ждать. — Я шериф
Тодд. Немедленно откройте дверь! — Внутри что-то разлетелось на куски,
и послышался женский вопль. — Если не откроете через пять секунд, я ее
выломаю!
Делано не преувеличил. Мужчина, открывший дверь, действительно был
здоровенным сукиным сыном. Ростом под два метра и весом килограммов сто
десять. Он мучился похмельем и был в ярости.
— Какого черта вам здесь нужно?
— Сэр, сделайте шаг назад и держите руки так, чтобы я мог их видеть.
— Вы не имеете никакого права вламываться сюда. Я снял этот дом и
полностью расплатился за него.
— В вашем договоре о найме нет пункта, позволяющего разрушать чужую
собственность. А теперь отойдите.
— Вы не войдете сюда без ордера.
— Хотите пари? — спокойно спросил Зак. Его рука метнулась вперед,
как молния. Зак схватил и вывернул запястье противника, лишив его
возможности сопротивляться. — Если попытаетесь меня ударить, — не
повышая голоса, добавил он, — то к списку обвинений приплюсуем
сопротивление при аресте и нападение на полицейского при исполнении
обязанностей. Писанины, конечно, будет больше, но мне за это платят.
— Когда к делу подключится мой адвокат, я куплю ваш поганый остров со
всеми потрохами!
— Вы сможете позвонить своему адвокату из полицейского участка. —
Зак надел на него наручники и вздохнул с облегчением, увидев поднимавшуюся
на крыльцо Рипли.
— Прошу прощения. Я была в Брокен-Шелле. Что здесь случилось? Семейный
скандал?
— И кое-что в придачу. Это моя помощница, — сообщил Зак своему
пленнику. — Поверьте моему слову, она сумеет вправить вам мозги. Рипли,
отведи его в машину, установи личность и прочитай ему его права.
— Как ваше имя, сэр?
— Да пошла ты...
— О'кей, мистер Дапошлаты, вы арестованы за... — она обернулась к
брату.
Зак уже шагал по разбитому стеклу и осколкам посуды к плачущей женщине,
которая сидела на полу, закрыв лицо руками.
— За причинение вреда частной собственности, нарушение спокойствия и
оскорбление действием, — бросил он через плечо.
— Вы меня поняли? А теперь, если не хотите, чтобы я дала вам пинка в
зад при всем честном народе, садитесь в машину. Проедемся. Вы имеете право
сохранять молчание, — продолжила Рипли, чувствительно ткнув верзилу в
спину.
— Мэм... — Зак решил, что женщине под сорок. Она была бы ничего себе,
если бы не окровавленная губа и подбитый глаз. — Пойдемте со мной. Я
отведу вас к врачу.
— Не нужен мне врач. — Женщина съежилась в углу. Зак заметил на ее
руках неглубокие порезы, оставленные осколками стекла. — Что будет с
Джо?
— Мы поговорим об этом позже. Не могли бы вы назвать свое имя?
— Дайана. Дайана Маккой.
— Позвольте помочь вам, миссис Маккой.
Дайана Маккой ссутулившись сидела на стуле. К. ее левому глазу был приложен
мешочек со льдом. Она упорно отказывалась от медицинской помощи. Зак
предложил ей чашку кофе.
— Миссис Маккой, я хочу помочь вам.
— Я в порядке. Мы возместим ущерб. Пусть агентство по найму составит
перечень, и мы все оплатим.
— Мы этим займемся. Расскажите мне, что случилось.
— Мы поссорились, только и всего. Такое бывает. Не нужно сажать Джо под
замок. Если хотите, мы заплатим штраф.
— Миссис Маккой, у вас разбита губа, глаз заплыл, а руки в синяках и
порезах. Муж избил вас.
— Я сама напросилась.
Когда Рипли шумно выдохнула, Зак бросил на сестру предупреждающий взгляд.
— То есть вы просили его ударить вас, миссис Маккой? Сбить с ног и
раскровенить губу?
— Я разозлила его. Он был не в духе. — Распухшая губа заставляла
ее проглатывать некоторые звуки. — Мы приехали в отпуск, и мне не
следовало ворчать на него.
Должно быть, женщина почувствовала неодобрение Рипли, потому что резко
повернула голову и бросила на нее вызывающий взгляд.
— Джо работает как вол пятьдесят недель в году. Самое малое, что я могу
для него сделать, это дать ему отдохнуть хотя бы во время его отпуска.
— А я считаю, — возразила Рипли, — что он мог бы не бить вас
по лицу, хотя бы во время вашего отпуска.
— Рипли, принеси миссис Маккой стакан воды.
И помолчи
. — Зак этого не сказал, но выражение его лица было
достаточно красноречивым.
— Просто я сегодня встала не с той ноги. Джо не ложился допоздна, сидел
перед телевизором и пил пиво. Оставил комнату в беспорядке. Разбросал пустые
банки из-под пива, рассыпал по ковру картофельные чипсы. Я разозлилась и
набросилась на мужа, как только он встал. Если бы я послушалась его и
замолчала, ничего бы не случилось.
— Миссис Маккой, ваше нежелание замолчать не дает ему права пускать в
ход кулаки.
Женщин
...Закладка в соц.сетях
