Жанр: Любовные романы
Остров ведьм
...ак говорят родители, но у меня есть большие сомнения. — Как
только Нелл поставила коробку на круглый стол, Лулу сунула туда нос. —
Мысль о том, что я состою с этой напыщенной, ограниченной, злобной маленькой
грубиянкой в кровном родстве, доводит меня до белого каления. Я старше ее
всего на восемнадцать месяцев, так что в шестидесятых мы практически были на
равных. Но, в отличие от меня, Сил помнит это время, что говорит само за
себя.
— Угу... — Нелл попыталась представить себе Лулу бродягой-хиппи,
исповедующей свободную любовь, и поняла, что это не так уж трудно. Для
семейного обеда Лулу надела бесформенный свитер, красноречиво заявлявший,
что она не желает иметь ничего общего с женским полом и на том стоит.
Хорошо, что предупредила
, — подумала Нелл.
— Гм-м... И все же очень хорошо, что вы регулярно встречаетесь.
— Черт побери, она приезжает сюда каждый год распускать передо мной
хвост. Согласно евангелию от Сильвии, если у женщины нет мужа и детей, если
она не является членом какого-нибудь вшивого благотворительного комитета и
не умеет быстро состряпать какой-нибудь шедевр кулинарного искусства из
консервной банки, то она не женщина.
— Ну, тогда мы быстро утрем ей нос. — Нелл сунула мясо в духовку и
включила ее. — Свинина в собственном соку, так что просто вынешь ее и
положишь на блюдо. Сначала подашь осенний салат. А когда станешь вынимать
пирог с сыром и тыквой, велишь им выйти из комнаты.
— То-то она вытаращит глаза... — Лулу быстро налила себе бокал красного
вина, купленного специально для этого случая. — А муж у меня был!
Эти слова прозвучали так злобно, что Нелл повернулась и уставилась на Лулу во все глаза. — Да?
— Не знаю, что заставило меня вступить в законный брак. Я не была
влюблена в него. Просто какое-то затмение нашло. Наверное, хотела что-то
доказать и себе, и другим. Ничего хорошего в этом человеке не было.
Смазливый, но совершенно никчемный. Считал, что семья — это место, куда
можно возвращаться после очередной интрижки.
— Извини...
— Не за что. Учись на моем примере. Я выгнала его в восемьдесят пятом.
И вспоминаю об этом лишь тогда, когда Сил приезжает и начинает хвастаться
своим мужем, каким-то мелким клерком, детьми, сопливыми подростками в
кроссовках за двести долларов, и домиком в пригороде, который составляет
радость всей ее жизни. Я бы не согласилась жить там даже под страхом
смертной казни.
Интересно, что развязало ей язык — вино или обида на Сил?
— Так вы с сестрой росли не здесь?
— Нет, черт побери. Мы обе родились в Балтиморе. Но в семнадцать лет я
ушла из дома и примкнула к хиппи. Какое-то время жила в коммуне в Колорадо,
путешествовала, накапливала опыт. Когда я приехала сюда, мне не было и
двадцати. Я живу здесь уже тридцать два года. О боже...
Эта мысль заставила ее вновь наполнить бокал.
— Сначала я работала у бабушки Майи на подхвате, а когда родилась Майя,
ее мать наняла меня в няньки.
Карли Девлин — женщина неплохая, но факт остается фактом: растить своего
ребенка ей было неинтересно.
— Так вот оно что... А я и не знала.
Ничего удивительного, что она так защищает Майю
, — подумала Нелл.
— Что бы ни думала твоя сестра, а дочь у тебя все-таки есть. Хоть и не
родная.
— Верно, черт побери, — Лулу слегка кивнула и отставила
бокал. — Занимайся своим делом. Я сейчас вернусь. — Она пошла к
двери, но на пороге обернулась. — Если эта зануда придет до моего
возвращения, скажешь ей, что работаешь в книжном магазине и пришла ко мне по
делу.
— Не волнуйся. — Посмотрев на таймер, Нелл вынула блюдо из
духовки, сунула в холодильник салат и заправку и обложила кусок мяса мелкими
картофелинами и зелеными бобами.
Заглянув в столовую, она увидела, что стол еще не накрыт, и стала искать
тарелки и салфетки.
— Первая часть твоего гонорара, — объявила Лулу, вернувшись с
мятым фирменным пакетом.
— Спасибо... Послушай, я не знаю, какую посуду ты хотела поставить на
стол, но думаю, что эта подойдет. Простенько и непринужденно. Как раз для
семейного праздника.
— А ничего другого у меня и нет.
Лулу дождалась, когда Нелл заглянула в пакет, и довольно улыбнулась, услышав
радостный вздох:
— Ох, Лу!
Там лежал свитер с воротником
хомут
, который можно носить с чем угодно. Но
цвет у свитера был необычный — ярко-голубой, а ткань казалась мягкой, как
пух.
— Ничего подобного я не ожидала. — Нелл быстро приложила к себе
свитер и потерлась о него щекой. — Просто чудесно!
— Вся твоя одежда нейтральных тонов. — Довольная собой, Лулу
подошла ближе, расправила свитер, пригладила его, потом немного отступила и
полюбовалась результатом. — Они тебя убивают. А голубой, наоборот,
подчеркивает прекрасный цвет лица. Я начала еще один — красивую длинную
тунику, ярко-красную.
— Не знаю, как тебя благодарить. Ужасно хочется поскорее примерить и...
— Они возвращаются! — прошипела Лулу и подтолкнула Нелл к
двери. — Уходи! Скорее!
— Не забудь заправить салат перед тем, как...
— Да, да! Все, счастливо!
Нелл едва успела схватить свитер, как Лулу захлопнула дверь перед ее носом.
— ...подать на стол, — закончила фразу Нелл и, смеясь, пошла к
машине.
Едва переступив порог коттеджа, она стащила с себя тренировочную куртку и
влезла в великолепный свитер. Чтобы в полной мере насладиться зрелищем, она
поставила перед зеркалом стул и встала на него.
Когда-то у нее были десятки свитеров — кашемировых, шелковых, из тончайшего
хлопка и мягчайшей шерсти. Но ни один из них не доставлял ей большей
радости, чем этот, связанный подругой.
Ну, почти подругой, — подумала она, — в благодарность за хорошо
сделанное дело
.
Нелл снова сняла свитер и аккуратно положила его в ящик. Нужно будет надеть
его в понедельник, а пока что и тренировочная куртка сойдет. Ей предстояла
нешуточная работа.
На кухонном столе, застеленном газетами, лежали три тыквы. Кусок самой
большой она уже использовала для десерта Лулу. Остатки ждали своей очереди.
Можно испечь хлеб с тыквой, — думала она, берясь за вторую. —
Пирог, печенье. А коркой можно будет украсить крыльцо. Жуткими толстыми
харями на радость соседской детворе
.
Когда в дверь вошел Зак, руки Нелл были по локоть испачканы тыквенной
мякотью и семечками.
— Третью оставь мне. — Он подошел сзади, обнял и уткнулся носом ей
в шею. — Я большой специалист по фонарям из тыквы.
— Никогда бы не подумала.
— Выкинуть сердцевину? — спросил Зак.
— Выкинуть? А из чего я буду делать пирог?
— Из консервов, — Зак нахмурился, увидев в миске тонко нарезанные
ломтики. — Ты хочешь сказать, что используешь это барахло?
— Конечно. А как, по-твоему, это барахло попадает в банки? — насмешливо осведомилась Нелл.
— Понятия не имею. Наверное, есть какие-то тыквенные фабрики, —
пожал плечами Зак.
Пока Нелл мыла руки, Зак взял нож и занялся третьей тыквой.
— Шериф Тодд, похоже, вы вели очень уединенную жизнь.
— Оно и к лучшему. По крайней мере, никто не пытался меня подкупить.
Как ты относишься к тому, чтобы поскорее закончить с этим делом, сесть в
патрульную машину, уехать куда-нибудь подальше и нарушить парочку законов?
— С удовольствием. — Нелл взяла маркер и стала рисовать на первой
тыкве страшную рожу. — В поселке все спокойно?
— В это время года неспокойно бывает только по воскресеньям. Ну как,
помогла Лулу накрыть на стол?
— Да. Я не знала, что она была замужем.
— Очень давно. Я слышал, что это был приезжий, какое-то время
работавший на пристани. Кажется, они не прожили вместе и полугода. Думаю,
этот опыт внушил ей стойкое отвращение к мужчинам, потому что с тех пор она
ни с кем не встречалась.
— Она работала сначала у бабушки Майи, а потом у ее матери.
— Верно. Лу руководила Майей, сколько я себя помню. Пожалуй, она
единственная, кому Майя позволяла руководить собой. У Майи было что-то с
Сэмом Логаном. Его родители — владельцы гостиницы. Но у Сэма с Майей ничего
не вышло, и он уехал с острова. С тех пор прошло больше десяти лет.
— Понятно.
Сэм Логан, — подумала Нелл. — Человек, которого Майя когда-то
любила
.
— В юности мы с Сэмом дружили, — продолжил Зак, вырезая
тыкву. — Правда, потом потеряли друг друга из виду. Но я помню, что в
ту пору, когда Сэм встречался с Майей, Лулу следила за ним как ястреб.
Вспомнив это, Тодд улыбнулся и вынул нож из сердцевины тыквы.
Лезвие блеснуло в свете висевшей на потолке лампы, и Нелл увидела, что с
него падают капли. В ее ушах засвистел ветер. Кровь текла по рукам Зака, по
рубашке и скапливалась в красной луже у его ног.
Не успев вымолвить ни слова, она вяло сползла со стула.
— Эй, эй... Нелл, очнись. Ну, очнись же!
Голос звучал еле слышно, как будто из-под воды. Что-то холодное коснулось ее
лица. Казалось, она медленно всплывает на поверхность из бездонной пропасти.
Когда Нелл открыла глаза, белый туман начал разматываться, как бинт, и
наконец она увидела лицо Тодда.
— Зак! — Перепуганная Нелл вцепилась в его рубашку и стала неловко
расстегивать ее. Он ранен, там кровь. Пальцы дрожали и не слушались.
— Успокойся. — Зак рассмеялся бы, если бы лицо Нелл не было белым
как мел. — Ляг и отдышись.
— Кровь... Сколько крови...
— Тсс...
Когда Нелл неожиданно потеряла сознание, Зак совершенно растерялся, но
быстро справился с паникой своим обычным способом — делая то, что положено.
Он поднял Нелл, отнес на диван и помог очнуться. Но сейчас от нее исходил
такой страх, что Зак встревожился.
— Держу пари, что за сегодняшний день ты и кусочка не проглотила,
верно? Профессиональный повар должен знать, что есть нужно регулярно. Если
тебе не станет лучше, я вызову врача.
— Я не больна. Ты истекал кровью. — Она провела руками по его
груди. Руки все еще тряслись. — Кровь была повсюду. На твоей рубашке,
на руках, на полу... Нож. Я видела...
— Милая, я не истекаю кровью. На мне нет ни царапины. — Зак поднял
руки и показал ей. — Просто тебе что-то почудилось, вот и все.
— Нет, нет! — Нелл стиснула его в яростных объятиях. — Я
видела кровь. Не трогай нож. Ради бога, не прикасайся к нему!
— Хорошо, хорошо. — Зак поцеловал ее в макушку и погладил по
голове. — Не буду. Нелл, все в порядке.
Нелл сжала в руке медальон и мысленно прочитала защитное заклинание.
— Я хочу, чтобы ты носил это. — Почувствовав себя бодрее, она
откинулась на спинку дивана и сняла с себя цепочку. — Всегда. Не
снимая.
Зак изучил взглядом резное сердечко, болтавшееся на конце цепочки, и
отреагировал как типичный мужчина:
— Спасибо, Нелл. Большое спасибо, но это женская вещь.
— Носи ее под рубашкой, — настаивала она. — Никто не должен
ее видеть. Я хочу, чтобы ты носил ее днем и ночью. — Она надела цепочку
на шею Зака; тот скорчил гримасу. — Обещай, что так и будет.
Предчувствуя дальнейшие возражения, Нелл обхватила ладонями его лицо.
— Этот медальон принадлежал моей матери. Единственная вещь, которая
осталась у меня на память о ней. Единственная вещь, которую я взяла с собой.
Зак, пожалуйста, сделай это ради меня. Обещай, что не снимешь его, что бы ни
случилось.
— Ладно, обещаю, — неохотно согласился Зак. — Но только если
ты пообещаешь поесть.
— Мы будем есть тыквенный суп. Тебе понравится. В ту ночь Нелл снилось,
что она бежит по дремучему лесу и не может найти дорогу.
Ее преследовал запах крови и смерти.
ГЛАВА 16
Нелл старалась забыть о своих страхах, сосредоточившись на работе. Она
отпускала булочки и кофе, шутила с постоянными посетителями. Стояла в новом
голубом свитере и помешивала тыквенный суп. Приближалось время ленча.
По совету Майи она положила рядом с кассой пачку своих визитных карточек.
Все было нормально, как всегда. Если не считать того, что Нелл уже в десятый
раз тянулась за медальоном, которого у нее больше не было. И каждый раз
перед ее внутренним взором представал Зак, покрытый кровью.
Утром он отправился на материк, и мысль о том, что Тодда нет на острове,
только увеличивала ее страх. Его могли ударить ножом на улице и бросить
умирать.
К концу смены Нелл решила, что сделанного ею недостаточно и нужно просить
помощи.
Майя помогала покупательнице выбирать детские книги. Нелл, не находившая
себе места, дождалась, когда женщина, взяв понравившийся томик, пошла к
кассе.
— Я знаю, ты занята, но нам нужно поговорить.
— Ладно. Сейчас я схожу за жакетом, и мы прогуляемся.
Через минуту Майя вернулась в замшевом жакете, надетом поверх короткого
платья. И жакет, и платье были цвета орехового масла; на этом фоне ее волосы
казались пламенными.
Она подошла к двери и помахала Лулу.
— Перерыв на ленч... Отличный свитер, — добавила Майя, когда они
вышли на улицу. — Работа Лулу, верно?
— Да.
— Ты взяла барьер. Она не стала бы вязать такую красивую вещь, если бы
не признала тебя. Поздравляю.
— Спасибо. Ты действительно хочешь есть?
— Нет. — Майя откинула волосы и сделала глубокий вдох. Время от
времени книжный магазин вызывал у нее приступ клаустрофобии, и ее начинало
тянуть на улицу. — Хочу прогуляться.
Рипли не ошиблась: бабье лето действительно наступило. Холодный ветер
сменился теплым и влажным бризом, который пах морем и лесом одновременно.
Небо было затянуто свинцовыми тучами, подчеркивавшими яркость осенней
листвы. Деревья стояли как маяки. Океан отражал небо; покрытые барашками
волны предвещали бурю.
— Через час пойдет дождь, — предсказала Майя. — Посмотри-
ка. — Она показала на море. Через секунду, словно повинуясь ее приказу,
стальное небо расколола бледная молния. — Гроза приближается. Я люблю
грозы. Воздух наполняется электричеством, и эта энергия поступает в кровь.
Правда, тогда я становлюсь беспокойной. Мне хочется вернуться к себе в
скалы.
Майя сняла нарядные туфли, подцепила их пальцами правой руки и пошла по
песку босиком.
— Берег почти опустел, — заметила она. — Самое подходящее
место для разговора по душам. Что тебя тревожит?
— Я... я не знаю, что это было. Наверное, видение. Оно меня пугает.
— Рассказывай.
Когда Нелл закончила, Майя спросила:
— Почему ты отдала ему медальон?
— Ничего другого я не могла придумать. Подчинилась порыву. Наверное,
потому что эта вещь очень дорога мне.
— Он был на тебе, когда ты умерла. Ты взяла его с собой в новую жизнь.
Это символ твоей связи с матерью. Твой талисман. Сильная магия. Зак будет
носить его, потому что ты попросила, и это делает талисман еще сильнее.
— Майя, это всего лишь дешевый медальон. Отец как-то подарил его матери
на Рождество.
— Не говори глупостей. Ценность этой вещи определяется ее значением для
тебя, твоей любовью к родителям и к Заку.
— По-твоему, этого достаточно? Боюсь, что нет. Майя, я знаю, что это
значит. — От ужаса у Нелл сводило живот. Казалось, там поселилось
чудовище. — Я видела его серое лицо и кровь. Море крови. Он был
мертв. — Она заставила себя повторить последнее слово. — Мертв...
Ты можешь что-нибудь сделать?
Майя уже сделала все, что было в ее власти.
— По-твоему, я могу сделать то, чего не сумела ты?
— Не знаю. Уверена: того, что сделала я, недостаточно... Это было
предчувствие?
— А ты сама веришь в это?
— Да. Да! — От одной мысли об этом у Нелл перехватывало
дыхание. — Я видела ясно. Его хотят убить, но я не знаю как.
— Нелл, мы видим только то, что может случиться. Это не абсолютное
знание. Может случиться, а может и нет. У тебя было видение, и ты приняла
меры.
— Существует способ остановить того, кто хочет причинить ему вред? Какое-
нибудь заклинание?
— Заклинания — не панацея на все случаи жизни. Помни, энергия, которую
ты посылаешь, может бумерангом ударить по тебе самой или твоим близким.
Ждешь опасности с одной стороны, а она приходит совсем с другой, причем
становится втрое сильнее.
Майя не высказала мысль, которая вертелась у нее в голове.
Спасаешь
человека от ножа, а его убивают из пистолета
, — мрачно думала она.
— Гроза приближается, — повторила она. — Но сегодня небо
будут полосовать не только молнии.
— Ты что-то знаешь.
— Точнее, чувствую. Внутреннее зрение мне изменяет. Похоже, там стоит
какая-то защита. — Это препятствие вызывало у Майи досаду, как и
понимание того, что ей в одиночку с этим не справиться. — Могу обещать
тебе только одно: я сделаю все, что в моих силах.
И тут она увидела стоявшую на берегу Рипли.
— Позови ее. Тебя она послушается. Расскажи Рипли то, что рассказала
мне.
Звать не понадобилось, достаточно было обернуться и просто посмотреть.
Рипли, на которой были практичные легкие брюки и туристские ботинки,
спустилась к ним.
— Если побудете здесь еще немного, промокнете до нитки.
— Гром, — сказала Майя, и над морем разнесся глухой гул. —
Молнии. — Запад озарила мощная вспышка. — Но еще полчаса дождя не
будет.
— Предсказываешь погоду? — любезно осведомилась Рипли. —
Тогда тебе нужно работать на телевидении.
— Перестаньте. Сейчас же. — Нелл ждала, что небо вот-вот
расколется, но это ее не остановило. — Я волнуюсь за Зака.
— Да? Я тоже. Меня взволновало, что он стал носить женские украшения.
Должна сказать тебе спасибо. Ты помогла мне пронять его.
— Он сказал тебе, почему носит медальон?
— Нет. Но зато сказал такое, что я не решаюсь повторить в присутствии
дам. Выходной получился на славу.
— У меня было видение, — начала Нелл.
— С чем тебя и поздравляю. — Рипли хотела уйти, но Нелл схватила
ее за руку. — Нелл, ты мне нравишься, но иногда начинаешь злить, —
раздраженно бросила Рипли через плечо.
— Отпусти ее, Нелл. Она боится слушать, — сказала Майя.
— Ничего я не боюсь! — Майя знала, чем ее взять, и это раздражало
Рипли больше всего. — Валяй, выкладывай, что ты там видела в своем
хрустальном шаре.
— Я смотрела не в хрустальный шар, а на Зака. — Нелл быстро
повторила то, что уже знала Майя.
Хотя Рипли насмешливо фыркала и беспечно пожимала плечами, рассказ потряс ее
до глубины души.
— Зак может постоять за себя. — Она ходила по песку взад и
вперед. — Послушай, может, ты этого до сих пор не заметила, но он
грамотный и хорошо подготовленный полицейский, знающий, как обращаться с
оружием, и умеющий при необходимости пускать его в ход. Если этого до сих
пор не требовалось, то лишь потому, что он и так справляется. Я бы доверила
ему свою жизнь.
— Но можно ли доверить его жизнь тебе? — резко спросила Майя.
— У меня есть значок, оружие и хороший хук с правой. Как-нибудь
справлюсь, — злобно сказала Рипли. — Если кто-то будет угрожать
Заку, можете быть уверены, этому гаду придется иметь дело со мной!
— Рипли, одна голова хорошо, а три лучше. — Майя решительно
положила ладонь на ее плечо. — Только так мы сможем справиться с этим
делом.
— Я не стану в этом участвовать!
Майя усмехнулась. Они стояли в круге под яростным небом.
— Уже участвуешь.
Рипли инстинктивно отшатнулась и разорвала связь.
— Не рассчитывайте на меня. Тут я вам не помощница. — Она
демонстративно повернулась к ним спиной и, разбрасывая песок, затопала к
поселку.
— Теперь она задумается. Правда, башка у нее чугунная, и на это уйдет
слишком много времени. И все же Рипли заколебалась впервые за долгие
годы. — Майя похлопала Нелл по плечу, успокаивая ее. — Она не
станет рисковать Заком.
Женщины не спеша вернулись в магазин. Едва за ними закрылась дверь, дождь
хлынул как из ведра.
Нелл зажгла свечи и вставила их в тыквенные фонари с дырками вместо глаз и
рта. На сей раз не для украшения, а для использования по прямому назначению.
Она повесила фонари на крыльце, чтобы те отпугнули зло.
С помощью сведений, почерпнутых из книг Майи, и собственной интуиции она
пыталась изо всех сил превратить коттедж в надежное убежище.
Вымела отрицательную энергию, зажгла свечи для спокойствия и защиты.
Положила на подоконники красную яшму и поставила туда же горшочки с шалфеем.
Под подушками лежали лунный камень и веточки розмарина.
Потом она сварила кастрюлю куриного бульона.
Бульон кипел, за окном лил дождь, а коттедж превратился в уютный кокон.
И все же Нелл не могла успокоиться. Она ходила от окна к окну, от двери к
двери. Пыталась заняться делом, но не могла найти его. Заставила себя пойти
в кабинет и составить объявление с предложением своих услуг. Но через
несколько минут снова встала; ее сосредоточенность разлеталась на куски так
же, как исполосованное молниями небо.
Наконец Нелл сдалась и позвонила в полицейский участок. Конечно, Зак уже
вернулся с материка. Она поговорит с ним, услышит его голос и почувствует
себя лучше.
Но трубку сняла Рипли и холодно сказала, что Зака еще нет и, когда он
появится, неизвестно.
Тревога Нелл удвоилась. Гроза превратилась в какую-то адскую бурю. Свист
ветра перестал быть музыкальным, перейдя в буйную какофонию. Дождь стал
ливнем, а молнии — метательным оружием.
Темнота давила в окна так, словно хотела разбить стекло и ворваться внутрь.
Сила, которую Нелл научилась принимать и даже любить, трепетала, как пламя
свечи на ветру.
В мозгу возникали тысячи вариантов, один страшнее другого. В конце концов
Нелл не выдержала и схватила жакет. Нужно идти на пристань, ждать паром и
заставить его приплыть.
Когда она распахнула дверь, ударила молния — и вновь полная темнота. Нелл
увидела чью-то тень. Она хотела закричать, но сквозь запах дождя, мокрой
земли и озона пробился иной запах, родной и любимый.
— Зак! — Она бросилась к нему, чуть не сбила с ног, и Зак поймал
ее, с трудом сохранив равновесие. — Я так волновалась!
— А теперь еще и вымокла. — Тодд занес ее в дом. — Ну и денек
я выбрал, чтобы уехать с острова! Этот проклятый паром еле вернулся
назад. — Он поставил Нелл на ноги и стащил с себя мокрую куртку. —
Я бы позвонил по мобильнику, но связи не было. Хорошо, что рейс не отменили
вообще.
Он провел рукой по волосам, стряхивая капли.
— Ты промок до костей. — Нелл с облегчением увидела под влажной
рубашкой очертания медальона. — И замерз, — добавила она, взяв его
за руку.
— Должен признаться, последние полчаса я мечтал о горячем душе.
И сейчас уже принял бы его, — подумал он, — если бы в дверях меня
не встретила Рипли и не сказала, что ты в панике
.
— Ступай в душевую. А потом выпьешь чашку горячего куриного бульона.
— Самое лучшее предложение за весь день. — Зак взял ее лицо в
ладони. — Прошу прощения за то, что заставил тебя волноваться. Напрасно
ты это делала.
— Я уже успокоилась. Ну, иди под душ, а то простудишься.
— Нас, островитян, такими пустяками не проймешь. — Он поцеловал ее в лоб и пошел в ванную.
Зак бросил мокрую одежду на пол, открыл до отказа горячую воду и с блаженным
вздохом встал под струю.
Душевая кабинка была крошечная, не рассчитанная на мужчину ростом метр
восемьдесят шесть. Воронка душа
...Закладка в соц.сетях
