Жанр: Любовные романы
Лик огня
...;Ах...
- Ах, — повторил Сэм, ухитрившись произнести односложное слово
саркастически. — Он
недоволен моими действиями
. Передаю дословно. Я
посвящаю местной гостинице слишком много времени и вкладываю в нее слишком
много денег.
- Это твоя гостиница.
- Я сказал ему то же самое. Это моя гостиница, мое время и мои деньги.
— Сэм сунул руки в карманы. — Но толку я не добился. Мне
сказали, что я принимаю необдуманные и опасные финансовые и деловые решения.
Его разозлило, что я продал свою квартиру в Нью-Йорке, слишком много вложил
в переоборудование гостиницы и прислал на июньское собрание совета
директоров своего представителя, а не прибыл лично.
Понимая чувства Сэма, Майя встала и начала растирать ему плечи.
- Мне очень жаль. Неодобрение родителей — вещь неприятная.
Непонимание всегда причиняет их детям боль. Даже взрослым.
-
Мэджик-Инн
— наша первая и самая старая собственность. Отец
считает, что я приобрел ее с помощью хитрости. Теперь гостиница стала
костью, которую он хочет у меня отнять.
- А ты решил не выпускать ее из зубов.
Сэм стукнул кулаком о кулак.
- Верно, будь я проклят. Отец продал бы гостиницу чужим людям еще
несколько лет назад, если бы не был обязан сохранить ее как семейное
достояние. Он продал мне
Мэджик-Инн
с радостью, но разозлился, когда
понял, что я хочу там все переделать.
- Сэм... — На мгновение она прижалась щекой к его спине и снова
стала шестнадцатилетней девочкой, утешающей своего мрачного и несчастного
возлюбленного. — Иногда с такими вещами приходится мириться.
- Иногда приходится. — Логан повернулся к ней. — Но он
никогда не был способен на это. Ни он, ни мать никогда не мирились с моей
сущностью. Они всегда стеснялись меня.
Разгневанный и раздосадованный ситуацией, в которой он оказался, Сэм сделал
несколько шагов по дорожке.
- В его крови этого не меньше, чем в моей. — Он заметил, что Майя
хотела что-то сказать, но остановилась. — Что? Говори!
- Сэм... Ладно, я скажу. У вас с ним нет ничего общего. Ты ценишь то,
что имеешь, и радуешься ему. А он считает это... э-э... плохой чертой,
доставшейся тебе по наследству. Как и многие другие. Поэтому ты
представляешь собой нечто гораздо большее и ценное, чем он.
- Он стыдится этого. И меня тоже.
- Да. — Ее сердце заныло от жалости. — Я знаю, это всегда
причиняло тебе боль. И причиняет до сих пор. Ты не можешь заставить его
думать и чувствовать по-другому. Но можешь изменить собственные чувства.
- Именно так ты обращалась со своими родными?
Майя не сразу поняла, что Сэм имеет в виду ее родителей, а не Лулу, Рипли и
Нелл.
- Я в чем-то завидовала тебе. Твои старики интересовались тобой и
пытались как-то направлять тебя, пусть и неправильно. А здесь никогда не
спорили. — Она повернулась и посмотрела на дом, который любила.
— Они просто не обращали на меня внимания. Бунтовать было
бессмысленно. А потом я решила, что в этом отсутствии интереса нет ничего
личного.
- Ох, ради бога...
- Я знаю, о чем говорю. Так им было проще, удобнее и спокойнее. Зачем
было расстраиваться, если они ничего не замечали? А если бы заметили, это
сбило бы их с толку. Люди они неплохие, вот только родители никудышные. Я
стала тем, кто я есть, в какой-то степени благодаря им. С меня этого
достаточно.
- Ты всегда была благоразумной, — ответил он. — Я никогда
не мог понять, восхищает меня это или злит. И не могу понять до сих пор.
- А ты всегда слишком поддавался настроению. -Она села на скамью.
— И остался таким. И все же очень жаль, что этот звонок испортил тебе
праздник.
- Ничего, пройдет. — Сэм снова сунул руки в карманы и нащупал
кристаллы, которые забыл вынуть. — Он хочет, чтобы я не позднее чем
через месяц вернулся в Нью-Йорк и занял свое место в компании.
Ее мир закачался. Боясь потерять равновесие, Майя вцепилась в скамью. Потом
она с трудом встала и заставила замолчать часть своей души, которую тронула
его боль.
- Понятно... Когда ты уезжаешь?
- Что? Я никуда не уеду. Майя, я же сказал тебе, что останусь здесь.
Думай как хочешь, но это правда.
Она небрежно пожала плечами и пошла к дому.
- Проклятие, Майя! — Сэм схватил ее за руку и развернул лицом к
себе.
- Веди себя как следует, — холодно сказала она.
- Значит, ты ждала, что я соберу вещи и уеду? — спросил он.
— Так, да?
- Я ничего не ждала.
- Что мне сделать, чтобы ты отказалась от этой мысли раз и навсегда?
- Для начала отпустить мою руку.
- Именно этого ты и ждешь. — Чтобы доказать ее ошибку, Сэм
схватил Майю за другую руку, и они застыли на тропинке лицом друг к другу.
— Именно поэтому ты не позволяешь прикасаться к себе. Даже тогда,
когда это важнее всего на свете. Ты ложишься со мной в постель, но в свою, а
не в мою. Обедаешь со мной в ресторане только тогда, когда это имеет вид
деловой встречи. Не разрешаешь рассказывать про годы, проведенные вдали от
тебя. И не делишься со мной магией, когда мы занимаемся любовью. Потому что
не веришь, что я останусь.
- С какой стати? Зачем мне это делать? Я предпочитаю собственную
постель. Не хочу ходить к тебе на свидания. Мне неинтересна жизнь, которую
ты вел вдали от острова. А магия во время любовного акта — слишком
интимная вещь, чтобы делиться ею с тобой.
Она оттолкнула его руки и сделала шаг назад.
- Мы сотрудничаем в бизнесе, составляем друг другу компанию и
занимаемся сексом. Это меня устраивает. Если ты недоволен, то найди себе для
игр кого-нибудь другого.
- Это не игра, мать-перемать!
- Да неужели? — Ее голос прозвучал резко. Когда Сэм шагнул к ней,
Майя подняла руки вверх, и их разделило раскаленное докрасна пламя. —
Осторожнее.
Он тоже поднял руки, и огонь залил поток голубой воды. Раздалось шипение, и
в воздух поднялась струя пара.
- Разве я когда-нибудь был осторожным?
- Нет. Ты всегда хотел слишком многого.
- Может быть. Проблема заключалась в том, что я сам не знал, чего
хотел. А ты знала. Всегда. Проклятие, Майя, тебе всегда все было ясно. Ты
хотела того, в чем нуждалась. Временами я задыхался от твоих видений.
Изумленная Майя опустила руки.
- Задыхался? Да как ты можешь? Я любила тебя.
- Без вопросов, без сомнений. Казалось, ты видела в хрустальном шаре
всю нашу жизнь до самого конца. Ты все решала за меня. Так же, как мои
родители.
Лицо Майи побелело.
- Это жестоко. Все, хватит с меня! — Она побежала по тропинке.
- Хватит, когда я закончу. Бегство ничего не изменит.
- Ты убежал сам! — Майя стремительно повернулась. Боль,
причиненная им много лет назад, ударила ее с новой силой. — И это
изменило все!
- Я не мог быть таким, как тебе хотелось. Не мог дать тебе то, что ты
считала самым важным. Ты заглядывала вперед на десять-двадцать лет, а я не
знал, что будет завтра.
- Значит, это я виновата в том, что ты уехал?
- Я не мог остаться здесь. Ради бога, Майя, в то время мы были почти
детьми, а ты говорила о семье. О детях. Когда ты лежала рядом со мной, мне
отказывали мозги. Я говорил только о том, как мы купим коттедж в роще и...
Фраза осталась неоконченной. Обеим в голову пришла одна и та же мысль.
Маленький желтый коттедж в роще, в который она не приходила с тех пор, как
там поселился Сэм.
- Влюбленные девушки, — дрогнувшим голосом сказала Майя, —
всегда мечтают о семье, детях и симпатичных коттеджах.
- Ты не мечтала. — Он вернулся к столу, сел и провел пальцами по
волосам. — Для тебя это было судьбой. Когда я был рядом с тобой, то
верил в это. Видел. И мне становилось душно.
- Ты никогда не говорил, что не хочешь этого.
- Я не знал, как это сделать. Когда я пытался, то смотрел на тебя и
видел твою уверенность в том, что так должно быть. А потом я шел домой,
смотрел на своих родителей и видел, что такое семейная жизнь. Думал о твоих
родителях и их семейной жизни. Она была мелкой и душной. Мысль о том, что мы
можем повторить их судьбу, сводила меня с ума. Я не мог сказать тебе об
этом. Не знал, как это сделать.
- И вместо этого просто уехал.
- Уехал. Когда я начал учиться в колледже, то чувствовал, что
разрываюсь надвое. Часть моей души хотела быть там, а часть — здесь. С
тобой. Я думал о тебе постоянно.
Сэм посмотрел на нее. Этой женщине можно было сказать то, чего он не смог
сказать девушке.
- Когда я ехал домой на уик-энды или каникулы, то представлял себе, что
ты ждешь меня на пристани, и едва не терял рассудок. Весь первый год слился
для меня в одно туманное пятно.
- Тогда ты перестал приезжать домой каждый уик-энд, — в ней
закипал гнев. — Придумывал предлоги, почему тебе нужно остаться на
материке. То занятия, то лекция...
- Это было испытание. Я мог не видеть тебя сначала две недели, потом
месяц. Мне все легче было убедить себя, что, оставаясь вдали от тебя и
острова, я сумею не попасть в мышеловку. Я не хотел жениться. Не хотел
создавать семью. Не хотел любить одну девушку всю свою жизнь. И осесть на
маленьком острове, так и не увидев большого мира. В колледже я знакомился с
другими людьми, узнавал что-то новое. Мне хотелось большего.
- Что ж, ты получил это большее. Мышеловка пустовала много лет. Теперь
мы живем в разных местах и цели у нас разные.
Сэм посмотрел ей в глаза.
- Я приехал за тобой.
- Это была твоя ошибка. Сэм, ты по-прежнему хочешь большего, а я
— уже нет. Если бы ты сказал мне это одиннадцать лет назад, я бы
попыталась понять. Попыталась бы дать тебе время и пространство, в котором
ты нуждался. Или отпустить тебя, не испытывая горечи. Не знаю, получилось бы
у меня это или нет, но я достаточно любила тебя, чтобы сделать такую
попытку. А теперь ты перестал быть главным в моей жизни. И уже довольно
давно.
- Я не уеду и не сдамся.
- Это твое дело. — Она стала собирать чайную посуду, не обращая
внимания на головную боль. — Мне нравится спать с тобой. Если ты
будешь пытаться придать нашим отношениям другое направление, мне придется
порвать с тобой. Я буду жалеть, но сделаю это... Пожалуй, все же схожу за
вином.
Она отнесла посуду в дом и вымыла ее. Головная боль становилась сильнее,
поэтому Майя приняла обезболивающее, а потом достала вино и бокалы.
Она не позволяла себе думать. Не позволяла чувствовать. Поскольку вернуться
назад и снова пройти по давно заросшим тропинкам было нельзя, оставалось
только одно — идти вперед.
Но когда она вышла из дома, Сэм уже ушел.
У Майи похолодело в животе, но она села за стол в летнем саду и выпила за
свою независимость.
Вино оказалось горьким, как полынь.
На следующий день Сэм прислал ей в магазин букет простых и жизнерадостных
цинний, на языке цветов означавших, что он думает о ней. Майя сомневалась,
что он знал магическое значение такого букета, но тем не менее размышляла
над этим, выбирая подходящую вазу.
Присылать цветы было не в его стиле. Даже когда они были безумно влюблены
друг в друга, он редко делал такие романтические жесты.
Впрочем, карточка многое объясняла. В ней было написано:
Мне очень жаль.
Сэм. Поняв, что она не работает, а улыбается, Майя отнесла вазу вниз и поставила
ее на стол рядом с камином.
- Какие чудесные цветы! — глядя на букет, проворковала
остановившаяся рядом Глэдис Мейси. — Из твоего сада?
- Нет. Это подарок.
- Ничто не улучшает женщине настроение быстрее, чем цветы. За
исключением чего-то блестящего, — подмигнув, добавила Глэдис. При этом
она осторожно покосилась на левую руку Майи . Однако ее взгляд не остался
незамеченным.
- Женщина, которая сама зарабатывает себе на хлеб, обычно может купить
себе что-то блестящее в соответствии со своим вкусом.
- Это совсем другое дело. — Глэдис слегка сжала руку Майи.
— На прошлый день рождения Карл подарил мне пару серег. Конечно,
страшных как смертный грех. Но когда я их надеваю, то прекрасно себя
чувствую... Я остановилась только на минутку. По пути в кафе. Хотела
посмотреть, как себя чувствует Нелл.
- Нелл чувствует себя прекрасно. Когда она станет утверждать, что ее
живот уже прекрасно заметен, не разубеждайте ее. Это доставляет ей
удовольствие.
- Еще бы... Я уже заказала новую книгу Кэролайн Трамп. Мы все не можем
дождаться ее приезда. Книжный клуб поручил мне узнать, согласится ли она
провести читательскую конференцию перед раздачей автографов.
- Я постараюсь устроить такую конференцию.
- Тогда сообщишь нам. Мы обеспечим ей прием, достойный Трех Сестер.
- Очень на это рассчитываю.
Майя сама позвонила в Нью-Йорк. Затем она проверила заказы, позвонила
распространителю, пожаловалась на задержку доставки нот, а потом взялась за
пачку заказов, поступивших по электронной почте.
Поскольку Лулу была занята, Майя заполнила их сама, добавив к каждому
сообщение о том, что можно будет заказать экземпляры с подписью Кэролайн
Трамп, и отнесла открытки на почту.
На обратном пути она столкнулась с Маком.
- Привет, красавчик.
- Ты — именно та женщина, которую я искал.
Майя улыбнулась и взяла его под руку.
- Все вы так говорите... Идешь в кафе, чтобы пообедать с Рипли?
- Я шел в магазин, чтобы поговорить с тобой. — Он опустил взгляд
и увидел ее туфли на высоких каблуках. — Раз так, нет смысла
приглашать тебя на прогулку по берегу.
- Туфли можно снять.
- Порвешь колготки.
- Я их не надела.
- Ох... — Мак слегка покраснел, что доставило ей удовольствие.
— Раз так, пошли. Конечно, если у тебя есть несколько свободных минут.
- Для симпатичного мужчины у меня всегда найдется время... Как
продвигается твоя книга?
- Так себе.
- Когда закончишь, будешь надписывать ее в кафе
Бук
.
- Раздача автографов автором научной книги о паранормальных явлениях
вряд ли привлечет толпу поклонников.
- В кафе
Бук
соберется толпа, — заверила его она.
Они перешли улицу и двинулись к берегу, лавируя между пешеходами. С пляжа
возвращались обгоревшие на солнце семьи, шедшие в поселок перекусить или
выпить чего-нибудь холодного. Навстречу им шли другие, нагруженные сумками-
холодильниками, зонтиками, полотенцами и ширмами.
Майя сбросила туфли.
- Толпа приехавших на солнцестояние скоро схлынет, но на Четвертое июля
прибудет новая. Лето для Трех Сестер выдалось удачное.
- Обычно лето проходит быстро.
- Ты думаешь о сентябре. Понимаю твое волнение, но у меня все под
контролем. — Не услышав ответа, Майя опустила темные очки и посмотрела
на него поверх стекол. — Ты во мне сомневаешься?
Мак ощущал чувство вины за то, что скрыл от Майи случай с Лулу, не желая ее
тревожить.
- Конечно, ты можешь справиться со всем...
- Но?
- Но... — Он положил ладонь на ее руку. — Ты играешь по
правилам.
- Если понадобится, я нарушу любые правила.
- Согласен. Я забочусь о тебе, Майя.
Она положила голову ему на плечо. К этому человеку так и хотелось прижаться.
- Знаю. После твоего приезда мне стало намного легче. Вы с Рипли сняли с меня огромную тяжесть.
- Мне нравится Сэм.
Майя подняла голову.
- Послушай, я не вмешиваюсь... О'кей, вмешиваюсь,- с улыбкой поправился
он, — но только с практическими и научными целями.
- Чушь, — смеясь, ответила она.
- Ладно,
главным образом с этими целями. Если я
не буду знать, как складываются ваши отношения, то не смогу проверить свои
теории и гипотезы. Не смогу высчитать, что нам нужно будет делать.
- Раз так, скажу, что мы большей частью ладим друг с другом. Наша связь
удобна, но не слишком серьезна. Что касается меня, то я предпочла бы, чтобы
она такой и осталась.
- Ясно.
- Тебе это не нравится?
- Дело не во мне. Выбор за тобой.
- Вот именно. Всепожирающая и маниакальная любовь уничтожила последнюю
сестру. Она не захотела жить без этой любви. А я не хочу жить с такой
любовью.
- Если бы этого было достаточно, все уже кончилось бы.
- Скоро кончится, — пообещала она.
- Послушай, Майя... Когда-то я верил, что все будет просто.
- А теперь не веришь?
- Теперь не верю, — кивнул он. — Сегодня утром я был у
тебя. Ты сказала, что после солнцестояния я смогу снять показания.
- И?
- Я взял с собой Малдера, чтобы он прогулялся. И для примера начал
снимать показания прямо на краю твоего переднего газона. Выступы
положительной и отрицательной энергии. Вот так... — Для наглядности он
сложил основания ладоней. — Один утыкается в другой. Те же показания
были вокруг поляны и на тропе, ведущей к скалам по ту сторону маяка и
уходящей в лес.
- Я не пренебрегла защитой.
- Я знаю, и это прекрасно. Но когда мы углубились в лес, мои приборы
словно взбесились. И Малдер тоже. Он чуть не сорвался с поводка. Там была
одна отрицательная энергия. Я прошел по тропе до самого конца. Получилось
кольцо. Так хищник окружает свою жертву.
- Мак, я знаю, что оно там было. Я слежу за ним.
- Майя, оно набирает силу. На тропе встречались места, где все было
мертвым. Кусты, деревья, птицы. Щенок перестал рваться с поводка, съежился и
заскулил. Пришлось нести его на руках, но он дрожал всем телом, пока мы не
сошли с тропы. Она закончилась на северном конце твоих скал.
- Пусть Рипли очистит тебя и щенка. Если она забыла ритуал...
- Майя! — Он крепко сжал ее руку. — Ты что, не поняла? Оно
окружило тебя.
14
- И что она на это ответила? — спросил Сэм, расхаживая по
кабинету.
Мак поднял руку.
- Что оно окружало ее всю жизнь, но сейчас просто обнаглело.
- Да. Представляю себе ее тон. Пару раз мы обсуждали с ней эту тему.
Еще до моего отъезда с острова. Тогда она читала об этом больше, чем я.
Возможно, так обстоит дело и теперь. Женщина может проглотить книгу целиком,
пока большинство мужчин добирается до второй главы. Она была уверена во
всем. Добро побеждает зло до тех пор, пока оно сильно и уверено в себе.
- У нее есть и то и другое. Правда, я не сказал ей, что мои приборы
зарегистрировали... скажем так, чье-то присутствие в ее внутреннем мире.
Догадываюсь, что это был ты.
- Если она не хочет моей помощи, это еще не значит, что я не должен ее
оказывать. — Что бы ты ни делал, продолжай. Сэм подошел к окну и
посмотрел на новую террасу. Майя убрала столы, которые выставляла на уик-
энд, и теперь строители покрывали пол плиткой.
- Как она сегодня выглядела?
- Замечательно.
- Видел бы ты ее, когда она использует силу... — Тут он посмотрел
на Мака. — Подозреваю, что ты это уже видел.
- Этой зимой. Когда они вызывали четыре стихии. Потом полдня приходил в
себя. Думаю, она использует на каждый день что-то вроде викканского
эквивалента ближнего и дальнего света.
- Нет. Просто сила прорывается наружу. Как будто недостаточно одной
красоты. Такая красота ослепляет мужчину, мутит разум. Я думаю, именно это
меня к ней и влекло.
- Я не могу ответить на этот вопрос.
- Зато я могу. Я любил ее всю свою жизнь. Еще до того, как узнал, что
это любовь. Тогда я пытался называть это по-другому. И именно поэтому для
меня стало жестоким ударом то, что она не любит меня. И не полюбит.
Он повернулся и присел на край стола.
- Ладно. Говоря научно, академически, теоретически или как там... мое
пребывание здесь... нет, моя любовь к ней... подвергает ее большему риску?
- Твои чувства тут ни при чем. — Сказав это, Мак поморщился.
— Извини, я не хотел...
- Я понял. Чашу весов перевесят ее чувства. В одну сторону или в
другую. Если так, то попытка вновь разжечь ее чувства или хотя бы смягчить
их Майе не повредит. Если ты думаешь по-другому, я приму окончательное
решение после сентября.
- Я не могу давать тебе советы.
- Тогда я буду действовать так, как мне подсказывает интуиция. Мне
остается только одно: когда дойдет до дела, держаться как можно ближе к ней.
Даже кругу может понадобиться цепная собака.
Вечером он позвонил Майе домой, когда она сидела на диване с книгой и
бокалом вина.
- Я не вовремя?
- В самый раз. — Майя подняла бокал, изучая игру света на дне.
— Спасибо за чудесные цветы.
- Рад, что они тебе понравились. Извини за вчерашнее. Просто у меня
было плохое настроение.
- Извиняю.
- Вот и хорошо. Раз так, пообедай со мной. Мы можем назвать это деловой
встречей по обсуждению деталей приезда Кэролайн. Завтрашний вечер тебя
устроит?
Как любезно, — подумала она. — Как вежливо. Придется следить за
ним в оба глаза
.
- Пожалуй, да.
- Тогда я заеду за тобой в половине восьмого.
- В этом нет необходимости. Я просто перейду через дорогу.
- Майя, я знаю, что по вторникам ты после обеда обычно не работаешь.
Зачем менять привычный распорядок? Я заеду за тобой. Форма одежды
неофициальная.
Она чуть не спросила почему, но решила, что именно это ему и надо.
- Хорошо. Тогда до завтра.
Майя положила трубку, взяла книгу, но обнаружила, что не может
сосредоточиться.
Вчера мы копались в прошлом со всеми его ранами и горечью, — подумала
она. — Неужели я была так слепо влюблена и так уверена в своих и его
чувствах, что заманила его в ловушку? Неужели ему хватило бездушия и
эгоизма, чтобы бросить меня, не поделившись тем, что было у него на уме и на
душе, и не дав мне возможности понять это? Какими же глупыми и близорукими
мы тогда были...
Но обвинения и объяснения не могли изменить случившееся. Ничто не
изменилось. Лично она ничего менять не собиралась. Следовало похоронить
былое и оставаться теми, кем они стали теперь. Осторожными друзьями, не
слишком пылкими любовниками, не стремящимися к чему-то большему.
Судя по его сегодняшнему поведению, в этом Сэм был с ней согласен.
И все же...
Как следует подумав, Майя сказала кошке:
- Он что-то задумал.
На другом конце поселка Сэм сделал еще один короткий звонок.
- Нелл? Это Сэм Логан. Нам нужно поговорить. Причем срочно.
Требовалось обсудить некоторые детали. Для этого Сэму пришлось дождаться,
когда Майя уйдет из магазина. Он решил, что иметь дело с Лулу можно только
одним способом — действуя в лоб. Войдя в магазин, Логан жестом
подозвал ее к витрине с компакт-дисками. В ячейке с надписью
Прослушать
срочно
стоял диск с названием
Лесная безмятежность
.
- Какой из них ее любимый?
Лулу поправила очки.
- А что?
- То, что я хочу купить ее любимый компакт-диск.
Лулу, любившая торговать оптом, задумчиво оглядела витрину.
- Если купишь пять, получишь шестой за полцены.
- Мне столько не нужно... — Он осекся. — Ладно, пусть будет
шесть. Какие из
них ее любимые?
- Она любит их все, иначе бы их здесь не было. Это ведь ее магазин, не
так ли?
- Так. — Он схватил первые попавшиеся диски.
- Не торопись. — Лулу отвела его руки. — Она брала для себя
вот эти три.
- Ладно, я беру их. И эти тоже.
- А еще у нас есть книги.
- Я знаю, что у вас есть книги. Просто... Ладно. Что ты порекомендуешь?
Она выдоила его, но Сэм решил, что потратил деньги с толком. Или почти с
толком. Он найдет применение стодолларовой книге об искусстве Ренессанса,
десяти бестселлерам этой недели, шести компакт-дискам, трем видеокассетам и
всему остальному.
Пробивая чек, Лулу впервые засмеялась. Причем сделала это от души.
Он ушел из кафе
Бук
, обеднев на несколько сотен долларов. За оставшееся
время нужно было переделать кучу дел.
Несмотря на это, он подъехал к дверям Майи ровно в семь тридцать.
Майя была уже готова и вышла на крыльцо с тонкой папкой в руках.
- Наброски, -объяснила она. — Копии листовок, которые будут
распространять, газета магазина и афиша, которую расклеят за две недели до
встречи.
- Не могу дождаться, когда их увижу. — Он показал на машину.
— Поднять крышу?
- Нет. Пусть остается опущенной.
Она заметила, что Сэм одет непринужденно. На нем были темные брюки и голубая
тенниска. Майя снова подавила желание спросить, куда они едут обедать.
- Кстати... — Сэм небрежно поцеловал ее, а потом открыл дверь
машины. — Ты замечательно выглядишь.
Все ясно, — подумала она. — Легкий флирт. Что ж, в эту игру
сыграть можно
.
- Я хотела сказать тебе то же самое, — сказала она, сев в машину.
— Прекрасный вечер для поездки на берег.
- Ты повторяешь мои мысли. — Сэм обошел машину и
...Закладка в соц.сетях
