Жанр: Любовные романы
Десять дней счастья
...ете ли присоединиться?
Она ослепительно улыбнулась и указала рукой на место рядом с собой. Объект
их пари тут же сориентировался и мгновенно оказался около Джулс.
— Джулс, — представилась она и протянула руку.
— Стенли, — молодой человек наклонился и прикоснулся губами к
кончикам пальцев Джулс.
— Мои подруги: Эстель и Оливия.
— Очень приятно! — хором произнесли девушки и получили свою порцию
поцелуев.
— Вы один путешествуете? — поинтересовалась Джулс, как только
Стенли расположился рядом с ней на шезлонге.
— Да, так получилось, что мне пришлось отправиться в это путешествие в
одиночестве. А вот вам повезло — у вас большая и дружная компания.
— Ну не такая уж и дружная! — рассмеялась Джулс. — Все же мы
женщины, а говорят, женской дружбы не бывает.
— А вот я верю в женскую дружбу, — сообщил Стенли.
Джулс удивленно приподняла бровь, призывая его продолжить. Кажется, на этот
вечер она нашла себе как минимум приятного собеседника. А дальше видно
будет!
— Женщины, существа с другой планеты, и совсем не каждый мужчина может
их понять. Мне даже кажется, что Дон Жуан и Казанова имели такой успех вовсе
не из-за каких-то выдающихся способностей, а только потому, что понимали
женщин, умели выслушать, приласкать, утешить...
— А при чем тут женская дружба? — не поняла Джулс.
— При том, что мужчины не до конца ориентируются в специфике этого
понятия. Да, женщины могут говорить за спинами друг друга гадости, но если
надо прикрыть от ревнивого мужа или поделиться запасными колготками — ни
одна не откажет. Просто у мужчин и женщин разные приоритеты.
— Вот это да! Впервые вижу мужчину, который бы попытался встать на
позицию женщины.
— Я ведь художник, мне положено уметь чувствовать то, что чувствуют мои
герои. А я предпочитаю изображать женщин.
— Ой, я еще никогда не встречалась с художниками! — чуть покривила
душой Джулс. Благодаря своей журналистской практике она встречалась,
наверное, с представителями всех мыслимых, да и немыслимых профессий. —
Вы чем конкретно занимаетесь? Живопись, скульптура, а может быть, вы пишете
романы?
— Попробуйте догадаться. — Стенли улыбнулся и задорно подмигнул
Джулс.
Она внимательно присмотрелась к нему. Чуть задержалась на милой ямочке на
подбородке, но решила, что это к делу не относится, опустилась взглядом по
мускулистой груди и, наконец, остановилась на пальцах. Тонкие, чувственные,
такими только играть на скрипке или держать в руках кисть.
— Вы — живописец! — уверенно сказала Джулс.
— Почему вы так решили?
— У вас очень красивые и чувствительные пальцы с длинными фалангами и разработанными суставами.
— Может быть, я музыкант?
— Нет, вы имеете дело с красками: вон у вас несколько въевшихся
пятнышек, хотя вы всеми силами старались их отмыть.
— Феноменальная наблюдательность! — поразился Стенли. — Вы
случайно не в полиции работаете?
— О нет! — Джулс замотала головой. Тоненькая прядка баклажановых
волос прилипла ко лбу, и Джулс эффектным жестом убрала ее.
— Продолжим играть в угадайку? — спросил Стенли.
— Думаю, вам не удастся угадать, чем я занимаюсь. У моей профессии нет
ярко выраженных признаков.
— Вы — журналист! — тут же сообщил Стенли.
— Как вы угадали?! — поразилась Джулс.
— Ну я мог бы долго вам рассказывать о том, что меня поразила ваша
наблюдательность, цепкий взгляд, да и умение строить разговор, но, честно
говоря, я видел в какой-то газете вашу фотографию. А так как я художник, у
меня отличная память на лица.
— Значит, вы тоже из Лондона? А как тогда оказались на этом лайнере?
— Я получаю подписку в одном туристическом агентстве.
— Ну надо же... — протянула пораженная Джулс. — Я ведь точно
так же узнала об этом круизе! Тут же подняла на крыло подруг, и мы быстро
заказали тур. Вот только из Лондона добирались с приключениями...
Оливия и Эстель, старательно делавшие вид, что не следят за ходом беседы, не
сдержались и одновременно фыркнули.
— Кажется, это было действительно интересно, — пробормотал Стенли. — Расскажите мне?
— Потом как-нибудь, — отмахнулась Джулс. — А вы как
добирались?
— У меня все просто: я находился в это время в Венеции, копировал
работы художников эпохи Возрождения. Так что мне оставалось лишь сложить
вещи и сесть на лайнер.
— А зачем вы копировали эти работы?
— Это один из элементов образования художника: сначала ты учишься
подражать, и лишь потом — делать что-то свое.
— Значит, вы еще учитесь?
Стенли улыбнулся и покачал головой: он правильно истолковал разочарование в
голосе Джулс.
— Нет, я уже окончил колледж, но ведь мы учимся всю жизнь, не так ли? А
сейчас у меня появилась возможность путешествовать. Мои работы — в цене, так
почему бы не научиться чему-то новому на классических примерах? В этом туре
мы осмотрим множество замечательных мест. Думаю, кое-что вдохновит меня на
новые работы. А вы зачем поехали?
— Расслабиться и прийти в себя после городского шума и суеты, —
пожав плечами, сказала Джулс. Она решила использовать расплывчатую
формулировку. Ну не рассказывать же Стенли через полчаса после знакомства о
проблемах в личной жизни!
— Вы собираетесь сегодня прогуляться по Задару?
— Стенли, давайте перейдем на ты. Я не поняла, кому этот вопрос
адресован. Лично мне или ко всей нашей компании?
— Я бы с удовольствием присоединился ко всей компании, — галантно
произнес Стенли.
— Ой как здорово! — воскликнула Оливия, но тут же получила тычок
под ребро от Эстель.
— К сожалению, у нас с Оливией были другие планы, — улыбнулась она
и бросила грозный взгляд на подругу.
— Ну раз другие планы... — Судя по тону, Стенли вовсе не был
разочарован, и Джулс решила, что это хороший признак.
— Если ты не против, мы отправимся вместе, — осторожно предложила
она.
— Конечно, я не против! — восторженно воскликнул Стенли. —
Кто же может быть против общения с приятным собеседником?
— Ну раз уж ты решил составить мне компанию на экскурсии, будь
последователен: составь мне компанию и в бассейне.
— Но ведь никто не купается?
— Им просто нужен кто-то, кто подал бы пример. Люди никак не могут
забыть о том, что сейчас апрель.
— А разве сейчас не апрель? — не удержалась Оливия.
— Конечно апрель! — Джулс сердито посмотрела на подругу. — Но
ведь мы на Адриатике! А значит, плевать на месяцы и приличия. Я хочу
купаться! Кто со мной?
Джулс не стала никого ждать, встала и решительно пошла к бассейну.
— Потрясающая женщина! — пробормотал Стенли и отправился за ней.
— Мне кажется или мы проиграли? — поинтересовалась Оливия, когда
парочка удалилась на достаточное расстояние.
— Подождем до вечера. Восхищение женщиной еще ничего не значит. Знала
бы ты, сколько мужчин восхищаются моим умом, смекалкой и деловой хваткой. И
что? — Эстель грустно вздохнула и развела руками.
— А уж сколько мужчин восхищается моей грудью! — поддержала
подругу Оливия. — А ведь это гораздо привлекательнее деловой хватки.
— Ну не скажи! Знаешь, сколько сейчас извращенцев?
К четырем часам вечера даже скептически настроенной Эстель стало казаться,
что прогноз Оливии был не таким уж беспочвенным: Стенли ни на минуту не
отходил от Джулс. И, несмотря на то что обедали они вчетвером, парочка
щебетала так, будто, кроме них, за столом никого не было.
— Безобразие... — прошипела Эстель, наблюдая, как Джулс
кокетничает со Стенли.
Экскурсионная группа закончила осматривать достопримечательности, намеченные
в плане, и теперь у всех экскурсантов было свободное время, целых два часа,
чтобы самостоятельно побродить по старому городу.
— Мы ведь сами согласились. Да и потом, глупо ревновать
подругу... — шепотом, чтобы не услышал гид, рассказывающий о планировке
Задара, сказала Оливия.
— А кто сказал, что я ревную Джулс?
— Еще глупее! — фыркнула Оливия. — Просто подожди, пока
подойдет твоя очередь. Кстати, кто завтра занимается Стенли?
— Бросим монетку? Нас двое, теперь это проще сделать.
— Давай. Чур, мой орел!
— Отлично, тогда мне решка.
Эстель выудила откуда-то из недр сумочки монетку и подбросила ее.
— Тебе повезло! — со вздохом сказала Эстель. — Орел.
— Не расстраивайся. Может быть, мне и не придется завтра очаровывать
Стенли. Видишь, как он увлечен Джулс.
— Я боюсь, что на меня уже ничего не хватит.
— Тебе просто не хватает мужского внимания. В этом-то вся проблема и
состоит!
— Ты у нас дипломированный специалист? — язвительно
поинтересовалась Эстель.
— Нет, но и слепому понятно, что с тобой творится. Ой, смотри какая
лавочка! Может быть, зайдем?
Только в магазинчике подруги нашли общий язык, выбирая платки с национальной
вышивкой. Потом было еще множество лавочек, море сувениров, почти не нужных
и совсем ненужных, и океан разговоров о мужчинах. Лишь в половине седьмого,
за полчаса до отправления лайнера, Эстель пришла в себя и удивленно
осмотрелась.
— Слушай, а ты знаешь, как нам вернуться в порт? —
поинтересовалась она у Оливии, разглядывавшей кошелек, вышитый бисером.
— Нет, а что? — рассеянно спросила Оливия, но тут же ее глаза
округлились. — Мы заблудились?
— Именно так! — мрачно подтвердила Эстель.
— И что теперь делать?
— Спросим у аборигенов, как пройти в порт.
Но ни один из встреченных местных жителей так и не смог внятно объяснить им,
куда идти. Похоже, они даже не понимали вопросов Эстель. Не помог ни
английский, ни французский, ни немецкий, ни даже активно эксплуатировавшаяся
Эстель в Италии латынь.
Без пятнадцати семь они поняли, что надежды нет.
— Эстель, мне страшно! — призналась Оливия.
На улице начало темнеть, субтропическая ночь быстро опускалась на город.
— Мне тоже не по себе, — призналась Эстель. — Хочется кричать
что-то типа
Помогите!
.
— Кричать вовсе и не обязательно.
Эстель и Оливия подскочили на месте, услышав за спиной приятный баритон.
Они резко повернулись и увидели двух мужчин. Эстель сжала руку Оливии,
готовая, если что, дать отпор наглецам и приказать Оливии немедленно
убегать.
— Не нужно бояться. Мы вместе с вами путешествуем на
Королеве
Изабелле
. — Один из мужчин сделал успокаивающий жест, и Эстель почему-
то сразу же захотелось ему довериться.
— Ник Картер, — представился он.
— Джек Смоллетт, — протянул руку его спутник.
— Эстель Лавье, а это моя подруга Оливия Стейси.
— Очень рады нашему знакомству. Но, боюсь, у нас не осталось времени
для светской беседы. Нам стоит поторопиться на лайнер.
— А вы знаете, как туда попасть?! — обрадовалась Оливия.
Мужчины уже шагали огромными шагами, и Эстель с Оливией с трудом поспевали
за ними на своих дизайнерских каблучках.
— Мы внимательно слушали гида, — сказал Джек.
Оливия сердито посмотрела на него.
Ну надо же, он еще будет нас учить! — раздраженно подумала она. Нет чтобы предложить даме руку!
Словно услышав ее мысли, Джек остановился и согнул руку в локте.
— Думаю, вам будет удобнее, если вы обопретесь на мою руку, и давайте
сюда ваши покупки. Нужно поторопиться. Боюсь, как бы лайнер не отправился
без нас. — Он бросил обеспокоенный взгляд на часы.
— Там осталась наша подруга, — с надеждой в голосе сказала Эстель, опираясь на руку Ника.
— Не уверен, что ей удастся задержать отправление лайнера.
— О! Джулс может остановить торнадо, — уверенно сказала Оливия.
— Если только захочет, — мрачно добавила Эстель.
В порту они оказались в семь ноль пять. Лайнер все еще стоял у причала, а
возле сходней металась белая как полотно Джулс. Стенли тоже был там и, судя
по всему, пытался ее успокоить.
— Как вы только могли?! — сердито набросилась она на
подруг. — Если бы вы знали, чего мне стоило уговорить капитана отложить
отплытие до вашего возвращения!
— Прости, Джулс, — еле смогла сказать задыхающаяся от быстрой
ходьбы Оливия.
— Быстрее на борт, пассажиры! — с нескрываемым раздражением
потребовал матрос.
Вся компания, кто отдуваясь и радуясь, кто негодуя, поднялась на борт.
— Безобразие! — вновь продолжила Джулс, как только трап убрали за
ними.
— Мы заблудились, — попыталась оправдаться Эстель. — Если бы
не Ник и Джек, мы бы так и бродили по улицам этого славного городка.
— Я даже знаю, почему вы заблудились! — Обвиняющий перст Джулс
указывал на огромные пакеты с сувенирами в руках Ника и Джека.
— Мы кое-что и для тебя купили, — заискивающим тоном сказала
Оливия.
Джулс грозно посмотрела на нее, но взгляд подруги смягчился. Эстель и Оливия
вздохнули с облегчением. Они могли сколько угодно подкалывать Джулс, но ее
гнева, тем более совершенно справедливого, опасались.
— Может быть, вы нас познакомите? — поинтересовалась Джулс, кивком
указав на топчущихся в нерешительности Ника и Джека.
— Наши спасители Ник и Джек, — представила мужчин Оливия. — А
это наша подруга Джулс и наш новый знакомый Стенли.
— Очень рады знакомству, — улыбнувшись, сказал Ник. Он пожал руку
Стенли и отвесил поклон Джулс.
— И огромное вам спасибо за задержку отплытия. — Джек оказался
более галантен и запечатлел на руке Джулс поцелуй. — Я и представить не
мог, что такая хрупкая девушка способна удерживать целый лайнер!
От комплимента Джулс зарделась и почти простила подруг.
— Мы вам обязаны, — стараясь придать голосу как можно больше
признательности, сказала Эстель.
— Как мы можем отблагодарить вас? — спросила Оливия.
Ник и Джек переглянулись.
— Предлагаю всем вместе поужинать в ресторане на палубе. Сегодня они
обещали морскую кухню и струнный квартет, — быстро нашелся Ник. —
Мы с Джеком умеем танцевать танго. Не хватает только очаровательных
партнерш.
— Отличная идея! — ослепительно улыбаясь, согласилась
Оливия. — Значит, в восемь на второй палубе?
Она еще разок улыбнулась, подхватила под руки Эстель и Джулс и потащила их к
каюте. Стенли, удивленно глядя на все это действо, поплелся следом.
— У нас есть полчаса, чтобы привести себя в порядок! — объявила
окрыленная новым знакомством Оливия.
Джулс вырвалась из цепких рук подруги.
— Я вас потом догоню. Мне нужно еще кое с кем поговорить, —
многозначительно улыбаясь, сказала она. — Все равно, несмотря на
оптимистические заявления, втроем в ванной мы не поместимся.
Джулс развернулась и подошла к Стенли. Они тут же принялись что-то живо
обсуждать. Эстель ужасно хотелось послушать, о чем они говорят, но Оливия
увлекла ее дальше с силой разбушевавшегося тайфуна.
— Что это с тобой? — поинтересовалась Эстель.
— Давай сразу договоримся, Ник — мой.
Эстель пожала плечами.
— Да пожалуйста! Терпеть не могу блондинов.
— Глупая ты женщина! Он красивый, высокий, а какие у него чудесные
серые глаза!..
— Ты и цвет глаз умудрилась рассмотреть?! Вот уж не ожидала от тебя,
Оливия. Я успела лишь сделать вывод, что он надежный мужчина, как, впрочем,
и Джек. Надеюсь, ты не думала, что у вас точно родятся блондинистые
детки? — ядовито поинтересовалась она.
Оливия предпочла не отвечать на этот во-прос.
— Лучше скажи, как тебе Джек? — сменила она тему.
— Ничего... — протянула Эстель, вспомнив невысокого, всего лишь на
полголовы ниже ее, но очень крепкого Джека. Она сразу же обратила внимание
на легкую седину на висках, добавлявшую ему солидности. Эстель нравились
солидные мужчины, что бы ее подруги ни говорили. — Если ты берешь себе
Ника, я, пожалуй, займусь Джеком.
— Это — пожалуйста! Я терпеть не могу усатых мужчин. Все они ужасно
целуются, — решительно заявила Оливия. — Чур, я первая в ванную.
— Ну уж нет! — возмутилась Эстель. — Если кто-то и может
занимать ванную дольше тебя, так только Джулс. Первой сегодня иду я. Кстати,
ты умеешь танцевать танго?
— Разберемся! — уверенно заявила Оливия.
— Ну и отлично. — Эстель улыбнулась подруге, ловко проскочила мимо
нее в каюту и заперлась в ванной.
— А мне что делать? — поинтересовалась Оливия с другой стороны
двери.
— У тебя есть пятнадцать минут, чтобы решить, что надеть! —
крикнула ей Эстель и включила воду.
Сама она уже определилась: красное коктейльное платье с пышной юбкой длиной
до середины колена и открытыми плечами.
— Учти, я буду в красном! — на всякий случай крикнула она Оливии.
— А я в черном. Всем блондинкам в отличие от брюнеток идет черный цвет.
Когда Джулс появилась в каюте, ее подруги уже были при полном параде.
— Вот это да!.. — присвистнула она. — Вы что, на бал
собрались?
— Думаешь, это чересчур? — неуверенно спросила Оливия, показывая
на свое маленькое черное платьице, открывающее потрясающие ноги и
удивительной красоты руки. А также удачно подчеркивающее все соблазнительные
изгибы фигуры Оливии.
— Я вот не уверена, что взяла с собой что-то, хоть отдаленно
напоминающее ваши наряды. Ладно, надену джинсы и топ со стразами.
— Джулс! — возмущенно воскликнула подруги.
— Ну хорошо, — сдалась она. — Где-то у меня были черные
брюки...
— Джулс! — строго прикрикнула на нее Эстель.
— Я позволила себе порыться в твоих вещах, это, конечно, нехорошо, но я
ожидала чего-то подобного. — Оливия взяла одной рукой с кровати
золотистое платье на широких, завязывающихся на спине бретелях, а другой —
босоножки на высоком каблуке в тон платью.
— Я и не знала, что у меня есть такие вещи! — призналась Джулс,
разводя руками.
— Через пять минут ты должна быть готова. И не забудь о макияже. Все же
не купаться идешь! — предупредила ее Эстель.
Их появление на второй палубе произвело не меньший фурор, чем несколькими
часами раньше на верхней палубе у бассейна. Ник, Джек и Стенли ошеломленно
смотрели на приближающихся к ним ослепительных красавиц, не в силах
вымолвить хоть слово.
Первым пришел в себя Стенли.
— Дамы, вы просто неотразимы и так ослепительны, что, боюсь, нам
придется сбегать за солнцезащитными очками.
Джулс рассмеялась и легонько шлепнула Стенли по руке. Она очень быстро
адаптировалась в любой ситуации и умела помочь адаптироваться окружающим.
Уже через пять минут за столиком царило непринужденное веселье.
Вечер пролетел, словно один миг. Когда оркестр начал собирать инструменты,
Джулс решила взглянуть на часы.
— Половина третьего ночи. Кажется, всем нам пора по каютам, —
сказала она. — Если только у вас нет желания прогуляться под луной.
— У меня есть! — откликнулся Стенли.
Оливия и Эстель переглянулись и тут же выразили желание совершить прогулку.
Не сговариваясь, пары разошлись в разные стороны.
Через несколько часов Эстель и Оливия встретились в коридоре перед дверью
своей каюты.
— Я и представить себе не могла, что можно болтать ни о чем
часами, — призналась Оливия.
— А я не могла и подумать, что буду разговаривать с мужчиной о ценных
бумагах! — сердито заметила Эстель.
— Но ведь тебе понравилось.
— Разговаривать — да, — легко согласилась подруга. — Но что-
то в Джеке не то!
— Не знаю, у меня все отлично! — сообщила Оливия, хотя и у нее
возникло чувство, что она общалась не с интересным мужчиной, а просто с
интересным человеком. Но она поспешила задавить в себе это неясное ощущение:
какая же нормальная женщина из-за подобных глупостей упустит такого
красавца?!
— Интересно, Джулс вернется под утро? — спросила Оливия, входя в
каюту.
— И вовсе не обязательно топать, как стадо слонов! — сердито
сказала Джулс, включая лампу возле кровати. — Где вы только ходили?
— А почему ты уже в каюте? — удивилась Эстель.
— А где мне еще быть?
— Мы с Эстель уже решили, что проиграли...
— Боюсь, что вы выиграли, — печально сказала Джулс. — Стенли
пожал мне руку на прощание и сообщил, что никогда еще не встречал такого
интересного собеседника. В общем, я проиграла.
— Я должна бы радоваться, но мне сейчас очень грустно, —
призналась Эстель.
— Да ладно, девочки, можно подумать, вокруг мало мужчин. Кто из вас
завтра займется этим негодником?
— Оливия, мы бросили жребий, и выпало ей, — сообщила Эстель,
сбрасывая босоножки и падая на кровать.
— А вы как погуляли?
— Ну лично у меня до поцелуев дело не дошло, но все было очень мило, — отчиталась Оливия.
— У меня то же самое.
— Можно считать, что второй день прошел не зря, — резюмировала
Джулс. — Вы познакомились с интересными мужчинами, я нашла нового
друга.
— Ты и правда так спокойно к этому отнеслась? — удивилась Эстель.
— Знаешь, когда тебя только что бросил мужчина, с которым ты собиралась
связать свою жизнь, совершенно спокойно относишься к тому, что после первого
дня знакомства тебе не признаются в любви! А со Стенли мне интересно, и,
несмотря на то что у меня ничего не получилось, я рада, что обрела нового
замечательного друга.
— Всегда завидовала оптимизму Джулс, — вздохнула Эстель.
4
На бирюзовом поле мирно паслись белые барашки волн, разбегающихся от носа
лайнера. Солнце осторожно показало из-за горизонта крохотный кончик, будто
раздумывая, стоит появляться или можно еще немного поспать. После минутного
колебания оно собралось с силами и уже всерьез начало подниматься над
спокойным и ласковым морем, заливая все вокруг золотистым светом
разгорающегося дня. Покой и тишина окутали сонный лайнер. Еще немного, и
начнется обычная круизная суета: на шезлонгах примут завлекающие позы томные
красотки, представительные мужчины с наметившимся животиком начнут обсуждать
деловые новости и биржевые котировки, официанты и обслуживающий персонал
будут незаметно передвигаться мимо своих клиентов, разнося напитки и
поправляя шезлонги, — все будет как всегда.
Свежий бриз шевелил короткие волосы на голове Джулс. Она стояла на верхней
палубе и задумчиво смотрела вдаль. Она успела полюбить эти волшебные минуты,
когда можно было беседовать без слов с солнцем, любоваться морем и
оставаться наедине со своими мыслями.
Жаль, что Фрэнк этого не видит. Ему бы понравилось. Он как никто другой
умеет чувствовать и понимать красоту.
Джулс смущенно улыбнулась и огляделась вокруг, как будто кто-то мог услышать
ее мысли.
Может быть, мне не стоило так категорично ставить вопрос о браке? — уже
в который раз спросила она саму себя и в который раз самой себе ответила:
если бы я не подняла эту тему, еще очень долго я бы пыталась истолковать в
свою пользу любые слова Фрэнка, дрожала бы каждый уик-энд в ожидании кольца,
в итоге совершенно
...Закладка в соц.сетях
