Жанр: Любовные романы
Бумажная луна
...Дженис с радостью
принимала их мелкие знаки внимания.
Мужчины знали, где найти стакан воды, на какой станции продают еду, они помогали
выносить и вносить ее багаж, когда
поезд делал не учтенные в расписании остановки. А таких остановок было немало,
что объяснялось той поспешностью, с
которой строилась эта железная дорога, не говоря уж о разного рода чрезвычайных
происшествиях на путях.
Но когда они пересекли границу Техаса и въехали на территорию Нью-Мексико, в
поезде, казалось, остались одни
мужчины, и Дженис почувствовала себя в центре всеобщего внимания. Они
состязались друг с другом за право принести ей
воды, оспаривали место рядом с ней, они боролись даже за внимание Бетси.
Дженис устала от пыли, жары и тревог. Ей хотелось настучать по башке всем
этим болванам, чтобы вправить им мозги. И
еще она обнаружила, что не беременна, и не знала, то ли смеяться, то ли плакать
над этой новостью. Сначала будущий
ребенок пугал ее, но шли недели, и она свыклась с мыслью о том, что внутри у нее
зреет семя Питера. Она начала мечтать о
маленьком, перебирая в уме имена мальчиков и девочек, представляя, какие сошьет
ему детские костюмчики и как разделит
эту новую жизнь с мужем - то, чего она была лишена раньше.
А теперь оказалось, ничего не было. Если с Питером стряслась беда, то у
Дженис ничего от него не останется. Дженис
старалась не думать об этом, но чем ближе они подъезжали к диким безлюдным
местам его нового дома, тем яснее она
понимала, как опасны эти места. Человек умрет здесь, и никто не спохватится,
никто даже не будет знать об этом. Она не
хотела думать о том, что это могло случиться с Питером.
Дженис перенесла свои тревоги с ребенка, которого у нее не будет, на мужа,
которого едва знала. А может, знала гораздо
лучше, чем думала? Ей было понятно его стремление прокладывать собственный путь
в этой жизни, самостоятельно
обеспечивать себя и ни от кого не зависеть. И больше, чем что-то другое, ей было
понятно то одиночество, которое жило в
его душе. Они оба оставили друзей и родных ради того, чтобы удовлетворить свое
честолюбие. А новых друзей не завели,
ведь когда работаешь день и ночь, ни на что другое просто не хватает времени.
Но теперь они обрели друг друга. Она надеялась, что для Питера этого
достаточно. Что до Дженис, то она никогда и не
мечтала иметь так много. Несмотря на все препятствия, связанные с прошлым, ей
безумно хотелось, чтобы их брак принес
счастье им обоим.
Носильщик шел по проходу и выкрикивал: "Гэйдж!", перекрывая визг тормозов и
завывание свистка. Дженис потянулась
к своему саквояжу, и в этот момент сразу трое мужчин ринулись ей помогать.
Возникла небольшая потасовка. Дженис
страдальчески вздохнула. Бетси, закусив свою ленточку, с любопытством наблюдала
за происходящим.
Дженис поправила на голове свою модную шляпку, которая надвигалась глубоко на
лоб, а сзади закручивалась кверху.
Она сама смастерила ее вместе с Кармен из старых вещей и чувствовала себя в ней
настоящей королевой. Увидев
носильщика, Дженис протянула ему монету, и тот немедленно бросился в гущу
сражения, через минуту победно вынырнув с
ее саквояжем в руке.
Она начинала постигать волшебную силу богатства. Возможно, жизнь в гостях у
Эви и Тайлера оказала на нее дурное
влияние. И все же она очень гордилась собой, выходя на станционную платформу в
сопровождении носильщика, несущего ее
багаж. Дженис старалась не обращать внимания на раздосадованных соперников,
спешащих сзади.
Она осматривала просторы Нью-Мексико - впервые не через окно поезда. Отсюда,
с железнодорожной станции, был
виден почти вес-ь город. Доски, которыми были обшиты фасады некоторых магазинов,
были настолько свежи, что из них
еще сочилась смола. Эти фасады скрывали стены из сырой глины. В городе не было
ни дощатых тротуаров, ни мощенных
щебнем дорог. В поле ее зрения попали три салуна, но ни одной церкви. "И это еще
был большой город, через который
ходили поезда, а что же тогда представляет собой Бутт?" - удрученно подумала
Дженис.
Крепко держа Бетси за руку, она подошла к начальнику станции и спросила, как
пройти в контору по найму дилижансов.
Теперь за ней увязалось сразу четыре добровольных провожатых. Не слишком ли
суровое испытание для засидевшейся в
девках учительши?
Наконец, устав от назойливой помощи своей свиты, она обнаружила, что сидит в
конторе по найму дилижансов, пьет
вместе с Бетси лимонад и слушает небылицы, которыми стараются переплюнуть друг
друга ее ухажеры. Кто-то пошел за
ленчем, кто-то остался следить за тем, чтобы весь ее багаж вывезли на тележке со
станции.
Вдруг она увидела, как из подъехавшей почтовой кареты вышел мужчина в
цилиндре и потянулся за своим чемоданом.
Сердце Дженис подпрыгнуло, но радость была мимолетна: она увидела его окладистую
бороду и тучный живот. Как она
могла подумать, что Питер приедет ее встречать? Ведь у нее даже не было
возможности известить его телеграммой о своем
приезде.
Когда погрузили все вещи и кучер заверил, что готов к отправлению, они
забрались в тесный салон дилижанса, и лошади
тронулись, Дженис разрешила Бетси помахать на прощание их докучливым обожателям.
Сама она была так взволнованна,
что просто сидела, вцепившись в свою сумку, и молилась.
Их единственной попутчицей оказалась пожилая женщина с животом таким же
необъятным, как и корзина с едой,
которую она везла. Женщина открыла корзину, как только дилижанс выехал за черту
города.
- Нам повезет, если по дороге нас не изнасилуют и не снимут скальп, - сказала
она и с полнейшей невозмутимостью
впилась зубами в куриную ножку.
Глаза Бетси испуганно раскрылись, и Дженис спросила как можно спокойнее:
- Мне казалось, что индейцы уже перестали нападать.
- Джеронимо опять на тропе войны. Еще удивительно, как прошел поезд. Помяните
мое слово - он всех нас перережет
прямо в постелях!
Говорить этой женщине о том, что она пугает ребенка, было совершенно
бесполезно. Дженис неодобрительно поджала
губы.
- Я думала, Джеронимо вернулся в резервацию.
Женщина пожала своими массивными плечами:
- Удержать апачей на одном месте можно, только если они мертвы. Их всех надо
перебить.
Дженис мстительно пожелала женщине подавиться куриной кожей, которую она
запихивала себе в рот.
- Насколько я понимаю, земли резервации непригодны для земледелия. Мне бы
тоже вряд ли понравилось, если бы ктото
за меня решил, где мне жить.
Крошечные глазки-бусинки сверкнули на Дженис.
- Когда они изнасилуют вас до крови, как сделали это с моей дочерью, вот
тогда вы пожалеете, что армия не
перестреляла их всех.
- По-моему, это не слишком подходящий разговор при ребенке, - решительно
заявила Дженис.
Если эта тетка не заткнется, она задушит ее собственными руками. Бетси сидела
такая бледная, что веснушки на носу
проступили коричневыми пятнами.
Женщина, недовольно крякнув, занялась своей едой.
Ничего себе - славное начало новой жизни! Вдобавок ко всему выяснилось, что
до ночи они не приедут в Бутт. Никто не
предупреждал Дженис, что ей придется ночевать в глинобитном бараке посреди
безлюдной глуши.
С ужасом глядя на кишевшие клопами грязные простыни, Дженис испытала минутный
порыв вернуться назад.
Неудивительно, что Питер поехал верхом, отказавшись от "удобств" современного
транспорта. И ей надо было перебороть
себя и последовать его примеру.
Но теперь было поздно что-то менять. Кучер обещал, что они будут в Бутте
завтра около полудня. А оттуда останется
проехать всего пятьдесят миль.
Пятьдесят миль! Дженис со стоном улеглась на пол и завернулась в свою накидку
- спать на кровати она не рискнула.
Что ж, когда ее муж решил оставить цивилизацию, он сделал это решительно.
Он все делал решительно. Дженис задрожала, вспомнив, каким огненно-страстным
был Питер в постели. Может, он и не
любил ее, но явно хотел того, что она могла предложить. Сознание этого придавало
Дженис такую женственность, о какой
она и не подозревала все эти годы. Она перестала быть бесчувственным автоматом и
стала женщиной. К своему удивлению
Дженис поняла, что ей нравится быть женщиной.
Значит, она должна найти Питера. Все очень просто. Возможно, ее желание не
так телесно, как желание Питера, зато так
же сильно. Ей нужно снова стать женщиной, ей нужна семья. И она сделает все, что
потребуется, лишь бы обрести ее. И
насладится каждой минутой того удовольствия, которое необходимо для увеличения
этой самой семьи.
Как ни странно, наутро Дженис проснулась бодрой и веселой. Где-то рядом со
станцией щебетали птицы, а воздух стал
прохладней, чем все последние дни. Бетси болтала без умолку, пока доедала
вчерашние закуски и собирала свои пожитки.
Сегодня они приедут в свой новый дом!
У мрачной тетки подошли к концу запасы продуктов, и, пока дилижанс трясло и
подбрасывало на каменистой дороге, она
замучила их потоком бесконечных жалоб. Дженис старалась не обращать на нее
внимания, разглядывая вместе с Бетси
пейзаж - каждая из своего оконца. Они никогда раньше не видели гор и теперь с
удивлением смотрели на гряду, которая
приближалась к ним все ближе и ближе. Бетси взволнованно показала на белую
вершину и спросила, не снег ли это.
Женщина промолчала, а Дженис не знала, что ответить. Была еще середина
сентября. Мог ли быть снег в горах в такое
время? А что, если Питер сейчас там и не может выбраться?
"Не надо паниковать заранее", - решила Дженис. Придет время, и она сделает
все, что будет нужно. Паника уже не раз
толкала ее на крайности, но сейчас миссис Маллони ей не поддастся.
До Бутта доехали без происшествий. Дженис обрадовалась, когда увидела некое
подобие цивилизации без каких-либо
признаков появления здесь дикарей-индейцев. Бетси, чуть покачиваясь на носках,
смотрела вверх, на горы, возвышавшиеся
над крошечным городком, который приютился у их подножия. Ветер трепал ее светлые
кудряшки, и Дженис улыбнулась,
глядя на свою красавицу-дочь.
Но нельзя было тратить драгоценное время на бесцельное созерцание.
Недоуменный взгляд Дженис наткнулся на узкую
полосу зданий-времянок, прилепившихся к склону холма. Она кое-что слышала о
шахтерских городках, но у этого городка
был явно заброшенный вид. Независимо от того, что надеялись найти здесь горняки,
Бутт явно не процветал. Те, кто еще жил
здесь, должно быть, не уезжали из лени или из-за полного отсутствия честолюбия.
Дженис обнаружила всенепременный салун, лавочку с вывеской "Цирюльник,
доктор, аптекарь" и универсальный
магазин, но было непонятно, работают ли эти учреждения. В нескольких жилых домах
она увидела даже занавески на окнах.
Вряд ли можно рассчитывать здесь на какую-то работу. Оставалось лишь надеяться,
что она найдет Питера раньше, чем у нее
кончится последний доллар.
Поскольку личный вагон Тайлера уже вернулся в Натчез, Джэсон настоял на
оплате ее железнодорожных билетов. Но
Дженис все-таки пришлось потратиться в пути - на дилижанс и на еду. В МинералСпрингс
оставшихся денег ей хватило бы
на полгода. А на сколько хватит здесь?
Гостиницы в городке не было. Дженис сделала это открытие, пока искала платную
конюшню, чтобы нанять фургон.
Конюшни тоже не было. Как же ей подняться в горы к Пичеру? И как узнать дорогу?
Все казалось таким простым, когда она отправлялась в этот путь. Но в
реальности все оказалось не так просто. С
некоторой долей волнения Дженис спросила мужчину из конторы по найму дилижансов,
не знает ли он, где здесь можно
взять фургон.
- Фургон? А зачем он вам понадобился? До всего можно дойти пешком.
Он был худым и сутулым, с черными сальными космами, свисавшими на глаза.
"Только бы этот человек не оказался
местным телеграфистом", - с тревогой подумала она. Ведь ей надо было отправить
телеграмму о том, что она доехала
благополучно.
- Мой муж живет в горах. Мне надо как-то добраться к нему, - попыталась она
объяснить.
- Вы не проедете по этим тропам в фургоне. Туда обычно ездят верхом. Я знаю,
где можно взять лошадь, если она вам
нужна.
Казалось, он совсем не горел желанием поделиться с ней этой информацией.
Но Дженис не может ехать верхом, и Бетси тоже! К тому же, чтобы перетащить в
гору весь их багаж, им потребуется
целый вьючный обоз. И еще она собиралась купить перед отъездом запас продуктов и
разных необходимых в хозяйстве
вещей. Нет, ей непременно нужен фургон. Дженис со страхом взглянула на синие
тени, маячившие над городом. Она никогда
не была в горах, но Питер сказал, чтобы она привезла мебель, значит, там должны
быть дороги.
- Мне надо послать телеграмму. Не скажете ли вы мне, как пройти к телеграфу?
- Телеграф здесь. Куда вы хотите послать телеграмму?
"О Боже, дай мне силы!" - пробормотала Дженис про себя. Как выяснилось, к ее
полному "счастью", этот нечесаный
пентюх оказался еще и цирюльник-доктор-аптекарь. Хорошо, что она взяла с собой
лекарства для Бетси. Но что будет, когда
они кончатся? Стиснув зубы, Дженис постаралась составить текст телеграммы
Хардингам.
Откуда-то с дороги донесся мужской голос, извергавший поток нецензурных
эпитетов. Испуганно заржала лошадь И
вдруг - неожиданное громыхание колес фургона, катившего вниз по склону. Дженис
резко обернулась.
Незапряженный фургон бешено несся под гору прямо на контору, в которой они
находились.
Глава 29
Не успев ничего сообразить, Дженис схватила Бетси и нырнула в открытую дверь
конторы. Нечесаный телеграфист
побежал в дальний угол, подальше от окна. Бетси закричала, когда Дженис повалила
ее на пол за стеной конторы и накрыла
своим телом.
Еще секунда - и фургон разнесет в щепки хлипкое строение, накрыв их грудой
обломков. Но вместо треска ломающихся
стен Дженис услышала винтовочный выстрел и легкий глухой удар по деревянным
опорам крыльца.
Больше ошеломленная, чем испуганная - на то, чтобы по-настоящему испугаться,
просто не было времени, - Дженис
осторожно встала с пола, поднимая и Бетси, и выглянула на улицу.
Высокий седой мужчина в сильно поношенной ковбойской шляпе с высокой тульей
вразвалку шагал по центру пыльной
улицы, его винтовка еще дымилась. Он пнул ногой в колесо фургона, вихлявшее на
обочине, и оно свалилось. Сам фургон
стоял, наполовину заехав на крыльцо конторы, упираясь в покореженную деревянную
подпорку. Дженис, не веря своим
глазам, смотрела на пустую ось, где должно было быть колесо. Этот человек сбил
его выстрелом!
Она перевела взгляд на мужчину, подходившего к конторе. Он показался Дженис
знакомым, хотя она и не могла
вспомнить, где его видела. На вид он был по крайней мере вдвое старше ее.
Седеющая клочковатая бородка, неровно
подстриженные волосы, торчавшие над ушами. Лицо было таким же худым и костлявым,
как и вся его фигура, а движения -
обманчиво небрежными, Дженис заметила в его взгляде мутную поволоку и слегка
передернулась. Она достаточно пожила в
приграничных городках и знала, что с людьми такого сорта лучше не связываться.
- С вами все в порядке, мэм? - спросил он скрипучим голосом, в котором не
было ни тени беспокойства.
- Да, спасибо, сэр, - чуть слышно выдавила Дженис. - Вы спасли нам жизнь,
сэр. Не знаю, как вас благодарить.
Незнакомец даже не потрудился снять шляпу.
- Я предупреждал парня насчет этого колеса, но он меня не послушал. Вы когото
ищете?
Телеграфист все еще был в конторе, где, скорчившись от страха, истерически
бормотал проклятия. И Дженис рискнула
воспользоваться случаем.
- Я ищу своего мужа, Питера Маллони. Вы его знаете?
Незнакомец нахмурился, плотнее надвинул на лоб шляпу и сплюнул на дорогу.
Неловко помявшись с ноги на ногу, он
наконец опять повернул к ней голову, но тень от шляпы скрадывала его глаза.
- Да вроде знаю, - неохотно признался он.
У Дженис сжалось сердце. Здесь ее окружали стеснительные мужчины, которым
сподручней было управляться с оружием
и лошадьми, чем с женщинами. И она догадалась, почему один из них не желал
говорить ей про Питера. Было только одно
объяснение: совершенно очевидно, что стряслась какая-то беда.
Нет, не стоит паниковать! Постаравшись унять воображение и крепко прижав к
себе Бетси, она спросила:
- Вы не можете мне сказать, как добраться до его домика?
Он пожал плечами, огляделся вокруг, как будто ища кого-то, кто ответит за
него, и медленно кивнул:
- Да вроде могу.
Дженис быстро оправилась от первого испуга. Ей хотелось треснуть этого ковбоя
чем-нибудь по башке, чтобы извлечь из
него более исчерпывающий ответ. В самом деле он такой болван или прикидывается?
Она постаралась сохранять терпение.
- Могу я где-нибудь взять фургон, чтобы туда доехать?
Мужчина окинул взглядом груду досок с колесами, которые теперь поддерживали
крыльцо:
- Если удастся починить этот.
Дженис уныло посмотрела на кучу древесины:
- Это что, единственный фургон?
- Да вроде. - И мужчина снова сплюнул.
Подумать только, он просто непрошибаем! Дженис еле сдерживалась, чтобы не
закричать. Пока она собиралась с
мыслями для более точного вопроса, Бетси выпустила ее руку и, спрыгнув со
ступенек крыльца, уставилась снизу вверх на
незнакомца:
- А вы такой же бандит, как тот, про которого пишет мой дядя Дэниел?
Золотые волосы девочки блестели на солнце, а бледное личико сияло покоряющей
невинностью. Голубые глаза смотрели
на ковбоя сквозь густые ресницы с восхищением. Мужчина опустил на землю свою
винтовку и тоже уставился на девочку с
таким же восхищением, однако с гораздо меньшей храбростью. Казалось, он
испугался.
- Он описывает похождения Пикоса Мартина. Вы знаете Пикоса Мартина?
Дженис еще никогда не видела, чтобы Бетси вела себя так смело. Она удивилась
не меньше незнакомца, правда, не
настолько, чтобы пропустить мимо ушей его ответ:
- Да вроде знаю.
Нет, или она придушит этого человека, или упадет сейчас на землю и будет
кататься от хохота. Сдерживая смех, Дженис
заметила молодого парня, который сбегал с пригорка к своему развалившемуся
фургону.
- Спасибо, старик! Ты поможешь мне надеть колесо?
Парень поднял одинокое колесо и подкатил его к крыльцу. Увидев Дженис и
Бетси, он потянулся рукой к голове, желая
снять шляпу, но не нашел ее на месте и смущенно поклонился:
- Добрый день, мэм. Простите за причиненное беспокойство!
"Простите за причиненное беспокойство!" Вот это да! Дженис думала, что с ней
сейчас случится истерика. Да они чуть не
погибли, и это называется беспокойством! Удивительно еще, откуда этот грязный
недоросль знает такие слова. Что за
странное место! Очень странное. Дженис почувствовала себя Алисой в Стране Чудес
и, когда рядом с ней возник
телеграфист, подумала, что ничуть не удивится, если он на ее глазах превратится
в тыкву или в короля.
- Могу ли я попросить у вас на время ваше транспортное средство, чтобы
перевезти свой багаж к дому моего мужа? -
спросила Дженис хорошо отработанным голосом школьной учительницы.
Парень выпучил на нее глаза, как будто это она должна была сейчас
превратиться в тыкву. Ковбой ткнул парня локтем в
бок и выхватил у него колесо. Тот сразу пришел в чувство.
- Да, мэм. Почту за честь, мэм. Вот только мы с Мартином поставим на место
это колесо и запряжем Босси. Поедем
через пару минут! - Тут на лбу его обозначились легкие признаки раздумья. - Э-э,
простите, мэм, а где живет ваш муж?
Ковбой пришел ей на помощь.
- Я отвезу, - проворчал он, поднимая с крыльца основание фургона, и добавил,
обращаясь к Дженис: - А вы бы, мэм,
пока прогулялись по улице.
Дженис и сама только что подумала об этом. Торопливо сбежав по ступенькам,
она вывела Бетси на дорогу. Телеграфист
последовал ее примеру. Как только ковбой и парень вытянули фургон с крыльца,
покореженная подпорка заскрипела,
накренилась и рухнула совсем. Деревянное перекрытие обвалилось на землю, накрыв
облаком пыли обоих мужчин.
Дженис, вздохнув, заметила:
- Там, под крыльцом, мой багаж, джентльмены.
Этот день казался каким-то нескончаемым. Пока мужчины чесали в затылках,
собирая к месту события небольшую толпу
зевак, Дженис взяла Бетси за руку и повела ее к зданию, в котором, как она
надеялась, был магазин. Бетси взволнованно
тараторила о незнакомце, о бандитах вообще и о героях романов дяди Дэниела.
Дженис подумала, что сейчас ей
действительно пригодился бы герой, вот только сомневалась, что незнакомец по
имени Мартин таковым являлся.
В магазине она обнаружила усталого от жизни мужчину в клетчатой рубахе,
который, облокотившись о прилавок, глазел в
пыльное окно. При ее появлении он схватил тряпку и принялся без особого рвения
вытирать деревянную стойку.
- Теперь они провозятся целый день, - с прискорбием известил он ее. - Так что
лучше выпейте пока лимонаду и
отдохните.
"Неплохая идея", - подумала Дженис, хотя в пессимизме продавца ей послышалось
что-то знакомое. И в самом деле, как
только они с Бетси сели на деревянный ящик с бутылкой лимонада, из глубины зала
раздался недовольный голос:
- Генри, ну ты вытрешь когда-нибудь пыль или нет? - Это был голос толстой
тетки из дилижанса.
Дженис читала сказки Льюиса Кэрролла и задалась праздным вопросом, что с ней
сейчас происходит - то ли она
провалилась в кроличью нору, то ли попала в Зазеркалье. И если в магазине
работает парочка Тру-ляля и Тра-ляля, то кто
тогда немногословный ковбой - Король или Белый Кролик? Она похихикала тайком от
Бетси, решив больше не развивать
этих сравнений, иначе при виде кота, исчезающего без очаровательной улыбки, с
ней случится истерика.
- У меня покупатель, Глэдис! - крикнул в ответ Генри. - Подожди, сейчас иду!
- Он оперся на локти и повернулся к
Дженис с видом человека, ничуть не заинтересованного продать свой товар. - Вы
приехали в дилижансе?
Ухватившись за возможность что-то узнать о Питере, Дженис чинно поправила
шляпку и улыбнулась так, как, по ее
мнению, полагалось улыбаться солидной леди, жене Питера.
- Да, сэр, я приехала к мужу, Питеру Маллони. Вы его знаете?
Генри еще пару раз лениво махнул тряпкой по прилавку.
- Маллони? - Он фыркнул. - Тот парень, что купил гору! Скажите-ка мне, что он
собирается делать с пустой горой?
На ней же ни шиша нет - одни канюки и кустарник.
Дженис, прикрыв глаза, воздала краткую хвалу небесам. Значит, он успел-таки
ее купить!
- Насколько я знаю, он хочет заняться фермерством. У него страсть к лошадям.
А он часто наведывается в город?
Генри проницательно взглянул на нее:
- Не знаю, мне он редко попадается на глаза. В последний раз я видел его
здесь месяц или больше назад. Лошади,
говорите? Что-то мне кажется несколько странным покупать гору, чтобы разводить
лошадей.
Дженис расплылась в улыбке:
- Мой муж - человек со странностями. Скажите, а когда он был в городке, он
покупал у вас что-нибудь? Если нет, то
мне надо будет купить муку, сахар и прочее.
Это весьма успешно отвлекло Генри от горы. Заполучив в свои руки живого,
реального покупателя, Генри превратился в
оборотистого торговца, предлагая Дженис товары в самых неимоверных количествах.
Пока мужчины на улице чинили
фургон и доставали из-под обломков крыльца ее багаж, Дженис доказала хозяину
магазина, что она не такая уж простофиля и
не собирается покупать ящик перца, которого хватит на десять жизней, и бочку
соленых огурцов, уже давно прокисших.
И все же ей пришлось купить рулон миткаля и краску для тканей. Она не смогла
привезти с собой швейную машинку, зато
захватила все остальные швейные принадлежности. Она рассчитывала шить одежду для
малыша, но можно что-нибудь
сшить и для Бетси. В одном углу Дженис присмотрела также куски дубленой оленьей
кожи и мех, но деньги уже кончались.
Ей не хотелось остаться здесь без средств к существованию. Возможно, если Питер
найдет свое золото, они смогут позволить
себе купить кое-что из зимней одежды.
Когда фургон был наконец загружен и готов к отъезду, солнце уже спускалось за
горы. Генри предложил ей с Бетси
переночевать в пустом парикмахерско-аптекар-ском салоне, и мужчина по имени
Мартин поддержал его. Будет лучше
отправиться на рассвете, сказал он, так как ранчо Питера высоко в горах.
Дженис с неохотой согласилась и провела ночь, ворочаясь на жестком деревянном
полу, застеленном одеялами, и с
тревогой думая о том, что ждет ее завтра. Если Питер благополучно добрался и
купил свою гору, почему же тогда до сих пор
не спустился в городок и не дал ей телеграмму?
Она отправила сообщение Хардингам, но ни от кого не получила никаких вестей о
Питере. И, как она поняла, в последнее
время его никто не видел в городке. Значит, что-то случилось. Она отказывалась
верить в то, что он просто не хотел видеть
ее здесь. Дженис не желала пугать себя безумными страхами. Да, конечно, Питер
никогда не признавался ей в любви. Ему
нужна была жена, и он сделал практичный выбор. Его практичность - вот на что она
могла положиться, а не на такое
зыбкое понятие, как любовь. Питер нуждался в ней - это Дженис знала точно.
И миссис Маллони покажет ему, какая она хорошая жена, приехав как раз тогда,
когда муж в ней нуждается. Она отлично
умела быть полезной. Всю жизнь она совершенствовала этот свой талант. Ей не
верилось, что она могла понадобиться комуто
просто как человек. Кому нужна скучная старая дева? Но Дженис точно знала,
что люди нуждаются в ее деловых
качествах, в ее старательности и организованности. Она добьется того, что Питер
обрадуется встрече с женой.
И кто знает? Быть может, он хоть немного обрадуется ей в своей постели. Это
не входило в число ее талантов, но раньшето
он не жаловался. Как только появится возможность, она быстро освоит и эту
сторону супружеской жизни.
Успокоив себя таким образом, Дженис наконец заснула, чтобы проснуться на
рассвете от стука ботинка в деревянную
дверь салона.
Охая, она выбралась из своей походной постели, оправила безнадежно помятое
платье и, накинув сверху длинную
накидку, помогла одеться Бетси. Сегодня они наконец будут дома.
Эта мысль веселила их, когда фургон, качаясь и переваливаясь, взбирался по
горной тропе в утренние часы прохлады.
Бетси показывала на зайцев, испуганно бросавшихся наутек, и ярких птичек,
мелькавших голубыми крылышками. Дженис
наслаждалась чистым прохладным воздухом и переливами зеленого с золоты
...Закладка в соц.сетях
