Жанр: Любовные романы
Дерзкий каприз
...румянец, а сердце бешено колотилось.
Чарли также не спал, и причиной тому было вовсе не раненое плечо, ведь он давно
привык к боли. Близость женщины тревожила его мужское естество. Он жаждал женской
ласки, однако совесть не позволяла ему нарушить покой соседки.
Его лихорадило, то ли от ранения, то ли от вожделения. Его помыслы занимала
маленькая вздорная красотка, ставшая его пленницей. Кейт, несомненно,
соблазнительное создание... и ей прекрасно известно, как своими прелестями свести его с
ума. Хотя Чарли и не верил в ее чувства, одно он знал наверняка: там, у речки, его ласки
не оставили ее равнодушной. Черт, сколько в ней было страсти! При воспоминании о ее
дрожащих свежих устах, раздвигающихся под его устами, о ее сосках, искушающе
проступающих сквозь мокрую ткань кофточки, о ее трясущихся руках, обнявших его. им
овладело жгучее желание.
Врожденное чувство справедливости подсказало Чарли: он поступит неверно, если
станет ласкать Кейт, не сказав о себе всей правды. И все же пылкие видения не давали
ему ни минуты покоя. Она и принадлежала ему, и одновременно была запретным плодом.
Застонав, он перевернулся, безуспешно стараясь поудобнее устроиться на твердой
земле. Он безо всяких приключений доставит Кейт домой, а вот девушкой или женщиной
- это вопрос другой. Несмотря на добрые намерения, он опасался, что по дороге она все
же не убережет свою невинность.
Глава 10
Рассвет застал Кейт и Чарли в пути. Она вела на поводу Черта, а Дюранго ехал следом
на своей гнедой. Около полудня они остановились у речного брода и, напоив лошадей,
слегка заморили червячка сухарями и вяленым мясом.
Осторожно потерев простреленное плечо, Чарли посмотрел на свою спутницу. Она,
сидя напротив него на залитой солнцем береговой тропке, жадно грызла сухарь; ее черные
распущенные волосы развевал ветер. Это зрелище будоражило ему кровь, и Чарли
радовался, что Кейт сегодня опять не убрала волосы под шляпу. Сомбреро защищало лицо
от лучей солнца, но кончик носа все равно немного обгорел. Ему хотелось стереть мазь с
обгоревшего прелестного носика и поцеловать его.
Интересно, что творится в ее головке? Чарли нисколько не доверял мирному виду этой
своевольной девчонки и не сомневался, что она по-прежнему собирается сбежать от него.
Только мысль о том, что девица провела ночь без сна и измучена так же, как он, немного
утешала его.
- Вы, разумеется, все трое суток будете вести коня в поводу? - небрежно осведомился
Чарли.
Кейт вызывающе взглянула на него:
- Я выдержу, не сомневайтесь.
Чарли вздохнул:
- Знаете, я не против, чтобы вы немного отдохнули: посадив вас на Корону, я мог бы
повести лошадь сам. Однако вы тут же умчитесь, как ветер.
К его удивлению, Кейт рассмеялась.
- Верно, мистер, - проговорила она, встав на ноги и отряхиваясь.
Собравшись, они перешли речку вброд и продолжили свой путь под немилосердно
палящим солнцем. Кейт частенько приходилось снимать шляпу и вытирать пот,
постоянно затекавший ей в глаза. Проезжавший дилижанс, обдав их пылью, только
усугубил ее мучения. Порой Кейт одолевали сомнения в том, что она сумеет довести
Черта до Раунд-Рока: день становился длиннее, а конь все больше и больше хромал. Кейт
даже начала опасаться, что вылечить Черта вообще не удастся. И все же мысль о том,
чтобы позволить Чарли пристрелить коня, была ей нестерпима.
Кейт тяжело поднималась на холм, когда Чарли, подскакав к ней на Короне, протянул
руку. Остановившись, она с недоумением посмотрела на него:
- Что вам угодно?
- Отдайте поводья и забирайтесь ко мне, - хрипло произнес Дюранго. - Вы же совсем
без сил.
- А ваша гнедая выдюжит? Чарли пожал плечами:
- Вы легче перышка. Даже если мы припустим в два раза быстрее, Короне ничего не
будет. Мы бы и так скакали вдвоем быстрее, разреши вы мне пристрелить вашего коня.
Немного поколебавшись, Кейт передала поводья своему спутнику, после чего он легко
поднял ее и усадил за спиной.
Девушка обняла его за талию и тут услышала, как Чарли, откашлявшись, хрипло
предостерег:
- Потянетесь к "кольту", сестричка, - и в мгновение ока окажетесь на земле.
Кейт невольно улыбнулась.
- Ясно, сэр, - с нарочито серьезным видом промолвила она.
Они неспешным аллюром тронулись дальше, и мисс Мэлони почувствовала горячую
признательность к Чарли за его доброту; невольно она начинала находить в охотнике за
головами привлекательные и достойные уважения черты. Конечно, он везет ее к отцу и
заслуживает за то презрения, но, с другой стороны, это ведь и есть его работа. Зато как
приятно, когда, прильнув к его телу, ощущаешь грудью, как напрягаются на спине литые
мускулы, а в ноздри бьет мужской запах. Тут Кейт вспомнила о вчерашних поцелуях и
поняла, что не прочь вновь отведать их...
Да смилостивятся над ней небеса, что за мысли лезут ей в голову! Чарли Дюранго ее
враг, а ее тянет к нему словно магнитом! Кроме того, они тут одни. Если она снова
разрешит Чарли поцеловать себя, то кто поручится, что он остановится на этом?..
А хочет ли она, чтоб он останавливался? Ее душа была в полном смятении. Быть
может, ей стоит снова попытаться завоевать его доверие, а затем сбежать от него? Но
Кейт не очень-то верила в себя и боялась угодить в собственный капкан.
В конце концов, делить ложе со статным охотником за головами куда приятнее,
нежели со старым дурнем, которого папочка сыскал для нее. У старикашки, верно, и силто
нет на молодую жену.
"Будь что будет", - решила Кейт. Она постарается так умаслить Чарли, чтоб тот
позабыл про осторожность. Ну а если случится худшее и ей не удастся сбежать от него...
Что ж, так тому и быть. По прибытии в Раунд-Рок она обо всем расскажет отцу. Как и
всякий разгневанный родитель, он почтет своим долгом достать дробовик и насильно
притащить Чарли к алтарю.
При этой мысли у Кейт чуть не закружилась голова от мстительной радости. Она
одержит верх, бросит вызов отцу и сама изберет себе супруга! А это, пожалуй, стоит того,
чтоб отречься от вольной жизни и лишиться невинности.
Приняв решение, она прижалась щекой к спине Дюранго и задремала...
При прикосновении к спине упругих сосков Кейт Чарли всякий раз цепенел, а ее
теплое свежее дыхание щекотало кожу на затылке. Когда она прильнула к нему, ее
объятия слегка ослабли и пальцы без всякого умысла скользнули вниз. Дюранго
торопливо убрал ее руки от греха подальше, а в его чреслах тут же вспыхнул огонь.
"Великолепно, - бранил он себя. - Мало ты подвергался искушению, когда она шла по
дороге. Нет. ты усадил маленькую чаровницу прямо к себе в седло".
По крайней мере теперь ему, к его удовлетворению, известно, что прошлой ночью она
спала не больше, чем он. Даже сейчас Чарли страстно хотелось затащить ее под
раскидистое дерево и до заката ласкать ее. В конце концов, девчонка его... все сговорено с
ее родителем. При мысли, что Кейт принадлежит ему, его тело отчаянно затрепетало и
неистово забилось сердце. Если он возьмет причитающееся ему, прежде чем священник
обвенчает их, то кто скажет, что он поступил неверно?
Но затем пробудившаяся совесть напомнила ему, что девушка не вольна в выборе
собственного будущего. Он удивлялся Джебу, который вручил судьбу своей дочери
чужаку. Мэлони, несомненно, потратил больше времени, выбирая древесину для
хозяйственной пристройки, нежели мужа для дочери. Откуда ему было знать, что он не
отдает девушку в руки беззастенчивого негодяя, который не преминет воспользоваться ее
беззащитностью...
Руки Кейт опять скользнули вниз, и вновь, поморщившись, Дюранго положил ее
ладони к себе на бедра. Да,, обратный путь в Раунд-Рок, видно, будет долгим.
Кейт проснулась от толчка: остановилась Корона. Она услышала ругань Дюранго и
ощутила, как напряглась его спина. Усевшись прямо, она взглянула на поднимающуюся в
гору дорогу и чуть не задохнулась от страха и отвращения...
На каменистом холмике стояла обуглившаяся дымящаяся повозка странствующего
торговца. Все вокруг было усеяно рваными кусками материи, разбитыми бутылками и
прочим хламом. Кейт испуганно вытянула шею и посмотрела на открывшуюся картину.
Ей показалось, что она уже видела эту повозку.
Она крепче прижалась к Чарли:
- Что случилось?
- Команчи, - мрачно пробормотал он. - Я так и полагал, что рано или поздно мы
увидим дело их рук.
Пока Кейт боролась с волнением, Дюранго спешился и вынул из чехла винтовку, а
когда Кейт собралась последовать его примеру, проворчал:
- Нет. Оставайтесь и стерегите лошадей, пока я разведаю окрестности.
Соскочив с седла, Кейт нервно подобрала поводья:
- Да, Чарли.
Уходя, он зловеще добавил:
- Кстати, на вашем месте я бы не пытался бежать.
Она проглотила комок в горле.
Прижавшись к лошадям, девушка догадалась: Чарли старается оградить ее от ужасного
зрелища. Она видела легкий дымок, поднимающийся из-за повозки; в воздухе
отвратительно пахло обгоревшим мясом. Неужели индейцы? Справившись с тошнотой,
она взглянула на деревья. Придется на время оставить всякую мысль о побеге.
Услышав птичий крик, она посмотрела вверх. В безоблачном синем небе кружили
канюки. Зловещее зрелище. У нее еще сильнее свело желудок.
Кейт вновь взглянула на обгоревший фургон, на его обгоревшие колеса и несколько
пятен облезлой красной краски по бокам. Ею овладело глухое отчаяние. Господи, да ведь
ей знакома эта повозка!
- Дерьмо!
Услышав из-за повозки ругательства Чарли, Кейт не вытерпела. Бросив поводья, она
устремилась вперед. Забежав за фургон, она содрогнулась при виде страшной картины: к
земле колом было пригвождено ободранное обуглившееся тело или, точнее, то, что от
него осталось. Труп все еще тлел, жужжали мухи, и стояла невыносимая вонь.
На Кейт накатила тошнота. Пошатнувшись, она бросилась к кустам, и ее вывернуло
наизнанку.
Тут же на ее плечо осторожно легла мужская рука.
- Успокойтесь, душечка, успокойтесь, - прошептал Чарли. - Разве я вам не говорил
держаться отсюда подальше?
Ужас и отвращение овладели Кейт, ей не было стыдно перед Чарли за свою слабость.
Выпрямившись, она, дрожа и рыдая, бросилась в его объятия.
- Чарли, почему они сотворили с ним такое? Живьем содрали с бедняги кожу, сожгли
его
и...
- Успокойся, милая, - беспомощно повторил Дюранго, крепко прижимая ее к себе и
поглаживая по спине. - От подобных дум легче не станет.
Отстранившись, Кейт подняла на него залитое слезами лицо.
- Но мне известен этот мужчина, Чарли. Я почти уверена: это странствующий торговец
Алозий Маккой. Он, бывало, заезжал к нам на ранчо и продавал Кончите свои товары.
- Кейт, мне жаль, - тихо проговорил Дюранго, боль-шим пальцем стирая слезу с ее
щеки. Услышав негромкое ржание Черта, он откашлялся. - Послушайте, голубушка,
приведите лошадей сюда, а не то дым испугает их и они разбегутся. Я пока похороню
мистера Маккоя.
Она робко спросила:
- Вы полагаете, команчи заметили нас? Чарли отрицательно покачал головой:
- Будь это так, мы бы уже не стояли здесь.
Поморщившись от его слов, Кейт повиновалась ему. Когда она вернулась с лошадьми,
Чарли, вырыв неглубокую могилу, похоронил в ней Маккоя.
Сняв шляпу, он вытер со лба пот.
- Кейт... - Он взглянул на Черта. - Нам было б гораздо спокойнее, если б вы позволили
мне...
Она тут же бросилась на защиту своего коня:
- Ни за что на свете, Чарли. Он шумно вздохнул.
- Ладно, пусть все остается как было. - Он кивнул в сторону могилы: - Полагаю, нам
следует прочесть над ним молитву?
Кейт яростно замотала головой:
- Давайте уйдем отсюда. Думаю, мистер Маккой понял бы нас.
Они ехали в угрюмом молчании. Перед взором Кейт по-прежнему стояла
душераздирающая картина. Одно лишь служило ей утешением: Чарли нежно обнял ее и
назвал милой. И правда, в его объятиях она забывалась в сладкой истоме...
Вечером они остановились в небольшой лощине, где под сенью низкорослых дубов
протекал родник, и поужинали сваренной Чарли фасолью с копченой грудинкой. Когда
тьма окутала землю, они маленькими глотками прихлебывали кофе. Кейт пристально
смотрела на огонь, а Дюранго, положив ружье на колени, настороженно оглядывался
вокруг.
- Зачем команчи так поступают? - наконец спросила она. - С рождения я наслушалась
немало страшных историй про них, но увидеть такое...
Чарли взглянул на нее сквозь языки пламени и заметил в ее прекрасных глазах боль и
разочарование. Вспомнив ее дрожащее тело в своих объятиях и нараставшую в нем ярость,
он захотел, чтобы в его силах было прогнать это страдальческое выражение, и погрустнел
при мысли, что не может защитить ее от суровой прозы жизни.
- Обычаи команчей не похожи на наши, - задумчиво начал он. - Их храбрые воины не
находят ничего зазорного в том, чтобы подвергать пыткам пленников или даже сжигать
живьем. Они полагают, что и мы будем поступать так же с их плененными сородичами.
Кейт покачала головой.
- Почему они не замирятся, как племена алабама и кушата?
Дюранго посмотрел на восходящую луну.
- Команчи всегда славились жестокостью, как и киова, их собратья по племенному
союзу.
Кейт раздраженно взмахнула рукой:
- Но зачем им убивать мистера Маккоя?
- Думаю, им понадобился его товар. Для них это военная добыча.
- Стало быть, они содрали с него кожу живьем за десяток блестящих кастрюль,
несколько кусков материи и пару-другую ожерелий? Какая несправедливость! Ведь
мистер Маккой не сделал им ничего плохого.
- Полагаю, они смотрят на это иначе. - Вздохнув, Чарли подбросил в огонь засохший
сук. - Вам когда-нибудь доводилось слышать о битве старейшин?
Кейт сдвинула брови:
- Краем уха, да и давно. Дюранго понимающе кивнул:
- По-моему, вы тогда еще не родились, а я был ребенком. Случилось это в 1840 году в
Сан-Антонио.
- Вы были там?
Он отрицательно покачал головой:
- Нет, но в отряде Джека Хея мне много что порассказали старые рейнджеры. Тем
летом, в президентство Ламара, представители правительства договорились со
старейшинами команчей о перемирии. Все старейшины прибыли в Сан-Антонио на
конференцию. Они даже привезли с собой жен и молодую белую пленницу Матильду
Локхарт. Команчи собирались в знак добрых намерений передать ее техасцам.
Упершись локтями в колени, Кейт склонилась вперед.
- Да, кажется, я что-то слышала про нее. Ну и что же произошло?
Чарли ткнул прутом в пламя.
- Вроде бы команчи изнасиловали и пытали Матильду. Ее тело было страшно
изувечено. Когда же она поведала, что индейцы держат у себя еще нескольких белых
девушек... - Он покачал головой. - Ну, местные власти прямо рехнулись. Они вдруг
решили держать старейшин в заложниках, пока команчи не вернут всех пленниц.
- Не могу сказать, что виню их, - тихо проговорила мисс Мэлони.
Чарли печально улыбнулся:
- В таком случае вам ничего не известно об индейских обычаях. Нарушение перемирия
для индейца немыслимо. Когда техасцы окружили старейшин, те яростно сопротивлялись.
Многие погибли. С тех пор команчи ведут против техасцев настоящую войну.
Кейт вздохнула:
- Стало быть, они не находят ничего предосудительного в том, чтобы насиловать и
мучить пленниц, зато нарушение перемирия для них - преступление.
- Не так все просто, - серьезно проговорил Чарли. - Причина войны в украденной земле
и нарушенных обещаниях. У правительства всегда было две правды: с одной стороны, оно
обещало землю команчам, а с другой - отдавало ее поселенцам. Ни один уважающий себя
индеец не потерпит подобного измывательства над своей честью. Вот откуда все эти годы
произрастают корни вражды.
- Но индейские племена, по решению правительства, выдворяются ныне из Техаса.
- Верно, но многие индейцы по-прежнему стоят на тропе войны. Полагаю, пока суд да
дело, не только на беднягу торговца обрушится их месть.
Девушка вздрогнула. Замолчав, они некоторое время прислушивались к потрескиванию
костра и отдаленному кваканью лягушек. Наконец она осмелилась задать вопрос, уже
долгое время терзавший ее:
- То, что мы видели сегодня... То же самое произошло и с вашими родителями? То есть
я надеюсь, что команчи не... - Она поперхнулась. - Вы жили в тех местах, Чарли?
Дюранго отрицательно покачал головой, и Кейт заметила печаль, промелькнувшую в
его глазах.
- Мои родители осели недалеко от Сан-Фелипе. Когда мне было четыре года, они,
оставив меня на попечение дедушки, отправились в город за припасами. Вот тогда-то все
и случилось. Когда я подрос, дедушка рассказал мне обо всем. Думаю, команчам нужны
были припасы, которые мои родители закупили в городе. Полагаю, они сопротивлялись.
Стрела пронзила сердце отца. Он, должно быть, умер первым. Что до матушки... Дедушка
сказал, что она храбро защищалась. Индейские воины перерезали ей горло.
От ужаса у Кейт перехватило дыхание, а Дюранго мрачно добавил:
- Обычно команчи берут белых женщин в плен и превращают их в рабынь или
наложниц.
Почувствовав себя крайне неловко, Кейт отвернулась.
- Мне рассказывали. И я в самом деле сожалею о прискорбном случае с вашими
родителями.
- Думаю, вы говорите правду, - сурово промолвил он. Она энергично пожала плечами:
- Но одно мне до сих пор непонятно: как вам удается не питать презрения к команчам?
На вашем месте я бы приканчивала каждого попавшегося мне на глаза индейца.
Его пальцы сжали ложе винтовки.
- Пожалуй, вы бы думали иначе, если бы насмотрелись того, что я перевидал за эти
годы: зарезанные индейские женщины и дети, разграбленные и сожженные селения.
Виновны обе стороны, и, признаться, война с индейцами оставила во мне одну лишь
горечь, особенно в последние два года, когда армия и рейнджеры при первом же
подвернувшемся предлоге резали команчей. Вот почему я перестал выслеживать
краснокожих.
Кейт с любопытством взглянула на Чарли. Он, судя по всему, знает жизнь гораздо
лучше ее. Она вдруг поняла: перед ней одинокий странник, которому воспоминания в
тягость.
- Сколько времени вы провели в стычках с индейцами?
- Почти десять лет.
- Десять! Святые угодники, мистер! Вам, должно быть, под тридцать.
- В июне стукнуло тридцать.
Она с облегчением улыбнулась ему: отношения между ними налаживались.
- Вы выглядите моложе.
- Благодарю за комплимент, мэм, - протянул он. - Да и вы не так уж немощны для
шестнадцатилетней болтуньи.
- Семнадцатилетней, - возразила она.
- Поправка принята, мэм. Они рассмеялись.
- Итак, вы больше не сражаетесь с индейцами? - не умолкала Кейт.
Чарли отрицательно покачал головой и бросил в огонь несколько веток.
- Теперь я предпочитаю выслеживать преступников, ловить их и получать за это
деньги.
- Так вот как вы поступите со мной, - с внезапным отвращением произнесла Кейт. -
Променяете меня на звонкую монету.
- Если только вы не пожелаете отправиться в тюрьму.
- А вдруг пожелаю? - с вызовом спросила она. Шумно вздохнув, он взял кофейник и
выплеснул оттуда гущу.
- Послушайте, не начинайте сначала. Я везу вас к отцу, и точка.
- И вам все равно, что вы губите мою жизнь?
- Мисс, если б не мое появление, вы бы давно распрощались с ней, - безжалостно
сказал Дюранго. - Сейчас бы ваши волосы развевались на шесте с трофейными скальпами.
Кейт вздрогнула и отвернулась, а Чарли тут же пожалел о своих резких словах.
Воцарилась напряженная тишина. Увидев, как мисс Мэ-лони слегка подпрыгнула при
донесшемся издалека зловещем вое койота, Дюранго успокаивающе проговорил:
- Послушайте, простите, что я распустил язык. Пусть вас не беспокоят команчи. Чем
ближе мы к Раунд-Року, тем меньше нам грозит встреча с ними. Полагаю, завтра, после
полудня, мы оставим их территорию позади. Затем еще одна ночь - и мы дома.
Кейт кивнула. Она радовалась, что они покидают землю команчей, и приходила в
отчаяние при мысли о возвращении в Раунд-Рок. Ей никак не удается перехитрить Чарли,
близость индейцев все только осложняет.
Ночью они были настороже и почти не сомкнули глаз. Связанные руки не мешали Кейт
дремать, но, преследуемая кошмарным видением - зрелищем трупа Алозия Маккоя, - она
вздрагивала при каждом шорохе, боясь, что за кустами крадутся воинственные индейцы.
Она видела, что и Чарли также не спит: он лежал на постели и до утра не выпускал
винтовки из рук.
Днем они галопом мчались по извивающейся тропе. Прижавшись к спине Дюранго,
Кейт дремала под лошадиное ржание и птичий крик с веток деревьев.
Вечером они разбили стоянку в небольшой уединенной лощине. Поужинав и выпив
крепкого кофе, Кейт вымыла посуду и теперь с завистью смотрела, как Чарли раскуривает
сигару. Облизнув в предвкушении губы, она наконец осмелилась спросить:
- Можно и мне?
Брови у него взметнулись вверх.
- Вы курите?
Девушка неопределенно пожала плечами:
- Люблю иногда затянуться.
Прикурив, он передал сигару ей, а себе достал другую.
Кейт между тем наслаждалась ароматом табака. Прикосновение ее губ там, где ранее
касались его губы, - в этом было нечто сокровенное. Даже то, что она курит вместе с ним,
могло сыграть с ней дурную шутку. Девушка поняла: вчерашнее ужасное событие как-то
сблизило их, и от осознания последнего обстоятельства ей стало и хорошо, и страшно.
Дело в том, что Кейт не желала сближения с Чарли Дюранго. Она не оставила намерения
обманом вырваться на волю.
- Где вы научились курить? - спросил Чарли.
- Как и все, за конюшней. Он рассмеялся:
- Обычно за конюшней попадаются одни мальчишки, а вовсе не девчонки.
Кейт пожала плечами:
- Просто я из другой породы. Как-то летом, по возвращении домой из пансиона, я с
шестью мальчишками устроила соревнование: кто кого перекурит. - Она снова затянулась.
- Ну так вот, им всем сделалось дурно.
- Верю, - грустно промолвил Дюранго.
- Однако не думайте, будто я распущенна, - строго проговорила Кейт. - Многие
мерзавцы ошибались на сей счет и до конца жизни будут жалеть о своей оплошности.
Чарли медленно обвел ее взглядом.
- По-моему, вчера вечером я вам не показался неприятным типом, милая.
Она выпустила кольцо дыма.
- Полагаю, я неплохо провела время. Не знаю, где сказано, что только мужчины
получают удовольствие от поцелуев. - Кейт неприязненно покосилась на него. - Повашему,
раз я позволила себя чмокнуть раз-другой, то у меня не хватило бы решимости
сбить с вас спесь, охотник за головами?
Откинув голову назад, Чарли рассмеялся:
- Вы неподражаемы.
Он потушил сигару, достал колоду карт и принялся небрежно тасовать их.
- Перекинемся, охотник за головами? - спросила Кейт, с наслаждением пуская дым.
В его темных глазах заплясали озорные огоньки.
- Так вы и картишками балуетесь?
- Да я всего сыграла одну или две партии.
- Но мне не следует думать, будто вы распущенны, верно?
Девушка усмехнулась:
- Возможно, вы и глупы, охотник за головами, но основную мысль вы уловили.
- Вам, должно быть, и в покер постоянно везет? - насмешливо осведомился он.
Она с откровенным вызовом посмотрела на него.
- Поставьте на кон мою свободу, и вам несдобровать.
- О, голубушка! - серьезным тоном произнес Дюранго, сдавая карты. - Чему-чему, а
подобной глупости не бывать.
Они сыграли несколько конов, заменяя фишки спичками. Кейт вела в счете три - два, и
тут подошел ее черед сдавать. Когда она тасовала карты, прямо на них откуда-то сверху
внезапно налетел филин. Огромная птица пронеслась в нескольких дюймах над ними и
взмыла вверх. Кейт испугалась, и вся колода веером разлетелась.
Хотя ее испуг и вызвал у Чарли смех, он тут же с серьезным видом коснулся ее руки:
- Успокойтесь. Филин просто отправился на охоту. Вздрогнув, она принялась собирать
карты.
- Кажется, после вчерашнего я готова любой куст принять за индейца.
- Понимаю. Но индейские земли скоро останутся позади. Кроме того, - легкомысленно
добавил он, - нам не стоит бояться встречи с команчами: мы с вами разделаем их под
орех.
Она невольно улыбнулась:
- Неужто?
Чарли подмигнул ей:
- Из рассказа вашего отца я заключил, что вы предпочтете сжечь их на костре. Кейт
невольно фыркнула:
- Стало быть, папочка поведал вам, что я спалила школу?
- Да, это так.
- Могу поручиться, что о причине он и не обмолвился, - проговорила она, вздергивая
подбородок.
- Нет, ни единым словом. Кейт скрестила руки на груди.
- А все потому, что не слушает меня. Молчание Дюранго длилось томительное
мгновение. Затем он прошептал:
- Я слушаю, милая.
Кейт окинула его взглядом. Чарли, опершись на локоть и подперев голову ладонью,
лежал, скрестив свои длинные ноги. Вот настоящий мужчина. Какое у него гибкое
мускулистое тело! Под его пристальным взглядом у нее сильнее забилось сердце. Боже, до
чего он привлекателен... к, несомненно, столь же опасен!
Поборов предательское влечение, она, пожав плечами, спросила:
- Вам-то зачем?
- Просто интересно.
К собственному изумлению, Кейт принялась подробно рассказывать Чарли о жестоком
обращении миссис Эберхард и своем опрометчивом поступке, а он молча слушал ее.
- Миссис Эберхард... она была настоящей каргой, можете не сомневаться. Но то, что
натворила я... сожгла ее школу... скверный поступок, а?
Чарли запрокинул голову и рассмеялся:
- Черт, милая, на вашем месте я бы пристрелил старую ведьму.
Мгновение Кейт недоверчиво смотрела на Чарли. Затем она тоже принялась хохотать,
да так, что у нее показались слезы на глазах и стало покалывать в боках. В тот миг она
подумала, что до сих пор не встречала более близкого по духу человека. Кейт ожидала,
что он с негодованием осудит ее, а нашла в нем родную душу. Она с трепетом осознала:
Чарли Дюранго первым принял се со всеми недостатками и достоинствами. "Потому,
пожалуй, что наши характеры очень схожи, - подумала Кейт. - Мы одиночки и страстно
отстаиваем свою свободу".
Но тут же она мысленно выбранила себя: "Мне не нужно ни его сочувствия, ни его
одобрения". Провести охотника за головами - вот что ей нужно. Сыграть на его чувствах и
убежать от него, ведь он-то без зазрения совести получит за нее вознаграждение. Черт
побери, она не позволит издеваться над собой!
Но в душе Кейт радовалась их душевному родству.
- Знаете, а вы какой-то странный, Чарли Дюранго.
- Странный? Чем же?
- Вы жестоки, как мой отец. Однако вы вроде бы не против того, что я уродилась та
...Закладка в соц.сетях
