Жанр: Любовные романы
Опасное наваждение
... не наоборот? Я люблю тебя и хочу, чтобы ты был счастлив. А ты не
можешь быть счастлив, находясь долго возле меня. Уезжая отсюда, я избавляю
тебя от многих хлопот. Ты должен сказать мне спасибо.
— Ты, как всегда, безрассудна, — сказал он, начиная терять
терпение. — Рони. — Его голос мог бы растопить камень. — Я
люблю тебя и хочу, чтобы мы жили как муж и жена.
Я облизнула губы и посмотрела ему прямо в глаза.
— Поэтому ты ушел от меня прошлой ночью? Потому что любишь меня?
— Да, — сказал он. — И потому, что вспомнил хрупкую девушку с
невероятно длинными волосами, чьи доверчивые глаза были полны любви. Я не
хочу снова предать ее. Я слишком ее люблю.
— Прекрати! — резко оборвала его я. — Я уже не та девушка. Я
знаю, что делаю.
— А я нет, — ответил он. — Мне нужно было время, чтобы
подумать. Прошлую ночь я не спал и все думал о себе, о тебе, о нас. Я больше
никогда не покину тебя, Рони. Если бы я хотел бросить тебя, я бы уже давно
уехал. Я остаюсь с тобой, потому что хочу быть рядом с тобой. Я люблю тебя,
Рони.
Я вырвалась из его рук и со злостью посмотрела ему в лицо. У меня в глазах
стояли слезы, голос дрожал.
— Я больше не играю с огнем, горгио, — сказала я. — Всего две
минуты назад ты угрожал мне, ты использовал маленького мальчика, чтобы
причинить мне боль, чтобы подчинить меня себе! Ты уже забыл? О, я слишком
хорошо тебя знаю. Первое правило в твоей Библии гласит: если все остальные
способы не сработали, переспи с ней, и она снова будет твоя. Тебе придется
пойти своей дорогой. Я сожалею о том дне, когда впервые увидела тебя, но не
собираюсь сожалеть обо всех последующих до конца жизни! Столько раз уже ты
больно ранил меня... и я боюсь! Я боюсь тебя!
Я сделала шаг к выходу, но Сет преградил мне дорогу.
— Послушай, цыганка, — прорычал он.
— Пусти! — решительно крикнула я. — Я достаточно тебя
наслушалась. Ты получил, что хотел:
Золотую цыганку
и Адама. Пусти меня!
— Ты самая упрямая из сук, черт тебя побери...
— Я упрямая?! Да я была самым покладистым существом на свете, Сет. Я
предоставляла тебе одну возможность за другой. Но теперь с меня хватит!
— Ты не выйдешь отсюда! — громко сказал он. — А если
попытаешься...
— Убери руки! — Я попыталась вырваться.
— Остановись и послушай меня! — крикнул Сет громовым голосом.
И тут раздался спокойный, холодный, словно весенний дождь, голос:
— Надеюсь, я не помешал.
В дверях стоял Стивен Мак-Клелланд.
Глава 20
ДВА БРАТА Мы с Сетом буквально окаменели в своих воинственных позах: Сет крепко сжимал
мои запястья, а я занесла колено, чтобы ударить его в пах. Пришли в себя мы
тоже одновременно и нехотя отпустили друг друга. Воцарилась долгая тишина.
У меня заныло сердце: я уже начинала забывать, как красив Стивен. Высокий,
загорелый. На нем были тяжелые дорожные ботинки, плисовые бриджи и кожаная
куртка.
Я заговорила первой:
— А, Стивен, вот так сюрприз. Мы... не ждали тебя. Он улыбнулся.
— Я вижу. — Он взглянул на Сета и холодно кивнул ему. — Если
хотите, я уйду и вернусь позже.
Я бросилась к нему.
— О, тебе незачем это делать! Нет, нет, заходи, выпей кофе и съешь что-
нибудь. У нас просто маленький спор по деловым вопросам, вот и все. Мы...
Сет владеет этим заведением. Раньше я тоже владела, но теперь нет. — Я
кликнула Кима, чтобы он принес кофе. — У тебя усталый вид, Стивен!
Пожалуйста, садись, — сказала я, усаживая его в кресло. Я болтала без
умолку, как дурочка, и ничего не могла с собой поделать. — Мы с Сетом
такие бестолковые хозяева. Какой прием мы тебе устроили!
— Расскажите мне о Габриэль, — сказал он. — Она?..
Я села рядом с ним и взяла его за руку. Сет прислонился к дверному косяку и,
скрестив руки на груди, хмуро смотрел на нас.
— Знаешь, Стивен, она жила только для того, чтобы увидеть весну, —
тихо сказала я. — На большее у нее не хватило сил. Это была хорошая
смерть, мирная и спокойная. К ней приходил священник, и мы с Сетом
оставались с ней до самого конца. Ей было не больно. Она очень храбрая,
храбрее любого из нас. Завтра я покажу тебе ее могилу. К югу отсюда есть
небольшая ферма. Ей там хорошо.
— А мальчик? Адам? — спросил Стивен.
— О, с Адамом все в порядке, — радостно сказала я. — Такой
большой для своего возраста. И похож на мать. Да, с ним все в порядке. Мы
даже крестили его. Прямо на ферме. Мы с Сетом — его крестные
родители. — У меня засаднило в горле.
— Понятно, — тихо сказал Стивен.
Я рассказала ему вкратце, что случилось с Габриэль и как я нашла ее. Ким
принес кофе, но я налила себе полный бокал бренди. Мне это было необходимо.
Я еще не оправилась после вчерашней ночи, а сегодняшний день только добавил
волнений. Стивен пил кофе и рассказывал нам, что выехал из Нового Орлеана в
конце января и уже два месяца находился в пути.
Затем, в первый раз с того момента, как появился Стивен, заговорил Сет:
— Как ты узнал про Габи? И про ребенка?
— А как ты думаешь? — спросила я. — Я написала Стивену, как
только нашла ее.
— И ничего мне не сказала? — мрачно спросил Сет.
— Да. Мы начинаем все сначала? Я не сказала тебе, потому что Габриэль
специально попросила меня об этом, и еще ты был так груб, что я...
— Пожалуйста, Рони, — тихо попросил Стивен. — Теперь, когда
все кончено, не стоит из-за этого ссориться. Отец и мать тоже в дороге. Они
сели на пароход у мыса Горн. Невозможно сказать, когда они доберутся.
— О, Стивен, как мне их жаль, — сказала я. — Я очень рада
буду снова их увидеть, но при таких обстоятельствах...
— О них не беспокойся. — Стивен сжал мне руку. — Они поймут,
что ты сделала все, что было в твоих силах, и будут благодарны тебе за это,
как благодарен я.
Сет все еще стоял в дверном проеме и безмолвно смотрел на нас.
— Рони, — сказал Стивен, — в письме ты написала, что брак
между нами больше невозможен. Что ты имела в виду?
Я окаменела.
— Не будем сейчас это обсуждать, Стивен, так скоро после... поговорим
об этом позже.
— Я бы хотел поговорить об этом сейчас, — настаивал он. —
Почему ты не хочешь выйти за меня замуж?
Я взглянула в безучастное лицо Сета.
— Ну, — холодно сказала я, — ты не хочешь сам ему сказать?
Давай, вот хороший случай привести в исполнение свои угрозы. Расскажи ему!
Сет нахмурился, но промолчал.
— В чем дело? — спросила я. — Тебе вдруг наскучило причинять
мне боль? Очень хорошо. Тогда придется рассказать мне. — Я повернулась
к Стивену. — Я не могу выйти за тебя замуж, потому что я уже замужем.
За твоим братом.
Стивен не выразил ни удивления, ни досады, он отлично владел собой.
— Когда? — спросил он. — Недавно?
— Мы поженились в Шотландии, много лет назад, — тихо сказала
я. — Твой брат... тот человек, о котором я тебе рассказывала. — Я
подвинула свой стул вплотную к стулу Стивена и взволнованно продолжила: — О,
Стивен, я хотела рассказать тебе, но не могла, ты понимаешь меня? Клянусь,
мне никогда и в голову не приходило, что Сет — твой брат. И вдруг когда он
появился, все мои мечты о счастье с тобой рассеялись, как дым. Ты не должен
винить Сета... я взяла с него клятву, что он ничего тебе не скажет. Я
понимала, что обманывать тебя глупо и нечестно, но со временем мне все
трудней становилось сказать тебе правду. Мне нужно было хоть на время
уехать, поэтому я последовала вместе с Сетом за Габриэль и...
Я совсем смешалась. Но Стивен и не слушал меня. Он пристально смотрел на
Сета, и холодный блеск в его глазах не предвещал ничего хорошего. Сет тоже
смотрел на Стивена, все так же, не шевелясь, стоя в дверях, но я видела, как
напряглось его тело.
Стивен медленно встал и направился к брату.
— Ты, чертов ублюдок, — сказал он тихо, и в воздухе мелькнул его
кулак.
Сет отлетел назад и ударился о стену. Он помотал головой, пытаясь прийти в
себя, и схватился рукой за подбородок. Из разбитой губы текла кровь.
— Ты доволен, Стив? — хрипло спросил он. — Ты так давно хотел
это сделать.
— Ты прав, — ответил Стивен, срывая куртку и закатывая рукава
рубашки. — Ты даже не догадываешься, насколько ты прав. Мне не
следовало отпускать тебя после того, что ты сделал с Джули. Ты думал, что я
не знаю? Черта с два. Я не такой идиот, Сет. Она лгала ради тебя до самой
смерти, но я-то знал правду.
Он знал? Я была в ужасе. Он знал, что было между Джули и Сетом, и все равно
женился на ней, потому что любил ее и хотел спасти от позора.
— Я убью тебя, Сет. Я разорву тебя на куски. Когда Рони рассказала мне
о своем муже, мне следовало сразу догадаться, что им был ты. На земле есть
только один такой подонок. И я хочу покончить с ним раз и навсегда.
Я бросилась к Стивену и повисла у него на плечах.
— Нет, Стивен, нет! Не надо! Ты не можешь уничтожить то зло, которое он
причинил мне, так какой прок в том, чтобы драться? Пусть прошлое останется в
прошлом...
— Не вмешивайся, Рони, — сказал он. — Это наши с Сетом дела.
— Нет, нет, мы все впутаны в это: ты, Сет, Джули, я! Прости его, Стив,
пожалуйста. Джули простила, и ты прости его ради своей любви к ней! Не
надо...
— А ты, Рони? Ты можешь простить его? За все? Мгновение я не знала, что
сказать.
— Не вмешивай ее, Стив, — сказал Сет, — я не собираюсь
прятаться за спину женщины. Ну, давай, я готов.
Стивен не очень-то любезно стряхнул мои руки со своих плеч и бросился на
Сета. Тот увернулся и ударил снизу правой рукой Стивену в подбородок. Такой
удар мог бы проломить голову, попади он в цель, но Стивен мгновенно
отклонился влево и нанес ответный мощный удар в живот противнику. Сет
крякнул и, отлетев назад, врезался в стол. Стол с грохотом поехал по полу,
комната наполнилась звоном чашек и бокалов.
Обретя равновесие, Сет яростно бросился вперед и, подлетев вплотную к
Стивену, принялся молотить, куда попало. Стивен сумел опрокинуть его на пол
и со всей силы ударил кулаком по лицу. Левый глаз Сета моментально заплыл.
Из губы вовсю текла кровь. Противники, сцепившись, покатились по полу, роняя
стулья и ударяясь о стены.
Я забилась в угол. Что мне еще оставалось делать? Не могла же я разорваться!
Братья вскочили на ноги и снова бросились друг на друга. В пылу борьбы они
оказались в малом игорном салоне. Здесь было больше места. Сет схватил стул
и запустил им в голову Стивена. Стивен ловко увернулся, и стул попал в
большое зеркало над баром. Осколки стекла и бутылки с оглушительным звоном
посыпались на пол.
В дверях уже столпилась прислуга. Китайцы возбужденно спорили и заключали
пари. Интересно, на кого они ставили? Мне казалось, что у Сета было
преимущество перед братом и в силе, и в весе, но Стивену помогала безумная
ненависть к человеку, погубившему двух женщин, которых он любил. Спокойная,
расслабленная жизнь в
Золотой цыганке
притупила остроту реакции Сета, он
растерял свои бойцовские навыки, тогда как постоянные испытания в дороге
закалили Стивена, поддерживая его в форме. Так или иначе, но я решила, что
бешенство Стивена поможет ему победить Сета.
Сет принял боксерскую стойку и предложил вести честный бой. Стивен тоже
встал, слегка расставив ноги и подняв к лицу кулаки. Противники некоторое
время дрались по правилам, нанося удары, делая ложные замахи и уворачиваясь.
Оба глаза Сета почти совсем заплыли, по лицу текла кровь, смешиваясь с
потом.
И Стивен, и Сет уже шатались от усталости, но ни один не хотел уступать.
Страшный удар в живот заставил Стивена согнуться пополам, и Сет,
воспользовавшись своим преимуществом, обрушил на голову брата град ударов.
Но тот довольно быстро пришел в себя и, распрямившись, словно пружина, нанес
Сету удар снизу в челюсть. Сет, покачнувшись, рухнул на пол, а Стивен
прыгнул на брата сверху и схватил за горло. Стиснув пальцы, он бил Сета
головой об пол.
Я вскрикнула и попыталась оттащить его.
— Остановись, Стивен! Прекрати! Ты убьешь его! Пожалуйста, Стивен,
хватит!
Стивен замер и, не разжимая пальцев, прошипел:
— Говори ей, что ты виноват. Ну, говори! Говори, черт тебя побери, или
я задушу тебя!
Из горла Сета вылетел громкий хрип.
— Я виноват, Рони, — с трудом выговорил он.
— Говори, что ты никогда больше не причинишь ей боль!
— ...никогда не причиню... тебе боль.
— И ты виноват перед Джули. Скажи мне, что ты виноват перед ней!
— Я виноват, — прохрипел Сет. — Я любил ее... я не хотел...
— Говори: прости меня, Стив!
— Прости меня... Стив.
Стивен глубоко вздохнул и отпустил Сета. Китайцы заулыбались и закивали друг
другу. Это была отличная драка.
Я плакала, не осознавая этого. Меня трясло, словно в лихорадке.
Стивен попытался встать с колен, но зашатался и рухнул, как спиленный дуб. Я
велела китайцам отнести обоих наверх и послала Вонга за доктором Клементом.
Потом села за один из столов для игры в
фараона
, обхватила голову руками и
зарыдала.
Прошло примерно с полчаса, когда я наконец взяла себя в руки и пошла
посмотреть, что я могу сделать для братьев. Стивен лежал на моей кровати. Он
был в сознании и даже попытался мне улыбнуться.
— У него удар, словно взрыв динамита, — прошептал он. — Я не
думал, что мне удастся столько продержаться. Слава Богу, он забыл про свой
левый боковой.
Я оглядела его лицо. Ничего серьезного.
— Где болит? — спросила я.
— Везде, — простонал он.
— Безмозглые дураки, — пробормотала я. — Как маленькие дети.
— Не сердись, — проговорил Стивен, закрывая глаза. — Это...
ради тебя.
— Нет, вы сделали это ради себя. Что ж, надеюсь, вам обоим стало легче.
Вы так долго носили эту ненависть в себе.
— Ты говорила... что любишь меня, — прошептал он. — Это была
неправда?
— Неправда?! О нет, Стивен! — Я клала в тот момент мокрое
полотенце ему на лоб и задержала руку на его лице. — Я могу лгать о чем
угодно, только не об этом. О нет, я люблю тебя! Из всех мужчин, которых я
встречала в жизни, ты больше всех заслуживаешь любви. А сейчас спи, Стивен.
Мы поговорим позже.
Я поднялась, чтобы уйти, но Стивен схватил меня за руку.
— Я все так же хочу тебя, — сказал он. — Ничего не
изменилось. Я люблю тебя, Рони.
— Потом, Стивен, — со вздохом сказала я. — После поговорим.
Появился Вонг и сказал, что доктор Клемент слишком пьян, чтобы приехать. Я
не удивилась. Судя по тому, как все сегодня складывалось, ожидать хороших
новостей не приходилось. Я пошла в комнату Сета. Он все еще был без сознания
и тяжело дышал. Лицо превратилось в сплошное кровавое месиво, словно по нему
пробежало стадо бизонов. Я смыла кровь и положила Сету на глаза компрессы со
льдом. Большего я сейчас сделать не могла и на цыпочках направилась к двери.
— Рони, — простонал Сет. Я обернулась. Он сорвал компрессы и пытался встать. — Рони.
— Да, я здесь. — Я снова подошла к Сету и уложила его обратно на
кровать. — Тебе не надо волноваться. И не трогай компрессы. — Я
водворила их на место.
— Я действительно имел в виду то, что сказал. — Он говорил
свистящим шепотом, распухшие губы едва шевелились. Сету, наверное, было
больно говорить, и я попыталась остановить его, но он продолжал: — Я очень
виноват, Рони. Я никогда больше не буду так обращаться с тобой.
— Теперь это не имеет значения, Сет, — сказала я. — Все
кончено, и...
— Нет, теперь я не позволю тебе уйти. Я слишком тебя люблю. Я не хочу
потерять тебя, как когда-то Джули. Я этого не вынесу. Я чертовски упрям. Я
твой муж, поэтому ты не можешь просто так уйти. Я не дам тебе развода.
— О, Сет, — устало сказала я, — я не хочу начинать весь наш
спор сначала. Мы поговорим позже, хорошо?
— Нет, — упрямо твердил он. — Сейчас. Я хочу сказать тебе...
про Вену. Я уже тогда любил тебя, клянусь. Но мне нужно было ненадолго
уехать. Подумать, разобраться в своих мыслях. Понимаешь?
— Нет, — сказала я.
— Я вернулся. А тебя уже не было. В отеле не знали, куда ты уехала.
Я посмотрела в его избитое лицо.
— Что значит вернулся? — медленно спросила я. — Я не верю
тебе...
— Это правда, — сказал он. — Я знаю, что поступил, как
последний трус. Я был в отчаянии. Начал много пить, но не мог забыть тебя.
Вернулся. Узнал, что ты переехала в меблированные комнаты на Лилиенштрассе.
Около оперного театра. Чертова дыра. Я очень виноват... перед тобой.
У Сета пересохли губы. Я поднесла ему воды и помогла сделать несколько
глотков. Он снова схватил меня за руку и велел сесть рядом. Я повиновалась.
— Хозяйка дома рассказала мне о ребенке. Николас. Я даже нашел доктора,
который приходил к тебе. Доктор... Шумейнек?
У меня перехватило дыхание. Да, именно так. Я уже сама забыла, как звали
того врача.
— Я видел могилу. Мне очень жаль, Рони. Я думал, что если бы я остался... Как я проклинал себя!
— Ох, Сет, — горестно сказала я, — не будем больше говорить
об этом, пожалуйста. Не надо ворошить прошлое.
Но Сет не слушал. Он должен был выговориться, а я должна была выслушать его.
— Никто не мог мне сказать, куда вы с Анной уехали. Я искал везде.
Проверял поезда. Вас не было.
Конечно, он не нашел никаких следов. Я не брала билетов в Мюнхен. Их дал мне
король Людвиг.
— Я не знал, что делать. Ты... исчезла. Я был в отчаянии. Думал, что
потерял тебя навсегда. И вдруг встретил тебя в Новом Орлеане. Я не поверил
своим глазам! А ты сказала мне, что станешь женой Стива. Второй женщиной,
которую я потеряю из-за него. Я хотел убить вас обоих.
Я убрала спутанные волосы с его покрытого синяками и кровоподтеками лица.
— Я знаю, — пробормотала я. — Я знаю.
— Концерт переполнил чашу моего терпения. Ты была так чертовски
красива... и принадлежала ему. Я не мог слушать твоего пения. Я так
ревновал. Я всегда ревновал тебя, с самого первого дня. Ты помнишь? Я
никогда не выпускал тебя из виду. Я не хотел, чтобы другой мужчина когда-
нибудь обладал тобой. Ни де Верней, ни кто-нибудь другой. Ты моя цыганка.
Моя.
Сет глубоко вздохнул и замолчал. Я поняла, что он уснул, и тихо вышла. В
коридоре я встала, прижавшись лбом к холодной стене. Он любил меня. Он
действительно любил меня. Да, он бросил меня в Вене с ребенком, но он
вернулся. А я не знала.
Мне нужно было проветриться. Я скользнула в свою комнату. Стивен крепко
спал. Я быстро надела костюм для верховой езды и вышла. Вскочив на Огненную,
я поскакала в направлении фермы.
С Марией и малышом все было в порядке. Хуан и его семейство радостно
приветствовали меня. Мария нашла, что я слишком похудела.
— Из-за него, — сказала она, пристально глядя на меня. — Ты
выйдешь за него замуж?
Я пожала плечами.
— Не знаю, Мария. Я уже ничего не знаю. Я люблю его. Я люблю его брата.
Все запуталось еще больше.
— Ты выйдешь за него замуж, — решила она. — Он не такой
плохой.
Я поскакала в город и приехала в
Золотую цыганку
, когда там уже играли
вовсю. Я поднялась на второй этаж, чтобы умыться и переодеться. Стивена в
моей спальне не было. Я перебрала свой гардероб и выбрала платье из небесно-
голубого атласа. Переодевшись, я постучала в комнату Сета. Никакого ответа.
Я нашла обоих братьев в небольшой обеденной комнате за малым салоном. Они
сидели, сблизившись голова к голове, и, когда я вошла, одновременно
повернулись к двери. Из-за синяков и ссадин Сета нельзя было узнать. Стивен
виновато посмотрел на меня.
— Привет, — сказала я с деланной беззаботностью. — Чем вы
занимаетесь? Обсуждаете условия следующего боя?
— Мы оба любим тебя, Рони, — сказал Стивен. — Ничего не
изменилось. Я все так же люблю тебя и хочу на тебе жениться.
— Поговори с Сетом, — сказала я. — У него больше прав на
меня. Законных прав.
Стивен покачал головой.
— Если ты решишь развестись с ним, это вполне возможно. У тебя есть для
этого все основания. Все зависит только от тебя.
— Нет, — прервал его Сет. — Не слушай его.
— Тебе предстоит сделать выбор, Рони, — сказал Стивен. — Если
ты решишь остаться с ним, я все пойму и не буду тебя отговаривать. Ты сама
хорошо знаешь, что он за человек и на что он способен.
— Замолчи, Стив, — прервал его Сет. — Ты обещал, что не
будешь уговаривать ее.
— Так! Значит, пока меня не было, вы тут сидели и решали за меня, что
мне делать? — Я скрестила руки на груди. — Вы смешны. Оба. Вы
хотите, чтобы я сделала выбор? Очень хорошо!
Они в нетерпении подались вперед.
— Я не выйду за тебя, Стивен, и не останусь с тобой, Сет. Это
единственное разумное решение. Сет, помнишь двух братьев из цыганской песни,
которую я пела прошлой ночью? Расскажи пока о ней Стивену, а я пойду
работать. И вам обоим я настоятельно рекомендую оставаться здесь и не
показываться никому на глаза. Вы распугаете всех посетителей.
Я повернулась и направилась к двери, ощущая спиной пронзительный взгляд
Стивена. Глаза Сета слишком заплыли для того, чтобы он мог пронзительно
смотреть. Я не знала, что делать, и слишком устала от них обоих, чтобы долго
ломать голову над тем, как поступить. Ответ появится сам собой, надо лишь
немного подождать. Я приветливо поздоровалась с посетителями и, заняв свое
место за столом для игры в
фараона
, начала играть.
В эту ночь
Золотая цыганка
работала, как обычно. Две оставшиеся
французские проститутки смеялись, заигрывали с посетителями, ловко обманывая
их. Мужчины постепенно пьянели все больше, шум в салонах становился все
громче. Я даже забыла, что
Золотая цыганка
больше мне не принадлежит.
Внезапно в салон ворвались двое мужчин в масках и с факелами в руках.
— Все убирайтесь! — закричали они. — Мы подпалим это чертово
прибежище греха и порока!
Девушки с визгом бросились к дверям. Все сразу пришло в смятение. В салон
вбегали новые люди в масках и принимались топорами крушить все вокруг. Один
из них поднес факел к красному бархатному занавесу на окне. Игравшие толпой
хлынули к дверям.
Я слышала, как Стивен звал меня, но толпа нас разделила.
— Стивен! — крикнула я. — Сет!
Густой дым пополз по комнате. Я уже слышала треск пламени.
Золотая цыганка
была вся сделана из дерева. Она могла сгореть в мгновение ока.
— Бегите из гнезда порока! — кричал человек в маске. — Конец
злу и дьявольским козням!
— Уничтожьте семя зла, — вторил ему другой, — чтобы оно
больше не проросло! Сожгите этот публичный дом и его распутную хозяйку.
Сожгите ведьму!
Что-то смутно знакомое послышалось мне в этих словах. Я была уверена, что
узнала голос.
Наконец я сумела вырваться на улицу. Толпа вокруг дома стояла так плотно,
что я едва смогла пробиться сквозь нее. Я искала глазами Стивена и Сета, но
не могла найти ни того, ни другого и только молила Бога, чтобы они целыми и
невредимыми выскочили из дома.
Пламя разгоралось все сильнее. Я в отчаянии смотрела на страшную картину.
Сухое дерево горело быстро.
Огонь вскоре перекинулся и на
Золотого орла
. Люди в масках носились с
факелами вверх и вниз по Вашингтон-стрит и кричали что-то о смерти, грехе и
отмщении.
Сильные руки оттащили меня подальше от горящего дома. Я обер
...Закладка в соц.сетях
