Жанр: Любовные романы
Поединок сердец
... согласился Мэтт. Он был совсем не в настроении. Эти
последние дни не развеяли грусти. Он обнял Сару, они медленно закружились
под спокойную музыку.
Прошло десять дней с тех пор, как он ушел из дома Паолы, десять дней с тех
пор, как он видел ее последний раз.
Кто-то тронул его за плечо, Сара отпрянула от него.
— Мэтт, тебе звонят, — сказал Рори.
Мэтт нахмурился. Кто бы это мог ему звонить? Никто не знал, что он здесь.
— Это твоя мать, — пояснил Рори. — Ты можешь пройти в мою
спальню, там тише.
Господи, что ей нужно? Она умеет надоедать, как никто другой.
Мэтт закрыл за собой дверь спальни и поднял трубку.
— Мама? — Он услышал щелчок и догадался, что Рори поднял трубку
другого телефона.
— Мэтт? О Мэтт, слава Богу, я нашла тебя!
Голос матери звучал странно. Возникло недоброе предчувствие.
— Что случилось, мама?
— Твой отец, он...
Его пронизала острая тревога.
— Папа? Что случилось с папой?
— О, Мэтт. — Она задыхалась и всхлипывала. Теперь он знал, почему
ее голос звучал так странно. Это была истерика. — Я так боюсь. У твоего
отца сердечный приступ. Он... он себя плохо почувствовал, когда сегодня
вернулся с работы, и...
— Подробнее расскажешь потом, — оборвал ее Мэтт. Сердце глухо
стучало. — Откуда ты звонишь?
— Из Центральной больницы. Они положили его в реанимационное отделение.
Я звоню с дежурного поста.
— Я сейчас приеду.
Рори не отпустил Мэтта одного. А у Мэтта не было сил спорить. Все, чего ему
хотелось, — это поскорее добраться до больницы и самому узнать, в чем
дело? Он был напуган, как никогда.
Когда он и Рори вышли из лифта, их ждала Бетти Норман. Ее глаза опухли от
слез, лицо изменилось. В первый раз в жизни он увидел, что его мать уже
пожилая женщина. Сегодня вечером у нее не было времени подкраситься и
переодеться: она была в черных брюках и простом зеленом свитере. Ее руки
дрожали.
— О, Мэтт, я не хочу его потерять... — мучительно выдохнула она.
Глаза Мэтта затуманились. Он чувствовал себя совершенно беззащитным.
— Ну-ну, миссис Норман... Мэтт, — успокаивал Рори. — Пойдемте
и сядем вон там.
После того как все трое сели в приемной, мать Мэтта рассказала, как все
произошло.
— Я только что приняла душ, — начала она дрожащим голосом. —
Твой отец лежал, и я тронула его за плечо, хотела сказать, что пора
собираться на работу. Она теребила платок в руках, затем всхлипнула и
вытерла глаза. — Он... он казался таким усталым, я даже сказала, что
ему лучше остаться дома. — Она посмотрела на Мэтта умоляющими
глазами. — Я думала, это просто простуда.
Мэтт взял ее холодную руку. Он никогда не видел свою мать убитой горем. В
самом деле, он едва ли мог припомнить, чтобы она когда-либо раньше плакала.
— Все будет хорошо, все будет хорошо, — сказал он, неуклюже
похлопывая ее по руке. Мать всегда казалась такой сильной. Теперь она вы
глядела слабой и растерянной. — Ужасно, если Мэттью умрет. — Она
начала плакать, ее хрупкие плечи сотрясались. — О Боже, я не хочу
потерять его!
Мэтт обнял ее, в горле застрял ком. Ему тоже хотелось плакать.
— Пожалуйста, успокойтесь, миссис Норман, — утешал ее Рори, и Мэтт
благодарно взглянул на друга.
— Я... я помогла ему подняться, и вдруг у него закружилась голова.
Тогда я снова стала настаивать, чтобы он остался дома.
Прекрати
спорить! — воскликнул он. — Со мной все нормально
. — Она
прикусила губу, и Мэтт испугался, что мать сейчас разрыдается, но после
тяжкого вздоха, она продолжала: — Он пошел в ванну принять душ, а я начала
сушить волосы. — Бетти всхлипнула и крепко сцепила руки на
коленях. — Я слышала, как он включил воду. Затем, через несколько
минут, мне показалось, я услышала странный удар, но фен так шумел, что я не
придала этому значения. — Глаза снова наполнились слезами. — О
Боже, я никогда не прощу себе, если он умрет! Если бы не этот чертов фен...
— Мама, прекрати терзать себя. Пожалуйста, расскажи, что произошло потом, — попросил Мэтт.
— Когда я, наконец, выключила фен и начала одеваться, то поняла—что-то
стряслось: так долго твой отец еще никогда не был в душе.
Родители постоянно читали Мэтту нотации о расходе воды и необходимости
считаться с интересами окружающих.
Я могу помыться за пять минут
, —
любил повторять отец.
Как бы хотел Мэтт услышать сейчас эти наставления.
— Конечно же, — продолжала мать, — у меня появилось дурное
предчувствие. Я... открыла дверь ванной и позвала его. Он не отвечал. В
конце концов, я отдернула занавеску. И о Боже! Он лежал там, на дне
ванны. — Бетти закрыла глаза, лицо побледнело. Мэтт испугался, что
сейчас она упадет в обморок.
— Держись, мама, — сказал он, снова обнимая ее.
Все ее тело тряслось.
— О, Мэтт, я позвонила в
скорую
и попыталась сама привести его в
чувство. Потом приехали врачи и привезли нас обоих сюда... Это было ужасно.
Я так напугалась.
Взгляды Мэтта и Рори встретились, у обоих в глазах светилось беспокойство.
Паола звонила Мэтту домой в два часа ночи, йотом в четыре часа утра и опять
в шесть.
Но телефон не отвечал.
Единственный вывод, который она могла сделать, был таким: Мэтт не терял
времени даром. Он на ночной вечеринке, убеждала себя Паола. Ну уж нет. Мэтт
не любит вечеринки, тут же возражала она себе самой. Он сторонится всяких?
сборищ.
Наконец к семи часам ей удалось уснуть. Проснулась она в полдень с сильной
головной болью и больным горлом.
Когда она вошла в светлую просторную кухню Линды, та взглянула на нее и
сказала:
— Ой-ой-ой. Совсем плохо? Я позвоню в аэропорт и узнаю, когда ближайший
рейс на Хьюстон?
— Я вряд ли выдержу до середины месяца.
— Дорогая, если тебе нужно, ты должна ехать...
— Мне надо уладить свою личную жизнь, иначе я не могу
сконцентрироваться на музыке. Вы меня понимаете?
Линда кивнула, ее глаза смотрели нежно и понимающе.
— Дорогуша, я все прекрасно понимаю. Позвони, когда прояснятся твои
отношения с любимым, и мы придумаем что-нибудь. Что-нибудь, что сделает всех
счастливыми: тебя, меня, твоего парня и... — она усмехнулась, протянула
руку к руке Клинта, а тот оторвал взгляд от бекона с яичницей и улыбнулся
ей, — моего парня, — закончила Линда.
Паола обняла ее. Затем позвонила в авиакассу. Ей сказали, что если она
прибудет в аэропорт к двум часам, то будет в Хьюстоне к ночи.
— Прекрасно.
В этот же день Линда и Клинт стояли с ней в вестибюле маленького
Кантсвиллского аэропорта. Паола благодарила обоих.
— Не унывай, дорогая, мы тебя любим. У нас с Клинтом нет детей, и ты
нам стала как дочь, — призналась Линда. Ее белокурые волосы упали на
лицо, и она отбросила их назад. Улыбка озарила ее лицо.
— Согласен, — протянул Клинт. — Ты можешь приехать к нам в
любое время. И твой друг тоже.
Потом Линда обняла ее, и Паола сердечно ответила ей тем же.
— Удачи, дорогая. Дай мне знать, как все обернется.
— Ладно, — пообещала Паола.
Когда прозвучало сообщение о посадке в самолет, она мысленно задала себе
вопрос, что она найдет, приехав в Хьюстон. Захочет ли Мэтт ее сейчас видеть?
Согласится ли принять компромиссное решение для них обоих? Может быть, уже
слишком поздно?
14
Отец Мэтта пришел в себя в пять часов на следующее утро. С момента
сердечного приступа прошло тридцать четыре часа.
— Можете зайти минут на десять, не дольше, — предупредил доктор.
Миссис Норман обратилась к сыну:
— Сначала я, потом ты.
Когда мать вернулась, на ее губах дрожала улыбка.
— Ну как он? — нетерпеливо спросил Мэтт.
— Он справится. Я уверена.
Сердце Мэтта сжалось, когда он переступил порог палаты. Отец выглядел каким-
то маленьким, будто ссохся, вокруг—дюжина проводков.
— Папа? Ты меня слышишь?
Отец с трудом повернул голову. Его зеленые глаза блеснули в
полумраке. — Привет, Мэтт, — прохрипел он.
— Тебе нельзя говорить, береги силы.
— Мэтт, мне нужно тебе что-то сказать. Если... если я не
выкарабкаюсь...
— Не говори так. Ты непременно поправишься.
— ... пожалуйста, позаботься о матери.
— Папа, будь уверен, я все сделаю. Не волнуйся. Не делай усилий.
Но его отец, кажется, был намерен продолжать.
— Она слабее, чем ты думаешь, Мэтт. Она зависит от меня. Мы команда.
Мэтт, конечно же, это знал. Подтверждение этому он только что видел.
— Знаю, — мягко заверил он.
— Она самое лучшее, что было у меня в жизни. Паола очень напоминает мне
твою мать...
Когда самолет наконец-то приземлился в Хьюстоне, было десять вечера. Паола
продрогла, пока челночный автобус вез ее к дальней парковке.
Интересно, как отреагирует Мэтт, когда она внезапно появится на пороге его
дома.
Она никому не сообщила о своем возвращении, даже не позвонила родителям.
Решила сразу же ехать к дому Мэтта и, если его не будет, ждать возвращения.
Хотелось, прежде всего, знать, в каком состоянии их прерванные отношения.
Дом был темен. Но ничего другого она и не ждала. Почти одиннадцать.
Позвонила, постучала в дверь — без ответа. Где же он может быть? Куда уехал?
Или опять на очередной вечеринке? Она прошла к гаражу и, встав на цыпочки,
заглянула в окно.
Фиат
стоял на месте,
БМВ
не было.
Он уехал. Но завтра рабочий день. Мэтт никогда не возвращался поздно перед
рабочим днем. Должно быть, приедет с минуты на минуту. Что же делать? Она
так устала, так огорчена. Нет, она не сможет пережить еще одну ночь в
неведении.
Паола поудобнее устроилась в своей машине: свернулась калачиком и закрыла
глаза.
Мэтт выехал из больницы в семь утра. Пришлось не спать почти двое суток, и
мать очень беспокоилась, когда сын садился за руль.
— Все будет хорошо, — заверял он.
— Пожалуйста, отоспись, — попросила она. — Отцу уже лучше,
так что нет надобности сюда возвращаться.
Бетти выглядела уверенно.
— О'кей. Но к вечеру я вернусь, чтобы сменить тебя.
— Завтра прилетает Элизабет. Она поможет.
По дороге домой Мэтт размышлял над событиями последних дней. Он думал о
матери, об отце, об их трогательном союзе. Вспоминал слова отца. Но в
основном он думал о Паоле.
Мэтт бесконечно устал, тело ныло. Не терпелось побриться и принять душ.
Затем срочно в постель и поспать хотя бы часов шесть. Может, после отдыха он
опять почувствует себя человеком. И тут на дорожке, ведущей к дому, он
увидел знакомую красную
тойоту
. Машина Паолы?
Сердце гулко заколотилось, он нажал на тормоза. Неужели что-то случилось?
Мэтт выскочил из машины, неуверенной походкой направился к
тойоте
и
заглянул внутрь. На переднем сиденье что-то лежало.
Это
что-то
шевельнулось. Мэтт с удивлением наблюдал, как сначала
показались черные кудряшки, потом два заспанных темно-карих глаза.
— Паола, что ты здесь делаешь?
Молодая женщина замерла. Конечно, он не рад ее видеть.
— Жду тебя, — ответила она.
— Но...
— Я прилетела вчера вечером и приехала прямо сюда, но не застала тебя.
Решила сидеть и ждать твоего возвращения. Я...
В ответ никакого участия, только холодный взгляд. Он всматривался в нее как
в привидение.
— Два дня я провел в больнице, — пояснил он деревянным голосом.
Паола обеспокоенно спросила:
— Что-то стряслось?
Мэтт вздохнул. Его плечи дрогнули. Ей захотелось протянуть руку, коснуться
его волос, но она по-прежнему не знала, имеет ли на это право. То ли он
захочет, чтобы она осталась, то ли пожелает, чтобы уехала.
— Отец в больнице. Послушай... не хочешь зайти в дом? Я так устал, едва
стою на ногах.
— Да, конечно. Может, я сварю кофе... — Значит, что-то случилось с
его отцом. А ее не было рядом в трудную минуту.
В доме было душно и сыро. Плюхнувшись в кресло на кухне, он сбивчиво
рассказал о случившемся.
— О, Мэтт! Хорошо, что он чувствует себя лучше. — При этом она
поддалась своим желаниям: коснулась его волос, взъерошила их. — Я знаю,
как сильно ты любишь его.
Он удивленно поднял брови.
— Паола...
— Мэтт... — Ее сердце дрогнуло. Может, у них все еще наладится?
— Извини меня, — прошептал он. — Ты сможешь меня простить?
— О нет, сможешь ли ты простить, что я оставила тебя?
Ее рука дрожала, когда он взял ее в свою. Да, она его любит. Без него
никакой успех не возможен и не нужен.
— Я был неправ. Сейчас я понимаю. Я не должен был требовать от тебя
отказа от твоих планов. Сейчас я все вижу по-другому.
— Я тоже была не права, — вторила она. — Я даже не попыталась
проникнуться твоими чувствами.
— Нам следовало поговорить, не рубя сплеча. Ощущение счастья
переполнило ее.
— Мы слишком увлеклись любовной игрой. Мэтт сдержал улыбку.
— Паола, я люблю тебя. Мы могли бы обо всем договориться.
— Да, да, Мэтт. Именно поэтому я здесь.
Наконец-то он улыбнулся, отчего приятное тепло разлилось у нее внутри.
— Это означает, что ты готова выйти за меня замуж? Я хочу, чтобы все
знали ты моя!
Он притянул ее к себе, и от прикосновения его губ Паола вся затрепетала.
— Скажи, что любишь меня, — опять потребовал он, сжимая в ладонях
ее лицо.
— Ну, конечно же, я люблю тебя. Разве не это чувство привело меня сюда,
разве не потому я прождала всю ночь?
— О, Паола, я так много передумал за прошедшую неделю, за прошедшие
несколько дней. Все мои планы ничто без тебя.
— Я знаю, знаю. И думаю так же. Без тебя моя жизнь ничего не стоит.
— Мы постараемся стать счастливой парой, — размышлял вслух
Мэтт. — Я продам этот дом...
— Нет, не нужно. Мне он нравится. Мы будем жить здесь до рождения
первого ребенка.
Твой рабочий кабинет мы переоборудуем в студию, где я буду сочинять музыку,
пока ты в офисе.
— Я собираюсь больше узнать о законах в области шоу-бизнеса, и мы будем
путешествовать вместе, — сказал Мэтт. — Я всегда надеялся, что у
нас будут двое ребятишек: мальчик и девочка с такими же, как у тебя, темно-
карими глазами и черными кудряшками.
— А я хочу иметь шестерых детей. И чтобы все были светленькие, как ты, — усмехнулась она.
Мэтт улыбался, но на сей раз в его глазах она прочитала жгучее желание,
неподдельную страсть. Его взгляд был прикован к ее губам.
— Если мы собираемся завести кучу детей, то не лучше ли приняться за
дело немедленно?
— С радостью! — Она сбросила с себя свитер и все, что было под
ним.
Он целовал ее, и в этих поцелуях таяли все условности и противоречия.
Главное — они останутся вместе: два сердца слились в одно целое.
Закладка в соц.сетях
