Жанр: Любовные романы
Поединок сердец
...ирует Бенджамин Тобайас на подобную выходку. — Он внимательно
посмотрел на Мэтта. — Ты же знаешь, насколько он консервативен.
— Ну, тут уж я ничего не могу поделать. Просто нужно подождать и
посмотреть, что будет, — ответил Мэтт.
— Полагаю, ты объяснил своей подружке, что мы уважаемая юридическая
фирма, что ты занимаешь важную должность, что подобные выходки вряд ли будут
встречены с одобрением? — Голос Клейбурна звучал с укоризной.
Мэтт спокойно посмотрел ему в глаза.
— Нет, сэр, пока не объяснил. Честно признаюсь, не понимаю, какое
отношение имеет поступок Паолы к моей работе и должности в фирме. Это дело
сугубо личное.
— Если наши клиенты узнают, что мы столь легкомысленны, это им не
понравится.
— Мои клиенты не подумают, что я легкомысленный, это уж точно, —
вслух размышлял Мэтт.
— Послушай, Мэтт. — Голос Клейбурна звучал задушевно. — Я
тоже когда-то был молод, как ты можешь догадаться. Но осторожность всегда
необходима. Я не хочу намекать на то, что твоя репутация юриста как-то
пострадает, просто во всем следует знать меру. Зачем дразнить гусей?
Мэтт понимал, что Оскар Клейбурн домогается его согласия. Но не хотелось так
легко сдавать свои позиции.
— Рори Себастьян тоже не без греха. Но никто ему и слова не говорил. Почему же мне сразу упрек?
С минуту Клейбурн сидел молча, потом сказал:
— Рори Себастьян никогда не станет старшим партнером. Он слишком
беспечен и безответствен. И не настолько умен, как ты, Мэтт. Ты блестящий
юрист и компетентный правовед. Твое будущее не вызывает сомнений. Все, что
тебе нужно, — это продолжать свою карьеру так, как ты ее строил до
этого. Работай усердно, держи нос по ветру, женись, займи ив обществе и в
фирме подобающее место. — Он улыбнулся. — Вот мой тебе добрый
совет.
Мэтт стиснул зубы. Ему хотелось сказать, чтобы Оскар Клейбурн катился со
своими советами куда подальше.
— Я понимаю, что ты сейчас зол, Мэтт, но подумай о моем совете. Это
все, о чем я тебя прошу.
И все последующие дни Мэтту пришлось размышлять над услышанным.
11
Паола вовсе не нервничала, хотя ей впервые предстояло выступить по
телевидению. Джони Джессан—ведущая передачи
Хэлло, Хьюстон
обратилась к
ней запросто, после краткого представления.
— Паола... — начала Джони, — ваш стенд захватил воображение
всех романтиков Хьюстона. Как вы думаете почему?
Как раз к этому вопросу Паола была готова, так как сама задавала его себе.
Она изумилась, когда обнаружила, что о стенде говорят сотни людей. Одна из
радиостанций сообщила этим утром, что к нему подъезжают, чтобы
сфотографироваться. На Мемориал образуются пробки, и у стенда даже появился
полицейский-регулировщик.
— Я думаю, все оттого, что в нашей жизни слишком мало
романтического, — ответила Паола. — Мы все время читаем либо о
преступлениях, либо о войнах, о бездомных, о голодающих. А люди жаждут чего-
то такого, что сделает их жизнь лучше.
— Я слышу сообщения, — продолжала Джони, — что вдоль Мемориал-
драйв припарковываются машины и есть много желающих сфотографироваться на
фоне стенда.
— Такое может быть только в Америке, — засмеялась Паола.
— Паола, почему бы вам не поведать нашей аудитории, что подвело вас к
идее купить место на рекламном стенде.
Ничего не поделаешь, Паола рассказала, как произошла ее встреча с Мэттом,
как она неотступно следовала за ним, посылала письма, звонила, как приехала
к нему с ужином и даже о том, как посылала ему каждый день по розе, чтобы
напомнить, что она отступать не собирается.
— Если уж мужчины обычно прибегают к подобным приемам, чтобы завоевать
женщину, так почему женщина не может предпринять то же самое, чтобы
завоевать мужчину?
Конечно же, она благоразумно умолчала о том, что делала это ради возможности
увидеть улыбку Мэтта Нормана. Более романтичным было представить развитие их
отношений как любовь с первого взгляда.
Пока она рассказывала свою историю, аудитория смеялась и аплодировала. Паола
несколько раз испытала укоры совести при мысли, что ее телевизионные
откровения вряд ли могут понравиться Мэтту, но, раз начав, ей трудно было
прерваться. И рассказ был правдивым. А можно ли порицать честность?
— Надеюсь, вам удастся убедить мистера Нормана появиться на экране
вместе с вами, — заметила Джони. — Нам всем хотелось бы
познакомиться с ним.
— Ну, понимаете, Мэтт довольно терпим к моим причудам, но, насколько я
знаю, не склонен открывать свои секреты, поэтому вряд ли будет чувствовать
себя раскованно перед телекамерой.
— Вообще-то многие мужчины чувствуют себя скованно, когда речь заходит
о чувствах, — вставила Джони. — Вы согласны?
— Да, согласна. И именно мы, женщины, можем попытаться что-то изменить. Конечно, не все сразу.
— Замечательно! — воскликнула Джони. — Но мы, кажется,
отклонились от темы. Паола, мне бы хотелось поговорить о вашей музыке. В
вашей краткой биографии указано, что вы композитор.
— Да, это так, — гордо сказала Паола. — Однако я пока не могу
похвастаться успехами. Мой отец всегда учил меня, что настойчивость и
усердие, в конце концов, будут вознаграждены.
— Вы ведь еще и певица:
— В последнее время я практически не выступаю. Все внимание сосредотачиваю на сочинении песен.
— О, вы, кажется, обещали исполнить одну из ваших песен. Очень хочется
послушать, — воодушевила Паолу Джони.
Аудитория зааплодировала, и этого было достаточно, чтобы решиться. Во всяком
случае, это лучше, чем исполнять национальный гимн на Ойлерских играх.
— Я захватила с собой гитару, — сказала она с лукавой усмешкой.
Для исполнения она выбрала одну из песен, которые отослала Линде Перкинз.
Огни в студии погасли, только один луч сконцентрировался на Паоле. Она
проворно пробежала пальцами по струнам, взяла несколько вступительных
аккордов.
— Песня называется
Одинокая леди
, — объявила она и начала петь.
Когда ты ушел из моей жизни, осталась пустота... То, что мнилось небесным, — теперь подобно адскому
пламени. Все на свете не так без тебя... все не так... О, прошу, вернись. Ты нужен этой одинокой леди... Твой голос, твое прикосновение, твой поцелуй. Ты нужен этой одинокой леди... Я не смогу вынести
разлуку. Паола вложила всю душу в песню. Она закрыла глаза, подумала о Мэтте, о том,
что почувствует, если однажды он исчезнет из ее жизни. Особенно пронзительно
прозвучал второй куплет.
Когда я сплю, ты приходишь в мои сны... А днем ты в моих мыслях, неважно, чем я занята. Без тебя все не так, я страстно желаю тебя вернуть. Без тебя все немило, пожалуйста, возвращайся. Ты нужен этой одинокой леди... Твой голос, твое прикосновение,
твой поцелуй. Ты нужен этой одинокой леди... Я не могу вынести
разлуку. Когда Паола закончила петь, на пару секунд воцарилась тишина, затем
взорвавшаяся овацией. Кто-то даже свистнул от избытка чувств.
— Превосходно, Паола! — воскликнула Джони.
Паола заулыбалась, радуясь такому приему. Это было состояние, чем-то
напоминающее их первую ночь с Мэттом.
Мэтт и музыка. Прекрасное сочетание. Когда аплодисменты стихли, и шоу
близилось к завершению, Паола вздохнула. Если бы ее композиторская карьера
имела продолжение...
Интересно, возможна ли карьера вообще в свете перемен в ее личной жизни...
Взяв пульт, Мэтт выключил телевизор. Он предупредил Рейчел, что приедет в
офис только после обеда. Секретарша была удивлена и сгорала от любопытства,
ведь шеф ничего не объяснил.
Интересно, через сколько времени о передаче по телевидению узнает Оскар
Клейбурн. Держа в руке чашечку кофе, он открыл стеклянную дверь во
внутренний дворик, огороженный со всех сторон каменной стеной. Солнечное
декабрьское утро, температура — около пятнадцати градусов. Пушистенькая
малиновка села на кромку стены и озадаченно посмотрела на уютный дворик. У
Мэтта была замечательная коллекция колокольчиков, которые даже при самом
слабом порыве ветерка издавали нежный перезвон. Посаженные еще весной
бегонии все еще цвели на затененных клумбах и в подвесных корзиночках. Мэтт
довольно вздохнул.
В тот момент, когда Паола начала петь, его чувства пришли в смятение, ведь
он слышал ее впервые. И впервые мог судить о ее сочинениях.
Мэтт не считал себя знатоком кантри, но ее талант был очевиден. Когда Паола
допела первый куплет, он знал, что песня удалась и певица оказалась на
высоте. Да еще, на какой высоте! Как зачарованный, он смотрел на нее,
вслушиваясь в ее контральто, в меланхоличную мелодию песни. Вероятно, она
права, подумалось ему. Если она так же настойчиво продолжит работу над
сочинительством, то однажды сможет стать звездой.
Но музыкальный бизнес—это уж Мэтт знал точно — штука сложная и жестокая.
Вряд ли можно рассчитывать на серьезный успех, если музыка становиться чем-
то вроде хобби. Этот бизнес требует полной отдачи.
На какую-то минуту он встревожился. Конечно, Паола прекрасно понимала, что
жизнь с ним заставит отказаться от многого, даже пренебречь карьерой
композитора. Это неизбежно. Но несколько недель она и не заикалась о музыке.
Какое может быть беспокойство? И все же она не может не чувствовать, что
упускает возможность стать знаменитой, богатой, добиться высокой цели.
Значит, ему следует сделать так, чтобы она чувствовала себя звездой, чтобы
чувствовала, что ее талант ценят.
Мэтт допил кофе и взглянул на часы. Почти одиннадцать. Надо бы отправляться.
Но прежде он позвонит Рейчел.
— О, мистер Норман! Хорошо, что вы позвонили. Только что я говорила с
мистером Тобайасом, он хотел бы повидаться с вами. Я не смела возразить...
сказала, что вы утром в суде, но он подъедет к часу. — В голосе Рейчел
прозвучала тревога. — Надеюсь, все в порядке.
Мэтт поморщился. Вот все, что ему было нужно, Бенджамин Тобайас теперь надавит на Оскара Клейбурна.
— Рейчел, вы все сделали правильно. Пожалуйста, возьмите под контроль
возможные звонки. Я выезжаю из дома через несколько минут. Договорились?
— Да, разумеется.
— Хорошо. И вот что еще—закажите дюжину роз и отошлите букет Паоле
Романо по следующему адресу... — Мэтт продиктовал адрес компании по
обслуживанию мини-бассейнов, — и чтобы была прикреплена карточка:
Родилась звезда. Достанем шампанское и отметим это. С любовью. Мэтт. —
Он улыбнулся, представляя выражение лица Рейчел. — Все записали?
— Да, записала. — Она прочитала все указания, и Мэтт остался
доволен. — Что-нибудь еще?
— Нет, пока все. Скоро увидимся.
Когда Мэтт прибыл в офис, у большенство служащих был обед. Хорошее время,
чтобы проскользнуть незамеченным без вопросов о причинах его утреннего
отсутствия.
Рейчел оторвалась от книги, когда он вошел. Мэтт приветственно махнул рукой.
— Что, хорошая книга?
— Хорошая. — Она показала обложку. Он поморщился, увидя длинный
нож в пятнах крови на глянцевой обложке. Это ее обычное времяпрепровождение
во время ленча: поглощать дешевые романы, заедая их яблоками.
— Меня кто-нибудь спрашивал? — Он приоткрыл дверь в офис.
— Я вас подстраховала. Ваша почта на столе.
— Спасибо.
Пока он просматривал почту и записи в ежедневнике, пробил час. Зазвонил
телефон внутренней связи.
— Здесь мистер Тобайас, — сообщила Рейчел.
Мэтт встал, приосанился и пошел к дверям, чтобы встретить посетителя.
Тобайас пожал Мэтту руку и прошел к креслу. Он держался натянуто, и, хотя
Мэтт уговаривал себя отбросить беспокойство, тоже чувствовал нарастающий
дискомфорт. Он терпеть не мог пререкания. И сейчас его волновал не столько
разговор с Тобайасом, сколько в перспективе разговор с Оскаром Клейбурном,
который наверняка в курсе утренней телепередачи.
Когда Тобайас уселся в кресло для посетителей, Мэтт обошел стол и занял свое
место. Он знал, что необходимо выдержать паузу ради собственной выгоды.
— Одна моя молодая приятельница звонила мне прошлым вечером, —
объявил Тобайас.
— Да? — Начало разговора ожидалось другим.
— И сказала, чтобы я непременно утром посмотрел передачу
Хэлло,
Хьюстон
.
— Так, так, — все становилось на свои места.
— И вам тоже довелось посмотреть шоу?
Серые глаза Тобайаса напомнили Мэтту о холодной стали. Мэтт встретил взгляд
спокойно, даже не моргнув.
— Да, — спокойно ответил тот. — Посмотрел.
Вдруг Тобайас расплылся в улыбке. Это было похоже на то, как если бы солнце
наконец-то проглянуло сквозь завесу грозовых туч.
— А ведь в ней есть что-то особенное, не так ли?
О ком это он? О Джони Джессан? Не понимая, кого он имеет в виду, Мэтт молча
кивнул.
Тобайас наклонился над столом и неожиданно хлопнул ладонью по крышке.
— Знаешь, сынок, у меня были сомнения на твой счет. Думал, может, ты
такой же истукан, как Клейбурн и как другие здешние зануды, а я их на дух не
переношу. Человек должен быть открытым и прямодушным. Он не должен
действовать по каким-то схемам. Тогда он вправе ожидать доверия к себе.
— О, конечно, я согласен, — пролепетал Мэтт.
— Но когда я узнал, что ты тот, в кого влюблена Паола, у меня не
остается больше никаких колебаний, никаких сомнений. Потому что Паола знает
в людях толк. — Закончив речь, Тобайас встал и протянул руку.
Совершенно ошарашенный, Мэтт поднялся и схватил руку Тобайаса.
— Я удивил тебя, да? — спросил Тобайас.
— Есть, конечно, — признался Мэтт. — Я не ожидал, что вы
знакомы с Паолой.
— Ты еще многого обо мне не знаешь, но отныне наше знакомство будет
крепнуть. Теперь садись, нам надо поговорить.
Чуть позже зашла Рейчел и оставила на столе телефонограмму. У секретарши
было странное выражение лица. Мэтт быстро пробежал глазами записку от Оскара
Клейбурна.
Мэтт, пожалуйста, выкроите время на следующей неделе. Нам
необходимо обсудить и утрясти некоторые важные вопросы. Запахло скандалом.
Ну и пусть, подумал Мэтт, что бы ни говорил Оскар Клейбурн, о Паоле
разговора не будет, это не обсуждается. Она ничего дурного не сделала, и в
этом плане пересуды исключены. Но, может быть, ему следует поговорить с
Паолой. Но не о стенде, не о шоу, а о ее планах. Конечно, на пути ее
музыкальной карьеры есть препятствия. У него свои взгляды на замужество и
детей. Она тоже прекрасно понимает, какой он хочет видеть свою жену.
Но вправе ли он требовать от нее оставить музыкальную карьеру, если сам еще
не определился со своими намерениями? Готов ли он просить Паолу выйти за
него замуж? Уверен ли он в себе?
Может быть, стоит подождать пару недель и разобраться в своих чувствах?
Через две недели Рождество. Может, это наиболее подходящее время для
подобных решений?
Он улыбнулся, вспоминая, как эффектно она выглядела этим утром в
телепередаче. Можно легко вообразить, как она поет колыбельную их детям. А
когда будут приемы, она могла бы сыграть и спеть для гостей. Ее выступления
были бы крайне желательны на разного рода благотворительных акциях. Ну, а
если удастся продать несколько песен тем лучше.
Мэтт снова улыбнулся. Он хотел, чтобы она была счастлива.
Паола с трепетом взяла в руки карточку и несколько раз перечитала ее.
Звезда родилась
. Это написал он. Ее охватило радостное предчувствие. Он
гордился ею. Он, наверное, поверил в ее карьеру сочинительницы песен! Иначе,
зачем это послание?
О, все прекрасно. Записка Мэтта лишь усилила ее убеждение в том, что он
быстро меняется. А что, может, ей еще и доведется увидеть на нем ковбойские
сапоги и клетчатую рубашку!
Весь оставшийся день она находилась в мечтательном настроении. Опять и опять
в деталях вспоминала интервью, воображая, как бы все проходило, если бы
рядом сидел Мэтт и горделиво улыбался. Представляла, как ей вручают
Оскара
за лучшую песню, а Мэтт сидит в партере. Мечтала, что ее песни поют лучшие
певицы, такие как Линда Перкинз и Уитни Хьюстон. Они, конечно, делают свою
работу великолепно. Может статься, поклонники ее музыки захотят, чтобы
сочинительница сама записала свои песни. Что ж, она сделает запись. У них с
Мэттом будет комната, где будут по всем стенам развешаны плакаты
знаменитостей и ее фотографии. Они будут много путешествовать: от Алабамы до
Нэшвилла, потом—по всему миру. Он мог бы стать ее менеджером и доверенным
лицом.
Паола вздохнула, думая о их совместной жизни, о том, какой она может стать.
Компромисс даже в мелочах. Мэтт, вероятно, уже не станет так много работать:
ведь она будет зарабатывать кучу денег. В свою очередь, Паола тоже пойдет на
уступку, согласившись на традиционную свадьбу. Вот, наконец, день подошел к
концу, и Паола неохотно рассталась со своими золотыми грезами. Она не могла
дождаться той минуты, когда появится Мэтт.
К вечеру она тщательно продумала свой наряд: туфли на самых высоких
каблуках, очень женственное платье. От приготовлений ее все время отрывали
телефонные звонки. Кажется, все ее знакомые спешили поздравить ее с
появлением в утренней передаче
Хэлло, Хьюстон
.
Даже мистер Т. позвонил, и это ее сильно удивило. Сначала она даже не знала,
что ответить.
— Просто хотел сказать вам, что вы выглядели превосходно сегодня утром.
— О, вы видели передачу? Я не ожидала.
— Ну, как же я мог пропустить, если вы предупредили заранее.
У нее в душе разлилось приятное тепло.
— Благодарю вас, мистер Т., для меня это очень важно. — И
подумала, какой же он замечательный.
— Мы останемся друзьями, не так ли?
— Да, и ваша дружба очень много для меня значит.
— Вы собираетесь выйти замуж за Мэтта Нормана?
Прямой вопрос как-то сбил с толку. Она легко засмеялась.
— Ну, он не предлагал мне руку и сердце, хотя я об этом думала.
— Обязательно предложит. Он слишком умен, чтобы упустить вас, —
заверил мистер Т.
Паола нахмурилась, не понимая подоплеки.
— Вы говорите так, будто знаете Мэтта.
— Конечно, знаю. Он мой юрист.
— Ваш юрист? Понятия не имела.
— Ну а как вы могли знать? Мы никогда не говорили о моих делах.
Паола засмеялась.
— Да, вы правы. Я рада, что вы хорошо отозвались о Мэтте, потому что он
действительно много для меня значит.
Как только они попрощались, Паола бросилась к туалетному столику. Лишь
только она сбрызнула волосы духами
Шалимар
, раздался звонок в дверь.
— Привет!
— Привет!
Они улыбнулись друг другу. Затем она оказалась в его объятиях: последовал
долгий поцелуй. Паола прильнула к нему, закрыв глаза и вдыхая его запах,
особенный запах.
— Ты была прекрасна сегодня. — Его глаза сверкали как два
изумруда.
— Эффектна, не так ли? — Она опять засмеялась, предчувствуя то же,
что и в их первую ночь полноту жизни, возбуждение, предвкушение счастья,
перспективу нового поворота в их отношениях.
Следующие две недели они виделись почти каждый день. Все делали сообща, и
это казалось Паоле самым прекрасным. Она и не ожидала, что состояние
влюбленности может быть таким всеохватным.
Конечно, и Мэтт был счастлив. Она не могла не заметить счастливой перемены в
выражении его лица. Его прикосновения стали особенно чувственными, а голос
выдавал волнение.
Она почти уверилась в том, что скоро, совсем скоро он предложит ей выйти за
него замуж. Ожидание этого заполнило ее жизнь.
Паола услышала, как зазвонил телефон.
— Иду, иду! — крикнула она, открывая входную дверь и втаскивая
тяжелую сумку с продуктами. — Надеюсь, это не Мэтт со своим обещанием
прийти позже обычного: всякий раз, стоило им загадать на вечер, что-то
мешало.
Бросив сумки, она устремилась к телефону. С волнением схватила трубку.
— Алло?
— Здравствуйте. Это мисс Романо? — Голос был женский, приятный.
— Да? — Паола старалась дышать ровнее.
— Мисс Романо, это Кэй Шелли, секретарь Линды Перкинз.
Смысл этих слов дошел до нее не сразу. Потом все стало на свои места.
Секретарша Линды Перкинз! Сердце, кажется, тоже устремилось к телефонной
трубке, а в голове закрутились беспорядочные мысли. Она с трудом сглотнула.
— Ах, да, мисс Шелли. Э-э, здравствуйте. — Она мямлит, как
идиотка!
— С вами хотела бы поговорить миссис Перкинз. Будьте так любезны,
подождать у телефона.
— Да, да, конечно. — Паола замерла, а сердце запрыгало, как
шальное. О, пожалуйста, пожалуйста, не надо, мысленно взмолилась Паола,
увидев, как мисс Милли прыгнула на стул и приготовилась мяукать.
— Добрый день, Паола. Вы не против, что я позвонила?
Этот мягкий, бархатистый голос Паола узнала бы всегда и везде.
— Нет, конечно, миссис Перкинз. — Желудок вдруг спазматически
сжался.
— Зовите меня просто Линда. Договорились?
— О, конечно, я... — А ну-ка соберись, растяпа! — Сочту за
честь звать вас Линда.
— Прошу извинить за то, что задержалась с ответом. Я прослушала вашу
пленку, Паола.
Запись мне очень понравилась. Если бы сразу сообразила, на каком сундуке с
золотом я сижу, то позвонила бы намного раньше.
Ей очень понравилось! Сердце Паолы опять заколотилось от волнения, всю ее
бросало в жар.
— О миссис... простите, Линда... это прекрасно. — Голос казался
каким-то чужим. Опять гортанный смех.
— Мои компаньоны действительно в восторге от ваших сочинений. Вы не
могли бы приехать ко мне в Алабаму на несколько недель, чтобы вместе
поработать? Я хотела бы воспользоваться вашей песней... включить ее в свой
новый альбом. Паола не знала, что и сказать.
— Я... я очень рада. Не могу поверить в то, что происходит!
— О, все происходит, как и должно происходить, — ободряюще
ответила Линда Перкинз. — Вы молодая, талантливая женщина, и я надеюсь
на сотрудничество. В общем, когда вы сюда приедете, если все пойдет хорошо,
мы обсудим еще кое-что. У меня есть некоторые интересные идеи. Паоле
хотелось хохотать и прыгать от восторга. Немедленно расскажу обо всем Мэтту
и родителям.
А братья-то! Да они помрут от зависти! А Сузан и Ким? Они будут рады за нее.
Это какое-то небывалое счастье!
Следующие десять минут Паола и Линда Перкинз обсуждали, когда Паола может
приехать и какие приготовления должны быть сделаны.
Наконец Линда Перкинз сказала:
— Ну, хорошо. Я скажу своей секретарше, чтобы она забронировала номер в
гостинице на неделю, начиная с субботы, с тем, чтобы Рождество вы провели
дома. Потом мы обсудим ваше дальнейшее пребывание. Вы не против, если Новый
год вам придется встречать не дома?
— Да, конечно. — Что такое Новый год по сравнению со столь
чудесным предложением?
— А проблем с работой у вас не будет?
— Нет, никаких. Не беспокойтесь, мисс... Линда. Я приеду. — Ничто
не может помешать ее намерению. Настал ее звездный час.
— Ну, тогда счастливого Рождества и надеюсь на скорую встречу... И вот
еще что — благодарю вас за музыку, дорогая. Она действительно замечательная,
и мне не терпится сделать запись.
Паолу распирало от счастья.
— О, Линда, огромное спасибо. Вам также счастливого Рождества!
Они попрощались. С минуту Паола стояла в оцепенении, затем от избытка чувств
на глаза навернулись слезы.
Мисс Милли требовательно мурлыкнула, и Паола, взяв ее на руки, проговорила:
— О, мисс Милли, я так счастлива! Трудно поверить! Линде Перкинз
понравилась моя музыка. Я буду работать с ней и ее ансамблем в алабамской
студии! Разве это не замечательно? Разве не фантастично? — Паола
закружилась по комнате, кошка тут же попыталась вырваться. Пришлось ее
отпустить. — Просто трудно поверить! — восклицала она,
перетаскивая забытую сумку в кухню и разбирая продукты.
Потом, все еще разговаривая сама с собой, она поспешила в спальню. Хотелось
всем позвонить и удивить, о
...Закладка в соц.сетях
