Жанр: Любовные романы
Новенькая
Ты уже знаешь Элизабет и Джессику Уэйкфилд? Нет? Скорее читай эту книгу и
другие книги из серии
Близнецы из Ласковой Долины
. Сестер-двойняшек и их
друзей, которые живут в американском городе Ласковая Долина, любят дети всех
стран мира. Прочитай о них и ты, и они тебе обязательно понравятся.
— В жизни столько не задавали! — сокрушалась Джессика Уэйкфилд по
пути из школы. — Ни за что не успею сегодня сделать уроки. А ведь мне
еще учить новую речевку к завтрашнему матчу.
— Ну уж речевка-то у тебя точно будет от зубов отскакивать, —
сказала ее сестра Элизабет, — а вот до уроков дело вряд ли дойдет.
Девочки были двойняшками и походили друг на друга как две капли воды. Обе —
длинноволосые блондинки с зеленовато-голубыми глазами. Но в том, что
касалось уроков, они отличались друг от друга, точно существа с разных
планет! Элизабет нравилось учиться, и ее домашние задания были почти всегда
безупречно выполнены. Джессика же использовала любой предлог, чтобы
увильнуть от уроков.
Поэтому Элизабет ничуть не удивилась, когда Джессика с серьезным выражением
на хорошеньком личике произнесла:
— Лиз, во всем мире только ты одна можешь мне помочь. По английскому
тебе нет равных в классе. Ты ведь запросто можешь накатать пару-тройку
абзацев о прочитанной мною книжке.
— Ты предлагаешь мне написать за тебя сочинение?
— Нет, что ты. — Джессика замотала головой. — Просто, может,
ты начнешь, а я пока буду учить слова. Тебе ведь вряд ли хочется, чтобы твоя
младшая сестренка ударила лицом в грязь и была хуже всех в команде
болельщиков?
Элизабет появилась на свет четырьмя минутами раньше Джессики, и в семье ее в
шутку называли старшей. Но иногда она и впрямь чувствовала себя взрослее и
разумнее своей взбалмошной и своенравной сестрички. Джессика всегда делала
только то, что ей нравилось, и не задумывалась, что получится из ее
поступков. Элизабет, напротив, отличалась осмотрительностью.
Попадая в очередной переплет, Джессика неизменно обращалась за помощью к
сестре. Вот так же, как теперь...
И все-таки, — с нежностью думала Элизабет, — я не могу
представить себе жизнь без сестренки".
— Ладно, Джес, я начну твое сочинение, а за это ты возьмешь интервью
для нашей газеты Пятиклассник Ласковой Долины".
Джессика обожала читать свежие сплетни в Пятикласснике
, но работа в газете
— нет, это не для нее, ведь это требует много времени и усилий. Элизабет
сообразила: настал подходящий момент, чтобы заставить сестру потрудиться.
— А с кем интервью? — осторожно осведомилась Джессика.
— Все очень просто. Мистер Боумен хочет поместить статью о нашей
новенькой. Я сказала, что ты с ней уже познакомилась и что она наша соседка.
Это та девочка, которая переехала в бывший дом Логгинсов.
— Эта Поганка Деннис? — Джессика так и застыла посреди
улицы. — Хочешь, чтобы я брала интервью у этой мерзкой задаваки? —
Она прижала к себе книжки и гордо посмотрела на сестру. — Лиз, мне с
этой девчонкой говорить не о чем, разве только сказать ей все, что о ней
думаю!
— Я знаю, Брук Деннис тебе не понравилась. Но я решила...
— Да ты что, с ума сошла? Неужели я буду иметь дело с этой особой! Дай
срок, от нее вся школа взвоет! — Джессика вздохнула. — Уж лучше я
сама напишу сочинение!
Да, похоже, Брук Деннис здорово досадила Джессике. Обычно она готова на все,
лишь бы не делать уроки. Элизабет помнила, с каким отвращением рассказывала
сестра про свою случайную встречу с Брук:
Такого мерзкого и противного человека я в жизни не встречала!!!"
Видимо, с тех пор мнение Джессики не переменилось.
— Я хотела с ней подружиться, — возмущенно произнесла
Джессика, — но она дала понять, что не нуждается в друзьях. И даже
посмела оскорбить в моем присутствии беднягу Салли.
Джессика тогда три дня присматривала за старым спаниелем по просьбе хозяйки.
— Кэролайн Пирс говорит, что отец Брук — известный кинодраматург и что
он выложил уйму денег на отделку нового дома. А еще она слышала, что Брук
ходила в частную привилегированную школу.
Глаза Джессики сверкнули.
— Ничего, у нас в школе ее быстро поставят на место. Уж я об этом
позабочусь. Мои друзья не захотят иметь с ней никаких дел. Ее ждет такое,
что ей останется только одно — убраться восвояси!
До чего же поспешно судит о людях Джессика, и как далеки порой эти суждения
от действительности", — подумала Элизабет.
Сама она старалась быть ко всем терпимой.
— Джес, а может, она не такая уж и плохая?.. Кэролайн говорит...
— Нашла кого слушать! Кэролайн Пирс! Она же Поганку в глаза не
видела! — перебила ее Джессика. — Эта трещотка Пирс только и
делает, что болтает глупости.
— Конечно, иногда Кэролайн говорит не подумав, — промолвила
Элизабет. — Но я лучше послушаю о ком-нибудь хорошее, чем стану
ненавидеть человека, с которым не знакома!
Девочки свернули на аллейку, ведущую к дому. Джессика решила, что не стоит
ссориться с сестрой.
— Лиззи, — проговорила она самым задушевным голосом, — давай
не портить себе день разговорами... сама знаешь о ком. — Джессика
лучезарно улыбнулась и, проходя мимо наружной двери, вдруг предложила: —
Давай — кто быстрей к холодильнику!
Они влетели в отделанную кафелем нарядную кухню. Кухня находилась на более
низком, чем остальные помещения дома Уэйкфилдов, уровне. Когда Элизабет
подскочила к холодильнику, Джессика уже запустила руку в красивую коробку с
булочками и печеньем.
— Боже, откуда это взялось? — изумилась она и принялась выбирать
самую аппетитную булочку. — Я думала, после вчерашнего в доме ничего не
осталось.
Накануне они несколько часов кряду просидели за математикой и сами не
заметили, как вместе с тремя параграфами учебника проглотили две упаковки
хрустящего картофеля и несколько банок
кока-колы
.
Вдруг дверь распахнулась, и в кухню ворвался их старший брат Стивен.
— Ни с места! — Он наставил на них указательные пальцы точно
пистолеты. — Еще одна булочка — и вы у меня землю будете есть! Это
грабеж, а я — самый быстрый стрелок на всем Западе!
— И самый быстрый едок, — подхватила Элизабет, запихивая ему в рот
печенье.
Высокий и смуглый, Стивен был похож на отца.
И хотя порой он не прочь поважничать, все же он славный", — подумала
Элизабет.
Джессике тоже понравился этот ковбойский театр.
— Если ты уже старшеклассник, то это не значит, что ты можешь нам
приказывать. — И она, словно дуло пистолета, ткнула палец ему под ребро
и принялась щекотать.
— Пирожки — моя добыча. Хотела бы я взглянуть на смельчака, который
попробует их отобрать!
— Эй, вы! Я не шучу! Мама мне сказала, что в холодильнике угощение для
какого-то важного клиента. Если вы все уплетете, она вас прикончит!
Сестры уставились сначала друг на дружку, потом на полупустую коробку.
Джессика схватила ленту, поспешно перевязала коробку и сунула ее в
холодильник.
— Может, клиент на диете? — проговорила она с надеждой.
— Не думаю, — донесся с порога веселый голос. — Насколько я
поняла, он как раз большой любитель поесть.
Ребята как по команде обернулись. В кухню вошла их мама, стройная
привлекательная блондинка, и поставила свой кожаный портфельчик на табурет.
— Ладно уж, не бойтесь. Я ведь научена горьким опытом, так что привыкла
иметь кое-что про запас.
С этими словами миссис Уэйкфилд открыла холодильник и из самой глубины
извлекла еще одну картонную коробку. Осторожно поставив ее на стол, она
сняла ленточку, и их глазам предстал великолепный лимонный торт-безе. Таких
огромных тортов они еще не видели.
— Вот это да! — Стивен впился глазами в торт. — Видно, клиент
большая шишка, если ты его так встречаешь.
— Да, мистер Деннис — известный кинодраматург. Он хочет, чтобы моя
фирма занялась отделкой его дома и офиса. И потом, он в городе человек
новый, пусть поймет, что его переезду в Ласковую Долину все очень рады.
Сестры так и остолбенели. Но теперь уже не из-за торта.
— Это что, те самые Деннисы, которые поселились на нашей улице?
Элизабет знала, что дизайнерам часто приходится сталкиваться с интересными
людьми. Но на сей раз встреча не сулила ничего хорошего. Это уж вне всякого
сомнения!
— Так это они придут в гости? — Глаза Джессики гневно сверкнули.
— Отвечаю на оба ваши вопроса: да! — Миссис Уэйкфилд осторожно
вынула торт из коробки и положила на красивое стеклянное блюдо. —
Готова поспорить, — продолжала она с улыбкой, обращаясь к
Стивену, — как только ты узнаешь, к какому фильму написал сценарий
мистер Деннис, ты помчишься за блокнотом для автографов.
— Вряд ли это будет что-то стоящее, — небрежно заметил
Стивен. — Ни одна знаменитость не захочет жить в Ласковой Долине.
— Напротив. Это же чудесно — возвращаться после суматошного рабочего
дня домой, в Ласковую Долину, зная, что увидишь синее небо и белый пляж...
Как бы то ни было, автор
Автомобильных каскадеров" думает именно так.
— Автомобильных каскадеров"? — У Стивена был такой ошалевший вид,
словно он только что выиграл миллион долларов. — Так значит, автор
самого потрясающего фильма всех времен будет нашим соседом? И придет к нам
сегодня вечером?
Джессику новость мало обрадовала. Она тоже видела этот фильм. Но кроме того,
она видела дочку нового соседа. Нет, никогда в жизни ей не понравится Брук
Деннис.
— Это лишний раз доказывает, что за деньги не все купишь, —
категорично заявила Джессика. — Иначе у вашей знаменитости была бы
нормальная дочка, а не монстр какой-то.
— Джессика, я думаю, ты изменишь свое отношение к Брук Деннис.
Посидите, попьете чаю.
— Да я скорее умру!
Взглянув на ошеломленные лица, Джессика поспешила объясниться:
— Однажды, когда я выгуливала собаку миссис Брэймбл, Брук Деннис хотела
пнуть Салли ногой!
— Не понимаю, за что можно рассердиться на Салли? — удивился
Стивен.
Уэйкфилды брали собаку к себе на выходные, пока старушка хозяйка гостила у
родственников, и Стивен до сих пор с нежностью вспоминал о тех днях.
— Она ведь безвредная полуслепая псина, даже мухи не обидит.
— Салли попыталась лизнуть ей руку — так Брук словно взбесилась.
Видимо, собака оказалась недостаточно породистой для нее.
Вспомнив, как Брук отшвырнула бедную Салли носком модной туфельки, Джессика
содрогнулась.
— Мисс Задавака сказала, что она отлично разбирается в собаках и что
Салли — самый жалкий представитель своей породы!
Прихватив свое баскетбольное снаряжение, Стивен направился к двери.
— Ладно, пускай она хоть трижды чудовище, как ты говоришь, я все равно
жду не дождусь встречи с ее отцом. Джес, а вдруг она окажется не такой уж
плохой? Ну, пока. Увидимся после тренировки.
Дверь за ним захлопнулась.
Джессика не могла взять в толк, почему все защищают Брук, даже не
познакомившись с ней.
— Подождите, вы еще вспомните мои слова! — сказала она матери и
Элизабет.
Элизабет и впрямь решила подождать. Вообще-то она видела Брук, правда
мельком, и та ей тоже не понравилась, но не стоит торопиться с выводами,
решила она.
Спустя несколько часов Элизабет писала сочинение, а Джессика репетировала у
себя в комнате перед большим зеркалом. Дверь в комнату была открыта.
Совершенно не замечая, что мешает сестре, Джессика во все горло выкрикивала
новую речевку команды болельщиц Бустер-клуба:
— Даешь П!
Элизабет заткнула уши и попыталась сосредоточиться на Черном Красавце".
— Даешь О.
Элизабет не сомневалась, что, сочиняя своего Красавца
, писательница Анна
Севел и вполовину так не мучилась, как мучается она, сочиняя отзыв об этом
Красавце
.
Элизабет прошла в ванную, которая отделяла ее комнату от комнаты Джессики, и
нарочно изо всех сил хлопнула дверью.
— А теперь — Д и У! Что получилось?.. — продолжала орать Джессика.
У меня, например, получился всего один абзац, — подумала
Элизабет, — и, пока эта репетиция не кончится, вряд ли еще что-нибудь
получится". — Даешь ПОБЕДУ!!! — завопила Джессика и, распахнув
дверь, пробкой вылетела из комнаты.
Приземлилась она на кровати Элизабет.
— Бесполезно! Ничего не запоминается! — сердито заявила она,
переворачиваясь на живот и болтая в воздухе длинными загорелыми
ногами. — Ну и вечерок нам сегодня предстоит! Ничего в голову не лезет!
— Мне тоже в голову ничего не лезет от твоего крика! Может, закроешь
дверь и попробуешь репетировать потише? А то мне некогда будет знакомиться с
новой соседкой. Так и проторчу весь вечер за уроками, без торта.
— Вот здорово, Лиз! Отличный предлог, чтобы не выходить к Брук. Скажу, что у меня уйма уроков.
Элизабет подсела к сестре.
— Идея-то ничего, — сказала она со смехом, — но кто поверит,
что уроки помешали Джессике Уэйкфилд полакомиться лимонным тортом?
— Ой, ты права. — Джессика досадливо оттопырила губку. —
Тогда придется заболеть. — Она подмигнула Элизабет. — Это будет
нетрудно. Меня уже сейчас тошнит, как только подумаю о Брук Деннис.
Представляешь, на выходные она вырядилась в юбку и чулки. Видок был точно с
обложки журнала Семнадцать лет".
— По-моему, это как раз то, к чему стремятся твои подруги, —
поддразнила ее Элизабет.
— Смейся, смейся, как бы потом не пожалеть, — предостерегла ее
Джессика.
В дверь просунул голову мистер Уэйкфилд и улыбнулся дочкам.
— Вы обе пожалеете, если пропустите обед. Сейчас будет пир горой.
Они втроем спустились на кухню, где за столом уже сидели мама и Стивен. Вкусно пахло жареным мясом.
— Ого, — облизнулась Элизабет. — Мы как раз вовремя!
— Конечно, вовремя, пришли на готовенькое, — не упустил
возможности уколоть их Стивен.
Джессика была так поглощена обедом, что напрочь забыла о предстоящих гостях.
Лишь звонок в дверь вернул ее к действительности. Элизабет взглянула на
сестру. В глазах Джессики мелькнула растерянность, потом она вдруг резко
согнулась в три погибели и жалобно застонала:
— Ой-ёй-ёй! Кажется, я объелась.
Мама уже подходила к двери. Джессика у нее за спиной проскочила на лестницу.
— Приберегите для меня кусочек торта, — прокричала она
сверху, — может, мне полегчает!
Она помчалась в свою комнату и хлопнула дверью как раз в тот момент, когда
Генри Деннис и его дочь вошли в дом.
— Добро пожаловать! — с улыбкой сказала миссис Уэйкфилд гостям:
полному мужчине и его высокой стройной дочери. — Мы так давно хотели
познакомиться с Брук.
Девочка, которая вошла в гостиную вслед за миссис Уэйкфилд и мистером
Деннисом, была очень хорошенькой, с большими темными глазами и вьющимися
каштановыми волосами. Двигалась Брук несколько скованно, смотрела надменно,
но изящества ей было не занимать.
Когда все перезнакомились и удобно расположились, мистер Уэйкфилд извинился.
— Боюсь, вам не удастся нынче познакомиться со всеми членами нашей
семьи. Кое-кто не выдержал сегодняшнего обеда.
— О, я отлично понимаю, — произнес мистер Деннис. — Мы с Брук
тоже только что прикончили огромного омара. Я такого еще не встречал.
Правда, Брук никудышная помощница...
Брук помрачнела, сощурив глазищи.
— Просто мне не понравилось, вот и все!
— Ну и отлично, — улыбнулась миссис Уэйкфилд. — Будет больше
места вот для этого. — Она принялась нарезать и раскладывать по
тарелкам лимонный торт.
— Я мечтал о нем весь вечер! — в нетерпении воскликнул Стивен.
— Спасибо, мне не надо, — покачала головой Брук, когда миссис Уэйкфилд предложила ей торт.
— Дорогая, посмотри, как аппетитно он выглядит, — сказал мистер
Деннис. — Ты же почти не обедала. Попробуй кусочек!
— Мне в Ласковой Долине вся еда не нравится, — по-прежнему хмуро
сказала Брук.
Похоже, ее не заботит, что о ней подумают, — заключила
Элизабет. — Наверное, ей одиноко, и она скучает по своим школьным
подругам".
— Брук, может, поднимемся ко мне, послушаем записи? — приветливо
обратилась она к гостье. — У нас есть последний альбом Джонни Бакса.
Брук решительно сцепила на коленках руки.
— Мне совсем не нравится Джонни Бакс, — сказала она
холодно. — Я слушаю только классическую музыку.
— Боюсь, это по моей вине, — объяснил Генри Деннис. — Все
записи, которые у нас есть, собирал я. Брук их часами слушает. Я уж ей
говорил, что надо больше гулять, общаться со сверстниками...
— Если буду общаться со сверстниками, умру от тоски. — Брук
многозначительно посмотрела на Элизабет, а услышав, как хмыкнул Стивен, с
вызовом уставилась на него.
У Элизабет пропала всякая симпатия к заносчивой гостье. Вечер тянулся
бесконечно долго. Уэйкфилды снова и снова пытались подобрать ключик к сердцу
Брук, но тщетно. А когда миссис Уэйкфилд спросила, в каких цветах ей
представляется новая спальня, Брук откровенно нагрубила.
— Я не нуждаюсь в помощи и устрою все сама, — сказала она
сердито. — Лучше прежней спальни все равно не будет.
— Переезжать всегда тяжело, — понимающе улыбнулся мистер Уэйкфилд
отцу Брук. — Но появятся новые друзья, и все изменится, я уверен.
— Мне не нужны ни новая комната, ни новые друзья, — отчеканила
Брук.
Джессика еле дождалась, когда уйдут гости. И как только услышала, что
Элизабет поднялась к себе, молнией проскочила в ванную и забарабанила в
дверь.
— Рассказывай все с самого начала. — Джессика забралась в постель и приготовилась слушать.
— Знаешь что, Джес, — Элизабет посмотрела на сестру, — если я
из-за тебя не напишу сегодня сочинение, я тебе устрою такое, что и не
снилось. — О чем ты, Лиз? — Широко раскрытые глаза Джессики были
невинны, как у младенца.
— Мама прекрасно поняла, почему у тебя вдруг заболел живот. Дурацкая
выходка! Даже хуже, чем у Брук Деннис!
— Ага! Я же говорила! — возликовала Джессика. — Она,
наверное, вела себя совершенно несносно?
— Да, ты оказалась права. Большей грубиянки я еще не встречала. —
Элизабет покачала головой, вспоминая, как вся семья обхаживала Брук
Деннис. — На этот раз она собак ногами не пинала, зато из кожи вон
лезла, чтобы испортить всем настроение.
Джессика закатила глаза:
— Подумать страшно! Нам придется видеться с ней в школе.
— Гораздо хуже: нам придется идти в школу с ней вместе!
— Что?! — Джессика так и подскочила.
До сих пор Брук не представляла для них реальной угрозы, было даже весело о
ней посудачить. Но теперь дело неожиданно принимало серьезный оборот.
— Я не шучу. Брук начнет учиться с завтрашнего дня, и мистер Деннис
попросил, чтобы мы показали ей дорогу. Конечно, мама сказала, что мы будем
рады.
— Маме легко говорить, — протянула Джессика, спрятав голову под
покрывало. — Ей-то небось не грозит, что ее застанут в обществе такой
ужасной зануды! Как я это объясню Единорогам?
Джессика состояла в
Клубе Единорогов", куда принимались только избранные, и
очень дорожила этим членством. Девочки из клуба считали себя эталонами
красоты и утонченности, хотя, на взгляд Элизабет, выглядели они довольно
нелепо.
— Что, изысканное общество снобов будет разочаровано?
— Перестань, Лиз. Пользоваться успехом и следить за модой — вовсе не
значит быть снобом.
— Может быть, — согласилась Элизабет. — Но факт остается
фактом: твоих Единорогов объединяет только страсть посплетничать и интерес к
мальчишкам, а никак не дружба. — Элизабет снова уселась за стол. —
А вообще-то сейчас меня гораздо больше интересуют лошади, чем Единороги.
Работа наконец сдвинулась с мертвой точки. Элизабет листала книгу и строчила
сочинение о черном красавце жеребце.
— После Брук даже уроки кажутся удовольствием!
— Вот и отлично! Так может, напишешь два сочинения вместо одного и
получишь двойное удовольствие? — мгновенно предложила Джессика.
— Ишь чего захотела, ловкачка. Ничего не выйдет. Мне нужно пораньше
лечь и выспаться, а то завтра встану злая и нагрублю Брук по дороге в школу.
Джессика слезла с кровати и поплелась к себе.
— Ну ладно, — вздохнула она. — Знай мистер Боумен, что я
пережила, он не стал бы требовать с меня сочинение. — Она опять
картинно вздохнула — точь-в-точь героиня мыльной оперы". — Я и так всю
неделю вкалывала — рисовала плакат по мотивам книг Нэнси Дрю для этой
дурацкой книжной ярмарки. А тут еще провожай в школу самую кошмарную зануду
в мире! От меня завтра все отвернутся, если... — Вдруг Джессика
запнулась. Ее лицо просветлело. — Если только болезнь не продлится и я
не останусь дома! — Идея ей явно понравилась, и она принялась
обрабатывать сестру. — Это был бы выход! Лиз, у нас уже привыкли, что
ты опекаешь всех подряд, но я не могу допустить, чтобы меня видели с кем
попало. — Она остановилась у двери, секунду помолчала, а потом важно
прибавила: — Подумай о моей репутации!
Мнение окружающих заботило Джессику куда больше, чем ее сестру. Хотя
близнецы были поразительно похожи, они по-разному выбирали себе друзей.
Джессика водилась только с самыми красивыми и богатыми девочками, тогда как
Элизабет ценила в людях ум и независимость. Впрочем, относительно Брук
Деннис мнения сестер полностью совпали.
— Конечно, будет нелегко, — с искренним сочувствием сказала
Элизабет. — Прогулка до школы с Поганкой Деннис испортит и твою
репутацию и мое настроение, но боюсь, нам не отвертеться. Надо только
придумать, как отделаться малой кровью.
Однако, проснувшись поутру, сестры очень смутно представляли, как
отделаться малой кровью". Единственное, что смогла придумать
Элизабет, — это то, что нужно быть терпеливой и не давать себя
рассердить. Она со вздохом встала и пошла умываться. Но сначала заглянула в
комнату сестры. Джессика, как всегда, прихлопнула будильник и продолжала
безмятежно посапывать, свернувшись калачиком под простыней.
— Петушок пропел давно, смотрит солнышко в окно! — крикнула
Элизабет из ванной и принялась чистить зубы.
— Я не могу встать, — раздался из-под одеяла приглушенный стон
Джессики. — Совершенно не выспалась. Всю ночь снились разные
кошмарбруки.
Элизабет засмеялась:
— Бедняжка! Ну, чем бы тебя порадовать? Хочешь — возьми мою новую
ленту.
— Какую, белую?
— Да. Думаю, это поддержит твое настроение по дороге в компании Брук.
— Спасибо, Лиз. Как раз к новому красному жилету. Но не рассчитывай,
что я пойду в школу с этой Поганкой. Я как-нибудь выкручусь.
Она тут же направилась в комнату Элизабет, достала там из верхнего ящика
шкафа белую ленту и, еще в ночной рубашке, побежала к зеркалу — завязывать
бант.
— Джес, мама уже обещала отцу Брук, что мы отведем ее сегодня в
школу. — Элизабет смотрела, как сестра с обворожительной улыбкой
вертится перед зеркалом. — Ты же не хочешь, чтобы у нее испортились
отношения с важным клиен
...Закладка в соц.сетях
