Жанр: Любовные романы
Леди и сокольничий
...му. Однако Бен работал не
покладая рук, и Логан уважал его за это. Старик поддерживал в клетках
безукоризненную чистоту и порядок и следил, чтобы
птицы были сыты и довольны.
- С соколами все в порядке? - спросил Логан.
- С соколами? Еще бы! Мои крошки! Они-то в порядке. Но твоей заслуги тут нет.
Где опять пропадал? По девкам
шлялся? Сам, небось, знаешь, малый, замок в осаде. Сейчас каждая пара крепких
рук да с мечом в придачу у нас на вес
золота. А я-то, старый дуралей, решил, что ты для того и явился.
Логан направился к своей каморке.
- И нечего обижаться, парень. Что бы ты там не натворил до того, как явился
сюда, мне на это начхать. Я тебе и раньше
так говорил и теперь повторяю. Только не держи меня за старого дурака, ладно? Ято
вижу, что ты такой же сокольничий,
как я - святой Михаил, хоть ты и расхаживаешь повсюду с этим красавцем на плече.
Сделав вид, что не слышит его, Логан вошел к себе и прикрыл за собой дверь. В
этой клетушке едва можно было
повернуться. Она больше напоминала конское стойло, чем человеческое жилье. Да и
холод здесь стоял, как на конюшне.
Спал Логан в углу, на старом тюфяке, набитом соломой. Что ж, по крайней мере ему
не приходится ни с кем делить его.
Логан плотнее прикрыл дверь, чтобы не слышать брюзгливого ворчания Бена.
Сокол тут же вспорхнул с его плеча и устроился на насесте, который Логан
сколотил специально для него. Логан зажег
свечу и поставил ее на шаткий столик возле постели, чувствуя на спине
настороженный взгляд птицы. Ему вдруг стало не по
себе.
- Ну, чего уставился? - бросил он. Ответа, естественно, не последовало.
Однако Логан мог бы поклясться, что птица
по-прежнему не сводит с него глаз.
В общем-то старик Бен прав - никакой он не сокольничий! Но ничего лучше Логан
придумать не смог. К тому же его
выдумка неплохо сработала, во всяком случае, ему удалось проникнуть в Фултонский
замок без особого труда. И в том, что
он одурачил леди Элиссу, немалая заслуга принадлежала соколу.
Присев на край топчана, Логан вытащил из ножен кинжал и, бесшумно приподняв
один из камней, которыми был
вымощен пол, осторожно провел по нему сверкающим лезвием.
Чувства его странным образом обострились. Подумав, что причина тому - обстрел
замка, Логан снова провел клинком
по камню.
Впрочем, и нервы Логана были на пределе. Он уже ощущал терпкий запах
приближающейся битвы, и кровь бурлила в его
жилах.
А может, виной всему - мягкое, податливое женское тело, еще совсем недавно
так доверчиво прижимавшееся к его
груди? Или же дурманящий аромат роз, до сих пор сладостно круживший ему голову?
Или все дело в этих зеленых глазах,
воспламенивших его?
Тяжелый валун вдруг вывернулся у него из рук.
- Проклятие!
Логан подул на горевшую огнем руку. Потом посмотрел па окровавленные пальцы и
вдруг подумал, что неплохо бы нот
так же, хоть и вместе с кожей, содрать с себя все, что мучило его в последнее
время. И пусть от боли, но забыть обо всем,
кроме того, что привело его сюда. Он должен отыскать Питера. Все остальное не
важно.
Сидя за столом в большом зале, Солейс немигающим взглядом смотрела на
стоявшее перед ней блюдо с едой, но вряд ли
по-настоящему видела его. Одна и та же навязчивая мысль преследовала ее. У
девушки с утра маковой росинки во рту не
было. Собственно, сегодня впервые присела перекусить, хотя уже смеркалось.
Солейс падала с ног от усталости - весь день
она то хлопотала возле раненых, то утешала и успокаивала тех, кто потерял
близких. Кроме мельника, от стрел погибли еще
трое.
И однако Солейс то и дело уносилась мыслями прочь, забывая о раненых и
убитых. Ее терзали угрызения совести. Но что
делать, если отовсюду на нее смотрят эти необыкновенные глаза цвета
расплавленного серебра, а грудь волнуется при
воспоминании о сильной мужской груди и учащенном стуке его сердца? Все это
раздражало Солейс, сводило ее с ума... и
вместе с тем очаровывало.
Девушка рассеянно откинула с лица волосы. Она ведь даже не успела
поблагодарить его. Отодвинув блюдо, Солейс
встала и направилась к двери. Конечно, уже довольно поздно, но вдруг он еще не
спит.
Миновав кладовые, девушка устремилась к клеткам ловчих птиц. В небе ярко
светила луна, заливая серебристым сиянием
дворик замка. Солейс скользнула в проход между клетками. От тишины у нее
зазвенело в ушах. Даже соколы уже спали.
Солейс, как тень, двинулась между клетками к небольшому домику сокольничих,
толкнула дверь, вошла в тесный
коридорчик и нерешительно покосилась на ближайшую к ней дверь. Та была закрыта.
Дальше виднелась еще одна, ведущая в
комнату старого Бена. В другой комнате жил сокольничий. Внезапно сообразив, что
даже не знает его имени, Солейс
остановилась в нерешительности. Ладно, сейчас узнает. Но она все медлила, гадая,
какая же из дверей ведет к нему. Наконец,
глубоко вздохнув, девушка осторожно постучала в дальнюю дверь, и та с тихим
скрипом открылась. Солейс вгляделась в
темноту.
- Бен! - чуть слышно позвала она.
Она напрягала слух, но в комнате было темно и тихо, как в могиле.
- Бен! - позвала девушка, на этот раз громче. Почему дверь открыта? Может,
старику стало плохо? Солейс решительно
толкнула дверь и вошла. - Есть здесь кто-нибудь? - спросила она.
Вдруг ей показалось, что сквозь неплотно пригнанные доски стены пробивается
лунный свет. Девушка сделала шаг
вперед и увидела небольшой, грубо сколоченный стол, на нем свечу, а рядом -
кремень.
Солейс высекла огонь и зажгла свечу. Слабый огонек рассеял тьму, и Солейс
огляделась. В углу была постель, вернее,
связка старой соломы, прикрытая тонким одеялом. На ней никого не было. Рядом
стоял куль, туго перевязанный веревкой.
Солейс растерялась, но тут же заметила на стене насест, а нем - знакомого сокола
и немного успокоилась, поняв, что это его
комната.
Дрожь охватила ее. "Надо уходить, - подумала она. - Мне не следует тут
оставаться". Девушка уже собиралась задуть
свечу, но вдруг странный блеск привлек ее внимание. Что-то снова блеснуло в
соломе, служившей сокольничему постелью.
Солейс вгляделась повнимательнее, испугавшись, что это огонь. Шагнув к постели,
она осторожно раздвинула солому.
Там сверкал остро отточенный меч. На что он ему? Дурное предчувствие охватило
Солейс. С трудом подняв длинный и
тяжелый меч, Солейс положила его на колени. Обтянутая кожей рукоять потерлась и
залоснилась. Почти у самого основания
она была украшена крупным драгоценным камнем. Стоило девушке слегка повернуть
меч, и он сверкнул кровавым блеском,
как огромный, чудовищный глаз. Серебряная рукоятка была сделана в форме распятия
- два скрещенных меча напоминали
крест. Солейс нахмурилась. Где-то она уже видела что-то похожее. Но где?
Зачем сокольничему меч? - снова удивилась девушка. Или он вовсе не
сокольничий? А кто? Вор? Или... воин?
Вдруг за ее спиной послышались шаги. Солейс поспешно сунула меч в солому и
вскочила. Обернувшись, она увидела на
пороге сокольничего. Он молча смотрел на нее.
Глава 8
- Что вы здесь делаете? - грозно осведомился Логан. Солейс замерла.
Он осторожно прикрыл за собой дверь и вошел в комнату. Глаза Логана
скользнули по Солейс, и от его внимательного
взгляда не укрылись ни смертельная бледность девушки, ни то, как испуганно она
вздрогнула, застыв у топчана, будто он
застал ее врасплох. Логан чуть не застонал от досады, ощутив знакомую тяжесть в
чреслах.
- Дверь была открыта, - пролепетала Солейс. - Я... вот я и подумала, может,
что-то случилось.
Глаза смущенной девушки, казалось, стали еще больше, чем обычно. И Логан
признался себе, что никогда не видел таких
прекрасных глаз.
Торопливо оглядев комнату, он не заметил ничего необычного и снова посмотрел
на Солейс:
- Что вам нужно?
- Я искала вас. Хотела поблагодарить. То есть... я хотела сделать это раньше,
но...
- Поблагодарить?
- За то, что вы спасли меня.
Логан видел, как испуганно Солейс стиснула руки.
- И для этого вы вломились ко мне в комнату?
- Я же ведь уже сказала - дверь была открыта. Я и решила, что, может, Бену
плохо или...
- Стало быть, вы просто толкнули дверь и вошли?
- Но я же не знала, что это ваша комната. Логан сердито нахмурился:
- А вам не пришло в голову подождать до утра? Она смущенно переступила с ноги
на ногу.
- Я была занята весь день, а утром, возможно, дел будет еще больше. Мне не
хотелось показаться неблагодарной.
Свет луны коснулся ее глаз и утонул в их загадочной глубине, как тонет месяц
в тихом лесном озере. Завороженный
Логан замер в двух шагах от девушки. Сладкий аромат роз коснулся его ноздрей,
окутав благоуханием. Огромная тень
Логана накрыла ее лицо, и он чуть не проклял все на свете, потому что теперь не
видел сияния ее глаз.
- И какого же рода благодарность вы намерены мне предложить? - Его голос
прерывался от волнения.
Не успела Солейс ответить, как Логан, нежно откинув с лица девушки волосы,
положил руки ей на плечи, стиснул в
объятиях и чуть не потерял голову, ощутив прикосновение округлых грудей.
Вдруг что-то едва слышно звякнуло у него под ногой. Бросив взгляд вниз, Логан
замер: из-под топчана на несколько
дюймов высовывался острый конец его меча. Подняв глаза, он заметил, что Солейс
тоже смотрит вниз, на меч у них под
ногами. Логан мог поклясться, что в ее взгляде мелькнул ужас. Из зеленых они
стали почти черными.
Не сказав ни слова, Солейс вдруг с силой оттолкнула его и рванулась к двери.
Логан схватил ее за руку.
- Пришли, значит, поблагодарить меня, да? Он навалился на дверь всем телом.
Солейс трясла и дергала дверь, прекрасно сознавая, что оказалась в ловушке.
- Что вам нужно? - спросил Логан. - Зачем вы явились сюда?
В ее глазах вспыхнула ярость.
- Что вы скрываете? - бросила она ему в лицо.
Он прижал дверь и другой ладонью, так что девушка оказалась в кольце его рук.
Их разделяло лишь несколько дюймов, и
Логану казалось, что он чувствует исходящий от нее запах страха.
- Вы затеяли опасную игру, леди Солейс.
- Кто вы такой? - надменно осведомилась девушка, хотя ее била крупная дрожь.
Логана восхищали сила духа и мужество этой хрупкой на вид девушки. В свете
свечи нестерпимым пламенем горели ее
глаза. Она напоминала тигрицу в клетке. Логан придвинулся еще ближе, стараясь,
однако, не коснуться ее. Неужели эта
глупышка не чувствует опасности? А если чувствует, почему не падает на колени и
не просит сохранить ей жизнь?
- Сокольничий, - усмехнулся он.
Глаза Логана жадно впились в ее нежную шею, и он заметил, как она с трудом
проглотила вставший в горле комок.
- У сокольничих не бывает мечей, - едва слышно промолвила Солейс.
- А настоящим леди не к лицу бродить по замку и вынюхивать чужие тайны.
- Я ничего не вынюхивала! Я пришла сказать вам спасибо!
- Тогда каким образом вы наткнулись на меч? - Презрительная усмешка скривила
губы Логана.
Девушка стиснула зубы и нахмурилась. Зеленые глаза выражали упрямство.
- Я и не думала вынюхивать. - Солейс потупила взгляд. - Мне очень жаль.
Неприятное предчувствие закралось в душу Логана. Чтобы признаться, порой
требуется немалое мужество. И не многие
способны на это. А она даже не пыталась отрицать, что видела меч с его фамильным
гербом. Догадалась ли Солейс?
Известно ли ей, кто он на самом деле? И для чего явился сюда?
- Тогда скажите, что вам здесь понадобилось?
Она подняла голову. Их взгляды встретились, и Логан опять со страхом и
волнением понял, что тонет в загадочной
глубине ее глаз. Как он мечтал поцеловать эти гневно сжатые губы, сделать так,
чтобы обида сменилась пламенем страсти!
Как бы Логан хотел увидеть, какими станут эти удивительные глаза, когда в них
загорится огонь любви! О, как бы он хотел
услышать, что Солейс пришла сюда среди ночи, желая оказаться в его объятиях,
подставить ему для поцелуев губы...
- Что ж, пожалуйста. - Девушка пожала плечами. - Мне и в самом деле хотелось
поблагодарить вас за то, что вы
сделали для меня этим утром. Вы рисковали жизнью, чтобы спасти меня.
- Я не об этом, - отмахнулся Логан.
- Но именно для этого я и пришла.
Логан насторожился, подумав, что она слишком опасна. Нельзя, чтобы эта
девушка догадалась, кто он такой, пока не
найден брат. Его рука с растопыренными пальцами медленно поползла к ее шее. И
замерла на полпути. Потом ласково
коснулась щеки Солейс. Логан не мог оторвать глаз от ее лица. Взгляды их
встретились, и Логан задохнулся.
Что за дьявольщина, что это с ним? Он оттолкнулся от стены.
- Убирайтесь! - Логан повернулся к ней спиной. "Вот сейчас громко хлопнет
дверь, - с тоской подумал он, - и она
исчезнет навсегда. Я опять останусь один".
Девушка действительно бросилась к двери, потом вдруг остановилась и
ухватилась за косяк.
Логан поднял голову и увидел, что она еще здесь. Господи, помилуй! Эта
девушка сводила его с ума. Логан умирал от
желания прикоснуться к ее нежной шее... губами... или кинжалом. Она даже не
успеет понять, что случилось. Всего лишь...
- Спасибо вам, - прошептала Солейс.
И глубокая искренность, звучавшая в ее голосе, заставила его похолодеть.
Значит, это правда... вот зачем она пришла...
поблагодарить его.
Скрипнула дверь, и Солейс исчезла, беззвучно растворившись в темноте.
Логан растерянно уставился в пустоту. "Боже, какой я идиот! Рисковал
свободой, чтобы спасти ее, а сейчас... сейчас
поставил на карту свою жизнь, дав ей уйти! Девчонка непременно поднимет тревогу,
переполошит всех стражников, и мне
конец!"
Он без сил опустился на край топчана, тупо уставившись на торчавший из-под
него меч. Потом выдернул соломинку и
задумчиво повертел ее перед глазами. "Что со мной, отец? - Логан вгляделся в
блестящую поверхность клинка. - Она
словно околдовала меня. При одном только взгляде на нее я весь дрожу. И это
когда жизнь Питера зависит только от меня,
когда мне нужно быть неумолимым и холодным, как этот меч!"
Логан рассеянно повернул лезвие. И вдруг увидел несколько багровых капель на
его поверхности. Казалось, даже клинок
жаждал ее крови. Взгляд Логана метнулся к двери, за которой исчезла Солейс.
Почему же все его существо терзает совсем
другой голод?
- Я плохо вижу, госпожа, - донесся голос из зловонной глубины камеры узников.
- Мои старые глаза нынче уж не те,
что раньше. А тут еще и факел... уж так он ярко горел, совсем невмоготу!
Слушая старика, Солейс рассеянно кивала. Всю ночь ее преследовали соколы со
сверкающими серебром глазами. Она
пробиралась по каким-то коридорам, во тьме которых таились неведомые чудовищные
твари, и сейчас чувствовала себя
совсем разбитой. Проснувшись утром, девушка решила заняться поисками неведомого
убийцы. И первым делом расспросить
узников в донжоне - а вдруг им что-то известно о таинственной смерти стражника?
- Может, в нем было что-то необычное? - спросила она старика. - Ну хоть чтонибудь!
Наступило долгое молчание. Солейс оглянулась на стражника. Тот терпеливо
ждал, прислонившись к стене, почти
невидимый в темноте коридора. Но вот старик снова заговорил, и Солейс, забыв о
стражнике, вся обратилась в слух. Через
крохотное оконце в тяжелой деревянной двери на нее смотрели налитые кровью
глаза. Изборожденное морщинами лицо
сплошь было покрыто гноящимися язвами и уже поджившими струпьями.
- У него была с собой палка... или что-то вроде этого, - прошамкал старик.
- Палка?
- Угу, вроде посоха, значит.
- Или дубинки, - подал голос стражник из-за спины Солейс.
А она уж почти забыла о нем! Он шагнул в круг света, падавший на пол от
факела на стене. По каштановым, об резанным
в кружок волосам пробегали красноватые блики. Кольчуга и латы на широкой груди
ярко засверкали. У бедра воина висел
тяжелый меч.
- Да, да... точно, ваша милость. - Старик, явно довольный собой, заулыбался.
- Должно быть, ею он и убил стражника, - сказал воин и протянул руку, чтобы
увести Солейс подальше от камеры
прокаженного.
Но Солейс решительно отстранила его руку.
- Он о чем-нибудь спрашивал тебя? Может, ему было что-то нужно?
Прокаженный напрягся, припоминая.
- Сдается мне, он кого-то искал. Я слышал, как он звал... все повторял какоето
имя...
- Какое? - встрепенулась Солейс. Старик сокрушенно покачал головой.
- Не припомню...
- Неужели не можешь вспомнить, как он выглядел? Ну хоть что-нибудь...
- Ох! Ваша милость, да какой с меня спрос? Я и не разглядел его вовсе. Вот
разве что... Вот разве что здоровый он был,
этот парень... или нет...
- Толстый? - подсказала Солейс.
- Нет-нет. Сильный, вот что. И высоченный. Здоровый, значит.
Стражник поднял вверх руку над головой Солейс.
- Такого вот роста?
Старик решительно покачал головой.
- Нет. Куда там!
Стражник поднял руку на уровень своей головы.
- Значит, примерно с меня?
- Вроде этого, - кивнул старик.
Солейс обернулась к воину, и глаза их встретились. Он вздохнул и безнадежно
пожал плечами.
- Спасибо тебе, Эд, - ласково сказала Солейс прокаженному. - Если вдруг
припомнишь еще что-то... пусть хоть
самую малость, позови стражника, а он тут же даст мне знать. И не волнуйся, Эд.
Как только закончится осада, я сама
прослежу, чтобы о тебе заботились как следует.
- Благослови вас Бог, госпожа, - прошептал несчастный. Сопровождаемая своим
телохранителем, Солейс вышла из
донжона.
Ее спутник хранил мрачное молчание. Только когда они поравнялись с кладовыми,
он наконец заговорил:
- Ты ведь не собираешься принимать его слова всерьез, не так ли?
- Почему бы и нет? Мы ведь опросили всех в замке. И кроме него, бедняги,
никто ничего не видел и не слышал. Только
старик видел убийцу.
- Но, Солейс, он - вор и обманщик! Именно поэтому старик и сидит за решеткой
уже семь лет! Разве можно доверять
тому, что он мелет?!
- У него проказа! И потом, он уже очень стар. Зачем ему обманывать нас? Я
ведь пообещала позаботиться о нем, даже
если он ничего не расскажет! Так что какой ему прок лгать?
- И все же я не верю ему. И предупреждаю, Солейс, это может оказаться опасно!
- Знаю. И клянусь, я буду очень осторожна!
- Боюсь, этого недостаточно. Не забывай, мы имеем дело с убийцей! Он уже
прикончил одного. Вспомни стражника в
донжоне! Так что с таким же успехом он может перерезать горло и тебе, если ты
встанешь у него на пути! И думаю, рука у
него не дрогнет!
- Но ведь пока он на свободе, всем нам грозит опасность!
- Дьявольщина, с тобой бесполезно спорить! Но прошу, если выяснишь, кто этот
ублюдок, тут же дай мне знать. Ладно?
Солейс ласково улыбнулась.
- Обещаю. Я позволю тебе делать что угодно ради моей безопасности!
Мужчина наклонился и нежно поцеловал ее в щеку.
- Господи, только не заставляй меня волноваться из-за тебя! А в последнее
время, дорогая, ты делаешь это довольно
часто!
- Ты ворчишь точь-в-точь как отец!
- Если бы он был здесь, тебе бы и в голову не пришло сунуть нос в это дело!
- Если бы он был здесь, мне бы и не пришлось совать в него нос! - насмешливо
парировала девушка.
Воин грустно усмехнулся.
- На этот раз его нет слишком долго.
Солейс кивнула, и сердце ее заныло. Она скучала по отцу. В памяти девушки
вдруг всплыла улыбка отца - как она
любила ее! Солейс всегда забавляло, как причудливо двигались длинные усы, когда
отец улыбался. Когда он уезжал, в его
волосах только-только начинала пробиваться седина. А вдруг отец вернется совсем
седым? Он прислал два письма, где
пересказывал последние придворные сплетни. В них не было ничего от человека,
которого помнила и любила Солейс. "Да,
- подумала она, - его слишком долго нет".
- А мне, пожалуй, пора вернуться на мой пост, - сказал ее спутник. - Будь
осторожна, Солейс.
- Спасибо, Питер, - кивнула она, провожая его взглядом.
Девушка задумалась, вспомнив, как старый Эд описал таинственного убийцу.
Сильный мужчина. Высокий. Ростом с
Питера. Невесело усмехнувшись, она вновь посмотрела вслед удалявшемуся воину. В
замке почти не было таких высоких
мужчин, как он. А уж о силе и говорить не приходилось. К тому же ни у одного,
насколько знала Солейс, не было дубинки.
Нахмурившись, девушка перебирала в памяти то одно, то другое. И вдруг
воспоминание о том, как сильные, горячие
мужские ладони легли ей на плечи, заставило Солейс забыть обо всем. С губ ее
слетел печальный стон. Весь день взгляд этих
серо-стальных глаз преследовал ее, и весь день девушка с мужеством отчаяния
старалась думать о своих бесчисленных
обязанностях, о чем угодно, только не об этом человеке.
Но что-то тревожило ее, не давая покоя... что-то бесследно ускользавшее
всякий раз, когда она возвращалась к тому, что
произошло накануне. И вдруг перед глазами Солейс возник герб... тот, что она
видела на мече сокольничего! Мысли вихрем
закружились у нее в голове. Рукоять меча в виде креста... это так долго не
давало ей покоя, что Солейс даже нарисовала -
два меча крест-накрест на фоне полной луны. Где-то она уже видела их, девушка не
сомневалась в этом. Но где? Ах, если бы
здесь была Гвен! Вот с кем она поговорила бы по душам!
Остановившись у двери своей комнаты, Солейс вдруг замешкалась и вздохнула.
Столько еще надо сделать! Заглянуть к
раненым, успокоить крестьян, выяснить, у кого из них стрелами перебили скот,
узнать у слуг, сколько осталось воды и пищи.
Вероятно, очень скоро им придется ограничивать себя и в том, и в другом.
Отыскать убийцу. Только успевай
поворачиваться. Тогда почему же ее так неудержимо тянет к деревянным домикам,
служившим пристанищем множеству
охотничьих птиц?
Круто повернувшись, Солейс направилась к узкой винтовой лестнице в самом
конце коридора. Ах, как много нужно
успеть! Люди привыкли во всем полагаться на нее. Девушка поднималась по
ступенькам. Ей надо все хорошенько обдумать.
Немного побыть одной... хотя бы до тех пор, пока она не справится наконец со
странными чувствами, одолевавшими ее.
Длинный подол ее платья поднял с пола облако пыли, и сейчас Солейс плыла в
ней, как в тумане, почти ничего не видя
вокруг. Здесь явно давным-давно никто не бывал. Серая паутина свешивалась с
потолка, висела по углам. Коридор походил
на пристанище нечистой силы. Да и слуги, считая, что это так, не решались
заглянуть за массивные деревянные двери, ибо за
ними, по слухам, водились привидения. Но только не Солейс. Привидения, какая
чушь! Девушка любила приходить сюда,
зная, что уж в эту-то комнату никто не последует за ней. Остановившись перед
деревянной дверью, она залюбовалась
изумительной резьбой - неизвестный художник много лет назад с потрясающим
мастерством покрыл дерево узором из
гербов и геральдических символов. Солейс толкнула дверь, и та протяжно
заскрипела.
Перед ней был большой зал. Вдоль стен выстроились фигуры в доспехах.
Молчаливые рыцари, закованные в кольчуги и
латы, через прорези в шлемах наблюдали за девушкой.
Солейс тихо вошла в комнату. Фигуры в древних латах ничуть не пугали ее.
Через огромное окно на противоположной
стене в комнату потоком лился солнечный свет и расползался по полу, как
исполинская паутина. Девушка приблизилась к
окну.
Перед ее глазами бесконечной чередой холмов раскинулся Фултон. С высоты башни
она едва различала далеко внизу
копошившиеся фигурки воинов Баркли. Если на мгновение забыть о них, то все было
точь-в-точь как всегда в этот чудесный
летний день, словно и не грозила смертельная опасность, не стонали внизу
раненые, не оплакивали погибших. Солейс тяжело
вздохнула, вернувшись к ужасной реальности. Сейчас она мечтала ненадолго
забыться и как следует подумать о том, что не
давало ей покоя. Кого же искал в замке этот таинственный убийца? Что заставило
его пойти на преступление? Угрожает ли
опасность кому-нибудь еще? Ответов на эти вопросы девушка не знала.
Что-то хрустнуло у нее за спиной, и Солейс, обернувшись, быстро оглядела
комнату. Неужели кто-то следит за ней? Но в
комнате никого нет. Странно... Пожав плечами, она вновь погрузилась в свои
мысли.
Наверное, не у нее одной нервы напряжены до предела, тем более сейчас, когда
замку угрожает смертельная опасность. А
что, если начнется эпидемия...
Шаги. Солейс снова испуганно обернулась. Но огромная комната по-прежнему была
пуста. Сердце девушки неистово
забилось. Она внимательно прислушалась. Ни души. Взгляд Солейс перебегал от
картины к картине, скользил по
развешанному по стенам древнему оружию. Вероятно, весь этот арсенал принадлежал
предыдущему владельцу замка, лорду
Рэндалу. Именно его предки следили сейчас за ней с семейных портретов. Когда-то
отец Солейс приказал вынести отсюда
весь этот хлам, чтобы уничтожить даже память об этом чудовищном семействе. Но
жена лорда Фариндейла боялась, что
духи разгневанных предков, оскорбленные святотатством, не дадут им спать по
ночам, и в конце концов убедила его
оставить все как есть.
Первое время Солейс, побуждаемая странным любопытством, украдкой заглядывала
сюда, но тут же пугалась и убегала.
Девушке мерещилось, будто призрак лорда Рэндала грозит ей пальцем, и Солейс
охватывал такой страх, что волосы
шевелились на голове. Но упрямая девочка твердила себе, что не позволит этому
мерзкому духу запугать ее. Она же не
ребенок! Однако ей долго не удавалось преодолеть страх.
Девушка приложила руку к груди. Она, несомненно, что-то слышала. В привидения
Солейс давно уже не верила, иначе
вряд ли осмелилась бы прийти сюда. Мысль о бесплотном духе лорда Рэндала,
который может явиться в любую минуту и
потребовать назад свой замок, способна была лишить мужества кого угодно, но
только не Солейс. Упрямо закусив губу,
девушка вновь повернулась к окну. Но теперь она уже была настороже и чутко
ловила каждый звук, каждый шорох в этом
гулком, пустом зале.
Однако вокруг стояла мертвая тишина.
Солейс рассмеялась. Призраки, как бы не так!
Вдруг что-то зашелестело и чуть заметное дуновение коснулось ее щеки, будто
что-то невидимое пролетело по воздуху.
Солейс вздрогнула.
- Кто здесь? - пролепетала она побелевшими от ужаса губами.
Ответом ей была гробовая тишина. Со всех портретов остановившимися глазами за
девушкой наблюдали давно умершие
предки. Словно ледяные пальцы стиснули ей горло. По спине побежали мурашки.
Дрожащими руками Солейс потянул
...Закладка в соц.сетях
