Жанр: Любовные романы
В роли невесты
... — Поэтому ты и флиртовала с ним на виду у Габриелы, позабыв, что ты моя
невеста! Думаешь, она поверит, что я могу жениться на подобной девушке?
— Думаю, что нет, ведь ты тоже не слишком усердно демонстрировал
влюбленность. К тому же ты сам попросил меня быть любезной с Фрэнсисом.
— Я не имел в виду, что ты должна вести себя подобным образом!
Глэдис сдалась, решив, что этот спор ни к чему не приведет. Сдерживая
негодование, она отвернулась к окошку. Остаток пути прошел в молчании. Когда
они подъехали наконец к дому Глэдис, она выпорхнула из машины, прежде чем
шофер успел выйти, чтобы открыть ей дверцу. Направляясь к входной двери,
Глэдис услышала, как Джозеф попросил шофера подождать.
— Совсем необязательно провожать меня! — холодно бросила она через
плечо.
— Ошибаешься, — возразил подошедший сзади Джозеф. —
Необходимо позаботиться, чтобы у Питера, моего шофера, не создалось
впечатления, будто мы поссорились. Возможно, ему станут задавать различные
вопросы. Нужно, чтобы он знал, что отвечать. Поэтому мы попрощаемся, как
положено влюбленным.
Глэдис тщетно пыталась найти в сумочке ключ.
— То есть? — спросила она.
— Брось, Глэдис, ты прекрасно знаешь, как обычно прощаются жених и
невеста. Я должен поцеловать тебя.
Ключ наконец нашелся. Она выпрямилась и посмотрела в его лицо.
— Ничего ты не должен!
— Если тебе это не нравится, просто закрой глаза и подумай о
деньгах, — посоветовал он.
— Я не хочу целоваться с тобой, — тихо произнесла Глэдис, отступая
назад. — Особенно на глазах у шофера.
— Ничего не поделаешь. — Джозеф приблизился к ней. Глэдис
отодвинулась и уперлась спиной в дверь. — В любом случае я сейчас
поцелую тебя, и, учитывая, что Питер наблюдает за нами, тебе лучше ответить
на этот поцелуй.
— Нет! — воскликнула Глэдис, но Джозеф крепко обнял ее и прильнул
к ее губам. Он целовал Глэдис, будто наказывая за то, что она вывела его из
терпения.
Вначале Глэдис упиралась руками в грудь Джозефа, пытаясь оттолкнуть его, но
затем ее тело наполнилось трепетом, она прекратила сопротивление и с головой
погрузилась в океан чувственных ощущений. Заметив перемену, Джозеф чуть
ослабил объятия.
— Ах какая ты негодница, Глэдис... — прерывисто произнес он,
зарываясь пальцами в ее густые волосы. — Какая ты... — Джозеф не
договорил и снова прижался губами к ее губам. Поцелуй наполнил их обоих
сладостной негой, волна желания смыла гнев и ревность, оставив после себя
лишь радость.
Глэдис с ног до головы пронизывало ощущение прикосновения теплых губ
Джозефа, властных действий его языка, ей хотелось, чтобы так продолжалось
долго-долго.
Джозеф снова стиснул ее в объятиях, сгорая от желания слиться с ней.
Снедаемая страстью, Глэдис издала невнятный звук... Должно быть, он услышал
в нем протест, потому что вдруг медленно опустил руки, посмотрел на Глэдис
сверху вниз, и она увидела в его сияющих глазах незнакомое выражение. Джозеф
так же не ожидал этого взрыва чувств, как и я, поняла Глэдис.
— Ну, по-моему, мы дали Питеру достаточно информации для
разговоров, — дрожащим голосом произнесла она.
— Не сомневаюсь. — Джозеф помедлил, словно хотел что-то добавить,
но потом передумал. — Увидимся завтра, — сказал он и направился к
автомобилю, оставив за спиной прислонившуюся к двери Глэдис.
На следующий день весь банк уже знал о помолвке Джозефа Мертона с дизайнером
Глэдис Хадсон. С самого утра в столовую, где она продолжала работать над
панно, заглядывали любопытные, чтобы проверить, есть ли хоть доля истины в
сенсационной новости. Когда очередная секретарша одного из директоров,
полюбовавшись подаренным женихом кольцом, выразила радость по поводу
предстоящей свадьбы, Глэдис почувствовала, что терпение ее лопается. Небось
Джозефу не докучают расспросами!
На ланч глава банка не явился. Наверное, воркует где-нибудь с Габриелой,
сердито подумала Глэдис.
Вчера, едва она вошла в квартиру, позвонила Мелинда. Состояние Ронни пока
оставалось без изменений. Слушая сестру, Глэдис снова убедилась, что не
существует иного способа помочь ей, кроме как продолжать игру с Мертоном.
Она перебирала фрагменты мозаики, стараясь создать наиболее удачную цветовую
гамму, когда в столовую вошел Джозеф.
— Надеюсь, ты угостил Габриелу ланчем? — язвительно
поинтересовалась Глэдис.
— Конечно, — усмехнулся он. — Если тебе интересно, могу
сообщить, что присутствовал также Фрэнсис.
Она пожала плечами.
— Мне это безразлично.
— Кроме того, мне удалось добиться некоторого успеха в делах, —
продолжил Джозеф. — Габриела уговорила отца встретиться со мной в
неофициальной обстановке. Если у него создастся благоприятное впечатление,
мы сможем перейти к переговорам. Как только старый Керк Кендалл даст
согласие на объединение банков, наш с тобой спектакль подойдет к концу.
— Чем скорее, тем лучше, — проворчала Глэдис. — Сегодня все
только и делают, что мешают мне работать. Подробности им, видите ли,
подавай!
— Все это не будет продолжаться слишком долго. Я уже пригласил
Кендаллов в четверг на ужин. Надеюсь, в моем доме они почувствуют себя более
свободно, чем в ресторане. К тому же мы сможем лишний раз
продемонстрировать, какая мы отличная пара. Тебе придется заказать блюда из
ресторана. Справишься?
— Конечно. Фрэнсис весьма кстати рассказал мне, что его отец отличается
консервативными вкусами и предпочитает шотланд-скую кухню. Поэтому, кроме
всего прочего, я обязательно закажу наш национальный суп с мясом и овощами,
а также мясо, жаренное с луком, и яйца, запеченные в колбасном фарше. Еще
неплохо бы подать на стол пшеничные лепешки и свежее сливочное масло.
Джозеф улыбнулся.
— И все же не забудь о креветках, омарах и прочих деликатесах, иначе у
нас получится ужин в крестьянском стиле. Ведь кроме Керка за стол сядут
также Габриела и Фрэнсис!
— Я буду тебе нужна в предстоящий уик-энд? — Повисла короткая
пауза, во время которой Глэдис осознала двусмысленность вопроса. — В
качестве невесты, — неловко уточнила она.
— А ты можешь предложить какой-либо иной вариант? — насмешливо
поинтересовался Джозеф. — Сегодня ты должна сопровождать меня на
вечеринку, а завтра — на ужин к моим друзьям, Стиву и Диане. В воскресенье
можешь быть свободна, — добавил он.
— Благодарю вас, сэр! — саркастически воскликнула Глэдис, но
Джозеф лишь легко коснулся пальцами ее щеки и улыбнулся.
— Я заеду за тобой в половине восьмого.
К своему удивлению, Глэдис получила огромное удовольствие от субботнего
ужина. Стив и Диана принимали ее так тепло, что даже стыдно становилось за
преднамеренный обман. На ужин было приглашено еще четверо гостей. Все они
являлись старыми друзьями Джозефа и поздравили его с помолвкой без лишних
вопросов. Поэтому Глэдис вскоре расслабилась и включилась в общую беседу.
Джозеф тоже совершенно переменился и ничем не напоминал того банкира,
которого она привыкла видеть. Он оживился и стал еще более привлекательным,
чем всегда.
Глэдис подмечала каждую мелочь: как Джозеф улыбается, как говорит, как
держит бокал. Его руки постоянно привлекали ее взгляд, пробуждая
воспоминание о том, как они скользили по ее обнаженной спине и нежно сжимали
грудь. Чувствуя, что начинает дышать чаще, Глэдис с трудом заставила себя
переключить внимание на застольную беседу. Прежде Джозеф никогда не
показывал, каким забавным он может быть, но сегодня они со Стивом так часто
смешили Глэдис, что ей то и дело приходилось вытирать слезы.
— Джозеф давно уже искал девушку, похожую на тебя, — сказала
Диана, увлекая Глэдис на кухню под предлогом проверки готовности пекущегося
в духовке пудинга. — Вы прекрасно подходите друг другу.
С такой же прямотой Диана высказала свое суждение Джозефу.
— Одобряю твой выбор! — улыбнулась она, подмигнув Глэдис и
поцеловав ее на прощание. — Именно такая жена и нужна тебе.
Направляясь с Джозефом к машине, Глэдис не смела поднять на него глаза. Но
тот как ни в чем не бывало продолжал непринужденный разговор до самого ее
дома. Она с трепетом ожидала прощального поцелуя, но он не состоялся — ведь
сегодня за ними никто не наблюдал и не было нужды разыгрывать спектакль.
Джозеф просто проводил ее до дверей, пожелал спокойной ночи, а потом сел в
машину и уехал, оставив в душе Глэдис странную пустоту.
В воскресенье это ощущение усилилось. Обычно Глэдис с радостью предвкушала
предстоящий уик-энд, но сейчас ей было одиноко и тоскливо. Похоже, она
чересчур увлеклась ролью невесты.
Глэдис лениво листала журнал по дизайну интерьеров, когда раздался
телефонный звонок. Чуть не опрокинув чашку с кофе, она метнулась через всю
комнату и схватила трубку. К сожалению, вместо голоса Джозефа прозвучал
голос Мелинды.
А почему, собственно, он должен звонить? — язвительно спросила себя
Глэдис.
Справившись с разочарованием, она долго слушала сестру, радуясь, что дела у
той складываются не так уж плохо. Мелинда получила надежную поддержку от
соседа, бывшего в разводе с женой. Один из его детей однажды тоже серьезно
болел, и поэтому сосед хорошо понимал, как нелегко приходится Мелинде.
Пока сестра рассказывала новости, Глэдис машинально поддакивала, но все ее
мысли витали вокруг Джозефа. Почему ей так хочется, чтобы он позвонил?
Единственный подходящий ответ был настолько несуразным, что Глэдис с
негодованием его отбросила.
В понедельник она с радостью отправилась на работу, надеясь хоть там
отвлечься от грустных раздумий. Джозефа Глэдис не удалось увидеть до самого
вечера, пока не наступило время отправиться на чашку кофе к Берте и Рэндалу.
Она с трудом отбивалась от вопросов подруги, желавшей знать мельчайшие
детали предстоящей свадьбы.
Во вторник Джозеф повел Глэдис на еще один званый вечер, и она поневоле
порадовалась, что хотя бы в среду никуда не нужно идти. Вечер этого дня
Глэдис отвела для подготовки к приему семейства Кендаллов. Она предупредила
Джозефа, что задержится на кухне банка, чтобы приготовить летний пудинг —
любимое лакомство ее детства, которым мать часто баловала их с Мелиндой.
Было уже почти девять часов вечера. Глэдис только что вынула из духовки
готовую выпечку. В эту минуту дверь кухни отворилась и появился Джозеф.
— Это называется летний пудинг? — с любопытством спросил он, глядя
на красивую коричневую корочку.
— Пока это только бисквит. Когда он остынет, я разделю его на два
плоских коржа и сделаю начинку из свежих ягод. Потом все нужно нарезать на
множество пирожных, и только тогда блюдо станет называться летним
пудингом, — терпеливо пояснила Глэдис.
— Я не ожидал, что тебе придется готовить его так долго, —
нахмурился Джозеф.
— Ничего, не волнуйся, — поспешила успокоить его Глэдис. —
Тебе что-нибудь нужно?
— Я думал, здесь никого нет, и зашел сделать себе сандвич. У меня
сегодня не было времени перекусить.
— У тебя усталый вид, — посочувствовала она.
Джозеф вздохнул.
— Да, не могу дождаться, когда Керк согласится на объединение банков и
все это кончится. — Он взглянул на Глэдис. — Очевидно, ты тоже
будешь этому рада.
Она задумчиво повертела на пальце кольцо. Сначала сольются банки, потом она
закончит оформление столовой и навсегда распрощается с Джозефом.
— Да, — вяло произнесла Глэдис. — Наверное. — Немного
помолчав, она добавила: — Сейчас приготовлю тебе поесть. Ты любишь
омлет? — спросила она, снимая с подставки сковороду. — Принимая во
внимание сумму, которую ты платишь мне за наш спектакль, я чувствую себя
обязанной немного облегчить твою жизнь.
— Тебе уже удалось это сделать, — неожиданно сказал Джозеф. —
Все знакомые только и делают, что поздравляют меня с очаровательной
невестой.
— Очаровательной? — рассмеялась она. — На меня не похоже!
— Напротив, — возразил Джозеф, усаживаясь за стол. — Если ты
захочешь, то можешь быть очень милой. И ты более талантливая актриса, чем я
предполагал. По-моему, никому и в голову не приходит, что наша помолвка
фиктивная!
Щеки Глэдис слегка порозовели.
— Даже Габриеле?
— И ей в том числе. Но, боюсь, она все еще питает надежду на то, что мы
расстанемся. Временами мне кажется, что Габриела не оставит меня в покое,
пока мы с тобой не поженимся.
— Надеюсь, ты не собираешься предложить мне еще и это!
Он нахмурился.
— Конечно нет. Ведь это обойдется мне недешево, не так ли?
Глэдис не смогла заставить себя посмотреть ему в глаза.
— Возможно, завтрашний вечер окончательно убедит Габриелу, что ты
потерян для нее навсегда, — неуверенно предположила она.
— Будем стараться, — усмехнулся Джозеф.
Приготовив салат из помидоров, Глэдис переложила омлет со сковороды на
тарелку и поставила на стол. Джозеф ел с видимым удовольствием. Она тем
временем сварила кофе для них обоих.
— Спасибо, очень вкусно, — произнес он, отодвигая пустую тарелку.
Его улыбка подействовала на Глэдис как удар в солнечное сплетение. Она молча
опустилась на стул.
Джозеф обхватил чашку с дымящимся кофе ладонями, прислонился затылком к
стене и закрыл глаза.
Глэдис посмотрела на его усталое лицо и внезапно сделала потрясающее
открытие: она любит Джозефа!
Но разве могла она сказать ему об этом? Даже если Джозеф поверит, что она
согласилась на роль его невесты не из-за денег, он припомнит все их
разговоры о браке и о мужском коварстве и посмеется ей в лицо. Что же тогда
будет с ее гордостью?
Сердце Глэдис сжалось. Джозеф находился так близко! Ей хотелось протянуть
руку и прикоснуться к нему. Если бы это был их дом, Глэдис подошла бы к
Джозефу, помассировала ему шею, чтобы снять усталость, поцеловала бы в ушко
и повела наверх, в спальню...
Джозеф открыл глаза так неожиданно, что она не успела отвести взгляд. Они
долго-долго смотрели молча друг на друга, пока Глэдис не опустила голову.
Они находились в банке, а не дома, и спальни здесь не было.
Она смущенно кашлянула.
— Тебе пора домой...
Джозеф помедлил, раздумывая, и покачал головой.
— Нет, еще нужно кое-что сделать.
— Это объединение банков... Оно действительно имеет для тебя такое
значение? — вдруг спросила Глэдис.
— Да. Я получу свободу, необходимую для того, чтобы заняться важными
делами.
— Свобода для тебя превыше всего? — тихо уточнила Глэдис.
В его серебристых глазах мелькнула тень.
— Как и для тебя, — напомнил он. — Ты единственный человек,
кто это понимает. Тебе так же дорога независимость, как и мне.
В это мгновение Глэдис больше всего хотелось не свободы, а возможности быть
рядом с Джозефом, прикасаться к нему, обнимать его и знать, что он никогда
не отпустит ее от себя. Независимость грозила обернуться одиночеством и
отчаянием.
Глэдис порывисто встала из-за стола и направилась с пустыми тарелками к
мойке. Нет, сказать правду сейчас невозможно.
— Да, — печально подтвердила она. — Я все понимаю.
7
Глэдис почему-то решила, что Джозеф живет в большой современной квартире,
но, приехав по указанному им адресу, увидела красивый белый дом со
спускающимся к реке садом.
— Не слишком ли велик этот дом для одного человека, который к тому же
не собирается обзаводиться семьей? — поинтересовалась она, вручая
вышедшему навстречу Джозефу коробку с пудингом.
— Дом достался мне по наследству, как и все остальное, — пожал он
плечами. — Я мог бы продать его, но мне нравится, когда много
свободного места. Я люблю простор.
Очевидно, брак так же ассоциируется у Джозефа с какими-то ограничениями
свободы, как и тесное помещение, уныло подумала Глэдис. Всю прошлую ночь она
провела без сна, размышляя о своем новом открытии. Снова и снова она
пыталась убедить себя, что это выдумки, игра воображения. Просто она долго
не была с мужчиной, а тело ее жаждало близости. После истории с Ллойдом
Глэдис больше всего на свете боялась влюбиться.
Джозеф проводил свою гостью в гостиную, огромные окна которой выходили на
реку, затем показал элегантную столовую с мебелью красного дерева и
картинами на стенах. Но больше всего Глэдис понравилась кухня, оснащенная
самым современным оборудованием. Посередине ее стоял большой сосновый стол,
но, несмотря на все это, создавалось впечатление странной пустоты. Казалось,
кухня предназначалась не для использования, а для показа.
— Жаль, что такая превосходная кухня пропадает зря, — заметила
она, осматривая духовку с двумя отделениями. — Похоже, ты нечасто
бываешь здесь.
Джозеф удивленно огляделся, словно впервые обратил внимание на пустоту этого
помещения.
— Ты права, — согласился он. — Чаще всего я лишь разогреваю
здесь еду в жестянках, но вообще предпочитаю есть в ресторанах.
— Жаль, — повторила Глэдис. — Я что угодно отдала бы за такую
кухню. — Она любовно провела ладонью по гладкой поверхности стола.
— Что угодно? — быстро спросил Джозеф. Голос его прозвучал
необычно.
— Почти. — Глэдис опустила глаза. — Ну хорошо, — бодро
добавила она через секунду, — пора начинать. Когда прибудут гости?
— В половине восьмого. Блюда из ресторана уже доставили, тебе осталось
лишь накрыть на стол. Может, мне тоже нужно что-нибудь сделать?
Да, хотелось ответить Глэдис, обними меня, скажи, что любишь, и попроси
соединить с тобой мою судьбу.
— Нет, — покачала она головой и завязала сзади тесемки
фартука. — Ты очень поможешь мне, если не будешь мешать.
Джозеф усмехнулся.
— Что ж, тебе виднее.
Глэдис расставила на столе серебряные приборы и бокалы из тонкого стекла,
поставила в центре вазочку с цветами и проверила, позаботился ли Джозеф о
вине.
Когда все было готово, Джозеф повел ее наверх.
— Ты можешь пользоваться моей комнатой, — сказал он, открывая
дверь одной из спален, в которой преобладали все оттенки слоновой кости в
сочетании с белым. — Там ванная, — кивнул Джозеф на дверь
справа. — Разложи кое-где свои вещи, чтобы создалось впечатление, что
ты здесь как дома. Габриела может проявить любопытство.
Когда он ушел, Глэдис огляделась в надежде найти какие-нибудь мелкие детали,
которые помогли бы лучше понять его характер. Но здесь не было ни фотографий
в рамочках, ни милых безделушек, и ее взгляд поневоле остановился на широкой
кровати. Очевидно, только в постели можно было бы проникнуть в душу Джозефа,
раскрыть его потаенные качества. Не успела она до конца осознать, о чем
думает, как ее с ног до головы окутала жаркая волна желания. Глэдис вдруг
захотелось забраться на красивое покрывало и лечь на мягкие подушки, которых
касалась голова Джозефа.
Взглянув на часы, она обнаружила, что еще только шесть вечера. Времени до
прихода гостей было предостаточно. Ничего страшного не произойдет, если я
отдохну минут двадцать, подумала Глэдис. Я не буду спать, только полежу чуть-
чуть...
Она стянула джинсы и в нерешительности присела на край кровати, затем легла
на спину, со вздохом облегчения вытянув длинные стройные ноги. В глаза ей
светило солнце, и она прикрыла их рукой. Какая удобная кровать! Вот если бы
можно было протянуть руку и дотронуться до Джозефа, засыпать и просыпаться в
его объятиях...
Глэдис не заметила, как погрузилась в сон. Пробудилась она от того, что
почувствовала, как кто-то нежно поглаживает ее по плечу. Глэдис потянулась,
улыбаясь в полудреме, и убрала руку с лица.
— Глэдис... Глэдис, просыпайся!
— Джозеф? — В ее зеленых глазах все еще таилась дремота.
— Лучше просыпайся, Глэдис, иначе я не отвечаю за последствия. —
На губах Джозефа задрожала улыбка.
Она по-детски потерла глаза кулачками.
— Что случилось?
— Ты уснула. — Джозеф встал с кровати. На нем были черные брюки и
накрахмаленная белая рубашка. Его волосы еще хранили влагу после душа.
Глэдис вдруг до боли захотелось поцеловать гладко выбритую щеку Джозефа,
расстегнуть пуговицы, прижаться губами к его обнаженному телу и услышать,
как бьется сердце.
— Который час? — спросила она непривычно высоким голосом,
испугавшись своих мыслей.
— Без четверти семь.
— Семь?! Почему же ты не разбудил меня раньше?
— Ты так сладко спала... Я подумал, что ты очень устала, — пояснил
он.
— Я вообще не собиралась спать, — начала было оправдываться
Глэдис. — У меня устали ноги...
— Ничего страшного, — улыбнулся Джозеф. — Кровати для того и
существуют, чтобы на них спать... и заниматься кое-чем еще.
Его взгляд скользнул по ногам Глэдис, и она залилась алой краской смущения,
вдруг осознав, что лежит полуобнаженная.
— Я... лучше пойду приму душ, — пробормотала Глэдис, поднимаясь с
постели и стараясь как можно ниже опустить майку, чтобы прикрыть трусики.
— Сначала помоги мне застегнуть запонки, — попросил Джозеф.
Она взяла с его протянутой ладони золотые запонки и склонилась над манжетой,
остро ощущая интимность этого мгновения. Одна лишь майка и кружевные трусики
служили плохой преградой для притягательной силы мужского тела. Руки Глэдис
дрожали, она с трудом справлялась со своей задачей. Джозеф, напротив, был
совершенно спокоен. Да он и внимания не обращает на то, что ты стоишь так
близко, сказала себе Глэдис, принимаясь за вторую манжету.
— Все! — выдохнула она, отступая назад и поднимая взгляд на
Джозефа.
Это было ошибкой, потому что тот загадочно улыбался, разглядывая свою
смущенную помощницу. Его серебристые глаза, казалось, излучали сияние, и
Глэдис почувствовала, как в ее душе что-то просыпается в ответ. Едва
сознавая, что делает, она несмело улыбнулась Джозефу.
— Глэдис... — начал было он, но вдруг оборвал себя. — Уже
поздно, — сказал он другим тоном. — Тебе придется поспешить.
Оставшись одна, Глэдис приняла душ и переоделась в элегантное черное платье,
удачно подчеркивавшее цвет ее волос. После этого она наложила макияж, слегка
подушилась и в последний раз посмотрела в зеркало. Подкрашенные помадой губы
казались Глэдис чересчур яркими, но уже не оставалось времени что-либо
менять. Она поспешила вниз, чтобы дать последние инструкции Синтии —
девушке, которую Джозеф нанял для помощи на кухне.
Затем Глэдис отправилась искать хозяина дома. Он стоял у окна гостиной,
засунув руки в карманы, и любовался закатом над рекой. Строгий черный костюм
сделал Джозефа неотразимым. Серые глаза выглядели озерами серебристого
света.
Когда он обернулся и взглянул на нее, Глэдис порадовалась, что держится за
дверную ручку. Несколько долгих мгновений они стояли и смотрели друг на
друга через все пространство гостиной.
— Все готово?
Она кивнула, не в силах вымолвить слово.
— Иди сюда, — позвал Джозеф. — У меня кое-что есть для
тебя. — Он вынул из внутреннего кармана пиджака плоскую кожаную
коробочку.
— Что это? — спросила Глэдис.
— Открой.
Чувствуя, что ей трудно дышать, Глэдис облизнула губы и открыла футляр.
Внутри лежало бриллиантовое колье и пара таких же серег. Камни ослепительно
сверкали на фоне красного бархата. Глэдис судорожно втянула воздух и
раскрыла было рот, но тут же закрыла его. Она не знала, что сказать.
— Разве ты не хочешь примерить? — тихо спросил Джозеф.
— Я не могу это надеть, — наконец смогла произнести Глэдис. —
Это слишком дорогие украшения.
— Вздор! — хрипло заметил он. — Надеюсь, они напомнят
Фр
...Закладка в соц.сетях
