Жанр: Любовные романы
Мистер Совершенство
...Мередит и
выдавать ядовитые замечания.
— У меня нет причин обманывать вас, — резонно заметил он, и
Мередит подумала, что действительно таких причин у него нет. Но не успела
она вежливо поблагодарить его за подобную лестную оценку, как взгляд Юджина
стал задумчивым, и он слегка с досадой прищелкнул языком. — Вот только
ваша прическа...
— Волосы растрепались? — предположила Мередит.
Она попыталась на ощупь определить, что не так с ее прической. Все как будто
в порядке — ни выбившихся локонов, ни торчащих из аккуратного пучка прядей.
— Нет, не растрепались. Просто этот ужасный комок выглядит совсем по-
старушечьи.
— По-старушечьи? — почти по слогам повторила она, глядя на Юджина
округлившимися глазами. — О боже, как я ошибалась, когда говорила о
том, что вы знаете, как польстить женщине! — невольно вырвалось у нее.
Мередит считала этот
комок
если не верхом элегантности, то довольно
стильной прической, к тому же весьма удобной в жаркий день. Кроме того,
сегодня утром ей было совсем не до парикмахерских ухищрений.
— Не то чтобы это совсем плохо, просто моя бабушка точно так же убирала
волосы. Вот я и подумал, что такая молодая и приятная леди могла бы
придумать что-то посимпатичнее... — продолжил он с неправдоподобной
наивностью.
Мередит подозрительно взглянула на Юджина и поджала губы. Черт побери, как
она ошибалась! Да он не просто насмехается, а еще и нарочно изображает
простачка с наивным взглядом! Краешком сознания она даже невольно
восхитилось, до чего он умело балансирует на тонкой грани. Это невольное
восхищение и ланч, устроенный добросердечной Джейн, не оставили шанса для
чего-то отстраненно-холодного в ответ. Того, что отбило бы у Юджина охоту
позволять себе подобные вольности. Стоило ей немного расслабиться — и вот к
чему это привело! Но как же трудно сердиться или придумывать колкости на
сытый желудок!
Так получилось, что вместо того, чтобы осадить Юджина, Мередит невольно
подыграла ему:
— Сегодня слишком жарко, мистер Келли, и эта прическа в такую погоду
чрезвычайно удобна, — сказала она, бессознательно копируя его тон.
Кажется, она попала в нужное русло, потому что он широко улыбнулся, а его
глаза просто засияли. Мередит ощутила, как внутри — где-то на уровне желудка
— оборвалась какая-то ниточка. Теория нестандартного анатомического строения
Мередит вряд ли имела право на существование: не было внутри Мередит никаких
ниточек, но никак иначе она не могла описать свои ощущения. Наверное, именно
про это ощущение говорят: сосет под ложечкой. До сего дня Мередит даже
представления не имела, что это такое и где эта ложечка у нее находится.
— К чему столько церемоний, мисс Стетхем? — проговорил Юджин,
старательно копируя простонародный выговор и даже чуть растягивая
слова. — Конечно, если вы желаете...
Он оставил фразу незаконченной и взглянул на Мередит таким преданно-
серьезным взглядом, что становилось совершенно понятно, что это своеобразная
игра.
— Если я желаю что?.. — и не подумала сдаваться Мередит.
И Юджин, не выдержав паузы и ее насмешливо взметнувшейся брови, рассмеялся.
Эта незатейливая игра и его улыбки вызывали у Мередит странное щемящее
чувство в груди. А низкий и призывно-глуховатый смех Юджина едва не заставил
ее передернуть плечами от пробежавшего вдоль позвоночника озноба. Этот смех
очень подходил Юджину, в нем не было ни наигранности, ни натянутости, а
были... интимность и обещание!..
Черт побери! Нет, больше она не позволит себе дурацких фантазий! Это в ней
говорит полный желудок и воспоминания о ее сочувствии к прежнему Юджину. И
хотя новый Юджин лишь отдаленно напоминал прежнего, перед глазами Мередит
почему-то постоянно вставал именно тот, беспомощный и немного нелепый
старшеклассник, которому она как-то подсознательно хотела компенсировать
вынужденный вакуум общения и одиночество тех лет. Конечно, знакомы они давным-
давно, но это знакомство лишь подразумевало то, что они когда-то учились в
одной школе и в связи с этим знают имена друг друга.
— Если вы за официальное обращение и забыли о том, что мы с вами
знакомы лет сто, — не выходя из роли, сказал Юджин, и Мередит едва не
вздрогнула, потому что она сама только что думала об этом.
— По-моему, вы слегка преувеличили длительность нашего знакомства.
— Ну если только слегка.
Мередит честно пыталась взять себя в руки, но ей оказалось не по силам
смотреть на Юджина и изображать серьезность. Губы словно сами собой
сложились в ответную улыбку. Кажется, моя расслабленность уже перешла все
допустимые — и даже недопустимые! — границы... — отстраненно
подумала Мередит.
— Полегче, мисс Стетхем, а то мое сердце просто не выдержит такой
нагрузки, — предупредил Юджин.
— Что? — растерялась Мередит.
— Ваша улыбка... она бьет прямо сюда. — Он приложил ладонь к
середине груди, указывая место, куда бьет ее улыбка, и еще одна ниточка с
тихим звоном лопнула у Мередит внутри.
— Юджин, перестаньте... — Мередит начала стремительно приходить в
себя, и улыбка сползла с ее губ.
Он тут же посерьезнел и как-то подобрался.
— Простите, я опять немного оплошал, — пробормотал он. — Я
предупреждал, что у меня не слишком много практики. Но... — он немного
замялся, — я хотел бы это исправить.
— Что именно?
На несколько секунд воцарилось молчание: Юджин то ли собирался с духом, то
ли формулировал ответ.
— Отсутствие практики, — пытаясь вернуть прежний, шутливый тон,
проговорил он.
Однако его слова прозвучали уже не как шутка. Они поняли это одновременно, и
от этого понимания их охватила неловкость.
— У вас есть конкретные предложения?
Фраза вырвалась у Мередит против ее воли. Она вовсе не хотела помогать
Юджину, она почему-то почти отчаянно хотела вернуть этот шутливый разговор и
легкость, с какой они только что общались.
— Я подумал... Подумал, что спустя столько лет мы неожиданно
встретились. Мы могли бы сходить куда-нибудь... В ресторан или в клуб.
Ничего такого. Просто поболтать, потанцевать, расслабиться. Скажем,
завтра...
Это было совсем не то, что она хотела услышать. Набраться практики, просто
поболтать... Похоже, Юджин от этой встречи ждал чего-то большего, чем просто
привет, давно не виделись, как дела?
сначала и чисто деловые отношения —
потом.
— Прости, Юджин, я не могу. Правда, не могу...
— Ладно, этого следовало ожидать. — Он усмехнулся, но усмешка
вышла кривой. — Но стоило попробовать, верно?
— Это не то, что ты подумал...
— Мисс Стетхем, вы богатая девушка. А я всего лишь выполняю в вашем
доме работу. Простите за это... несуразное предложение.
— Я вовсе не сноб, — сказала Мередит, но Юджин качнул головой.
— Разве я вас обвинял в снобизме? Извините.
— Только не нужно интерпретировать мои слова извращенно! Я отказалась
вовсе не потому, что считаю вас... недостойным ужинать со мной, —
сдержанно ответила Мередит.
— Наверное, у вас другая, не менее веская причина, — сказал он
тусклым голосом, словно уже успел устать от этого разговора, и уставился на
моток проводов, зажатый в руке.
— Вот именно. — Голос Мередит остался спокойным, хотя внутри нее разгоралось раздражение.
Юджин поставил ее в немыслимое положение: сначала заставил испытать
непривычные, а потому не слишком приятные эмоции, а теперь она еще и
оправдывается перед ним! Юджин взглянул на нее так пристально, словно
пытался прочитать мысли в ее голове.
— Я действительно не могу пойти с вами. И это не из-за того, что
вы... — сказать
простой рабочий
у нее язык не поворачивался, и
Мередит замолчала. Юджин ждал. — В общем, это не то, что вы
подумали, — выпалила она. — Просто завтра я занята. Я приглашена
на вечеринку к подруге, и, если я там не появлюсь, Сэм потом съест меня
живьем.
Это объяснение не только звучало вполне правдоподобно — оно и было чистой
правдой. Вот только что она будет говорить, если Юджин предложит перенести
поход в ресторан или клуб на другой день? Мередит решительно не желала
никаких ни свиданий, ни просто встреч в ближайшие несколько месяцев ни с
одним представителем противоположного пола. Лесли, с которым у нее
запланирован обед в среду, не в счет. Потому что он — это совсем другое
дело!
— Ваша подруга такая кровожадная? — поинтересовался он с тенью
прежней улыбки на губах.
— Чистый зверь, — подтвердила Мередит.
— Тогда не стоит рисковать, — усмехнувшись, согласился Юджин, но
его глаза остались непроницаемыми.
Мередит снова немного огорчилась, но одновременно испытала облегчение
оттого, что он оставил скользкую тему.
— Ладно, мне нужно идти. Увидимся.
6
Юджин еще некоторое время стоял, глядя на то место, где только что была
Мередит. Маленькая, богатенькая и капризная девочка... Выглядевшая так,
словно она только что позировала фотографу для иллюстраций к разделу
Светская жизнь
. Мередит, воздушная и нежная, словно легкое облачко, была
так красива, что, когда он увидел ее спустя столько лет, его сердце
пропустило несколько ударов. Даже с куском трубы в руке Мередит выглядела
настолько утонченной, что Юджин сам себе показался грубым и неотесанным
лесорубом, который пытается найти общий язык с особой королевских кровей.
Она удивилась, увидев его. И удивление, которое он прочитал в широко
раскрытых глазах, и ее улыбка на мгновение сделали его таким счастливым, что
он испугался этого чувства. Стоило столько лет тратить на
самосовершенствование, чтобы в один прекрасный момент получить эту награду —
улыбку Мередит Стетхем. Он так и называл это чудо — улыбка Мередит. Потому
что больше никто не умел так улыбаться. И, когда она улыбнулась, ее глаза
заискрились веселостью и изумлением. Это продолжалось всего пару минут.
А потом он увидел все как бы другими глазами. Роскошный дом, в котором она
жила, поражал богатством и великолепием. У него никогда не будет такого
дома, больше похожего на дворец. Как здесь вообще можно жить?! А Мередит
держалась так, словно эта роскошь не была чем-то особенным. Для нее она и
была обыденностью! Она так удачно вписывалась в этот интерьер... Она была
неотъемлемой частью жизни, о которой Юджин имел довольно смутное
представление и в которой ему нет и не будет места. Потому что он лицом не
вышел! — кажется, именно так говаривал его дядюшка. Конечно, дядюшка
выражался солонее, но Юджин старался избегать бранных слов. Даже в мыслях.
Он думал, что уже давно избавился от своих комплексов. В последнее время он
часто общался с сильными мира сего. Иногда присутствовал на вечеринках для
богатеньких юношей и научился непринужденно общаться с девушками, которые
раньше казались ему такими же недосягаемыми, как богини с Олимпа. С ними
было проще, стоило лишь усвоить основные правила ведущейся игры. Они тоже
были богатые и капризные, но они были не такие, как Мередит. С ней он
совершенно терялся. Едва он увидел Мередит, как вся эта шелуха, которой
оказались его уверенность в себе, его самомнение и непринужденность,
мгновенно спала, и он снова превратился в того самого недотепу, над которым
смеялись в школе. Он даже не мог с Мередит нормально разговаривать, то и
дело срывался на какой-то немыслимый тон, произносил нелепые слова, которые
пугали и злили ее.
Ну и пусть, решил Юджин, вернувшись вечером домой, мне совершенно наплевать, что она думает обо мне!
Он вытащил из холодильника банку пива и, не раздеваясь, плюхнулся на
кровать. Щелкнув пальцами в воздухе — он же, в конце концов, гений
электроники, а это изобретение просто детский сад! — он включил
телевизор и нашел канал, по которому показывали футбол. Усердно смотря на
экран, он, однако, так и не смог понять, что за команды играют и какой счет.
Потому что Мередит Стетхем не желала убираться из его головы.
Уж она-то не стала бы плюхаться на кровать в одежде и прихлебывать пиво
прямо из банки, пялясь в экран, нашептывал дурацкий внутренний голос.
Конечно не стала бы! Мередит Стетхем наверняка затошнило бы от одного только
запаха пива, не говоря уже о вышеописанной ситуации. Мередит Стетхем
предпочитает изысканные вина, в которых он не сможет разобраться даже пройдя
специальный курс для сомелье. Вино такого-то урожая, такого-то года, из такой-
то местности с южного склона... непременно с южного. Потому что на северном
склоне в то лето уродился кислый виноград и букет уже не тот...
Юджин так разозлился на эти мысли, что едва не метнул банку с недопитым
пивом в стену. И еще на то, что перед его глазами из-за этих мыслей стояла
Мередит Стетхем с бокалом вина. Ее нежное тело затянуто в платьишко для
коктейлей или в вечерний наряд, обтягивающий все соблазнительные выпуклости
и впадинки и обязательно оставляющий голыми плечи с бархатисто-нежной
кожей... Юджин не был знатоком греческой мифологии, но он почему-то был
уверен, что именно такое тело было у Афродиты или Артемиды. Или еще у какой-
нибудь чертовой языческой богини! Рядом с Мередит, конечно, обязательно
трется лощеный красавчик, развлекающий ее светской беседой, и она улыбается
ему, и ее глаза сияют, а шелковистые волосы струятся по спине золотым
шелком, в который хочется запустить пальцы, чтобы потрогать эти нежные,
струящиеся пряди...
Едва не застонав от расстройства, вызванного этой картиной, Юджин резко сел,
едва не расплескав свое пиво, и в отчаянии приложил холодную банку ко лбу.
Он не думал, что ему будет так трудно, чертовски трудно. Ему нужно принять
ледяной душ. А еще лучше — лечь сегодня спать в ванну, наполненную холодной
водой. Иначе до завтра он не дотянет!
— Душ... — сказал он сам себе и, поднявшись, побрел в ванную.
Юджин стоял под колкими ледяными струями и старательно делал себе самое
строгое внушение. Он распределял роли на завтра, пытаясь заранее
отрепетировать все возможные фразы и предусмотреть самые незначительные
мелочи. Ему нужно быть сдержанным, вежливым и холодным. Он будет
суперкорректным! А уж чего не стоит делать — так это пытаться завести
непринужденную беседу или начать пожирать ее голодным взглядом, который
вполне может навести ее на мысли о принадлежности Юджина Келли к племени
каннибалов! Мередит Стетхем, сводящий с ума ангелочек... Капризный,
богатенький ангелочек... Неземное видение... Стоило увидеть ее мамашу, чтобы
понять, каково будущее самой Мередит. Ему не нужно думать о ней, поскольку
это занятие не имеет никакого смысла.
Эту закрепляющую фразу Юджин повторил несколько раз и почти успокоился.
Почти. Но, едва проснувшись на следующий день, он тут же понял, что все его
самовнушение, все проверенные методы, которые раньше помогали безотказно,
теперь почему-то перестали действовать. А едва он увидел Мередит, все
повторилось: он снова срывался на свой немыслимый тон и снова пожирал ее
глазами, когда Мередит этого не видела.
Я мазохист, мысленно сказал себе Юджин, предлагая Мередит встретиться. И
испытал почти физическую боль, когда она отказалась и даже почему-то
попыталась аргументировать этот отказ. А когда она исчезла в недрах своего
роскошного дома, он некоторое время стоял неподвижно, испытывая боль и
злость.
Из окон своей бывшей комнаты Мередит наблюдала за тем, как отъезжает фургон.
Вот он выехал за ворота и скрылся за поворотом. Он увозил Юджина Келли. Вряд
ли мы когда-нибудь встретимся еще, решила Мередит, и это к лучшему. Потому
что Юджин Келли по неизвестной причине оказался человеком, который был
опасен для ее спокойствия. Мередит отвернулась от окна и сосредоточилась на
своих проблемах, выбрасывая из мыслей Юджина.
Вивьен заверила ее, что ремонт закончится не позже среды — это была лучшая
новость за последний месяц! — Сэм позвонила, чтобы напомнить о уже
завтрашней вечеринке. Елейным голоском она поведала Мередит о том, что во
время сегодняшнего рейда по самым дорогим и престижным бутикам она, Сэм,
улучила минутку, чтобы замолвить за бедняжку-Мередит словечко. Так что Люси
дает ей завтра выходной с тем, чтобы Мередит набралась сил перед вечеринкой.
На вопрос Мередит, чем подруга шантажировала Люси, Сэм посоветовала
воспользоваться предоставленной возможностью и перестать ехидничать.
Неблагодарная Мередит почувствовала себя совсем уж неблагодарной и поспешила
поблагодарить Сэм за заботу.
На вечеринку Сэм Мередит приехала, когда она входила в стадию разгара.
Основная масса гостей уже почтила своим присутствием грандиозное
мероприятие, приглашения на которое удостаивались лишь избранные. Иногда
Мередит была бы не против, если бы ее имя вычеркнули из списка этих
избранных, но сегодня благодаря этому приглашению она получила долгожданный
выходной. Следует быть признательной и за такую малость! — решила
Мередит и порадовалась, что среди гостей Сэм нет телепатов. Если бы кто-то
узнал, о чем она думает, ее по меньшей мере не поняли бы, а по большей —
просто посчитали заносчивой и пресыщенной... Или еще кем похуже. Потому как
для всех присутствующих приглашение Сэм было лестным знаком внимания.
Каждая вечеринка в доме Саманты считалась престижным и грандиозным событием
с неизменными атрибутами: с узнаваемыми знаменитостями, непременно с очень
модной группой музыкантов, с изысканными яствами и напитками и даже с
фейерверком под занавес. Все это гарантировало появление соответствующего
отчета в колонке светских новостей и расширенный вариант изложения событий —
в нескольких бульварных газетах. На страницах желтой прессы даже самые
незначительные детали будут смаковаться и приукрашиваться, но Мередит точно
знала, что недоброжелательные отзывы польстят ее подруге, считавшей, что
хороша любая известность, даже скандальная.
Осматривая доступное взору пространство, Мередит подумала, что особняк Сэм и
прилегающая к нему территория стали похожи на огромный муравейник в час пик,
если таковой у муравьев существует. Она медленно двинулась вперед, заранее
зная, что доберется до эпицентра вечеринки не ранее чем через полчаса. То и
дело она замедляла шаг или вовсе останавливалась, чтобы поприветствовать
многочисленных знакомых и перекинуться парой слов с теми, кого давно не
видела. Пробираясь сквозь толпу, Мередит решила, что эта вечеринка побила
все предыдущие рекорды по количеству приглашенных.
— Мередит, душечка, как я рада тебя видеть...
— Лайза, привет...
Девушки в поцелуе едва коснулись щечек друг друга.
— Как ты, Мередит?
— Все отлично.
— Прекрасно выглядишь, и волосы... Что ты сделала со своими волосами?
Фруктовый воск придает им такое сияние?
— Лайза, у каждой девушки должен быть свой секрет, — рассмеялась
Мередит. Непосредственность Лайзы ей импонировала и совсем не показалась
обидной. — Ты ведь не хочешь, чтобы мы сейчас в этой толпе занялись
обсуждением твоей персоны?
— Упаси боже! — Лайза на секунду закатила глаза и ловко подхватила
с подноса официанта два бокала. Один она вручила Мередит со словами: —
Возможно, это поможет мне выведать твои секреты.
— Я бы не надеялась...
Они снова рассмеялись.
— Ладно, Мередит, мне нужно идти расставлять свои сети. Иначе этот
вечер придется провести в гордом одиночестве, — слукавила Лайза, еще ни
на одной вечеринке не остававшаяся без внимания сильного пола. — Пока,
дорогая, увидимся. Этот вечер будет долгим, я чувствую...
— Удачной охоты, — со смехом пожелала Мередит, и Лайза, подмигнув
ей, растворилась в толпе.
— Мередит, дорогая, куда ты в последнее время пропала? — Небольшое
стихийное бедствие в облаке пряных духов — Роуз Бэлчер, ровесница
Мередит, — обрушилась на девушку, когда та меньше всего этого ожидала.
Наверняка сидела в засаде! — Сэм сказала, что Люси узурпировала тебя
для собственных нужд...
— Вроде того, — пробормотала Мередит. — Мама решила, что
обстановка дома устарела, и я ей помогаю по мере сил...
От одурманивающего запаха парфюмерии у Мередит нестерпимо зачесалось в носу,
но она изо всех сил старалась, чтобы ее ослепительная улыбка не поблекла.
Наверное, у нее, как у Юджина Келли, началась какая-нибудь аллергия... Она
затаила дыхание, боясь чихнуть.
— Как это мило, — проворковала Роуз. — Сэм сказала, что ты
стала настоящим профессионалом.
То, что Мередит уже почти задохнулась — это просто небольшая неприятность,
мелочь по сравнению с тем, что может произойти, если Роуз заметит гримасу
страдания на лице Мередит и вообразит бог знает что. Например, что у Мередит
что-то случилось. Роуз потребует полного отчета, и тогда от нее не
отделаешься. А этого Мередит просто не вынесет!
— Правда? — удивилась Мередит, находясь на последнем
издыхании. — Сэм, как всегда, преувеличивает. Кстати, где я могу найти
эту несносную болтушку? Я сделаю ей внушение, чтобы она никого не вводила в
заблуждение.
— Кажется, она в доме. Кстати, Мередит, ты не знаешь, где она купила
такое потрясающее платье? Я пыталась выведать у нее эту тайну, но ты же
знаешь Сэм...
— Если я что разузнаю, обязательно дам тебе знать. Пока, Роуз,
увидимся.
— Конечно, душечка. Только не перестарайся с внушением, Сэм нам еще
понадобится сегодня, — напоследок весело посоветовала Роуз и вместе с
облаком своих ядовитых духов отплыла в поисках очередной жертвы.
Мередит жадно глотнула воздуха, в котором еще плавали отголоски запаха
ненавистных духов. Но теперь, по крайней мере, им можно было дышать.
Переведя дух, Мередит двинулась в указанном направлении. Не успела она
сделать и пары шагов, как ей пришлось снова остановиться.
— Привет, Мередит!
Хорошо, что она не успела разогнаться, иначе просто врезалась бы в брата Сэм
Грега, материализовавшегося перед ней со скоростью и грацией джинна из
бутылки. Видимо, на внезапность и делалась ставка, и столкновение,
несомненно, доставило бы Грегу массу удовольствия. Он бы придержал Мередит,
а потом, не отпуская ее руки, с чрезмерной заботой поинтересовался, не
ушиблась ли она, и заодно попытался оказать первую помощь в виде
искусственного дыхания! Грег был самым давним поклонником Мередит.
— Прекрасно выглядишь, дорогая, и я безумно рад тебя видеть.
— Твой оптимизм заразителен, Грег, но ты зря демонстрируешь подобное
воодушевление.
— Что, разве ты еще не передумала и не решила ответить согласием на мое
предложение?!
Пара сотен отказов в самых разных формах совершенно не смущали этого
ловеласа, и он самонадеянно заявлял, что когда-нибудь Мередит будет
принадлежать исключительно ему. А пока шалунишка то и дело перебивался
временными увлечениями. Грег так активно принялся атаковать Мередит своим
сверхъестественным обаянием, что она даже не успела рассмотреть его
спутника.
— Даже не надейся на это! — с улыбкой проговорила она.
— О, как ты жестока! Ты разбиваешь мне сердце! — с трагическим
пафосом воскликнул Грег, старательно прикидываясь безнадежной жертвой любви,
и тут же одарил Мередит совсем не дружеским поцелуем. Он целился в губы, но
Мередит успела подставить щечку, чем Грегу и пришлось удовольствоваться.
— Зато спасаю толпы твоих поклонниц. Я просто не могу лишать их надежды
когда-нибудь заарканить тебя.
— Мое сердце принадлежит тебе навсегда! — Изображая разочарование
подобным ответом и холодностью Мередит, незадачливый поклонник издал
неопределенный возглас — помесь страдальческого мычания и ревнивого рыка
льва, и оба рассмеялись. — Ладно, красавица, я все равно надеюсь, что
ты в конце концов одумаешься. А пока позволь представить тебе...
Мередит послушно перевела взгляд на спутника Грега. Взгляд ее скользнул по
широкой груди, обтянутой светлой рубашкой, по крепкой шее и остановился на
лице мужчины, на котором играла легкая улыбка. Очень-очень знакомая улыбка.
И в первое мгновени
...Закладка в соц.сетях
