Жанр: Любовные романы
Игры вчетвером
...тов. — Если я не выйду через пять минут, можете уезжать.
На двери подъезда появился домофон. Джо, ничего не чувствуя, как под
наркозом от действия алкоголя, набрала номер квартиры Шона и нажала на
звонок. Раздался сигнал, но ответа не последовало. Она сбросила номер и
набрала его еще раз более аккуратно. Потом нажала на звонок и стала ждать.
— Привет, кто это? — раздался наконец сонный голос Шона.
— Это я, ты один? — хрипло спросила она.
— Да, — удивленно ответил Шон. — Проходи.
Сработал сигнал, Джо толкнула дверь и очутилась в холле. В нос ей ударил
знакомый затхлый запах. Она торопливо прошла к лестнице, услышала, как Шон
открыл дверь своей квартиры, и остановилась немного собраться с мыслями.
Для чего я пришла? Ругаться или мириться? Ни то ни другое. Я пришла просто
заняться любовью с мужчиной, которого любила и до сих пор хочу
, — подумала
она и стала подниматься по лестнице. Ее слегка качало из стороны в сторону.
В полумраке лестничной площадки Джо увидела Шона. Видимо, он спал, потому
что волосы у него торчали во все стороны и на нем был только махровый халат
и шлепанцы.
— Джо! — радостно начал он. — Я...
— Молчи, я не за этим пришла, — перебила его Джо, которую захлестнула
волна желания при виде его голого тела в распахнутом халате.
Она торопливо сбросила пончо и сумочку на пол, обхватила его руками за шею и
прижалась к нему всем телом. Шон втащил ее в прихожую, голой ногой захлопнул
дверь и, наклонившись, залез руками под платье. Он провел пальцами по ее
ногам в ажурных чулках на резинках и добрался до кружевных трусиков. Джо
сразу почувствовала, как трусики соскользнули вниз. Она переступила через
них, а Шон уже выпрямился, спустил бретельки на платье, обнажая ее грудь, и
сжал губами один сосок, лаская второй рукой.
— Как я по этому соскучился, — пробормотал он, отрываясь от ее груди на
секунду и снова припадая к ней.
— Я тоже, — выдохнула Джо, чувствуя, как в нее входят его пальцы, и
начиная ритмично двигать бедрами им навстречу.
У нее внутри все пылало, и она вдруг с силой толкнула Шона так, что он упал
спиной на ковер в прихожей. Джо бесстыдно подняла платье и встала над ним,
расставив ноги. Она нагнулась, схватила его восставший член рукой и
направила в себя, опускаясь на колени. Не помня себя, Джо с какой-то
звериной жестокостью начала двигаться на нем, убыстряя темп и заботясь
только о собственном удовлетворении. Платье собралось у нее на талии.
Наконец они оба одновременно вскрикнули, и Джо судорожно задергалась в
экстазе, а Шон вцепился руками в ее ягодицы, крепко прижимая к себе. Затем
она рухнула к нему на грудь. Они тяжело дышали и медленно приходили в себя,
возвращаясь в реальность. Смертельная комбинация ударной дозы алкоголя и
одиночества в новогоднюю ночь привели ее опять к двери Шона, и Джо теперь
чувствовала себя отвратительно.
Шон прокашлялся, собираясь заговорить.
— Я знал, что ты в конце концов все поймешь, — хрипло сказал он, нежно
гладя ее бедра в чулках. — Видишь, чувство между нами только усилилось в
разлуке. Мы не имеем право дать ему умереть.
Выскользнув из его рук, Джо медленно встала и натянула бретельки платья на
плечи. Потом нашла трусики и не спеша оделась. Подобрав пончо и сумочку, она
проверила, на месте ли ключи.
— Честно говоря, я удивлена, что застала тебя дома, — сказала она с
королевским достоинством. — Почему вы не изображаете из себя счастливую
семью?
— Она думает, что я сейчас работаю, — растерянно моргнув, ответил Шон,
явно опешивший от такой смены настроения Джо. — Я не мог себя заставить
встречать Новый год с женщиной, больше не вызывающей у меня желания, —
сказал он, оставаясь на полу и протягивая к ней руки. — Я хочу только тебя!
— Понимаю, — с иронией произнесла Джо, однако внутри у нее что-то
дрогнуло. Сегодняшняя вспышка страсти опять превратила в костер ее до сих
пор тлеющее чувство. Ее железная решимость порвать с Шоном поколебалась.
Целый год Джо вкладывала так много чувства в эти отношения, что, когда все
внезапно закончилось, видимо, не успела закрыть счет окончательно. И вряд ли
теперь осмелится испытывать к кому-нибудь такое чувство еще раз. Джо
почувствовала себя страшно уязвимой. Ей так хотелось остаться и заснуть в
его уютных объятиях, оставив все решения на утро. Но она не могла себе этого
позволить. Если она сейчас проявит слабость и останется с ним, он поймет,
что она у него на крючке. И тогда все это превратится в долгоиграющую
пластинку. А Джо совсем не улыбалось стать его постоянной любовницей, годами
ждущей, когда он бросит жену и детей. Время от времени она будет находить в
себе силы прогонять его, но потом вновь проявит слабость, и начнется новый
виток. При мысли об этом Джо сразу пришла в себя.
— Я не собираюсь возвращаться к тебе, — сказала она, с презрением глядя
на лежащего на полу Шона. — Даже под страхом смерти. Мне просто не
нравилось, что мы с тобой не успели поставить в конце жирную точку. Эта
половая любовь
и есть наш грандиозный финал.
— Но, я думал... — начал Шон, выпрямляясь на боку и опираясь на локоть.
У него на лице появилась чарующая сексуальная улыбка, от которой у нее
прежде всегда подгибались колени. Он решил пустить в ход другое оружие. Джо
увидела, как вздыбился его запахнутый на бедрах халат.
— Что ты думал, Шон? — разозлилась она, чувствуя, как ее тело реагирует
на это. — Что мы сейчас займемся любовью и все вернется на круги своя? Не
надейся. Я пришла к тебе, потому что напилась и мне захотелось секса. А не в
моих правилах приставать к незнакомцам, поэтому решила воспользоваться
твоими услугами. Я тебя просто использовала, как ты раньше использовал меня.
Почувствуй, как это приятно, на собственной шкуре! — Джо надела пончо,
повесила сумочку на плечо, подошла к двери и обернулась на пороге.
— И еще, я хотела попрощаться с тобой лично, — сказала она и,
ослепительно улыбнувшись, послала ему воздушный поцелуй. — Прощай, Шон!
Джо решительно захлопнула дверь, спустилась по лестнице и нажала на кнопку
домофона. Очутившись на холодной пустынной улице, она почувствовала, как
физическая эйфория после ее дикого секса испаряется вместе с мстительной
радостью по поводу своей победы над Шоном. Ей стало опять одиноко и жалко
себя. А хуже всего было то, что она сейчас себя ненавидела.
Забавно, — подумала она, тяжело вздохнув. — Когда тебе одиноко и ты пьяна,
тебе кажется, что, совершив что-то безумное, ты почувствуешь себя гораздо
лучше. А утром на трезвую голову пожалеешь о содеянном
. Джо постояла
немного, спрятавшись за дерево, в надежде, что Шон бросится ее догонять. Но
он даже не выглянул в окно. Тогда она, спотыкаясь, побрела к ближайшей
стоянке такси, плача от жалости к себе.
ГЛАВА 32
Раздалась пронзительная трель будильника. Джо перевернулась на другой бок и
открыла один глаз. Было девять тридцать утра.
Прошло всего девять с половиной часов нового года, а она уже совершила две
крупные ошибки. Джо застонала и уткнулась в подушку, вспомнив свое вчерашнее
поведение. Во-первых, она пыталась соблазнить Конора, когда в комнате
находилась его девушка. Во-вторых, она переспала с Шоном, ведя себя, как
последняя шлюха. И, в-третьих, у нее было жуткое похмелье. Хорошо, что у нее
на сегодня не намечено никаких дел, иначе она просто умерла бы.
Разглядывая потолок, Джо лежала, прислушиваясь к своим ощущениям. Заснуть
она больше не сможет, это точно. В голове у нее гудела наковальня, по
которой кто-то бил тяжелым молотом. Когда-то перспектива свободного дня в
одиночестве радовала ее, как маленькую. Сейчас целый день лишь наедине со
своими мыслями пугал Джо.
Она немного полежала, представляя, что делают сейчас ее родные и знакомые.
Тим, скорее всего, тянет пиво, мучаясь с похмелья, как она. Родители дуются
друг на друга, каждый в своем углу. Джеф готовит завтрак детям. Рози с
Джимом шутят и пьют горячий шоколад. Конор с Эммой милуются в постели.
Последнее видение ей не понравилось, и она мысленно отправила парочку
погулять в холодный парк. Только Шон, скорее всего, тоже один. Но его не
мучили угрызения совести и не болела голова с похмелья, как у нее.
Мужчинам
наплевать, по любви с ними спят или нет. Они все равно довольны
, — горько
усмехнулась Джо.
Кое-как она заставила себя встать с постели и добрести до кухни. Выпив
крепкого чая и приняв две таблетки аспирина, Джо вернулась в постель. Она то
засыпала, то просыпалась. Ей приснился кошмарный сон, в котором она выходила
замуж за Мартина. А подружками невесты были Джеф, Шон и Конор в розовых
платьях и почему-то все с усами. Они все вместе как раз приготовились
фотографироваться на ступенях церкви, когда Джо разбудил телефон. Был уже
полдень.
— Привет, ты еще в постели, лентяйка! Я чувствую по твоему голосу, не
отпирайся, — весело верещала Рози.
— Ты бы тоже была, если бы тебя мучило такое похмелье, — мрачно
ответила Джо, потирая глаза пальцами, сразу ставшими грязными от размазанной
туши. — Я больше никогда не буду пить.
— И меньше тоже, — пошутила Рози. У нее явно было прекрасное
настроение. — Да, ты вчера явно переборщила с
Кровавой Мэри
, детка. Ты
ушла, не попрощавшись, поэтому я решила проверить, что ты благополучно
добралась домой.
— Какая трогательная забота! — съязвила Джо. — Лучше бы ты не давала
мне пить, чтобы я так не мучилась сегодня.
— Господи, детка, я чувствую, у тебя сегодня не самый удачный день. Ты
всегда такая после пьянки. Позвони, когда очухаешься, ладно? — быстро
отступила Рози.
Рози была права. Ей действительно всегда становилось плохо на следующий
день, если она накануне слишком много пила. Но все, что она чувствовала
раньше, сущие цветочки по сравнению с тем, что было сегодня.
Джеф привез детей в четыре часа, когда фильм с Бетт Дейвис, который,
обливаясь слезами, смотрела Джо, как раз закончился.
— Мамочка, у тебя красный нос и мокрые щеки, — объявила Софи, поцеловав
ее.
— Знаю, солнышко, — шмыгая носом, ответила Джо, вытирая рукавом лицо. —
Я просто смотрела грустный фильм.
— Ты всегда была сентиментальной, — улыбнулся Джеф, заходя в гостиную.
— Помнишь, как ты всегда плакала, когда видела свадебные кортежи?
Джо не успела ответить, так как Томас вбежал в комнату с газетой в руках.
— Вот они, вот! Они идут! — кричал сын, размахивая газетой.
— Я обещал, что мы сводим их с тобой на диснеевские мультфильмы, если
они будут где-нибудь идти, — пояснил Джеф.
— Правда? — мрачно буркнула она, хотя после дня, проведенного в
одиночестве, идея ей понравилась. Может, наивные мультфильмы со счастливыми
концами поднимут ей настроение.
— Мамочка, ну, пожалуйста! — взмолился Томас.
— Я подумаю, — пообещала Джо.
Кинотеатр был переполнен родителями с детьми, уставшими сидеть дома перед
телевизорами и отдавшими предпочтение большому экрану. Джо с детьми пошла
покупать попкорн, пока Джеф стоял в длинной очереди за билетами.
— Как в старые добрые времена, правда? — сказал Джеф, запуская руку в
ее пакетик с соленой воздушной кукурузой, когда погас свет в зале.
— Нет, — пробормотала Джо тихо, чтобы не слышали дети. — Ты никогда
раньше не ходил с нами в кино, отговариваясь тем, что хочешь отдохнуть после
трудовой недели.
Джеф хотел ответить, но Томас сердито шикнул на них, так как титры прошли и
начался мультфильм.
Когда они через полтора часа вышли из кинотеатра, был уже морозный, но очень
ясный зимний вечер.
— Смотрите, я курю! — воскликнула Софи, приложив два пальца ко рту, как
будто держала сигарету, и выпуская изо рта пар.
— Давайте вернемся домой мимо Палаты общин, — предложил Джеф,
вопросительно посмотрев на Джо. — Как вы, дети, дойдете?
Томас и Софи побежали вприпрыжку вперед, делом доказывая свою готовность.
Джо запахнула плотнее пальто и пошла за Джефом. Они шли за детьми по темной
улице, ведущей к Палате общин.
— Смотри, тот самый высокий забор! — произнес Джеф, показывая рукой в
темноту. — Помнишь, как ты злилась, когда я закинул за него твою перчатку?
— Не напоминай. Мы тогда только начали встречаться, и я даже хотела
бросить тебя из-за такой выходки. Это было глупо с твоей стороны.
— Я просто хотел произвести на тебя впечатление таким необычным и
забавным образом, — обиделся Джеф. — Я же купил тебе новую пару.
— Да, в два раза дешевле, не того цвета и меньше на размер, — хмыкнула
Джо. — За исключением всего этого, они были замечательные.
— Как приятно провести вечер со своей бывшей женой, — засмеялся Джеф. —
Не надо выпендриваться, она давно знает, какой ты идиот.
Они уже подошли к Палате общин, на площади перед зданием стояла гигантская
елка, украшенная ярко горевшими разноцветными огнями, в окружении празднично
расцвеченных ларьков. Здесь было что-то вроде ярмарки. Работала даже
карусель. Томас с Софи бегали вокруг елки, явно не собираясь уходить.
— Ладно, поиграйте немного, — разрешила Джо.
Через пять минут Джо окончательно промерзла. Тонкое пальто и кожаные
перчатки не спасали от холода. Они с Джефом выпили по стаканчику горячего
чая, чтобы согреться. Но она все равно притопывала и хлопала в ладоши,
слушая бесконечный, скучный монолог Джефа о проблемах на работе. Ее так и
подмывало сказать:
Слушай, я все это терпела, когда была твоей женой. Но
почему я должна это выслушивать сейчас?
Но Джо удержалась, радуясь в душе,
что ей теперь не приходится выдерживать подобное каждый день. Она пропускала
то, что он говорил, мимо ушей и не сразу поняла, что Джеф замолчал. И вдруг
он сказал то, что ее очень удивило:
— Джо, прости меня.
—Что? — переспросила она, не уверенная, что правильно
его расслышала.
— Я сказал, прости меня, — повторил Джеф, глядя в сторону. — Меня мучит
то, что я так и не попросил у тебя прощения.
— За что? — уточнила Джо, усомнившись, не пропустила ли она чего-нибудь, когда не слушала его.
— За то, что бросил тебя и детей, — спокойно ответил Джеф. — За то, что
разрушил ко всем чертям нашу жизнь.
Было время, когда Джо тоже так считала, но с тех пор много воды утекло. Она
не могла позволить, чтобы он считал только себя во всем виноватым.
— Ох, даже не знаю, — сказала она, жестом подзывая к себе детей. — В
каком-то смысле, Джеф, ты оказал мне услугу.
— Что ты имеешь в виду? — поразился он. Джо не смогла ему ответить,
потому что к ним подбежали дети.
— Карусель! Хотим на карусель! — кричали они.
Они с Джефом прошли за детьми к карусели. Джеф заплатил за билеты, и Томас с
Софи побежали на круг. Они долго не могли выбрать, куда им сесть, но,
наконец, остановились на паре лошадок.
— Между мной и Канди на самом деле все закончено, — признался Джеф,
улыбаясь детям, которые как раз проехали мимо них.
— Правда? Я думала, она просто хочет отдохнуть немного, — заметила Джо,
стараясь говорить безразличным тоном.
— Она так и сказала сначала, но потом решила, что больше не вернется ко
мне, — Джеф вздохнул. — Она решила, что я слишком старый и скучный для нее.
— Мы такие и есть теперь, — улыбнулась ему Джо.
— Она ушла, — продолжал серьезно Джеф, — и я абсолютно ничего не
почувствовал, кроме стыда за то, что был таким дураком, разрушив хороший
брак ради такого, — он выговорил последнее слово с такой злостью, что Джо
поежилась.
Они немного помолчали, глядя на возбужденных и счастливых детей. Потом Джо
стала машинально утрамбовывать левой ногой рыхлую землю.
— Он был не столь уж хорошим, наш брак. Особенно в конце. — После
долгих месяцев раздумий, наконец, Джо произнесла это вслух.
— Ты это имела в виду, когда сказала раньше, что я оказал тебе услугу?
— спросил пораженный Джеф.
— В каком-то смысле да. На самом деле я считаю, что мы оба перестали
стараться как-то заинтересовать друг друга. Не ты один в этом виноват, хотя
твоя вина в том, что ты начал искать кого-то на стороне, не попытавшись
решить проблему со мной, — объяснила Джо, кинув на него быстрый взгляд, и
пошла к остановившейся карусели. Она хотела продолжить разговор, но дети
подскочили к ним и стали просить еще денег.
—Так, послушайте, вы оба, — обратился Джеф к детям,
доставая кошелек, — я даю вам денег еще на два круга, но больше не просите,
договорились?
— Прекрасно умеют вымогать деньги, — сказала Джо, собираясь немного
пройтись. Но Джеф удержал ее за руку.
— Ты действительно считаешь, что я оказал тебе услугу? — обиженно
спросил он.
— Да, но не потому, что моя жизнь стала без тебя лучше, — мягко
ответила она, не уверенная до конца в своей искренности. — Просто потому,
что я перестала изображать из себя хорошую жену, мать, дочь, дизайнера, а
стала просто жить. И уверена, что ты чувствуешь то же самое.
Джеф какое-то время размышлял, потом кивнул.
— Что-то в этом роде.
Это, конечно, было притворством. Джеф никогда не утруждал себя никакими
обязанностями, кроме работы. Он избегал общения с собственной матерью, время
от времени убеждаясь по телефону, что она жива и здорова. И если возникали
проблемы с детьми, автоматически перекладывал их на Джо, отговариваясь
работой. Он никогда не старался быть ни хорошим сыном, ни мужем, ни отцом.
Но все это осталось уже в далеком прошлом. Джо не хотела сегодня спорить с
ним.
— Когда ты меня бросил, я должна была разобраться в причинах своей
неудачи, — вновь начала объяснять она. — Это помогло мне понять, что мы не
можем жить для других людей. И, самое главное, научило, что надо больше
времени уделять себе, быть немножко эгоистами, что ли. Путь, выбранный нами,
должен нас радовать, а не превращаться в рутину, погубившую наш брак.
Джеф нахмурился, обдумывая ее слова. Потом повернулся и посмотрел на нее с
надеждой.
— Но все не так уж безнадежно, правда? — произнес он, заглядывая ей в
глаза.
— Наше свидетельство о разводе говорит обратное, — быстро ответила Джо,
которую его слова застали врасплох.
— Почему бы нам не плюнуть на него и не начать все сначала? — предложил
Джеф, беря ее за руку выше локтя и пожимая ее.
— Джеф, я... — начала Джо, но они заговорили одновременно.
— Я знаю, что тебе трудно будет мне теперь доверять, и я заслужил это.
Но я теперь совсем другой человек, Джо. Время, проведенное без тебя, многому
меня научило. Я стал смотреть на нашу жизнь более объективно, осознав, что
потерял. Я стал гораздо лучшим отцом и по-новому оценил тебя, — сказал он,
притягивая ее к себе за плечи, так что их лица оказались совсем близко. — Ты
очень красивая, Джо, честная и яркая женщина. Ты замечательная, просто
фантастическая мать. Я никогда не говорил тебе этого раньше, а, черт возьми,
просто обязан был говорить тебе это каждый день!
Глаза Джо наполнились слезами, и одна слезинка покатилась по щеке. Она
смахнула ее перчаткой. Она никогда не думала, что спустя столько времени
мнение Джефа о ней так ее растрогает.
—Мамочка, мы уже накатались и замерзли, — вмешался в их
разговор подбежавший Томас.
— Хорошо, значит, пора идти домой. — Джо надеялась, что сын подумает,
что у нее глаза слезятся от мороза.
Джеф взял Софи на руки, и они все пошли самой короткой дорогой домой.
— Мы поговорим об этом в другой раз, — пообещала Джо, кивнув на Томаса,
пристававшего к ней с вопросами.
Джеф молча кивнул в знак согласия.
Когда они подошли к дому, Софи уже спала на руках у Джефа, а у Томаса от
холода стучали зубы. Пока Джеф относил наверх Софи в сопровождении Томаса,
Джо зашла в гостиную проверить автоответчик. Ей пришло в голову, что Шон мог
ей позвонить, обдумав все, что произошло между ними. Она на всякий случай
плотно закрыла дверь.
Но когда Джо прослушала запись на автоответчике, кровь отхлынула от ее лица
и она выронила куртку Томаса из рук.
— Господи, пожалуйста, только не это, — дрожащими губами прошептала
она.
К тому времени, когда она в панике приехала в Оксфорд, отец уже умер.
Обширный инфаркт, как констатировали врачи. Спасти его было нельзя.
Внезапный приступ, и все кончено.
У Джо просто не укладывалось в голове, как человек, в жизни не болевший
ничем, кроме простуды, да и то, наверное, всего пару раз, мог так внезапно
умереть.
— Наверное, вы могли все же что-нибудь сделать, — сказала она,
уставившись в шоке на молодого врача, сообщившего ей, что несколько раз
пытался оживить сердце отца, но безрезультатно.
— Мы испробовали все средства, миссис Майлз, — мягко ответил он. — Надо
сделать контрольные тесты, конечно, но я подозреваю, что окончательный
результат подтвердит, что у него давно было больное сердце. Странно, что не
появлялось никаких симптомов до того, как произошел инфаркт.
Возможно, они были, подумала Джо. Но, зная отца, поняла, что он просто
проигнорировал их, считая пустяком. Он ненавидел лечиться, хотя сам всегда
очень серьезно следил за здоровьем детей.
Джо нашла мать в кафетерии госпиталя, где та сидела за столом, уставившись
на зажатую в руке чашку давно остывшего чая. Без привычного макияжа она
вдруг показалась Джо очень старой и беззащитной.
Осторожно высвободив чашку из ее руки, Джо взяла ее за руку. Прикосновение
дочери как будто вывело Пэм из транса.
— Привет, родная. Хорошо доехала? — спросила она будничным тоном.
Джо решила проигнорировать этот банальный вопрос, списав поведение матери на
шок. Она нежно погладила руку матери.
— Как это случилось, мама?
Мать выдернула руку и положила обе руки на колени. Они никогда физически не
выражали своих чувств в семье.
— Я точно не знаю, дорогая, — проговорила она, хватая салфетку и нервно
вытирая на столе разводы от чая. — Только что он был жив, а в следующую
секунду его уже не стало.
— Расскажи мне, как это все случилось, — попросила Джо, чувствуя себя
на удивление спокойной, даже сильной. Может, потому, что знала, как мать
нуждается сейчас в ее поддержке. — Начни с самого утра.
Пэм немного успокоилась и стала подробно рассказывать, как у них прошел
день. Как тетя Берил и дядя Билл пригласили их к себе и как они решили
отказаться. Вместо этого они посмотрели два фильма, но мать не смогла
припомнить, какие. Она называла то один фильм, то другой, но так и не сумела
вспомнить названия. Джо вздохнула, терпеливо ожидая, когда мать перейдет к
делу. Она знала, что для нее сейчас важны любые подробности последнего дня
жизни с отцом.
— Твой отец, видимо, хватил тайком пару стаканчиков виски, так как
очень расшумелся, когда я сказала, что ему лучше больше не пить сегодня, —
проговорила Пэм, поджав губы.
Бедный отец, — подумала Джо, совсем не удивившись. — Он даже не мог
спокойно выпить дома в Новый год, чтобы его не пилили за это
.
— Затем позвонила ты и поздравила нас, — продолжала вспоминать мать. —
А потом мы прилегли отдохнуть. Часа в четыре твой отец сказал, что пойдет в
мастерскую почистить инструменты. Но в этом не было ничего необычного. Он
всегда уходил туда на пару часиков в день.
Его единственное убежище
, — подумала Джо.
— Продолжай, — произнесла она вслух.
— Где-то часов в шесть я вышла во двор и крикнула, что чай готов, но он
ничего не ответил. Поэтому я надела тапочки... или садовые сапоги?
— Мама, какая разница?
Но мать ее не слышала. Глаза ее наполнились слезами, она запрокинула голову и уставилась в потолок.
— Он просто сидел в кресле, — выговорила она срывающимся голосом. — В
кресле перед верстаком. Глаза у него были полузакрыты. Он был еще теплый, —
всхлипнула она.
— Мама, не надо, — Джо быстро придвинула свой стул и обняла мать крепко
за плечи. На этот раз та не вырывалась.
— Я сначала вызвала
Скорую помощь
, потом позвонила тебе, но тебя не
оказалось. — Голос Пэм сорвался, и она опять всхлипнула. Слезы покатились по
щекам.
—&
...Закладка в соц.сетях
