Жанр: Любовные романы
Каролина и разбойник
... быть виновным, она не допускала этого.
Будь он виновен, она знала бы об этом. — Гатри, пожалуйста, останься!
Он взял ее за руку и повел по тротуару. — Телеграфируй домой о посылке
денег, дикая кошка, — сказал он, когда они остановились перед дверями
банка, зашторенными зеленой тканью. — Тебе потребуется билет на
дилижанс в Болтон.
Каролина пыталась задержать его. — Вот как? — пролепетала она
жалобно. — Вы сейчас же собираетесь оставить меня?
Гатри был холоден и бесстрастен, как будто они были чужими друг другу.
— Да.
Каролина почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза от обиды и
унижения. — Понимаю! — вымолвила она. — Отлично, —
сказал Гатри, и с этими словами двинулся прочь. — Передайте привет
Адабель! — крикнула ему вслед Каролина.
Он остановился. Его спина напряглась. Он бросил взгляд на Каролину через
плечо. — Полагаю, ты увидишься с ней, когда я привезу ее домой.
Ни за что Каролина не позволила бы дать ему понять, как ранили ее его слова.
— Ты едешь домой, не так ли? — спросил он.
Каролина понимала, что отъезд положит конец ее отношениям с Гатри. —
Да, — тихо ответила она, — я еду домой.
Она увидела, как боль и облегчение одновременно отразились на его лице.
— Что же касается того, что было между нами... — начал он.
Каролина прервала его, она знала наперед все, что он ей хочет сказать.
— Я думаю, нам не следует говорить об этом.
Гатри кивнул. — Прощай, Каролина, — сказал он хрипло, повернулся
к ней спиной и зашагал по тротуару, не оборачиваясь.
Каролина стояла перед банком, пытаясь успокоиться. Затем она вошла в здание
и попросила клерка послать телеграмму в Болтон с указанием снять и перевести
в Ларами часть ее вклада.
После этого Каролина поспешила в универмаг и купила там пару брюк из грубой
хлопчатобумажной ткани, комплект мужского нижнего белья самого большого
размера, широкополую шляпу, небольшой крупнокалиберный пистолет.
С этими покупками, которые были завернуты в бумажный пакет, перетянутый
бечевкой, она отправилась в отель. Здесь молодая женщина закрылась в своем
номере, предварительно попросив наполнить ванну свежей горячей водой.
Помывшись, Каролина облачилась в рубашку и брюки, надела свои ботинки.
Одежду, которой она пользовалась во время поездки, молодая женщина отнесла в
китайскую прачечную постирать и погладить.
В мужской одежде Каролина привлекала внимание прохожих, но она не обращала
на это внимания. Ей нужно было думать о гораздо более важных вещах, чем чье-
то мнение в Ларами о ее внешности.
Каролина обедала в небольшом ресторанчике, который, к счастью, оказался при
отеле, когда туда легкой походкой вошел Гатри. Проходя мимо, он скользнул по
ней взглядом, затем повернулся и открыл рот в изумлении. — Каролина?
— недоверчиво прошептал он, всматриваясь в нее.
Она улыбнулась. — Хелло, мистер Хэйес. Присаживайтесь!
Гатри придвинул себе кресло и плюхнулся в него. — Какого черта ты так
вырядилась?
Каролина ответила с милой улыбкой: — Не могу понять, почему моя одежда
вас так заинтересовала? — Мне наплевать на одежду, — огрызнулся
Гатри. — Просто леди не ходят по городу в мужской одежде.
Рядом с их столиком было окно, в котором появилась морда Тоба: он поставил
лапы на подоконник и жалобно скулил.
Каролина пропустила мимо ушей замечание Гатри. — Вы когда-нибудь
кормите свою собаку? — спросила она. — Он ест больше меня,
— проворчал Гатри. — Каролина, я хочу знать, что ты собираешься
делать? — Каждый из нас собирается что-то делать. У вас — свои
дела, у меня свои, — ответила она, отрезая кусочек бифштекса.
Гатри чертыхнулся. Не ясно было только, кто его больше раздражает: Каролина
или пес. Отодвинув кресло, он поднялся и пошел на кухню. Он вернулся через
несколько минут с большой костью и швырнул ее Тобу. Затем он опять сел за
стол. Каролины. — Так ты едешь домой? — устремил он на нее
испытующий взгляд.
Каролина закончила обед и отодвинула тарелку. — Да, я еду домой,
— сказала она, правда, умолчав при этом, что сначала намерена
позаботиться кое о каких мелочах. — А вы едете в Шайенн? —
задала она со вздохом встречный вопрос. — Да, — ответил Гатри.
— Но я вернусь в Болтон через неделю или две.
Каролина подумала про себя, что как только она освободит Ситона, тут же
покинет Болтон и займется активными поисками своих сестер. Это даст ей силы
вынести предстоящее прибытие Гатри в Болтон вместе с Адабель.
К столику подошла официантка. Гатри заказал жаркое со свежим хлебом. —
Надеюсь, ты не затеваешь каких-нибудь глупостей? — спросил он
озабоченно, когда официантка отошла.
Каролина улыбнулась. — Конечно, нет, — заверила она его. А про
себя подумала: "Если затеваю, то всего лишь небольшой побег из тюрьмы".
Она встала из-за стола. — Если вы позволите, мне хотелось бы немного
отдохнуть. Завтра будет нелегкий день.
Быстрым движением Гатри схватил Каролину за руку и заставил сесть на место.
Его лицо приняло скорбное выражение. — Каролина, — произнес он
тихим голосом, — я сожалею, что занимался с тобой любовью.
Его слова отозвались болью в сердце Каролины. Тем не менее она улыбнулась.
— Не беспокойтесь, мистер Хэйес. Я не намерена сообщать Адабель о
подробностях наших интимных отношений. — Черт побери, меня беспокоит
не это, — прохрипел он, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что
их никто не слышит. — Я воспользовался тобой, зная, что это ни к чему
не приведет. Вот о чем я сожалею. — Я подвернулась, вы и
воспользовались, — согласилась Каролина весело, поднимаясь с кресла.
— Поверьте, Гатри, я никогда не обманывалась на ваш счет. Будьте
добры, держите свои нелепые извинения при себе. Однако если вы снова
помешаете мне выйти отсюда, то я закричу так, что у вас лопнут барабанные
перепонки.
Шея Гатри налилась кровью. Он стиснул челюсти и остался неподвижен, когда
Каролина направилась к выходу.
Она пошла к себе в комнату, расположенную на втором этаже отеля. В комнате
она вытащила из свертка пистолет и инструкцию к нему. Каролина стала
осваивать оружие, заряжая и разряжая его. Она так увлеклась этим, что чуть
не спустила курок, когда заметила какое-то движение за окном.
Это был Тоб. Он стоял на площадке пожарной лестницы, уткнувшись носом в
оконное стекло.
Каролина положила пистолет на тумбочку и пошла открывать окно. Как только
она подняла раму, пес прыгнул в комнату и завертелся у ног Каролины с
радостным лаем. — Я думала, что ты уже в Шайенне, — сказала
Каролина, присев на корточки, чтобы погладить его.
Тоб вытянулся на полу, радуясь вниманию. Каролина попыталась заставить его
уйти из комнаты через окно, но пес не хотел этого делать. В конце концов она
опустила раму и заперла ее. Ларами был чужим, шумным городом. Она хотела
иметь хоть кого-нибудь рядом.
Каролина только что опустила шторы, собралась раздеться и лечь спать, как
раздался стук в дверь. Думая, что Гатри пришел забрать пса, она скрестила
руки на груди и произнесла с достоинством: — Кто там? — Письмо,
мэм, — ответил незнакомый голос.
Клочок бумаги проскользнул под дверь. Каролина поспешила развернуть его.
Она сразу узнала почерк Гатри, выводящий с нажимом крупные буквы,
"Никто в мире не смеет сомневаться в том, что ты настоящая леди, писал он.
— Прощай, дикая кошка. С наилучшими пожеланиями. Г. X.".
Некоторое время Каролина держала его записку у сердца. Затем смяла ее и
швырнула на пол.
Гатри был частью прошлого. Ей надлежало думать о будущем.
ГЛАВА 11
Как обычно, Тоб появился на следующее утро перед самым отъездом Гатри. Пес
скулил, выражая желание вернуться назад в Ларами. — Глупое животное,
— проворчал Гатри, натянув поводья. — Каролина поманила тебя
своим маленьким пальчиком, ты и раскис. Ладно, черт побери, возвращайся к
ней. Уж такую, как ты, бесполезную собаку, я себе всегда найду.
Тоб виновато тявкнул и вытянулся на земле, положив морду на передние лапы.
— Ступай! Марш отсюда! — приказал Гатри. — Мне не нужна
такая никчемная собака, как ты.
Издав жалобный вой на прощание, Тоб повернулся и побежал в Ларами. Минут
пять Гатри ждал, что пес вернется. Однако Тоб не появился. — Мерзкая
тощая учительница! — выругался Гатри. Он пришпорил лошадь и поскакал
галопом. — Мне приходилось слышать о многих подлостях, но чтобы красть
собаку...
Он открыл флягу и сделал большой глоток свежей воды. Затем вытер губы
рукавом. Черт с ними, с Каролиной и псом! В Шайенне его ждала пышнотелая
Адабель.
Когда она прижмется к нему своими полными грудями, он забудет про Каролину.
Во всяком случае Адабель была типом женщины, которую мужчина всегда хотел бы
иметь в качестве жены. Ее нельзя было представить слоняющейся по округе в
мужских штанах и пытающейся уговорить совершенно незнакомого мужчину помочь
в организации побега из тюрьмы.
Но дело не только в этом. От Каролины родились бы скорее всего худосочные,
крикливые и нахальные дети. Разве такие качества не передаются из поколения
в поколение? Адабель же может подарить ему дюжину младенцев-крепышей,
безмятежных и сладкоголосых.
Гатри нахмурился. Впервые его собственные мечты показались ему несколько
примитивными. Однако они позволяли ему преодолевать сильное желание
вернуться в Ларами, к Каролине.
Вопреки своей воле и рассудку, Гатри вновь и вновь вспоминал Каролину, ее
обнаженное, податливое тело, которое нежно откликалось на любое его желание.
Тощая Каролина или нет, но в глубине души Гатри вынужден был признать, что
она была весьма привлекательна для мужчины.
Заглянув в банк, Каролина отправилась далее в платную конюшню, где приобрела
пегую кобылку и великолепного коня для Флинна. Если удастся ее смелый
замысел, ей с Ситоном понадобятся резвые скакуны.
Когда она вывела лошадей из конюшни, на дороге появился Тоб, приветствующий
ее громким лаем. Каролина просияла, полагая, что вернулся Гатри. Однако
вскоре она поняла, к своему огорчению, что пес прибежал один.
Все же Каролина была рада тому, что у нее был хотя бы один друг в незнакомом
городе. Прежде чем направиться к зданию тюрьмы, она зашла на рынок и купила
кость для Тоба.
В кармане брюк Каролины был спрятан пистолет. Он был заряжен. Молодая
женщина надеялась, что пистолет не выстрелит самопроизвольно и не ранит кого-
нибудь.
Например, саму Каролину.
Подойдя к тюрьме, она с удовлетворением обнаружила, что Флинн находится в
камере один и занят завтраком. Увидев Каролину, Флинн так быстро вскочил с
койки, что чуть не опрокинул поднос с едой. Он вытаращил глаза на ее
экзотический костюм. — Боже мой, Каролина! Неужели ты могла появиться
на людях в такой одежде?
Если Ситон и был обескуражен ее недавним заявлением о расторжении помолвки,
то не показывал вида. "Вероятно, до него еще не дошло значение этого
события", — сочувственно подумала Каролина. Нужно было время, чтобы он
это осознал.
Каролине больше всего доставляла облегчение мысль, что ей не нужно будет
пугать кого-нибудь своим пистолетом. Позже, когда минует опасность, она
распрощается с Ситоном, вернется домой и начнет подготовку к очередному
предприятию — поискам Лили и Эммы. — Не обращайте внимания на
мою одежду, — сказала Каролина. — Со мной пара лошадей за углом.
Я приехала освободить вас и дать возможность доказать свою невиновность.
Ситон схватился за прутья ограждения в нетерпеливом стремлении выйти из
камеры. — Тебе придется завладеть ключами старого Чарли, они все время
при нем.
Каролина вытащила пистолет и нахмурилась. — Может быть, мы с помощью
этого собьем замок?
Прежде чем она смогла как следует обдумать свою идею, Ситон молниеносно
схватил ее за руку. Каролина почувствовала сильную боль в запястье. —
Где Хэйес? — прохрипел Ситон, пытаясь другой рукой вырвать пистолет.
Каролина в смятении сопротивлялась. Она и раньше замечала за адвокатом
склонность к жестоким поступкам, но только сейчас осознала их источник.
— Мистер Флинн, я требую, чтобы вы отпустили меня.
Ситон еще крепче стиснул руки Каролины, заставив ее вскрикнуть от боли.
— Мистер Хэйес уехал, — прошептала молодая женщина. — Он
сказал, что вы виновны. — Уехал? Сегодня? — почти выдохнул
Ситон. Он прижал Каролину к прутьям и приставил дуло пистолета к ее виску. В
это время кто-то вошел в кабинет шерифа. — Чарли! — воскликнул с
тревогой Ситон, заставив Каролину вздрогнуть и закрыть глаза.
Осознание того, что Гатри был прав на сто процентов, было мучительно.
Ситон оказался вором и, хуже того, убийцей. — Не будем рисковать,
— послышалось бормотание старика Чарли. Каролина догадалась о его
приближении по звону ключей. — Здесь не отель, черт побери! Надо
понимать это.
Придя в себя, Каролина попыталась предостеречь старика криком. Ситон,
видимо, почувствовал, что она хочет сделать это, и зажал ей рот рукой.
Маленькие глазенки Чарли едва не выскочили из орбит, когда он увидел
Каролину, прижатую к прутьям ограждения камеры с пистолетом, приставленным к
ее виску. — Осторожно, Флинн, — встревожился старый тюремный
сторож. — Ты можешь пристрелить леди! — Открой дверь в камеру, и
она останется невредимой, — приказал Ситон.
У Каролины кружилась голова. Ее мутило от страха и отвращения. С отчаянием в
душе молодая девушка недоумевала, как она могла быть такой наивной, чтобы
верить этому человеку и даже любить его.
Теперь, несмотря на головокружение и отчаяние, вызванные страхом, она
наконец поняла, что любила не Ситона, а совсем другого человека, который жил
только в ее воображении.
Чарли протянул связку ключей. — Видишь, — уговаривал он Ситона,
— я выбрал нужный ключ и иду выпускать тебя. Только не спускай курок.
Как только Чарли открыл дверь, Ситон затолкнул Каролину в камеру с такой
силой, что она ударилась об стенку и упала. Адвокат выскочил из камеры и
нанес, сильный удар рукояткой пистолета по голове Чарли. Старик рухнул на
пол, обливаясь кровью. Стоя над Чарли, Ситон направил дуло пистолета прямо
ему в голову. По плотно стиснутым челюстям и лихорадочному блеску глаз
Ситона Каролина поняла, что он намерен убить старика. У нее перехватило
дыхание. — Нет, Ситон! — воскликнула Каролина. Она вырвалась из
камеры, подбежала к старику и прикрыла собой раненого сторожа. — Прошу
тебя, не убивай!
Ситон смотрел на Каролину. В течение этого времени женщина молила Бога,
чтобы поскорее вернулся шериф. Он был гораздо моложе Чарли, обладал силой и
сноровкой. Если бы шериф пришел вовремя, то можно было бы предотвратить
убийство и побег.
Каролина отчаянно искала выход из положения. — Если ты выстрелишь,
— предупредила она, — на шум сбегутся люди, и тебе тогда
несдобровать!
Ситон опустил дуло пистолета. Пот выступил у него на лбу. — Ты
сказала, что на улице ждут лошади?
Каролина кивнула.
Ситон кинулся было бежать, но неожиданно остановился и подошел к Каролине,
лежащей на грязном полу и все еще старающейся защитить Чарли. Он крепко
стиснул пальцами ее подбородок и злобно прошипел: — Хэйес спал с
тобой, знаю, что спал. Клянусь Всевышним, Каролина, вы оба заплатите мне за
это.
Испуганная Каролина с ужасом смотрела на него.
Она испугалась еще больше, когда Ситон наклонился и впился в ее губы
страстным поцелуем. — Мое время придет, Каролина. И тогда я научу
тебя, как отдаваться мужчине, — сказал он, отпрянув. Ситон поднялся,
все еще размахивая пистолетом. — У тебя есть запасные пули?
Подавленная, Каролина не осмелилась что-либо утаить от него. Она покорно
кивнула и полезла в карман за горстью купленных патронов. Больше всего она
хотела сейчас, чтобы Флинн ушел, оставив ее и Чарли в покое. Старик тяжело
дышал, держа руку на груди. — Попробуй только пикни! — пригрозил
Ситон, покидая помещение. Он зловеще улыбнулся. — Если будешь кричать,
я не только пристрелю этого старого ублюдка, но еще и захвачу тебя с собой
как заложницу.
Напуганная его угрозами, Каролина пообещала молчать.
Как только за Ситоном захлопнулась входная дверь, Каролина побежала в
кабинет шерифа к стойке с оружием и схватила ружье. Оно было заряжено.
Выбежав на край тротуара, Каролина увидела, как Ситон вскочил в седло одной
из лошадей, приобретенных ею на деньги, заработанные с таким трудом.
Она поймала на мушку его левую руку и нажала курок. Отдача от выстрела была
настолько сильной, что Каролина едва удержалась на ногах. Как раз в этот
момент появился шериф. — Что здесь происходит?! — воскликнул он,
стараясь вырвать ружье из рук Каролины. — Он уходит! — крикнула
в сердцах Каролина, испытывая боль и досаду. Ситон был уже далеко.
Из тюремного помещения, шатаясь, вышел Чарли. Одной рукой он прикрывал
кровоточащую рану на голове. — Флинн сбежал, — сообщил он.
Взгляд Чарли остановился на Каролине. Мне кажется, маленькая леди принесла
ему пистолет и, видимо, также привела лошадь. — Запри ее! —
приказал шериф, толкая Каролину к Чарли. Блюститель закона оседлал своего
коня. Полдюжины мужчин присоединились к нему, чтобы преследовать Ситона.
— Вы хотите посадить меня в тюрьму? — в ужасе воскликнула
Каролина, когда Чарли осторожно взял ее за руку и повел внутрь помещения.
— Я спасла вам жизнь! — В первую очередь по вашей вине моя жизнь
оказалась в опасности, урезонил ее Чарли. Он отвел Каролину в ту самую
камеру, которую занимал Ситон.
Старик захлопнул дверь камеры и надежно закрыл ее на замок.
Каролина схватилась за прутья ограждения. — Вы не поняли! —
всхлипывала она. — Я думала, что Флинн невиновен. — Не важно,
что вы думали, мисс. Фактически вы дали возможность убежать преступнику,
совершившему грабеж и убийство. Вам придется ответить за это перед судом.
Каролина почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица. За окном камеры она
услышала жалобный вой, который могло издавать только одно существо —
ее преданный друг Тоб.
Охваченная унынием, молодая женщина перешла от двери камеры к окну. Став на
краешек шаткой койки, на которой ей, возможно, прядется проводить еще много
дней и ночей, она глядела сквозь прутья решетки на улицу.
Несомненно, это был Тоб. Он сидел среди порожних бочек и другого хлама,
глядя на Каролину понимающими глазами. Она взяла с подноса остатки завтрака
Ситона и бросила псу. Затем спустилась с койки. — Мистер Чарли!
— вкрадчиво позвала Каролина старика. — Что?! —
откликнулся он сухо. У входа в офис шерифа, очевидно, собралась большая
толпа горожан, желающих услышать рассказ Чарли об утреннем происшествии.
— Можно поговорить с вами наедине? — спросила Каролина.
Из кабинета шерифа появился ворчащий Чарли. Всем своим поведением он
показывал, что заслуживает покоя и даже почестей, поскольку едва избежал
гибели.
За ним появился молодой человек с карандашом и блокнотом. Он важно глядел на
Каролину из-под зеленого козырька фуражки. — Ваше имя, мадам?
Каролина вцепилась в прутья решетки. — Зачем вам это нужно знать?
— запальчиво спросила она.
Он улыбнулся, приоткрыл щербатый рот. — Я напишу о вас в газете.
Каролина вздохнула и прислонилась лбом к тюремным прутьям. Она представила,
как Гипатия Фурвис читает статью о нравственном падении узницы тюрьмы в
Ларами. Мисс Этель и мисс Фоуб будут шокированы скандальным происшествием.
— Нужно ли это? — Вы будете знамениты, — не унимался
репортер. — Чем-то вроде леди, бросившей вызов обществу. — Этого
я как раз и боюсь больше всего, — откликнулась уныло Каролина. —
Как вас зовут? — Каролина... Хэйес, — сказала она со вздохом.
Репортер энергично записывал. — Мисс или миссис? — Миссис,
— соврала Каролина. Она подумала, что для Гатри будет хорошим уроком
узнать, что его женой называет себя преступница, хотя и непреднамеренно
оказавшаяся не в ладах с законом. В конце концов, ничего подобного не
случилось бы, если бы он не покинул ее. — Мой муж — Гатри Хэйес,
— сказала Каролина, воодушевляясь мыслью о мести. — За окном
сидит моя собака. — Ваш муж согласился, чтобы вы устроили побег из
тюрьмы другого мужчины? — нахально поинтересовался молодой человек.
Каролина вздохнула. — Мой муж бросил меня, — сказала она
трагическим тоном. — Я пыталась освободить Флинна только потому, что
искренне верила, что его посадили в тюрьму по ошибке. Разумеется, сейчас я
оказалась в крайне нелепой ситуации.
Прежде чем репортер смог задать следующий вопрос, появился шериф. —
Мотай отсюда, Винс, — приказал он.
Шериф был крупным импозантным мужчиной с проседью в волосах и темными
ухоженными усами. Каролина инстинктивно отступила от прутьев ограждения.
Подбоченившись, он посмотрел на узницу. — Вам, видимо, будет приятно
услышать, что мы не догнали его.
На лице Каролины появилось выражение досады. — У меня нет причин
радоваться, — фыркнула она, сжимая пальцы в кулаки. — Он был
убийцей и вором. — Плохо, что вы только сейчас это поняли! —
пробасил шериф.
Слезы подступили к глазам Каролины, но она воздержалась от рыданий. В конце
концов, возникло недоразумение. Если она сможет как следует объяснить шерифу
мотивы своих действий, он, несомненно, отпустит ее. Одно было очевидным
— ей не надо раскисать. — Я уже говорила вашему помощнику Чарли,
которому, между прочим, спасла жизнь, что я никогда бы не принесла сюда
пистолет, если бы знала, что мистер Флинн поведет себя таким образом.
— Вы полагали, что он возьмет вас с собой? — небрежно заметил
шериф.
Каролина тяжело вздохнула, как перед беседой с трудным учеником. Неторопливо
и подробно она рассказала о своих злоключениях.
Она закончила рассказ, надеясь, что шериф отпустит ее. Но он этого не
сделал. Он просто покачал головой и сказал: — Кому-нибудь следовало бы
всыпать вам как следует, чтобы научить уму-разуму.
После этого он ушел, провожаемый обиженным и беспомощным взглядом Каролины.
Она осталась одна. За окном скулил пес, ее единственный друг.
Каролина села на койку, оперев лицо на руки. "Даже Кэтлин не опускалась до
того, чтобы угодить в тюрьму", — грустно подумала она. Как были бы
удручены Эмма и Лили, если бы увидели ее сейчас.
Когда Гатри, отъехав довольно далеко от Ларами, стал устраиваться на ночлег,
из темноты вынырнул пес. Он стал обнюхивать хозяина и тихонько скулить.
— Ты образумился наконец, приятель, или нет? — спросил Гатри,
погладив желтую шерсть пса. Гатри был рад появлению Тоба.
Пес попил воды из миски и съел остатки куропатки. Затем он стал хватать
зубами рукав рубашки хозяина и тянуть.
Гатри лежал прямо на земле, подложив под голову седло. Он плотно скрестил
руки на груди и пристально смотрел в пламя костра. — Она ушла и
наверное подала в беду, не так ли? — спросил он.
Пес продолжал тянуть хозяина.
Вздохнув, Гатри поднялся с земли, засыпал огонь и стал седлать лошадь. Ему
была безразлична мисс Каролина Чалмерс, но видеть, как страдает пес, было
невыносимо.
Минут через пятнадцать Гатри полностью свернул бивак и отправился обратно в
Ларами. Тоб неутомимо бежал рядом с ним. Гатри удивлялся, что эта собака
нашла в Дикой Кошке? За всю свою жизнь он не встречал женщины, которая бы
постоянно нуждалась в мужской опеке.
"Впрочем, к черту опеку, — подумал Гатри, сплюнув. — Для начала
ее нужно приласкать, а затем отделать как следует в постели, вот тогда она
поймет, кто ее господин".
Через пару часов показались дома Ларами, при лунном свете город выглядел как
царство теней. Гатри пришпорил лошадь, не в силах больше сдерживать
беспокойство.
В глубине души Гатри произнес первую молитву после гибели Анны. На ее
похоронах он сказал Богу:
"Ты идешь своим путем, я — своим".
Сейчас Гатри шептал:
"Я знаю, Господи, что Ты оказываешь милости по собственному усмотрению. Но
Ты должен признать, что я не слишком часто досаждаю Тебе своими просьбами.
Думаю, после того как Ты взял у меня Анну, за Тобой осталось одно
благодеяние. Прошу Тебя, Боже, сохрани Каролину, сохрани ее в безопасности".
Эми, миниатюрная хорошенькая супруга шерифа Джона Стоуна, навестила Каролину
в ужин, чтобы передать ей чистые простыни и одеяло. Старый ворчун Чарли
принес ей куриный суп из столовой. Заглянул и пастор пресвитерианской
церкви, чтобы напомнить о том, что языки адского пламени уже лижут ее пятки.
При свете луны Каролина лежа
...Закладка в соц.сетях
