Жанр: Любовные романы
Все по-честному
...энни.
Близится ваша свадьба, а она так и не простила меня, моя девочка. Я ведь
очень люблю ее.
Дэн Лапейн сочувственно ухал и поддакивал, а мысли крутились как белки в
колесе.
Так, значит, в юности у Мэри Лу уже была несчастная любовь по похожему
сценарию? Богатенький сынок, любимчик всего курса — и юная девочка,
безответно влюбленная в него. Возможно, он даже оскорбил ее чем-то,
посмеялся над ее чувствами, отверг ее, когда она попыталась предложить ему
свою любовь... После такого можно перестать доверять мужчинам, это точно.
А еще можно так же безответно и горько любить этого гада всю оставшуюся
жизнь. Возможно, Мэри Лу, с ее постоянством и порядочностью, с ее горячим
добрым сердечком продолжает любить придурка П.П. все эти годы — и тут
влезает Дэн Лапейн со своим идиотским контрактом, наполеоновскими планами
насчет папенькиной фирмы и точно таким же отношением к жизни, как и у П.П. В
глазах Мэри Лу, конечно.
Естественно, что она ему не доверяла! Он бы на ее месте поступил так же. А
потом, когда их отношения наладились — но она продолжала любить того,
первого, — Мэри Лу просто не захотела обманывать Дэна. Жить с нелюбимым
для нее немыслимо.
Значит, она действительно его не любит...
В этих горестных мыслях Дэн провел двое суток, на третьи в нью-йоркский офис
вновь нагрянул отец. Дэн встретил его мрачным взглядом человека, который за
последние сорок восемь часов побывал в преисподней собственной души и
вернулся оттуда живым, так что грозно сдвинутые брови и недовольный вид отца
для него — семечки.
— Здравствуй, сынок.
— Привет, папа.
— Не думал, что застану тебя здесь.
— Странно. Это мой кабинет. Был, по крайней мере. Хозяин у нас ты.
— Не совсем, но об этом позже. Просто сейчас восемь часов утра, и даже
миссис Арбетнот еще нет на боевом посту.
— А ее сегодня и не будет. Я ее отпустил. Она провернула кучу работы за
время моего жениховства.
— Вот об этом я и хотел с тобой поговорить, Дэнни.
— Садись. Выпьешь чего-нибудь?
— У тебя на рабочем месте есть алкоголь?
— Только для клиентов. И босса.
— Гм... Налей немного виски.
Дэн налил янтарный напиток в бокал и устало плюхнулся на свое место.
— Итак, папа, что привело тебя в Большое Яблоко на этот раз?
Предупреждаю, у меня нет сил на споры, а ругать меня вроде бы не за что.
— Это касается твоей... женитьбы.
— Папа...
— Погоди, Дэнни. Я вот что хотел... Ты уверен, что тебе стоит жениться
на этой девушке?
— Та-ак! Что еще случилось?
— Я все еще под впечатлением семейного ужина, Дэнни. Под БОЛЬШИМ
впечатлением! Нет, ее отец мне понравился, он хороший человек. Но когда я
представил, что мне придется еще как минимум пару раз провести вечер с ее
матерью... Дэн, это ужас какой-то, а не женщина.
— Да, Илси производит впечатление.
— Это мягко сказано! У нее же рот вообще не закрывается! А что она
несет? Представляешь, она уже собралась навестить нас в Чикаго и посмотреть
на мои клумбы! На МОИ клумбы, Дэн!
— Папа, дело в том, что...
— Она не переносит собак, но обожает кошек, а я их терпеть не могу. Она
все время сюсюкает и стреляет глазками. Она носит розовое — а у меня
аллергия на этот цвет...
— Папа!
— Дэн, послушай своего старика! Есть хорошая народная мудрость: прежде
чем жениться, посмотри на мать своей невесты. Именно такой станет твоя жена
через двадцать лет...
— Ну это же не правило...
— Народная мудрость не ошибается!
— Однако же ты рискнул? С бабушкой вы цапаетесь до сих пор...
— Твоя бабушка, а моя теща — великолепная, злобная, остроумная и
ядовитая, как тарантул, фурия с прекрасным интеллектом и отличным чувством
юмора. Все наши с ней стычки всегда доставляли нам обоим громадное
удовольствие. До сих пор, несмотря на свои девяносто пять лет, она умеет
вывести меня из равновесия в течение каких-то тридцати секунд. Это
совершенно другой случай.
— В любом случае, папа, тебе не о чем беспокоиться. Я не женюсь на Мэри
Лу Дженнингс. Она меня бросила.
— Что? Опять?!
— Что значит — опять? Раньше бросал я, за это ты меня и упрекал. Учти,
я вовсе не стараюсь обелить себя, и если ты отдашь фирму Джошу...
— Да не отдам я ее Джошу, я ее уже отдал тебе, просто ты об этом еще не
знаешь... Но почему эта девчонка так поступила с тобой?! Как она могла?!
— Папа, я что-то запутался немножко, ты хочешь или не хочешь, чтобы я
на ней женился?
— Тут дело принципа. Чем ты ей не угодил? Хотя ты прав. Все к лучшему.
Она была миленькая, особенно ножки, но шансы превратиться в свою мамашу
перечеркивают всё!
Дэн немедленно завелся, вскочил и зашагал по кабинету.
— Папа, а с чего это ты решил, что ты — Господь Бог? Кто дал тебе право
навешивать ярлыки? Да к твоему сведению, Мэри Лу — милая, добрая, красивая,
женственная, обаятельная, умная, хозяйственная, чуткая, сексуальная,
страстная, понимающая, отзывчивая, очаровательная, образованная, хорошо
воспитанная девушка!!! Она вообще лучшее, что со мной случалось в жизни,
понял?!
— Я не думаю...
— А мне все равно, что ты думаешь по этому поводу, папа! Это моя жизнь,
понимаешь? Мы говорим обо мне! Можешь командовать мною в профессии, тут я
снимаю шляпу и робко отступаю в сторону, но мою личную жизнь я устрою сам!
— Прости меня, Дэнни.
— Я не... ЧТО?
— Прости меня, сынок. Я виноват перед тобой. Слишком много лет я
командовал людьми и забыл, что есть некоторые области, куда вход воспрещен
даже юристам. Особенно юристам.
— Папа...
— Разумеется, ты сам выберешь себе невесту. И тогда, когда захочешь.
Никакого отношения к профессии и к фирме это иметь не будет.
— Папа, ты хочешь сказать...
— Я хочу сказать, что ты сам должен распорядиться своей жизнью. Никак
иначе.
16
— Ты уверена, что мы должны быть здесь?
Лори выключила зажигание и воззрилась на Мэри Лу. Та ответила твердым и
серьезным взглядом.
— Я хочу забрать свои растения. Ты против?
— Они так необходимы, да? Ты не можешь без них обойтись?
— Это мои цветочки. Хочу их забрать. Имею право.
— Дорогуша, ты ушла из этого дома больше месяца назад. Ты не думаешь,
что они могли немножечко... того... сдохнуть?
Мэри Лу мрачно посмотрела на подругу.
— Ты считаешь, что Лапейн способен докатиться до мелкой мстительности?
— Лу, он мужчина, а ты сбежала от него даже не попрощавшись. О мелкой
мстительности здесь речи не идет. Вряд ли он поливал твои фиалки
хлороформом... но и хранить их, как последнее напоминание о тебе, у него
тоже никакого резона не было.
— Хорошо, но ты уверена, что это прилично — входить в чужую квартиру
таким вот образом?
— Каким ТАКИМ, позволь спросить? У меня есть ключ, Лапейн мне сам его
дал. Я знаю код охранной сигнализации... если он его не сменил, конечно.
— А если сменил?
— Тогда мы очень быстро уедем отсюда.
— Ох, что-то мне это напоминает кражу со взломом...
— Лори, ты говоришь глупости. Мы откроем дверь ключом, мы войдем и
заберем мою личную собственность — полиции просто не к чему будет
придраться. Тьфу! Не будет никакой полиции, поняла? Вперед.
В лифте Лори снова заныла:
— А если Барт примется лаять? Или не захочет нас выпустить? Я читала,
иногда даже самые добрые собаки так делают...
— Барт совершенно не умеет охранять. Обрадоваться нам — это да, это
наверняка. Я несу ему колбасу.
— Да, но...
— Лори, у меня от тебя голова болит. Входим, берем цветочки и уходим.
Проще не бывает. Господи, знала бы — позвала бы вместо тебя Сэма...
У самой двери в квартиру Лори с некоторым злорадством отметила, что руки у
Мэри Лу дрожат.
Они вошли в полутемную прихожую, осторожными шажками двинулись по коридору.
Вот и ее спальня... Мэри Лу украдкой закусила губу. Здесь она провела самый
сумасшедший и самый счастливый месяц своей жизни. Месяц с Прекрасным
Принцем...
Барт от счастья даже не залаял — просто напрыгнул на них обеих, облизал
ошеломленных взломщиц, а потом повалился на спину, задрав все четыре лапы в
воздух и улыбаясь от уха до уха. Мэри Лу села на корточки и добросовестно
почесала ему живот, потом шагнула за порог своей бывшей спальни.
— Поверить не могу!
— Я тоже. Мы в чужом доме...
— Я не об этом. Я же сказала, мы ничего плохого не делаем.
— Да? А почему тогда мы крадемся на цыпочках и разговариваем шепотом? И
во что ты не можешь поверить?
— Посмотри сама. Он ухаживал за моими цветами! Он их поливал.
— Многие мужчины умеют поливать цветы, незачем делать из этого подвиг.
— Он их не выбросил...
— Лу, давай заберем их и уйдем. У тебя еще остались здесь вещи? Иди в
ванную, собери все там, а я пока поставлю цветы в контейнер.
Мэри Лу кивнула, кинула Барту колбасу и отправилась в ванную комнату.
Ну разумеется, здесь забирать было уже и нечего. Зубная паста, правда, была
ее, но не стоит мелочиться...
Воспоминания накрыли ее мощной волной запахов, звуков и ощущений. Она так
живо вспомнила прикосновения Дэна к своему телу, что по спине поползла
приятная щекотка. Мэри Лу нервно повела плечами и повернулась, чтобы уйти из
ванной...
...И прямо на пороге врезалась в широкую смуглую грудь, покрытую завитками
золотистых волос.
Вопль замер у нее в горле. Перед Мэри Лу стоял Дэн Лапейн, полуголый,
блестящий от пота и невообразимо прекрасный. Мэри Лу некоторое время просто
смотрела на мужчину своей мечты, а затем издала возмущенный вопль:
— Что ты здесь делаешь?!
Дэн мягко улыбнулся.
— Я здесь вообще-то живу. А вот что ТЫ здесь делаешь, хотел бы я знать?
— Я... я пришла забрать свои цветочки. И я никак не предполагала, что
посреди рабочего дня ты можешь быть дома...
— Лу, ты кричала? Ой! Здрасти. Добрый... утро, Дэниэл.
— Добрый день, Лори.
Лори предупреждающе вскинула палец:
— Хочу сразу заявить: я была против. Я говорила с самого начала — это
противозаконно. Если будешь вызывать полицию, отметь в протоколе, что меня
принудили силой.
— Ах ты предательница...
— Лу, прости, но... что такое Лори Корниш против Дэна Лапейна? Он
посадит нас лет на двадцать одной левой.
Дэн ухмыльнулся и лениво привалился к притолоке.
— Я учту чистосердечное раскаяние, Лори. Что же до неурочного
времени... У меня в последнее время чертовски много работы. Вчера закончили
поздней ночью, а сегодня в пять у меня самолет в Бостон. Честно говоря,
теперь я вряд ли смогу проводить в этой квартире много времени, так что даже
хорошо, что ты заберешь цветы. Миссис Арбетнот летит в Чикаго вместе с
Бартом, а для цветов я планировал нанять приходящую уборщицу, но...
Он не сводил с Мэри Лу синих отчаянных глаз, а Мэри Лу, не отрываясь,
смотрела на него. У Лори даже под лопаткой зачесалось — такое напряжение
повисло в воздухе.
Дэн хлопнул себя по лбу:
— Совсем забыл тебе сказать. Папа подписал все бумаги, так что с мая я
вступаю в новую должность.
— Здорово. Поздравляю. Ты, наверное, счастлив?
— Да, пожалуй. Во всем, что касается работы. В Чикаго меня ждет новый
кабинет.
Лори кашлянула:
— Значит, уезжаешь из Большого Яблока? Ну и правильно. С глаз долой,
как говорится, из сердца...
Мэри Лу и Дэн одновременно посмотрели на Лори, и она немедленно увяла.
— Гм... да... пойду-ка я вниз. Поставлю цветочки в багажник, то-се...
Всего тебе самого хорошего, Лапейн.
— И тебе, Лори.
— Ага. Я пошла.
После ухода Лори стало совсем тихо. Теперь Мэри Лу старалась не смотреть на
Дэна, а он так и сверлил ее взглядом.
— Что ж, ты добился всего, чего хотел.
— Не всего.
— Ну... в любом случае теперь у тебя новая интересная должность и...
и... и мы с Лори тоже подумываем сменить обстановку.
— Вот как?
— Да. В здешнем климате трудно заниматься растениями. Возможно, рискнем
переехать во Флориду или Калифорнию — там теплее. В любом случае, впереди
еще столько неизведанного, целая жизнь... Множество новых растений, к
которым надо приспособиться, а еще всякие новые удобрения, подкормки,
инсектициды...
Мэри Лу с ужасом понимала, что несет чушь, но остановиться не могла.
Остановиться значило утонуть в немыслимых синих глазах, наплевать на все
свои принципы и самолично принятые решения, кинуться ему на шею и
признаться, что она была дурой, законченной идиоткой, которая нагородила
столько глупостей, а на самом деле... на самом деле... Любит Дэна Лапейна до
потери пульса!!!
— Выходит, мы оба переезжаем? Здорово.
— Ага...
— Где ты сейчас живешь?
— Зачем тебе это?
— Ну мало ли. Может, письмо захочу написать.
— Пошли по электронной почте.
— Я люблю по-старомодному, на бумаге. Совсем другие ощущения. Эффект
присутствия. Ты будешь мне писать, Мэри Лу?
— Я живу у Лори и Сэма. Временно. Недалеко от Центрального парка. На
краю леса... Наверное, мне пора.
— Да, мне тоже нужно собираться. Приятно было повидаться. Знаешь, так
здорово видеть тебя в этой квартире... пусть даже и ненадолго.
С этими словами Дэн Лапейн шагнул вперед, легко коснулся губами ее губ,
провел ладонью по щеке — и ушел в ванную.
Мэри Лу стояла столбом и млела от моря самых разнообразных ощущений.
Некоторые из них подозрительно напоминали оргазм...
Мэри Лу плюхнулась на сиденье их маленькой машинки и возмущенно посмотрела
на присмиревшую Лори.
— Ты это видела?!
— Да. Потрясающее тело. Как ты ухитрялась динамить его целый месяц — не
понимаю. Я бы такому красавцу отдавалась бы по сорок раз на дню.
— Я не имею в виду его проклятое тело! Я о другом. Холоден и спокоен —
чтоб мне провалиться! А вчерашняя поздняя работа — наверняка враки. Он
провел эту ночь с очередной женщиной. Таких, как Дэн Лапейн, переделать
невозможно. Он — бабник!
— Да, Лу...
—
Да, Лу
— а кто мне верещал насчет того, что Дэн Лапейн может
оказаться неплохим парнем? Не успела я уйти, он уже все позабыл и веселится
с новыми подружками!
— Лу, но ты же не знаешь наверняка? Он мог действительно задержаться на
работе, мог смотреть телевизор допоздна, мог уезжать из города...
— А что это ты его защищаешь, Лори?
— Ничего я не защищаю его, просто нельзя же так сплеча рубить! Кроме
того, я в некотором роде стояла рядом с тобой.
— Ну и что! Ты же не жила с ним месяц! Дэн Лапейн может запудрить мозги
кому угодно.
— Я видела, как он на тебя смотрел.
— И как же он на меня смотрел?
— Так, словно... словно хотел насмотреться на всю жизнь вперед. Он глаз
с тебя не спускал.
— Он злился на меня.
— Нет, сердитым или разозленным он не выглядел. Он выглядел...
влюбленным.
— Не смей мне этого говорить, Лори Корниш! С фантазиями и романтикой
покончено. Хватит с меня семи лет бесплодных мечтаний о принцах! Я
переболела Дэном Лапейном и теперь хочу жить нормальной, полноценной жизнью.
Своей!!! А он пусть живет своей!
— А чего мы орем? Не в лесу ведь...
— И прекрати со мной разговаривать, как с душевнобольной! Я
торжественно клянусь: с этого момента прекращаю думать о Лапейне. Как будто
его и нет вовсе.
Через неделю мрачная и осунувшаяся Мэри Лу Дженнингс лежала на диване в
крошечной квартире Лори и Сэма и смотрела в потолок.
Депрессия навалилась свинцовой плитой, и Мэри Лу ничего не хотелось делать.
Голову она не мыла уже три дня, электронную почту не проверяла неделю.
Хлопнула дверь, и в комнату вошла Лори, непривычно тихая и задумчивая.
— Привет.
— Привет.
— Лежишь?
— Лежу.
— Лу, я хотела поговорить... Тут такое дело...
— Сэм злится, да? Скажи ему, я скоро уеду. Поеду к родителям.
— Да нет, Сэм абсолютно не против, чтобы ты жила с нами, тут другое...
Лу, у них на фирме уволилась менеджер по продажам. Зарплата не ахти, но все
же выше, чем у нас с тобой... Между нами, мы вообще ничего не зарабатываем.
В общем... я хотела спросить у тебя, не будешь ли ты против.
Мэри Лу села и мрачно уставилась на подругу, не произнося ни слова. Лори
немедленно занервничала.
— Нет, если ты против, то так и скажи, и я откажусь. Цветочная фирма —
это ведь твоя давняя мечта, мы с тобой тысячу лет назад решили, что
организуем наш маленький бизнес...
— Похоже, для этого города он оказался чересчур маленьким. Все
правильно, Лори. Давно пора принять решение. Мы обе это знали — просто
боялись сказать правду. Я и сама подумывала о том, что нужно все изменить.
Может, переехать все-таки туда, где цветы цветут круглый год, а может,
вообще заняться чем-то совершенно новым...
— И ты сможешь уехать?
— А меня здесь ничто не держит.
— Кроме Дэна Лапейна.
— Не знаю, о ком это ты.
— Ври-ври, Мэри Лу. Ты же его любишь, это даже кошке понятно. Думаю, ты
только его всю жизнь и любила.
— Даже если и так — эта история окончена. В море полно рыбок, нужно
только пошевеливаться, чтобы поймать их...
Лори в третий раз посмотрела на часы, стараясь, чтобы подруга этого не
заметила. Мэри Лу с подозрением уставилась на Лори.
— Ты куда-то опаздываешь или кого-то ждешь?
— Что ты! Кого мне ждать? А ты причесаться не хочешь?
— Лори, от тебя с ума можно сойти. Зачем мне причесываться? Я собираюсь
погрузиться в крепкий, здоровый сон.
— Тогда переодень пижаму.
— Да зачем?
— Затем!!! Потому что сейчас придет Дэн Лапейн, вот зачем.
Мэри Лу вскочила с дивана и смертельно побледнела.
— Что?! Да как ты...
— Я не виновата, ясно? Он позвонил мне на мобильный и сказал, что нашел
какую-то твою вещь, хочет завезти. Лу, поговори с ним. Даже если хочешь
порвать — поговори с ним. Иначе ты всю жизнь будешь сомневаться, что
поступила правильно.
Звонок в дверь на секунду опередил отчаянный вопль Мэри Лу:
— Не открывай!!!
Лори подбоченилась. Вся ее робость куда-то испарилась.
— И если хочешь знать мое мнение...
— Не хочу! Господи...
— Ну все равно. Так вот, я лично думаю, что он влюблен в тебя, а ты в
него. И в этой ситуации крайне глупо отказываться от собственного счастья.
— Лапейн не способен на любовь!
— С чего ты это взяла?.. Иду-иду, минуточку!.. За тот месяц, что ты
прожила с ним под одной крышей, он хоть раз дал тебе повод так считать?
Водил в дом женщин? Пил пиво с друзьями ночи напролет?
— Но это еще не значит...
— Мэри Лу, позволь сказать тебе со всей ответственностью: ты — дура.
Рядом с тобой оказался человек, который многого добился в жизни, который
порядочен, честен, профессионален, ОФИГИТЕЛЬНО красив, да еще и любит тебя —
а ты верещишь какую-то ерунду и своими руками забиваешь гвозди в крышку
собственного гроба! Иди в ванную, вымой голову и переоденься! От тебя
воняет!
— Неправда!
— Чесноком!
Через двадцать минут Лори подкралась к дверям ванной и задушенным шепотом
поинтересовалась:
— Ты утопилась или повесилась на шнуре фена?
— Еще минуточка и все! Что он делает?
— Сидит. Улыбается. Кивает. Я развлекаю его беседой, и он это ценит.
Наверное. В глубине души. Если честно, он меня не слушает. Он ждет тебя.
— Иду! Как он выглядит?
— Как всегда — великолепно. Только глаза красные, а сам небритый.
— А какие вещи он привез?
— Откуда я знаю? Чемодана при нем не было. Может, это вообще всего лишь
повод?
— Лори... Я надеюсь, ты не будешь торчать вместе с нами в гостиной?
— Я надеюсь, ты помнишь, что это МОЯ гостиная? Шучу. Я уже ушла. Скажу,
что выбегу в супермаркет и куплю чего-нибудь перекусить. Вылезай!!!
Еще через семь минут Дэн Лапейн вскочил со стула навстречу красной как помидор и смущенной Мэри Лу.
— Привет!
— Привет...
— А я вот... зашел.
— Да. Я рада. Правда рада.
— Мэри Лу, я зашел в последний раз. Я больше не буду тебе надоедать. Я
все понимаю.
— О чем ты?
— Ну... я понимаю, почему ты не можешь быть со мной. Я тебя не виню.
— Дэн, я как-то не очень... если честно, я думала, что ты сам этого не
очень хочешь. В конце концов, тебе ведь нужно было всего-навсего произвести
благоприятное впечатление на отца, я все понимаю, я вовсе не...
— Мэри Лу, я знаю про твою любовь.
— Про... кого?!
— Я знаю, что ты давно и безответно любишь одного человека.
— Вз-з-з... ауч-ш...
— Он женат, да? Мэри Лу, я хочу, чтобы ты знала: я тебя очень хорошо
понимаю. С некоторых пор. Я знаю, каково это — любить и знать, что твой
любимый человек никогда не сможет ответить тебе взаимностью.
— ДЭН!!!
— А?
— О ком ты говоришь?
— Ну... о П.П. Ты не сердись на маму, Илси мне просто все рассказала...
Мэри Лу зажмурилась, постояла так немножечко. Потом открыла глаза и медленно
подошла к Дэну Лапейну. Голос ее стал вкрадчивым:
— Значит, ты знаешь о П.П.? Кстати, он не женат.
— Что ж, тогда я желаю тебе удачи. Он не может не полюбить такую
девушку. Просто скажи ему о своих чувствах — и все. В любви надо
признаваться, Мэри Лу... Мы этого стесняемся, городим какую-то чушь, а ведь
все так просто...
— Значит, не может не полюбить? Что ж... Дэн Лапейн, я люблю тебя.
— Да, я то... Что?!
— Я тебя люблю. Я всегда тебя любила, с того самого момента, как ты
въехал в дом миссис Барристер.
— Но П.П...
— П.П. — это ты. Прекрасный Принц — так я называла тебя в том
самом дневнике, который нахально прочитала моя мамочка.
— А... я... Мэри Лу!!!
И на несколько минут в комнате воцарилась тишина, прерываемая только
характерными негромкими звуками, всхлипами и блаженными стонами.
Потом Дэн Лапейн оторвался от губ Мэри Лу и выпалил:
— Завтра, между прочим, день нашей регистрации! И я лично отнесу тебя в
мэрию на руках!
— Я и сама могу дойти, но... лучше отнеси. Кстати, а какую мою вещь ты
принес? Или это был просто повод?
Дэн хлопнул себя по лбу и полез в карман.
— Какой там повод... Это же действительно твое... И на этот раз ты не
отвертишься...
Солнце заглянуло в комнату — и отразилось миллионами маленьких солнц от
бриллианта, горевшего на пальце Мэри Лу Дженнингс. Жаль, что ни Мэри Лу, ни
Дэн не заметили этого зрелища.
Они были заняты.
Они целовались.
Закладка в соц.сетях
