Жанр: Любовные романы
Надменный герцог
...ы
лично объяснила, почему сбежала, не раскрывая ему своего адреса.
Она беспомощно пожала плечами. Теоретически все выглядело превосходно.
Проблема заключалась в том, что отец всегда имел на нее такое сильное
влияние, что даже сейчас она сомневалась в своей способности противостоять
ему.
Она устало ходила по комнате, куря сигарету за сигаретой. Ей виделся
единственный выход. Единственный способ избавить Саммерзов от всякого
чувства ответственности, единственный способ сохранить самоуважение, и все
же колени у нее дрожали от такой перспективы. Она почти улыбалась, гадая,
как у ее воспитанного в викторианском духе отца мог родиться такой
независимый отпрыск! Интересно, есть такие же проблемы у девушек из других
социальных слоев? Она полагала, что есть, так почему же она чувствовала себя
такой беспомощной наедине со своей проблемой?
Интересно знать, что сказал бы герцог, если бы она поведала ему свою
печальную историю. Может быть, он бы посочувствовал и понял, ведь он так
хорошо понимает людей, но, скорее всего, счел бы ее безответственной и
непослушной и сказал бы, что отец, как ее опекун, имеет полное право ей
диктовать. Во всяком случае, она не осмелится пойти на такой риск, иначе с
участием или без участия отца она снова окажется в Лондоне зажатой в тисках
материального благополучия. Может быть, деньги и движут миром, но для нее
они превращались в карусель, в которой она крутилась до полного забытья.
Загасив сигарету, она спустилась в комнату отдыха, где был телефон. Подняв
трубку, она подождала, пока ответит оператор, а затем попросила соединить ее
с
Хоузер риф клаб
, роскошной гостиницей, где обычно останавливался отец,
приезжая на Барбадос.
Ей ответил менеджер, который тотчас же узнал ее, когда она вполголоса
представилась, надеясь, что их разговор никто не услышит.
— Да, да, мисс Линдзи, — с готовностью ответил он. — Рад вас
слышать. Ваш отец был здесь несколько дней назад, искал вас, но безуспешно.
— Я знаю, мистер Максвелл, — быстро сказала Джульет. —
Послушайте, а где он сейчас?
— Полагаю, в Лондоне, мисс Линдзи. Несколько дней назад он отправился в
Нью-Йорк, а оттуда в Англию.
— Понятно. Послушайте, мистер Максвелл, я хочу, чтобы вы кое-что для
меня сделали.
— Да, конечно, мисс Линдзи. Что именно?
— Позвоните в Лондон и поговорите с моим отцом или его
домоправительницей, мисс Мандерс. Скажите, что я буду на Барбадосе в клубе в
пятницу, скажем... в три часа. Если он хочет меня видеть, то мы встретимся
там.
— Вы будете здесь в пятницу?! — с нескрываемым удивлением
воскликнул менеджер.
— Да! Ах, мистер Максвелл, не теряйте времени! В Лондоне сейчас раннее
утро, но или я не знаю собственного отца, или он уже не спит. Вы знаете
номер телефона его дома в Хемпстеде?
— Конечно, мисс Линдзи, номер я знаю. Вы хотите, чтобы я позвонил ему
сегодня вечером?
Разумеется. — Джульет нервно прикусила губу. — Ему понадобится
время, чтобы приехать сюда, и чем раньше он узнает, что я, как говорится,
жива и здорова, тем лучше!
Мистер Максвелл принял ее объяснение без дальнейших споров. Джульет цинично
рассчитала, что за информацию, которую он даст Роберту Линдзи, он получит
море благодарности, значит, от контакта с ее отцом терять ему нечего, а
получить он может очень много.
— Ну что ж, договорились? — поспешно спросила Джульет, услышав доносящиеся из холла звуки.
— Конечно, мисс Линдзи. С нетерпением вас ждем.
— Спасибо, — сухо произнесла Джульет и повесила трубку.
Она резкой походкой вышла в холл, с опаской озираясь и приготовившись
объяснить, что она сверялась с аэропортом на Барбадосе относительно затрат
на дорогу, но никого не увидела. В холле было пусто.
Нахмурившись, она поднялась в свою комнату и задумчиво закрыла дверь. Но
вскоре беспокойство, что разговор кто-то слышал, оставило ее, так как наконец-
то она всерьез подумала о предстоящей встрече с отцом. Надо подумать, и
подумать крепко. Должна же она найти какой-то подход к отцу, какой-то способ
убедить его, что, не представься ей этот шанс, она никогда не стала бы тем
человеком, которого он смог бы уважать.
На следующий день герцог, как и обещал, занялся делами поместья, уехав рано
утром и вернувшись только вечером. Джульет и Тереза возобновили дружеские
отношения, а сестра Мадисон злобно наблюдала за ними, уступив этот раунд
Джульет. Тереза, казалось, приняла объяснения своего дяди, что его общение с
Джульет ограничилось совершенно невинными уроками подводного плавания.
Только Джульет сомневалась в этой невинности! На пляже был момент, когда они
с герцогом остро чувствовали присутствие друг друга, но ведь в этой ситуации
нет ничего необычного! Джульет без ложной скромности признавала, что она
довольно привлекательная женщина, и любой нормальный мужчина на месте
герцога повел бы себя точно так же. Ее отношение к нему было совсем другим
делом, но насчет этого она не заблуждалась. Эстелла Винсей-ро была человеком
его круга и его ровесницей, и она не потерпит никаких препятствий на пути к
своей цели, в этом Джульет не сомневалась. А теперь, когда Тереза
предоставлена ей, Джульет была уверена в том, что Эстелла будет приближать
тот день, когда станет хозяйкой замка де Кастро.
Позже, когда Тереза отдыхала, а Джульет сидела в шезлонге в патио и читала,
появилась сама сеньора Винсейро. Она подошла к Джульет с широкой улыбкой на
маленьком личике.
— А, Розмари! — радостно воскликнула она. — Вас-то я и хотела
видеть!
Джульет неожиданно насторожилась. Эстелла всегда была к ней дружелюбна, и
все же она ей почему-то не верила. Очевидно, сейчас, обнаружив свои чувства,
она повела себя немного скованно и сама презирала себя за свои чувства.
— Здравствуйте, сеньора, — смущенно пробормотала она. — Э...
для чего вы хотели меня видеть?
Эстелла села в шезлонг напротив нее и вздохнула.
— Здесь действительно самое божественное место на острове, —
сказала она, так и не ответив на вопрос Джульет. — Вам, наверное, здесь
уже понравилось?
— О да, — подтвердила Джульет, кивнув. — Но... но мне почему-
то кажется, что на этом острове все места восхитительны!
— Правда? Уже? Что ж, может быть, вы и правы! Просто, глядя на
Карибское море, я думаю о герцоге и, естественно, люблю Вентерру, как родной
дом!
— Естественно, — пробормотала Джульет, чувствуя, что это не пустые
слова. — Э... можно... можно предложить вам чаю? Эстелла надменно
улыбнулась.
— В замке я чувствую себя как дома, — сказала она. — Если я хочу чаю, я прошу, и все!
— Да, конечно, — снова смутилась Джульет. — Я просто
подумала...
Она осеклась, и Эстелла огляделась, по-видимому, чтобы убедиться, что они
одни.
— Скажите, — спросила она, подавшись вперед, — я слышала,
ваши... э... отношения с Терезой наладились?
— Мы с Терезой хорошие друзья, если вы это имеете в виду, —
несколько сухо ответила Джульет.
— Конечно, конечно! Именно это я и имела в виду. Это хорошо. Она вас
приняла! А это самое важное, правда?
Джульет молча наклонила голову.
— Однако я не только об этом хотела поговорить с вами, Розмари. Я...
э... я хочу вам кое-что рассказать о Лоре Уэстон!
Джульет напряглась.
— Тереза мне уже немного рассказала о своей предыдущей компаньонке,
сеньора, — вежливо произнесла она.
Все поведение Эстеллы, то, как она, словно невзначай, назвала ее по имени, а
также почти материнский тон подразумевал доверие, которого Джульет почему-то
не чувствовала.
— Полагаю, да. В конце концов, она была в совершенном восторге, когда
Лора поставила себя в глупое положение перед герцогом. Однако думаю, в этом
деле я могла бы проявить чуть больше сочувствия.
— Не понимаю, при чем тут я, сеньора, — сказала Джульет, чувствуя легкий приступ тошноты.
— Не понимаете? Ах да. Как бы то ни было, я должна вам рассказать о
неприятной дилемме, перед которой оказалась Лора. Видите ли... — Эстелла
снова огляделась, — видите ли, дорогая, Лора была довольно... как бы
это сказать?.. э... привлекательной девушкой и... привыкла, что за ней
ухаживают мужчины. — Она негромко засмеялась. — В конце концов,
американцы славятся своим умением ухаживать за женщинами, не так ли? Во
всяком случае, когда она сюда приехала, готовая завести роман, и
познакомилась с герцогом, она ошибочно приняла интерес герцога к ее работе
за нечто гораздо более личное.
— Как жаль! — сухо пробормотала Джульет.
— Жаль, не так ли? — Эстелла произнесла эти слова как можно более
сочувственно. — И конечно, когда герцог понял... что она... к нему
неравнодушна, ему ничего не оставалось, как только уволить ее. — Она
вздохнула и сделала выразительный жест. — Разумеется, для нее это не
было трагедией. Они с Терезой никогда не ладили. Их отношения и в лучшие
времена были бурными, так что ее отъезд все восприняли как благо.
Она встала, критически рассматривая свои элегантные босоножки.
— Но вы, Розмари, вы другая! Она любит вас, привязана к вам, и я
искренне верю, что благодаря вам она сделает значительный шаг вперед, и
особенно хорошо, что вы с самого начала дали решительный отпор этой
противной Мадисон! Я, впрочем, никогда ее не любила, и чем скорее она будет
уволена, тем лучше!
— Спасибо за добрые слова, — сказала Джульет, прикусив
губу. — Это... все? Потому что, если...
— Нет. Нет, Розмари, это не совсем все! — Эс-телла сжала губы,
очевидно подыскивая нужные слова. — Дело в том, что я приезжала сюда
вчера, когда вы уехали с герцогом! Консуэло мне сказала.
Джульет с самого начала знала, что разговор придет к этому. А теперь она
оцепенела.
— Ну да, — обронила она тихо. Эстелла снова сжала губы:
— Дорогая моя Розмари, у меня нет ни малейшего желания вас оскорблять,
но... боюсь, вы можете попасться в ту же ловушку, что и бедная Лора!
— Я не думаю... — начала Джульет, но ее прервали.
— Подождите, пожалуйста! Я знаю, что вы разумная девушка, Розмари, но,
как я уже сказала, герцог из тех мужчин, кого женщины находят
неотразимыми...
На этот раз Джульет перебила Эстеллу:
— Сеньора! Могу вас успокоить! Я прекрасно понимаю ваше положение и
положение герцога. И я не настолько глупа, чтобы вообразить, что преходящий
интерес, который герцог вчера проявил ко мне, взяв на залив Логанса, нечто
большее, чем то, чем он был в действительности!
Эстелла перестала беспокойно расхаживать взад-вперед и посмотрела на нее:
— Я верю, что именно это вы и имели в виду, Розмари!
— Конечно, я это и имела в виду! — воскликнула Джульет, пытаясь
справиться с охватившим ее волнением.
Ведь это была не любовь! Этот момент откровения на пляже не был любовью. Это
просто увлечение! Любовь — штука очень тонкая и совсем не похожа на хищного
монстра, пленившего ее! Эстелла улыбнулась:
— Я рада, что вы понимаете, моя дорогая! Мне очень трудно заводить об
этом разговор, но Фели-пе, похоже, понятия не имеет, какое впечатление он
производит на влюбчивых женщин!
— Я не влюбчивая женщина, — натянуто произнесла Джульет. — В
отличие от португальских женщин в британских женщинах поощряется стремление
к полной независимости, а герцог отнюдь не самый привлекательный мужчина из
тех, кого я встречала!
Последние слова были сказаны очень горячо, и Эстелла слегка прищурилась.
— Вы хотите сказать, что знали многих мужчин? — спросила она, загадочно глядя на Джульет.
Джульет пожала плечами.
— Конечно, — ответила она деланно легкомысленным тоном. — Уж
не думаете ли вы, что британские женщины выходят замуж за первого
встречного, проявившего к ним интерес?
Эстелла пожала плечами:
— Разумеется, ваши обычаи отличаются от наших. Я забыла. — Это
было сказано довольно высокомерно, и Джульет остро ощутила свою
второсортность.
— Это все, сеньора?
Джульет поднялась, чтобы уйти. Ей захотелось убежать от Эстеллы так далеко,
как это позволяли сделать размеры замка. Ее подозрения относительно Эстеллы
Винсейро подтвердились. Если что-нибудь угрожает осуществлению ее планов,
она может быть безжалостной. Джульет задала себе вопрос: а было ли полностью
оправданным внезапное увольнение Лоры Уэстон? Может быть, она начала
проявлять интерес к герцогу, а Эстелла, испугавшись соперничества, выдала
чувства девушки за нечто неприятное для такого утонченного человека, как
герцог де Кастро?
Эта мысль сразу же вызвала к жизни другую. Тогда, в первый день, когда она
сказала герцогу, что Тереза влюблена в него, реакция последовала
незамедлительно. Если Эстелла постоянно внушает ему свое мнение, ему, может
быть, трудно отличить правду от вымысла. Очевидно, Эстелла одержима мыслью,
что любая женщина, посмотревшая на герцога, будет строить насчет него планы,
а он, вероятно, с самого начала пренебрегает ее замечаниями. Но, обвинив
Терезу и поддержав Эстеллу, она, Джульет, невольно дала в руки последней все
козыри! Господи, ну и ситуация! Ей вдруг захотелось все бросить и вернуться
с отцом в Англию, если завтра он придет на встречу с ней.
Но она понимала, что не вернется: не может! Через это она должна пройти до
конца, даже если концом будет анафема! А еще Тереза, которая, Джульет не
сомневалась, вовремя поймет всю бесплодность своих чувств к герцогу,
годящемуся ей в отцы.
Тереза нуждается в ней, в этом Джульет теперь ничуть не сомневалась, когда
Эстелла предстала перед ней в своем истинном обличье. Эстелле ни до кого нет
дела, кроме себя самой. Тереза для нее всего лишь ненужное препятствие, и
она решила найти ей компаньонку, чтобы освободить герцога для себя! Если
Тереза страдает от перемены компаньонок, это вполне входит в ее планы!
Сейчас Эстелла приветливо улыбалась.
— Рада, что нашла в вашем лице союзницу, Розмари, — вкрадчиво
произнесла она. Но Джульет помотала головой и слепо направилась к дому. Она
не осмелилась заговорить. Эмоции переполняли ее, и она могла думать только о
том, как Эстелла истолкует ее внезапный уход.
Глава 7
На следующее утро была замечательная, ясная погода, и тем не менее Джульет
было трудно встать с постели. Мало того что она испытывала душевную муку
оттого, что ей придется провести день в обществе герцога, ее страшила и
перспектива встречи с отцом, к тому же она не могла придумать благовидного
предлога своей отлучки в Бриджтаун. Конечно, с тех пор, как она приехала в
Вентерру, у нее не было ни одного официального свободного дня, и герцог вряд
ли будет возражать, но, безусловно, проявит любопытство.
Когда она в плотно облегающем алом платье с высоким воротом И без рукавов
вышла в патио к завтраку, герцог уже завтракал с Терезой, и заливистый смех
девушки эхом разносился во дворе замка.
Как только она подошла, он встал, пожелал ей доброго утра и, прежде чем
сесть самому, подождал, пока она сядет за стол. У него было загадочное
выражение лица, и ей бы хотелось знать, о чем он думает. Вчера вечером он
обедал вне дома, и хотя она понимала, что это глупо, но воспоминания о том
взрывоопасном моменте на пляже преследовали ее до сих пор.
— Вы готовы к путешествию? — вежливо осведомился он, и Джульет
кивнула:
— Да, сеньор. Но... я кое о чем хочу вас попросить!
Он насторожился.
— Вы не будете возражать... если я отлучусь на пару часов, когда мы
будем в Бриджтауне?
— Пару часов? — Он нахмурился. — Простите, но как понимать
вашу просьбу?
Джульет покраснела. Положение сильно осложнялось.
— Я понимаю, что кажусь неблагодарной, сеньор, но с тех пор, как я
здесь появилась три недели назад, у меня фактически не было свободного
времени. Я хочу сказать... — она заторопилась, — я хочу сказать,
времени, полностью свободного от моих хозяев и всей обстановки...
Выражение лица герцога стало ледяным.
— Понятно. Боюсь, этого я не учел. Вероятно, я был глуп, если
воображал, что простые обязанности, возложенные на вас, на самом деле не
представляют собой работу. Кажется, я ошибался. Разумеется, мисс Саммерз, вы
можете взять пару часов!
Джульет внутренне сжалась. Даже Тереза казалась задетой и обиженной, и она
почувствовала себя совершенной дрянью. Но как она могла объяснить истинные
причины?
Такое несчастливое начало дня не предвещало удачного путешествия.
Гидросамолет перенес их через широкое пространство моря и островов, но
утренний разговор всем испортил настроение, и Джульет почти пожалела, что не
отложила просьбу до более позднего времени. Теперь она отравила день не
только себе, но и Терезе. А герцог казался молчаливым и отрешенным и даже к
своей подопечной не проявлял привычной нежности.
В Бриджтауне они позавтракали в отеле в центре города, понаблюдали за
забавными, подчас гротесковыми полицейскими, стоящими на постах, и
прохожими, мелькающими взад-вперед, как в калейдоскопе. Тереза с восторгом
смотрела на осликов, важно шагающих по улицам, ей не терпелось посетить
рынок и порт, и Джульет не успела подумать, как потактичнее обставить свою
отлучку, а стрелки часов меж тем уже приближались к половине третьего. У
герцога на острове в аэропорту стояла машина, и Джульет предполагала, что он
поедет с Терезой осматривать окрестности, а ей предоставит свободное время.
Однако, когда она намекнула, что ей пора идти, реакция герцога была совершенно неожиданной для нее.
— Скажите, сеньорита, — пробормотал он, когда они остановились
возле роскошного автомобиля, нагло припаркованного в запрещенном месте, в
котором на переднем сиденье терпеливо сидела Тереза, — я ошибаюсь или у
вас какая-то тайная встреча?
Она густо покраснела и неловко поежилась под проницательным взглядом его
темных глаз.
— Пожалуйста, сеньор! — воскликнула она. — Неужели вы не
можете предоставить мне несколько минут свободного времени, не требуя
объяснений?
Лицо герцога помрачнело.
— Нет, не могу, сеньорита! — ответил он, подавляя гнев, который
она тем не менее прекрасно почувствовала. — Пока вы работаете у меня, я
буду знать, где, как и с кем вы проводите время!
От его высокомерных слов Джульет почувствовала приступ безотчетной ярости.
— Да как вы смеете так со мной разговаривать? — гневно воскликнула
она. — Может быть, я и работаю у вас, но я не ваша собственность!
— Сеньорита, вы переходите все границы! — огрызнулся он.
— Это вы переходите границы, сеньор! — отрезала она, не обращая
внимания на бросаемые в их сторону заинтересованные, многозначительные
взгляды.
— Сеньорита, на Барбадосе меня знают, и я не позволю вам ставить меня,
да и себя тоже, в дурацкое положение! — отчеканил он и, почти не
понимая, что делает, затолкал ее в машину и захлопнул за ней дверь. Прежде
чем она смогла собраться с духом, он сел на переднее сиденье и включил
зажигание.
— Как вы смеете! — Она раскрыла рот от удивления, подавшись
вперед, и даже Тереза, казалось, была потрясена нехарактерным поведением
дяди, потому что она искоса посмотрела на него и сказала:
— Сеньорита Саммерз имеет право поступать так, как ей нравится, дядя
Фелипе!
Герцог бросил на нее яростный взгляд:
— Ты тут ни при чем, Тереза, и, будь добра, не вмешивайся! — Он
резко повернул за угол, от чего Джульет буквально пригвоздило к сиденью, и
сказал: — Если скажете, куда ехать, сеньорита, я вас отвезу!
Джульет сжала губы. Вряд ли девушка с ограниченными средствами могла бы
выбрать для встречи
Хоузер риф клаб
, но гнев перевесил другие чувства, и
она приняла решение. В конце концов, герцог не узнает, зачем она туда едет.
Вот пусть и поразмыслит над этим, это пойдет ему на пользу!
Прикусив губу, она снова подалась вперед.
—
Хоузер риф клаб
, — холодно произнесла она. — И
поторопитесь, я должна быть там в три часа!
— Не приказывайте мне, сеньорита, или вы окажетесь в еще более трудном
положении, — отрезал он, и Джульет почувствовала себя пристыженной.
Несмотря на всю ее дерзость, ситуация ей не нравилась, она хотела бы
встретиться с отцом без всех этих осложнений.
Хоузер риф клаб
находился за чертой Бриджтауна, на берегу, роскошный,
богато и красочно обставленный, с неправильной формы бассейном, обросшим
жасмином и алым гибискусом.
Гостей селили в индивидуальных шале на очаровательных участках, каждый из
которых выходил на море. В большом здании располагался ресторан и ночной
клуб, но по желанию еду гостям подавали прямо в шале.
Герцог развернул машину и остановился перед украшенным колоннами входом в
клуб. Джульет быстро вылезла из машины, и из вращающейся двери к ней
стремительно выбежал высокий, широкоплечий человек средних лет. Его темные
волосы, тронутые сединой, тревожное выражение лица и лоб, на котором
обозначилось несколько морщинок, были до боли знакомы Джульет, и, услышав, с
каким облегчением он воскликнул:
Джульет!
, она без лишних слов кинулась
прямо к нему в объятия. Только резко захлопнувшаяся дверь машины герцога и
его молниеносное исчезновение омрачили для Джульет этот момент.
Но затем отец полностью завладел ее мыслями.
— Боже мой! — пробормотал он, когда наконец отпустил ее и обнял за
плечи. — Если ты еще раз так поступишь со мной... — Он покачал
головой. — Что же ты творишь? Когда я получил сообщение Максвелла, я
чуть не сошел с ума!
Джульет взяла себя в руки, и они прямо по подстриженной зеленой лужайке
направились к шале Роберта Линдзи. Там они сели на веранде, выходящей на
пенящиеся голубые воды Карибского моря, и стюард принес
Дайкири
. Джульет
зажгла сигарету и немного расслабилась, заставляя себя забыть обо всем,
кроме отца.
— Ну, — начал Роберт Линдзи, закурив сигару и сев рядом с ней,
словно боясь, что она может снова исчезнуть в облаке дыма. — Что
происходит?
Джульет провела пальцем по складке юбки:
— Ты же прекрасно понимаешь, папа, что происходит! Я здесь получила
работу.
Роберт Линдзи пристально рассматривал склоненную голову дочери:
— Зачем?
— Неужели снова будем заводить этот разговор? Я тебе уже не раз
говорила, я хочу независимости. Всю мою жизнь за меня все решал ты. Ты
выбирал мне школы, подруг; ты даже собирался выбрать мне мужа! Боже правый,
неужели ты не понимаешь, что-это ужасно?
Отец нахмурился.
— Джульет, — печально произнес он, — в этом мире существуют
две категории людей: победители и проигравшие! Я... я не скажу, что
принадлежу к счастливчикам, которые добились успеха благодаря удаче, но я
могу причислить себя к счастливой категории победителей!
— Ах, папа!
— Что опять не так?
— Это твой любимый аргумент! Господи, жизнь сложная штука! Некоторые
победители, или те, кого ты называешь победителями, вовсе не победители, а
проигравшие! И наоборот. Ты судишь только по материальному достатку! Вот
почему ты не позволял мне самой выбирать подруг. Ты считаешь, что если
человек не преуспел в финансовом отношении, то он неполноценен. А это
неправда!
— Что ж, продолжай! Мы действительно смотрим на это по-разному, —
сказал Роберт Линдзи, жуя сигару. — Однако мы уходим в сторону. Почему
ты уехала в такую даль и ничего мне не сообщила?
— Ну вот! — Джульет уставилась на него, не веря своим ушам. —
Ты же знаешь, почему я скрываю, чем занимаюсь! Потому что, если бы я тебе
сказала или посоветовалась с тобой, ты бы поднял меня на смех!
— И поэтому ты предпочла поднять на смех меня? Джульет сжала губы:
— Ах, папа, все было не так! Я только хотела найти работу, хотела иметь
право говорить, что сама зарабатываю деньги, а не беру их у тебя! Тебе бы
понравилось, если бы тебе пришлось просить о том, чего ты хочешь, и получить
это только в том случае, если человек, у которого ты просишь, считае
...Закладка в соц.сетях
