Жанр: Любовные романы
Мой герой
...ала секретарша.
Она помедлила, будто собиралась добавить что-то еще, но сомневалась, стоит
ли это делать. Затем все-таки решилась и заговорила на едином дыхании: — Как
я только что сказала, я работаю с мистером Дейвидсоном уже несколько лет, и,
по-моему, вам следует знать, что он впервые посылает розы женщине.
Всю остальную часть дня Бейли буквально витала в облаках. В пять часов она
поспешила в ближайший универмаг, захватив с собою одну розу на длинном
стебле. За считанные минуты выбрала красивое пурпурно-золотистое шелковое
платье с широким черным поясом и золотой пряжкой. Затем поспешила в обувной
отдел и купила замшевые лодочки, а в отделе драгоценностей отыскала серьги и
великолепное золотое ожерелье.
Из универмага Бейли со всех ног помчалась к подземке, прижимая к груди
покупки и красную розу. Она потратила целое состояние, но выглядеть красивой
в глазах Паркера стоило этой суммы. Ни один мужчина никогда не посылал ей
роз, и каждый раз, когда она вспоминала об этом, ее сердце таяло. Какой
романтический поступок! Подумать только, он даже советовался с миссис
Снайдер!..
К шести тридцати Бейли была почти готова. Оставалось причесаться и обновить
макияж, но на это ушло немного времени. Она стояла перед зеркалом в позе
манекенщицы, положив руку на бедро, выдвинув вперед плечо, и любовалась
своим отражением, когда в дверь постучали.
О нет! Паркер приехал слишком рано. Слишком рано. Что же делать? Крикнуть
через дверь, чтобы он вернулся позже? Пригладив волосы и тряхнув головой,
Бейли решила, что как-нибудь выкрутится.
— Ты готова? — спросила Джо-Энн, входя в комнату с папкой в одной
руке и сумочкой в другой. При взгляде на Бейли она раскрыла рот от
удивления. — Красиво, — кивнув, одобрила она, — но слишком
нарядно для обычного заседания.
— О Боже! Совсем забыла тебе позвонить!
— Позвонить? Зачем? Мы же обо всем договорились.
Бейли почувствовала себя виноватой — чувство, которое в последнее время
часто накатывало на нее, — за то, что напрочь забыла о вечернем
мероприятии. Все из-за Паркера. Со времени первого поцелуя он всецело владел
ее мыслями.
Прошлым вечером они не целовались. Желание, конечно, было, скрывать нечего;
воспоминания о его прикосновениях будоражили ее. Со времени разрыва с Томом
Бейли чувствовала себя как бы замороженной. Все ее эмоции пребывали в сонном
состоянии. Но с каждой новой встречей под воздействием общения с Паркером
она постепенно оттаивала.
— О, тебе прислали красную розу, — ровным тоном констатировала Джо-
Энн. Она прошла в глубину комнаты, взяла цветок, поднесла к носу и с
удовольствием вдохнула тонкий аромат. — Могу догадаться, что это от
Паркера! Я не ошиблась?
Бейли кивнула.
— Когда я вернулась после обеда, в вазе ждала дюжина таких роз.
По лицу Джо-Энн разлилась самодовольная улыбка.
— Паркер зашел к нам в офис, когда я была на ленче, — мы с ним
разминулись... — забормотала Бейли.
Джо-Энн обошла ее кругом, открыто восхищаясь нарядом подруги.
— Он пригласил тебя поужинать? — Ее взгляд остановился на
пурпурных замшевых лодочках, идеально подходивших к платью.
— Поужинать? С чего ты взяла?
— Платье-то новое.
— Это старье? — Бейли нервно рассмеялась.
Джо-Энн потянула за ценник, свисавший с рукава, и, усмехнувшись, оторвала
его.
— Очень смешно! — простонала Бейли. Она посмотрела на часы,
надеясь, что Джо-Энн поймет намек и уйдет.
Приятельница явно наслаждалась таким поворотом событий.
— Значит, ты решила простить Паркера?
— Джо-Энн, пожалуйста, он должен прийти с минуты на минуту.
Но той доставляло удовольствие не обращать внимания на ее мольбы.
— Ты всерьез увлеклась этим парнем, не так ли?
Неужели для того, чтобы сделать сие обстоятельство еще более очевидным,
подумала Бейли, ей следует нацепить на грудь рекламный плакат с объявлением
этого факта и в таком виде разгуливать перед его офисом?
— Да.
— Давно?
— Давно, — нехотя призналась Бейли.
— И что ты думаешь обо всем этом?
Охваченная раздражением, Бейли с трудом подавила желание воздеть руки к
потолку.
— Ты прекрасно все понимаешь. Меня уже дважды бросали. Я очень боюсь. А
теперь тебе лучше уйти. — Она стала легонько подталкивать Джо-Энн к
двери, но, заметив, что подруга не хочет понять явный намек, с силой сжала
ее локоть. — Прости, что я тебя выпроваживаю. Я передам твой привет
Паркеру.
— Хорошо, хорошо, — вздохнула Джо-Энн. — Сейчас исчезну.
Бейли искренне сомневалась в этом.
— Скажи остальным, что... что-то случилось, но в следующий раз я приду
обязательно. — Руками она упиралась в поясницу Джо-Энн, подталкивая ее
вперед. — До свидания, Джо-Энн!
— Ухожу, ухожу, — дурачилась подруга уже по другую сторону порога.
Внезапно став серьезной, она повернулась к Бейли. — Обещай мне, что
хорошо проведешь время.
— Не беспокойся, все будет в порядке. — Если она успеет
подготовиться до того, как появится Паркер. Если сможет совладать со своими
нервами. Если...
Когда Джо-Энн наконец исчезла, Бейли захлопнула дверь и бросилась в ванную.
Открыв флакон духов, она слегка мазнула запястья, когда в дверь снова
постучали. Господи, неужели опять Джо-Энн? Резко выдохнув, чтобы
успокоиться, Бейли открыла дверь и отступила в сторону.
— Паркер, — прошептала она таким дрожащим голосом, словно он был
последним человеком, которого она ожидала увидеть у себя в гостях.
Он нахмурился.
— Мне правильно передали ваше сообщение? Вы ведь приняли мое
приглашение, не так ли?
— О да, конечно. Пожалуйста, входите.
— Благодарю.
Не отрывая от нее глаз, он вошел в комнату.
— Надеюсь, я не слишком рано?
— Нет-нет, как раз вовремя.
Не зная, куда девать руки, Бейли уставилась на носки своих туфелек, как
застенчивая школьница.
— Я полагаю, вы получили розы?
— О да, спасибо. — У Бейли перехватило дыхание, когда она украдкой
взглянула на ту единственную, которую принесла с работы. — Они
прекрасны. Я оставила букет на своем столе. Это очень мило с вашей стороны.
— Я не смог придумать другого способа принести свои извинения. Вот
только не знаю, поступил бы так же ваш герой или нет.
— Он... поступает именно так.
— Следовательно, я соответствую персонажу.
— Да. И очень точно.
— Хорошо. — Его губы дрогнули в легкой улыбке. — Но может,
приглашением на ужин я вторгся в ваши планы?
— Неважно, я их изменила, — сообщила Бейли.
К заседаниям кружка она относилась с полной ответственностью, но одно можно
и пропустить, ничего не случится.
— Думаю, я должен объяснить, что ужинать мы будем в доме моих
родителей. Не возражаете?
У его родителей? Бейли мгновенно напряглась.
— Напротив, я рада познакомиться с вашей семьей, — ответила она,
стараясь придать голосу как можно больше убедительности. И бросила Паркеру
мимолетную улыбку.
— Мама и отец очень хотят встретиться с вами.
— Правда?
Бейли опешила. То обстоятельство, что Паркер упоминал о ней в разговорах с
родителями, явилось для нее полнейшим откровением. А Паркер не спеша подошел
к окну.
— Итак, как прошел ваш день? — поинтересовался он.
Бейли потупила взор.
— Утро выдалось трудным, но вторая половина дня... вторая половина была
чудесна.
— Вчера я вел себя как ревнивый идиот, не так ли? — Паркер не стал
дожидаться ее ответа. — В ту минуту, когда я увидел вас в объятиях
другого мужчины, меня охватило единственное желание — увести вас от него.
Поверьте, я далек от того, чтобы гордиться своим поведением.
Паркер нервно провел ладонью по волосам, и Бейли поняла, что он очень
возбужден. Чуть погодя он продолжил:
— Не сомневаюсь, вы уже догадались о моих весьма низких способностях к
танцам. Поэтому, когда этот тип попросил вас стать его партнершей, у меня не
возникло возражений. Если быть до конца откровенным, я даже почувствовал
облегчение. Может, мужчины и должны уметь двигаться на танцевальной
площадке, но у меня обе ноги левые. То, что я испортил всю эту историю с
идеальным героем, беспокоит меня меньше всего. Я знаю, для вас она значит
гораздо больше, но меня это не может изменить.
— Я и не ожидала, что вы изменитесь.
Он кивнул.
— Самое худшее заключалось в другом: по собственной глупости я лишился
того, чего мне хотелось больше всего на свете.
— А именно?
— Поцеловать вас снова.
— О, Паркер...
Вот и сейчас он ее поцелует. Бейли поняла это с той же ясностью, как и то,
что расплачется от отчаяния, если он этого не сделает.
Кто из них потянулся первым, так и осталось загадкой, зато Бейли мгновенно
познала идеальную гармонию их чувств, а в его объятиях она ощутила такое
спокойствие и уют, словно они были предназначены друг для друга судьбой.
Губы Паркера слились с ее губами. Бейли негромко простонала; все ее тело
охватила дрожь. Медленно, но неотвратимо дремлющие в ней раньше чувства
пробудились, и это было похоже на то, как нежные лепестки розы раскрываются
и тянутся навстречу солнцу.
Неизведанные прежде чувства испугали — ее охватило смятение. Оторвавшись от
Паркера, Бейли уткнулась лицом в его сильную шею. Только теперь, казалось,
Паркер ощутил, как сильно она дрожит.
— Я испугал тебя?
Если бы он только знал!
— Не так, как ты думаешь, — медленно призналась она. — Уже
давно ни один мужчина не обнимал меня так. Я пыталась убедить себя, что
никогда в жизни не захочу этого снова. А вот сейчас должна признаться, что
потерпела поражение.
— Значит, ты хотела, чтобы я поцеловал тебя?
— Да.
Пальцем он приподнял ее подбородок и заглянул в глаза. Бейли подумала, что
готова целую вечность смотреть на него, но несносный Макс выбрал именно этот
момент, чтобы пересечь спинку дивана, громким мяуканьем выражая свое
неодобрение. Эта территория принадлежала ему, и он не собирался терпеть
какие бы то ни было вторжения.
— Наверное, нам пора идти, — неохотно произнес Паркер.
— О, конечно... — откликнулась Бейли.
Она нервничала перед предстоящей встречей с семьей Паркера. Нервничала
больше, чем готова была признаться самой себе.
Когда-то Том решил познакомить Бейли со своими родителями — как раз за
несколько дней до объявления о помолвке. Она хорошо помнила, как Том
неожиданно объявил, что настало время встретиться с его семьей. Именно тогда
Бейли осознала, насколько серьезными стали их отношения.
Семья Тома оказалась очень милой, но Бейли все время чувствовала на себе
оценивающие взгляды, и, как ей казалось, окончательный вердикт был
отрицательным.
За всю дорогу до Дейли-Сити Бейли не произнесла больше двух слов. Наконец
они подъехали к элегантному двухэтажному каменному особняку с огромным
палисадником. Паркер помог Бейли выбраться из машины и сразу обнял за плечи.
— Вот мы и прибыли, — сказал он и ласково улыбнулся.
— Ты сам проектировал этот дом?
— Нет, но он мне нравится. Тут родились мои самые лучшие замыслы.
Парадная дверь отворилась, и пожилая чета вышла им навстречу. Мать Паркера
была высокого роста, с царственной осанкой; седые волосы уложены в красивую
прическу. Зато в пышных волосах отца лишь кое-где проглядывала седина.
— Мама, отец, это Бейли Йорк, — представил ее Паркер, не снимая
руки с ее плеча. — Бейли, познакомься — Ивонна и Бредни Дейвидсон, мои
родители.
— Добро пожаловать, Бейли, — произнес Бредли с теплой улыбкой.
— Очень приятно познакомиться с вами, — сказала Ивонна и подошла
ближе. На мгновение ее глаза встретились с глазами сына, после чего она
добавила: — Давно пора.
— Пойдемте в дом, — пригласил отец Паркера.
Он постоял у двери, ожидая, пока все пройдут в просторный вестибюль. Пол был
выложен черными и белыми квадратами полированного мрамора; у левой стены
длинная винтовая лестница вела наверх.
— Как насчет того, чтобы чего-нибудь выпить? — предложил
Бредли. — Виски? Коктейли? Вино?
Бейли и мать Паркера выбрали белое вино, Паркер и Бредли предпочли виски.
— Я помогу тебе, отец, — сказал Паркер, и женщины остались
наедине.
Ивонна провела Бейли в гостиную. Бейли уселась на кожаный диван.
— У вас очень красивый дом.
— Спасибо, — отозвалась Ивонна.
В уголках ее рта играла легкая улыбка. С чего бы это? — озадаченно
подумала Бейли. Да и разглядывает ее как-то странно... Может, у нее порван
чулок? Или что-то не в порядке с одеждой?
— Простите меня, — сказала старшая женщина. — Розанна Снайдер
— мой хороший друг, и несколько недель назад она рассказала мне о вас.
Тут Бейли словно горячей волной окатило: она вспомнила, как наврала
секретарше Паркера, что она старый друг семьи.
— Я... наверное, вам интересно, почему я заявила, что знаю Паркера.
— Нет, хотя должна признаться, это заставило меня поломать голову. Я
никак не могла вспомнить никаких Йорков.
— Вы и не можете их знать...
Бейли сложила руки на коленях, не зная, о чем говорить дальше.
— А Розанна права. Вы действительно очаровательная девушка.
— О, ну что вы...
— Я уже начала сомневаться в том, что Паркер когда-нибудь снова
влюбится. Он так переживал из-за Марии, так близко к сердцу принял их
разрыв... — Она помолчала, а затем оживленно сказала: — Но теперь это
уже все в прошлом.
Бейли решила проигнорировать намек на то, что Паркер влюбился в нее. В
настоящий момент ее беспокоило другое.
— Паркер рассказывал вам, как мы познакомились? — Только бы он
ограничился упоминанием о том, что они случайно столкнулись в подземке,
мысленно взмолилась она.
— Конечно, рассказал, — вместо матери ответил Паркер, входя в
комнату. Он уселся на ручку кресла и обнял Бейли за плечи. Его смеющиеся
глаза не отпускали ее. — Я упоминал, что Бейли пишет романы о любви, не
так ли, мама?
— Да, ты упоминал, — подтвердила Ивонна. — Надеюсь, ты не
забыл поведать ей, что я страстная читательница подобной литературы?
— Нет, до этого мы еще не дошли.
Бейли заерзала в своем кресле. Неудивительно, что Ивонне с трудом удавалось
скрыть свое веселое настроение, если Паркер проболтался, как она
преследовала его от подземки до офиса...
Появился отец Паркера, держа поднос с приготовленными напитками. Поставив
поднос на столик, он не замедлил раздать всем бокалы.
В течение некоторого времени все четверо оживленно беседовали, а потом
Ивонна поднялась и сказала:
— Пойду проверю жаркое.
— Могу я помочь, дорогая?
— Помоги, отец, помоги, — улыбнулся Паркер. — А я пока что
развлеку Бейли семейными фотографиями.
— Паркер, — укоризненно сказала Бейли, едва его родители оказались
вне предела слышимости, — как ты мог?
— Как я мог что?
— Рассказать своей матери, как мы познакомились? Она же наверняка приняла меня за ненормальную!
Нисколько не смутившись, Паркер широко улыбнулся.
— Честность лучшая политика.
— Не спорю, но наша встреча была настолько... необычной.
— Конечно, но я должен признаться, моему самолюбию польстило, что ты
восприняла меня как классический материал для своего героя.
— Беру свои слова обратно, — положив ногу на ногу, заявила Бейли.
Паркер рассмеялся и хотел было что-то сказать, но тут в комнату вошел Бредли
с бутылкой в руках.
— Шампанское? — спросил Паркер. Отец с гордостью поднес бутылку к
его лицу, чтобы он мог рассмотреть этикетку. — Да еще такое дорогое?
— Ты прав, черт возьми! — воскликнул Бредли. — Самое дорогое.
Ведь не каждый день наш сын объявляет, что нашел женщину, на которой хочет
жениться!
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Потрясенная Бейли с недоверием посмотрела на Паркера. Она осознала, что
стоит, но не помнила, как поднялась с кресла. Внезапно грудь ее стеснило,
стало трудно дышать, словно в комнате не хватало свежего воздуха.
— Я сказал что-нибудь не то? — с явным огорчением спросил Бредли,
обращаясь к сыну.
— Было бы лучше, если бы ты оставил нас наедине на несколько
минут, — нахмурившись, проговорил Паркер.
— Прости, сынок, я не хотел ляпнуть лишнее...
— Все в порядке, папа.
Отец вышел из комнаты.
Бейли подошла к массивному каменному камину и уставилась на решетку, где
были уложены дрова и растопка.
— Бейли! — негромко позвал Паркер за ее спиной.
Она резко обернулась к нему лицом, не в силах произнести ни слова. От
возмущения ее всю трясло.
— Я понимаю, для тебя это явилось... неким сюрпризом.
— Неким сюрпризом? — вскричала она.
— Ну, хорошо, потрясением.
— Мы... мы познакомились всего месяц назад!
— Это правда, однако мы знаем друг друга гораздо лучше, чем многие
пары, которые встречаются годами.
— Я... Не слишком ли самонадеянно с твоей стороны... говорить о
помолвке?
Бейли никак не могла успокоиться. С того момента, как они впервые заговорили
друг с другом, она ясно дала понять, что не имеет никакого намерения
вступать в личные отношения с мужчинами. Кто мог ее осуждать после того
опыта общения с представителями противоположного пола, которым она
располагала? Еще об одной помолвке, даже с таким чудесным человеком, как
Паркер, не могло быть и речи.
— Да, я поступил опрометчиво.
— Так как же ты мог предположить такое? Помолвки для меня гибельны! Я
не хочу еще раз проходить через это. Не желаю!
Он нахмурился.
— Согласен. Я допустил ошибку.
— Вот именно. — Бейли прошла через комнату и встала позади кресла,
держась одной рукой за его спинку. — Дважды, Паркер, дважды. — Она
вытянула вперед два пальца. — И оба раза, оба раза меня бросили. Я не
могу снова пережить такой позор. Просто не могу.
— Позволь мне все объяснить, — негромко произнес Паркер. — В
течение долгого времени мои родители ждут, что я наконец женюсь.
— Замечательно. Значит, иными словами, ты использовал меня. Сделал
козлом отпущения. Скажи, ты все это выдумал сам? Как изобретательно!
По тесно сжатым челюстям было видно, как трудно Паркеру сохранять
самообладание.
— Ты ошибаешься, Бейли.
— Почему же? Я все поняла.
— Да ничего ты не поняла! — сердито возразил Паркер.
— Видимо, я такая наивная дурочка, что тебе ничего не стоило вовлечь
меня в свои жестокие планы.
— Жестокие планы? По-моему, ты становишься слишком мелодраматичной.
— Я? Не забудь, ты разговариваешь с женщиной, которую уже завлекали и
обманывали. Дважды. Почти все мужчины, которых я знала, рано или поздно
превращались в жестоких лжецов.
— Бейли, я не использую тебя. — Паркер пересек комнату, встал
прямо перед ней и положил руки ей на плечи. — Думай обо мне что хочешь,
но ты должна знать правду. Да, мои родители будут счастливы, если я женюсь,
но, хотя я очень люблю свою семью, никогда бы не стал использовать тебя или
кого-нибудь другого для удовлетворения их желаний.
Бейли нахмурилась, не зная, чему верить. Его взгляд был таким искренним,
таким притягивающим.
— Тогда на каком основании ты им объявил, что нашел женщину, на которой
хочешь жениться?
— Потому что я нашел такую женщину. — Глаза Паркера
посветлели. — Я все больше влюбляюсь в тебя. Да что там — я влюбился с
первого момента нашего знакомства.
Бейли заморгала, стараясь сдержать подступившие слезы.
— Сейчас тебе кажется, что ты в меня влюблен, — прошептала
она, — но это будет длиться недолго. Ты не успеешь опомниться, как
повстречаешь другую и влюбишься в нее, а меня больше не захочешь знать.
— Этого не произойдет, Бейли. Ты обязательно наденешь свое почти
неиспользованное свадебное платье — и наденешь его для меня.
Во все глаза она смотрела на него, не веря тому, что слышит.
— Я совершил ошибку, рассказав маме о тебе. Фактически первой была
Розанна Снайдер, ей так и не терпелось поведать о тебе своей подружке. После
этого мама не отставала от меня с просьбами пригласить домой, чтобы она и
отец могли с тобой познакомиться. Все еще более осложнилось, когда к этому
подключился отец; и за парой стаканов хорошего виски я признался в своем
желании жениться. Естественно, оба чуть с ума не сошли от радости.
— Да, конечно. — Сосущее ощущение в животе не оставляло Бейли.
— Я не хотел торопить тебя, но, так как отец нечаянно проболтался,
лучше внести ясность. У меня благородные намерения.
— Сейчас — да, но они недолговечны, — возразила она.
Паркер расправил плечи и глубоко вздохнул.
— Моя любовь не пройдет. Я понимаю, у тебя не было времени разобраться
в своем отношении ко мне. Но я надеялся... — он замялся, нахмурил
брови, — что мы сможем серьезно поговорить несколькими месяцами позже,
когда наши чувства друг к другу окрепнут.
— Повторяю, Паркер, помолвки не доходят до свадьбы, по меньшей мере у
меня.
— На этот раз все будет по-другому.
— Если мне суждено снова влюбиться, то мой избранник, конечно же, ты.
Но, Паркер, из этого ничего не выйдет. Прости, но больше я с этим не
справлюсь. Просто не смогу.
Руки Бейли дрожали, нижняя губа тоже, да так, что пришлось ее прикусить. Она
любила Паркера, но прятала любовь глубоко в сердце.
— Бейли, выслушай меня.
— Нет, — твердо сказала она. — Мне жаль, правда, очень жаль,
но ты все неправильно понял. Я пишу романы о любви, а ты... ты мужчина,
который служит прототипом главного героя.
Брови Паркера сошлись на переносице.
— Иными словами, все, что происходит между нами, является фарсом.
Единственный человек, который использует кого-либо, это ты.
Бейли так сильно сжала руки, что ногти впились в ладони. На лбу выступил
холодный пот.
— Я этого никогда и не скрывала.
— Понимаю. — Он скрежетнул зубами. — Тогда мне остается
только просить прощения.
— Нет никакой необходимости извиняться.
Сердце Бейли рвалось на части, но она должна была заставить Паркера
поверить, что их отношения были всего лишь фарсом. События приобретали
слишком рискованный характер. Слишком болезненный...
На минуту их отвлек звук мягких шагов — в комнату вошла мать Паркера.
— Дорогие, — улыбаясь, сказала она, — ужин готов. Боюсь, что,
если мы еще помедлим, он будет испорчен.
— Сейчас идем, — проговорил Паркер.
Никогда в жизни Бейли не чувствовала себя так неловко. Напряжение за столом
настолько сгустилось, думала она с горькой иронией, что его можно было
нарезать ломтями и намазать маслом.
В продолжение всего ужина Паркер почти не раскрывал рта. Хозяйка дома,
воплощение любезности, взяла на себя обязанность поддерживать разговор.
Бейли прилагала все усилия, чтобы держаться в рамках приличий, но атмосфера
была такой натянутой, что задача казалась почти невыполнимой.
Как только все встали из-за стола, Паркер заявил, что им пора уезжать. Бейли
кивком поддержала его и горячо поблагодарила хозяев за прекрасный ужин. Для
нее было честью познакомиться с ними, заверила она, и вообще весь вечер
оказался исключительно приятным.
— Ты не считаешь, что несколько переборщила? — пробормотал Паркер,
когда они уселись в автомобиль.
— Должна же я была что-то сказать! — отрезала она. — Особенно учитывая твою грубость.
— Разве я вел себя грубо?
— Хорошо, не грубо, но абсолютно бестактно. Разве ты не видел, как
неловко чувствова
...Закладка в соц.сетях
