Жанр: Любовные романы
Ломая рассвет
...тривали гигантского волка, глаза Аро наполнились тоской,
которую я не могла объяснить.
— Ничего не выйдет, — сказал Эдвард спокойным нейтральным тоном,
уступившим место внезапной жесткости.
— Просто случайная мысль, — ответил Аро, открыто оценивая
Джейкоба, и затем его глаза медленно двинулись вдоль двух линий оборотней
позади нас. Что бы Ренесми ни показала ему, это что-то внезапно сделало
волков очень интересными для него.
— Они не принадлежат нам, Аро. Они не следуют нашим командам. Они здесь
потому, что сами этого хотят.
Джейкоб угрожающе зарычал.
— Но они, кажется, очень привязаны к вам, — сказал Аро. — Ваш
молодой друг и вы... семья. Преданная, — его голос произнес это слово
очень мягко.
— Они призваны защищать человеческие жизни, Аро. Это делает их
способными сосуществовать с нами, но едва ли они станут сосуществовать с
вами. Конечно, если только вы не пересмотрите свой стиль жизни.
Аро весело засмеялся.
— Просто случайная мысль, — повторил он. — Ты хорошо знаешь,
как это может быть. Ни один из нас не может полностью управлять своими
подсознательными желаниями.
Эдвард скривился.
— Я знаю, как это может быть. И я так же знаю разницу между простым
полетом мысли и мыслями, которые преследуют какую-то цель. Этого никогда не
будет, Аро.
Огромная голова Джейкоба повернулась в направлении Эдварда, и слабый стон вырвался сквозь его клыки.
— Его заинтересовала идея... сторожевых собак, — прошептал ему
Эдвард.
Наступила всего одна секунда мертвой тишины, а затем бешеный рык всей стаи
заполнил гигантское пространство.
Затем была несколько резких команд — я догадалась, что от Сэма, хотя не
повернулась посмотреть — и рычание замерло в зловещей тишине.
— Я полагаю, это и есть ответ на вопрос, — снова смеясь, сказал
Аро. — Эта компания выбрала свою сторону.
Эдвард зашипел и подался вперед. Я дотронулась до его руки, задаваясь
вопросом, что такого могло быть в мыслях Аро, что вызвало такую острую
реакцию, пока Феликс и Деметрий синхронно наклонялись, готовясь к атаке.
Аро вновь махнул рукой. Все они вернулись в исходную позицию, включая
Эдварда.
— Столько всего нужно обсудить, — сказал Аро внезапно, тоном
умелого бизнесмена. — Так много нужно решить. Если вы и ваши пушистые
защитники извините меня, мои дорогие Каллены, я посоветуюсь с моими
братьями.
Глава 37
План Аро не воссоединился со своей взволнованной охраной, ждущей на северной
стороне поляны. Вместо этого он взмахнул рукой, тем самым приказывая им
приблизиться к нему.
Эдвард немедленно повернул назад, увлекая за собой меня и Эмметта. Мы
поспешили назад, не спуская глаз с надвигающейся угрозы. Джейкоб отступил в
последнюю очередь, его мех на плечах вздыбился, а клыки обнажились при виде
Аро. Ренесми схватила его хвост, держа его как бы на привязи, вынуждая его
остаться с нами. Мы достигли нашей семьи в то же самое время, когда темные
фигуры окружили Аро. Теперь между нами и ними было не больше пятидесяти
ярдов, любой из нас мог преодолеть это расстояние за долю секунды.
Кайус сразу начал спорить с Аро.
— Как ты можешь выносить этот позор? Почему мы стоим здесь, обесиленные
перед лицом такого возмутительного преступления, покрытого таким смешным
обманом? — Он держал свои руки на плечах, впиваясь когтями в свои
волосы. Я задалась вопросом, почему он просто не коснется Аро, чтобы узнать
его мнение. Мы уже видели разделения во взглядах в их рядах. Возможно ли
такая удача?
— Потому что это правда, — спокойно ответил ему Аро, — каждое
слово! Смотри сколько вампиров готово свидетельствовать о том, что они
видели, как этот удивительный ребенок очень быстро растет и зреет. Они
узнали её. Они чувствовали теплоту крови, чувствовали её пульс! —
жестом Аро пронесся от Амуна на одной стороне до Сиобан на другой.
Кайус странно отреагировал на слова Аро, когда тот упомянул о свидетелях.
Гнев, истощающийся от его особенностей, сменился на холодный подсчет. Он
поглядел на свидетелей Волтури с выражением, которое выглядело неясно...
Скорее даже нервно.
Я так же посмотрела в сторону толпы, и увидела, что они пытаются понять, что
происходит. Дикое желание атаки сменилось недовольством.
Кайус хмурился, погрузившись в раздумья. Его неодобрительное выражение лица
поддержало огонь моего тлеющего гнева в тот самый момент, когда происходящее
взволновало меня. А что, если охрана так себя вела в ответ на какой-то
невидимый сигнал?
С тревогой я осмотрела свой щит — он был такой же непроницаемый, как и
прежде. Я согнула его в низкий, широкий купол, который образовал дугу перед
нашей компанией. Я могла чувствовать яркий факел света там, где стояла моя
семья и друзья. Я подумала, что скоро, с практикой, смогу распознавать
аромат каждого отдельно. Сейчас я знала, что свет Эдварда был самый яркий из
всех. А вот дополнительные пустые места вокруг ярких пятен обеспокоили меня,
не было никакого физического барьера к щиту, и если бы какой-нибудь
талантливый Волтури пробрался под ним, то щит не защитит никого, кроме меня.
Я поморщилась, поскольку попыталась протянуть упругую броню как можно ближе
к ним. Карлайл был дальше всех, я стала медленно протягивать маленькие нити
щита, так точно к его телу, как я могла. Казалось, что мой щит хотел того
же. Он менял форму, когда Карлайл подвинулся, чтобы стоять ближе к Тане.
Очарованная такой реакцией, я стала тянуть нити ткани щита в сторону
мерцающих форм, которые были друзьями или союзниками. Щит цеплялся за них
охотно, перемещаясь, когда они двигались.
Прошла всего секунда.
Кайус всё ещё размышлял:
— Оборотни, — сказал он, наконец.
С внезапной паникой я поняла, что большинство оборотней были незащищены. Я
собралась протянуть им щит, когда я поняла одну странность. Я могла
чувствовать их свет. С любопытством, я с трудом протянула щит до Амун и Кеби
— к самому дальнему краю нашей группы, так чтобы волки остались снаружи. Как
только они оказались с другой стороны, их огни исчезли. Они больше не
существовали. Но волки, оставшиеся под защитой, были ещё ярким огнем, или
скорее половина из них. Хм... я стала медленно покрывать щитом каждого
волка, пока не накрыла Сэма, в тот же миг и остальные волки засветились...
Их мысли, должно быть, были более связаны, чем я могла вообразить. Если
Альфа был под защитой, значит и остальные были защищены так же, как и он.
— Ах, брат... — ответил Аро в ответ на произнесенное Кайусом слово
с огорченным видом.
— Ты тоже защищаешь их, Аро? — поинтересовался Каус. — Дети
Луны были нашими заклятыми врагами с начала времен. Мы охотились на них
почти до полного уничтожения в Европе и Азии. И всё же Карлайл поощряет
хорошие отношения с этой огромной заразой, без сомнений желая свергнуть нас.
Наверное, чтобы защитить свой исковерканный образ жизни.
Эдвард громко откашлялся, и Кайус впился в него взглядом. Аро провел своей
тонкой рукой по своему лицу, будто бы смущаясь от слов древнего.
— Кайус — сейчас середина дня, — сказал Эдвард. Он показал на
Джейкоба. — Они не дети Луны, это точно. Они не имею отношения к вашим
врагам с другой стороны мира.
— Вы выращиваете здесь мутантов! — Каус плюнул в его сторону.
Челюсть Эдварда сжалась и разжалась, после чего он сказал своим спокойным
голосом:
— Они даже не оборотни. Аро может подтвердить это, если вы мне не
верите.
Не оборотни? Я удивленно посмотрела в сторону Джейкоба. Он пожал плечами. Он
также не знал о чем говорил Эдвард.
— Дорогой Каус, я бы попросил тебя не обсуждать этот пункт, если вы бы
показали мне свои мысли, — пробормотал Аро. — Хотя эти существа
думают о себе, как об оборотнях, они ими не являются. Более точное название
для них будет изменяющиеся. Выбор волчьего обличия — дело случая. Они могли
стать медведями, пантерами, ястребами, если в первый раз они изменились. Эти
существа действительно не имеют никакого отношения к детям Луны. Они просто
унаследовали этот навык от своих отцов. Это наследуется генетически — они же
не продолжают свой род, они не могу передать свои возможности другим, как
это делали истинные оборотни.
Кайус впился взглядом в Аро с раздражением, возможно даже в этом взгляде
было обвинение в предательстве.
— Они знают нашу тайну, — сказал он категорически.
Эдвард попытался ответить на эту фразу, но Аро ответил быстрее:
— Они существа нашего сверхъестественного мира, брат. Возможно, они
даже больше зависят от тайны, нежели мы. Они не могут нас выдать. Осторожно
Кайус, никогда не спеши с выводами.
Кайус глубоко вздохнул и кивнул. Они пристально посмотрели друг на друга. Я
подумала, что поняла то, что подразумевалось под осторожной формулировкой
Аро. Ложные обвинения не помогли убедить свидетелей с обеих сторон. Аро
предостерегал Кайуса от дальнейших неверных действий. Я задалась вопросом,
была ли какая-то серьезная причина между этими противоположными стремлениями
двух древнейших. Кайус хотел резни, которая, скорее всего, произойдет в
ближайшее время, его не сильно волновала репутация клана, в то время как Аро
хотел идти на контакт с нами.
— Я хочу поговорить с осведомителем, — резко объявил Кайус.
Ирина не обращала внимания на беседу между Аро и Кайусом, её внимание было
сосредоточенно на лицах своих сестер. На её лице было ясно видно, что она
поняла, как ошибочны были её обвинения.
— Ирина! — крикнул Кайус.
Она была поражена и испугана. Нерешительно она стала продвигаться от краев
стройных рядов Волтури, чтобы встать перед Кайусом.
— Похоже, вы ошиблись в своих утверждениях, — начал Кайус.
Таня и Кэйт с тревогой подались вперед.
— Я сожалею, — шептала Ирина. — Я должна была удостовериться
в том, что увидела. Но я понятия не имела, что это возможно....
— Дорогой Кайус, неужели вы могли предположить, что она найдет
объяснения тому, что мы видим? — спросил Аро, — любой из нас,
увидев тоже, что видела она, решил бы точно также.
Кайус щелкнул пальцами, заставляя Аро замолчать.
— Все мы знаем, что вы сделали непростительную ошибку, — сказал он
резко, — Я хотел бы узнать о ваших побуждениях.
Ирина нервно ловила каждое его слово.
— Моих побуждениях?
— Да, вы же неспроста прибыли сюда, не поинтересовавшись, в начале, у Калленов, что происходит.
Ирина вздрогнула от таких слов.
— У вас были разногласия с Каленнами, не так ли?
Она обратила свои несчастные глаза в сторону Карлайла.
— Да... — начала она.
— Потому что...? — продолжил Каус.
— Потому что оборотни убили моего друга, — прошептала она, —
и Каллены запретили мне мстить.
— Изменяющиеся, — спокойно поправил Аро.
— Таким образом, Каллены воссоединились с Изменяющимися, отвернувшись
от своего вида, — подвел итог Кайус.
Я услышала, как Эдвард издал звук отвращения.
Кайус искал обвинения, которых можно придерживаться в дальнейшем.
Плечи Ирины напряглись.
— Это то, что я знаю.
Кайус ожидал продолжения, но не дождавшись промолвил:
— Если ты хочешь предъявить обвинение Изменяющимся и Калленам, сейчас самое время это сделать.
Он улыбнулся крошечной жестокой улыбкой. Он ждал, когда Ирина подкинет ему
ещё обвинений. Возможно, он не понимал настоящих семейных отношений,
основанных не на жажде власти, а на любви. Возможно, он переоценил её жажду
мести. Ирина вздрогнула, а плечи опустились.
— Нет, у меня нет никаких жалоб против волков или Калленов. Вы прибыли
сюда сегодня, чтобы уничтожить бессмертного ребенка. Но бессмертного ребенка
не существует. Это было моей ошибкой, и я беру на себя полную
ответственность за это. Но Каллены не виноваты, и у вас нет никаких
оснований для того чтобы оставаться здесь. Я сожалею, — сказала она
ему, затем повернулась в сторону остальных Волтури:
— Не было никакого преступления. Для вас нет никакой причины оставаться
здесь.
Кайус поднял руку, пока она говорила, в руке он зажимал странный
металлический предмет, с красивым декоративным узором. Это послужило
сигналом к действию. Реакция была настолько быстра, что мы смотрели в
ошеломленном неверии, в тот момент, как это случилось... Прежде чем пришло
время реагировать, всё уже было кончено.
Трое из солдат Волтури прыгнули вперед и окружили Ирину своими серыми
плащами. В тот же самый момент ужасный металлический визг разорвал воздух.
Кайус скользил в центре схватки. Вокруг него плясали искры от металлического
предмета. Солдаты вернулись обратно в строй, оставляя Кайуса среди
сверкающих останков Ирины. Металлическая вещица в его руках всё ещё
отбрасывала огненные искры в костер. С маленьким щелкающим звуком этот
предмет перестал извергать огонь. Почти все из свидетелей, стоящих позади
Волтури были в ужасе. А мы были слишком ошеломлены происходящим, чтобы хоть
как-то отреагировать на то, что случилось. Это было ещё одно доказательство
того, что смерть может быть жестокой, с огромной скоростью, не
останавливающейся ни перед чем.
Кайус холодно улыбнулся:
— Теперь она взяла всю ответственность за свои действия.
Кайус пристально смотрел на застывшие от ужаса фигуры Тани и Кэйт.
В ту же секунду я поняла, что Кайус никогда в дествительносте не заблуждался
насчет истинных семейных уз. Это была уловка. Кайус не хотел выслушивать
жалобы Ирины, он хотел бросить нам вызов. Хрупкое перемирие между нашими
сторонами очень дребезжало. Ещё немного и начнутся сражения, а если это
случится, никто не сможет нас остановить. До тех пор, пока не падет одна из
сторон. Наша сторона. Кайус знал это. И Эдвард знал.
— Остановите их! — закричал Эдвард, подскакивая к Тане, чтобы
схватить её руки, потому что она покачнулась вперед к улыбающемуся Кайусу с
раздраженным криком абсолютного гнева. Она не смогла высвободится от Эдварда
прежде, чем Карлайл успел обвить свои руки вокруг её талии.
— Слишком поздно, чтобы помочь Ирине, — быстро пробормотал он,
пока она боролась, — Не давайте ему то, что он хочет!!!
Кэйт было сложнее удержать. Громко крича, как и Таня, она попыталась
броситься сторону Кайуса, приближая момент общей смерти. Розали была ближе
всех к ней, но прежде, чем Роуз успела заключить её в стальные объятия, Кэйт
яростно вырвалась, да так, что отбросила Роуз в сторону. Эмметт поймал Кэйт
за руку и повалил её на землю, где она снова попыталась сопротивляться изо
всех сил. Казалось, никто не был способен остановить её. Гаррет бросился к
ней, пытаясь подойти как можно ближе, он сцепил свои руки на её запястьях. Я
видела как его тело сотрясает судорога, поскольку она ударила его током. Его
глаза стали закрываться, но свой хватку не ослабил.
— Зафрина — крикнул Эдвард.
Глаза Кэйт опустели и её крики превратились в едва слышные стоны. Таня
перестала бороться.
— Отпусти меня, — прошипела она.
Отчаянно, но со всей возможной деликатностью я выпустила Кэйт из своего щита
и попыталась укрепить его как можно надежнее вокруг Гаррета, в месте, где
они соприкасались, щит стал совсем тонким, как вторая кожа. После этого
Гаррет смог снова сражаться.
— Будешь ли ты спокойна, если я выпущу тебя, Кэйт? — прошептал он.
Она зарычала в ответ, всё ещё сопротивляясь.
— Слушайте меня, Таня, Кэйт — сказал Карлайл своим тихим, но ясным
шепотом.
— Месть не поможет ей. Ирина не хотела бы, чтобы вы потратили свои
жизни впустую, избрав этот путь. Думайте о том, что вы делаете. Если вы
нападете, мы все умрем.
Под тяжестью горя плечи Тани опустились, и она наклонилась к Карлайлу в
поисках поддержки. Кэйт всё ещё держали. Карлайл и Гаррет быстрым, тихим
шепотом пытались их успокоить.
Моё внимание вернулось к следящим за событиями Волтури, с любопытством
наблюдающим за смятением в наших рядах.
Боковым зрением я могла увидеть, что Эдвард и остальные, помимо Карлайла и
Гаррета, были вновь настороже. Больше всех был недоволен происходящим Кайус,
смотрящий с недоверием на Кэйт и Гаррета лежащих на снегу. Аро тоже наблюдал
за ними, на лице его было выражение полного равнодушия. Он знал о том, что
могла сделать Кэйт. Он чувствовал её потенциал через воспоминания Эдварда.
Кажется, он начал понимать, что мой щит рос в силе и тонкости и был намного
сильнее того, что помнил Эдвард. Или же ему казалось, что Гаррет изучил свои
способности и смог создать свой собственный щит?
Остальные Волтури больше не стояли в ровной шеренге. Они присели на землю,
наблюдая сражение Кэйт и Гаррета.
Позади них сорок три свидетеля наблюдали за происходящим с совсем другим
выражением лица, чем в начале. Смятение сменилось подозрением. Бесцеремонное
убийство Ирины встряхнуло их всех.
В чем было её преступление?
— читалось у них на лицах. Без прямого
нападения, на которое рассчитывал Кайус, свидетели Волтури стали чувствовать
себя неуютно, они не понимали, зачем они здесь. Аро стремительно оглянулся,
я успела заметить досаду на его лице. Его потребность в наблюдателях имела
неприятные последствия. Я услышала ропот Стефана и Владимира, они ликовали
от того, что Аро чувствовал себя неуверенно.
Однако я не думала, что Волтури оставят нас в покое только ради спасения
своей репутации. После того, как они закончат с нами, они, естественно,
убьют всех своих свидетелей. Я почувствовала странную, внезапную жалость к
массе незнакомцев, которых привели Волтури, чтобы они увидели, как мы
умираем. Деметрий охотился бы на них до тех пор пока не прикончил
последнего. За Джейкобом и Ренесми, за Элис и Джаспером, за незнакомцами,
которые не знали, что умрут сегодня.
Аро слегка коснулся плеча Кайуса.
— Ирина была наказана за лжесвидетельство против этого ребенка. Это их
оправдание, — он продолжил. — Возможно, мы должны вернуться к
другим вопросам?
Кайус выпрямился, его лицо потеряло всякую мимику. Он смотрел вперед, ничего
не видя. Его лицо показалось мне странным, обычно такое выражение лица
появляется у человека, которого только что понизили в должности.
Аро приблизился к нам, следом за ним отправились Рената, Феликс и Деметрий.
— Чтобы узнать полную картину происходящего, — сказал он, — я
должен опросить нескольких из ваших свидетелей. Процедура, знаете ли. Он
свободно махнул рукой в нашу сторону. В тот же миг произошли сразу две вещи.
Глаза Кайуса сосредоточились на Аро, а на его лице вновь появилась
крошечная, жестокая улыбка. Эдвард зашипел, его руки сжались в кулаки так
сильно, что казалось, что кости в его суставах пронзят его твердую, как
алмаз кожу. Я отчаянно попыталась спросить его, что случилось, но Аро был
достаточно близко, чтобы услышать даже самый тихий шепот. Я увидела, как
Карлайл с тревогой посмотрел на Эдварда, в тоже время на его лице проявилось
понимание. Пока Кайус пытался накинуться на нас с беспочвенными обвинениями,
пытаясь вызвать тем самым борьбу, Аро продумывал более эффективную
стратегию.
Аро тенью мелькнул по снегу, к далекому западному концу нашей линии,
останавливаясь неподалеку от Амун и Кеби. Соседние волки сердито оскалились,
но остались на позициях.
— Ах, Амун, мой южный сосед! — тепло сказал Аро. — Вы так
давно не навещали меня.
Амун был неподвижен, Кеби замерла в стороне.
— Время для меня несущественно, я никогда не замечаю его бег, —
сказал Амун почти не шевеля губами.
— Это верно, — согласился Аро. — Но, возможно, у вас была
другая причина избегать встречи?
Амун ничего не ответил.
— Возможно, у вас слишком мало времени, которое отнимают те, кто
недавно присоединились к вам? Я это хорошо понимаю! Я благодарен, что у меня
есть мои друзья, чтобы избавиться от скуки. Я рад, что твои новые члены
семьи вписываются так хорошо. Мне бы хотелось представиться им. Я уверен,
что вы пожелали бы навестить меня.
— Конечно, — бесчувственно сказал Амун. Его тон был настолько сух,
что было невозможно понять, был ли в его голосе страх или сарказм.
— Это прекрасно! Это так здорово, что мы все вместе теперь! Не так ли?
Амун кивал, его лицо стремительно бледнело.
— Но, к сожалению, причина вашего присутствия здесь не столь приятна.
Карлайл обращался к вам с просьбой свидетельствовать?
— Да.
— И как ты свидетельствовал для него?
Амун продолжал говорить с той же безучастностью, как и в начале беседы.
— Я наблюдал за развитием ребенка. Почти сразу стало очевидно, что она не является бессмертной.
— Возможно, мы должны определить нашу терминологию, — прервал его
Аро, — поскольку теперь есть новые классификации. Бессмертным ребенком
ты подразумеваешь, конечно же ребенка, укушенного вампиром, после чего тот,
сам стал вампиром.
— Да, это то, что я подразумевал.
— Что вы ещё заметили в ребенке?
— Те же самые вещи, которые вы видели в памяти Эдварда. То, что ребенок
— его биологическая дочь. То, что она растет. То, что она учится.
— Да, да — сказал Аро, легкий намек нетерпения промелькнул в его
любезном тоне. — Но что ты ещё видел за те несколько недель пребывания
здесь?
Бровь Амуна приподнялась.
— То, что она растет очень быстро.
— И ты полагаешься, что ей нужно разрешение на жизнь.
Я громко зашипела, и я была не одна. Половина вампиров в нашей линии вторила
моему протесту. Звук был низким шипением ярости, который повис в воздухе.
Несколько свидетелей Волтури также поддержали его.
Эдвард сжал моё запястье.
Аро не поворачивался к источнику шума, но Амуна этот протест явно
встревожил.
— Я не приезжал, чтобы рассуждать по этому поводу, — двусмысленно
проговорил он.
Аро слегка рассмеялся.
— Только твое личное мнение.
Подбородок Амуна приподнялся.
— Я не вижу опасности в ребенке. Она учится ещё быстрее, чем растет.
Аро кивнул и развернулся.
— Аро? — окликнул его Амун.
Аро развернулся назад.
— Да, друг?
— Я дал показания. У меня больше нет дел здесь. Мой помощник и я,
хотели бы покинуть вас.
Аро тепло улыбнулся.
— Конечно. Я рад, что мы немного поболтали. Я уверен, что скоро мы
вновь свидимся.
Амун поджал губы в тонкую линию, признавая скрытую угрозу. Он коснулся руки
Кеби и они скрылись в лесу. Я знала, что они будут очень быстро и долго
бежать.
Аро скользнул назад, в восточную сторону нашего ряда. Его охранники неловко
толпились рядом. Он остановился перед массивной фигурой Сиобан.
— Привет, дорогая Сиобан. Вы прекрасны, как и всегда.
Сиобан склонила голову в знак согласия.
— И ты? — спросил он, — Ты ответишь на мои вопросы точно так
же, как и Амун?
— Да, — сказала Сиобан, — Но я добавлю немного больше.
Ренесми понимает ограничения. Она не опасна для людей — она воспринимается
ими лучше, чем мы. Она не подвергает их жизни опасности.
— Ты в этом уверена? — трезво спросил Аро.
Эдвард заворчал.
Молочно-красные глаза Кайуса прояснились.
Рената потянулась в сторону своего господина.
Гаррет освободил Кэйт и продвинулся вперед. Он проигнорировал руки Кэйт,
поскольку она попыталась предостеречь его и на сей раз.
Сиобан ответила не сразу.
— Я не думаю, что понимаю, о чем вы.
Аро слегка отодвинулся от неё, немного небрежно, однако теперь его охрана,
Рената, Феликс и Деметрий оказались к нему ближе, словно бы его тень.
— Нет никакого нарушения закона, — сказал Аро умиротворенным
голосом, но каждый из нас смог понять, что развязка скоро.
Я попыталась укротить гнев, рвущийся из горла, и направила его на укрепление
щита. Я хотела быть уверенной в том, что все защищены.
— Никакого нарушения закона, — повторил Аро.
— Следовательно, нет никакой опасности?
— Нет, — покачал он головой. — Это отдельная проблема.
Единственный ответ ему — это то, что мы все напряглись ещё сильнее. Мэгги,
стоящая в конце нашей группы гневно покачала головой.
Аро шагал с глубокомысленным видом, я заметила, что каждый его
...Закладка в соц.сетях
