Жанр: Любовные романы
Полночный всадник
...она не будет
держать Рамона на расстоянии, даже
рискуя вызвать гнев дяди.
Рамон изумленно поднял брови, а потом на лице его заиграла та самая
обворожительная улыбка, которую Кэрли так
старалась забыть. Ее ладони увлажнились. Может, ей действительно не стоит
танцевать с Рамоном?
Он взял ее руку и поднес к губам.
- Для меня нет большего удовольствия, сеньорита Мак-Коннелл.
Оставив пожилых женщин, они направились к площадке для танцев. Когда Рамон
повернул Кэрли лицом к себе и
положил руку ей на талию, девушке показалось, что его пальцы обжигают кожу даже
через платье. Музыка зазвучала громче,
и Рамон повел Кэрли так ловко и искусно, словно сидел на своем великолепном
жеребце.
Он улыбнулся ей:
- Видите... я все еще жив, хотя и сомневался, что так будет.
Его мускулистые ноги прикасались к ногам Кэрли, повергая ее в трепет. Но
испанец невозмутимо улыбался и двигался
с безупречной точностью, тщательно сохраняя дистанцию между ними.
Эль Дракон посмеялся бы над такими изысканными манерами.
Слегка разочарованная Кэрли не могла сдержать улыбку.
- Ты удивлен, что я не сказала дяде? Надеюсь, это не так. По-моему, ты
отлично знал, что я не выдам тебя.
Черные брови изогнулись.
- Откуда мне знать?
Кэрли обдало жаром.
- Думаю, у тебя такой большой опыт с женщинами, что ты ясно видишь,
действуют ли на них твои чары.
Его грудной смех звучал обворожительно. Приблизившись к Кэрли, он шепнул:
- Значит, мое обаяние заставило тебя дать мне слово, а не мои страстные
поцелуи?
Ее щеки зарделись.
- Сегодня ты ведешь себя как джентльмен, - заметила Кэрли, - но джентльмен
не станет напоминать такое даме.
Возможно, дон Рамон и Испанский Дракон отличаются друг от друга не так сильно,
как ты стремишься показать.
Испанец прижал ее к себе чуть сильнее:
- Уверяю тебя, дорогая, во многих отношениях мы абсолютно одинаковы.
О, как хорошо она помнила этот дерзкий взгляд и разливающееся по ее телу
тепло! Внезапно музыка смолкла, и Рамон
убрал руку с талии Кэрли.
- Надеюсь, ты получила от танца такое же удовольствие, как и я. Теперь
придется отвести тебя к твоим друзьям.
- Конечно, - сказала Кэрли, раздраженная его невозмутимостью. - Дядя уже,
несомненно, заметил, где я... и
Винсент ждет меня.
Она ощутила удовлетворение, увидев, как нахмурился Рамон.
Оставив ее в обществе женщин, он вернулся к матери и тетке, стоявшим возле
Монтойя.
Выждав несколько минут, Кэрли извинилась и направилась к конюшне,
поскольку обещала Винсенту прийти туда.
Заметив, что Рамон танцует с красивой вдовой Монтойя, она ускорила шаг.
Возле большой саманной конюшни было темно, но внутрь через открытые окна
проникал лунный свет. К тому же
Винсент зажег фонарь в одном из денников. Прохладный ночной ветерок разносил
запахи сена и лошадей. В слабом желтом
свете было видно, как пыль оседает на утрамбованный земляной пол. Летающие
насекомые забились в щели.
- Я боялся, что ты не придешь.
Когда Кэрли приблизилась, Винсент шагнул к ней, взял за руку и потянул к
себе. Пряжки на его модных туфлях с
тупыми носками блестели, галстук был необычайно элегантен.
- Я не могу оставаться здесь долго, - сказала Кэрли. - Что ты хотел мне
показать?
Он отошел на шаг от дощатой перегородки, разделявшей два денника. На ней
лежало самое красивое женское седло,
какое когда-либо видела Кэрли.
Винсент улыбнулся:
- Ты однажды сказала, что хочешь научиться ездить верхом. В недавнем
письме моему отцу твой дядя упомянул, что
ты начала брать уроки. Я хочу, чтобы у тебя было хорошее снаряжение.
Она смотрела на седло. Цветочный узор украшал его кожаные крылья. Мягкое
сиденье было обтянуто бежевой
тканью, расшитой маленькими розочками. Седло точно подходило Кэрли по размеру и
было меньше старого, взятого на
время у соседей.
- Какое красивое, Винсент! - Кэрли восхищенно провела пальцами по отлично
выделанной коже. - Великолепное!
- Девушка взглянула на молодого человека и устыдилась того, что плохо думала о
нем. Жаль, что она не может относиться
к нему так, как хотелось бы дяде. Ее оживление исчезло. - К сожалению, я не могу
принять его.
Винсент огорчился:
- Не можешь принять? Но почему, Кэрли?
- Потому что мы не... Оно слишком дорогое. Я не могу...
Винсент потянул ее к себе:
- Неужели ты не понимаешь, Кэрли? Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Седло
-это только начало. Я буду
покупать тебе драгоценности, наряды, все, чего твоя душа пожелает. Пусть весь
Сан-Франциско заговорит о тебе. Ты
станешь королевой города.
Кэрли поморщилась. Он не сказал ни слова о любви, о чувствах, которые
питает к ней. Винсент думает только о
деньгах. Он хочет ее, потому что она красива, элегантна, умеет себя вести. А до
нее самой ему и дела нет. Он даже не знает
ее.
- Я не могу выйти за тебя замуж, Винсент. Я не люблю тебя и хочу стать
женой человека, которого полюблю.
Он сжал ее плечи. Пряди светлых волос падали на его лоб.
- Я и не жду, что ты будешь любить меня... сначала. Чувства придут со
временем. Важно то, что мы прекрасно
подходим друг другу.
- Мы не подходим друг другу, Винсент. Ты совсем не похож на меня. Не
обижайся, но я не могу принять твой
подарок и не могу выйти за тебя замуж.
Сейчас он казался старше и суровее, чем обычно. Фонарь осветил его
подбородок, решительно выдвинутый вперед.
Губы Винсента побелели, стали узкими.
- Твой дядя сказал, что ты не хочешь вступать в брак со мной. И все же,
Кэрли, ты станешь моей женой.
Он сказал это так убежденно, что девушка едва не рассмеялась. Нет, она ни
за что не выйдет за Винсента!
- Мне пора к гостям. Я слишком задержалась.
Она повернулась в двери, но Винсент схватил ее за руку и заключил в
объятия.
- Ты не можешь сейчас уйти, Кэрли!
- Отпусти меня, Винсент. Дядя...
- Со временем ты поймешь, что все это к лучшему. Когда-нибудь даже
поблагодаришь меня.
Последовал неуклюжий поцелуй. Кэрли попыталась вырваться, но его руки
сжимали ее, как тиски. Влажный язык
скользнул по ее губам, и девушку охватила ярость. Будь проклят этот Винсент! Да
кем он себя возомнил, черт возьми? Кэрли
ударила его в пах, он вскрикнул от боли, однако не отпустил ее, а, зажав ей рот
рукой, повалил на ворох соломы.
- Постараюсь обойтись с тобой мягко, - сказал он, расстегивая брюки. -
Обещаю, в следующий раз будет
приятнее.
В следующий раз? Кэрли вспыхнула от ярости. Да он решил изнасиловать ее,
лишить невинности и принудить к
замужеству! Средство, выбранное Винсентом для достижения цели, красноречиво
говорило о нем. Кэрли попыталась
закричать, позвать на помощь, но он был сильнее, чем она предполагала, и
придавил ее своим телом.
Когда он принялся ласкать ее груди дрожащими руками, Кэрли ослепил гнев.
Она неистово сопротивлялась, шпильки
вылетели, волосы рассыпались по плечам. Наконец ей удалось ударить Винсента в
подбородок. Он грубо выругался, и тут же
ее платье затрещало. Он задрал подол и снова занялся своими брюками. Ненависть
придала ей силы. Кэрли снова отпихнула
его - и вдруг он подался назад так легко, словно был ребенком, а не взрослым
мужчиной.
Чуть поодаль от них стоял Рамон де ла Герра, широко расставив ноги и
стиснув кулаки. Винсент Баннистер растянулся
на сене у его ног.
- Не вмешивайся, де ла Герра! - Он поднял лицо к Рамону. - Это не твое
дело.
- А что, если я считаю это моим делом?
Кэрли готова была броситься к нему в объятия. Вскочив на ноги, Винсент
бросился на Рамона с энергией, которой
девушка не ждала от него. Они сцепились и начали драться, но луч фонаря,
проникший через окно, остановил схватку.
В конюшню вошел Флетчер. За ним следовали Чарли Холлингворт, его жена
Аманда, Джордж Уинстон, Ройс Уорделл
и другие гости включая отца Винсента.
Господи! Кэрли вцепилась в свое порванное платье и зарделась от стыда.
Дрожащей рукой она вынимала из спутанных
волос соломинки. Господи, что они подумают? Винсент выпрямился и изобразил
раскаяние. Рамон стоял в тени.
- Что все это значит? Что здесь происходит, Винсент?
Свет фонаря упал на лицо дяди. Кэрли думала, что он в ярости. Однако дядя
выглядел на удивление спокойно.
- Простите меня, мистер Остин. Кэрли ни в чем не виновата. Я пригласил ее
сюда, чтобы вручить подарок,
прибывший сегодня утром. - Винсент мило, почти по-мальчишески улыбнулся. Кэрли
хотелось ударить его. - Она так
красива, что я просто потерял голову.
Дядя нахмурился:
- Такое случается в твоем возрасте. Надеюсь, ты осознаешь последствия?
У Кэрли голова пошла кругом. Такое случается? Она, должно быть,
ослышалась! И тут она увидела торжествующий
блеск в холодных зеленых глазах дяди. Девушка перевела взгляд на Винсента - он
тоже выглядел победителем. Ужас
охватил Кэрли. Значит, они это спланировали! Винсент хотел, чтобы их застали
здесь! Возможно, во время постыдной
сцены.
Ее лицо горело. Ярость душила Кэрли. Как они посмели. Подумав о том, что
могло произойти, она поискала глазами
Рамона и увидела в свете фонаря его хмурое лицо. Видимо, он понял все так же,
как и она. Он кипел от возмущения, но в
глазах была жалость и что-то еще, чему Кэрли не знала названия.
Он ничем не поможет, с грустью осознала она. Рамон отдает ее в руки
судьбы, и ей, Кэрли, остается только принять
ее.
Нет, так она не поступит!
Одна из женщин что-то сказала, и Кэрли посмотрела на Аманду Холлингворт и
других дам. Если она не выйдет за
Винсента, они отвергнут ее, станут насмехаться над ней. Сейчас дядя возбуждал в
Кэрли такую ярость, что у нее дрожали
руки и ноги. Потом она ощутила бессилие, и плечи ее поникли.
Неужели ничего нельзя изменить?
Винсент не умолкал: приносил извинения Флетчеру, просил руки Кэрли,
заверял, что будет хорошим мужем. Они
могут пожениться, сказал он, до его возвращения в город.
Кэрли едва не стошнило от этой мысли. Она снова посмотрела на Рамона,
хранившего мрачное молчание. Идея
спасения пришла к девушке как ответ на горячую молитву.
Она была такой простой и очевидной, что у Кэрли от облегчения закружилась
голова. Ее мозг заработал, оттачивая
мысль, ища возможные ухищрения. Девушка понимала уязвимость своего плана, но не
видела иного выхода. Дядя
заслуживает такого урока. Кэрли не терпелось увидеть, как изменится его лицо.
Она закусила губу, чтобы не засмеяться. Рамон возмутится, но, когда они
останутся одни, Кэрли сумеет ему все
объяснить.
Она шагнула к окружающим, и губы ее расплылись в самой очаровательной
улыбке.
- Это зашло слишком далеко, Винсент. Ты проявил безграничную доброту,
поступил как истинный рыцарь, но я не
могу принять от тебя такую жертву.
- Что? О чем ты говоришь?
Он взглянул на нее как на безумную. Однако именно сейчас Кэрли проявила
всю свою находчивость и
изобретательность.
- Благодарю тебя, Винсент, за благородство. Я знаю, ты хотел помочь мне, и
безмерно ценю это, но прошу тебя, не
бери на себя чужую вину.
Толпа ахнула. Кэрли повернулась и в упор посмотрела на Рамона:
- Сеньор де ла Герра тоже весьма благородный человек, и я уверена, что он
поступит достойно. - Лицо Кэрли
выражало решимость, взгляд говорил о том, что поддержать ее - долг Рамона, а его
жизнь по-прежнему в ее руках. -
Верно, дон Рамон?
Он уставился на Кэрли так, словно не верил в реальность происходящего. Но
девушка не сомневалась в том, что
Рамон скоро заговорит. Кэрли Мак-Коннелл знает, что он Эль Дракон, поэтому у
испанца нет выбора.
Рамон вышел из тени - мрачный и напряженный.
- Я приношу сеньорите извинения за те вольности, которые позволил себе. -
Холодная улыбка без намека на
раскаяние появилась на его губах. - И конечно, вам, сеньор Остин. Мое
сокровенное желание - жениться на вашей
племяннице.
- Но это абсурд! - Флетчер рванулся вперед, как рассвирепевший медведь. -
Ни при каких обстоятельствах я не
могу позволить племяннице выйти замуж за...
- Я сожалею, что огорчила вас, дядя, - вмешалась Кэрли, - но, как вы
сказали, такое случается с людьми нашего
возраста.
Ему удалось принудить ее к замужеству - избежать его было невозможно. Но
Рамон - более подходящий жених. Во
всяком случае, он станет им, когда поймет ее намерения.
Испанец бросил на нее мрачный взгляд:
- Конечно, у нас разное вероисповедание...
Последний шанс спастись. Его глаза предупреждали Кэрли: Положи конец этой
глупости сейчас, пока не поздно.
Девушка торжествующе улыбнулась:
- Мой отец был ирландцем, меня воспитывали в католической вере. - Вообщето
она не была в церкви после
приезда в Калифорнию, но тем не менее вера у них одна. - Священник не станет
возражать против брака.
- Скажи что-нибудь, Винсент. Ну же, мой мальчик!
- Что, что ты пытаешься сделать, Кэрли? Как ты можешь выйти замуж за
этого...
- Бракосочетание состоится в воскресенье, - холодно объявил Рамон. Все его
существо дышало яростью. - Уверен,
приняв во внимание обстоятельства, падре Ксавьер снимет запрет, связанный с
трауром.
К конюшне подошли Монтойя, принадлежавшие к одной из последних богатых и
влиятельных калифорнийских семей.
Увидев их, Флетчер поник. Он не мог отвергнуть предложение Рамона, не оскорбив
этих людей.
Кэрли поняла, что одержала победу.
- Завтра я поговорю со священником, - сухо сказал Рамон. В его темных
глазах по-прежнему сверкал огонь. О да,
эта выходка не пройдет Кэрли даром! У девушки но спине побежали мурашки. Рамон
не смотрел на нее так давно - с того
утра после налета. Попытавшись преодолеть тревогу, она решила все объяснить
Рамону и надеялась, что он поймет ее.
- Кэрли? - Винсент умоляюще смотрел на нее. В глазах его застыло
изумление. - Неужели ты действительно
собираешься замуж за этого...
- Полагаю, это так, Винсент. - Она мило улыбнулась ему. - В конце концов
это единственно пристойный выход.
Глава 12
Неужели прошло только три дня? Они казались целой жизнью, но пролетели как
минута. Дядя Флет-чер бушевал и
неистовствовал, запретил племяннице покидать дом, но Кэрли не сдавалась. Винсент
и его отец вернулись в Сан-Франциско.
Молодой Баннистер был возмущен не меньше, чем Рамон.
Все злились на Кэрли, но она старались не думать об этом.
Она снова боролась за свою жизнь.
Девушка посмотрела в окно спальни. Низкие серые тучи угрожали дождем,
сильный ветер раскачивал ветви старых
дубов, окружавших дом. "Когда начнется гроза? - подумала Кэрли. - Задержит ли
она их отъезд?"
Им предстояло отправиться в путь через час и днем встретиться с Рамоном в
городе, возле миссии. Сегодня она
выйдет замуж.
Хотя это не совсем обычное замужество.
Стоя перед высоким зеркалом, Кэрли внимательно разглядывала себя. Она
надела серое шелковое платье с длинными
рукавами, маленькими складками на закрытой груди и рядом мелких жемчужных
пуговиц. Ниже талии оно было расшито
алыми лентами. Пелерина на подкладке из алого шелка доходила до пояса.
Кэрли любила это простое, но красивое платье и Хорошо себя чувствовала в
нем. А сегодня она должна особенно
хорошо себя чувствовать и обрести полную уверенность.
Девушка поежилась, хотя ей не было холодно. Кэрли надеялась поговорить с
Рамоном до дня свадьбы, не сомневаясь,
что он поможет ей. Ведь они заключат брак всего на несколько месяцев.
К несчастью, дядя запретил ей встретиться с испанцем. Теперь Кэрли
придется увидеть разъяренные темные глаза и
плотно сжатые губы. Он хотел жениться на чистокровной испанке, а не на бедной
безродной полуирландке из
пенсильванского шахтерского поселка. Рамон решит, что она заманила его в
ловушку, принудила к браку. На первый взгляд
так оно и выглядело.
- Вы готовы, сеньорита Мак-Коннелл? - Канделария остановилась у двери.
- Почти. Я только надену шляпу.
Она потянулась к шляпе, но девушка схватила ее за руку:
- Может, вам лучше надеть это? - Горничная протянула Кэрли чудесную белую
кружевную мантилью. - Она
принадлежала моей матери. Я хочу отдать ее вам. По-моему, дону Рамону она
понравится.
Взглянув на прекрасные испанские кружева, Кэрли почувствовала комок в
горле.
- Какая прелесть, Канделария! Я с удовольствием надену ее.
Дяде это не понравится, но Рамон, вероятно, одобрит ее выбор. А может, это
лишь напомнит ему о том, что он
собирался жениться на настоящей испанке.
На душе у Кэрли стало еще тяжелее. Нет, нельзя предаваться мрачным мыслям!
Она не могла поступить иначе. Скоро
Рамон получит свободу и сможет жениться по собственному выбору.
Кэрли заставила себя улыбнуться и подняла мантилью над головой.
- Вот... вам понадобится и это. - Девушка протянула Кэрли высокий резной
черепаховый гребень. - Потом вернете
мне его.
Воткнув гребень в волосы Кэрли, она накрыла ее голову и плечи кружевной
тканью, потом отступила и
удовлетворенно улыбнулась:
- Теперь вы выглядите как невеста-калифорнийка.
- Спасибо, Канделария. Это прекрасный свадебный подарок.
Тяжело вздохнув, Кэрли покинула спальню и направилась в комнату, где ее
ждал дядя.
Заметив мантилью, Флетчер стиснул зубы:
- Вижу, ты уже входишь в роль.
- Я знаю, что рассердила вас, дядя. Но со временем вы поймете, почему мне
пришлось так поступить.
Сама Кэрли уже простила его. Он пытался сделать как лучше. Пожалуй, когданибудь
она объяснит ему, почему не
могла выйти замуж за Винсента. Возможно, когда все это закончится, дядя даже
позовет ее к себе. Кэрли надеялась на это.
Все-таки он ее единственный родственник. Если же дядя не захочет принять ее, она
постарается выжить сама.
По пути они напряженно молчали. Уже в середине дня, когда желтое солнце
висело над красными черепичными
крышами, они прибыли в Сан-Хуан-Батиста - оживленный городок у подножия
Джебилен-Маунтенс. Золотистые холмы,
поросшие раскидистыми дубами, смотрели сверху на Сан-Хуан, построенный там, где
некогда размещалась только миссия. С
открытием золотых приисков населенный пункт разросся. Первоначальный бум
закончился, но небольшой поток новых
переселенцев продолжал сливаться с местными калифорнийцами. Однако внешне
городок оставался испанским.
На улицах бурлило движение. Грузовая повозка везла руду с недавно открытой
в Новой Идрии ртутной шахты, к
роскошной гостинице "Плаза" подкатил дилижанс "Уэллс, Фарго и компания". Сонный
вол тянул поломанную повозку, и
темнокожий возница, ругаясь по-испански, хлестал животное.
Миссия находилась на площади, поросшей травой, изящными оливковыми
деревьями и яркими цветами. Она была
средоточием городской жизни. На обзорной экскурсии, устроенной для гостей отцом
Ксавьером, Кэрли узнала, что местная
церковь, самая большая из всех калифорнийских миссий, была построена в 1797
году. Главное двухэтажное здание имело с
одной стороны длинное изогнутое крыло. Храм был построен из самана и побелен.
Его интерьер производил впечатление:
деревянные скамьи, колонны, стены, расписанные яркими красками - синими,
красными, пурпурными, желтыми и
зелеными. С потолка свисали огромные железные подсвечники, и множество свечей
заливали помещение золотистым
светом.
Кэрли улыбнулась невысокому коренастому священнику, показывавшему им
церковь. Он уже лысел, но его
огрубевшие от работы руки казались все еще сильными. Даже живот не выступал под
темно-коричневым одеянием.
- Рамон сказал мне, что вы католичка, - обратился к Кэрли священник. -
Почему же мы до сих пор не видели вас в
церкви?
- Простите, отец, но я недавно в Калифорнии, а мой дядя, как вам известно,
исповедует другую веру.
Она старалась сосредоточиться на словах священника, но ее взгляд то и дело
устремлялся к двери: Кэрли ждала
Рамона. Время, назначенное для бракосочетания, прошло. Неужели он не приедет?
Девушка едва дышала от страха. Она будет опозорена, дядя умрет от стыда -
правда, он этого заслуживал. И все же
Кэрли надеялась, что Рамон появится - хотя бы для того, чтобы она не выдала его
тайну.
Однако если он не приедет, она не сможет упрекнуть его. И уж конечно, не
выдаст из-за того, что он отказался помочь
ей.
Время шло. Священник нервничал. Флетчер был разгневан. Гости
встревожились.
Сердце Кэрли глухо стучало. Рамон догадался, что ее угроза несерьезна. Он
не приедет.
Глядя на дверь, Кэрли едва не плакала. Ей бы следовало разозлиться из-за
того, что ее план сорвался, но она
испытывала только разочарование.
- Ну, Кэрли, ты удовлетворена? - Дядя сверлил ее суровым взглядом. - Ясно,
что де ла Герра не намерен здесь
появиться. Ты погубила свою репутацию, лишилась возможности вступить в брак с
Винсентом и теперь станешь
посмешищем всей округи.
Кэрли не стала напоминать ему о том, что это именно он погубил ее
репутацию. Она лишь попыталась спасти свою
жизнь, но, к несчастью, проиграла, легкомысленно поверив в то, что ей удастся
сохранить честь, не выходя замуж за
Винсента. Ее замысел провалился. Из-за Рамона.
Она попыталась улыбнуться, но ее нижняя губа задрожала.
- Думаю, нам пора возвращаться домой, - тихо проговорила девушка.
Флетчер кивнул. Его лицо было таким же красным, как ниши за изображениями
святых в глубине церкви.
- Я сожалею, - сказал священник. - Вероятно, случилось нечто
непредвиденное. Нарушать слово не в правилах
Рамона.
Кэрли уцепилась за это объяснение, потом отвергла его. Рамон не нарушил
слова, он вовсе не обещал приехать. Они
направились вдоль прохода к резным деревянным дверям. Но едва они приблизились к
ним, массивные двери со скрипом
открылись.
Рамон вошел в церковь, и сердце Кэрли остановилось. Она увидела узкие
черные calzoneras, на сей раз без украшений,
простую белую рубашку с длинными рукавами и высокие черные сапоги. Все это
говорило о том, что Рамон не относит
событие к разряду праздничных.
Кэрли почувствовала укол в сердце, но только вздернула подбородок. Взгляд
Рамона выражал недружелюбие, пока не
появились его мать и тетя в сопровождении Педро Санчеса. После этого испанец
быстро оглядел девушку, оценил элегантное
серое платье и белую кружевную мантилью. Что-то вспыхнуло в его холодных карих
глазах и тут же исчезло.
- Извини за опоздание... mi amor "любимая (исп.)". - Он натянуто
улыбнулся. - Надеюсь, я не заставил вас
слишком долго ждать. - Однако его мрачное лицо не выражало и тени сожаления. Он
опоздал нарочно, желая наказать
Кэрли за то, что она принудила его к браку. Что ж, это в его характере.
- С этим все ясно, де ла Герра. - Флетчер сурово посмотрел на Рамона. -
Бракосочетание состоится?
Рамон еле заметно кивнул:
- Конечно. Для этого мы и собрались здесь, верно?
Испанец взял Кэрли за руку. Его пальцы были такими же жесткими, как и
взгляд.
- Я надеялась, что мне удастся прежде поговорить с вами, - начала Кэрли. -
Мне надо кое-что объяснить.
- У нас еще будет время для разговоров. Мы заставили священника слишком
долго ждать.
Кэрли не сказала, что виноват в этом он. Раз уж Рамон в таком мрачном
настроении, лучше промолчать.
Церемония была короткой. Никто не произнес возле алтаря Высокую мессу -
праздничный ритуал для друзей и
родственников. Ведь Рамон не сам выбрал себе невесту.
Впервые с начала этих событий Кэрли ощутила угрызения совести. Она
поступила с Рамоном нечестно. Но и он
проявлял к ней безжалостность, утащив на коне и заставив идти по горам.
Кэрли вздохнула. Ну и ладно. Потом все образуется. А сейчас она будет
игнорировать его.
Не глядя на Рамона, она позволила ему взять ее за руку, услышала его тихую
брачную клятву, сама повторила слова.
Он надел ей что-то на палец. Она опустила глаза и увидела широкое золотое кольцо
с кроваво-красными камнями вокруг
герба де ла Герра. Церемония подошла к концу.
- Во имя Отца, Сына и Святого Духа, - произнес священник, - объявляю вас
мужем и женой. Можете поцеловать
вашу супругу, дон Рамон.
Циничная улыбка заиграла на его губах. Он крепко прижал Кэрли к себе и
грубо поцеловал ее. В нем кипела злость.
Господи, он разгневан гораздо сильнее, чем она думала! Рамон отпустил ее
так внезапно, что она ухватилась за его
плечи, чтобы не упасть.
- Рамон, пожалуйста, нам необходимо поговорить...
Жесткий взгляд карих глаз пронзил ее.
- Близится вечер. Вероятно, начнется гроза. Мы можем не поспеть домой
засветло. В Лас-Алмас у нас будет
достаточно времени, чтобы поговорить.
- Но...
Взяв ее за руку, он поблагодарил священника, бросил несколько монет в ящик
для пожертвований и направился вдоль
прохода к широким двойным дверям. Кэрли едва поспевала за ним. Педро Санчес
следовал за молодыми супругами,
сопровождая двух пожилых женщин. Он был встревожен.
Флетчер шел позади. Выйдя на улицу, он остановился возле кареты Рамона,
взял руку Кэрли и пожал ее с
неожиданной теплотой.
- До свидания, дорогая. - Он посмотрел на непроницаемое лицо Рамона. -
Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Она тоже надеялась на это. Господи, она не ждала такого поворота событий.
- Со мной все будет хорошо. - Кэрли порывисто обняла дядю. - Жаль, что все
так обернулось.
Он растерялся.
- Это моя вина, - глухо пробормотал Флетчер. - Черт возьми, я бы хотел
подготовить тебя.
Кэрли кивнула. Она тоже хотела бы этого. Даже брак с Винсентом пугал ее
сейчас меньше, чем ярость испанца.
Девушка посмотрела на Рамона. Он усаживал мать и тетку в некогда роскошную
карету, теперь поблекшую и
почерневшую от дождей. Красные кожаные сиденья покрылись трещинами, пол скрипел.
Стоявший поодаль Педро Санчес
подошел к девушке, держа в руках шляпу.
- Желаю тебе всего самого доброго, - с чувством сказал он.
- Рамон так рассержен, Педро. Если бы только он позволил мне объяснить...
Шершавая рука коснулась ее щеки.
- Ты уже страдала от его характера, pequena "малышка, крошка (исп.)". Тебе
не следовало так поступать. - Он
взглянул на Рамона и устало вздохнул. - Однако надеюсь, Господь приложил к этому
руку, и в конце концов все обернется
так, как Он задумал.
- Боюсь, нет, Педро. Если бы он выслушал...
Старый ковбой кивнул:
- Со временем его гнев утихнет. У тебя будет возможность объясниться.
Но лицо его говорило о том, что это ничего не изменит.
У Кэрли защемило сердце. Она ошиблась в Рамоне при первом знакомстве и
опасалась, что повторила ошибку.
Женщины мало говорили в дороге на ранчо Лас-Алмас. Они лишь холодно
пригласили Кэрли войти в семью и
пожелали счастливого брака. Рамон молчал. Педро ехал рядом с ними
...Закладка в соц.сетях
