Жанр: Любовные романы
Английский подснежник
... своих ласк.
Неужели это Дина Грант? Эта распутница с разметавшимися по плечам волосами,
с обнаженным телом, по которому скользят мужские ладони. Неожиданно ее
охватило такое безумное наслаждение, что она зажмурившись, вскрикнула.
— Открой глаза, Дина! — приказал Коби, и она подчинилась, чтобы
увидеть в зеркале и его лицо.
Ее колени подкосились; Коби поддержал ее и, задыхаясь, произнес:
— Видишь, Дина, бояться нечего. Но это только начало. Теперь ты должна
раздеть меня.
Дина забыла и о благоразумии, и о страхе. Ее дрожь прекратилась,
сердцебиение замедлилось, и она начала его раздевать. Вскоре они стояли друг
перед другом обнаженные — словно Адам и Ева до грехопадения.
Раздетый, он оказался еще прекраснее, и теперь Дина понимала причину
ревности Виолетты. Она все еще страшилась его, потому что впервые в жизни
видела возбужденного мужчину.
Коби заметил ее испуг, склонился к ней и, обняв, прошептал ей на ухо:
— Тебе понравились мои ласки, Дина?
— Сам знаешь, — прошептал она в ответ.
— И ты понимаешь, что когда я доставлял тебе удовольствие, мне
хотелось, чтобы и ты доставила удовольствие мне? — Он взял ее руки и
поднес к своему телу.
Дина ахнула, почувствовав ладонями его гладкую и бархатистую кожу.
— Да! — хрипло воскликнул Коби. — Ласкай меня, Дина, как и я
тебя ласкал...
Девушка начала поглаживать его, сначала робко, а потом все смелее, пока не
почувствовала его экстаз. И теперь он дрожал, уткнувшись лицом ей в шею, и
шептал ее имя, а она поддерживала его.
Через мгновение он добавил, все еще тяжело дыша.
— Видишь, что ты делаешь со мной, Дина. При всей своей силе я
беззащитен перед тобой.
— Как и я перед тобой, — ответила девушка, и ее дыхание снова
ускорилось.
Он молча кивнул, а затем опустил ее на кровать и лег рядом. Впервые она сама
прильнула к нему и крепко его обняла, чтобы почувствовать его жар.
Желание притронуться к нему, поцеловать его было таким сильным, что руки
Дины начали, словно по собственной воле, блуждать по его телу. Коби
беззвучно рассмеялся и склонился над ней со словами:
— Нетерпеливая нимфа, твоему сатиру нужна маленькая передышка. Но,
думаю, твои ласки оживят его.
Вскоре Дина сумела его
оживить
, а еще через несколько мгновений обратилась
к нему с мольбой:
— Пожалуйста, Коби, пожалуйста.
Радуясь, что его молодая жена не поддалась страху, Коби сделал ее своей.
Двое стали плотью единой, и Дина познала наслаждение, сменившее и победившее
боль.
— Не тигры, — прошептал Коби, — а играющие тигрята. Любовь —
не поле боя, Дина, а разделенное на двоих удовольствие.
— Тогда почему сначала я смеялась, а потом расплакалась? —
спросила Дина через несколько минут. Коби чувствовал соленый вкус ее слез:
он собирал их губами.
— Сильные чувства схожи, Дина. Смех и слезы всегда рядом.
И это правда
, — подумала Дина, удивляясь своим былым страхам. Теперь
она восхищалась его способностью не только преодолеть ее испуг, но и
доставить ей удовольствие, равного которому она никогда не испытывала.
Перед сном Дина заметила то, на что не обратила внимания во время любовной
игры: его спина была покрыта ужасными шрамами. Девушка чувствовала пальцами
грубые рубцы. Она ничего не сказала, но когда ее муж встал, чтобы одеться, и
повернулся к ней спиной, увиденное ее ужаснуло.
В отличие от Виолетты Дина не стала задавать вопросов, и опять же в отличие
от сестры сразу поняла, что Коби был жестоко избит. Виолетте он сказал, что
его сбросила необъезженная лошадь и протащила по камням, но Дина бы не
удовольствовалась таким объяснением.
Ее сердце было переполнено любовью. Она представить себе не могла, что кто-
то оказался способен совершить подобное зверство с человеком, который был
так добр к ней.
Дина была уверена, что при всей своей доброте Коби не любит ее, и не
понимала, что заставило его выкупить ее у Рейни. Она была благодарна ему не
только за спасение от Виолетты и нищеты, но и за его нежность и ласку.
— Запомни, Дина, — сказала она себе, проваливаясь в сон, —
внешность часто бывает обманчивой.
Десятая глава
Уокер встретился с одним из своих осведомителей в маленькой пивной недалеко
от Стрэнда. Этот человек принадлежал к так называемому
полусвету
и
откликался на имя капитан Легг. Он водил знакомство с людьми из общества и
посещал мужские клубы, но никогда не приглашался на такие блистательные
приемы, как у Хертфордов.
Несмотря на это, он был в курсе всех сплетен, которые обсуждались в гостиных
Мейфэйра и Белгравии. Пару недель назад Уокер попросил его выяснить все, что
можно, о мистере Джейкобе Гранте, американском финансисте.
Когда пришел Уокер, Легг поприветствовал его радостным возгласом.
— Вот и ты, Уилл. Будешь пива?
Уокер не отказался. Взяв кружку и сделав хороший глоток, он произнес:
— Ну?
— Все путем. Сколько заплатишь?
Уокер назвал сумму. Осведомитель презрительно рассмеялся.
— Мало. Хотя бы десятку.
— Десятку! Ты шутишь. В Скотланд-Ярде деньги не печатают.
— Такая уж цена, парень. Я всю его подноготную узнал. Не ты один
интересуешься его прошлым. Есть люди, которые заплатят гораздо больше. Но
если тебе это не нужно... — и он сделал вид, будто собирается уходить.
— Отлично. Я дам тебе десятку. Но только если твой рассказ того стоит.
— Этот мистер Грант очень странный малый. Он считается приемным сыном
Джека Дилхорна, богатого, как Вандербильт или Рокфеллер. Однако, ходят
слухи, будто он незаконный сын Дилхорна и его жены Мариетты Хоуп, рожденный
незадолго до их свадьбы. Ее отца звали Джейкоб Хоуп... сечешь? К тому же, он
вылитый Джек Дилхорн, хотя папаша так его и не признал.
— Дилхорн, — буркнул Уокер, думая о мистере Дилли и мистере
Хорне. — Продолжай, интересно.
— Его растили как богатого наследника. Он выучился в Йеле на горного
инженера, и, по слухам, собирался занять теплое местечко на отцовской фирме.
Вместо этого он неожиданно все бросил, уехал в Аризону и устроился работать
на шахту в городке под названием Братт-Кроссинг. Месяцев через шесть он
исчез и еще через полтора года объявился в Нью-Йорке уже с небольшим
состоянием, которое здорово преумножил на Уолл-Стрит... к отцовским
денежкам, как мне говорили, он даже не притронулся.
— Откуда он взял эти деньги? — спросил Уокер.
— Кто знает? Недавно Пинкертон отправил в Аризону своего агента, но Братт-
Кроссинг уже несколько лет как заброшен, и теперь там ничего путного не
узнаешь. Примерно через год после исчезновения Гранта шахту взорвали
бандиты. Местного землевладельца Бленкайрона, бывшего управляющего шахтой,
убили в перестрелке. Его охранника Грира, известного негодяя, ранили, но он
выжил и сумел скрыться. После уничтожения шахты городок опустел. Грант мог
найти работу где-нибудь еще, но единственной действующей в то время шахтой
была шахта в Сан-Мигеле, в Нью-Мексико. Когда агент Пинкертона попытался
расспросить местных жителей, оказалось, что никто и слыхом не слыхивал о
Гранте. Самое забавное, что шахта в Сан-Мигеле тоже была взорвана во время
стычки с бандитами, но ее смогли восстановить. Что бы там ни было, Грант
осел в Нью-Йорке и начал зарабатывать себе состояние. Первым делом он
захватил
Юго-западную горную компанию
и отправил бывшего президента в
тюрьму за мошенничество. Шахта в Сан-Мигеле тоже принадлежала компании, а
теперь принадлежит Гранту. Но чем он занимался эти полтора года? Как
получилось, что обе шахты были взорваны... совпадение это или нет?
— Все возможно, — сказал Уокер. — Все это очень интересно. Но
бесполезно для меня. Он честный человек?
Капитан Легг рассмеялся.
— Честный! Бог знает как сколотил себе состояние, превратился в
мультимиллионера, стал еще богаче, чем папаша... с которым-то и дела иметь
не хочет... А сам ты как думаешь?
— Я думаю, — сказал Уокер, — что он прикидывается святошей, а
я таким людям никогда не доверял. Агент Пинкертона считает, будто он имеет
какое-то отношение к Сан-Мигелю?
— Да, но ничего не может доказать. Хотя я видел Гранта пару раз в
Лондоне, и, по-моему, он выделялся бы в том занюханном городишке, словно
хрен посреди чистого поля.
Уокер вспомнил грязного мистера Дилли/Хорна, растворяющегося в лондонской
толпе, набрасывающего удавку на ни в чем не повинного полисмена и умеющего
изобразить любой акцент.
— С тех пор лет десять уже прошло, — жизнерадостно заявил капитан
Легг, — а теперь он стал любовником леди Кенилворт, женился на
аристократе и подружился с принцем Уэльским. С чего ты взял, будто он
планирует какую-то авантюру?
— Есть причины, — мрачно ответил Уокер. Он верил, что мистер Дилли
способен на любые фокусы.
Дина Грант понятия не имела о фокусах мужа. На следующий день после приема у
Хертфордов она спросила, как бы между прочим:
— Почему ты женился на мне, Коби? Я же знаю, что не из-за любви.
Если Коби и был застигнут врасплох, то не выдал замешательства.
Он медленно ответил:
— Я женился на тебе, Дина, по многим причинам. Я уверен, что ты станешь
хорошей женой и матерью моих детей. Знай, что я всегда буду уважать тебя,
даже если не смогу любить. Думаю, в отличие от большинства женщин, ты не
захочешь, чтобы я тебе лгал.
Дина молча кивнула. Ничего другого она и не ожидала. Неужели он
действительно не способен любить? Сначала ей казалось, будто Коби сказал
это, чтобы ее утешить, но теперь девушка чувствовала, что он говорил правду.
— Тяжело, наверное, знать о себе такое, — сказала она. — Что
ты не можешь любить.
— Лучше уж так, — ответил Коби. — Мне было бы спокойнее, если
бы и ты меня не любила. Женщины, у которых хватало глупости любить меня в
прошлом, дорого платили за это.
Память о Белите, погибшей по его вине, всегда жила в его сердце. Были еще
Джейн и Сюзанна с ее отчаянием. Насколько было бы лучше, если бы она никогда
не встретила и не полюбила бы Коби Гранта!
Коби не хотел, чтобы любовь испортила дружеские отношения между ним и его
молодой женой. Он чуть было не сказал и это, но вовремя прикусил язык. Как и
Мариетта, его мать, Коби беспокоился о том, как Дина сможет с ним ужиться.
Что ж, время покажет.
Об этом же Дина размышляла неделю спустя, слушая серенаду. Было четыре часа
пополудни, и они с Коби лежали в постели... вернее, на постели. Все утро и
начало дня они провели в зоопарке.
— Неужели ты никогда там не была? — в притворном ужасе воскликнул
Коби. Он сразу же велел подать экипаж, и следующие несколько часов они
провели, гуляя по аллеям и рассматривая животных, о которых Коби знал
практически все. Дину это не удивляло: она уже успела привыкнуть к его
поистине энциклопедическим познаниям.
После этого они поехали в ресторан и пообедали на террасе с видом на Темзу.
Дина никогда еще не чувствовала себя такой счастливой.
Когда после прогулки по Лондону они возвращались на Парк-Лейн в открытом
ландо, муж тихо спросил:
— Чем дальше займемся, Дина? Раз уж сегодня мы празднуем, давай...
Он выгнул бровь, оставив фразу недоговоренной, и Дина невольно захихикала.
— Почитаем сборник проповедей, — закончил Коби с серьезным
видом. — Он как раз у меня в комнате завалялся.
Как ни странно, такое же невинное выражение на его лице Дина видела сегодня
в зоопарке. Они резко завернули за угол и едва не столкнулись с крупным
мрачного вида мужчиной.
— Ой, прошу прощения, — воскликнул Коби с точно таким же
выражением лица. — Мы вас не заметили, не так ли, дорогая? Примите наши
извинения за доставленные неудобства. Приятный день выдался, как вы
считаете? Вам тоже нравятся животные?
— Вовсе нет, — пробормотал незнакомец, смущенно переминаясь с ноги
на ногу. — То есть...
— Настоятельно рекомендую посмотреть львов, — жизнерадостно
продолжил Коби. — Скоро их будут кормить. Не христианами, и не
преступниками, конечно. Слава Богу, эти ужасные времена давно миновали. Не
смею больше вас задерживать.
Они направились дальше, но какой-то порыв заставил Дину обернуться. Мужчина
так и не сдвинулся с места и с ошеломленным видом глядел им вслед.
— Этот человек знаком с тобой, Коби? — спросила она. — Он
странно на тебя смотрит.
— Какой человек, дорогая? Ах, этот. Нет, не думаю, что он меня знает.
Впоследствии Дина решила, что это было очередное из его двусмысленных и
ничего не объясняющих высказываний.
Зато в постели все было четко и ясно. Коби был совершенно голым после
приятно проведенного часа, а Дина в небрежно наброшенном японском кимоно
слушала, как он играет на банджо.
Пел он низким и горловым голосом, не похожим на его обычный мягкий баритон;
лежа рядом с ним, Дина чувствовала себя счастливой грешницей.
— Есть хоть что-нибудь, чего ты не умеешь? — спросила она, когда
песня закончилась.
Коби кивнул и, не задумываясь, ответил:
— Рожать детей.
Дина толкнула его ногой.
— Я не о том, глупенький.
— Хотя я могу сделать ребенка тебе, — продолжил Коби. — Разве
это не приятно? А как насчет ванны? Я весь мокрый.
— Я тоже, — согласилась Дина. — Я могу вернуться в свою
комнату и позвонить Пирсон, чтобы она приготовила ванну.
— Я сам приготовлю, — пообещал он, заиграв снова. — Незачем
беспокоить Пирсон. Мы примем ванну вместе. — Теперь он играл популярную
песенку, оканчивающуюся словами:
Хочешь знать, который час, спроси у
полисмена
.
Неожиданно Дину осенило.
— Так вот на кого был похож тот человек в зоопарке. На полицейского.
— Умница, — лениво протянул Коби. — Я тоже так подумал. И
кого он собирался арестовывать? Львов... или тигров? Тебя, меня?
Дина вспомнила его слова перед тем, как речь зашла о полицейском.
— Ты в самом деле... хочешь принять ванну... со мной?
— Почему бы нет? В ванне мы сможем побеседовать о смысле жизни.
— А он действительно собирался кого-то арестовать? Я ни разу не видела, как арестовывают людей.
Дина ни с кем и никогда не вела таких странных разговоров, как с мужем. Он
еще ни разу не сказал ей:
Дина, не глупи
, как делали все остальные, кроме
Па, когда она давала волю фантазии.
— Возможно.
Коби поднялся с постели одним плавным движением и направился к двери
роскошной ванной комнаты, которую оборудовал после покупки дома.
— Скажи, — обратился он к Дине, заглянув обратно в спальню, —
ты веришь в переселение душ? Неплохая тема для начала.
Она все никак не могла забыть того полицейского.
— Он же не меня собирался арестовывать.
— Кто? Ах, полицейский. Слушай, Дина, нечего ждать, пока вода остынет,
а не то он точно явится за тобой
Коби сгреб ее в охапку, окунул прямо в кимоно в теплую воду, и сам залез
следом.
— Как хорошо, что я заказал такую большую ванну, — заявил
он. — Наверное уже тогда подумывал о тебе... Позволь, я сделаю с тобой
нечто ужасное, леди Дина...
Кончилось тем, что вся ванная комната была забрызгана водой, а Дина
завизжала:
— Коби, ты же меня утопишь!
— Не утоплю, — задыхаясь, ответил он.
— Нет, нет, не останавливайся...
— И не собираюсь, — выдохнул он. — Здорово, правда?
Так оно и было.
Позже Дина поинтересовалась с некоторой робостью, поскольку такого рода
вопросы бестактно задавать даже собственному мужу:
— Коби, а ты раньше это делал? — И рассмеялась. — Какая же я глупая! Конечно, делал.
— Да, — мягко сказал он, поглаживая ее мокрые волосы.
— С Виолеттой? — не удержалась Дина и тут же подумала:
Господи,
только бы не с Виолеттой
.
— Нет, — ответил Коби, — не с Виолеттой. Всего один раз и
очень давно. Ты была тогда совсем еще маленькой.
Он вспомнил Дженни, хозяйку борделя в Братт-Кроссинге и подумал, что так и
не смог ее отблагодарить. Она вернула ему мужество после стычки с Гриром.
Она сумела восстановить его веру в себя, а он даже не вспомнил о ней до тех
пор, пока какой-то порыв не заставил его залезть в ванну вместе с Диной.
— Очень давно... — повторила Дина, а затем неожиданно добавила, —
Когда тебя... когда тебя избили?
Коби застыл в удивлении.
— Да, — медленно произнес он. — Это помогло мне исцелиться.
— А. — Дина села, ее лицо оживилось, глаза сияли, как
звезды. — Наверное, ты очень устал. Теперь моя очередь любить тебя.
Впервые девушка взяла на себя инициативу в любовной игре. Она склонилась над
ним, нежно поцеловала его в губы и принялась ублажать его своими руками и
своим телом, как он ублажал ее. Она смеялась, дразнила его, а он удивлялся
произошедшей в ней перемене.
Затем мысли ушли, и теперь Дина зажимала его рот ладонью, чтобы заглушить
его стоны.
Они вылезли из ванны, когда вода окончательно остыла. Коби завернул Дину в
полотенце, и они уснули прямо на полу, счастливым, мирным сном людей,
испытавших величайшее наслаждение.
Джилс взглянул на часы. Хозяин предупредил, что они с леди Диной приглашены
на ужин к мистеру Ван Дьюзену, и приказал явиться в шесть часов. Но Джилс
медлил. Он знал, что хозяин с хозяйкой заперлись в спальне и не вышли даже к
вечернему чаю, поданному в гостиной.
Часы пробили шесть, но звонка от мистера Гранта не было. Джилс послал Гортензию в комнату леди Дины.
— Ее там нет, — вернувшись, ответила камеристка. — Наверное,
она у него.
В половине седьмого Джилс заглянул в спальню хозяина. Комната оказалась
пустой, и вокруг стояла полная тишина. Камердинер подкрался к двери ванной
комнаты и тихонечко приоткрыл ее. Они спали, завернувшись в полотенца, на
залитом водой полу. На цыпочках Джилс вышел, и его улыбка была понимающей,
но добродушной.
Коби, который после своих похождений на юго-западе привык спать очень чутко,
услышал, как скрипнула дверь. Он сел, взглянул на спящую жену, очень быстро
постигающую искусство любви, и разбудил ее поцелуем.
— Пора вставать, — сказал он. — Нас ждут великие дела.
— Мы только зря теряем время, шеф, — заявил Бейтс. — Он
смеется над нами. Вчера сам подошел ко мне в зоопарке под ручку со свой
леди. Пока мы следили за ним, он не сделал ничего незаконного.
Уокер мрачно уставился на подчиненного. Сегодняшним утром комиссар вызвал
его к себе и сурово сказал:
— Я знаю, что вы до сих пор следите за тем парнем, Уокер, но не нашли
против него никаких улик. Я приказываю вам оставить его в покое.
— Дайте мне еще неделю, — ответил инспектор. — А потом я
забуду о нем.
Конечно, это была ложь. Уокер вовсе не собирался забывать о мистере Дилли.
— Нет, Уокер. Прекращайте немедленно. Я прослежу за этим.
Уокер подчинился. Еще угрюмее, чем раньше, он спустился в свой кабинет и
сообщил новость Алькотту и Бейтсу.
— Больше не будет подарков, — пробормотал Бейтс, — зато и
торчать на холоде не придется.
Они с Алькоттом не единственные получили подарки. Однажды, вернувшись домой,
Уокер обнаружил, что его жена разрезает огромный ананас, настоящее
сокровище. Записка на доставленной днем корзине с фруктами гласила:
От
поклонника
. Жена была так рада, что Уокеру пришлось принять этот ананас и
даже попробовать, хотя при виде этого фрукта его рот наполнялся желчью.
— Тем более, если он такой умный, — сказал Бейтс Алькотту, —
то запросто избавится от нас, когда захочет. Только зачем? Он же ничего
преступного не делает.
Утро Коби провел в роскошной конторе
Юго-западной горной компании
в Сити.
Он как раз читал отчет одного из управляющих, когда в дверь заглянул
секретарь.
— Внизу какой-то человек хочет побеседовать с мистером Дилли по очень
важному делу.
— Важному? Он сказал, важному, Роджерс?
— Именно так, сэр.
— Куда вы отвели его?
— В маленький кабинет рядом с центральным вестибюлем.
— Отлично. Сообщите ему, что я скоро подойду.
Важному. Что там может быть важного? Гадать бесполезно: надо быть готовым ко
всему.
В нижнем кабинете клерк, знавший Коби как простого и веселого мистера Дилли,
был поражен его серьезным и деловым видом.
— Я бы не пришел, если бы вы сами не сказали... — словно извиняясь,
забормотал он.
— Все правильно. Но я верю, что вы будете молчать о подобных визитах.
Поэтому я вас выбрал, и за это плачу. Что случилось?
— Ребенок, мистер Дилли. Малышка Лиззи Стил. Из приюта, который вы
финансировали. Вчера она исчезла. Капитан Бристоу из Армии спасения пришел
сегодня ко мне. Полицейские... а он сообщил в полицию... кажется, нашли ее.
Около шести утра из Темзы вытащили труп девочки. Похоже, это она. Он...
капитан Бристоу... решил, что вы... должны это знать...
— Ее убили. — Собственный голос показался Коби чужим. Подавив
растущую ярость, он спросил, — Тот человек, Хоскинс, который служил у
мадам Луизы. Вы что-нибудь выяснили о нем?
Клерк кивнул, не удивившись странному на первый взгляд вопросу. Он успел
немного изучить мистера Дилли и давно перестал удивляться.
— Я послал человека следить за ним, сэр. Он снял дом возле реки. Ведет
тот же бизнес. Очень осторожен — среди его клиентов одни джентльмены.
Коби кивнул.
— Дайте подумать, — холодно сказал он. Он научился сдерживать свой
гнев. В юности все его чувства были написаны на лице, но теперь ярость
горела внутри, оставаясь невидимой. — Куда ее отвезли?
— Морг в Лаймхаузе, недалеко от Темзы. Где-то там ее и выловили.
Говорят, недолго в воде пробыла.
Коби направился к двери, коротко приказав:
— Ждите меня здесь.
Он поднялся в свой кабинет, перепрыгивая через ступеньки, и сразу же позвал
Роджерса.
— Роджерс! Одолжите мне свой старый сюртук. Отправьте письмо на Парк-
Лейн леди Дине. Передайте ей мои извинения и сообщите, что я весь день буду
занят. Возможно, я вернусь вовремя, чтобы отвезти ее на ужин к леди
Кенилворт, но если не успею, пусть едет сама.
На пути в морг Коби проклинал себя за то, что не проследил за Хоскинсом, или
за отчимом Лиззи, или за сэром Рэтклиффом Хиниджем. Он не мог поверить, что
ее гибель случайна. Девочка слишком много знала. Ему следовало быть
осторожнее... отправить ее за город, но он сделал то, что считал нужным, и
оставил ее там, где ей было хорошо.
Коби сам на себя злился за эти бесплодные размышления. Надо не об этом
думать, а решать, что делать дальше, если его подозрения оправдаются.
Бристоу ждал его возле полицейского участка, и его лицо было пепельно-серым.
— Мистер Дилли, — произнес он. — Я знал, что вы придете.
— Это Лиззи, да?
Бристоу опустил голову.
— Да, я ее узнал. — Он помедлил. — Ужасное зрелище, мистер
Дилли... с ней обошлись... очень... жестоко.
— Не сомневаюсь, — бросил Коби. Он огляделся по сторонам. Как ни
странно, именно этим утром слежка за ним прекратилась. Но в сравнении с
гибелью Лиззи все его игры с полицией казались глупыми и бессмысленными.
Вслед за Бристоу он подошел к полицейским. Капитан представил его как
мистера Дилли, покровителя приюта, в котором жила Лиззи.
Впервые Коби был настолько расстроен, что не заметил своих преследователей.
Не только Бейтс и Алькотт, но и сам Уокер смотрел на него из-за полузакрытой
двери морга.
Без сомнения девочку похитили, отвезли в какой-то дом (вероятно, к
Хоскинсу), изнасиловали, убили и сбросили в реку.
Бесчувственный ублюдок
, — думал Уокер, глядя на застывшее лицо
мистера Дилли и не догадываясь о сжигающей его ярости. Он видел, как Дилли
резко отвернулся и спросил у Хеджеса, попечителя приюта:
— Как это случилось?
— Она гуляла с подружками после уроков, — тупо ответил
Хеджес. — Девочки играли у реки и вдруг заметили, что Лиззи пр
...Закладка в соц.сетях
