Жанр: Любовные романы
Раз и навсегда
...ала. Сколько еще придется мучиться, пока этот бал
наконец завершится!
Чарльз вставил ключ в замочную скважину и открыл парадное как раз в тот
миг, когда Нортроп поспешил навстречу герцогу.
- Не было никакой нужды дожидаться меня. Нор-троп, - добродушно сказал
Чарльз, передавая ему шляпу и трость. - Который час?
- Половина двенадцатого, ваша светлость.
- Лорд Филдинг и леди Виктория появятся лишь ранним утром, так что не
вздумай ждать их, - посоветовал он. - Ты ведь знаешь, что эти балы
продолжаются далеко за полночь.
Нортроп пожелал ему доброй ночи и исчез в своей комнате. Чарльз повернул
в противоположную сторону и направился к салону, намереваясь насладиться
бокалом портвейна и поразмышлять о романе Джейсона и Виктории, который
наконец завязался накануне ночью.
Он пошел через приемную залу, но громкий, настойчивый стук в парадную
дверь заставил его остановиться и повернуть назад. Полагая, что, должно
быть, юная парочка забыла ключи и вернулась домой пораньше, он открыл дверь
с приветственной улыбкой, которая сменилась вопрошающим взглядом, когда он
увидел перед собой высокого, хорошо одетого мужчину лет тридцати.
- Простите меня, что я потревожил вас в такое позднее время, ваша
светлость. Меня зовут Артур Уинслоу, моя юридическая фирма имеет срочное
поручение от родственной фирмы в Америке: мне необходимо немедленно передать
это письмо вам, а второе - мисс Виктории Ситон.
- Леди Ситон нет дома, - сказал Чарльз, а в его мозгу уже возникла мысль
о неминуемой катастрофе.
- Я знаю, ваша светлость. - Молодой человек жестом показал на свой
экипаж, ожидавший на улице. - Как только мной были получены эти письма, я
срочно прибыл сюда и ждал вашего возвращения. Согласно полученным нами
инструкциям, в случае отсутствия леди мы должны передать это письмо вам,
чтобы вы вручили его адресату. - С этими словами он вложил второе письмо во
вспотевшую ладонь Чарльза и приподнял шляпу. - Доброй ночи, ваша светлость.
Холодный страх охватил герцога, когда он закрывал парадное и распечатывал
письмо. Первым делом он поискал глазами имя отправителя. "Эндрю Бэйнбридж",
- прочитал он.
Герцог пристально смотрел на эти буквы, и у него заныло сердце; затем он
заставил себя читать. По мере чтения его лицо становилось все бледнее и
буквы поплыли перед глазами.
Когда письмо было прочитано, печали герцога не было предела. У него
затряслись плечи и по щекам заструились слезы, ибо всем его мечтам и
надеждам пришел конец. Это был такой удар, от которого заломило виски. Когда
слезы высохли, он постоял неподвижно еще несколько минут, незрячим взглядом
уставясь в пол.
Затем понемногу его плечи распрямились и он поднял голову.
- Нортроп! - крикнул Чарльз, поднимаясь по ступенькам лестницы, но вместо
своего голоса услышал приглушенный шепот. Он прочистил горло и снова позвал:
- Нортроп!
Дворецкий прибежал в ту же минуту, на бегу накидывая ливрею.
- Звали, ваша светлость? - тревожно посмотрел он на герцога,
остановившегося на середине лестницы и судорожно вцепившегося в перила.
Чарльз обернулся и посмотрел на него.
- Вызови доктора Уортинга, - приказал он. - Скажи, чтобы он немедленно
приехал, это срочно.
- Послать сразу же и за лордом Филдингом и леди Викторией?
- Да нет же, черт возьми! - буркнул герцог, но тут же опомнился. - После
прибытия доктора Уортинга я дам тебе знать, как поступать дальше, -
поправился он, продолжая медленно подниматься по лестнице.
Уже начинало светать, когда кучер маркиза Уэйкфилда остановил гарцующих
серых в яблоках коней у дома номер шесть по Аппер-Брук-стрит. Ни Джейсон, ни
Виктория за всю дорогу не промолвили ни слова, но когда девушка заметила,
как Джейсон напрягся, она выпрямилась и огляделась, ища причину его тревоги.
- Чей это экипаж?
- Доктора Уортинга. Я узнаю его гнедых. - Джейсон быстро распахнул
дверцу, выскочил из экипажа и бесцеремонно вытащил девушку, а затем помчался
к подъезду, перепрыгивая через ступеньки и словно забыв о Виктории. Девушка
подобрала длинные юбки и бросилась за ним. Когда бледный как мел Нортроп
открыл парадное, ее охватила паника.
- Что случилось? - резко спросил Джейсон.
- Ваш дядя, милорд, - мрачно ответил старый дворецкий. - У него сердечный
приступ. С ним доктор Уортинг.
- Боже мой! - воскликнула Виктория, в страхе цепляясь за рукав Джейсона.
И они вместе пустились бежать вверх по лестнице, а Нортроп крикнул им
вслед:
- Доктор Уортинг просил без предупреждения не входить!
Джейсон только собирался постучать, как доктор Уортинг сам вышел к ним.
Он плотно прикрыл за собой дверь и сказал:
- Я слышал, как вы подъехали.
- Ну и как он?
Врач снял пенсне и стал задумчиво протирать стекла.
Наконец, глубоко вздохнув, он поднял голову. - У него очень серьезный
рецидив, Джейсон.
- Нам можно к нему?
- Да, но должен предупредить вас обоих: не делайте и не говорите ничего
такого, что может взволновать его. Голос Виктории задрожал:
- Он не.., не...
- Рано или поздно мы все туда уйдем, дорогая, - сказал доктор с таким
мрачным видом, что у Виктории подкосились ноги.
Они вошли в комнату к находившемуся при смерти герцогу и встали по обе
стороны изголовья. Прикроватная тумбочка была ярко освещена светом свечей,
но Виктории все в этой комнате показалось таким же темным и пугающим, как
ожидающая своего жильца отверстая могила. На одеяле лежала безжизненная рука
Чарльза, и, глотая слезы, девушка взяла ее в свои ладони, отчаянно надеясь
вдохнуть в него хоть капельку своей силы.
Глаза Чарльза судорожно приоткрылись, и ему с огромным трудом удалось
сфокусировать взгляд на ее лице.
- Мое дорогое дитя, - еле слышно прошептал он. - Я не собирался отойти в
лучший мир так скоро. Сначала мне хотелось увидеть, что вы счастливо
устроили свою жизнь. Кто позаботится о вас, когда меня не будет? Разве у вас
есть еще кто-нибудь, кто приютит вас и обеспечит всем необходимым?
Слезы градом текли по щекам девушки. Она так любила его и вот теперь
теряет! Виктория пыталась вымолвить что-то, но застрявший в горле комок
заглушил ее голос, и ей оставалось лишь крепче пожать слабую руку герцога.
Чарльз с трудом повернул голову на подушке и взглянул на Джейсона.
- Вы так похожи на меня, - прошептал он, - так же упрямы. А теперь будете
так же одиноки, как и я.
- Вам нельзя разговаривать, - хриплым голосом сказал Джейсон. -
Отдохните.
- Я не могу себе этого позволить, - еле слышно возразил Филдинг-старший.
- Я не могу спокойно покинуть этот мир, зная, что Виктория останется
одна-одинешенька на всем белом свете. Вы оба осиротеете, каждый по-своему.
Она не может оставаться под вашей опекой, Джейсон. Этого общество вам
никогда не простит...
Его голос совсем затих. Собрав последние силы, он обернулся к Виктории:
- Виктория, вас назвали в мою честь. Мы с вашей мамой любили друг друга.
Я.., собирался рассказать об этом как-нибудь, но теперь уже не успею.
Девушка больше не могла сдерживаться: она уткнулась головой в его грудь,
и ее плечи сотрясались от рыданий.
Чарльз оторвал взгляд от плачущей Виктории и снова перевел его на
Джейсона.
- Я мечтал, что вы с Викторией поженитесь. Я так надеялся, что вы будете
вместе, когда меня не станет...
Лицо Джейсона превратилось в серую горестную маску. Он кивнул и через
силу произнес:
- Я позабочусь о ней... Да, я женюсь на ней, - быстро поправился он,
когда Чарльз пошевельнулся.
Виктория, ошеломленная, обратила опухшие от слез глаза на Джейсона; но
затем сообразила, что он просто пытается утешить Чарльза в этот скорбный
час.
Герцог, измученный столь продолжительной беседой, прикрыл глаза.
- Я не верю вам, Джейсон.
В ужасе и отчаянии Виктория упала на колени возле постели, не выпуская
руки Чарльза.
- Вы не должны волноваться из-за нас, дядя! - безутешно плакала она.
Из последних сил повернув голову, Чарльз приподнял тяжелые веки.
- Вы можете поклясться? Поклянитесь, что женитесь на Виктории и всегда
будете заботиться о ней.
- Клянусь! - подтвердил Джейсон, и огонь в его глазах убедил девушку, что
это вовсе не ложь. Речь шла о клятве, данной умирающему человеку в его
последний час.
- А вы, дитя мое? Можете ли вы торжественно поклясться, что будете с
ним?
Виктория напряглась. Это был не тот случай, когда можно вспоминать
прошлые обиды и недомолвки. Она оказалась перед лицом жестокого выбора: без
Джейсона и без Чарльза она останется совсем одна. Она вспомнила пьянящий
восторг от поцелуев Джейсона... Пусть он бывает порой властным, надменным и
холодным, но у него сильный характер, и он поддержит ее в трудную минуту. То
немногое, что еще оставалось от ее смутных планов на будущее - заработать
денег и вернуться в Америку, - уступило место более насущной необходимости -
выжить и облегчить последние часы дяди Чарльза, лежащего на смертном одре.
- Итак, Виктория?
- Клянусь, - убито прошептала она.
- Спасибо, - пробормотал Чарльз, стоически силясь изобразить на
безжизненном лице улыбку. Он выпростал левую руку из-под одеяла и сжал
запястье Джейсона. - Теперь я могу спокойно встретить смерть.
И вдруг Джейсон напрягся. Его глаза вопросительно устремились на Чарльза,
а на лице появилась холодная усмешка. Полным иронии голосом он согласился:
- Да, теперь вы можете спокойно отойти в иной мир.
- Нет! - вскрикнула Виктория рыдая. - Не умирайте, дядя Чарльз!
Пожалуйста! - Отчаянно пытаясь найти достойную цель, ради которой он должен
бороться за жизнь, она выдохнула:
- Если вы умрете, то не сможете быть посаженым отцом на нашей свадьбе...
Доктор Уортинг выступил вперед и услужливо помог девушке подняться с
колен. Кивнув Джейсону, чтобы тот следовал за ним, он вывел ее в залу.
- Хватит, дорогая, - утешал он ее. - А то вы заболеете. Виктория подняла
заплаканное лицо.
- Он не выживет, доктор Уортинг?
Добродушный врач сочувственно похлопал ее по руке.
- Я останусь с ним и дам вам знать, если что-нибудь изменится. - И, не
добавив ничего более утешительного, он вернулся к герцогу, снова плотно
притворив за собой дверь.
Виктория и Джейсон спустились в салон. Джейсон сел рядом и, утешая, обнял
ее, дав ей возможность уткнуться ему в плечо. Виктория прижалась лицом к его
широкой груди и рыдала до тех пор, пока не выплакала все слезы. Остаток ночи
она провела в целомудренных объятиях Джейсона, бодрствуя и шепча про себя
молитвы.
А герцог Атертон до рассвета играл в карты с доктором Уортингом.
Глава 19
Днем доктор Уортинг сообщил, что герцог все еще держится. На следующий
день он спустился в столовую, где лорд Филдинг и леди Виктория обедали, и
сообщил, что Чарльзу "кажется, гораздо лучше".
Виктория не могла сдержать радости, зато Джейсон лишь повей бровью и
пригласил врача отобедать с ними.
- М-м, благодарю, - сказал доктор Уортинг, бросив острый взгляд на
непроницаемое лицо Джейсона. - Полагаю, что только на очень короткое время
могу оставить своего пациента без присмотра.
- Не сомневаюсь, - сухо заметил Джейсон.
- Вы думаете, он поправится, доктор? - вырвалось у девушки, удивленной
тем, что Джейсон может оставаться таким невозмутимым.
Старательно избегая испытующего взгляда Джейсона, доктор Уортинг
беспокойно взглянул на Викторию и прочистил горло.
- Трудно сказать. Понимаете, он говорит, что хочет дожить до вашей
свадьбы. И он изо всех сил старается, чтобы это ему удалось. Можно сказать,
что таким образом у него появился стимул выжить.
Виктория закусила губу и смущенно взглянула на Джейсона, прежде чем
спросить врача:
- А что будет, если он начнет выздоравливать, а мы.., мы скажем ему, что
передумали?
Джейсон ответил за доктора вкрадчивым голосом:
- В этом случае у него обязательно будет новый рецидив болезни. - И,
повернувшись к врачу, сухо сказал:
- Не правда ли, доктор?
Доктор Уортинг отвел взгляд от ледяных глаз лорда Филдинга.
- Уверен, что вы знаете его лучше, чем кто-либо, Джейсон. Что будет, по
вашему мнению? Маркиз пожал плечами:
- По-моему, у него опять будет сердечный приступ.
Виктория подумала, что судьба как бы намеренно мучает ее, лишив дома и
родителей, вынудив жить в чужой стране, а теперь еще заставляя вступить в
брак с человеком, которому она безразлична.
После того как мужчины ушли, она еще долго сидела за столом, бездумно
ковыряя вилкой в тарелке и пытаясь найти для себя и для Джейсона выход из
сложившейся ситуации. К ней словно в насмешку над ее горем вернулись мечты о
счастье, об уютном доме, где она коротала бы вечера с любящим супругом и
очаровательным малышом на руках, и Виктория позволила себе пожалеть о своей
судьбе.
В конце концов, она не требовала от жизни чего-то особенного; не мечтала
о мехах и драгоценностях, о том, чтобы вращаться в высшем обществе, иметь
огромный особняк, где она могла бы царить и властвовать. Ей хотелось не
большего, чем у нее было в Америке, если не считать маленького дополнения в
лице мужа и ребенка.
Викторию обуяла смертельная тоска по родному дому, и она в печали уронила
голову. Как бы ей хотелось повернуть время вспять хотя бы на год и
задержаться там, послушать рассказы отца о больнице, которую он мечтал
выстроить, потолковать с земляками, с которыми она так сроднилась.
Она бы отдала все на свете, лишь бы опять оказаться дома. Перед ее
мысленным взором возникло красивое, смеющееся лицо Эндрю, и Виктория
огромным усилием воли стерла из памяти эту картину, отказываясь снова
проливать слезы по неверному юноше, которого прежде обожала. Она отодвинула
стул и пошла искать Джейсона. Эндрю оставил ее, зато Джейсон здесь и обязан
помочь ей придумать какой-то выход, чтобы брак, которого они оба не желают,
не был заключен.
Виктория обнаружила его одного в кабинете - грустного, погруженного в
невеселые мысли; он стоял, опираясь на каминную полку, а его невидящий
взгляд был устремлен на пустой камин. Виктория почувствовала к нему глубокую
жалость, поняв, что он просто напускал на себя холодный и бесстрастный вид в
присутствии доктора Уортинга, а здесь, где его никто не видит, может
позволить себе предаться тоске.
Она подавила острое желание подойти и попытаться утешить его, заранее
зная, что он отвергнет ее жалость, и спокойно произнесла:
- Джейсон!
Он поднял голову и с непроницаемым лицом посмотрел на нее.
- Что будем делать?
- По поводу?
- По поводу несусветной идеи дяди Чарльза о нашем браке.
- Почему несусветной?
Викторию удивила подобная реакция, но она была полна решимости спокойно и
откровенно обсудить сложившееся положение.
- Потому что я не хочу выходить за вас. Его глаза посуровели.
- Я прекрасно знаю это.
- И вы ведь тоже не хотите жениться, - рассудительно добавила она.
- Верно. - Снова уставившись в пустой очаг, он погрузился в молчание.
Виктория ждала, что он скажет еще что-нибудь; не дождавшись, она вздохнула и
собралась уходить. Но Джейсон вдруг прервал молчание, и его слова заставили
ее обернуться и застыть в изумлении.
- Однако наш брак мог бы дать каждому из нас что-то такое, чего мы оба
хотим.
- О чем вы? - спросила она, всматриваясь в его нервный профиль и пытаясь
понять, к чему он клонит. Джейсон выпрямился и повернулся лицом к ней,
засунув руки в карманы брюк.
- Вы хотите вернуться в Америку, чтобы быть независимой, жить среди своих
друзей и, возможно, построить больницу, о которой мечтал ваш отец. Я слышал
все это от вас. Если вы честны перед собой, то признаетесь, что вам хочется
вернуться туда, чтобы показать Эндрю и всем остальным, что его предательство
не имеет для вас никакого значения - что вы так же легко забыли его, как он
вас, и нашли свою судьбу.
Виктория почувствовала такое унижение от этих слов, что до нее не сразу
дошел смысл следующей фразы Джейсона.
- А я, - молвил он равнодушно, - хочу сюда. - У нее от изумления
раскрылся рот. А он спокойно продолжал:
- Мы могли бы дать друг другу то, чего хочет каждый из нас. Выходите за
меня и дайте мне сына. В обмен на это я отправлю вас в Америку с деньгами,
которых хватит для того, чтобы жить по-королевски и построить дюжину
больниц.
Виктория с недоверием смотрела на собеседника.
- Дать вам сына? - эхом повторила она. - Дать вам сына, и тогда вы
отправите меня в Америку? Дать вам сына и оставить его здесь?
- Ну, не такой уж я эгоист - можете держать его при себе, скажем.., пока
ему не минет четыре годика. До этого возраста ребенок нуждается в матери. А
затем он должен быть со мной. Может быть, вы захотите остаться с нами, когда
привезете его. Меня бы больше устроило, чтобы вы остались здесь навсегда, но
это уже на ваше усмотрение. Однако есть одно условие, на котором я буду
настаивать.
- Что за условие? - едва соображая, спросила она. Он на мгновение
заколебался, как если бы хотел более четко сформулировать ответ, и когда
наконец заговорил, то смотрел в сторону, избегая встретиться с ней глазами.
- Поскольку вы очертя голову принялись защищать меня от всевозможных
нападок в тот вечер, в обществе сочли, что вы не презираете и не опасаетесь
лорда Филдинга. Если вы согласитесь на этот брак, то вам придется подкрепить
это мнение и ничего не делать и не говорить в противовес ему.
Иными словами, независимо от того, что будет происходить между нами
наедине, я хочу, чтобы на людях вы вели себя так, будто вышли за меня не
только из-за моих денег и титула. Или, попросту говоря, как будто мы
влюбленная пара.
Слушая его, Виктория вспомнила горькое замечание Джейсона на балу о том,
что она ошибается, если считает, что его хоть чуть-чуть заботит то, что
думают в обществе... Он лгал, - подумала она с нежностью. - Его явно
заботит, что подумают люди". Виктория пристально смотрела на этого якобы
хладнокровного, бесчувственного человека, стоявшего перед ней. Он и сейчас
выглядел мощным, надменным и уверенным в себе. Было просто невозможно
поверить, что он нуждался в сыне, или в ней, или еще в ком-нибудь, - так же,
как невозможно было поверить в его беспокойство по поводу того, что люди
боялись и не доверяли ему. Невозможно, и все-таки это было так.
Она вспомнила, каким по-мальчишески открытым было его лицо в ночь дуэли,
когда он дразнил ее и уговаривал поцеловать в губы. Вспомнила острое
желание, чувствовавшееся в его поцелуе, и отчаянную тоску, прозвучавшую в
его словах: "Я пытался десятки раз отпустить вас, но не смог".
Возможно, под этой бесстрастной, бесчувственной маской Джейсона такие же
одиночество и пустота, какие ощущает и она. Может быть, она действительно
нужна ему, но он просто не хочет признаться себе в этом. А вдруг это все ей
только кажется?
- Джейсон, - начала Виктория, решив высказать не. - которые мысли вслух.
- Вы не можете ожидать того, что, родив сына, я отдам его вам и буду жить
отдельной, собственной жизнью. Не может быть, чтобы вы были так холодны и
бессердечны, как пытаетесь показать, предлагая мне это. Я.., просто не могу
этому поверить.
- Я не буду вам жестоким супругом, если вы это имеете в виду.
- Нет, не это! - взорвалась Виктория. - Как вы можете говорить о браке со
мной, как будто речь идет о.., простой коммерческой сделке - без участия
чувств, эмоций и даже претензии на любовь или...
- Неужели у вас еще сохранились какие-то иллюзии насчет любви? - фыркнул
он с обидным пренебрежением. - Ваш опыт с Бэйнбриджем должен был бы научить
вас, что любовь - чувство, годное лишь для того, чтобы манипулировать
глупцами. Я не ожидаю от вас любви и не нуждаюсь в ней, Виктория.
Девушка, пошатнувшись и почти теряя сознание от обиды, схватилась за
спинку стула. Она уже собиралась сказать все, что думает о его предложении,
но он покачал головой, как бы прося ее не делать этого.
- Не отвечайте, прежде чем хорошенько не обдумаете сказанное мной. Если
вы выйдете за меня, то будете иметь полную возможность жить так, как
захотите.
Сможете построить больницу в Америке и другую - возле Уэйкфилда, а сами
остаться в Англии. У меня шесть поместий и тысяча арендаторов и слуг. Одни
только мои слуги могли бы дать вам необходимый контингент больных для
больницы. Если этого окажется недостаточно, я буду платить им, чтобы они
болели. - На его губах появилась мягкая улыбка, но Виктории было совсем не
до шуток.
Увидев, что его юмор не достиг цели, он добродушно сказал:
- Вы сможете завесить все стены Уэйкфилда своими этюдами, а если они не
поместятся, можно будет разместить их на стенах дома снаружи.
Виктория все еще пыталась переварить тот поразительный факт, что,
оказывается, он знал о ее любви к рисованию, когда Джейсон протянул руку и
кончиками пальцев провел по ее напряженному лицу, небрежно добавив:
- Обещаю, что буду очень щедрым мужем. От последнего слова "муж" она
вдруг похолодела так, что ей пришлось потереть ладони одну о другую, чтобы
они согрелись.
- Почему? - прошептала она. - Почему я? Если вам нужны сыновья, то в
Лондоне найдутся десятки женщин, готовых на все ради того, чтобы выйти за
вас.
- Потому что вы меня привлекаете, и вы это прекрасно знаете. А кроме
того, - продолжил Филдинг с дразнящими огоньками в глазах и положил руки ей
на плечи, пытаясь привлечь ее поближе к себе, - я вам нравлюсь. Вы сказали
об этом сами, когда думали, что я сплю, - помните?
Виктория ахнула, не в состоянии поверить еще одному удивительному
откровению: она действительно привлекает его!
- Мне и Эндрю нравился! - со злой дерзостью возразила она. - Но сейчас у
меня вообще сложилось чрезвычайно скверное представление о мужчинах.
- Ну что ж, пожалуй, вы правы, - не стал спорить Джейсон, и в его глазах
запрыгали веселые чертики.
Она почувствовала, что его руки безжалостно влекут ее и она уже
оказывается в опасной близости к собеседнику.
- По-моему, вы много себе позволяете, - задыхаясь, проговорила она. - Вы,
наверное, сошли с ума!
- И то и другое верно, - согласился Джейсон, - так что у вас нет выбора.
- Его голос охрип, и доводы показались еще более убедительными, когда ее
грудь наконец коснулась его рубашки. - Я дам вам все, что требуется
женщине...
- Все, кроме любви, - задохнулась она.
- Все, чего женщина по-настоящему хочет, - поправил он, и, прежде чем она
смогла осмыслить это, его резко очерченные губы начали медленно, но
неуклонно приближаться к ее рту. - Я дам вам драгоценности и меха, - обещал
он. - У вас будет больше денег, чем вы могли бы мечтать. - Свободной рукой
он обнял ее, растрепав прическу, и почти вплотную приблизил лицо к ее лицу.
- А единственное, чего я хочу от вас взамен, так это...
Как ни странно, Викторию удивило скорее то, что он продает себя слишком
дешево, требуя от нее так мало. Лорд Филдинг красив, богат и привлекателен -
конечно, у него есть право ожидать от жены большего...
Но затем Виктория утратила способность удивляться и рассуждать: их губы
слились в бесконечном, будоражащем душу и тело поцелуе. Он коснулся языком
ее губ, как бы уговаривая ее приоткрыть их, и когда она сдалась, он проник в
ее жаркую глубину. Виктория застонала, и его руки, как бы защищая и
оберегая, суля поддержку и опору, сомкнулись вокруг ее талии. Их фигуры
слились воедино, словно деревья, пригибаемые друг к другу лунной ночью
порывами любовного ветра. И руки их, как ветви, то сплетались, то
расплетались, легко касаясь, поглаживая, сжимая и дрожа.
Когда Джейсон наконец отпустил ее, Виктория ощущала лишь туман в голове,
жар во всем теле и безотчетный, переполняющий ее ужас.
- Посмотрите на меня, - шепнул он, повернув ее лицо. - Вы дрожите, -
сказал он, когда она встретила его взгляд. - Вы боитесь меня?
Несмотря на дрожь, девушка отрицательно покачала головой. Она боялась не
его; она боялась того необъяснимого чувства, что сейчас родилось в ней.
- Нет, - коротко ответила Виктория. Его губы расплылись в улыбке.
- Боитесь, но для этого нет оснований. - Джейсон прикоснулся кончиками
пальцев к ее пылающим щекам, затем пригладил ее густые волосы. - Я причиню
вам боль только один раз, да и то непреднамеренно.
- Как? Зачем?
Его лицо посуровело.
- А может, никакой боли и не будет, так?
- Что "так"? - чуть ли не в истерике выкрикнула девушка. - Пожалуйста, не
говорите загадками, я и так уже едва могу соображать.
Как всегда, неожиданно переменившись, он небрежно пожал плечами:
- А впрочем, это не имеет значения. Мне все равно, что у вас было с
Бэйнбриджем. Это было до того.
- До того? - повторила она, совершенно теряясь в догадках, что он имеет в
виду. - До чего до того?
- До меня, - коротко сказал он. - Однако, полагаю, вы заранее должны
знать: я не потерплю, чтобы мне наставляли рога. Надеюсь, это ясно?
У нее от изумления открылся рот.
- Рога?! Какие рога? Да вы не в себе! Вы просто сумасшедший!
Губы Джейсона скривились в полуулыбке.
- На этот счет у нас нет разногласий.
- Если вы будете продолжать делать свои непонятные, но, несомненно,
оскорбительные намеки, мне лучше удалиться в свою комнату.
Джейсон заглянул в ее смятенные синие глаза и с большим трудом подавил
неистовое желание снова заключить ее в объятия и горячо расцеловать.
- Ну ладно, поговорим о чем-нибудь более земном. Что там готовит миссис
Крэддок?
У Виктории было такое чувство, что весь мир вращается в одном
направлении, а она постоянно движется ему навстречу, блуждая в како
...Закладка в соц.сетях
