Жанр: Любовные романы
Помнишь ли ты
...рошлом, не вызывает чувства надежности и не приносит подлинного
удовлетворения. Люди испытывают острое желание придать личный оттенок хотя
бы тем вещам, которые их окружают. Идеал Фостеров - открытие заново радости
и глубины в творчестве.
- А мне казалось, современных женщин интересует лишь успешное продвижение
по общественной лестнице.
- Так и есть, но в отличие от мужчин мы раньше поняли, что не можем
довольствоваться только успехами в работе или их недостатком. От жизни нам
нужно нечто большее, поскольку еще больше нам приходится отдавать.
Коул непонимающе нахмурился:
- Ты хочешь сказать, что честолюбивые женщины - подавляющее большинство
ваших читательниц?
Диана кивнула, откровенно радуясь его растерянности.
- Социологический опрос удивит тебя еще сильнее. Судя по нашим
исследованиям, шестьдесят пять процентов читательниц "Красивой жизни"
окончили колледж, успешно делают карьеру или уже сделали ее. Множество
деловых американок отказываются иметь детей, пока им не перевалит за
тридцать, а затем берут длительный отпуск и занимаются только домашней
работой, пока дети не подрастут. Эти женщины принимаются за воспитание
отпрысков с тем же рвением и усердием, с каким прежде делали карьеру. Они
многого добиваются, взваливают на себя огромную ответственность и не пасуют
перед трудностями. Все свои организационные способности такие женщины отдают
новой для себя роли домохозяек. Вскоре они начинают искать способы
усовершенствовать свое жилище, придать ему индивидуальные черты, сделать его
более функциональным или уютным. Их потребность в самовыражении сочетается с
естественным желанием сэкономить деньги и время - и потому они обращаются к
помощи "Красивой жизни". Благодаря нам они открывают самих себя.
- И это наивысшая похвала журналу, - подхватил Коул, рассерженный
собственным наблюдением, как красиво говорит Диана. И движется. И выглядит.
- Компания Фостеров не только ежемесячно выпускает журнал. Мы издаем
книги и альбомы, предлагаем экологически чистые, натуральные моющие и
чистящие средства, "наборы" для поделок - их разрабатывает либо дедушка,
либо другие сотрудники компании под его руководством. Мы выпустили серию
телевизионных программ, приуроченных к праздникам, и их рейтинг оказался
настолько высок, что Си-би-эс предложила нам эксклюзивный контракт на шесть
передач в год. Но я отказалась - прежде всего по финансовым соображениям, а
с точки зрения рекламы более выгодной была бы еженедельная программа. Цены
на нашу продукцию сравнительно невысоки, но предложение Си-би-эс
рекламировать их в более дорогих передачах, таких как ток-шоу, не привлекло
меня.
- Похоже, это решение ты приняла раз и навсегда.
- Да, формально все выглядит так. Понимаешь, наша компания постоянно
испытывает сильное давление - и не только потому, что появляются конкуренты,
стараясь урвать долю нашей репутации и прибыли, - клиенты предъявляют к нам
более высокие требования, и мы вынуждены держаться на уровне. Нам приходится
постоянно выдавать новые и удачные идеи для каждого номера, каждой книги,
каждой телепрограммы. Фостеры обязаны выглядеть лучше, бодрее, предлагать
больше, чем кто-либо другой. Гораздо легче было добиваться таких
результатов, когда эту нишу занимали только мы. Нам уже пришлось уволить
двух "шпионов", подосланных конкурентами...
Коул недоуменно вскинул голову:
- Я думал, что корпоративный шпионаж возможен только в электроникс и
оборонной промышленности.
- Я тоже прежде так считала. Еще одна проблема - наш имидж в глазах
общественности, - продолжала Диана, намекая на Дэна. - Поддержание этого
имиджа - кошмар отдела по связям с общественностью, и не только для меня.
Нам всем приходится быть чрезвычайно осторожными, где бы мы ни были или с
кем бы ни говорили.
- Вот как? - удивился Коул. - А я думал, самую большую проблему
представляешь ты - ведь журнал у читателей прежде всего ассоциируется с
тобой.
- Да, после разговора в гостиной у тебя могло создаться такое
впечатление, но оно ошибочно. Нас всех отождествляют с журналом. С самого
начала "Красивая жизнь" была уникальной потому, что являлась в полном смысле
слова семейным делом, а это всегда привлекает читателей - и прессу тоже, к
сожалению. У нас не может возникать разногласий даже по мелочам, когда мы
готовим новую программу, потому что в таком случае позднее мы увидим в
газетах нечто вроде "Гром в фостеровском раю" или другие идиотские, но
броские фразы.
Мама ведет в журнале одну из самых популярных рубрик. В ней она
вспоминает свое детство, праздники в доме своих бабушки и дедушки, уроки
матери, шутит по поводу того, как она впервые начала принимать гостей
самостоятельно и как трусила при этом. Она описывает забавные случаи из
жизни своих родных, рассказывает, какими мы с Кори были в детстве. Все мы
время от времени появляемся на разворотах журнала, и наши читатели считают
нас своими друзьями. Когда Кори вышла замуж за Спенса, самодельные
поздравительные открытки не уместились в почтовый фургон. А когда родились
близнецы, читатели завалили Кори подарками. Нам даже пришлось описать
некоторые из них в выпуске, посвященном детям. Когда дедушка сломал ногу,
нам снова пришлось разбирать горы подарков и открыток с пожеланиями
скорейшего выздоровления. Для читателей мы являемся большой, счастливой
семьей.
Коула всерьез тревожил о, что, добившись такого успеха при столь
незначительной помощи и немногочисленных деньгах, Диана так недооценивает
свои заслуги.
Шагнув вперед, Коул уперся Ладонью в ствол пальмы у нее над головой.
- Скажи-ка, - решительно произнес он, - почему ты считаешь, что твои
ошибки перевешивают твой невероятный успех? В гостиной ты то и дело пыталась
умалить свои способности и делала вид, будто твои достижения всего лишь дело
случая.
Заморгав, Диана отвернулась..
- Ты даже не представляешь, сколько я наломала дров!
- Расскажи подробнее, и я обещаю стать беспристрастным судьей.
Диана радовалась возможности побыть с Коулом, но жалела, что он так
настойчиво возвращается к одной и той же теме. Вздохнув, она выпрямилась и
нехотя начала:
- Ты уже понял, в чем суть. Я упустила несколько редкостных возможностей
- потому что не хотела рисковать.
Коул взглянул на нее, удивляясь, что Диана осталась такой же искренней и
бесхитростной, как в шестнадцать лет. Их брак не предусматривал защиты от
необдуманных поступков, и он не хотел превратить Диану в холодную и циничную
женщину.
- Похоже, - пошутила она, - теперь ты действительно мрачный.
- Нет, - со сдержанной улыбкой возразил он, - просто я вновь ошеломлен. -
И опережая ее вопрос, Коул заметил:
- Дело страдает каждый раз, когда мечты обгоняют финансовые возможности.
Гораздо разумнее придерживаться консервативного подхода.
- Я придерживалась глупого подхода. Самую крупную ошибку я совершила,
протянув два года с выпуском наших товаров для садоводов и любителей
мастерить. И когда я наконец решилась, продукция пошла нарасхват.
- Должно быть, у тебя были веские причины ждать, - сказал Коул.
- Это верно. Меня беспокоили контроль качества, начало производства и
затраты на хранение товара. Пуск линии прошел с невероятным успехом -
значит, мы многое потеряли из-за моей нерасторопности.
- Ну, оглядываясь назад, всегда кажется, что можно было провернуть дело
гораздо удачнее, - усмехнулся Коул.
Но Диана отказалась от покровительства. Скрестив руки на груди, она резко
осведомилась:
- А ты мог бы спокойно смотреть, как конкуренты набирают силу?
- Нет, - признался Коул.
- Вот видишь! Потому что ты смелый и полагаешься на интуицию.
- Нет. У нас с тобой были разные стартовые условия: создавая
"Объединенные предприятия", я располагал солидным капиталом и мог
рассчитывать на помощь. Диана слегка оживилась:
- Я совершила и другие ошибки - сейчас я многое бы отдала, лишь бы
исправить их.
- Какие ошибки? - допытывался Коул, поддавшись желанию утешить Диану.
- Я буквально подарила акции нашей компании, чтобы собрать необходимые
суммы для развития производства.
Коулу внезапно захотелось коснуться ее щеки, и когда он ответил, его
голос прозвучал непривычно мягко:
- Невероятно, что в двадцать два года ты сумела уговорить банк
финансировать свой проект, а тем более привлечь частных инвесторов.
Диана пожала плечами:
- Банк почти ничего не терял - ведь я просила денег под залог этого дома.
- Вот как? Тогда почему же частные инвесторы согласились вложить свои
честно заработанные деньги в рискованное, потенциально неприбыльное
предприятие? .:
- Ну, здесь все было просто, - с невеселым смешком заверила она. - Я
уложила в кейс бизнес-планы и описания проектов и отправилась к папиным
друзьям. Они пожалели меня, отечески погладили по головке и одолжили по
десять - пятнадцать тысяч, прикинув, что по меньшей мере отделаются потерей
налогов на прибыль. В благодарность я подарила им сертификаты акций новой
компании. - Диана вздохнула и отвернулась. - Короче, теперь на. - нас самих
приходится не более пятидесяти, процентов акций.
- Диана, разве у тебя был выбор?
- ",Если б знать, какой прибыльной и преуспевающей станет наша
компания...
- Я говорю о том времени, когда ты только взялась за дело, - перебил он.
- Разве ты могла по-другому собрать необходимую сумму?
Помедлив, она покачала головой:
- Нет.
- Тогда прекрати комплексовать. Ты в одиночку преодолела сотни барьеров,
которые остановили бы всех, кроме самых одаренных и опытных
предпринимателей!
- Услышать такую похвалу от тебя - большая честь. Он усмехнулся:
- Не забывай об этом. Я не позволю жене Гаррисона умалять свои заслуги.
Это может плохо отразиться на моей репутации, - в шутку добавил он, - и
тогда акции "Объединенных предприятий" упадут в цене.
- А на Уолл-стрит разразится скандал, - вставила Диана, несказанно
воспрянув духом.
Глава 35
Стоя у кухонной раковины и промывая листья салата. Кори наблюдала за
парой на заднем дворе. Она была настолько поглощена этой сценой, что
вздрогнула, когда муж подошел сзади и обнял ее за талию.
- А где все? - спросил Спенс.
- Отдыхают перед ужином. Мы с Гленной справимся сами.
- Я уложил девочек в постель и поцеловал их от твоего имени И сам я не
прочь там оказаться, - прошептал он, уткнувшись ей в шею. - С тобой.
Кори потянулась к нему как раз в тот момент, когда на кухню ворвалась
Гленна, и супруги отскочили друг от друга, словно провинившиеся подростки.
- Продолжайте, - разрешила Гленна. - Не обращайте на меня внимания. Я
всего лишь Пытаюсь приготовить обед из шести блюд для семерых.
Нахмурившись, Спенс проводил ее взглядом, - Как ей, удается неизменно
вызывать у меня чувство вины? - Покорно взяв нож, он принялся резать зеленый
перец. - И так все пятнадцать лет.
Кори усмехнулась, по-прежнему не сводя глаз, с пары за окном.
- Этот способ действует безотказно. Ведь ты уже готовишь салат, верно? -
Она протянула мужу чистое кухонное полотенце. - Заткни его за пояс, иначе
непременно испачкаешься.
Бывший блистательный защитник команды Южного методистского университета
смерил полотенце оскорбленным взглядом.
- Настоящие мужчины не носят передники, - заявил он.
- Считай эту штуку набедренной повязкой, - предложила Кори.
Несколько минут они работали в дружеском молчании, уже вдвоем наблюдая за
парой во дворе. Диана стояла, прислонясь к пальме, а Коул уперся ладонью в
ствол у нее над головой. Какие-то слова Дианы заставили его рассмеяться.
- В детстве, - произнесла вдруг Кори с мечтательной улыбкой, - я была так
страстно влюблена в тебя, что не понимала, почему Коула Гаррисона считали
сексуальным.
- А теперь понимаешь? Кори кивнула.
- Когда-нибудь я хотела бы сфотографировать его У него очень
выразительное лицо - словно состоящее из плоскостей и острых углов.
- Мне он вовсе не кажется подходящим типажом для "Брукса".
- Разумеется! Для манекенщика у него слишком много грубой мужской силы.
Чем-то он напоминает хищника Она высыпала пригоршню листьев салата в миску и
взяла длинный влажный пучок шпината, задумчиво продолжая.
- Я сфотографирую его на фоне, соответствующем его облику.
Спенс хмыкнул, явно уязвленный тоном жены и ее комплиментом другому
мужчине.
- На каком? - спросил он, принимаясь резать лук.
- Пожалуй, я выберу горный пейзаж или пустыню, залитую солнцем, с голыми
скалами на заднем плане.
- Горы без деревьев и снежных шапок Спенс считал безобразными и потому
согласно кивнул.
- Это будет ему под стать.
Пропустив мимо ушей это замечание. Кори на мгновение отвлеклась от
стряпни и вновь уставилась в окно - Скажи-ка, - с вызовом спросил Спенс, -
как ты собираешься спрятать его глаза?
- Зачем нужно их прятать? - удивилась Кори, повернувшись к мужу.
- Затем, что они холодные и твердые, как гранит. Сегодня днем я наблюдал
за ним и не заметил в них ни капли тепла.
- Да, я запомнила его менее сдержанным и суровым, - призналась Кори, - но
вряд ли он стал бесчувственным. Вспомни, как он купил Диане ожерелье на
аукционе. А теперь взгляни на них. Чем не прекрасный принц, который пришел
на помощь Золушке?
В скептическом молчании Спенс выглянул в окно Не дождавшись ответа, Кори
спросила.
- а о чем думаешь ты, когда видишь их вдвоем?
- О Красной Шапочке и злом Волке.
Кори улыбнулась, но Спенс тотчас добавил:
- Насколько я могу судить, мужчина, которым ты так восторгаешься, самый
жестокий сукин сын, а также самый безжалостный предприниматель этого
десятилетия.
Кори забыла о зелени.
- Не понимаю, почему ты так говоришь. Совсем недавно нам все уши
прожужжали, что Коул руководил покупкой компьютерной компании - эту сделку
называли "удачным ходом". Никто не упоминал, что Коул совершил что-либо
противозаконное.
- Он купил "Кушман электроникс". Кори, - объяснил Спенс. - А незадолго до
этого по Уолл-стрит поползли слухи, что тестирование нового чипа Кушманов
прошло неудачно, и акции "Кушман электроникс" упали с двадцати восьми
долларов до четырнадцати. Тут-то "Объединенные предприятия" выдвинули
предложение, и Гаррисон приобрел компанию стоимостью в триста миллионов
долларов за полцены.
- Ну и что в этом плохого? Разве ты сам не рассчитываешь на прибыль,
играя на курсе акций?
- Кто, по-твоему, пустил этот слух? Кому принадлежит якобы независимая
лаборатория тестирования, в которой испытывали чип Кушманов?
У Кори округлились глаза.
- Неужели люди Коула фальсифицировали результаты испытаний?
- Если бы это удалось доказать, он уже давно сидел бы в тюрьме.
Кори задрожала от ужасного предчувствия, но тотчас вспомнила, как Коул
смотрел сейчас на Диану.
- Пока нет доказательств, все это - просто грязные домыслы, - заявила
она.
- Домыслы следуют за ним по пятам, - саркастически заметил Спенс. - Где
бы ни появился Гаррисон, он всегда приносит с собой изощренный тайный план.
Вчера вечером, - продолжал он, - ему требовалась достойная жена, чтобы
умаслить дядю. Он счел Диану идеальной кандидаткой и потому разыграл сэра
Галахеда на аукционе, где присутствовали представители прессы, способные
запечатлеть его благородный поступок, а потом, пока Диана находилась под
воздействием шампанского, увез ее в Неваду и женился на ней - еще один
"удачный ход" в его списке. Менее чем за двенадцать часов он сумел втереться
к нам в семью, а теперь сводит нас всех с ума.
Улыбнувшись, Кори принялась перекладывать все, что нарезал, накрошил и
натер Спенс, в красивую деревянную миску, отполированную за годы службы.
- Не говоря уже о том, что Коул привлекателен и сексуален, он -
миллиардер, его видели со множеством эффектных женщин. Поверь мне, Спенс,
Коулу ни к чему такие хлопоты, чтобы заполучить жену-красавицу.
- Гаррисон заполучил не только красивую жену, - с горечью возразил Спенс.
- Он добился почти невозможного: приобрел новый, неотразимый имидж.
- Каким образом?
- Когда фотографии, сделанные вчера вечером, появятся в газетах, публика
поневоле поверит, что Коул Гаррисон взглянул на женщину, брошенную Дэном
Пенвортом - женщину, которая по удачному стечению обстоятельств оказалась
любимицей американцев, - и в традициях волшебных сказок пришел на помощь
прекрасной леди, осыпал ее драгоценными дарами, увез на собственном самолете
и женился на ней в ту же ночь. К концу недели Коул Гаррисон станет самым
романтичным героем века.
- Неужели он настолько коварен? Помнится, работая на Хэйуордов, он всегда
держался так любезно...
Спенс вытер руки, сохраняя на лице мрачное выражение.
- Сомневаюсь.
- Почему?
- Потому, что его враги - Чарльз и Дут Хэйуорды. Они люто ненавидят его.
Руки Кори замерли над миской с салатом.
- Дуг никогда и ничем не выдал своей ненависти.
- Ты же сама видела ее прошлой ночью. После аукциона Диана подвела
Гаррисона к нашему столу. Помнишь, что было потом?
- Разумеется. Дуг ляпнул бестактность.., но с другой стороны, он странно
вел себя на протяжении всего ужина.
- Он был в полном порядке, пока Диана не вошла в бальный зал под руку с
Коулом. Позднее он демонстративно не подал Гаррисону руки.
- Но ведь...
- Выслушай меня, дорогая. Вчера ночью ты пребывала в состоянии эйфории, и
мне не хотелось портить тебе настроение. Дуг и Чарльз Хэйуорд презирают
Гаррисона. Я не хочу, чтобы вы с Дианой обольщались - этот брак никогда не
превратится в настоящий.
- Презирают его? - прошептала Кори. - За что? Что мог натворить Коул?
- Дуг навестил меня в Ньюпорте несколько лет назад, после того как
побывал в больнице у Барбары. Состояние Барбары не улучшалось, и я пригласил
его поужинать, надеясь отвлечь от мрачных мыслей. - Спенс прошел к кухонному
шкафу, вытащил бутылки столового уксуса и рафинированного оливкового масла и
принялся наполнять мерные стаканы. - Мы немного выпили и решили провести
остаток вечера у меня. Позже мы перешли в библиотеку, чтобы посмотреть
программу новостей, а там на журнальном столике лежал последний номер
"Ньюсуик" с фотографией Гаррисона на обложке. Дуг тотчас же разразился
обличительной речью - ты не поверишь, но такой злобы я никогда в жизни не
слышал от Дуга. Он, твердил о места; дескать, они с отцом долго ждут
подходящего случая. У него вырвалось имя сестры, и я решил, что еще немного
- и Дуг разрыдается. Но он тут же взял себя в руки и отправился спать. На
следующее утро он извинился и попросил меня не придавать большого значения
"пьяной болтовне".
- А может, он говорил правду? - с надеждой произнесла Кори, перемешивая
салат. - Дуг никогда не умел пить.
- Ты права - уж я-то его знаю! - воскликнул Спенс с улыбкой. - Пока я
учился в университете, он часто бывал у меня, приезжая в Даллас. Я ни разу
не встречал человека, способного, как Дуг, превращаться в супермена всего
лишь после трех стаканов разбавленного рома!
Кори кивнула, но ее внимание всецело принадлежало паре на лужайке. Она
пристально разглядывала Коула, пока он так же пристально всматривался в лицо
Дианы. Стоя рядом, Спенс созерцал ту же сцену. У Кори невольно вырвалось:
- Просто не верится...
Спенс мудро не стал напоминать жене: всего месяц назад ей не верилось и в
то, что помощник плотника крадет инструменты из гаража, пока она не
убедилась в этом лично.
Со своей стороны, Кори воздержалась от напоминания, что Спенсу нравился
Дэн Пенворт. Впрочем, Дэн нравился всей семье.
- Неужели ты не можешь быть немного снисходительнее к Коулу? Так нам было
бы гораздо легче.
Спенс взглянул в ее встревоженное лицо, и у него в глазах появился
нарочитый плотоядный блеск.
- Хорошо, но это тебе дорого обойдется, - произнес он и повернулся, чтобы
уйти. Кори поймала его за руку.
- Набедренная повязка тебе идет, - пошутила она и протянула руку, чтобы
забрать полотенце.
Спенс обнял ее, игриво подхватив ладонями ягодицы.
- Твои прелести гораздо лучше, - прошептал он. Мимо них размашисто
прошагала Гленна в своих бесшумных ортопедических ботинках.
- Я только выну утку из духовки, пока она не обуглилась, - объяснила она
страдальческим голосом.
Кори напряглась. Спенс словно прирос к месту, а затем обнял жену еще
крепче и поцеловал, разразившись смехом.
Картина, которая открылась Коулу в просторной столовой, наводила на
мысль, что вся семья решила воспользоваться неожиданным браком Дианы как
поводом для празднества, а не для мести.
Огромную вазу с желтыми розами, стоявшую посреди обеденного стола,
окружали канделябры со свечами конической формы; стол был уставлен китайским
фарфором и серебряными приборами. На большом блюде красовались сочные куски
жареной утки, второе блюдо едва вмещало гору воздушных сливочных бисквитов,
а в двух столь же объемистых посудинах лежали молодой картофель с оливковым
маслом и розмарином и тушеная спаржа.
Дамы галантно улыбнулись Коулу, и даже дедушка вежливо кивнул, занимая
свое место во главе стола и указывая Коулу на стул справа. Бабушка Дианы
уселась слева от мужа, прямо напротив Коула, но когда Диана начала обходить
вокруг стола, чтобы сесть рядом с Коулом, бабушка произнесла:
- Кори, дорогая, почему бы тебе не сесть рядом с мистером Гаррисоном, а
Спенсу - рядом со мной, чтобы все мы могли познакомиться поближе?
Миссис Фостер заняла привычное место на противоположном конце стола, а
Диана поместилась между матерью и Спенсом. Коул заметил, как смутило миссис
Фостер столь подчеркнутое внимание к необычному распределению мест за
столом, но, взглянув на боевой порядок войск, выстроенных бабушкой, он
понял: Роза Бриттон загнала его в угол: Диана, его единственная союзница,
была от него надежно отрезана.
Ничто не казалось Коулу более лицемерным, нежели вознесение благодарности
воображаемому божеству за то, чего это божество не совершало, а также
просьбы о милостях, даровать которые оно не имело ни власти, ни желания.
Коул опустил голову и уставился на вышитую гладью желтую розу на салфетке,
ожидая официального начала пыток.
Генри Бриттон был не из тех, кто медлил. Он закончил молитву словами:
- Аминь. Ну, Коул, каковы ваши дальнейшие планы? Но прежде чем Коул
нашелся с ответом, Диана недвусмысленно взглянула на Кори и произнесла:
- Кори не терпится узнать о нашей свадьбе, но я заставила ее ждать до
ужина, чтобы рассказать всем вам. Кори без смущения подхватила:
- Давайте сначала послушаем про свадьбу, дедушка. А потом Коул с Дианой
расскажут нам о своих планах. - И специально для Коула добавила:
- Надеюсь, так будет лучше?
Всего за пару минут Коул пришел к любопытным выводам: бабушка - не просто
словоохотливая старушка с умилительными причудами, как он предполагал ранее,
а эксцентричная, чертовски умная и хитрая женщина.
Кори была преданной союзницей Дианы, но соблюдала нейтралитет, когда речь
заходила о Коуле, а Диана оказалась достаточно дипломатичной, чтобы
представлять внушительную силу за любым столом.
Диана с воодушевлением рассказывала о внезапном и отнюдь не романтичном
бракосочетании, которое едва помнила, расцвечивая свое повествование
подробностями, интересными для родственников.
- Мы уехали из отеля на лимузине Коула и отправились в аэропорт. Дедушка,
у Коула свой самолет, "Юльфстрим" - он гораздо больше "Лерджета". Ты мог бы
добавить его к сборным моделям самолетов - помнишь, ты разрабатывал их для
украшения спален мальчиков?.. На борту, в холодильнике, нашлась огромная
бутылка шампанского, а один из пилотов уже сидел в кабине.., готовясь к
полету, - закончила она, отметая перечень малопонятных предвзлетных ритуалов
грациозным жестом. - Несколько минут спустя прибыл второй пилот - Джерри
Уэйд. И ты только представь себе, бабушка, - она повернулась, чтобы вовлечь
в разговор старую даму, которая пристально и хмуро изучала лицо Коула, - в
сумерках он оказался точной копией твоего любимого актера! Я сразу же
заявила, что когда-нибудь он должен познакомиться с тобой.
Настороженный тем, как удачно это замечание отвлекло Розу Бриттон от его
персоны, Коул с нетерпением ждал, когда выяснится, кого из актеров
предпочитает бабушка.
- В самом деле? - недоверчиво воскликнула бабушка. - Он похож на Клинта
Иствуда?
- Клинт Иствуд почти лысый, - раздраженно вставил дедушка, - и притом
безбожно картавит и пришепетывает!
Кори ответила на невысказанный вопрос Коула, протягивая блюдо со спаржей:
- Бабушка обожает Иствуда, а дедушка к нему ревнует. Это так мило!
- Мама, если бы ты видела, как отделан внутри "Гольфстрим"! Кажется, что
входишь в чудесную гостиную, где мебель обтянута кожей платинового цвета. В
салоне стоят друг против друга два изогнутых дивана, между ними - старинный
столик, поодаль - такой же буфет с бронзовыми ручками и петлями и несколько
кресел.
Диана умело завладела вниманием своих родных, и пока Коул слушал ее
красочное описание каждого предмета в салоне самолета - вплоть до
хрустальных уотерфордских светильников и восточных ковров, он сделал еще два
открытия: во-первых, Диана была талантливым рассказчиком, а во-вторых, она
ни словом не упомянула про вторую особенность самолета - спальню.
Коулу с трудом верилось, что Диана могла забыть о спальне, которая
занимала треть самолета. С другой стороны,
...Закладка в соц.сетях
