Жанр: Любовные романы
Милое дитя
...лки старого дома.
Мальчик, еще секунду назад боявшийся, что мама снова куда-нибудь уйдет без
него, и явно подозревавший незнакомца в чем-то нехорошем — не случайно ведь
мама стала такой тихой и взволнованной, — просто кивнул в ответ.
— Я тут тебе кое-что привез, — сказал Брис. — Подарок.
С этими словами он полез в карман своего пальто и с некоторым трудом достал
оттуда блестящий красный игрушечный грузовой автомобильчик, чуть-чуть
побольше своей ладони.
Иона полюбил машинку сразу. Безумно. И все же он обратился с немым вопросом
к самой высокой инстанции.
Эллис взглянула вниз на лицо сынишки, увидела в его глазах этот вопрос и...
настороженность — и улыбнулась. Брис сейчас был единственным мужчиной в
мире, которому Иона мог доверять.
— Иона, это мистер Ласалль. Он... — Господи, как объяснить это
четырехлетнему ребенку? — Он мой самый лучший друг. Ты скажешь ему
спасибо за игрушку?
Ну, конечно, скажет! Он даже улыбнулся, совсем как мать, когда подошел к
Брису, взял подарок и громко поблагодарил друга мамы, прежде чем опуститься
на пол для немедленной проверки ходовых качеств автомобильчика.
— Что ты тут делаешь? — наконец смогла сформулировать вопрос
Эллис, чувствуя, как к горлу у нее подкатывает судорожный, истеричный смех.
Ей все еще не верилось, что она видит его.
— Я привез и тебе кое-что. — Мужчина встал прямо перед ней. —
Тоже подарок...
— Ты проделал весь этот путь, чтобы привезти нам подарки?
Из другого кармана он молча достал белый конверт и вложил его ей в руки.
Эллис сломала печать и заглянула внутрь. Первое, что ей бросилось в
глаза, — среди прочих бумажек, которые она сразу даже не опознала,
лежали монеты. Она машинально пересчитала их: ровно восемьдесят семь центов.
Ее губы моментально пересохли. Там еще лежали доллары, доллары., .
— Что это?
— Деньги, которые тебе нужны... Чуть-чуть больше, чтобы тебе хватило на
первое время. — Уже сказав, Брис почувствовал, что говорит не то, не
так. Каждое слово оставляло во рту отвратительный осадок.
Она могла бы и хотела задать ему множество вопросов, но первый, который у
нее вырвался, был:
— Откуда ты их взял? Брис пожал плечами.
— Это неважно. Тебе они нужны, и теперь ты можешь увезти Иону отсюда.
Поселитесь где-нибудь, как ты собиралась...
— Нет, важно! Где ты взял деньги? Ты не богатый человек!
Она определенно причиняла ему боль.
— Говорю тебе, это неважно! Что ты знаешь о том, что у меня есть и чего
нет?
— Я знаю, что у тебя нет денег! Во всяком случае, таких.
— Ради всего святого, Эллис! — закричал Брис и вдруг, увидев, как
испуганно вздрогнул Иона, понизил голос и сказал:
— Возьми, пожалуйста, эти чертовы монеты и уезжай отсюда. Тебе же здесь
не нравится!
— Скажи мне, где ты их взял?
— О чем ты беспокоишься? — спросил он в отчаянии. — Это не
твое дело. — Господи, опять глупые, ненужные, не правильные слова.
— Я беспокоюсь, — печально ответила Эллис, и в ее голосе
послышались нежность и грусть. — Я очень беспокоюсь об этом.
Черт побери! Брис совершенно растерялся. Чувствуя, как от бессилия у него
немеют пальцы и ноет в груди, он начал злиться. И все же, не поддаваясь этим
порывам, попытался вновь перейти в атаку.
— Да уж! — воскликнул он. — Ты мне это здорово доказываешь,
твое беспокойство! — И снова запоздало заметил, что Иона совсем не
хочет, чтобы он так разговаривал с мамой. — Есть тут место, где можно
нам поговорить? Наедине.
Не говоря ни слова, Эллис прошла мимо него, взяла с деревянной вешалки
пальто и вышла во двор. Она направилась к дровяному сараю в углу двора,
рассчитывая, что если он решит задать ей взбучку, то лучшего места для этой
цели не найти.
Девушка следила, как Брис снова и снова меряет шагами длину сарая, тщательно
подбирая слова и пытаясь побороть собственное раздражение. Но, когда он
заговорил, ей стало ясно, чтобы борьба с гневом проиграна им вчистую. И
Эллис не осудила его за это.
— Черт побери, нет... Тысяча чертей, Эллис! Я... — Брис воздел руки к
небу и потряс ими, сжав кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Его голос
гремел.
Наконец-то у нее появилась возможность увидеть его в ярости.
То, чего ей никак не удавалось добиться раньше, теперь можно было наблюдать
сколько угодно.
Но, странное дело, его дикая ярость ничуть не пугала молодую женщину. Она
никогда не была каким-то особенно проницательным человеком, но всегда очень
хорошо знала, когда ей грозит опасность и когда ее любят. Брис любил ее, и
она, чувствуя, зная это, полностью ему доверяла.
— Я пытаюсь понять, почему ты мне не сказала о мальчике. Может, из-за
всего того, что я говорил об Эвансе, как он бросил своих... ты могла
подумать, что и я с тобой так поступлю? Но я до сих пор не могу поверить,
что ты все бросила и вернулась сюда. — Он в растерянности развел
руками. — То есть, я хочу сказать, я... Почему, Эллис? У тебя есть
люди, которые тебя любят, ценят, которые беспокоятся о тебе там, в Вебстере.
Мы бы помогли тебе. И... Я знаю, ты считаешь, что тебе не нужен мужчина. Ну,
ладно, я же не буду тебя удерживать! Ты можешь делать все, что хочешь. Это
твоя жизнь, твоя судьба!
Брис схватил ее за запястье и наклонился к ней, чтобы видеть ее глаза.
— Бери Иону и уезжай, Эллис! Если не хочешь жить со мной, выбирай любое
другое место. Но не оставайся пропадать в этом болоте из-за собственной
гордости. Забери эти деньги и уезжай отсюда, как можно дальше! Вот все, о
чем я тебя прошу, неужели не понятно?
Он все же действительно бесподобнейший мужчина! Вот, наконец, ей удалось его
разозлить, по-настоящему разъярить. Но причины-то гнева все ложные. О
настоящих он, наверное, и не подозревает!
— И ты не сердишься, что я угнала твой грузовик или за то, что уехала,
не сказав ни слова? — Эллис замолчала, ожидая, что хоть теперь он
поступит так, как должен был бы поступить на его месте любой мужчина. И
вновь она ошиблась.
— Ты не утоняла мою машину, ты же оставила ее у Лути. — Брис
отмахнулся от ее вопроса, как будто она спросила его о какой-то
ерунде. — И я не злюсь на то, что ты уехала, не сказав ни слова...
Просто... Просто очень горько.
Его руки бессильно упали, и мужчина отошел от нее. Тогда заговорила Эллис.
— Ты решил, я сбежала от тебя и не вернусь назад. Ты решил, что это из-
за потерянных денег я отказалась от своей мечты, от своих планов. Да что они
для меня, по-твоему? Ты, кажется, просто теряешь остатки своих куцых мозгов,
Брис Ласалль!
Он изумленно повернулся к ней и увидел, что его любимая женщина разъярилась,
как лисица, попавшая в пустой курятник.
— Если взять динамита столько же, сколько у тебя мозгов, так его и не
хватит, чтобы оторвать твой дурацкий нос! Ты что же думаешь, я откажусь от
жизни, даже не начав жить? Нечего сказать, хорошо ты обо мне думаешь! Я и не
собиралась тут оставаться, а ты... ты... Я оскорблена тем, что ты так
подумал про меня! Как будто ты не знаешь, как я люблю тебя! И я хочу, чтобы
ты любил меня, чтобы защищал меня, чтобы смешил меня, слышишь ты?! И я... —
ее голос на мгновение прервался. — Я не думала... Я бы ни за что не
смогла покинуть тебя, Брис. Но я боялась, что с моим малышом что-нибудь
случится. Просто я соскучилась по нему ужасно...
Весь воздух, который к тому моменту еще оставался у нее в легких, вылетел со
свистом наружу, когда Брис сгреб ее в свои объятия, подхватил с земли и
закружил по сараю.
— А, провалиться тебе! Ты меня до смерти напугала! — воскликнул
он, прижал свой рот к ее теплым нежным губам, торопливо целуя куда попало ее
прекрасное любимое лицо. — Ты же в следующий раз хоть записку оставь
или что-нибудь такое.
— Я купила билет в оба конца. Я бы приехала домой к ужину.
Его поцелуи стали жадными, глубокими и крепкими.
— Значит, едем домой?
И вдруг тишину леса разорвал ружейный выстрел, и звук его эхом покатился по
горным склонам, отдаваясь в ушах молодых людей. Брис и Эллис выскочили из
сарая. Возле угла дома стояла бабушка Йигер, держа в руках ружье, из ствола
которого все еще шел дымок.
— Надоело, — проговорила она. — Еще гости.
— Иона! — закричала Эллис и рванулась в дом.
Брис пошел за ней, но как-то медленно, лениво. Ему хотелось свистеть,
подпрыгивать и хвататься за ветки деревьев, вообще просто дурачиться. Он был
везучим человеком и знал это.
Эллис появилась в дверях, ведя за руку сына. Она изо всех сил старалась не
выглядеть напуганной, но ей это не очень хорошо удавалось. Девушка понимала,
что у нее еще есть несколько минут — Йигер чуяла врагов за милю и сможет
некоторое время задерживать их своим ружьем. Эллис хотела убежать в лес и
там спрятаться, но поняла, что должна остаться и объяснить ситуацию Брису.
Тот беззаботно прислонился к стене хибарки и выглядел счастливым и
довольным, как поросенок в луже прохладной грязи.
— Это те парни! Братья Джонсоны! — зашипела Эллис ему в ухо,
словно они могли ее услышать. — Я шла через лес, но, видимо, меня кто-
то заметил. А когда ты ехал через долину, они услышали. Они идут за Ионой!
— Заплати долг старушке, Эллис, — произнес Брис спокойно, не
двигаясь с места. — Я думаю, что сейчас мы с тобой и Ионой поедем ко
мне и вы поселитесь там раз и навсегда. А потом я хочу дать тебе возможность
показать мне, как ты выглядишь в твоем кулончике.
— Брис... — она оторвала его от стены, опасливо оглядываясь на горный
склон, по которому к ним торопливо направлялись два человека.
— Заплати бабушке, и мы пойдем, — бросил он ей через плечо, направляясь навстречу братьям.
— Брис!..
Но он и бровью не повел.
Девушка разрывалась между желанием уберечь сына и надеждой на Бриса.
Нелегкое решение для человека, привыкшего к тому, что недоверие и
безопасность взаимно вытекают одно из другого.
Но простое выживание теперь для Эллис было уже недостаточным. Рождение Ионы
оказалось тут определяющим для нее. Она теперь хотела жизни для себя и
другой судьбы для своего сына. Стоуни Холлоу разрушил ее веру в прекрасные
сказки. Нет, она не искала чего-то идеального. Но Эллис верила, что ей
хватит сил, чтобы изменить свое будущее. Она верила в свои мечты. И... она
верила Брису.
Девушка торопливо отдала старушке то, что ей причиталось, и повторила
обещание вернуться в Стоуни Холлоу, чтобы выполнить последнюю часть своего
долга. Она быстро поцеловала ее в щеку и побежала назад к двери.
— А мой зайчик?! — запищал Иона. Эллис взглянула на старую
женщину, которая продолжала держаться за щеку, словно на ней еще горел
поцелуй.
— Забирай, — сказала она сыну и добавила, — ради Бога,
скорее!
Ведя за руку Иону и прижимая другой рукой кролика, Эллис вышла из-за угла
дома как раз вовремя, чтобы услышать, как Брис насмешливо произнес:
— Не надо осуждать добрую женщину за то, что она чуть не подстрелила
вас на своем стрельбище. А что до того, что она присматривала за
мальчуганом, так это не ваше дело. Эллис и ее сын теперь моя семья.
Это все было очень радостно слышать, но ей показалось, что Брис просто не
желает замечать, как братья разъярены и что к тому же у обоих ружья.
— Нам наплевать на все, что ты сказал, — прохрипел тот, который
повыше. — Она не спрашивала разрешения еще раз выйти замуж.
— Она и не должна это делать. Она никому не принадлежит, —
парировал Брис. — Да, кстати, вспомнил! Я слышал, у нее возникали
проблемы с продажей ее доли земли. Если она еще не передумала, то мы ее
продадим.
— Ты с кем разговариваешь, сукин сын? — подал голос второй из
братьев. — Мы здесь живем всю жизнь и знаем, что тут иногда бывает
чертовски неспокойно. Бывало, что некоторые приходили сюда в одиночестве, а
потом о них ни слуху ни духу. Ты понимаешь, о чем я говорю?
— Понимаю. Только если вы сейчас не прикроете свои поганые пасти и не
отвернетесь через секунду-другую так, чтобы я не видел больше ваших
дебильных физиономий, то я их вам нашпигую свинцом... Если вы понимаете, о
чем я говорю?
О Боже! Он стоял перед ними безоружный и надеялся, что братья не заметят,
как он блефует.
Конечно, они заметили.
Джонсоны опустили свои ружья, уперли их ему в живот и, улыбаясь, посмотрели
друг на друга, и их ухмыляющиеся рожи не предвещали ничего хорошего.
— Брис! Нет!!! — отчаянно закричала Эллис и бросилась к своему
возлюбленному, но в следующую секунду остановилась, почувствовав, как сын
тянет ее за руку.
И вдруг, словно в прекрасной сказке, той, в существование которой она даже
не верила, лес ожил! У нее по коже пробежал озноб, и все тело задрожало от
волнения. Из-за снежных сугробов, из-за стволов деревьев появились около
двадцати жителей Вебстера! Среди них она узнала Тага Хогана, Вилбура
Джордана, Джима Доулза, Бака Ласалля, Лути Миллер, Пита Харпера... Все они
оказались с оружием и, хотя выглядели вполне миролюбиво, было ясно, что они
не станут долго размышлять, пускать ли в ход свои ружья.
Братья Джонсоны сделали несколько шагов назад. Теперь они выглядели так,
словно проглотили по целому лимону.
— Эллис и я забираем мальчика и сейчас уезжаем, — скупо улыбаясь
братьям, сказал Брис, горько сожалея, что из-за опасений о безопасности
Эллис и ребенка упустил отличную возможность пересчитать Джонсонам
зубы. — Однако может у вас есть какие-то возражения? Нет? Отлично. Мы
надеемся, что больше не услышим о вас, пока Эллис или Иона не решат продать
свой участок. А потом... надеемся и вовсе забыть о вас, усекли?
Он повернулся и пригласил Эллис с собой. Оперевшись на его сильную, надежную
руку она вместе с сыном, наконец, покидала ненавистный поселок. Грузовик
Бриса уже стал виден, когда она оглянулась в последний раз на хижину, место,
где провела столько лет. Возле дома стояла бабушка Йигер с ружьем в руках —
и никого рядом.
— Куда они все пошли? — спросила девушка, думая, уж не показалось
ли ей все то, что произошло несколько минут назад.
— Полагаю, на другую сторону ущелья, где остались их машины. Они
поехали из города впереди меня и прошли через лес, как и ты шла.
Брис помог им перебраться через полузамерзшую лужу на их пути.
— Ты хочешь сказать, что не знал, где они в данный момент находятся?
— Знал, конечно. Я же не полный дурак. Просто не знал, где точно.
— Почему же вы не явились все вместе?
— У меня оказалось одно дельце в городе.
— А-а, деньги, — догадалась Эллис. — Как ты их достал?
Ей все-таки надо будет допытаться — жены всегда все должны знать.
— Я заложил свой дом.
— Твой?.. — Его дом! Его гордость и радость, надежду и опору на
будущее. — Ты сделал это для меня?
— Для тебя и Ионы, — Брис пожал плечами, словно они говорили о
пустяках. — Без тебя все равно дом не дом.
Не имея сил разговаривать, слишком пораженная всеми событиями сегодняшнего
дня, Эллис ждала, когда он откроет дверцу грузовика. Брис подсадил Иону,
подал ему кролика и помог сесть девушке.
Положив руку на спинку сиденья и глядя в заднее стекло, мужчина начал
разворачивать машину, когда Эллис неожиданно пришел в голову вопрос:
— А как ты узнал, что Джонсоны придут забирать Иону?
Он посмотрел на нее и улыбнулся.
— Да я и не знал.
— Почему же тогда тут все оказались? И почему ты не пришел один?
— Все очень просто, — ответил Брис и, нажав на педаль газа,
взглянул на Эллис вновь. — Я не знал точно, удастся ли мне без проблем
заставить тебя вернуться домой.
Закладка в соц.сетях
