Жанр: Любовные романы
Гостья из тьмы
... в Марокко.
— Вижу, ты сразу решила поставить на уши и ослепить местное
население, — улыбнулась она.
— Надеюсь дать этим захолустным шерстяным магнатам пищу для разговоров
на полгода, — задорно ответила Диана, оглядывая сидевшую за столами
публику.
Дженни заметила уже спешившего к ним Чарли и схватила подругу за руку.
— Пойдем скорее отсюда! Я хочу хоть немного поговорить с тобой
наедине, — шепнула она.
Диана тоже увидела Сквайрза и вырвалась.
— Никаких шансов, детка, пока ты не познакомишь меня со всеми, о ком
писала, — сказала она упрямо. — Но это же не Брет, надеюсь?
Неотразим, но староват, к сожалению.
— Уймись, Ди! — зашипела на нее Дженни. — Это Чарли Сквайрз.
— Тот ублюдок из дневников? — Диана округлила глаза.
— Его сын, — пробормотала еле слышно Дженни, так как Чарли уже был
рядом.
После того, как она представила их друг другу, Чарли повел Диану знакомиться
с остальными. Со стороны казалось, что яркий длиннохвостый попугай проводит
смотр серых воробьев. Браслеты Дианы задорно звенели, когда она пожимала
руки, улыбка не сходила с красивого, четко вылепленного лица. Дженни
наблюдала за подругой со стороны, прекрасно зная, что та с восторгом
купается во всеобщем внимании. Это появилось у нее давно, и у Дженни были
свои соображения на этот счет. Яркая, вызывающая одежда и экстравертная
натура подруги стали следствием того, что в детстве она была подкидышем. Она
предпочитала выделиться из толпы, чем быть незамеченной или отставленной в
сторону. Это был своеобразный способ защититься от того, что в детстве она
оказалась никому не нужной и брошенной на ступенях приюта.
Диана в конце концов освободилась от окружившей ее толпы мужчин, и они с
Дженни пошли к берегу. Солнце уже клонилось к закату, ветерок посвежел.
— Как ты меня нашла? — смогла спросить наконец Дженни.
— Купила подержанный трейлер у одного художника — и приехала. Выставка
прошла грандиозно, но я абсолютно выдохлась. Поэтому решила немного
проветриться и поискать покоя на этой грешной земле. И надо сказать, детка,
покоя было предостаточно. Миля за милей! Думала, никогда не доеду до Уэллаби-
Флатс и не найду твою Чурингу.
Дженни уставилась на нее в ужасе.
— Ты сама вела трейлер всю дорогу?! Ты же в магазин за продуктами
ездишь в такси! Ох, Ди, ты просто с ума сошла. Ездить одной в такой глуши
страшно опасно!
— Мы же делали так раньше, так почему не повторить подвиг? —
ответила та, беспечно пожав плечами, и улыбнулась.
— Нам тогда было по восемнадцать, Ди! И у обеих начисто отсутствовали
мозги. Когда я вспоминаю, какому риску мы подвергались, путешествуя одни по
всей Европе и Северной Африке, у меня кровь стынет в жилах.
Диана приложила палец к ее губам и лукаво улыбнулась. Зачинщицей самых
опасных приключений, конечно, бывала она, а выпутываться из неприятностей в
основном приходилось Дженни.
— Зато мы здорово повеселились, детка, разве нет?
Дженни покачала головой и вздохнула. Возразить было нечего.
— Я просто не могу поверить, что ты здесь, — объявила она. —
Господи, я так рада тебя видеть, Ди!
Диана пристально посмотрела на нее.
— Признаться, я беспокоилась за тебя и именно поэтому приехала. Твои
письма были такими редкими и короткими. В них было слишком много недомолвок.
Я не могла разобраться, в чем дело, но почувствовала, что что-то не так.
Дженни обняла подругу.
— Все замечательно. Просто я с головой влезла в дневники, и у меня
слишком разыгралось воображение. Но зато я обрела покой. И как это ни дико
звучит, именно дневники помогли мне примириться с пережитым в Сиднее. Пример
Матильды научил меня, что надо смотреть вперед и оставить прошлое в покое.
Так что я съездила сюда не напрасно.
— Значит, ты собираешься вернуться домой?
— Необязательно, — неуверенно ответила Дженни.
— А твои колебания случайно не связаны с мужчиной по имени Брет Уилсон,
детка? — спросила, хитро улыбаясь, Диана.
Дженни мгновенно покраснела.
— Не выдумывай! Он здесь со своей подружкой.
Диана задумчиво посмотрела на нее, но промолчала.
— Смотри! Похоже, начинаются какие-то скачки. — Она указала на
толпу, спешившую к беговому кругу. — Здесь есть кто-нибудь из
знаменитых наездников?
— Не имею понятия, — пожала плечами Дженни. — Это скачки
местного масштаба. Сегодня финальные заезды в честь праздника ветеранов.
Они поспешили вместе со всеми к перилам и вскоре были захвачены зрелищем
скакунов и всадников, готовившихся к состязанию. Почти все жокеи были из
местных — скваттеры, овчары, стригали и управляющие фермами. Каждый из них
был отмечен яркой цветной эмблемой своей фермы, прикрепленной к спине.
Внезапно над толпой повисла тишина. Лошади и всадники напряженно застыли.
Стартовый флажок был поднят и трепыхался на ветру. Наконец он опустился, и
лошади рванулись вперед, взметнув тучи пыли, под приветственные крики
болельщиков.
Беговая дорожка шла по прямой мимо зрителей, затем сворачивала и поднималась
на холм, заросший деревьями и кустарниками. На другой стороне холма всадники
должны были преодолеть несколько препятствий и снова вернуться. Когда лидеры
скрылись из виду, толпа замерла в напряженном ожидании. Потянулись
томительные минуты, пока из-за деревьев не показался первый всадник. Лошади
стремительно приближались и наконец под оглушительные крики толпы вырвались
на финишную прямую. Всадники изо всех сил подстегивали лошадей,
приподнявшись в стременах и припадая к их взмыленным шеям.
Дженни с Дианой, хлопая в ладоши и подпрыгивая от возбуждения, громко
подбадривали вместе с остальными лидера — овчара из Курайонга.
— Черт возьми! Это не менее захватывающе, чем Кубок Мельбурна! —
возбужденно крикнула Диана. — А почему не было никого от Чуринги?
— Они скачут в следующем заезде, — ответила Дженни.
— Тогда почему бы нам не сделать ставки?
— Какая прекрасная идея, леди! Хотите, схожу и поставлю за вас? —
раздался голос Чарли Сквайрза. — Думаю, что вы в любом случае поставите
на своего управляющего, Дженни? Его ставки пока не самые большие, но вы
можете увеличить их.
Дженни, избегая изучающего взгляда Дианы, протянула ему пять долларов.
— Почему бы и нет? Но пусть это принесет ему удачу. Все же он носит
цвета Чуринги...
— А почему у него не самые большие ставки? — спросила Диана,
доставая деньги. — Я слышала, что он уже выигрывал три года подряд.
— Потому, что в этом году Курайонг запасся секретным оружием. Думаю,
удержать титул Короля Горы Брету на этот раз не удастся. — Он взглянул
в сторону худого паренька с пронырливым лицом, который сидел на резвой
гнедой кобылке. — Динго Фаулей в этом году уже выиграл скачки в
Квинсленде и Виктории. На него абсолютно не влияет жара. Думаю, это лучший
наездник, которого я встречал за последние годы.
Дженни проводила его взглядом к кассам и, обернувшись, наткнулась на
вопрошающие глаза Дианы.
— Ну, который из этих твой? — решительно спросила она. — Я
хочу знать, на кого я потратила свои пять долларов?
Дженни посмотрела на стартовую линию. Брет как раз садился на рыжего мерина.
На спине его ярко выделялась эмблема из рисунков аборигенов — знак Чуринги.
Он выглядел очень привлекательным в седле, его сильные руки успокаивали
взволнованное животное, заставляя стоять смирно.
Глаза их встретились и задержались друг на друге. Он подмигнул ей и
улыбнулся.
Диана громко фыркнула:
— Вот что я бы назвала настоящим секретным оружием! Неудивительно, что
у тебя не было времени часто писать мне.
Дженни снова почувствовала, что краснеет, и отвернулась от Брета.
— У тебя грязное воображение, Ди, — строго сказала она. —
Ничего похожего на правду. Я его первый раз сейчас увидела за весь уик-энд.
— Серьезно? — спросила Диана, задумавшись.
Рука со стартовым флажком поднялась, и Брет покрепче натянул поводья.
Строллер нервничал, пританцовывая на месте от возбуждения. Динго Фаулер на
своей пегой кобыле был рядом, но Брет сконцентрировал все внимание на руке
судьи. Он был наслышан о Динго и о тех трюках, которые он устраивает в
заездах, так что хотел во что бы то ни стало побить его сегодня. И дело было
даже не в репутации. Выиграть кубок на глазах у Дженни и с эмблемой Чуринги
— это значило для него гораздо больше, чем титул Короля Горы.
Флажок опустился, и Строллер рванулся вперед голова к голове с гнедой.
Истоптанная, жесткая дорожка опасно сузилась между ними, когда они сделали
первый поворот в сторону холма и начался буш. Внезапно Динго Фаулер
отработанным движением выбил стремя из-под ботинка Брета, пытаясь лишить его
равновесия. Строллер дернулся в сторону, и Брету с трудом удалось удержать
его, направив вперед на вершину холма.
Вскоре деревья обступили их со всех сторон, а копыта застучали по сухой
земле среди кустарника. Термитники возвышались почти в человеческий рост, и
только опытные наездники могли на полном скаку одолеть их, правильно
рассчитав прыжки. Такая слаженность человека с животным давалась многолетним
опытом тренировок или постоянной жизнью в седле во время выпаса овец.
Мужчины и лошади были покрыты потом, смешанным с пылью. Когда наконец
показался просвет между зарослями, Динго почти лежал на шее гнедой, руками и
ногами подстегивая лошадь, чтобы приблизиться к Строллеру и достать до
стремени Брета.
Солнце ослепило их, когда они вырвались на простор после тени. Мир
превратился в мелькающий калейдоскоп света и пыли, грохота копыт и запаха
лошадиного пота. Брет повернул Строллера к финишной прямой и заметил, что
Динго Фаулер по-прежнему идет совсем рядом с ним.
Копыта скользили в пыли, Брет изо всех сил старался удержать равновесие и не
снизить скорость. Руки вцепились в поводья, колени сжимали мокрые бока
Строллера. Пот и въевшаяся грязь облепили их, как панцирь, когда они
выскочили на финишную прямую. Зрители кричали, но за грохотом копыт их почти
не было слышно. Гнедая Фаулера летела ноздря в ноздрю с рыжим мерином.
Брет последним усилием бросил Строллера вперед к линии старта — и когда
флажок опустился, нос его мерина оказался чуть впереди. Крики усилились, в
воздух полетели шляпы.
— Прекрасно шел, приятель! — крикнул, задыхаясь, Динго
Фаулер. — Но на следующий год тебе это не удастся.
Брет развернул Строллера лицом к нему. Его гнев наконец мог выйти наружу.
Крепкой рукой он схватил худенького паренька за ворот рубашки.
— Попытайся сделать так еще раз, сосунок, и я заткну тебе зубы подальше
в глотку! Будешь всю жизнь греметь вставными челюстями, — процедил он.
— Попытаюсь что? — выкатив глаза, невинно спросил Динго.
Брет собрался уже исполнить свою угрозу немедленно, но краем глаза заметил,
что Сквайрзы двигаются к ним навстречу с кубком в руках. Здесь явно было не
место и не время для драки.
— Старый трюк со стременами, — прошипел он, отпуская
рубашку. — Только попробуй еще, и будешь есть жидкие кашки, как
младенец!
Динго Фаулер цинично рассмеялся и спрыгнул на землю.
— Увидимся в следующем году, — бросил он. — Если, конечно, у
тебя хватит смелости.
Он быстро нырнул в толпу почитателей и скрылся из виду.
Брет соскочил с лошади, и в ту же секунду ему на шею бросилась Лорейн. Она
целовала его ярко накрашенными губами, оставляя следы на щеках и на шее.
— Потрясающе! — выдохнула она. — Ты был великолепен! Я так и знала, что ты победишь!
Он попытался освободиться, но она крепко вцепилась в него, а ему не хотелось
делать ей больно.
— Лорейн, прекрати немедленно! — грубо сказал он. — Ты выставляешь себя на посмешище.
Брет заметил, как у нее хитро сверкнули глаза, смотрящие куда-то поверх его
плеча. Она тут же впилась поцелуем ему в губы.
— Мой герой! — пылко воскликнула она.
Взгляд у нее при этом был откровенно победным, и, когда она отпустила его,
он понял почему.
Дженни стояла в нескольких шагах от них и была явно шокирована этой сценой.
В следующий момент она исчезла в толпе, а Брет крепко схватил Лорейн за
руку.
— Зачем ты это делаешь? Между нами все кончено, зачем делать гадости?
— Ничего не кончено, пока я сама не скажу тебе об этом, — заявила
она в ответ. — Тебе не избавиться от меня так просто, Брет Уилсон!
— Кто эта ужасная особа? — напрямик, как всегда, спросила Диана.
— Лорейн, — спокойно ответила Дженни. — Это женщина Брета.
— Ну и вкус у него! — фыркнула Диана и дотронулась до ее
руки. — Я бы на твоем месте не расстраивалась. Это долго не продлится.
— А кто расстраивается? — попыталась возмутиться Дженни, но голос
выдал ее состояние. Ей вдруг захотелось немедленно уехать в Чурингу.
— Дженни, отец хочет, чтобы вы вручили кубок победителю, — сказал
Чарли, подходя к ней.
— Почему я? — в ужасе воскликнула она, оборачиваясь.
— Потому что вы хозяйка победившей фермы, — улыбнулся он и схватил
ее за руку. — Пойдемте!
Беспомощно оглядываясь на Диану, Дженни была вынуждена подойти к
возбужденной толпе, окружившей Брета. Она слышала шепотки и чувствовала
взгляды, которыми ее провожали, но видела только торжествующее лицо Лорейн,
стоявшей рядом с Бретом.
Этан наблюдал за ее приближением, сидя в кресле.
— Мои поздравления, — буркнул он. — Новичкам всегда везет. Но
мы вырвем у вас кубок в следующем году!
Она взяла из его рук серебряный кубок с выгравированной летящей лошадью и
повернулась к Брету.
— Поздравляю, — холодно произнесла она, отдавая кубок.
Брет наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку, и ей не удалось увернуться.
— Дженни, — тихо выдохнул он в ее волосы, — все не так, как
выглядит со стороны.
Она посмотрела в серые глаза, и что-то в них заставило ее пульс участиться.
Но в следующий момент она заметила руку Лорейн, вцепившуюся в его локоть, и
решила, что ошиблась.
— Увидимся в Чуринге, мистер Уилсон.
Когда она возвращалась к Диане и Чарли, за ее спиной слышался издевательский
смех Лорейн. Дженни стоило больших усилий вести вежливую беседу и спокойно
пить шампанское как ни в чем не бывало. Что за игру затеял Брет? И почему в
его глазах она читает нечто такое, что противоречит его поведению?..
Пикник закончился, пора было возвращаться в Курайонг.
Дженни извинилась перед Чарли и остальными, и девушки направились к трейлеру
Дианы.
Они ехали, как когда-то в юности, миля за милей в уютном молчании, вспоминая
про себя прежние поездки. Когда трейлер проехал первые ворота Курайонга и
свернул к особняку, Дженни улыбнулась, увидев реакцию Дианы.
— Как красиво! — выдохнула та. — Просто дворец джинна из
волшебной лампы!
— Подожди, увидишь, что внутри! — пообещала она.
Хелен встретила их в холле.
— Надеюсь, вы не обидитесь, если переночуете вместе? Дом эти три дня
полон гостей...
— Не беспокойтесь, мы привыкли, — дружно ответили девушки.
Дженни повела подругу наверх в комнату и, пропустив ее вперед, встала на
пороге. Она ждала реакции Дианы.
— Черт возьми! Джен, да ты стала вращаться в высшем обществе! Я никогда
еще не видела ничего подобного! — поразилась та.
Риппер носился среди этого великолепия как безумный, сбрасывая на толстый
ковер флаконы с трюмо и пытаясь допрыгнуть до висевших картин. Между тем
Диана открыла дверь в ванную и вскрикнула от неожиданности.
— Господи, кто так поиздевался над этой малюткой? — засмеялась
она. — Ты когда-нибудь видела более ужасную копию? Бедная старушка
Венера!
— Да, она выглядит жутко вульгарной, — улыбнулась Дженни. —
Но ты бы тоже сделала такую, если бы была вынуждена сидеть здесь всю жизнь,
никуда не выезжая и ничего не видя.
Диана бросилась на кровать и свернулась клубочком, напоминая сытую кошку.
— Чертовски отличается от того, как мы с тобой ночевали вместе в
детстве, да? Я до сих пор боюсь, что сейчас ворвется сестра Мишель...
Дженни вздрогнула.
— Не напоминай мне. Если я когда-нибудь увижу еще эту женщину, я буду
готова на все, вплоть до убийства.
Диана оперлась на локоть. Лицо ее вдруг стало печальным.
— Но там было все же лучше, чем в тех домах, где нас вначале усыновили.
Дженни не хотела вспоминать даже в страшном сне тот дом, где она очутилась
одна, без Дианы. Как ее приемный отец вошел в ее комнату ночью. Как она
тогда дралась, кусалась, а потом вырвалась и помчалась в спальню к хозяйке,
не понимая, чего он от нее хочет. Скандал был оглушительный! Приемная мать
избила ее и кричала, что она сама приставала к ее мужу, что она дьявольское
отродье и хочет разрушить хорошую семью. Утром ее отправили назад, в
Даджарру.
Мать-настоятельница внимательно выслушала Дженни и была к ней добра, но
сестра Мишель вдоволь поиздевалась тогда, нашептывая ей всякие гадости. А
Диана сбежала от приемных родителей сама, и ее привез в приют священник. Он
подобрал ее на улице — худую, как щепка, со следами зверских побоев на всем
теле. Ей было тогда только четыре. Она попала к настоящим садистам, которые
не кормили и избивали девочку за малейшую провинность. Только через год их
забрали в Валуну...
Дженни отбросила страшные воспоминания и ослепительно улыбнулась.
— Хочешь принять ванну первая? У нас с тобой еще целых три часа до
бала.
— Нет, иди ты, я немного подремлю.
У Дженни хватило времени одеться и подкраситься, пока Диана одевалась в
ванной. Подруга была великолепна в маленьком платье глубокого темно-
пурпурного цвета с глубоким вырезом и коротким подолом, открывавшим длинные
загорелые ноги. Длинные черные волосы были подняты наверх с помощью
серебряных гребней. Прекрасные аметисты в серебре сияли в ее ушах и на шее.
— Прощальный подарок Руфуса, — улыбнулась она. — Правда,
чудесные?
Дженни кивнула и уныло посмотрела в зеркало на свои простенькие украшения.
— Ты меня затмеваешь, и я выгляжу как простушка, — вздохнула она.
— Глупости! Твое платье само по себе великолепно. — Все, что тебе
нужно, — это мои нефритовые сережки! — уверенно заявила Диана,
начиная рыться в своем мешочке с украшениями. Она нашла наконец то, что
искала, и протянула подруге. Дженни надела серьги и с удовольствием
отметила, как они подходят к платью. В это время раздался стук в дверь, и
вошла Хелен.
— Мы опаздываем? — удивленно спросила Дженни.
— Совсем нет, — улыбнулась Хелен. — Я просто пришла поболтать
и убедиться, что у вас есть все необходимое.
Подруги молча смотрели на элегантную пожилую женщину с короткими платиновыми
волосами, уложенными в безукоризненную прическу. На ней было великолепное
черное платье с открытыми плечами и бусы из жемчуга, которые явно стоили
целое состояние. А Хелен, в свою очередь, с нескрываемым удовольствием
смотрела на них.
— Вы так молоды и красивы, дорогие! — вздохнула она. — У вас
сегодня не будет отбоя от кавалеров на балу.
Дженни вдруг почувствовала странную робость перед этой элегантной,
умудренной светским опытом женщиной и с беспокойством посмотрела на Диану.
— Мы не очень вырядились?
— Конечно, нет! — засмеялась Хелен. — Когда еще можно
нарядиться и повеселиться как следует в этой глуши? — Она дотронулась
пальцами до зеленого шифона на платье Дженни. — Какой красивый цвет! И
он делает что-то волшебное с вашими глазами. — Она опять вздохнула: —
Мне никогда не шел такой. Он делает меня совсем блеклой. Скучно быть такой
бесцветной!
— Зато мы никогда не будем такими элегантными и
безукоризненными, — возразила Дженни. — Всегда завидовала
блондинкам.
Хелен мягко пожала ей руку повыше локтя и улыбнулась:
— Мы с вами очень напоминаем поговорку:
Кукушка хвалит петуха за то,
что хвалит он кукушку
. Вы не находите? — хихикнула она, как
девчонка. — Но вы не обидитесь, если я дам вам один совет?
Дженни, нахмурившись, осмотрела себя и Диану. Что у них не так? Какое табу
они нарушили?
— Это касается обуви, дорогая. Слишком обыкновенные босоножки для
такого платья. Подождите здесь, я принесу вам мои туфли.
Не дав Дженни возразить, Хелен вышла из комнаты и вернулась через минуту с
фирменной обувной коробкой в руках.
— Мне кажется, у нас один размер, — сказала она, немного
задыхаясь, и открыла коробку. — Примерьте скорее!
Туфли были сделаны из тончайшей, мягкой кожи и оказались в самый раз. Они
были на шпильках, но с широким носком, удобные и легкие. Бледно-кремовый
цвет прекрасно подходил к платью.
— Они очень красивые, — выдохнула Дженни. — Но как же я смогу
их надеть? Вдруг поцарапаю...
— Глупости! — решительно ответила Хелен. — Вы заберете их
себе. Платье, к которому я их покупала, давно вышло из моды, и я от него
избавилась. К тому же у меня не тот возраст, чтобы щеголять на таких
каблуках, детка. Все, идемте! Как хозяйка, я должна быть на месте немного
раньше. Если вы готовы, лучше пойдемте со мной. До амбара почти две мили, и
нас всех вместе отвезет туда Джеймс.
В большом амбаре, где устраивался ежегодный бал, еще пахло сеном, но он был
чисто вымыт и красиво украшен для праздника. Бар был устроен недалеко от
двери, а вдоль стен были расставлены легкие пластмассовые кресла. Группа
музыкантов в ковбойских костюмах уже настраивала инструменты на небольшой
сцене в дальнем углу.
— Знакомая картина, — сказала Диана, кивнув в сторону стайки юных
девушек, взволнованно шепчущихся в углу на сдвинутых креслах. —
Помнишь, как противно было ждать, когда кто-нибудь пригласит тебя на танец?
Дженни кивнула. Все это было до сих пор живо в памяти, только она что-то не
могла припомнить, чтобы Диана когда-нибудь подпирала стены на деревенских
балах в Валуне или на студенческих праздниках в Сиднее.
Они взяли по бокалу шампанского, любезно предложенных Эндрю, и смотрели на
входивших в зал.
— Его еще нет, — шепнула ей Диана. — Но и ее тоже нет.
Дженни не успела ответить, что никого не ждет, как уже кружилась в польке с
Чарли. Вскоре танцы были в разгаре. Чарли сменил молодой человек, который
крепко прижимал Дженни к себе сильными руками и дышал на нее пивом. Он
кружил ее по всему залу, пока она окончательно не выдохлась. Ее спас Чарли,
который галантно протанцевал с ней медленный танец. Затем Дженни пригласил
молодой овчар, который все время наступал ей на ноги и заглядывал в вырез
платья. Ей было жарко, она запыхалась и наконец села передохнуть.
Диана продолжала кружиться по залу в бережных объятиях симпатичного овчара,
первым пригласившего ее танцевать. Со стороны казалось, что она наслаждается
и танцем, и своим партнером. Дженни позавидовала ее энергии и уже собралась
пойти взять бокал с освежающим напитком, когда кто-то подхватил ее под руку
и поднял с кресла.
— Нет, Чарли, я не могу больше, — запротестовала она, поднимая
глаза, и смолкла, увидев перед собой Брета.
— Это медленный танец, — улыбнулся он, увлекая ее за собой. —
Правда, не гарантирую, что не отдавлю вам ноги.
Дженни двигалась в его объятиях как в трансе. Она чувствовала жар его тела
сквозь рубашку, ощущала его крепкие, теплые ладони на спине и сознавала, что
именно этого ждала весь вечер. Танцы с Чарли, обходительным и галантным
партнером, мгновенно стерлись из памяти. Дженни расслабилась в объятиях
Брета и закрыла глаза.
— Вы потрясающе выглядите, Дженни, — прошептал он ей в волосы.
Она заглянула в его серые глаза и не сразу сообразила, что он сделал ей
комплимент.
— Спасибо. А вы здорово выиграли кубок.
—
...Закладка в соц.сетях
