Жанр: Любовные романы
Дерзкая скромница
...кс внимательно смотрел на нее, надеясь,
что в его глазах она прочитает всю правду.
Девушка нахмурилась:
— Я не понимаю...
Наверное, она действительно не понимала. Социальное неравенство было для нее
не такой уж большой проблемой.
— Как ты думаешь, что люди говорили бы обо мне, если бы мы были
вместе? — спросил Алекс.
— Не знаю, — протянула Джесс, склонив голову набок. — Я не
уверена, что меня сильно волнует чье-то мнение. И тебя тоже никогда не
волновало мнение окружающих, разве не так? Мне казалось, ты не из тех, кто
прислушивается к сплетням.
— Много лет назад, наверное, так и было. Но теперь все изменилось. У
меня есть свой бизнес, и я хочу успешно вести дела, наладить свою жизнь.
— Ты считаешь, что, если мы будем вместе, это повредит твоей работе?
Алекс горько рассмеялся:
— Роман с дочерью Самнерсов? О черт, я думаю, это вряд ли поможет мне
встать на ноги.
— Но почему? Я не понимаю.
— Потому что мы с тобой — на разных полюсах. Подумай об этом, Джессика.
Она нахмурилась, расстроенная словами Алекса.
— А ты никогда не думал, что ошибаешься? Может быть, общение со мной
принесло бы тебе пользу. Ведь я знаю очень многих, кому могла бы предложить
твои услуги. А потом, у здешних жителей хватает забот и без обсуждения моей
личной жизни.
— Может, и так, а может, совсем наоборот. У меня в свое время было
достаточно неприятностей в этом городе, чтобы наживать новые.
Никаких неприятностей! — вспылила Джессика. — Но если ты так
считаешь, то зачем вообще вернулся? Почему решил начать свой бизнес именно
здесь, а не в каком-нибудь другом месте, где тебя никто не знает, а? Зачем
ты вернулся?
О, это был вопрос на миллион долларов. Алекс тяжело вздохнул:
— Я решил кое-что доказать себе и другим. Я уехал отсюда после школы не
по своей воле. Теперь мне хочется, чтобы все получилось так, как
запланировано.
Джесс посмотрела на него серьезно, но без осуждения.
— Мне всегда было интересно — слухи о тебе были правдой или вымыслом?
Так все из-за этого?
— Какие слухи?
— Ну, говорили, будто ты кинулся на какого-то парня с ножом.
— Ну, на самом деле у меня был с собой простой перочинный ножик. Но при
обыске полиция его нашла.
— А потом состоялся суд... — Джессика не закончила. Может быть,
она не знала, что произошло дальше, а может, ей неприятно это вспоминать.
— И судья предложил мне покинуть город, — закончил за нее Алекс.
— Предложил? Это не похоже на папу.
— На папу?
Джессика покраснела и отвернулась:
— Ведь судьей был мой отец, не так ли?
— Да, ты права. Он сказал, что для меня лучше начать жизнь с нового
листа на новом месте.
Джессика нахмурилась:
— Почему в другом месте?
— Там, где за мной не числится столько неприятностей и проступков.
И, что куда важнее, если он уедет, дочь судьи его забудет. Это не было
сказано ни тогда, ни теперь, но подразумевалось.
Джессика несколько минут обдумывала услышанное.
— Значит, мой отец посоветовал тебе уехать и начать жизнь
сначала? — Она внимательно посмотрела на Алекса и добавила: — Но ты
думаешь, что были и другие причины, по которым он посоветовал тебе так
поступить. Да?
— Он просто предложил мне исчезнуть, и все. Чтобы не было никаких
проблем.
— Каких проблем, Алекс? Каких?
Проблемы — это отношения между Джессикой и Алексом, что же тут непонятного?
— Давай оставим этот разговор, — прямо предложил он.
Ведь тогда сплетни ходили и о том, что Алекса и Джессику кое-что связывает.
Но стоит ли ворошить прошлое, чтобы выяснить, не воспользовался ли судья
своей властью в собственных интересах, дабы оградить дочь от нежелательного
поклонника?
В конце концов, Самнерс заботился о судьбе своей дочери. А это куда важнее,
чем и так уже разбитая жизнь Алекса. Так что судью вполне можно понять.
— Мой отец, как и любой другой человек, может ошибаться. Но тем не
менее он справедливый. Он, вероятно, искренне считал, что действует в твоих
интересах. — Возможно, она заметила сомнение в его глазах и поспешно
продолжила: — А забота о жителях города всегда была для него на первом
месте.
Теперь уже Алекс не мог остановиться:
— Мои родители были сезонными рабочими, переезжающими с места на место.
Так что не стоит предполагать, будто твой отец считал меня горожанином. Нет,
я был здесь чужой. И я должен был уйти.
— Я не верю этому. Мой отец...
— Джессика, я был для твоего отца шилом в заднице, от которого не
дождешься покоя. Рано или поздно я оказался бы в тюрьме.
Она внимательно посмотрела на него.
— Так вот почему ты вернулся? Чтобы доказать всем, как они ошибались на
твой счет?
— Да, я думаю, все именно так.
— Но разве ты не говорил, что сейчас у тебя возникли кое-какие
проблемы?
— В общем, да. Но все, в чем я нуждаюсь, — это хороший
заказ, — сказал уверенно Алекс. — В моем бизнесе, как и в любом
другом, один заказ влечет за собой следующий.
— А как насчет здания суда? — с вызовом спросила Джесс.
— Объясни.
— Ну, насколько мне известно, там требуется ремонт. А здание огромное.
И если бы ты смог получить этот заказ, было бы очень здорово, разве нет?
Но Алекс прекрасно понимал, как сложно ему будет добиться такого заказа. Для
столь серьезного дела ищут, как правило, опытных мастеров, а не новичков с
сомнительным прошлым.
Синие глаза Джессики только мешали ему размышлять. Находясь рядом с ней,
любуясь ею, он хотел одного подхватить ее на руки, украсть у всего мира и
долго-долго исследовать каждый дюйм ее великолепного, нежного тела.
Но сейчас следует думать о другом.
Кроме того, Джессика занята выполнением своего дурацкого свода правил. И
Алекс — лишь пунктик в нем. А если не он, так кто-то другой.
И все же тело его, взывающее к любви, бунтовало против разума, и Алекс
боялся, что в какой-то момент просто не справится с собой.
Но он не должен этого допустить. Когда игрушки надоедают, их выбрасывают.
Алекс Морено не желал стать игрушкой для Джессики Самнерс.
Девушка ждала ответа, и Алекс сказал:
— Я уже думаю об этом. — Не объяснять же ей, что он, с его-то
репутацией, не может рассчитывать на такую работу.
Она же, проницательная девушка, тут же отреагировала:
— Считаешь, тебе не доверят ремонт, не так ли? Пока ты только
раскручиваешь свой бизнес, у тебя нет заказчиков, которые могут подтвердить,
что ты способен на многое.
— К сожалению, меня здесь еще очень хорошо помнят. И доказать, чего я
стою на самом деле, будет трудновато, — усмехнулся Алекс.
— Я могла бы помочь тебе. Замолвить за тебя словечко перед отцом.
— Думаю, помогать мне — это последнее, что входит в планы твоего отца,
поверь.
— Я говорила, что мой отец способен на ошибки и может выносить неверные
решения. И не всегда соглашаюсь с тем, как поступают и что делают мои
родители. Но, я уверена, с каждым человеком можно договориться и убедить
его, что ты изменился, стал другим и так далее.
— Нет! — отрезал Алекс.
— Но почему? — Джесс импульсивно приблизилась к нему и замерла. Он
почувствовал, что ее так же волнует их близость, как и его самого.
Медленно отодвигаясь назад, он сказал:
— Я думаю, нам вообще не стоит больше видеться.
— Ну да, конечно, — язвительно отозвалась Джессика.
Алекс вышел из машины и направился в сторону дороги, чтобы на попутке
вернуться обратно.
В голове билась только одна мысль: целовать Джессику было ошибкой. Большой
ошибкой.
Глава седьмая
Джессика отправилась в самый популярный светский салон. Обычно она не любила
бывать в таких местах. Из-за сплетен. Там перемывали всем косточки
круглосуточно. Но теперь она сама решила запустить одну сплетенку.
Разговор с Алексом натолкнул ее на размышления. А что, если ее действительно
до сих пор воспринимают только как дочь судьи? Пришло время все менять.
Она появилась после десяти вечера, в субботу, пропустив и ужин, и дефиле от
миссис Франкфорт, подоспев только к светской болтовне.
И ее просто поразило, когда она увидела среди присутствующих Алекса и
Томаса. Ноги Джесс буквально вросли в пол.
Ну что же. Похвально. Для того чтобы начать новую жизнь, Алекс выбрал
правильное место. Здесь он быстро окажется на виду, завяжет нужные
знакомства.
Но вот Джессике это было не на руку — она терялась в присутствии Алекса.
Сердце ее бешено колотилось.
Всю прошлую ночь она вспоминала их разговор в машине и не сомневалась
больше, что небезразлична ему, а он неравнодушен к ней.
Ведь теперь Джесс точно знала, чего хочет.
Ей нужен Алекс.
И если за него придется бороться — она готова.
Для начала она была уверена, что скорее способна помочь его карьерному
росту, чем навредить.
А во-вторых, она хотела стать такой женщиной, от которой он не смог бы
отказаться. Вот только надо выяснить, какие женщины нравятся Алексу Морено.
Джессика уверенно пошла к столику, за которым сидел Алекс. Он напряженно
вытянулся, чего нельзя было не заметить. Да уж, не похоже, что он рад ее
видеть.
Томас, однако же, немедленно встал и предложил ей присоединиться к их
компании.
Улыбнувшись, Джессика присела за столик и встретила хмурый взгляд Алекса.
— Я не думаю, что это хорошая идея, — буркнул он.
— А что тут такого? не понял Томас.
Но вот Джессика все прекрасно поняла. Идея была плохой, потому что
окружающие могут бог знает что подумать и начать сплетничать, а сплетни
повредят ему.
Но у Джессики было свое мнение на этот счет.
Прежде чем она объяснила свое поведение, Томас, изобразив испуг из-за
невыключенного утюга, заявил, что ему срочно нужно бежать домой, так что пока-пока-
пока...
Алекс попытался было задержать коллегу, однако Джессика премило улыбнулась:
— Было приятно увидеть тебя, Томас. Удачи, — попрощалась она.
Когда Томас скрылся в дверях, Алекс прошипел:
— Джесс, сейчас не самое лучшее время для встреч и разговоров.
— Не волнуйся, — попыталась успокоить его девушка, — у меня
есть план.
Подозрительно сощурившись, он пробурчал:
— Какой еще план?
— Я хочу, чтобы ты переделал мою кухню! — торжественно объявила
она.
— С чего бы это? Еще неделю назад кухня волновала тебя меньше всего.
— Принцесса не может передумать? — спросила Джесс, положив на
столик брошенные им листки с замерами и эскизами.
— Кажется, я понимаю, в чем тут дело...
— Вот и прекрасно. — Девушка придвинула бумаги еще ближе к
нему. — Ты нуждаешься в хорошем заказе и деньгах. А я нуждаюсь в
ремонте. — Она коварно улыбнулась.
— Ты делаешь это из жалости?
— Я и не помышляла о жалости, если честно. — Перегнувшись через
столик, Джесс прошептала: — Вина, может быть. Но не жалость. Поверь.
— Вина?
— Мне очень стыдно за мое поведение в нашу первую встречу, когда ты
пришел осматривать кухню. А ты был добр ко мне. Всегда.
Алекс заерзал на стуле.
Он протянул руку к своей чашке и обнаружил, что она пуста. Позвав
официантку, он заказал себе еще кофе.
Получив новую порцию, Алекс сделал большой глоток, а потом тихо сказал
Джессике:
— Мне не нужны твой заказ и твои деньги. И меня не волнует твое чувство
вины.
— Но я же серьезно! — воскликнула она. — Я хочу что-нибудь
изменить в своей жизни. А моя кухня такая серая и скучная. Я хочу новую и не
сомневаюсь, что ты сможешь это сделать лучше, чем кто бы то ни было. —
Девушка посмотрела на него с доверчивой наивностью. — Ты же самый-
самый. Разве не так, Алекс?
Он смотрел на нее с негодованием и не отвечал, чувствуя западню, ловушку.
— Кроме того, — добавила она весело, — это входит в мой
злосчастный список.
— Ты думаешь, я поверю, будто в журнале для дерзких женщин напечатано,
что Алекс Морено непременно должен отремонтировать им кухню? Вот чудеса!
Джессика звонко рассмеялась, захлопав в ладоши:
— Нет, глупый! Конечно, нет, но зато там советуют поменять обстановку.
А разве ремонт не означает смену обстановки?
Он отпил еще кофе, а потом отрицательно помотал головой:
— Нет, я все равно не могу...
— Но...
— Если ты решила затеять все из-за идиотской статьи, то потом сильно
пожалеешь, и это все равно что выкинуть деньги на ветер!
— Нет, я не буду сожалеть, — настаивала Джессика, — я должна
это сделать. Ну, пожалуйста!
— Почему?
— Потому что для меня наступило время что-то делать самостоятельно. Я
поняла, что никогда не принимала решений сама. Все всегда решали за меня. Но
я хочу изменить это. И ремонт кухни — мой первый самостоятельный поступок.
Алекс усмехнулся.
— Да, — согласилась Джесс, — возможно, это выглядит смешно,
но ведь нужно же с чего-то начинать. А потом, если ты не поработаешь на
меня, никто не поверит моим рекомендациям.
— Ты... ты собираешься рекомендовать меня?
— Естественно! Ты сам говорил, что один заказ тянет за собой другой. И
я знаю многих людей в этом городе. Состоятельных людей.
— Состоятельных?
На его лице мелькнуло отвращение, и Джессика сильно пожалела, что не
подобрала других слов.
— То есть я хотела сказать, что знаю людей, которые могли бы
посодействовать тебе получить подряд на ремонт здания суда. Ведь это
строение — исторический памятник. Следовательно, понадобится разрешение
архитекторов, перепланировщиков. А я со всеми знакома.
— Пожалуйста, скажи мне, что ты шутишь...
— Нет, я действительно их знаю, а значит, можно будет все уладить.
— Нет, ничего не получится, — вздохнул Алекс.
— Доверься мне, — процедила Джессика сквозь зубы, заметив, что за
ними уже наблюдают. Все получилось даже лучше, чем она планировала. Она-то
намеревалась всего лишь посплетничать, а получилось целое наглядное пособие
для сплетен. — Сейчас здесь находится миссис Хиггинс, а она президент
исторического общества. И я с ней знакома. Кстати, она направляется к нам.
Спокойно!
Миссис Хиггинс остановилась около их столика. Джессика тотчас же представила
их друг другу. Алекс встал и пожал даме руку.
— Миссис Хиггинс, — сказала Джессика, — Алекс перестраивает
мою кухню. Он — владелец ремонтной фирмы Морено.
— Хмм. — Миссис Хиггинс приподняла бровь, выражая подозрение и
удивление. — Да, я знаю, кто такой Алекс Морено.
Она смотрела на него так, будто он был не лучше таракана. И этого таракана
дама очень хотела раздавить.
Под ее неодобрительным взглядом Алекс мгновенно почувствовал себя трудным
подростком, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
— Не сомневаюсь, что вы меня знаете, — пробормотал он, плюхнулся
на стул и вытянул ноги, изобразив позу бездельника. Вместе с тем он глаз не
сводил с миссис Хиггинс, даже не пытаясь скрыть негодование, которое
овладело им после ее слов. Джессика при этом толкала его ногой под столом.
Решив, что пришло время что-то предпринять, девушка, нацепив дежурную
улыбку, бодро сказала:
— Ну, хорошо, значит, вы в курсе, какую замечательную работу в Лос-
Анджелесе...
Алекс удивленно слушал, как Джессика перечисляла те объекты, на которых он
недавно работал. Видимо, она внимательно изучила его резюме.
Но вот миссис Хиггинс это не впечатлило.
Она громко фыркнула и наконец перевела взгляд с Алекса на Джессику:
— Есть люди, которые нанимают на работу кого попало. — Она пошла
было прочь, но, повернувшись на секунду, бросила: — Ты бы, дорогуша,
повнимательнее проверила данные о нем. Возможно, вовсе не он работал во всех
этих местах. Просто подделал документы!
Рассерженная дама удалилась, а Алексу пришлось схватить Джессику за руку,
потому что она намеревалась броситься следом за Хиггинс, чтобы, видимо, что-
то объяснить той.
— Оставь ее, пусть идет, — пробормотал он, стараясь сохранять
внешнее спокойствие и респектабельность, зная, что они с Джессикой и так уже
привлекли к себе достаточно внимания.
— Но... — пыталась сопротивляться девушка.
— Пусть она идет! — повторил Алекс.
— Я никогда не предполагала, что она может быть такой грубиянкой! Она
явно подразумевала, что я наняла тебя на работу только для того, чтобы
поразвлечься с тобой.
— Ну, почти так и было, помнишь? — Алекс не смог сдержать улыбку.
— Но ты! Ты! Даже не пытался помочь мне! Что-то сделать! Постоять за
себя!
— Я-то тут при чем? — изумился Алекс. — Да стой я хоть на
ушах перед ней, она бы все равно не изменила своего отношения ко мне.
— Не верю! Я знаю ее с детства. Мы пошли в школу вместе с ее сыном...
Подожди-ка... — Джессика подозрительно посмотрела на Алекса. — В
этом все дело, да? Ты поссорился с ее сыном, как его звали?
— Альберт.
— Да, Альберт, — кивнула она, будто вспомнила что-то очень
важное. — Это с ним ты подрался почти перед самым окончанием школы?
Алекс кивнул. Альберт тогда сказал что-то мерзкое о Джессике и о нем. Сейчас
он даже не мог вспомнить, что именно, но в тот момент мгновенно разозлился,
пришел в ярость.
Джессика внимательно вглядывалась в его лицо и, будто догадавшись, о чем он
думает, попросила:
— Расскажи мне, что тогда произошло?
Он пожал плечами и сделал глоток уже остывшего кофе.
— Нечего рассказывать. Мы подрались. Я победил, он оказался слабее. Вот
и все.
— Да неужели? Все дело, значит, в драке и больше ни в чем? Мальчишки
подрались, а миссис Хиггинс никак не может это забыть. Почему?
— Потому что она ханжа. Даже если бы я не подрался с ее сыном, она все
равно всегда относилась бы ко мне как к плебею.
Джессика недовольно замотала головой.
— Но это несправедливо.
— Только не для нее и подобных ей.
— Что же, — сказала она решительно, — все это только
подтверждает необходимость отремонтировать мою кухню. Миссис Хиггинс, может
быть, и президент исторического общества, но на ней свет клином не сошелся.
Если не убедили ее — убедим других. Надо только очень постараться.
Подождав, пока она закончит, Алекс спросил:
— Откуда в тебе эта уверенность? Вдруг я действительно не справлюсь с
работой?
— Вот только не надо! Ты справишься! Я провела собственное
расследование.
— Собственное расследование?
— Когда ты приехал ко мне домой, то дал свое резюме. Думал, я его не
прочитаю, так?
Он вопросительно приподнял бровь:
— Я бы скорее предположил, что после состоявшегося между нами разговора
ты разорвешь резюме на мелкие кусочки.
— Я ничего не стала рвать, все внимательно изучила и, надо сказать,
пришла в восхищение от того, за какие безнадежные проекты ты брался и какого
замечательного результата добивался.
Алекс неотрывно следил за Джессикой. Ее восхищение, как бы он ни старался,
передавалось ему, и он испытывал чертовски приятную гордость за себя.
Но все же Морено вынудил себя посопротивляться похвалам Джессики.
— Да ладно, ничего особенного, — промямлил он. — С заданиями
вроде тех легко справиться, если в твоем распоряжении есть достаточно
сообразительные рабочие.
— Но ведь это ты проектировал здания, а руководить рабочими не так
просто, как может показаться на первый взгляд.
— Ну, в общем, да... — вынужден был согласиться Алекс.
— Я убедилась, что ты отлично справляешься со всем. И стоишь хороших
денег, которые я и собираюсь заплатить тебе.
— Джессика, — возразил Алекс, — я не позволю тебе нанимать меня на работу из жалости.
— Это не жалость. Я действительно хочу отремонтировать кухню. Кроме
того, повторяю, я не смогу рекомендовать тебя кому-либо, если сама не
воспользуюсь твоими услугами, — настаивала она.
Алекс наконец дал согласие. Но сомнения остались.
Джессика не теряла ничего, кроме капли своей репутации. А вот ему было что
терять. Этот заказ мог либо помочь его карьере, либо полностью разрушить ее.
Теперь Алекс видел Джессику каждое утро. И каждый вечер. Ничего себе
испытание! И начинать, и заканчивать рабочий день ему приходилось
самовнушением — он равнодушен к Джессике, она его ни капли не интересует, не
волнует, не будоражит его любовные фантазии, он ее вообще не замечает.
Помогало? Кажется, нет.
Чем чаще Алекс видел девушку, тем труднее становилось бороться с собой.
Но всякий раз он приходил на работу пораньше, чтобы успеть застать Джессику
дома, а вечером задерживался подольше, придумывая массу мелких дел.
Эпитеты, вроде
дурак
,
идиот
и тому подобные, которыми Алекс одаривал
себя за такое поведение, нисколько не вразумляли.
А Джессика, возвращаясь с работы, приветствовала его одними и теми же
словами:
— О, ты все еще работаешь? Ну и трудоголик!
И после этого всегда интересовалась делами что уже сделано, как все будет
выглядеть в целом, какой материал приготовлен для стен, для потолка, для
пола...
Так прошла целая неделя.
В этот вечер Джессика, как обычно войдя в дом, воскликнула:
— О, ты все еще работаешь? Ну и трудоголик! — И через секунду
добавила: — А у меня есть один вопрос к тебе.
Отвлекшись от работы, Алекс повернулся к ней.
— Давай, спрашивай.
— Какие женщины тебе нравятся?
— Что?!
— Ну, я просто подумала о тех парнях, с которыми обычно встречалась. В
основном это были мои коллеги, и все они оказывались чрезвычайно скучными,
так что я удовольствия не получала. Вот почему я отправилась тогда с
Патрисией в клуб. Чтобы познакомиться с кем-нибудь.
Говоря все это, Джессика вошла в кухню, положила сумочку на стул, а руками
оперлась о край стола.
— Это тоже не сработало, — продолжила она. — Понятно же, что
тот приставала, похожий на быка, не из тех, кто может мне понравиться.
Алекс честно пытался слушать девушку, но соблазнительные изгибы и выпуклости
ее тела сильно отвлекали его от разговора и способности думать.
— Возможно, я не должна была позволять Патрисии наряжать меня подобным
образом. Наверное, из-за этого все пошло не так, как надо.
Возможно, ему не следовало дожидаться ее возвращения — вот где для него все
пошло наперекосяк.
В это время Алекс должен сидеть у себя дома, а не задерживаться здесь
допоздна.
Наливать в стакан побольше виски.
Принимать холодный душ.
А не стоять напротив нее и сходить с ума от вожделения.
И тогда он, возможно, меньше думал бы о Джесс, о ее красоте, женственности,
мягкости, нежности...
Но Алекс не мог спокойно засыпать по вечерам. В голову лезли буйные
фантазии.
Все было бы не так уж и плохо, если бы, например, он знал, что Джесс
предается таким же фантазиям о нем.
И еще Алекс боялся, что, закончив работу в ее доме, он навсегда потеряет
Джессику и ему придется жить с мыслью о недостижимости того, чего он желает.
Перед такой перспективой блекло все — карьера, новые заказы и даже
сплетни...
— И, — продолжала тем временем Джессика, — сегодня за
завтраком я составила список того, что мне нравится в мужчинах. Изучив его,
я поняла, что не хочу никого, похожего на зануду или быка. Мой идеал
оказался похож на тебя.
Похож на него?
Или он сам?
Алекс молниеносно переключился с ее тела на ее слова. Он изучающе смотрел в глаза Джесс, ища ответа.
На него?
Или он?
Секунду спустя Джессика, кажется, поняла, как он интерпретировал ее слова.
Она напряглась, отступила на несколько шагов назад. На щеках и шее зарделись
красные пятна.
— Не ты, конечно, — поторопилась объяснить девушка. — Кто-то,
похожий на тебя, такой, как ты, — решительно добавила она, нервно
жестикулируя.
— Конечно, — кивнул Алекс. Разумеется, она не интересовалась им.
Об это
...Закладка в соц.сетях
