Жанр: Любовные романы
Секс, ложь и вампиры
... поскользнулась на
льду, когда ворвалась в аллею, где находился Адриан. Я чувствовала за ним
еще одного человека. Такого же сильного, как и он сам.
Мною управлял страх, я перелетела через улицу и угодила прямо под машину,
которая вылетела из-за поворота. Взвизгнули тормоза, я сделала последнюю
попытку избежать столкновения и почувствовала, как боль взорвалась в левом
боку, куда ударил бампер. Я отлетела на промерзшую мостовую, не в силах ни
вздохнуть, ни пошевелиться.
— Ой! — Я глотнула воздуха, похлопала себя по рукам, по ногам,
чтобы проверить, все ли на месте. Я не успела еще порадоваться тому, что
ничего страшнее синяков у меня нет, как рядом промелькнула тень и меня резко
дернули вверх и бросили на капот сдавшей назад машины.
— Где он? — прорычал мне в лицо незнакомый мужчина.
Я моргнула, но видение не рассеялось.
— Кто?
Блондин, что держал меня, закрутил ворот так, что я едва не задохнулась. Его
лицо не выражало ничего, кроме злобы, губы обнажили очень неприятного вида
крупные клыки.
— Предатель. Ты пропахла им насквозь. Где он? Говори или умрешь.
— Я не знаю, — честно призналась я, уверенная, что Адриан уже
покинул аллею, где я учуяла его.
Такой ответ явно не понравился мужчине. Он грязно выругался по-французски, и
я сделала вид, что не поняла ни слова. Но он со злобой дернул меня за
воротник, и мне стало не до галантных манер. Я закашлялась, перед глазами
поплыли черные круги.
— Ты врешь!
— Клянусь вам, я понятия не имею, где он находится. — Я захрипела
и забилась, пытаясь хоть немного вдохнуть воздуха.
— Я не оставлю тебя в живых, чтобы ты не помогала предавать
других, — прошипел он. Он поднял меня к себе и рванул блузку, открывая
мое горло. Наконец-то я могла вдохнуть. Я не осознавала происходящего,
передо мной все еще плясали черные круги. Но вот я почувствовала его дыхание
на своей шее, и до меня дошло, что сейчас должно случиться.
Каждая клеточка моего тела кричала от страха. Я попыталась сопротивляться
вампиру, который вознамерился отнять у меня жизнь, но мои руки и ноги
отказывались подчиняться мне.
Адриан! Я мысленно призвала его. Я уже чувствовала
влажные клыки на своей шее, вяло сопротивляясь, когда он вдруг застыл. Он
снова выругался и оставил меня в ожидании неминуемой смерти.
Поток воздуха, знакомый аромат, сексуальный голос, ругающийся по-
немецки, — и я спасена. Я сползла с капота вниз, массируя горло, все
еще задыхаясь, не сводя глаз с двух дерущихся мужчин на дороге.
Они были примерно одного роста, но если блондин был жилистым, словно
связанным из проволоки, то Адриан был мощным и невероятно сильным. Впрочем,
я понимала, что силы его не безграничны, и я чувствовала, что рядом еще один
Темный.
Вдали раздался предупреждающий гудок поезда.
Блондин нанес удар, который смертного просто обезглавил бы. Адриан ослабил
удар, вильнув в сторону, но все же покачнулся. Я поняла, что должна ему
помочь. Он был голоден и слишком устал, приглядывая за мной, пока мы
отсиживались под замком, дожидаясь темноты. Он не справится с двумя
натренированными вампирами. Я огляделась по сторонам в поисках какого-нибудь
оружия, чтобы вывести из строя блондина, но ничего вокруг не было.
Адриан в этот момент оттолкнул ногой одного нападавшего и отшвырнул другого.
Да, не было никаких сомнений, что несколько столетий назад Адриан серьезно
занимался боевыми искусствами. Я открыла дверцу машины, чтобы посмотреть
внутри, нет ли там ружья или палки, или чем там еще вампиры убивают друг
друга, но и там ничего не было. Я вынула ключи из замка зажигания и краем
глаза заметила, как блондин вытащил нож, тускло сверкнувший в свете уличного
фонаря. Едва заметный взмах руки, и нож полетел в сторону Адриана. Он
отпрыгнул, но недостаточно быстро. Клинок по рукоять вошел в его грудь.
— Нет! — вскрикнула я и кинулась к нему.
— Вот тебе и конец, Предатель, — сказал блондин, покачиваясь.
Адриан посмотрел на вампира. Его грудь резко вздымалась и опадала. Он взял
нож за рукоять и вытащил из груди. Его черная рубашка стала еще чернее,
когда мокрое пятно расплылось по ней. Мне даже не нужен был мысленный
контакт с ним, чтобы понять, что он быстро теряет силы. Рана прошла слишком
близко от сердца.
— Ты умрешь, и наконец-то наши люди будут в безопасности, —
прорычал блондин.
Адриан поднял голову, но не для того, чтобы посмотреть на вампира. Его
взгляд нежно коснулся меня, и я удивленно моргнула, увидев в нем сожаление и
печаль. Но минула секунда, и его глаза снова превратились в голубые
кристаллы самообладания.
— Ты и раньше пытался уничтожить меня, Себастьян, но ни разу не
преуспел. Ничего не изменится и на этот раз.
Адриан приготовился к атаке, и я знала, что это добьет его. Я, не
задумываясь, начертала в воздухе знак, который узнала много-много лет назад,
но который дремал в моей памяти в ожидании подходящего момента. Такого, как
этот.
Глаза Себастьяна удивленно раскрылись, когда он увидел, как мои руки,
вспоминая то, что память давно позабыла, чертили в воздухе древние символы.
Символы дрожали, переплетаясь и отливая серебром, прежде чем растаять в
воздухе.
В ту же секунду мою голову пронзила страшнейшая боль. Я схватилась за виски,
изо всех сил стараясь остаться на ногах, а Адриан удивленно смотрел на то
место, где только что были символы. Себастьян выругался, когда захотел
сдвинуться с места и не смог. Только тогда он понял, что я сделала.
Боль медленно отступала, оставив после себя слабость и дрожь. Адриан схватил
меня за руку и потащил прочь от застывших вампиров.
— Я уничтожу тебя, Предатель! Ты и твоя Возлюбленная оба умрете за
преступления, которые совершили!
— Какого черта?! — спрашивала я, глядя на свои руки так, словно
видела их впервые. А Адриан все тащил и тащил меня, бормоча что-то про
поезд. — Это еще откуда взялось?
— Ты же волшебница, — ответил он. — Ты нарисовала заклинания
и связала их. — Он мельком глянул на меня, а мы тем временем уже
подбегали к вокзалу. — Ты говорила, что не умеешь колдовать, но у тебя
получилось вполне недурственное заклинание.
— Не смотри так на меня, я понятия не имею, как я это сделала, —
отреагировала я, оглядываясь назад, где остались два связанных моим
заклинанием вампира. Напоминанием о заклинании до сих пор оставалась тупая
боль в висках. — Они все еще там.
Гудок со станции напомнил нам, что поезд вот-вот отойдет.
— Это не имеет значения. Идем. Нам надо поторопиться.
Я побежала, но остановилась, когда увидела, что Адриан с трудом передвигает
ноги, держась рукой за грудь.
— Ты серьезно ранен. Давай...
— Нет, — сказал он, беря меня под локоть и подталкивая в сторону
вокзала. — Мы должны уехать. Мне не хватит сил драться с обоими сразу.
Я потерял много крови. Мне надо поесть. Я прочла его мысли, а мы уже бежали по станции. Я вытащила билеты, когда мы
выскочили на платформу. Поезд как раз начал движение, прогудев несколько раз
на прощание. Адриан прибавил шаг, и мы на ходу запрыгнули в вагон.
Повалившись на пол, мы долго лежали, приходя в себя от бега.
Отдышавшись, Адриан встал сам и помог подняться мне. Я устало помахала
билетами кондуктору, который взирал на нас с некоторым удивлением. Видимо,
нечасто люди садились на поезд таким необычным способом. Мы прошли в конец
вагона и рухнули на сиденья. Мое тело ныло и пульсировало, протестуя против
такого жестокого обращения. Мысли путались от событий, которые мне довелось
пережить за последние двадцать четыре часа.
Адриан пересел на сиденье напротив меня и наклонился, по-прежнему прижимая
руки к груди.
— Ты в порядке? — спросила я. Что за глупый вопрос! Разумеется, ни
в каком он не в порядке. Он только что получил ножевое ранение в грудь. Даже
для вампира такие ранения чувствительны.
— Да, — сказал он, часто дыша. — Твоя голова... я чувствую
твою боль. Тебе лучше?
Я коснулась висков:
— Да, все прошло. Но вряд ли я снова стану колдовать.
Кондуктор подошел к нам, чтобы проверить билеты. Я протянула их ему и
пересела к Адриану, чтобы закрыть пропитавшуюся кровью рубашку от
посторонних глаз. Даже и не знаю, где именно я перестала чувствовать себя
жертвой и стала проявлять заботу. Поскорее бы этот кондуктор ушел, тогда я
смогу осмотреть рану Адриана.
Спросив, куда мы направляемся, и удовлетворенный нашим ответом, кондуктор
направился в следующий вагон. Я подождала, пока пройдет семейная пара с
двумя шумными ребятишками, и повернулась к Адриану:
— Сильно болит?
Я толкнула его, чтобы он принял горизонтальное положение, закрыв своим телом
обзор на тот случай, если кто-нибудь пойдет по проходу.
— Заживет. Оставь как есть.
— Я тебе уже говорила, что не подчиняюсь приказам, если их не
объясняют. — Я оттолкнула его руку и расстегнула черную шелковую
рубашку, прилипшую к груди. Я закусила губу, увидев разрез. Удар пришелся в
область сердца, хотя мои скромные знания анатомии не позволяли сказать
наверняка, задеты ли жизненно важные органы. Рана все еще кровоточила, хотя
и не сильно. — Ты можешь сам залечивать раны?
— Да, — ответил он, запрокидывая голову. Я долго смотрела на рану,
затем повернулась к нему спиной, стянула свитер, сняла блузку, быстро надела
свитер обратно и с помощью зубов разорвала блузку на узкие длинные ленты.
Затем я снова развернулась к нему. Он был спокоен и тих. Его длинные ресницы
прикрывали глаза. Лицо было бледным, но это и неудивительно при такой потере
крови. Из оставшейся ткани я сложила что-то вроде прокладки.
— Потерпи, это болезненная процедура, — пробормотала я и
осмотрелась по сторонам, чтобы никто не видел, как я буду прикладывать
прокладку к его груди. Он открыл глаза, чтобы наблюдать за мной, а я
обматывала его бинтами из ткани. Я изо всех сил старалась не обращать
внимания на его голый торс, но пальцы помимо моей воли касались его
мускулистой спины и груди.
— Почему ты это делаешь? — спросил он, прищурив глаза и
внимательно наблюдая, как я застегиваю его рубашку.
— Даже и не знаю, — честно призналась я. — Я думала, ты сам
объяснишь мне.
Он снова закрыл глаза и опустил голову на мягкую спинку сиденья.
— У каждого неискупленного Темного есть его Возлюбленная, женщина,
которая может спасти его душу.
— Да, Мелиссанда рассказывала мне об этом.
— Чтобы искупить Темного, они должны воссоединиться.
— Ты имеешь в виду секс? — Внизу живота проснулось теплое
предчувствие, когда я принялась фантазировать на этот счет.
— Нет. Да. Не совсем. Физическая близость — это пятый шаг. Но в
воссоединении половой акт не самое главное.
— То есть ты думаешь, что если мы можем обмениваться мыслями, то я твой
спаситель, и мы непременно закончим бурным сексом?
Он болезненно поморщился.
— Ладно, я беру обратно слова про бурный секс, поскольку ты сейчас явно
не в форме. Так что просто расскажи мне про этот пятый шаг, — попросила
я, нагибаясь к нему, чтобы убрать прядь волос с поросшей щетиной щеки.
Его глаза распахнулись и поймали меня в кристально синюю западню. Я
посмотрела на его губы, такие близкие, такие притягательные. Обычно его губы
были плотно сжаты, но сейчас, слегка приоткрытые, они манили к себе, словно
сирены. Я не могла удержаться. Я нежно поцеловала его и продолжала касаться
губами его губ, поглядывая, на его глаза, которые потемнели до цвета
полночного неба.
— Что это было? — спросил он, дыша мне в лицо. Я задрожала от его
глубокого голоса. Моя голова наполнилась эротическими фантазиями, и я не
была уверена, что сама их выдумала.
— Поцелуй. Я уже говорила тебе, что ты сексуальный.
— Разве это поцелуй? — спросил он хриплым вибрирующим
голосом. — Вот что такое настоящий поцелуй.
Одной рукой он взял меня за волосы и впился в мои губы долгим страстным
поцелуем. Я растаяла в его объятиях. И вдруг я почувствовала, как его клык
впивается в мой язык. Нет, конечно, глупо целоваться с вампиром и ожидать,
что все будет как с нормальными мужчинами, но все же.
Мы продолжали целоваться, но я чувствовала во рту привкус крови. Я
почувствовала его голод. Он впился в мой язык, урча от удовольствия.
Я с трудом отстранилась от него, шокированная его голодной страстью,
чувствуя ее, как будто сама была голодна. Он смотрел на меня глазами цвета
оникса, и я знала, чего он хочет. В чем он нуждается.
— Ты голоден, — прошептала я, стук колес заглушал мои слова. -Ты
не...
— Ел. Да. Раньше не было времени, а потом была только ты, и я не мог...
— Он закрыл глаза, сжав челюсти. Я прижалась к нему, помня о его ране и
соблюдая осторожность, и укрылась нашими плащами, как одеялом. Так близко от
него мне не надо было читать мысли, чтобы понять, что он чувствует.
— А почему ты не мог... пообедать мной? — спросила я и повернула к
нему лицо, чуть оцарапавшись о его колючую щетину.
— Мы уже прошли три ступени соединения. — Его голос был таким
глубоким, что у меня по спине побежали мурашки. — Сейчас уже четыре. Ты
ведь могла оставить меня охотникам, но не оставила.
Он приложил руку к груди.
— Я не очень понимаю твои разговоры про ступени, но я знаю, что тебе
нужна кровь. Ты много ее потерял, а если ты и до этого был голоден, то тебе
просто необходимо подкрепиться.
Глаза цвета чистого вечернего неба внимательно смотрели на меня, в их
глубине светился вопрос, почти скрытый безнадежностью и отчаянием. Мое
сердце пронзила его боль, в горле застрял ком, на глаза навернулись слезы,
мое тело била мелкая дрожь. Я пыталась бороться с пустотой в его душе, я
пыталась заполнить тьму внутри его своим светом.
— Возьми, — прошептала я, притягивая его голову к себе. —
Поешь.
— Нелл. — Его губы коснулись кожи на моей шее. — Ты не
знаешь, о чем говоришь.
— Я знаю, что делаю, — соврала я и запрокинула голову. — Ешь,
Адриан.
Его плечи под моими руками вздрогнули. Он пытался побороть в себе красную
волну голода. Я знала какой-то частичкой своего сознания, что мне нужно
бояться того, что ждет меня, но правда заключалась в том, что я с радостью
желала накормить его своей кровью.
Не накормить... доставить удовольствие. Его слова
раздались в моей голове за секунду до того, как его клыки впились в мою
плоть. Я открыла рот и выгнулась дугой. Глаза мои открылись, но я ничего не
видела, меня ослепило невероятное ощущение интимной близости. Я чувствовала,
как моя кровь течет по его горлу. Та бесконечная ночь, что выла в его душе,
успокоилась самую малость. Я доверилась ему полностью, я знала, что он не
причинит мне вреда. Ощущение, которое я испытывала, было самым возбуждающим
в моей жизни. Я вся горела, его губы нежно ласкали мою шею ниже укуса, руки
его накрыли мою грудь и спустились ниже к животу. Плотские фантазии в его
голове будоражили меня, делаясь все жарче и жарче, я готова была взорваться
от огня в моем теле.
— Адриан, — мягко сказала я, гладя его по волосам, — не
стоит. Мы не можем...
Мы можем все, что пожелаем. Таков был его ответ. Его
пальцы уже расстегивали молнию на моих джинсах.
Позволь мне
сделать это, Нелл. — Я... Боже мой, нас же увидят, — выдохнула я, но его пальцы уже
изучали кружева моего нижнего белья.
Позволь мне доставить тебе удовольствие. Если ты доставишь мне еще больше удовольствия, то я могу
скончаться на месте. Но мое тело предательски открылось ему
навстречу. Там, где его нежные пальцы касались моей плоти, я чувствовала
пожар. Я напряглась, не в силах вздохнуть. Мое желание слилось с его
страстью.
Сейчас, Возлюбленная. Его пальцы ускорили темп, и
вскоре фейерверк чувств взорвался в моей голове, свет померк, и тело мое,
напрягшись в последний раз, расслабилось.
— О Боже! — выдохнула я.
Прошла, казалось, вечность, прежде чем я нашла в себе силы застегнуть молнию
на джинсах.
— Теперь я понимаю, почему женщины считают вампиров такими
сексуальными. Ты... ты был просто бесподобен... это было лучшее, что я
испытывала в жизни!
Он ничего не ответил, только поднял меня на руки, осторожно опустил рядом с
собой на сиденье и прижал к своему плечу. Но я почувствовала его улыбку.
Глава 6
— Вставай, Нелл.
— Нет. Я не сойду с поезда, пока ты не покажешь мне рану.
— Я уже говорил тебе раньше, что не люблю повторять. Я делаю скидку на
то, что ты американка и потому упряма. Моя рана залечилась. Немедленно
вставай и следуй за мной.
Я посмотрела через тонированное окно на залитый светом центральный вокзал
Праги. Я устала, проголодалась, и меня покачивало от недостатка крови,
которой я пожертвовала.
Даже рассказывать не буду, как ныло в истоме мое тело каждый раз, как Адриан
оказывался рядом.
— Моя упрямая американская задница не сдвинется с места, пока ты не
покажешь мне свою мускулистую грудь. — Я посмотрела на него самым
невинным взглядом, на который была способна.
Он выругался на незнакомом мне языке, затем грубо поставил меня на ноги и
откинул рубашку, чтобы я все увидела своими глазами.
— Ладно, — сказала я, проводя кончиком пальца по длинному белому
шраму от ножевого ранения. — Ты меня впечатлил. В следующий раз, когда
тебя пронзят насквозь, я не буду так беспокоиться. Так что мы будем делать
сейчас? И кто такой этот Себастьян? Почему он гонится за тобой? Дело только
в том, что ты Предатель, или есть другие причины, связанные, кстати говоря,
с тем, что ты оказался в замке Кристиана? Между прочим, ты так и не
рассказал мне об этом. Как говорит моя мама, лучше времени не придумаешь.
Он взял меня за руку:
— Я знаю, что ты проголодалась. Я позабочусь о еде, пока буду искать
транспорт.
— Ты считаешь, что можешь просто игнорировать мои вопросы и тебе сойдет
это с рук?
— Да.
— Ты меня не запугаешь, — сказала я и пошла вслед за ним. Мы вышли
из поезда. Я сама удивилась, но я действительно не боялась его больше. Меня
беспокоило другое. Между нами была связь, даже страсть, но я не могла дать
ему то, чего он хочет от меня. Я не могла снять с него проклятие, хоть он и
не пугает меня больше. Он может разбить мне сердце (и откуда только у меня
такие мысли?), но он никогда не причинит мне вред. Во всяком случае,
намеренно никогда.
— Я намного сильнее, намного решительнее и бесконечно безжалостнее, чем
ты. Ты просто должна ужасаться меня. Делай то, что я велю тебе, и не вздумай
перечить впредь.
Я поджала губы, раздраженная его манерами, мигая, словно сова, из-за яркого
освещения вокзала.
— С чего ты решил, что я стану делать так, как ты мне велишь? С чего ты
решил, что я не побегу в ближайший полицейский участок? Или к Мелиссанде?
Знаешь, это несправедливо: ты сбежал, так ничего и не сказав ей о ее
племяннике. Она же переживает из-за него.
— Ты не спрячешься от меня, потому что знаешь, что, где бы ты ни
укрылась, я отыщу тебя. А что до остального — чувства Мелиссанды меня не
касаются, — ответил он, подталкивая меня к зданию вокзала, где
выстроились стройным рядком магазинчики и закусочные. Над головами висели
забранные в стальные рамы зеркала, где отражались снующие по станции люди. Я
схватила Адриана за рукав, а он уже направлялся к билетным кассам.
— Подожди-ка минутку, живчик. Ты так и не ответил ни на один из моих
вопросов.
Его нахмуренное лицо было изумительно прекрасным зрелищем.
— Живчик? Сначала Райн, а теперь живчик? — Он покачал головой. Его
глаза были такими пронзительно ледяными, что я присмотрелась, не плавают ли
вокруг его радужек айсберги. — Мне уже много веков от роду. Я отправил
на тот свет больше людей, чем ты можешь себе представить. Не смей называть
меня живчиком.
Я стояла на своем. Я знала — дашь ему палец, и он откусит руку по самый
локоть.
— Отвечай на мои вопросы, и тогда я, возможно, выполню твою просьбу.
— Я не обязан отвечать на твои вопросы. Я Предатель.
— Ага. Ты еще и Раздражитель, но это вовсе не значит, что ты не можешь
прилично себя вести.
Он страдальчески вздохнул.
— Если я дам тебе слово ответить на твои вопросы позже, мы сойдемся на
этом?
— Да, — сказала я. Я слишком хотела есть, а запахи от закусочных
были такими аппетитными, что я пошла на компромисс. — Но ты должен
пообещать, что ответишь на все вопросы.
Его глаза стали еще светлее. Я погрозила ему пальцем:
— И вот то, как ты делаешь это со своими глазами, также можешь включить
в список вопросов. Я тоже хочу поменять цвет глаз.
— Иди ешь, — прорычал он, повернулся ко мне спиной и отправился к
кассам.
—
Иди ешь!
,
Выполняй!
. Нам с тобой надо будет серьезно поработать
над твоим словарным запасом, — крикнула я ему в спину. — Как
насчет того, чтобы добавить в обиход такие фразы, как
пожалуйста
и
я
упаду к твоим ногам, если ты это сделаешь
?
Он кивнул, давая понять, что слышал меня. Я не могла не улыбнуться, глядя,
как он продвигается по длинному залу вокзала. Он был одет во все черное. Его
длинный плащ шлейфом вился за ним. Волосы развевались над высоким воротником-
стоечкой. Он выглядел как беженец из вычурных киношедевров про вампиров.
— Кто-то явно начитался готических романов, — весело сказала я и
пошла к палаткам с едой, поводя носом, следуя инстинктам. Инстинкты вывели
меня к сосисочной. Я выскребла из кармана всю мелочь, остаток от денег, что
давал мне Адриан, и купила три сосиски в тесте.
К тому моменту как он вернулся за мной, одну я уже доела. Он взял меня под
локоток и потащил в укромный уголок в зале ожидания.
— У нас два часа до следующего поезда, — сказал он, усаживая меня
на скамейку.
— Ты вечно тащишь меня за собой или усаживаешь куда-нибудь
силой, — пожаловалась я с набитым сосиской в тесте ртом. — Нам
определенно надо поработать над твоими навыками общения. Ты же человек, вот
и веди себя по-человечески.
Он сел позади меня и самодовольно ухмыльнулся:
— Я Темный, а не человек. Мне не нужны навыки общения.
Настала моя очередь вздыхать. Я протянула ему оставшуюся сосиску в тесте, но
он посмотрел на нее с неодобрительным подозрением.
— Что, не любишь сосиски? Или нормальную пищу не можешь есть?
— Я могу есть человеческую пищу, но для меня от нее нет никакого прока.
— Что ж, это отвечает на всегда мучивший меня вопрос о том, являются
или нет вампиры одним биологическим видом с некровососущими. Но вот что еще
меня интересует. Есть у вас мочеполовая система, или она вам не нужна?
— Мочеполовая система? — переспросил он, нахмурившись.
— Да, мочеполовая система. — Я бросила взгляд на его
промежность. — Я знаю, что у тебя есть пупок, и уже поняла, что у тебя
есть гениталии, — не то чтобы я подсматривала, но мне всегда было
интересно, как у вас обстоит дело с естественными нуждами.
Он смотрел на меня так, словно у меня из головы вылезли щупальца.
Я слабо улыбнулась:
— Ни в одной книге про вампиров этот аспект не рассматривается, вот я и
решила узнать из первых уст, так сказать.
Его глаза посветлели.
— Ты самая странная женщина из всех, что я встречал.
— Странная в хорошем смысле или странная в смысле посадить под замок
ради собственного же блага?
— Я еще не решил, — ответил он, навалился спиной на стену и стал
разглядывать людей, проходивших мимо нас.
Я раздумывала над тем, оставить мне последнюю сосиску в тесте или проявить
свинство перед Адрианом и съесть ее. В итоге я решила, что если мне придется
и дальше давать ему свою кровь, то мне понадобится много калорий. Я ела и
смотрела на мужчину, который за удивительно короткий промежуток времени стал
так дорог мне. Несмотря на то что с виду Адриан был совершенно расслаблен —
руки его спокойно лежали на
...Закладка в соц.сетях
