Жанр: Любовные романы
В погоне за мечтой
...ыбнулась.
— Старые трюки самые действенные, — беззаботным тоном отозвалась
она.
Фаргон впился в ее лицо долгим тяжелым взглядом.
— Ладно. Твоя взяла, — нехотя произнес он. — Но только
потому, что я не в силах устоять перед смазливым личиком. Видит Бог, в моем
возрасте это простительная слабость.
Эллин ошеломленно следила за тем, как он подзывает официанта и требует счет.
Пытаясь скрыть прилив громадного облегчения, она с нарочито равнодушным
видом пригубила чай. Ее изобличали дрожащие руки, а вспышка эйфории, которую
она с трудом удержала под спудом, лишь ухудшила положение. Ей не терпелось
остаться одной, позвонить Клею, Мэтти и Розе и похвалиться, как ловко,
хладнокровно и безжалостно она обыграла Фаргона. Она едва не лопалась от
гордости, но взяла себя в руки, ничем не выдавая своей радости.
И только когда Фаргон вновь повернулся к ней и Эллин увидела выражение его
лица, она сообразила, что ее торжество было преждевременным. Она отставила
чашку, усилием воли пытаясь выдержать жесткий взор его голубых глаз. Ее кожа
начала покрываться пупырышками, она уже понимала, что ее радость была не
столько преждевременной, сколько совершенно неуместной.
— Итак, ты победила, — кротким тоном произнес Фаргон. — Прими
мои поздравления. Составь текст соглашения и позаботься о том, чтобы оно уже
сегодня лежало на моем столе.
— Непременно, — сказала Эллин.
— Одноразовая выплата, двадцать тысяч долларов, сумма окончательная и
обсуждению не подлежит. — Фаргон бросил взгляд на счет и полез во
внутренний карман пиджака за бумажником. — А также гарантии того, что в
случае неудачи ты сохранишь свое место.
Эллин молча ждала. Она продолжала смотреть ему в глаза, но была слишком
испугана, чтобы оспаривать цифры. Фаргон усмехнулся и швырнул на стол
конверт.
— А если тебя и впрямь постигнет неудача, эти картинки попадут в
газеты, — добавил он.
Эллин с замиранием сердца посмотрела на конверт. Ей не было нужды
заглядывать внутрь, чтобы понять, кто запечатлен на фотографиях. В эту
минуту ее интересовало одно — есть ли среди снимков вчерашние или они еще
лежат в проявителе? Шантаж, самый древний и простой способ воздействия.
— Вот тебе стимул. — Фаргон улыбнулся, поднялся на ноги и, оставив
Эллин расплачиваться по счету, небрежной походкой вышел из ресторана.
Глава 7
— Сэнди! Сэнди, ты не заболела?
Сэнди шевельнулась и попыталась открыть глаза. Сквозь сон она чувствовала на
своем плече чью-то руку. Прикосновение казалось на удивление приятным,
умиротворяющим. Она что-то пробормотала, и ее веки вновь сомкнулись.
— Сэнди, проснись же наконец!
Девушке потребовалось несколько мгновений, чтобы узнать этот голос, и ее
сердце замерло. Его рука по-прежнему лежала на плече Сэнди, но она никак не
могла взять в толк, где находится. Она медленно открыла глаза, боясь, что
все это лишь сон.
— С тобой все в порядке? — спросил Майк, с беспокойством глядя на
нее своими темно-синими глазами.
Тело Сэнди затекло до такой степени, что ей было трудно поднять голову.
— Ты пробыла здесь всю ночь? — поинтересовалась Зельда.
Сэнди нахмурилась и моргнула. Она сидела в своем кабинете, рядом стояли Майк
и Зельда. Она чувствовала себя отвратительно — голова гудела, конечности
словно налились свинцом, во рту был неприятный вкус.
— Который час? — спросила она.
— Только что пробило девять, — отозвалась Зельда, посмотрев на
Майка. — Ты приехала ранним утром или просидела за столом с вечера?
Сэнди промолчала. Она до сих пор не пришла в себя.
— Должно быть, провела здесь всю ночь, — сказал Майк. — Лампа
все еще горит, стол завален бумагами.
Сэнди торопливо протерла глаза.
— Прошу прощения, — хриплым голосом сказала она. — Я
засиделась допоздна и, должно быть, уснула. — Она рассмеялась и
застенчиво повела плечом. — Извините.
Во взгляде Майка, которым он ощупывал ее лицо, угадывалось беспокойство.
— Ты слишком много работаешь, — сказал он. — Я посажу тебя в
такси и отправлю домой отсыпаться.
— Нет, не надо! — воскликнула Сэнди. — В этом нет
необходимости. Я приму душ, переоденусь и вернусь к обеденному перерыву.
Майк повернулся к Зельде.
— Сэнди, — мягко заговорила Зельда, — мы ценим твое усердие и
отлично видим, что ты готова трудиться не покладая рук, чтобы показать себя,
но так продолжаться не может. Ты вгонишь себя в гроб.
Сэнди посмотрела на нее, однако тут же перевела взгляд на Майка, услышав его
голос:
— Возьми выходной до конца дня, а завтра возвращайся в контору и
загляни ко мне после утреннего совещания.
Сэнди смотрела ему вслед. Волосы Майка намокли под дождем, и после того как
он ушел, в кабинете остался запах его длинного кожаного пальто.
— Он рассердился? — спросила Сэнди, вновь повернувшись к Зельде.
Всклокоченные волосы и растерянный взгляд делали ее куда моложе своих
двадцати четырех лет.
— Конечно же, нет, — ответила Зельда. — Майк встревожен, как,
впрочем, и я.
Сэнди опустила голову и, выдавив смешок, сказала:
— Это было такое потрясение — проснуться и увидеть его рядом... —
Она запнулась, залилась густым румянцем и вновь подняла глаза на Зельду.
Насмешливо улыбнувшись, Зельда шагнула к выходу:
— Я спущусь вниз, принесу тебе кофе.
— Как ты думаешь, зачем он пригласил меня к себе? — спросила
Сэнди, прежде чем за ней закрылась дверь.
— Могу только догадываться, — ответила Зельда и вышла из кабинета.
Сэнди посмотрела на свой захламленный стол, пытаясь унять сердцебиение и
упорядочить мысли, вихрем кружившие в голове. Зельда права, она слишком
много работает и, глядишь, действительно вгонит себя в гроб, но это ее не
беспокоило. Главным было то, что она сумела в меру своих способностей
разобраться в деятельности компании
Маккан и Уолш
и усвоить азы профессии
агента.
К настоящему времени Сэнди добилась немалых успехов на этом поприще — она
ознакомилась с практическими методами большинства агентов, знала по именам
каждого актера, сценариста, режиссера и продюсера, состоявших их клиентами;
она знала, кто сейчас работает, а кто не у дел, у кого хорошие перспективы,
знала, как оцениваются способности того или иного актера, и даже начинала
понимать, почему престиж одного из них выше другого и какими качествами
должен обладать автор, чтобы его привлекли к театральной или
кинематографической деятельности. Она наблюдала, прислушивалась,
расспрашивала, выведывала и постоянно вела записи. Она завоевала
популярность среди клиентов, ее даже приглашали на премьеры фильмов или
сериалов, несколько раз она побывала на репетициях. Агенты охотно раскрывали
ей секреты профессии, и Сэнди оставалось лишь удивляться щедрости, с которой
они тратят на нее время и делятся знаниями и опытом. Она уже побывала в
гостях у большинства сотрудников, ее приглашали на деловые обеды, она даже
два-три раза устраивала вечеринки сама. Ее нынешняя жизнь настолько
отличалась от той, что она вела полгода назад, когда только поступила на
работу, что Сэнди не только выглядела и вела себя как совершенно другой
человек, но и чувствовала себя полностью преобразившейся.
Мрачная тесная каморка недалеко от станции метро Баркинг на окраине города
Баркинг осталась в прошлом, а вместе с ней — одежда с чужого плеча,
прилипчивый провинциальный выговор и денежные неурядицы. Теперь благодаря
хлопотам своей лучшей подруги Несты Сэнди жила в уютной квартирке в Челси,
неподалеку от Слоун-авеню, и ходила за покупками только в
Харродз
и
Харви
Николз
, а еду приобретала в
Фортнамсе
либо заказывала по телефону.
Встреча Сэнди с Нестой произошла благодаря тому обстоятельству, что мать
Несты проживала в помещении, находившемся под комнатой Сэнди в Баркинге. Они
бы не познакомились, если бы в тот ужасный вечер, когда Сэнди приехала с
работы, не зная, удастся ли вернуться туда утром и как ей раздобыть денег на
еду, у матери Несты не кончилось молоко, а круглосуточный магазинчик на углу
не оказался закрыт. Неста постучалась к Сэнди, надеясь, что у нее найдется
немного молока, и, застав девушку в отчаянии, тут же пришла ей на выручку.
Именно Неста ответила по телефону, когда звонила Джоди, а утром она первым
делом повела Сэнди в супермаркет и на автобусную станцию, чтобы купить
трехмесячный проездной. Сэнди вернула ей долг менее чем через две недели. К
этому времени она уже работала под началом Изабель Вудхерст, которая
возглавляла специальное бюро, предоставлявшее иностранцам, политикам и
заезжим бизнесменам элегантных девушек-сопровождающих.
Если не считать первых двух месяцев, когда Сэнди отчаянно нуждалась в
деньгах, она никогда не спала с мужчинами, которые ее нанимали, но
продолжала поддерживать с ними дружеские отношения и многому научилась у
этих людей. Они открыли ей мир роскошных ресторанов и отелей, фешенебельных
ночных клубов. С их помощью Сэнди усвоила хорошие манеры и научилась
правильно одеваться. В иных обстоятельствах на это ушли бы многие годы. Она
без малейшего труда выведывала у своих спутников приемы, которые помогли им
подняться до самых вершин. Для Сэнди, твердо намеренной добиться успеха, эти
сведения были поистине бесценны.
Единственным ее любовником оставался Морис Триерн, сотрудник конторы по
найму жилых помещений. Сэнди познакомилась и подружилась с ним в ту пору,
когда подыскивала квартиру, которую теперь делила с Нестой. Она спала с
Морисом, наслаждалась вниманием прочих своих поклонников, копила знания и
опыт, а остаток времени посвящала усердному труду в компании
Маккан и
Уолш
, надеясь, что когда-нибудь ей удастся убедить Майка в том, что она его
достойна.
Зевнув, Сэнди взяла кейс, сунула внутрь несколько сценариев и принялась
рыться в бумагах в поисках блокнота. Приехав домой, она проспит все утро, а
потом вернется к работе над сценариями. В восемь вечера ее ждал обед в
ресторане. При мысли о том, кого она пригласила и зачем, Сэнди охватило
возбуждение. Помощница Дианы, Марлен, должна была вскоре родить и, собираясь
в отпуск, последние несколько недель неофициально подготавливала Сэнди себе
на смену. Ее муж уехал по делам в Манчестер, Марлен чувствовала себя
одиноко, и сегодня вечером Сэнди позвала ее в ресторан. Марлен была изрядной
занудой, но ее знания и поддержка были неоценимы, поэтому Сэнди всеми силами
старалась подружиться с ней, зная о том, что Марлен колебалась, прежде чем
назвать ее своей преемницей. Внезапно Сэнди с радостным воодушевлением
подумала, что, может быть, Майк пригласил ее завтра утром, чтобы обсудить
это назначение.
Услышав за спиной глухой удар, Сэнди обернулась и увидела Джоди, которая
протискивалась в дверь с огромным пакетом в руках.
— Ради всего святого, что это? — спросила Сэнди смеясь.
— Подарок моей племяннице на день рождения, — ответила Джоди,
бросая сверток в кресло. — Господи, ты выглядишь так, словно провела
здесь всю ночь! Как ты себя чувствуешь? Наверное, миловалась с любимым с
вечера до утра?
— Хотелось бы, — сказала Сэнди. — Ох, Зельда, ты спасаешь
меня от смерти! — добавила она, увидев Зельду, входившую в кабинет с
чашкой кофе.
Джоди вздернула брови.
— А почему мне не носят кофе, когда я мучаюсь похмельем? —
требовательно осведомилась она, обращаясь к Зельде.
— У меня нет похмелья, — возразила Сэнди и моргнула, обжегшись
горячим кофе. — Я уснула за столом.
— Значит, ты и вправду пробыла тут всю ночь? — вскричала Джоди,
изумленно глядя на нее. — Я ведь шутила! Что с тобой случилось? Тебя
выгнали из квартиры?
Зельда насмешливо фыркнула.
— Что, хочешь приютить меня? — спросила Сэнди.
Джоди пожала плечами.
— Если тебе некуда деваться, можешь пару ночей провести на диване в
моей гостиной, — расщедрилась она.
Сэнди уже не слушала. В дверях показался Майк.
— Такси прибудет с минуты на минуту, — сообщил он, глядя на
Зельду, и, повернувшись к Сэнди, осведомился: — Как ты себя чувствуешь?
Сэнди улыбнулась, от всей души надеясь, что ее самочувствие не отразилось на
внешности.
— Все в порядке, — негромко произнесла она. — Спасибо за
такси.
Джоди переводила взгляд с Зельды на Майка и обратно.
— Кофе? Такси? — спросила она. — Может быть, кто-нибудь
объяснит мне, что здесь происходит? Кто она такая — Спящая красавица?
Майк рассмеялся.
— Мне и в голову не пришло разбудить ее поцелуем, — сказал он и,
подмигнув Сэнди, добавил: — Возможно, в следующий раз. — Сердце Сэнди
замерло, но прежде чем она успела открыть рот, Майк вышел из комнаты.
Джоди смотрела на Сэнди вытаращив глаза. Едва Зельда скрылась за дверью, она
прошептала:
— Да что же такое случилось, черт побери?
Сэнди весело рассмеялась.
— Не знаю, — ответила она. — Но Майк уже не первый раз выдает
что-нибудь в таком роде. О Боже, Джоди! — простонала она, рухнув в
кресло. — Неужели он наконец начал меня замечать?
— Можно подумать, ты сама этого не видишь, — отозвалась Джоди.
Сэнди смотрела на нее из-под опущенных ресниц. Ей хотелось расцеловать Джоди
за эти несколько слов, которые вселили в нее такую надежду и радость, что
она была готова открыть объятия всему миру.
— Так почему же ты спала здесь? — допытывалась Джоди. —
Только не говори мне, что ты корпела над сценариями, которые Крейг
подбрасывает тебе пачками. Ты ведь не обязана их читать. Тебе за это не
платят.
— Мне нравится эта работа, — ответила Сэнди. — А в пятницу
Крейгу предстоит встреча с руководством Четвертого канала, и он хочет
вылизать сценарии до блеска.
Джоди неодобрительно нахмурилась.
— Что ж, надеюсь, твой тяжкий труд не пропадет даром, — сказала
она, вешая куртку на крючок рядом с пальто Сэнди.
Сэнди поднялась на ноги.
— Сейчас я еду домой, — проговорила она. — Майк велел зайти к
нему завтра после утреннего совещания.
Джоди подняла брови.
— Шутишь? — спросила она. — Зачем ты ему понадобилась?
Сэнди пожала плечами:
— Наверное, я сойду с ума, размышляя об этом день напролет, но
спрашивать не решилась. Как я понимаю, ты тоже не знаешь.
— Впервые слышу, — сказала Джоди. — Но готова поспорить, речь
пойдет о должности Марлен. Она уходит в отпуск в следующую пятницу.
Сердце Сэнди было готово выпрыгнуть из груди.
— Джоди, твои слова отвечают самым дерзновенным моим мечтаниям, —
произнесла она, цитируя реплику из прочитанного накануне сценария. —
Но, имея всего лишь полугодовой стаж, даже я не осмелилась бы надеяться на
такое.
— Сэнди! Не вешай мне лапшу на уши! — прикрикнула Джоди. — Мы
обе отлично знаем, что ты нацелилась на место Марлен, и, что самое главное,
вполне заслуженно.
Сэнди была так тронута, что на несколько секунд утратила дар речи.
— Ты настоящий друг, Джоди. Спасибо тебе, — промолвила она
наконец.
— А, иди ты! — Джоди фыркнула, явно польщенная. — Смотрите,
кто к нам пожаловал, — добавила она, увидев в дверях Берти, помощника
Крейга.
— Только что звонили из охраны, — сообщил Берти. — Говорят,
внизу ждет такси для мисс Пол. Кажется, мы получили особое задание? —
спросил он, меряя Сэнди взглядом и морща нос.
— Именно, — ответила Сэнди.
Берти ждал продолжения, но она молча подхватила сумочку и пальто,
попрощалась с Джоди и вышла из кабинета.
— На твоем месте я бы не спускал с нее глаз, — промолвил Берти,
вместе с Джоди глядя ей вслед. — О ней ходят такие слухи...
— Которые ты и распускаешь, — напомнила Джоди.
— Говорю тебе, ей нельзя доверять.
— Берти, — сказала Джоди, любезно улыбаясь, — если у вас с
Сэнди нелады, это касается только тебя. А я ничего не знаю и знать не хочу.
Ноздри Берти раздулись, верхняя губа приподнялась.
— Ты не хочешь с ней ссориться, и правильно делаешь, — едким тоном
произнес он. — Глядя на то, как Сэнди лижет зад руководству, нетрудно
представить, что уже очень скоро она станет твоим боссом.
— Вот как? — с иронией спросила Джоди. — Может быть, ты что-
то знаешь, а мне и невдомек?
— Я верю своим глазам, — ответил Берти. — И если бы ты
держала ушки на макушке, давно заметила бы, какие взоры бросает на мисс Пол
наш хозяин и повелитель. И если хочешь знать мое мнение, в этих его взглядах
угадывается отнюдь не профессиональный интерес.
— Тебе остается лишь брать с нее пример, — заметила Джоди и,
проходя мимо Берти, поправила ему галстук. Прежде чем он успел ответить,
послышался телефонный сигнал, и Джоди взяла трубку. Звонила Эллин Шелби,
голливудский агент. В который уже раз она пыталась пробиться к Майку.
Джоди посмотрела на часы. В Лос-Анджелесе было два часа ночи. Казалось,
Эллин Шелби потеряла покой и сон, и Джоди подумала, что, если Тед Фаргон
действительно уволил уже трех служащих, не сумевших подцепить Майка на
крючок, у нее были серьезные основания для беспокойства. Джоди нравился
голос Эллин, она была бы рада чем-нибудь помочь, но Майк оставил четкие,
недвусмысленные инструкции: если позвонят из Эй-ти-ай, он не хочет даже
знать об этом.
— Мне очень жаль, — сказала Джоди в микрофон. — Я соединила
бы вас с ним, если бы могла, но — увы.
— Понимаю, — отозвалась Эллин. — Скажите мне одно: он получил
мои факсы?
— Да, получил, — подтвердила Джоди.
— Он прочел их?
— Не знаю, — ответила Джоди. — Он не говорил об этом.
На линии воцарилось гнетущее молчание, потом Эллин попросила:
— Может быть, вы хотя бы скажете ему, что я звонила, и сообщите мой
домашний номер?
— Ладно, — сказала Джоди, подумав, что вряд ли выполнит обещание.
Она не хотела лишать Эллин последней надежды, хотя здравый смысл и чувство
сострадания подсказывали ей, что гуманнее всего было бы поступить именно
так.
Майк и Зельда ехали в Уэст-Энд. Майк беседовал по телефону, и Зельде
пришлось дожидаться, пока он закончит разговор. Едва Майк дал отбой, она
торопливо произнесла:
— Я хочу кое-что сказать тебе, прежде чем ты наберешь очередной номер.
Майк улыбнулся.
— Откровенно говоря, я пытался избежать этого, — признался он и,
сложив аппарат, бросил его себе на колени.
Зельда фыркнула и сунула в рот мятную лепешку.
— Итак, — заговорила она, отправив конфету за щеку, — какой
же будет ответ?
— Смотря по тому, какой будет вопрос, — парировал Майк,
потянувшись к пакетику с леденцами.
— Насколько мне известно, ты читал факсы Фаргона, и я хочу узнать,
уделил ли ты хотя бы немножко внимания его последним предложениям.
— Самую малость, — отозвался Майк.
— И что же?
— Ничего. Я прочел факсы, обдумал предложения, и они меня не
заинтересовали.
— Тебя не интересует возможность удвоить, а то и утроить доходы
компании
Маккан и Уолш
? — ровным голосом произнесла Зельда.
— Подобные перспективы всегда интересуют меня, но лишь при условии, что
я останусь главой
Маккан и Уолш
, — ответил Майк.
Зельда выпятила нижнюю губу.
— Может быть, тебе стоит выдвинуть встречные требования? —
предложила она.
— Например?
— Например, что ты выкупишь компанию по прошествии... ну, скажем, пяти
лет.
— По ее текущей рыночной стоимости? — Майк язвительно
усмехнулся. — Если за дело возьмется Эй-ти-ай, я никогда не смогу
вернуть себе агентство. Ради всего святого, Зельда, — продолжал
он, — неужели ты не понимаешь, куда клонит Фаргон? Он хочет одного —
погубить меня. Судьба нашего предприятия ему безразлична. Вероятно, Фаргон
увеличит оборот в четыре, пять или десять раз — он деловой человек и ни за
что не упустит выгоду, — но главным его стремлением было и остается
свести со мной счеты. В Голливуде такое происходит сплошь и рядом.
— Ты прав, однако Фаргон считает, что твои действия нанесли его
репутации непоправимый урон.
Майк невольно рассмеялся.
— И теперь я должен подарить ему свое агентство, чтобы искупить свою
вину?
Зельда сосала леденец, и несколько минут они ехали в молчании. Наконец Майк
сказал:
— Можно подумать, ты пытаешься уговорить меня рассмотреть его
предложения всерьез.
Зельда сунула в рот очередную лепешку.
— Я хочу, чтобы ты отчетливо сознавал, от чего отказываешься и по какой
причине, — ответила она.
Майк насмешливо приподнял брови:
— Я знаю ответы на оба эти вопроса. Надеюсь, ты довольна?
Зельда медленно кивнула:
— Возможно. Меня удивляет лишь твое упрямое нежелание сотрудничать с
Голливудом.
— Ничего подобного, — возразил Майк. — Мы очень активно
работаем там. Ты сама месяц назад занималась делами Кэрро и Миллмана. У
Крейга, Джейни и Дианы контракты с Голливудом, и судя по тому, что мне
сказал Гарри, он встречался с кем-то из тамошних китов по поводу годового
соглашения. Нет, мы не отказываемся сотрудничать с Голливудом, но стараемся
разнообразить связи, вместо того чтобы бросить все силы на один проект.
— И у тебя нет желания обосноваться там?
— Ни малейшего.
— Ни за какие деньги?
— Именно так.
Зельда разгрызла леденец и положила руки на свою сумочку.
— Ты хотя бы раз встречался с Эллин Шелби? — спросила она.
Майк нахмурил брови и задумался.
— Насколько мне известно, нет. А ты?
Зельда покачала головой:
— Вчера вечером я звонила одному знакомому из Си-эй-эй. Похоже, Шелби
не последний человек в Голливуде.
— Там каждый — знаменитость, — заметил Майк. — По крайней
мере они так думают.
— У нее хорошая репутация, — продолжала Зельда. — Видно, она
протеже Фаргона. Он взял ее на работу два года назад, и с тех пор ее влияние
непрерывно возрастает.
— Стало быть, он с ней спит.
Зельда закатила глаза:
— Я не ожидала от тебя такой вульгарности.
— Мы ведь говорим о Голливуде, Зельда, — напомнил Майк. Зельда в
ответ промолчала, и он сказал: — Ну ладно. Итак, она протеже Фаргона.
— Угу, — промычала Зельда, перекатывая леденец за щекой, —
но, похоже, это продлится недолго, если ты отвергнешь его предложение.
От изумления Майк расхохотался:
— Меня ничуть не волнуют судьбы этих людей.
Он повернулся к Зельде и тут же с силой нажал на тормоз, избегая
столкновения с машиной, шедшей впереди. Зельда смотрела прямо перед собой.
— Да, мне очень неприятно, — признался Майк. — Но неужели ты
думаешь, что я отдам душу и сердце Фаргону, только чтобы спасти от
увольнения одного-единственного человека, которого к тому же не знаю? Нет,
такому не бывать.
На полном добродушном лице Зельды отразилось искреннее изумление.
— Я и не знала, что у тебя есть душа и сердце, — произнесла она
таким тоном, словно эта мысль показалась ей забавной.
— Хорошо. Я солгал. Но надеюсь, ты меня поняла. Разговор окончен. Я не
продаюсь.
— Если Эллин Шелби прилетит в Лондон — а она не преминет это
сделать, — ты встретишься с ней?
— Какой смысл? Это будет пустая трата времени — ее и моего. — Майк
бросил взгляд на часы. — Напомни, пожалу
...Закладка в соц.сетях
