Жанр: Любовные романы
Все о страсти
...ена
подробными объяснениями. К тому времени
как они вернулись ча первый этаж, Франческа обрела горячую сторонницу в
экономке. Какое счастье, что ее расположение
оказалось так легко завоевать! Учитывая размеры дома и сложности управления
хозяйством, надежная поддержка будет
просто неоценима!
- Да вы настоящий стратег, дорогая! - воскликнула леди Элизабет, опускаясь в
привычное кресло. Миссис Кантл
вернулась к своим обязанностям, Хенни вязала, готовая услышать их отчет. - С
того момента как вы обласкали кухарку,
Кантл готова на все ради вас. Она и кухарка - старые подруги и пришли сюда
совсем девчонками. Притом, заметьте, Кантл
и без того неплохо к вам отнеслась, но пригласить ее сопровождать нас по дому
было гениальным ходом!
Франческа улыбнулась:
- Я хотела, чтобы она поняла, как ее ценят.
- И вы не только своего добились, но и заставили остальных этому поверить.
- Я также благодарна вам и Хенни за то, что вы облегчили мне первые шаги. Без
вашей помощи все было бы куда
тяжелее.
Обе дамы сначала растерялись, потом, польщенные, покраснели.
- Так вот, на случай если вы не поняли, - проворчала Хенни. - Мы ждем
регулярных отчетов о том, как идут дела.
- Частых регулярных отчетов, - поправила леди Элизабет. - Я до сих пор не
могу поверить, что мой сын оказался
настолько идиотом, чтобы считать, будто кто-то из Роулингсов способен
примириться с таким холодным браком. Вы должны
успокоить меня; заверить, что он одумался и пришел в себя.
Но придет ли он в себя? Сможет ли? Именно этот вопрос больше всего волновал
Франческу. Гораздо меньше она
беспокоилась о том, когда это произойдет. В конце концов, они женаты, а браки
длятся много лет. Она готова подождать -
несколько месяцев, даже год. Недаром она так долго ждала. Его. Возможности
осуществить свою мечту.
После обеда все отправились во вдовий дом. Для этого следовало пересечь
огромный парк. Путь оказался недалек, хотя из
окон замка дома не было видно: его скрывали густые кроны и неровности почвы.
Погуляв по прелестному зданию в георгианском стиле и выпив чаю,
сервированного горничной, явно потрясенной таким
повышением по службе, Франческа и Джайлз вдвоем вернулись в замок.
В холле Джайлза остановил Уоллес, у которого срочно возникло какое-то
связанное с имением дело. Джайлз извинился и
оставил Франческу. Она поднялась к себе в непривычном одиночестве - роскошь,
которой в последнее время была лишена.
Хотя до ужина оставалось не так много, она не позвонила Милли, а воспользовалась
моментом, чтобы немного постоять у
окна и дать себе время поразмыслить.
Не стоит быть семи пядей во лбу, чтобы понять: всякое давление с ее стороны,
любая излишняя требовательность
оттолкнут его, по крайней мере эмоционально. Он снова замкнется в свою раковину,
и она не сможет добраться до него: он
достаточно силен, чтобы противостоять ей, если пожелает.
Она должна набраться терпения. Лелеять надежду. Пытаться уберечь свое сердце.
И делать все, что возможно, чтобы
склонить чашу весов в свою пользу.
К сожалению, это единственно возможное действие несовместимо с попытками
уберечь свое сердце.
Франческа с тяжелым вздохом покачала головой и дернула за шнур сонетки.
Глава 10
Джайлз въехал во двор. Навстречу выбежал конюх и взял лошадь под уздцы.
Джайлз спешился, подождал, пока уведут
лошадь, и, поколебавшись, направился следом. Он остановился перед стойлом, где
мирно жевала овес Реджина.
- Ее светлость сегодня не выезжала. - Джайлз повернулся на голос Джейкобса. -
Она отправилась на прогулку. Видел,
как она идет к отрогу.
Джайлз наклонил голову. Вряд ли стоит отрицать, что он ищет жену. Слуги видят
все.
Он снова вышел на солнышко. Погода стояла прекрасная, час был ранний. Слишком
хороший денек, чтобы тратить его за
счетными книгами.
Он обнаружил ее у подножия холма, выходящего на изгиб реки. Сидя на скамье,
поставленной среди цветущей
жимолости, она любовалась рекой и полями. В своем платье лимонного цвета, с
простой желтой лентой в темных локонах,
она выглядела флорентийской княжной, далекой и недосягаемой. Недоступной.
Непознанной.
Он остановился, вдруг усомнившись в своем праве потревожить ее, так сильно
углубившуюся в свои мысли и такую
неподвижную, что у ее желтых башмачков весело прыгали храбрые воробушки. Ее лицо
было безмятежным. Спокойным.
Отрешенным.
Но тут она повернула голову, глянула прямо на него и ослепительно улыбнулась:
- Здесь так чудесно. Изумительный вид! Не могу оторваться.
Он, не сводя с нее глаз, подошел к скамье.
- Я был у моста.
- Правда? - Она подобрала юбки, чтобы Джайлз мог сесть. - Он уже закончен?
- Почти. - Джайлз уселся и осмотрел землю. Его землю. Его поля и луга. - На
этот раз его следует хорошенько
укрепить, чтобы больше не сносило.
- Сколько семей живет в поместье?
- Около двадцати. Видишь эти крыши? Это одна из деревень.
Франческа, кивнув, показала на восток.
- А там другая?
- Да. Ты, должно быть, провела здесь немало времени, если сумела ее
рассмотреть.
Три черепичных крыши почти скрывала листва.
Она подняла лицо к ветерку, наслаждаясь тем, как весело он треплет ее волосы.
- Я приходила сюда несколько раз. Прекрасный наблюдательный пункт, с которого
все поместье видно как на ладони.
Он вопросительно хмыкнул, но она молча смотрела на волнующуюся зелень.
- У тебя нет неприятностей со слугами?
- Никаких, - удивленно протянула она. - А ты боялся, что будут?
- Нет, - усмехнулся он, видя, как весело блестят ее глаза. - Просто хотел
узнать, как ты справляешься.
Она резко встала, словно не желая продолжать разговор:
- Ну, мне пора. Много дел.
Стараясь подавить раздражение, он тоже поднялся и вместе с ней стал
взбираться на холм. Последние два дня он все
старался понять, как она справляется. Как ей приходится в незнакомом доме.
Счастлива ли она. Разве мог он спросить об
этом прямо при сложившихся между ними отношениях? Со дня свадьбы прошла целая
неделя, и, хотя ему не на что было
жаловаться, все же он невольно гадал, довольна ли она своей жизнью.
Как бы там ни было, она его жена, и если пока что и волки сыты, и овцы целы
благодаря ее разумному согласию с его
планами, то вполне справедливо, если и у нее будет в жизни хоть немного радости.
Но он не мог задать ей этот простой вопрос, а Франческа на все намеки только
улыбалась и ловко избегала прямых
ответов. И это еще больше разжигало его любопытство.
На вершине холма она остановилась, глубоко вздохнула, и послала ему дремотную
кошачью улыбку, словно приглашая
полюбоваться ее фигурой, облепленной лимонным муслином. В вырезе вздымались
соблазнительные груди.
Один из ее замыслов - отвлечь, заманить в свои сети.
Он выгнул бровь, и она рассмеялась. Хрипловатый звук взбудоражил его,
напомнив о только что прошедшей ночи и
играх, в которые они играли.
Да, никто лучше ее не сможет отвлечь!
Франческа, улыбаясь, взяла его под руку. Они пошли через газон. Опавшие
листья похрустывали под ногами. В воздухе
распространялся запах осени.
- Если ты что-то пожелаешь переделать в доме... ввести какие-то новшества...
надеюсь, знаешь, что стоит только
попросить? - сухо осведомился он. Губы Франчески чуть дернулись. Она наклонила
голову, и вьющиеся черные пряди
скользнули по его щеке.
- Если случится, что я чего-то пожелаю, - в тон ему ответила она, -
обязательно вспомню твои слова.
Она смотрела на него из-под ресниц, - ее любимая привычка, как ему довелось
узнать. Он впился взглядом ей в глаза,
держа, не отпуская...
Франческа с трудом отвела от него глаза.
- Если случится... - повторила она. - Но пока у меня есть все, что... Кто
это?
Немного задыхаясь, смутившись от собственной беззастенчивой лжи, она показала
на черную карету, стоявшую в
переднем дворе.
- Интересно, сколько это продлится? - процедил Джайлз так пренебрежительно,
что Франческа в полном недоумении
уставилась на него. - Карета принадлежит нашим ближайшим соседям, Гилмартинам, -
пояснил он. - Удивительно, как
это у леди Гилмартин хватило терпения выждать целую неделю.
- На свадьбе их не было?
Джайлз покачал головой и, взяв ее за руку, повел по лестнице.
- Они, благодарение Богу, гостили в Шотландии. Приготовься к ахам, вздохам и
прочему кудахтанью.
Франческа удивленно пожала плечами, но позволила ему открыть дверь и
перевести ее через порог.
- А! Вот и они! Слава небесам!
Дородная, пышногрудая матрона, помахивая шалью с розовой окантовкой,
надвигалась на Франческу.
- Ах, милорд, вы настоящая темная лошадка! И это когда все местные дамы были
уверены, что вы питаете отвращение к
брачным узам! Ха-ха! - Леди широко улыбнулась и прильнула щекой к щеке
Франческе. - Уоллес пытался сочинять, будто
вы нездоровы, но мы собственными глазами видели вас на холме!
Франческа обменялась взглядами с бесстрастным Уоллесом и пожала руку дамы.
- Леди Гилмартин, если не ошибаюсь?
- Совершенно верно, - усмехнулась та, - Вижу, слава обо мне летит по всей
округе! Да, дорогая. Мы живем как раз
рядом с деревней.
Франческа схватила ее милость за локоть и вежливо повлекла к гостиной. Ирвин
поспешил открыть дверь.
- Вы обязательно должны приехать к нам на чай, - трещала леди Гилмартин, - а
пока мы решили заехать и
приветствовать ваше вхождение в наш тесный круг. Элдред!
Добравшись до середины гостиной, Франческа выпустила руку ее милости и
обернулась как раз вовремя, чтобы узреть
анемичного вида джентльмена, стоявшего рядом с Джайлзом. По сравнению с графом
он казался унылым, поникшим и
довольно жалким.
Поклонившись, он слабо улыбнулся. Франческа, с ответной улыбкой, судорожно
вздохнула и показала леди Гилмартин на
кушетку.
- Пожалуйста, садитесь. Уоллес, мы выпьем чая.
Опустившись в кресло, она наблюдала, как леди Гилмартин распутывает
бесчисленные шали.
- Итак, на чем мы остановились? Ах да... Кларисса! Кларисса! Куда ты
подевалась, девочка?
Бледная пухлая девица со злобной гримасой впорхнула в комнату, наспех присела
перед Франческой и плюхнулась рядом
с матерью.
- Это моя крошка, - сообщила та, похлопывая дочь по коленке. - Правда,
слишком молода, чтобы состязаться с вами,
дорогая... - она кивнула в сторону Джайлза, - но мы питали большие надежды.
Кларисса начнет выезжать в следующем
сезоне.
Франческа издавала все необходимые междометия, избегая смотреть на мужа.
Секундой спустя ее взгляд остановился на
стройном джентльмене, появившемся на пороге комнаты. Недоуменно моргнув, она
пропустила мимо ушей следующую
реплику леди Гилмартин. Ее милость вскинула голову.
- А, Ланселот! Подойди и представься.
Темноволосый юнец с интересной бледностью классически красивого лица окинул
комнату пренебрежительным
взглядом, но, дойдя до Франчески, оцепенел.
- О, вот это да!
Черные глаза, почти заслоненные тяжелыми веками, широко распахнулись.
Значительно ускорив шаги, Ланселот обошел
кушетку, чтобы с романтическим самозабвением склониться перед Франческой.
- Вот это... - пробормотал он.
- Ланселот едет с нами в столицу на весь сезон, - расплылась в улыбке леди
Гилмартин. - Думаю, можно с полной
уверенностью сказать, что мы произведем там настоящий фурор! Настоящий!
Франческа вымучила вежливую улыбку, благодарная Уоллесу, появившемуся с
чайным подносом, в сопровождении
Ирвина с блюдом пирожных. Разливая чай, она делала все возможное, чтобы
направить беседу в более привычное русло.
Джайлз держался подальше от ее милости, о чем-то тихо беседуя с лордом
Гилмартином. Но когда прочел в глазах
Франчески призыв о помощи, чуть поднял бровь и с обреченным видом подвел лорда
Гилмартина ближе к собравшимся.
Вопреки ожиданиям Франчески результат оказался катастрофическим. Кларисса тут же
принялась неумело кокетничать,
глупо хихикать и бросать на Джайлза томные взгляды. Выглядело все это крайне
неприятно, а Кларисса производила
впечатление плохо воспитанной, наглой и дерзкой особы.
Но прежде чем Франческа успела придумать, как бы разлучить мужа с Клариссой,
вперед выступил Ланселот:
- Вы просто ужасно красивы, знаете ли!..
Франческа растерянно вскинула голову. Страстный блеск его глаз предполагал,
что молодой человек готов броситься на
колени и излить свое неискушенное сердце.
- Знаю, - спокойно кивнула она.
- Знаете? - охнул юнец.
Франческа кивнула и встала, вынудив его отступить.
- Люди... мужчины всегда так говорят. Но это весьма мало значит для меня,
потому что сама я ничего подобного не
вижу.
Она и раньше пользовалась таким приемом, чтобы отпугнуть слишком пылких
джентльменов. Ланселот тупо пялился на
нее, пытаясь придумать достойный ответ. Франческа ловко обошла его.
- Леди Гилмартин!
- Что? - Ее милость вздрогнула и уронила булочку. - Что, моя дорогая?
Франческа чарующе улыбнулась:
- Сегодня такой прекрасный день. Не хотели бы вы пройтись по итальянскому
саду? Может, Кларисса тоже согласится?
Кларисса нахмурилась и обратила свою физиономию, более всего похожую на морду
мопса, к матери, стряхивавшей
крошки с юбки и близоруко таращившейся в высокое окно.
- О нет, дорогая, я бы с удовольствием, но, думаю, нам пора. Не хотелось бы
испытывать ваше гостеприимство.
Леди Гилмартин испустила смешок, напоминавший скорее лошадиное ржание.
Поднявшись, она подступила к Франческе
и понизила голос:
- Я знаю, каковы могут быть мужчины, графы они или лорды. Совершенно
неуправляемы на первых порах. Но все
проходит, можете положиться на мое слово!
Похлопав ее по руке, леди Гилмартин поплыла к двери.
Франческа поспешила за ней, решив удостовериться, что та идет в нужном
направлении. Кларисса топала за ними. Все
еще недоумевающий Ланселот шел следом. Джайлз и лорд Гилмартин замыкали
процессию.
Леди Гилмартин, сердечно попрощавшись, вышла во двор.
Лорд Гилмартин склонился над рукой Франчески:
- Дорогая, вы просто ослепительны, а Джайлзу очень повезло завоевать вас.
- Помните, - окликнула из кареты леди Гилмартин, - вы вольны в любое время
навестить нас, как только почувствуете
нужду в женском обществе.
Франческа нашла в себе силы улыбнуться и кивнуть.
- Интересно, - пробормотала она мужу, - кем она считает твоих мать и тетку?
Невоспитанными выскочками?
Джайлз не ответил. Они махали гостям руками, пока экипаж не скрылся из виду.
- Ловко сделано. Обязательно расскажи маме. Она никогда не умела спастись от
леди Гилмартин.
- Это был акт отчаяния, - фыркнула Франческа. - Тебе следовало предупредить
меня.
- С леди Гилмартин и ее выводком любые предупреждения бесполезны, -
усмехнулся Джайлз. - А ты думала, что
быть графиней Чиллингуорт легко?!
Улыбка Франчески стала более естественной. Его тон был беспечным, достаточно
беспечным, чтобы принять его слова за
шутку. Если не понять, что именно кроется за внешне шутливым вопросом.
- Почему же? - ответила она так же весело. - Быть твоей графиней довольно
приятно.
Уголок его рта чуть дернулся.
- Приятно? - Он не держал ее, и все же она ощущала, что прикована к нему
невидимыми цепями. - Я не об этом
спрашивал.
Шепот словно обволакивал ее.
- Не об этом?
Она с трудом удерживалась, чтобы не впиться глазами в его губы.
Джайлз пристально изучал ее, желая большего, но не зная, как спросить. Он
должен попробовать выпытать, допросить...
- Милорд! О...
Джайлз повернулся. На крыльце стоял Уоллес.
- Да?
- Простите, милорд, но вы велели сообщить, когда прибудет Галлахер.
- Прекрасно. Проводите его в кабинет. Я сейчас приду.
Он повернулся к жене и был встречен сияющей улыбкой и жестом, приглашающим
войти в дом.
Франческа направилась к входной двери.
- Кто такой Галлахер?
- Мой управляющий, - Джайлз тяжело вздохнул. Момент был упущен. - Я хотел
обсудить с ним кое-какие дела.
- Разумеется, - натянуто пробормотала Франческа. - Я пока поговорю с Ирвином.
- Она немного поколебалась,
прежде чем добавить: - Подозреваю, что мистер Гилмартин вознамерился нанести нам
визит. Хочу попросить Ирвина
выручить меня и сказать, что я нездорова.
Джайлз кивнул.
- Если возникнут какие-то проблемы...
- О, я более чем способна сама справиться с зеленым юнцом, милорд. Не
тревожьтесь.
Она направилась к гостиной.
Джайлз долго смотрел ей вслед, гадая, о чем именно ему не стоит тревожиться.
Следующий день выдался столь же великолепным, как предыдущий. Джайлз провел
все утро, объезжая свои земли,
разговаривая с арендаторами и выясняя, какая подготовка требуется к зиме. Он
постарался вернуться в замок к обеду, чтобы
провести лишний час с женой.
- Какой чудесный день! - воскликнула она, садясь справа от него: они решили
временно отказаться от традиции,
повелевающей супругам сидеть на разных концах стола. Приходилось почти кричать,
чтобы быть услышанными. -
Джейкобс рассказал мне о тропе вдоль реки. Я добралась до нового моста. Он
показался мне очень крепким.
- Надеюсь.
Счет за бревна, вне всякого сомнения, лежит в кабинете. Но Джайлз выбросил из
головы столь низменные мысли и
постарался насладиться и обедом, и обществом жены.
Он не пытался очаровать ее или поддразнивать. По какой-то причине его язык
отказывался повиноваться. Он оказался
способен только на светскую беседу, хотя оба искали в каждом слове иной,
потаенный, более глубокий смысл. Она вела себя
более уверенно, более спокойно, поэтому он предоставил ей вести разговор,
отмечая, что она старательно избегала опасных
тем, которые могли привести к тому, что происходило между ними.
- Миссис Кантл сказала, что сливы уже почти созрели, - оживленно болтала она.
- Ветки так и ломятся от ягод.
Он молча слушал, как она перечисляет все милые мелочи, составляющие
повседневную жизнь замка. Мелочи, которые он
знал в детстве и забыл, став мужчиной. Теперь, видя их ее глазами, он словно
вновь возвращался на много лет назад.
Франческа напомнила ему о тех маленьких удовольствиях, которые никогда не
стареют, если уметь видеть и ценить.
- Я наконец нашла Эдвардса и спросила о живой изгороди в итальянском саду.
Губы Джайлза чуть сжались.
- И что он ответил?
Эдвардс, главный садовник, был ужасно занудным ланкаширцем, жившим
исключительно ради деревьев и ничего другого
не замечавшим.
- Согласился завтра ее подстричь.
Глаза Франчески так лукаво заискрились, что Джайлз не выдержал:
- Неужели ты пригрозила ему немедленным увольнением, если он не подчинится?
- Разумеется, нет! - вознегодовала она. - Просто указала, что живая изгородь
состоит из маленьких деревьев, и,
поскольку они слишком разрослись, может, имеет смысл срубить их и насадить
новые.
Джайлз рассмеялся.
Обед закончился. Пора было расходиться. Но они медлили.
Франческа посмотрела в окно:
- На улице так тепло! Ты снова собираешься уехать?
Он поморщился и покачал головой:
- Нет. Придется разбираться со счетами, или Галлахера удар хватит. Нужно
определить цены, по которым можно
продавать урожай.
- Много работы?
- В основном проверка счетов, запись расходов и немного арифметики.
- Я могла бы помочь, если не возражаешь, - почти без колебаний предложила
она. - Я всегда помогала родителям со
счетами.
Он смотрел на нее. Но в его глазах ничего нельзя было прочесть.
Потом он решительно встал и развел руками:
- Нет. Будет лучше, если этим займусь я один.
Она словно нацепила на лицо ослепительную, деланную, фальшивую улыбку.
- Что же, раз так, я тебя оставляю.
Она поднялась и пошла к выходу. Немного помявшись, он последовал за ней.
Если ей не позволяется помочь с делами поместья, она навестит свекровь,
которая, возможно, вытянет из нее всю
историю и начнет, сострадать, что позволит Франческе почувствовать себя лучше и
забыть всю эту историю.
Еще слишком рано. Леди Элизабет и Хенни предупреждали ее о необходимости
набраться терпения.
Но терпение никогда не было ее сильной стороной.
- Что за болван! Да он ненавидит арифметику и всегда ненавидел! - вынесла
приговор Хенни.
- А я считаю это добрым знаком, - возразила леди Элизабет. - Значит, он
сначала подумал, прежде чем ответить?
- Целую секунду!
Сложив руки на груди, Франческа мерила шагами гостиную вдовьего дома.
Прогулка через парк немного освежила ее,
вернула мысли к другой задаче. В конце концов, есть немало способов разделить с
ним жизнь.
- Расскажите мне о семье. О Роулингсах, - попросила она, устраиваясь на
кресле. - Из того, что я узнала на свадьбе,
наш род достаточно разрознен.
- Скорее раздроблен, - фыркнула Хенни. - Правда, особых причин для этого нет.
Так уж вышло с течением лет.
- Люди с годами меньше общаются, - добавила леди Элизабет.
- Если никто не прилагает усилий сводить их чаще.
Леди Элизабет прищурилась.
- Что вы имеете в виду?
- Пока сама еще не уверена. Мне нужно знать больше... в конце концов, я... -
Она поискала подходящее слово. -
Матриарх, не так ли? Если Джайлз глава семьи, а я его жена, значит, моя
обязанность - скрепить семью. Не так ли?
- В жизни не слышала столь прямого заявления, но вы правы, - кивнула Хенни. -
Если, разумеется, хотите приложить
усилие. Но, должна сказать, это не так легко. Роулингсы всегда были крайне
независимы.
- Мужчины - разумеется, - улыбнулась Франческа, - и женщины... до какой-то
степени. Но женщины достаточно
мудры, чтобы знать: сила лежит в единстве.
- Дорогая, - рассмеялась леди Элизабет, - если вы готовы пожертвовать своей
энергией, мы согласны помочь
знанием. Что скажешь, Хенни?
- Я целиком "за". Дело в том, что мы всю жизнь провели в обществе Роулингсов
мужского пола, так что семейное
отчуждение кажется нормальным. Но вы верно говорите. Нам будет легче жить, если
мы лучше узнаем друг друга. Да мы
даже всех имен не знаем!
- В самом деле! Помните этого ужасного Эгберта Роулингса, который женился на
той крошке... как ее звали?!
Франческа внимательно слушала, как леди Элизабет и Хенни "взбираются" по
фамильному древу, указывая то на одну
ветвь, то на другую.
- В старой Библии в библиотеке есть фамильное древо, неполное, конечно,
только основная линия, но хоть будет с чего
начать.
- Я найду его и сделаю копию. - Франческа поставила пустую чашку на поднос и
встала. - Мне пора домой. После
захода солнца становится холодно.
Она расцеловала дам и ушла, зная, что они весь вечер будут гадать, что именно
утаила невестка и что недосказала.
Но, решив, что подумает об этом и о разросшемся фамильном древе позже, она
отдалась простому удовольствию
прогулки через огромный парк, где солнце пробивалось сквозь густые кроны
деревьев, золотя листья и наполняя
неподвижный воздух запахом прели и осени.
Кругом царили мир и покой. Она вернулась мыслями к еще одной лесистой
местности, которую так любила. Нью-Форест.
Роулингс-Холл и его обитатели. Френни. Ее собственное, не слишком счастливое
существование заставляло Франческу
терзаться угрызениями совести. Она долго пыталась уверить себя, что Френни не
ранили обстоятельства ее замужества.
Решение, которое пришло ей в голову, было на редкость простым.
Он увидел, как она шагает сквозь золотистое великолепие деревьев домой, к
нему.
Потребность броситься к ней, встретить и прижать к себе была так сильна, что
он едва мог ей противиться.
Она отправилась во вдовий дом. Последние полчаса он метался у окна, зная, что
она скоро вернется. Зная, откуда придет.
Весь день он пытался сосредоточиться на счетных книгах, твердя себе, что,
если бы он позволил ей помочь, вышло бы
куда хуже. И все же не мог выбросить ее из головы. Она словно призрак появлялась
из темных углов, маня его в мир грез и
фантазий, чтобы пробить брешь в его решимости.
Он так и не сделал того, что намеревался. Открытые счетные книги лежали на
письменном столе.
Черт с ней, с его решимостью, он должен уйти! Размять ноги, втянуть в легкие
свежий, бодрящий воздух.
- Если придет Галлахер, - бросил он на ходу Уоллесу, - скажите, что я все
оставил на письменном столе.
- Хорошо, сэр.
На крыльце он остановился, огляделся и увидел, как она проходит мимо
солнечных часов и поднимается к саду.
Спустившись, он направился к проходу в низкой каменной ограде, отделявшей
итальянский сад от участка, засаженного
старыми плодовыми деревьями, отягощенными зреющими фруктами. Пьянящие запахи
окутали его, когда он проходил под
тяжелыми ветвями.
Солнце уже садилось. Франческа стояла в луче света, окруженная золотистым
нимбом. Не ангел, а богиня, Афродита,
сошедшая, чтобы покорить его. Ее голова была откинута. Она смотрела вверх.
Джайлз замедлил шаг, пока не сообразил, что
она говорит с кем-то, сидящим на дереве.
Эдвардс. Завидев садовника, державшего в руках пилу, Джайлз остановился.
Франческа заметила его, но Эдвардс сказал что-то, и она снова обернулась к
нему.
Джайлз подошел ближе, но так, чтобы Эдвардс его не заметил. Если Франческа
решила испробовать свои чары на старом
чудаке, пусть обойдется без его помощи. За все годы, что Эдвардс проработал
старшим садовником, никому - ни Джайлзу,
ни его матери, ни даже Уоллесу - не удалось уговорить его обратить внимание ни
на одно растение, не имевшее права
именоваться деревом. Поэтому неудивительно, что сейчас он торчит во фруктовом
саду, здесь одни деревья. Если у
Франчески есть хотя бы один шанс добиться успеха, у Джайлза не было намерений ей
мешать.
Он ждал, пока она выслушивала ворчливое объяснение, почему именно эту ветку
именно этого дерева необходимо
спилить. Ждал, пока она смеялась, упрашивала, льстила, уговаривала и наконец
получила неохотное согласие Эдвардса
заняться цветочными клумбами во дворе.
Цветочные клумбы были пусты, сколько помнил себя Джайлз. И напоминали
миниатюрные могильные холмики.
Усыпальницы мертвых цветов.
Джайлз нетерпеливо переступил с ноги на ногу, когда Эдвардс снова пустился в
мрачные рассуждения. Франческа
посмотрела в сторону мужа, улыбнулась, махнула садовнику и направилась к
Джайлзу.
"Давно пора", - сказал его разум. "Наконец-то", - вторили чувства.
- Прости, - хмыкнула она, присоединившись к Джайлзу, - но до него очень
трудно доходит.
- Знаю. Он старается отпугнуть каждого, кто пытается дать ему наставления.
Она взяла его под руку.
- Ты закончил дела?
- Решил немного прогуляться,
...Закладка в соц.сетях
