Жанр: Любовные романы
Лоно Каридес
...ена продолжать в том же духе.
— Ты — худший потребитель в мире.
— Может, сама выйдешь за Кристоса замуж? — подколола Бекка.
— Не думай, что я не потеснила бы тебя, если бы у меня был хоть какой-нибудь
шанс.
— Не стесняйся!
— Знаешь, недавно я минут десять рассказывала Кристосу о своих курсах
медсестер, а он вдруг поворачивается и спрашивает:
Вы что-то сказали?
А ко
вторнику уже забыл мое имя и назвал меня Эммой!
— Наверное, его голова была занята чем-то другим.
— А если бы он забыл, как тебя зовут? Хотя... не похоже. Кристос с тебя глаз
не сводит! У него явно бзик насчет рыжих...
Бекка улыбнулась сестре:
— Ну разве мне не повезло?
Но в следующий миг ей в голову пришло куда более правдоподобное объяснение
столь пристального внимания Кристоса.
Конечно, он за мной следит, ведь он сажает себе на шею женщину из
другого социального слоя! — Знаешь, — задумчиво произнесла Эрика, — я вроде как в ответе за то, что ты
встретилась с Кристосом. А вдруг он такой же подонок, как Алекс? Ужасно!
— Ты же решила, что он не подонок?
Эрика засмеялась:
— Шутишь? Невзирая на солидный бизнес и шикарный вид он все-таки славный
малый. Во всяком случае, он явно без ума от тебя.
Бекка улыбнулась, отдернула портьеру и вошла в примерочную.
Она твердо решила купить то платье и сейчас, в отеле, была рада, что
настояла на своем. Бекка еще крутилась перед высоким, до потолка, зеркалом,
когда в дверь постучали.
Бросив быстрый взгляд на часы, она ужаснулась — оказывается, уже с полчаса
назад она должна была встретиться с Кристосом, будущей свекровью и своими
родителями в ресторане.
— Минутку, — крикнула Бекка.
Через несколько минут, порозовевшая от усилий, которые приложила, чтобы
перебраться из платья в халат, она открыла дверь.
Вид Кристоса лишил ее дара речи. Он выглядел великолепно. Бекка просто
смотрела на него со смешанным чувством неприязни и желания.
— Проблемы? — И без особой интуиции было понятно, что он в ужасном
настроении.
— Почему?
— Мы договаривались встретиться... — Кристос взглянул на часы, — сорок пять
минут назад.
— Тридцать пять, — не удержалась Бекка. — Я потеряла счет времени... нет-
нет, я не забыла... просто примеряла свадебное платье.
Кристос смерил ее взглядом, и Бекке вдруг показалось, что она стоит перед
ним голой. Она инстинктивно схватилась за отвороты халата.
— Красивое?
— Я в нем не такая толстая, как в других. — Бекка чувствовала себя как
корова на льду — неуклюжей и бесформенной.
— Ты не толстая!
Изумление Кристоса было столь неподдельно, что она немного оттаяла:
— Я на твоем месте подождала бы с приговором, пока не увидела бы.
— Дай взглянуть, и я выскажу свое непредвзятое мнение.
— Нет-нет, жениху нельзя раньше времени видеть невесту в свадебном платье!
— Ты суеверна?
— Не особо, но удача нам не помешает.
Кристос опустил взгляд на ее босые ноги
— Это правда, — дерзко настаивала Бекка, — которая не должна раздражать
тебя...
— Ладно, выбираем правду, — и лицо Кристоса осветилось такой улыбкой, что
Бекку опять потянуло на подозрения. — Но тогда... можно кое о чем спросить?
— Спрашивай, — насторожилась она.
Этот вопрос мучил Кристоса с того момента, как Бекка открыла ему дверь:
— У тебя под халатом что-нибудь надето?
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
С трудом одолев захлестнувшую ее волну острого желания, Бекка сердито
бросила:
— Очень смешно.
— Совсем не смешно! Я не могу думать ни о чем, кроме как о тебе в моей
постели.
Кристос уже давно обнаружил, что мечтает о Бекке ежеминутно, даже в самое
неподходящее время — например, на сегодняшней утренней деловой встрече,
когда, к удивлению присутствующих, он целых полчаса мысленно отсутствовал.
— Выглядишь потрясающе. Наверное, не новость, что меня к тебе тянет, а?
Кристос опустил темные ресницы, и его неспокойный взгляд пополз по ее горлу
с голубыми прожилками, на котором бился пульс.
— Или что тебя тянет ко мне... — под пристальным взглядом жениха Бекка стала
пунцовой. — Тем более странно твое упорное воздержание до свадьбы.
— Но...
Я готов был хоть шантажом завлечь тебя в брак, но в мою постель ты
придешь только по собственной воле, дорогая. Он должен был бы сказать это, но не сказал, а рассмеялся — так, что Бекка
поняла — зря она рассчитывала на зрелость его мышления.
Сомнения терзали ее потому, что она потеряла контроль над ситуацией. С тех
пор как Бекка согласилась на свадьбу, Кристос не допускал никаких
возражений, и она кротко подчинялась, но боялась его реакции на перемены в
ее фигуре и потому настаивала на том, что до свадьбы они не будут спать
вместе.
Бекку изумил первобытно-жадный блеск глаз Кристоса.
— Еще скажи, что женишься на мне потому, что я неотразима.
— Можешь ты хоть на секунду забыть о проклятом браке?
Он впервые дал волю раздражению, потому что все утро провел с матерью,
которая ни о чем, кроме свадьбы, не говорила. Кристосу уже хотелось просто
затащить свою беременную невесту в ближайшее бюро регистрации браков.
— Я бы с удовольствием забыла!
Кристос зачем-то взял яблоко из вазы, потом положил его обратно и что-то
пробормотал себе под нос.
Бекку затошнило.
— Я и стараюсь забыть! Но как, ведь на моем пальце этот чертов камень! —
воскликнула Бекка, показывая на квадратный сапфир, окруженный бриллиантами,
который ей велено было носить.
— Тебе не нравится кольцо? Хорошо, подарю другое. Когда я его увидел, то
подумал, что оно подходит к твоим глазам.
— Так это ты его выбирал? — смутилась Бекка.
— А кто же, по-твоему?
— Я решила, что ты поручил кому-нибудь из подчиненных...
Кристос не успел ответить — в его кармане зазвонил телефон. Некоторое время
мужчина молча слушал, потом что-то сказал на родном языке.
— Мама, — объяснил он Бекке, пряча телефон в карман. — Она забеспокоилась,
когда ты не пришла вовремя. Твои родители говорили, что ты никогда не
опаздываешь.
— А ты? Не забеспокоился? — Бекка круто повернулась и обнаружила, что
смотрит прямо в огромное зеркало.
Кристос подошел и встал за ее спиной, их глаза встретились в зеркале.
— По-моему, ты здоровее, чем кажешься.
— Имеешь в виду, что я не соглашаюсь на любое решение, которое ты
принимаешь?
— Совсем необязательно продолжать борьбу за независимость.
— О чем ты?
— Мне не очень по вкусу покорные женщины.
Сердце Бекки гулко заколотилось в груди, и опять ее окатила упругая волна
желания.
— Меня совсем не интересует, какие женщины тебе по вкусу.
Лукавые темные глаза задержались на огненном затылке.
— Думаю, ты это уже знаешь.
Бекка почувствовала, что теряет контроль.
— Мы женимся, так что не надо со мной флиртовать.
— А с кем, по-твоему, мне флиртовать?
— Мне все равно, — отрезала Бекка.
Кристос провел пальцем по ее подбородку:
— Лгунья.
У нее по спине пробежали мурашки.
— Боже, мне не удается соблазнить собственную будущую жену.
На всякий случай Бекка сделала обиженное лицо.
— Не глупи! Мы оба знаем, что ты с закрытыми глазами соблазнишь даже
айсберг, если захочешь.
— Предпочитаю держать глаза открытыми. Мне нравится смотреть на тебя, — вкрадчиво произнес Кристос.
— Мы говорили о моих родителях и твоей маме, — напомнила Бекка. — Что ни
говори, шикарная вдова греческого воротилы и мои обыкновенные родители —
плохое сочетание.
Кристос прищурился:
— Почему ты так считаешь?
— Ну, у них вряд ли очень много общего. — Стиснув ладони, чтобы скрыть, что
они все еще дрожат, Бекка изучала свое отражение в зеркале.
— У них будет внук...
— Да, но не жди, что я стану притворяться, дабы произвести впечатление.
Озадаченный Кристос осторожно развернул ее лицом к себе:
— Почему ты решила, что тебе следует притворяться?
— Ну, вряд ли греческие магнаты женятся на таких девушках, как я, — Бекка
прикусила губу.
— А разве ты не самая лучшая?
— Конечно, нет.
— Ты будешь моей женой, а моя жена не нуждается в чьем-то одобрении.
Жена нуждается в любви. Приняв деловой вид, чтобы скрыть отчаянное томление, Бекка улыбнулась:
— Скажешь родителям, что я скоро приду?
— Я подожду!
— Но тогда я приду нескоро...
— Как это?
— Ты действуешь мне на нервы.
Подняв голову, Бекка перехватила его опасно-испытующий взгляд и спаслась
бегством в ванную. Там она прислонилась к закрытой двери, зажмурилась и
вздохнула.
Два дня! Ох, выдержать бы! Бекка шла по коридору рядом с женихом, и ей было неловко, потому что люди
оборачивались и глядели им вслед, причем Кристос совершенно не замечал этих
взглядов.
Когда входившая в лифт женщина вдруг остановилась и бесстыдно уставилась на
него, терпение Бекки лопнуло.
— И так будет всегда?!
— Что?
— Посторонние люди глазеют на тебя, куда бы ты ни шел!
Кристос не успел ответить — рядом с ними возник седой мужчина в элегантном
костюме управляющего. Он уважительно кивнул Бекке и выразил надежду, что ей
нравится их отель.
Бекка заверила управляющего, что все прекрасно, и тот повернулся к Кристосу.
— Ваша секретарша оставила сообщение у портье, сэр.
— Сообщение?
— Очевидно, она не смогла связаться с вами по мобильному.
— Надо посмотреть, что там, — раздраженно сказал Кристос. — Иди одна, я
вернусь через минутку.
— Нет, я лучше подожду тебя!
Кристос услышал нотки паники в голосе Бекки и скользнул по ней взглядом:
— Вперед!
Бекка стиснула зубы.
Глядя, как он исчезает из виду, она подумала, что, будь у этого человека
хоть капля чуткости, он не оставил бы ее без помощи.
Бекка так обиделась, что даже не заметила, что какой-то незнакомец
придвинулся к ней почти вплотную. Она инстинктивно отпрянула и заморгала.
— Извините?
— Бекка, не так ли?
— Я вас не знаю... — Бекка умолкла, потому что справа от нее что-то
несколько раз подряд ярко вспыхнуло.
— Когда же свадьба, милочка?
Она поняла, что ее подловил репортер.
— Так-так, покрупнее снимем кольцо...
Бекка машинально спрятала руку за спину и стала отчаянно оглядываться. Но
Кристоса не было видно.
— Извините, — повторила она, приняв независимый вид, и попыталась пройти
мимо, но мужчина проворно преградил ей дорогу в зал ресторана.
Бекка рассердилась, особенно когда еще одна вспышка ударила ей прямо в
глаза.
— Давно знаешь Каридеса, милочка? Как ты его женила на себе, рыжая?
— Не ваше дело, — процедила она.
Репортер ухмыльнулся:
— Из-за денег выходишь, рыжая?
— Нет, потому что он очень хорош в постели, — огрызнулась Бекка. — Это был
самый лучший секс в моей жизни!
У репортера отпала челюсть, потом его глаза понимающе заблестели. Однако он
ничего не успел сказать, потому что в следующую секунду возле них появился
Кристос, высокий и грозный. Он оттолкнул репортера от Бекки с такой силой,
что тот чуть не упал.
— Только не костюм, приятель, — заорал репортер, но затем увидел лицо
Кристоса, и его ухмылка сразу пропала.
— Не надо! — вскрикнула Бекка и схватила жениха за руку. — Он с
удовольствием продаст эту историю и вдобавок приобретет бешеную
популярность!
— Прислушайтесь к леди! — прохрипел репортер.
В это время, к огромному облегчению Бекки, откуда-то появились представители
службы безопасности отеля — широкоплечие, сладкоречивые, в строгих костюмах
и с невыразительными лицами.
Лучше бы они прибыли раньше, чем я открыла рот. Репортера вежливо, но твердо проводили из отеля.
Кристос, так и не разжавший кулаки, выплюнул какое-то словечко на родном
языке ему вслед, но, чувствуя на себе взгляд Бекки, постарался взять себя в
руки:
— Невыносимо! Ты в порядке? — Он с неожиданной нежностью отвел прядь волос
от ее лица и на хмурился, заметив, что Бекка дрожит. — Вот мерзавец!
— Все хорошо. Человек просто зарабатывает на жизнь.
А я только оплатила его летний отпуск. И, кажется, Кристос
тоже. — Публикуя ложь?
Бекка представила себе завтрашнюю газету, и ей стало плохо. Она уже знала,
что Кристос скрывает свою личную жизнь, и друг, хоть что-то поведавший
прессе, становится чуть ли не врагом.
— Мне жаль, что так получилось. Я виноват, не надо было оставлять тебя одну,
— сокрушался Кристос.
Появился необычайно обеспокоенный управляющий.
— Личная жизнь гостей и их безопасность для нас превыше всего! Уверяю, в
нашем отеле такого не случается!
— Как видите, случается.
Резкое возражение Кристоса вызвало румянец на лице пожилого человека.
— И мне очень жаль, — он повернулся к Бекке. — Надеюсь, этот инцидент не
заставит вас думать о нашем отеле плохо, мисс...
Бекка, талию которой теперь обвивала рука Кристоса, улыбнулась и спокойно
солгала:
— Ничего страшного.
Мужчины обменялись еще несколькими фразами, но Бекка думала только о том,
что раскололась и что слова, сказанные ею репортеру (в общественном месте!),
— чистая правда.
Управляющий ушел, а Кристос усадил Бекку в кресло:
— Принести попить?
— Нет, спасибо, все в порядке.
— Действительно?
— Не понимаешь? Все в порядке! — Бекка вскочила.
Мгновение Кристос с непроницаемым выражением наблюдал, как она шагает взад и
вперед, прикладывая руки ко лбу. Потом скомандовал:
— Стоп!
Бекка испуганно остановилась. Она ожидала увидеть раздражение на его лице, а
увидела нежность, и у нее перехватило дыхание.
— Это понятная реакция. У тебя появился неприятный опыт.
— Немного шокирующий, — призналась Бекка. — Только не понимаю, откуда он
узнал... о свадьбе.
Кристос прищурился.
— Думаю, это я виноват, — мрачно сказал он. — Знаешь, а ты хорошо
справилась!
Бекка чуть не застонала. От похвалы она чувствовала еще большую вину.
— На самом деле я потеряла голову...
К счастью, Кристос не знал настоящей причины ее паники. Он и представить
себе не мог, что с ней сделала его близость. Сквозь все одежды Бекка ощущала
жар его сильного тела.
— Эти люди проникают под кожу, — вздохнул Кристос, — особенно если ты не
привык.
— А ты привык?
— Увы, да. Нужно было предупредить тебя, что в таких местах это случается.
Лучше всего никогда и ничего не говорить папарацци.
— Я запомню, — мрачно пообещала Бекка.
— Что ни скажи, они все равно переврут.
Если бы ты знал, что я натворила! — Можно прочесть и то, чего никогда не говорил... По крайней мере,
умышленно. О чем тебя спрашивал репортер?
Самое время сменить тему. — Как думаешь, не пойти ли нам обедать? Родители, наверное, уже беспокоятся.
— Что это ты вдруг?
— Проголодалась.
Пожелав родителям доброй ночи, Кристос настоял на том, чтобы проводить Бекку
до номера. Они дошли до дверей ее спальни
— Спокойной ночи.
Бекка повернула ключ в замке, потом вздохнула и обернулась. Кристос уже
удалялся по коридору. У нее вырвалось:
— Нет! Не уходи!
Мужчина остановился и обернулся.
У Бекки пересохло в горле, когда он слегка склонил голову в знак вопроса.
Расстроенная тем, что с такого расстояния невозможно разобрать выражение его
лица, она неуверенно шагнула вперед.
— Тебе что-нибудь надо?
— Да, мне нужен ты, — после паузы произнесла Бекка. — Это... нет... не
нужен. Я...
— Очередной удар по моему мужскому
эго
?
— Я не шучу. Мне надо сказать тебе кое-что... не очень приятное, —
предупредила Бекка, входя в комнату, включая свет и усаживаясь на диван. —
Не возражаешь, если я их сниму? — с этими словами она скинула туфли на
высоких каблуках.
Кристос, стоя, ждал, пока Бекка устраивалась с ногами на диване. Ее юбка
немного задралась, открыв край кружевных чулок и слегка обнажив бедро.
— Итак, что мне может не понравиться? — спросил Кристос, думая о том, какая
шелковая у нее кожа.
— Твоя мама была очень мила со мной...
— Говорят, признание облегчает душу, — ослабив галстук, Кристос опустился
рядом.
Бекка обиделась:
— При столь сомнительном родстве — не всегда.
— Думаешь, у супругов должны быть секреты друг от друга?
— Нет, я совсем не это хотела сказать, — Бека старалась не обращать внимания
на искорки смеха в глазах Кристоса.
— Да? А я было подумал, что супруги должны следовать правилу
Чего не
знаешь, то и не ранит
...
— Если надеешься, что я закрыла бы глаза на измену, даже не мечтай!
— Так ты ждешь от мужа верности? Большинство людей не назвали бы такое
требование неразумным. Скажу больше: оно могло бы считаться само собой
разумеющимся.
— Да, но у нас брак по расчету, и ты, наверное, полагаешь, что я не должна
слишком возражать, если ты будешь флиртовать, как раньше.
— И как бы это выглядело?
Новый взрыв его веселья был встречен укоризненным взглядом Бекки.
— Я понятия не имею о стиле жизни плейбоя-миллиардера, но допускаю, что этот
стиль позволяет делать, что хочешь... и с кем хочешь.
— Миллиардер не долго оставался бы таковым, если бы беспутствовал и
предавался неумеренному гедонизму. При четырнадцатичасовом рабочем дне на
пирушки и попойки времени не остается.
— Я знаю, ты много работаешь, — Бекка уже успела понять, что такой
сумасшедший темп выдержали бы немногие, — но разве ты — монах?
— Нет, но то, что я делал до нашего решения пожениться, не должно тебя
волновать.
— Меня волнует, что будет после свадьбы!
— Понимаю и разделяю.
— Что? Ты согласен? — Бекка моргнула, не в состоянии скрыть изумление.
— Конечно. Тебя это удивляет? — Кристос пожал плечами.
— Да!
— Ты хочешь, чтобы наш брак был не для вида?
— Я? Наверное...
— Тогда мы думаем одинаково... Я должен принять это на свой счет? — спросил
Кристос, когда Бекка без причины перебралась на другой конец дивана.
— Извини, — она одарила его рассеянной полу улыбкой. — Не могу думать, когда
ты рядом. Пожалуйста, не будь со мной таким милым! От этого я еще
несчастнее. Слушай... Я не обижусь, если ты взбесишься.
— С чего я должен взбеситься?
— Это так трудно... — пробормотала Бекка.
— Тешу себя надеждой, что услышу объяснения до того, как поседею, — устало
произнес Кристос.
— Когда ты спросил меня о том репортере, я скрыла... — закрыв глаза, Бекка
глубоко вздохнула. — Я ему сказала кое-что... что, наверное, не должна
была говорить. Но... Разумеется, я не имела этого в виду. Не знаю, как...
Просто разозлилась, а он приставал, и оно само вылетело...
— Что ты сказала?
— Слово в слово?
— Как можно ближе к смыслу.
— Он спросил, почему я выхожу за тебя замуж...
— Так ты сказала ему о ребенке? Не так я хотел бы объявить об этом...
— Нет, не о ребенке.
Кристос тяжело вздохнул и прижал руку ко лбу:
— Бекка!
— Ладно, я сказала что-то вроде того, что ты очень хорош в постели и с тобой
у меня был самый лучший секс в жизни. Хотя, в общем-то, мне, честно говоря,
не с кем сравнивать. Я знаю, это вульгарно, но оно само вырвалось...
— Полминуты... Ты говорила с ним не больше полуминуты! Страшно подумать, что
бы ты раскрыла мировой прессе, если бы я не подоспел.
Испуганный взгляд Бекки заметался по лицу Кристоса. Она корила себя весь
нескончаемый обед, а он смеется!
Она выпрямилась и бросила на будущего мужа убийственный взгляд:
— Ах, тебе смешно?!
Кристос положил ладонь ей на затылок и принялся играть рыжими прядями:
— Думаю, ты была восхитительна.
Никогда не слышала, что на затылке есть эротические зоны, но его
пальцы... кажется... их нашли... какое блаженство... — Ты не сердишься?
— Это просто невезение.
— И не боишься, что у тебя будет жена, которая все выбалтывает прямо в
камеру?
— Меня больше беспокоит, как бы не заполучить жену, которая не пустит меня в
свою постель.
— Просто я в некоторой степени беременна... — Бекка не понаслышке знала, как
выглядит женщина на четвертом месяце.
— Ты поэтому обрекла меня на муки? Я нахожу, что ты прекрасна и желанна, и
мне довольно обидно слышать, как ты клевещешь на себя.
— Просто ты давно не видел меня голой, — возразила Бекка.
— Это можно исправить прямо сейчас!
— Кристос...
Он успешно подавил этот протест поцелуем и повел Бекку к спальне, по пути
ухитряясь срывать с нее одежду. Через секунду глаза Кристоса сказали Бекке,
что он переживает нечто такое, о чем она даже думать себе не позволяла.
Можно представить, как выглядит мое тело! К счастью, Кристос не представлял — он был очарован новой тяжестью и
чувствительностью ее груди, и небольшое возвышение живота совсем не
показалось ему непривлекательным.
...Лежа рядом с ним в кровати, Бекка касалась его теплой кожи и вздыхала:
— Я действительно рада, что...
— Ты удивительная, — сказал Кристос, приподнявшись на локте и разглядывая ее
роскошные волосы. — Я хочу отведать каждый дюйм твоего тела.
— Это займет много времени.
— У меня оно есть.
Она улыбнулась медленной, почти непристойной улыбкой и пробежалась пальцами
по плоскому животу Кристоса.
— В таком случае, может быть, и я отведаю тебя?
У него лихорадочно заблестели глаза.
— Я весь твой.
Бекка поймала его на слове.
В четыре утра такси подъехало к лондонскому дому Кристоса. Попросив водителя
подождать, Бекка вышла и даже не заметила, что температура воздуха упала
ниже нуля. Набираясь храбрости, она постояла мгновение, стиснув дрожащими
пальцами кованые, посеребренные инеем перила.
Площадь с высокими, импозантными резиденциями эпохи короля Георга была
пустынна. С бьющимся от волнения сердцем Бекка поднялась по ступеням,
ведущим к сверкающей парадной двери, и нажала кнопку домофона. Бестелесный
голос отозвался почти сразу. В нем не было никакого намека на изумление,
только вежливая просьба назвать свое имя и изложить дело.
— Имя... да, конечно. Меня зовут Бекка Саммер, и я пришла сказать Кристосу, что не выдержу свадьбу.
Знать не зная, что эти слова вызвали шквал активности в недрах дома, она
слегка кивнула в ответ на последовавшие (с легкой заминкой) заверения, что
ей сейчас откроют.
От волнения Бекка стиснула ледяные руки, не подозревая о том, что камера над
головой фиксирует каждое ее движение.
Буквально через минуту входная дверь распахнулась.
Потрясенная Бекка увидела босоногого Кристоса с темной взъерошенной
шевелюрой и со свежей щетиной на обычно тщательно выбритых щеках. На нем был
черный халат до щиколоток и, насколько она могла судить, ничего больше.
Пришлось втянуть в легкие глоток морозного воздуха. Под тканью — Бекка это
знала — его теплая и гладкая кожа.
Острое желание пронзило низ ее живота.
Бекка прерывисто вздохнула:
— Не спишь?
— Спал, — ответил Кристос, запустив обе руки в шевелюру. — И сохраняю
надежду, что все еще сплю и это не более чем ночной кошмар.
— Мне неловко тебя беспокоить... но... не могу ждать. Дело в том, что я не
выдержу эту свадьбу.
— И что?
Расстроенная Бекка нахмурилась.
— Это не шутка! Я совершенно серьезно.
— Я так и понял разбудившую меня ради такой новости экономку. Ты все время
обсуждаешь личные дела с незнакомыми людьми?
Бекка вспыхнула:
— Я не подумала.
И тут же потерпела очередное поражение в мыслительном процессе, потому что
сосредоточилась на развязавшемся и повисшем на узких бедрах Кристоса поясе
халата.
Что, если он соскользнет еще немного? Бекка мысленно раздевала этого мужчину и невольно чувствовала возбуждение.
Она улыбнулась и... встретила непроницаемый взгляд Кристоса.
А вдруг он рассердится... или, хуже того, спросит, чему я
улыбаюсь... А я скажу... — Прости, что не выгляжу потрясенным, но я уже понял, что поступать странно
— твой стиль жизни. Если помнишь, всего несколько часов назад ты выгнала
меня из своей постели. Предупреждаю, мне не очень нравится быть сексуальной
игрушкой.
Бекка хихикнула, но, поймав его убийственный взгляд, зажала рот ладонью:
— Я хотела провести ночь с тобой, но боялась увидеть твое лицо, когда ты
прочел бы утренние таблоиды.
— Не являюсь поклонником бульварной прессы.
Бекка собрала остатки воли в кулак:
— Позволь мне объяснить...
— Я не собираюсь обсуждать личные дела на улице. Тем более, что ты одета не
по погоде.
...Закладка в соц.сетях
