Жанр: Любовные романы
Верь в меня
...олились. Криста заморгала в недоумении: неужели ей только почудилось, что все
работники какое-то время спали?
Все, кроме мужчин, и сейчас размахивающих косами, вяжущих снопы и нагружающих
их на телеги. Вышколенные
постоянными сражениями, руководимые неумолимым Хоуком, солдаты гарнизона
работали всю ночь без отдыха. Мужчины,
которые при обычных обстоятельствах не снизошли бы до такой черной работы,
забыли о чести своего сословия, о гордости.
Они просто исполняли приказ своего вождя.
Едва группа воинов, сопровождающая полдюжины телег, появилась на дороге,
крестьяне, среди которых находилась
Криста, прекратили работать. Все мужчины как один сняли шапки в знак уважения к
усталым воинам, среди которых был и
Хоук. Под глазами у него залегли темные тени, у рта обозначились глубокие
морщины. Его взгляд упал на Кристу.
Он остановился, в то время как остальные продолжали идти, и уставился на
девушку. Криста попыталась было укрыться
за чужими спинами, но окружающие ее люди быстро сообразили, кто привлек внимание
их господина, и поспешили
расступиться. Элфит немного задержалась возле хозяйки, но когда Хоук сбросил с
себя оцепенение и подошел к ним, она
бросила на Кристу сочувственный взгляд и исчезла.
- Так это вы, - медленно произнес он. Поставил на землю косу, которую нес с
собой, оперся на нес и принялся изучать
Кристу. - Не говорил ли я вам, чтобы вы возвращались в Хоукфорт?
- Вы сказали, что я могу туда пойти, - негромко произнесла она. - Но для меня
это не прозвучало так, словно я
непременно должна это сделать.
Она еще не договорила, когда Хоук покачал головой.
- Я ожидал, что вы непременно вернетесь в замок, и вы это отлично понимаете.
Почему вы не сделали этого?
Криста набрала в грудь побольше воздуха, чтобы успокоиться. Хоук вроде бы не
сердился, он был просто удивлен.
Выглядел он тоже очень усталым. Сердце у Кристы сжалось при мысли о том, что
лорд работал всю ночь напролет.
Добавлять к этому чувство разочарования или неудовольствия было очень неприятно.
- Я хотела помочь, - как можно мягче заговорила она. - Хотела принять участие
в общем деле, Хоукфорт должен
стать моим домом, а его люди - моими людьми. Мне казалось несправедливым
отдыхать в то время, когда вес остальные
трудятся.
Хоук моргнул раз и другой и чуть сильнее оперся на косу.
- Вид у вас потрепанный, и вы вся в грязи.
- Прошу прощения, - извинилась она довольно резким тоном. - Вам стоило бы
присмотреться к себе.
- Это не одно и то же.
- Почему?
- Потому что я не леди, - ответил он, бросив на Кристу скептический взгляд,
словно не мог взять в толк, с чего она так
несообразительна.
Услышав нечто столь очевидное, девушка рассмеялась.
- Полагаю, что нет, - сказала она и, немного помолчав, добавила: - Возможно,
и я тоже. Или не соответствую вашим
представлениям о леди.
Вконец измочаленный, Хоук все же не утратил остроты восприятия. Он сразу
понял, что это важно, но его несчастный
затуманенный мозг отказывался определить причину. Неохотно признавал, что тут
что-то есть, но не больше. Устал как
собака. Однако на много дней, а скорее всего навсегда он сохранит уважение к
крестьянскому труду в поле.
- Кажется, нет, - произнес он медленно. Его сестра Кимбра была настоящей
леди, но настолько необычной, что Хоуку
не с кем было ее сравнить. Дора тоже была леди, но лорда передернуло при одной
мысли еще о ком-то в этом духе. Его
первая жена была леди, но чем меньше задерживаться на воспоминании о ней, тем
лучше. Быть может, не столь уж и важно,
какой должна быть леди. Главное - это сама женщина, се душа и характер.
Криста выглядела огорченной, но Хоук по-прежнему не понимал, почему. Он уже
не помнил, что говорил ей, да и
времени не было стоять вот так и беседовать. Хоук чувствовал, как усиливается
ветер.
- Мы закончим через несколько часов, - сказал он, - и это хорошо. По крайней
мере обещайте мне, что не станете
задерживаться в поле лишнее время. Не тратьте его зря. Уходите в замок сразу,
как только мы все сделаем.
Криста кивнула, но ничего не ответила, предоставив Хоуку догадываться, с чего
это она так присмирела. Она не из
смирных женщин, он определенно мог добавить это качество к перечню других, с
которыми уже успел познакомиться. Черт
побери, у него минуты спокойной не было с тех пор, как она сюда явилась.
Чудаковатые слуги, вопиющее переодевание и так
далее. Слабая улыбка тронула его губы. Смирение не столь желательно. Спокойствие
- вот что ценно. А вообще уже многое
можно сказать о норвежской красавице с се веснушками и прочим.
Улыбка сделалась шире. Хоук вдруг почувствовал себя менее усталым. Они
выиграют сражение, урожай будет спасен до
того, как начнется буря. Пусть это малая победа в общем счете событий, но это
его победа, и он ею наслаждался.
Ну что ж, решил он, за дело стоит браться всерьез, изучить Кристу как
следует. И первым делом - удовлетворить свое
любопытство в том, что его мучило с самого начала.
Сколько у нее веснушек?
Глава 9
Тратить время зря. Криста в жизни этого не делала. И уж само собой, не
тратила его зря сегодня, работая до изнеможения
и спасая овес и яблоки и... Нет, это несправедливо. Хоук работал больше всех, и
он вовсе не требовал, чтобы она что-то
делала, только попросил присмотреть за ребятишками.
Но он не считает се настоящей леди, и это мучило Кристу в особенности тогда,
когда се разум возвращался к проклятой
"леди знатного происхождения". Правда, они с Хоуком плохо начали, но ведь
намерения у нее были чистыми, и он должен
был простить ее. Ей следовало быть разумнее. Очень хорошо и приятно надевать на
себя красивые платья ее матери и
впервые в жизни иметь горничную, но все это не делало Кристу леди. Настоящие
леди не бывают потными, перепачканными
грязью, у них нет кровоточащих царапин на руках, от них не исходит дурной запах
после целого дня тяжелой работы. Они не
ныряют в воду и не появляются после этого на поверхности с громким смехом, они
не признаются, что раньше никогда не
ездили верхом и... не целуются с мужчинами ни с того ни с сего.
Вероятно, она повела себя неприлично тогда, в конюшне, когда Хоук се
поцеловал. Ведь вместо того, чтобы протестовать
или просто дать согласие на поцелуй, она сама его целовала. Ее распущенность
потрясла лорда, он ясно дал это понять, а она
по глупости решила, будто он поверил, что она служанка, предавшая свою госпожу.
Теперь, оглядываясь назад, Криста
понимала свою неосмотрительность и вызванные ею неправильные поступки.
Ею овладела досада. Она сказала ему - нет, крикнула! - что не желает, чтобы
он спал с другими женщинами. Она
пыталась прогнать рыжую. Она танцевала с детьми и вертелась на берегу, в то
время как ей следовало бы...
Ну хорошо, а чем занимаются настоящие леди?
Дора, кажется, только и делала, что отдавала людям распоряжения и вечно
жаловалась, будто они все делают не так.
Похоже, это не слишком удачный пример для подражания. Но Криста не знала других,
она вообще ничего не знала о том,
какой должна быть настоящая леди, не считая каких-то обрывков сведений о
легендарной леди Кимбрс, сестре Хоука, жене
Вулфа, наделенной даром целительницы, обладательнице таинственных сил, страстно
преданной делу мира. Само собой,
никто не мог достигнуть подобного совершенства.
Она все еще мучилась этими мыслями, присоединившись к Элфит и остальным
людям. У нее не было достойного образца
для подражания. Никогда еще Криста не чувствовала себя такой растерянной и
неуверенной. Если бы она не вспотела так
сильно, то, наверное, решила бы, что вкус соли у нее на губах вызван слезами. Но
ведь она не плакала. Не плакала...
Подбирать и связывать... подбирать и связывать... Боль в усталом теле
растворилась в щемящей боли в ее сердце.
Подбирать и связывать... Когда Криста наклонилась за следующим пучком овса,
Элфит положила ладонь ей на плечо.
- Миледи, мы закончили...
Криста выпрямилась, насколько ей позволяла ноющая спина, и огляделась по
сторонам. Поле было голое, не видно ни
одного стоячего стебля. И это было к лучшему, потому что, повернув голову к
южной стороне неба, Криста ахнула. Оттуда
быстро надвигались черные грозовые тучи, небо окрасилось в зловещий желтый цвет.
В деревьях завывал ветер.
- Идемте, - сказала Элфит. - Нужно уходить отсюда. Они вместе со всеми, кто
еще оставался в поле, пошли как
можно быстрее, напрягая последние силы. Дети были уже отосланы в Хоукфорт,
задержались только воины гарнизона,
проверяя, все ли благополучно ушли. Последним во двор замка вошел Хоук,
подхлестывая волов, тянувших последнюю
телегу, с верхом нагруженную золотыми снопами.
Криста с невероятным трудом вытянула из глубокого колодца во дворе крепости
два ведра воды. Элфит предложила
помочь, но, когда Криста велела ей идти домой, посмотрела на госпожу чуть ли не
со слезами благодарности. Христа с
ведрами в руках начала было подниматься в свою башню, когда из темного угла
возле лестницы выступила Дора.
- О Боже, - заговорила она. - Откуда это мы? - Она взялась кончиками пальцев
за оборку своего широкого рукава и
с изяществом помахала ею у себя перед носом. - Вы что, валялись в грязи вместе
со свиньями, Криста? От вас воняет,
словно так оно и было. - Маленькие черные глазки вспыхнули. - Вы были бы смешны,
если бы не выглядели столь
жалкой. Вы ничего не сделали правильно с тех пор, как приехали сюда. Бедный
Хоук! Он, должно быть, места себе не
находит, думая, как избавиться от помолвки, которой никогда не хотел.
У Кристы застучало в голове. Никогда в жизни она не чувствовала себя такой
слабой, и Дора была последней, с кем она
хотела бы столкнуться сейчас. Она могла уйти молча, но гордость не позволила ей
поступить так. Полная злобы,
удовлетворенная усмешка Доры придала ей сил. И Криста заговорила очень резко:
- От меня пахнет так, как почти от любого человека в этом доме, потому что
единственными, кто не работал до
изнеможения со вчерашнего утра, были вы и ваш обожаемый священник. Ясно, что вы
двое считаете себя слишком
высокими особами, чтобы убирать урожай, но я уверена, что пользоваться его
плодами зимой вы станете с наслаждением.
- Как вы смеете...
- Я смею, потому что говорю правду. А что касается всего прочего... - Криста
помолчала и окинула Дору с ног до
головы пренебрежительным взглядом. - Вы назвали меня жалкой, но на самом деле
это я жалею вас. Не хотела бы я
оказаться в вашем положении.
- Моем положении? Я хозяйка этого дома. Я отдаю приказания. Люди подчиняются
мне и будут подчиняться всегда!
- Они подчиняются не вам. Они служат лорду Хоуку. Л что касается вашего
положения хозяйки, то вы отлично знаете,
что скоро оно изменится.
Криста говорила с уверенностью, которой на деле не испытывала, помня, что она
не такая леди, какой ее хотел бы видеть
Хоук. Но ни за что на свете она бы не позволила Доре догадаться о ее сомнениях.
Едва последние слова сорвались с губ Кристы, как лицо сводной сестры лорда
покрылось яркими красными пятнами.
Глаза пылали яростью.
- Ничего не изменится! Ничего! - выкрикнула она. - Низкая, ничтожная
выскочка! Если вы всерьез верите, что
станете здесь хозяйкой, значит, вы еще глупее, чем кажетесь. Это мои земли, мое
имение, я буду править здесь всегда!
Этот взрыв неистовой злобы ошеломил Кристу. Она не находила, что сказать
Доре, и не знала, как ее успокоить.
Женщина была вне себя, и казалось, вот-вот выскочит из собственной кожи.
- И не только это! - кричала Дора. - Это лишь малая часть! Вы еще узнаете,
что значит перечить мне...
- Миледи. - Отец Элберт неожиданно показался из-за угла и поспешил к Доре;
черное широкое одеяние священника
путалось у него в ногах. - Миледи, - повторил он, -
вы взволнованы. Идемте со мной. Мы совершим молитву, и вы получите
облегчение.
Женщина умолкла и уставилась на отца Элберта невидящими глазами. Он взял се
под руку.
- Не терзайте себя, миледи. Все будет как вы хотите. Но идемте же. Откроем
наши сердца перед Господом. Он знает, что
верно и что справедливо. Он никогда не оставит вас.
- Да... - медленно выговорила Дора; она моргнула раз и другой, как бы
пробуждаясь от сна. - Открыть сердце... У
меня так много тягот.
- Но вы не должны нести их одна. Доверьтесь мне. Всемогущий Господь знает о
ваших чаяниях. Он укрепит вашу веру и
никогда не обманет.
- Так много раз, - бормотала Дора тонким и слабым голосом. - Столько раз я
обманывалась... Пережила столько
разочарований...
- Я знаю, - сказал отец Элберт и, прежде чем увести подопечную, бросил на
Кристу быстрый взгляд, острый как нож.
Потрясение уже миновало, но Криста чувствовала себя невероятно ослабевшей.
Она знала, что Дора человек неприятный
и тяжелый, но и вообразить не могла всей глубины ее злобы... а может быть,
безумия. Впрочем, сейчас она была не в
состоянии сосредоточиться на этом. Единственное, что Криста смогла, - это
наконец подняться по лестнице с двумя
ведрами воды. Едва оказавшись в комнате, она сняла с себя грязную одежду,
мельком подумав, удастся ли отстирать дочиста
все эти вещи. Бог с ними, главное - смыть с себя грязь и липкий пот. Никогда еще
Криста так не радовалась купанию. Она
даже вымыла волосы и, вытирая их полотенцем, машинально выглянула в окно.
В соответствии с распоряжением Хоука капитаны вывели свои суда из порта в
залив. Ветер развеивал туман над водой, и
темные силуэты кораблей то появлялись, то исчезали, словно призраки. Прочные
дома в городе были заперты, все ставни
закреплены. Дозорные все еще были на своих постах, но Криста надеялась, что и
они скоро спрячутся в укрытия.
Вытерев волосы, Криста бросила полотенце на пол, чего никогда бы не сделала
при обычных обстоятельствах, и с
вожделением посмотрела на огромную кровать. Как-то замедленно, почти
бессознательно пришло в голову, что ей ничто не
мешает лечь. Негромкий полувздох-полустон облегчения вырвался из се легких,
когда она укрыла одеялом свое бедное тело.
Через секунду Криста уже спала.
Убедившись, что все сделано как надо, Хоук присоединился к своим воякам в
сауне. Он предпочел бы умереть, нежели
признаться в этом, но чувствовал себя хуже, чем после самой ожесточенной битвы.
Работа в поле оказалась для него
открытием, и он не думал, что скоро о нем забудет. Подозревал, что и остальные
мужчины испытывают то же самое, но
любой из них был склонен говорить об этом не больше, чем он сам. Удовлетворились
негромким мычанием и сдержанными
стонами, пока соскабливали с себя грязь.
Прежде чем повалиться и уснуть там, где сидели, воины выбрались наружу и
вылили по ведру холодной воды на голову.
Это помогло, по не слишком. Сказав, чтобы они отдыхали, Хоук накинул на себя
чистую тунику и пошел проверять посты.
Он приказал дозорным укрыться в караульных башнях, как только ветер усилится.
Никого не удивило, что караул следует
нести даже в разгар жестокой бури. Всегда найдутся глаза любопытные и достаточно
приметливые, чтобы все разглядеть, и
языки достаточно болтливые, чтобы обо всем рассказать.
Эдвард уже успел разместить груды овсяных снопов в большом зале и при этом
так, чтобы они не загораживали проходы.
Однако в час, когда сотни людей собрались сюда для вечерней трапезы, зал был
пуст. Все были слишком измучены, чтобы
есть. И сам Хоук тоже. Каждая косточка в его теле взывала об отдыхе, но прежде
чем удовлетворить это желание, он должен
был сделать еще одно дело. Морщась от боли, лорд поднялся по лестнице в спальню
Кристы.
Она спала. Хоук увидел это, едва переступил порог комнаты. До захода солнца
оставалось еще много времени, но свет
уже померк и сделался желто-серым, зловещим. Дождь начал хлестать в окна -
Криста оставила их открытыми. Хоук
покачал головой и плотно закрыл тяжелые деревянные ставни. Вой ветра тотчас стал
почти не слышен. Буря быстро
набирала силу, но худшее еще ждало впереди.
Очень осторожно, чтобы не побеспокоить спящую, Хоук подошел к кровати. Криста
лежала на боку, натянув одеяло на
плечи, и ее чудесные волосы рассыпались на подушке вокруг головы. Буйство пышных
кудрей вызвало у мужчины улыбку. В
невольном порыве он протянул руку, отделил золотую шелковистую прядь и пропустил
сквозь пальцы.
От Кристы пахло лавандовым мылом, а еще солоноватым воздухом моря, и это
напомнило Хоуку о летних днях,
проведенных в плавании вдоль берега, настолько близко к нему, что ветер доносил
на парусную лодку аромат полевых
цветов. Сколько раз он плавал так? Однажды, совсем недавно, а до этого? Много ли
времени принадлежало только ему
одному?
Хоук не мог припомнить и не осознавал, с чего ему в голову пришло это. Он
невероятно устал и даже не сразу сообразил,
что просто стоит и смотрит на Кристу, ни о чем не думая. Пора идти. Необходимо
отдохнуть.
Отдохнуть... прямо сейчас... здесь... возле нее.
Он стоял так близко, что мог дотронуться до кровати. Восхитительной,
огромной, такой зовущей. Господи, какая
усталость... После сражений он обычно нуждался в коротком сне - так, прилечь и
подремать немного, и ты уже человек.
Точно так же должно быть и сейчас. Он останется ненадолго. В такой большой
кровати он даже не прикоснется к Кристе.
Места сколько угодно, ему будет вполне удобно. Без дальнейших колебаний Хоук
сбросил сандалии, рывком стянул через
голову тунику и нырнул под одеяло. Из его груди вырвался стон удовольствия.
Через секунду лорд сомкнул глаза и захрапел.
В сновидения Кристы ворвался ветер. Она что-то пробормотала и повернулась,
махнув рукой. Рука ударилась. Кажется, о
камень. Криста снова буркнула что-то, но не проснулась. Чуть позже она услышала
чудовищный крик, и бросилась бежать по
усеянному цветами полю, которые прижала к земле неведомая сила. И вдруг прямо
перед ней рухнул могучий дуб. В ужасе и
оцепенении Криста смотрела, как некое чудище, сломав толстый сук, надвигается на
нее. Недвижимая, почти парализованная
страхом, она только и могла, что простонать.
Но тут се подхватила какая-то сила. Невидимая рука притянула ее к чему-то
теплому. Почувствовав себя в безопасности,
Криста легко вздохнула и снова погрузилась в сон.
Буря разгулялась не на шутку, но Хоукфорт стоял крепко. С крыш сорвало
несколько черепиц, но и только. Хоук в свое
время настоял, чтобы дома были построены из камня. Это была мера
предосторожности против возможных пожаров, но она
пригодилась и на случай противостояния разбушевавшейся стихии. Сидя за каменными
стенами, в тепле и уюте, люди
благословляли своего господина за его предусмотрительность.
В отличие от Кристы, которая внезапно проснулась с ощущением, что забыла о
чем-то жизненно важном. Она села,
пытаясь стряхнуть с себя тяжелую сонливость, потом поднялась с кровати. Там,
снаружи, она это слышала, завывал ветер, а
неистовые пальцы проливного дождя барабанили по...
...ставням. Выходит, ставни закрыты. Криста не помнила, чтобы закрывала их.
Впрочем, она была такой усталой и,
вероятно, сделала это машинально. С чувством глубокого облегчения девушка
вернулась к кровати и уже хотела лечь, как
вдруг ее остановил негромкий рокочущий звук. В комнате было очень темно. Почти
ощупью она отыскала одну из глубоких
чаш на треножнике, ударила кремнем по кресалу и высекла искры, подпалившие трут.
Малый огонек давал ничтожное
количество света. Криста вгляделась в сумрак, и глаза ее округлились, когда она
увидела, что на огромной кровати кто-то
лежит. Прижав ладонь ко рту, чтобы не закричать, она сообразила, что совсем
раздета. После купания она даже не подумала
о ночной рубашке. Вся дрожа от волнения и спешки, Криста схватила меховое
покрывало, брошенное в изножье кровати, и
завернулась в него. Подкравшись на цыпочках к ложу, попробовала разглядеть, кто
же вторгся в комнату. Рейвен,
укрывшаяся здесь от бури? Или перепуганная Элфит? Нет, фигура была слишком
велика для любой из них. Собственно
говоря, она знала только одного человека, обладающего таким ростом и таким
разворотом плеч, не прикрытых одеялом.
Хоук. У нее в постели. Неужели он решил, что, раз уж они помолвлены, он имеет на
это право? Или считает, что для нее это
не имеет значения, потому что она не настоящая леди?
Криста не издала ни звука. Подошла еще ближе и принялась смотреть на спящего
мужчину. Он был поистине
великолепен. Отлично сложен и не похож на нее. Различия казались Кристе
завораживающими... соблазнительными...
Спохватившись, она напомнила себе, что ему тут делать нечего. Ветер усиливался,
бил в ставни. Криста вздрогнула. В
промежутках между порывами ветра до нее доносился грохот волн, обрушивающихся на
берег. Она никогда еще не видела
подобных бурь. Даже буйные, дикие зимние снегопады с ветром в Уэстфолде не шли
ни в какое сравнение с тем, что
происходило сейчас за окнами. Криста еще немного постояла у кровати, решая, как
ей быть. Она все еще была очень усталой.
К тому же это се собственная постель.
Очень осторожно она откинула одеяло, но вдруг замерла, вспомнив, что закутана
в меховое покрывало. Так ей будет
жарко. Надо найти рубашку. С другой стороны, если она ее не найдет, а Хоук
проснется... Криста покраснела при мысли о
том, что ее девичья скромность явно уступала страсти, которую возбуждал в ней
хозяин Хоукфорта. Она сказала себе, что
следует быть практичной, вот и все. Они помолвлены и намерены ближе узнать друг
друга. Не включало ли это и такую
соблазнительную телесную близость в постели? Безопасную гавань, которая так
манит? Слегка дрожа от возбуждения,
Криста отбросила мех и забралась в постель.
Хоук неожиданно проснулся, сел в кровати и прислушался к звукам, доносившимся
с улицы. Ветра не было. Дождь еще
шел, но ярость бури исчезла. Припоминая шторм, пережитый пять лет назад близ
Винчестера, Хоук не обманывал себя
ложной надеждой. Он знал, что скоро вновь поднимется бешеный ветер и ринется на
стены Хоукфорта. Только после второй
атаки стихии можно будет считать, что опасность миновала.
Он уже собирался лечь снова, как вдруг, точно удар молнии, вернулась ясность
сознания. Хоук выпрямился и посмотрел
на женщину, которая спала возле него. Недоверие уступило место изумлению. Какой
шалый порыв вынудил его забраться в
постель к Кристе? Неужели от усталости мозг его был настолько одурманен, что он
утратил способность рассуждать хоть
сколько-нибудь разумно? Или же он просто поддался соблазну осуществить свое
тайное желание? Как бы в ответ на этот
вопрос его тело напряглось. Хоук начал было вставать с постели, но замер, когда
Криста негромко вскрикнула.
Тем временем ветер разбушевался с новой силой, и шум бури, должно быть,
напугал девушку. Хоук помедлил,
обуреваемый сомнениями, но тут Криста жалобно всхлипнула, и это решило дело.
Запрокинув голову, словно обращался к
небесам за помощью, он лег в постель. Осторожно, чтобы не разбудить спящую, он
притянул ее к себе и только теперь
обнаружил, что его нареченная была голой. Хоук глубоко, прерывисто вздохнул.
Кожа у девушки была такой теплой и
нежной... Криста была стройной, прекрасно сложенной, а ее груди... Она слегка
пошевелилась, и огонь пробежал по жилам
Хоука. Он подумал, что надо бы отодвинуться, а еще лучше просто ретироваться, но
вдруг почувствовал, что она
успокоилась, расслабилась, что страх ее ушел. Хоук закрыл глаза, моля Бога
даровать ему выдержку и терпение, и остался на
месте; он подложил себе под голову подушку и всю долгую, навсегда памятную и
целомудренную ночь держал в объятиях
свою норвежскую невесту.
На рассвете он ушел. Хоук знал, что Криста вскоре проснется, и не хотел
смущать ее своим присутствием. Не хотел он и
утратить самообладание, а это могло произойти в любую секунду, задержись он
подольше. Девушка спала так глубоко, пока
он держал ее в объятиях, что Хоук был уверен - она не догадается, что он провел
ночь в ее постели. Он хотел, чтобы она
осталась в неведении, и не только потому, что щадил ее чувства. Хоук хотел
скрыть тот факт, что он провел ночь в постели
прекрасной женщины и не овладел ею.
Выйдя во двор, Хоук первым долгом направился к сторожевым башням, и дозорные
сообщили хозяину, что ночь прошла
спокойно. Лорд усмехнулся, услышав эти слова, но вполне оценил их смысл. По
представлениям тех, кто сражался с
датчанами, даже такая страшная буря была не более чем средней руки
неприятностью. Покинув крепость, Хоук спустился в
город и с облегчением обнаружил, что причиненный бурей ущерб невелик. На улицах
была грязь, повсюду виднелись кучи
песка, нанесенного ветром. Когда Хоук вернулся в замок, мужчины и женщины уже
занимались каждый своим делом. Как он
и думал, Эдвард ждал его. Управляющий выглядел несколько взъерошенным и сонным,
но был явно доволен.
- Если бы не ваша мудрая предусмотрительность, милорд, мы потеряли бы
половину урожая. А так ущерб
незначительный. Пострадал один причал, но его легко восстановить. Ствол дерева
попал в мельничное колесо, но я сразу
направил туда несколько человек, и скоро все будет в порядке.
- Были пострадавшие?
- Только один, милорд. Олвин, помощник кожевника. Мужчина захотел ночью
облегчиться и по непонятной причине
решил, что горшок для него недостаточно хорош. Вышел на улицу, его сбило с ног
ветром и протащило на некоторое
расстояние. Он приземлился прямо у двери пекаря Вильгельма, и тот внес его в
дом. С ним вес в порядке, только шишка на
голове да несколько синяков.
- Полагаю, к завтрашнему утру он получит в подарок полдюжины горшков, чтобы
не вздумал повторять подобный опыт,
- улыбнулся Хоук.
- Без сомнения, милорд. Во всяком случае, мы должны считать себя
счастливчиками.
- Так оно и есть.
В сопровождении Эдварда лорд поехал верхом осматривать поля. Как он и
предполагал, буря там повоевала на славу.
Спешившись, Хоук вручил поводья коня Эдварду и опустился на одно колено. Почва
была очень сырой, как и следовало
ожидать после такого ливня. Потрогав землю, он поднес пальцы к носу и
принюхался. Потом сел в седло и сказал:
- Пройдут сутки, а может, и больше, прежде чем земля настолько просохнет,
чтобы можно было поставить снопы овса в
стога. А тем временем пошлите людей снять верхний слой почвы примерно на пять
дюймов. Велите
...Закладка в соц.сетях
