Жанр: Любовные романы
Пешка? Королева
...ался позади него голос Лили.
Он чувствовал ее присутствие за своей спиной. Если он сейчас обернется и
заключит Лили в объятия, с ее губ не сорвется ни звука протеста... Но Джек
вовремя вспомнил, что упоение и восторг, которые испытывает охотник,
преследуя зверя, подчас несоизмеримо сильнее, нежели добытый трофей.
Он взмахнул рукой в направлении встроенного деревянного буфета.
— Можешь взять столовые приборы и салфетки. Я займусь всем остальным.
Лили сделала все, как он просил, и пока Джек готовил омлет с грибами,
дожидалась его на задней палубе, глядя на сверкающую от солнца спокойную
гладь океана.
Со спины она казалась подростком: длинные стройные ноги, хрупкие плечи, по-
девичьи тонкая округлая шея. Только заглянув Лили в лицо, можно было
догадаться, что времена беззаботной юности остались для нее в далеком
прошлом. Если раньше по ее глазам можно было читать как в раскрытой книге,
то сейчас все обстояло иначе. Джек ничего не мог прочесть в глазах Лили,
кроме настороженности, которая появлялась всякий раз, когда они встречались
взглядами. Это подсказало ему, что следует проявить осторожность, чтобы не
вспугнуть ее.
Джек на ходу пересмотрел свой план: он соблазнит Лили нежностью, разбудит
дремлющий в ней вулкан страсти и будет разжигать его до тех пор, пока она не
сгорит, в его огне и сама не раскроет ему объятий.
— Завтрак готов, — объявил он, держа в руках подносы с
едой. — Твои вкусы не изменились? Ты еще любишь грибы?
Лили повернулась к нему, принимая из его рук один поднос, и улыбнулась.
— Да, спасибо.
Они устроились на задней палубе. Океан был таким спокойным, что яхта почти
не качалась на волнах.
— Какая вкуснотища! — воскликнула Лили, проглотив первый
кусок. — Где ты научился так готовить?
— Взял несколько уроков по кулинарии у матери, когда умер отец, хотя к
большинству рецептов я пришел методом проб и ошибок. Никогда не принадлежал
к тем мужчинам, которые предпочитают есть вне дома.
— Что ж, в этом ты преуспел.
Лили продолжала есть, а Джек не отрываясь смотрел на ее влажные
поблескивающие губы, чувствуя, как его захлестывает желание.
Неожиданно Лили заметила устремленный на нее взгляд и замерла, не поднеся
вилку ко рту.
— Что-то не так? — едва слышным голосом спросила она, избегая
смотреть ему в глаза.
Джек очнулся не сразу, слегка тряхнул головой, чтобы избавиться от
наваждения.
— Все в порядке. Просто смотрел, как ты ешь, и задумался.
После того как с завтраком было покончено, Джек устроил ей небольшую
экскурсию по яхте, на которой оказалось целых две ванных комнаты!
Лили была ошеломлена.
— Тот, кто придумал дизайн, настоящий кудесник.
— Я передам твои слова Финну. Помнишь моего младшего брата? У него своя
фирма в Окленде, которая занимается дизайном интерьера частных морских
судов. Дела у Финна идут неплохо.
— Не удивительно, — заметила Лили, оглядывая стильное оформление
каюты, в которой нашлось место даже кровати. — Похоже, все
предусмотрено для длительного путешествия.
Джек подумал, что для
путешествия
, которое у него на уме, для начала будет
достаточно одной ночи, однако сказал:
— Наверное, я смогу оценить эту предусмотрительность, как только у меня
появится возможность это путешествие совершить. Идем на берег.
Джек спустил лодку на воду, погрузив в нее пляжный зонт, соломенные коврики
и переносной холодильник.
— Еще еда? — со смехом указывая на холодильник, спросила Лили.
— Мы проведем на берегу несколько часов. Должен же я что-то
есть, — усмехнулся Джек, которому неожиданно пришло в голову, что,
несмотря на физическое влечение к Лили, он способен и просто наслаждаться ее
обществом. На миг Джек испытал искушение забыть о намерении соблазнить ее,
пусть их отношения развиваются естественным образом, однако на это могло
уйти время, которого как раз и не было.
Лили ступила на пляж, все еще не веря, что она снова находится здесь с
Джеком. Она помнила, как они были здесь в последний раз, так отчетливо,
словно это произошло только вчера.
Тогда она пожаловалась на свою разбитую от долгой поездки на мотоцикле
поясницу, а Джек засмеялся и шутливо обозвал ее
неженкой
, добавив, что у
него есть средство, которое ей поможет.
Он повел Лили через низко нависающие над океаном скалы, крепко удерживая за
руку и смеясь над ее невольными вскриками, когда какая-нибудь особенно
высокая волна разбивалась рядом с ней.
Обнаружив среди скал озеро размером с небольшой бассейн, Джек быстро скинул
с себя одежду и спрыгнул со скалы. Лили до сих пор помнила, как у нее
перехватило дыхание — в тот день она впервые увидела его полностью
обнаженным.
Он стал уговаривать ее поплавать с ним, и в конце концов она уступила. Она
избавлялась от одежды медленно и неуклюже, и все это время Джек не спускал с
нее глаз. Оставшись в нижнем белье, Лили сразу же смутилась, но вся ее
неловкость прошла, стоило ей увидеть выражение глаз Джека — в тот самый миг
она сразу поверила, что прекрасна. Под этим горящим взглядом она сняла с
себя все и, полностью обнаженная, скользнула в воду. Несколько плавных
взмахов — и Лили уже обнимала Джека за шею, обхватив его ногами и прижавшись
к его мускулистому телу.
В памяти Лили мгновенно вспыхнуло воспоминание: приятная прохлада воды и
обжигающее тепло тела Джека. Они целовались жадно, со всей страстью, которая
наконец прорвалась после всех месяцев их общей борьбы с нею. До этого они
ограничивались вполне невинными поцелуями во время встреч урывками после
школы, когда Джек был свободен от работы на бензозаправке.
Лили пронзило острое желание. Она чуть не застонала.
Джек словно догадался о ее мыслях.
— То озеро, наверное, еще там. Помнишь тот день? — проникновенно
спросил он.
— Редко какая женщина забудет тот день, когда она впервые занялась
любовью, — сказала Лили, изо всех сил стараясь, чтобы ее голос звучал
непринужденно. Ей совсем не хотелось, чтобы Джек понял, какие чувства ее
обуревают. Или почему она приняла его приглашение провести с ним целый день.
— Бывает, и мужчина тоже.
Глава седьмая
Лили невольно повернулась. Выражение его лица потрясло ее.
— Джек? — Она сделала шаг к нему, словно влекомая сильным
магнитом.
— Прошлое есть прошлое, — неожиданно резко сказал Джек. —
Пусть там и остается.
Лили кивнула и застыла, пытаясь совладать с нахлынувшими на нее
воспоминаниями. Они дурачились в том водоеме как дети. Выйдя из воды, они
оказались на песке между скал и в первый раз занялись любовью. Почти на том
же самом песке, где они стояли сейчас.
Лили никогда не подозревала, что была первой девушкой Джека. Он был так
нежен с ней, так осторожен, что она чувствовала себя драгоценностью, его
драгоценностью...
Все изменилось, напомнила она себе. Джек прав: пусть прошлое останется в
прошлом и горечь воспоминаний не омрачает этот чудесный день.
Лили помогла Джеку вытащить из лодки зонт от солнца и разложила коврики на
песке. Солнце жарило нещадно. Она сняла с себя блузку и шорты и побежала к
воде.
— Кто последний, тот слабак, — на бегу весело крикнула она.
— Ах так!
Голос Джека раздался гораздо ближе, чем полагала Лили. До океана оставалось
совсем немного, но за своей спиной Лили уже слышала дыхание Джека. Она
сделала невероятное усилие, чтобы оторваться от него, но Джек в два прыжка
обогнал ее и бухнулся в воду.
Лили последовала за ним и почувствовала, как сильные руки обхватили ее за
лодыжки под водой. Она потеряла равновесие и упала.
— Так не честно, — уже стоя на ногах, пожаловалась она.
— Не честно. Но в наше время честность оценивается невысоко.
На лице Джека было загадочное выражение, но Лили забыла спросить, что он
имеет в виду, заметив на его груди татуировку. Она коснулась синего рисунка.
— Ты оставил ее.
Джек посмотрел на татуировку в виде лилии, рядом с которой билось его
сердце.
— Ага.
Он резко нырнул и, вынырнув несколько поодаль, поплыл вдоль берега, сильно и
равномерно взмахивая могучими руками. Некоторое время Лили просто любовалась
его мощью. Джека и в юности отличала необыкновенная сила, несмотря на его
худощавое телосложение. Повзрослев, он стал массивнее и мускулистее.
Лили легла на спину, покачиваясь на спокойных волнах и наслаждаясь
возможностью ничего не делать. Она давно не была на природе, просто чтобы
отдохнуть и расслабиться. Несколько последних лет были самыми напряженными в
ее жизни. В них вместились и головокружительные высоты, которых ей удалось
достичь в карьере, став ведущей моделью одного из домов мод, и бездонные
глубины, когда ее выздоровление затянулось. Обратный путь наверх можно было
сравнить с карабканьем по отвесной скале в вечернем платье и туфлях. Эта
задача оказалась невыполнимой. Теперь об ее успехе напоминали лишь вечерние
платья, которые в любом случае ей придется продать хотя бы потому, что их
уже некуда надеть.
Это дало мыслям Лили неожиданный толчок. Большую часть женской одежды в
магазинах Уанматы составляла повседневная и пляжная. Туалеты для каких-либо
торжественных мероприятий приходилось шить на заказ или покупать в Окленде.
В их городе строилось все больше бизнес-центров, и скоро многим мужчинам и
женщинам — если уже не сейчас — понадобится элегантная одежда для деловых
ужинов или каких-либо корпоративных мероприятий. Почему бы ей не открыть
свой собственный магазин одежды?
Чем больше Лили об этом думала, тем сильнее загоралась новой идеей.
Энтузиазм переполнял ее. Как только она вернется домой, сразу же обсудит эту
идею с отцом и попросит у него денег, чтобы начать свое собственное,
настоящее дело, а когда у нее все наладится, вернет ему долг до последнего
цента. Как только выходные кончатся, она отправится в город, чтобы подыскать
помещение.
Возбуждение Лили было так велико, что просто лежать на воде она уже не могла
и потому поплыла к берегу, неожиданно поняв, что давно не чувствовала себя
такой счастливой и довольной жизнью.
Когда Лили вышла на берег, Джек приблизился к ней.
— Ну, как прошел заплыв?
— Великолепно. Мои мысли наконец перестали крутиться по замкнутому
кругу и вышли на другой уровень.
— Вот как? Надеюсь, это действительно новый уровень, а не новый
замкнутый круг? — По лицу Джека скользнула улыбка.
Лили непринужденно рассмеялась.
— Я тоже надеюсь. Кажется, у меня в руках снова появились весла.
Слишком уж долго меня несло по течению. Приятно сознавать, что наконец я
управляю событиями, а не они мной.
— Рискну предположить, что понимаю, о чем ты говоришь. Ничего не
доставляет такого удовольствия, когда то, о чем ты думал долгое время,
начинает осуществляться.
Джек взял полотенце и стал вытираться. Он стоял так близко, что Лили отвела
взгляд.
— И какие же мысли преследовали тебя? — спросила Лили, думая, что
он расскажет ей о причинах своего успеха.
Джек лег на коврик, оперся на локоть и взглянул на Лили.
— Самые разные. Сначала — как выжить. В настоящее время они, как
правило, более приятные.
Тонкая морщинка пролегла между ее бровей, но она быстро разгладилась.
— Как выжить... — повторила Лили. — После смерти отца вам,
наверное, нелегко пришлось?
Джек криво улыбнулся, надевая солнцезащитные очки. Она даже не подозревает,
наскольконелегко.
— Главное, мы выжили, когда некому было нас поддержать.
— Но тебе это удалось. Твоя мама должна гордиться тобой.
— Она гордится.
Таня Долан была невероятно горда и счастлива. Так же мог бы гордиться отец,
будь он жив. Если ему и есть за что благодарить Чарлза Фонтейна, так это за
то, что именно из-за его козней он добился всего, хотя и дорого заплатил за
свой успех. Ничего, скоро все встанет на свои места. Джек даже не мог
поверить, что скоро все закончится. Через неделю Чарлз Фонтейн узнает, что
потерял контракт, на который так рассчитывал. После этого
Фонтейн
Компьювер
окажется в яме, выбраться из которой будет ох как сложно, если не
сказать невозможно.
И когда злейшего врага объявят банкротом, он, Джек, будет этому безумно рад.
Лили опустилась на коврик рядом с ним и принялась втирать крем в кожу. Джек
смотрел на ее руки и чувствовал непреодолимое желание самому втирать в нее
крем. Электрический разряд прошел по его телу. Джек перевернулся на живот,
стараясь скрыть силу своего желания и подумывая о том, как бы снова охладить
свою кипящую кровь.
— Хочешь, намажу тебя тоже?
Хочет ли он? Он-то хочет, но вот нужно ли соглашаться?
— Было бы неплохо, — услышал свой голос Джек и мысленно
приготовился к прикосновению рук Лили.
Он закрыл глаза и почувствовал, как Лили подвинулась к нему, а спустя еще
несколько мгновений у него появилось такое ощущение, что на его спине
вспыхнул пожар. Скоро Джек лежал, объятый самый настоящим пламенем.
— У тебя мышцы твердые, как камень, — заметила Лили, проведя
руками по его плечам. — Давай сделаю тебе массаж...
Как камень у него не только плечи, с мысленным стоном подумал Джек, когда
Лили усилила давление на его спину. Впрочем, Джек услышал и слегка учащенное
дыхание Лили. И на том спасибо, мрачно подумал он про себя, мучиться вдвоем
гораздо веселее. Однако, когда придет время, он будет совсем не против ее
прикосновений...
К тому моменту как Лили приступила к его ногам, Джек представлял собой бочку
с порохом, которая вот-вот взорвется. Сцепив зубы, он ждал прекращения этой
пытки, но, когда ее ладони дотронулись до внутренней поверхности его бедер,
не выдержал.
— Лили... — выдавил из себя Джек, и, словно его молитва была
услышана, руки молодой женщины замерли.
— Что-то не так?
— Ты меня убиваешь.
Он слегка повернул голову, замечая, как на щеках Лили вспыхнул румянец и
стал быстро заливать ей шею и грудь. Ее глаза были широко раскрыты и ярко
блестели. Джек снова убедился, что Лили взволнована не меньше его самого,
даже рискнул предположить, что не меньше возбуждена. Как просто было бы
сейчас обнять ее за талию, накрыть своим телом и показать, как сильно он ее
желает...
— Хочешь, чтобы я остановилась?
Грудь Лили быстро вздымалась и опускалась, приковывая его взгляд к
отвердевшим соскам, проступавшим сквозь мокрое бикини.
— Наоборот, — с хриплым смехом сказал Джек, — Но тогда я не
ручаюсь за последствия.
Лили покраснела еще сильнее, но на ее лице промелькнуло хитрое выражение.
— Тогда не будем создавать ситуацию, в которой ты можешь лишиться
контроля над собой, — объявила она, проведя еще немного ладонью по его
ноге, а затем легонько его шлепнула.
В ту же секунду Джек перехватил ее руку и притянул к себе, давая
почувствовать ей, как сильно он возбужден.
— Хочешь поиграть, Лили? Как в старые добрые времена?
Она прикусила нижнюю губу, зрачки ее расширились. Читая в ее глазах желание,
что сжигало его самого, Джек забыл о своем плане: шаг за шагом соблазнять
Лили и при этом контролировать ситуацию. Сейчас ни о каком контроле речь уже
не шла. Он должен овладеть ею. Немедленно.
С губ Лили сорвался неясный возглас, но в следующую секунду ей удалось
вырвать свою руку.
— Не думаю, что это хорошая идея. — Она отодвинулась от него,
подтянула колени к подбородку и перевела взгляд на океан. — Тогда мы
были молоды. Сейчас все иначе. Да и мы изменились.
Голос Лили звучал еле слышно, так что Джек едва различал ее слова.
— Да, мы были молоды. Особенно если вспомнить, чем все закончилось в
последний раз.
Лили резко повернула голову, и Джек успел заметить в ее глазах мелькнувшее
разочарование. Может, она рассчитывала, что он проявит настойчивость?
Напрасно. Это не в его стиле.
— Но нас по-прежнему тянет друг к другу. Ты не можешь этого отрицать.
Так что будем с этим делать?
— Я не знаю, Джек. Правда не знаю. У меня сейчас и без того хватает
сложностей. Я должна найти твердую почву под ногами, чтобы начать
закладывать новый фундамент. — Лили прямо посмотрела на Джека, но в
глазах ее стояли, слезы. — И самая большая сложность в моей жизни — это
ты. То, что у нас было... то, что мы потеряли. Почему все пошло наперекосяк?
Тогда я была слишком молода и не знала, что делать. И сейчас не знаю. Только
я уверена: то, что у нас было в прошлом, повториться не должно. Я не выдержу
второй раз...
Не выдержит?
Да Лили просто не догадывается, что это значит, когда ты узнаешь, что
девушка, которую ты любил больше жизни, была беременна и как она поступила с
тобой и ребенком! Даже то, как Чарлз Фонтейн обошелся с его семьей, никогда
не сравнится с ее предательством, которое горше любого яда.
Джек молча ждал, откроет ли Лили наконец правду, почему она уехала в ту
ночь, ничего ему не сказав, но так и не дождался.
— Когда ты говорил, что прошлое должно остаться в прошлом, ты правда
имел это в виду? — вдруг спросила Лили.
— Если по-другому нельзя.
— Тогда ладно. Один день. Это все, на что я согласна.
Джек протянул руку.
— Отлично. Один день.
Лили нерешительно вложила свою ладонь в его. Неотрывно глядя ей в глаза,
Джек сжал ее пальцы и поднес к губам.
Когда он наконец отпустил ее руку, Лили позволила себе облегченно выдохнуть.
Сердце молодой женщины отбивало чечетку, а тело горело под напором едва
сдерживаемой страсти, но Лили понимала: если уступить ей, она опустошит ее
не только физически, но и эмоционально. Лили не лукавила, когда говорила,
что боится и может этого не пережить.
Однако остаток дня, к радости Лили, прошел почти в дружеской атмосфере. Джек
постарался, чтобы возникшее между ними напряжение исчезло, уступив место
непринужденности. Лили получала настоящее удовольствие от его общества, но
ее тело по-прежнему продолжало жить собственной жизнью.
Лили обнаружила, что проводит параллели, ища сходства и различия между
Джеком десятилетней давности и Джеком теперешним. Тот внутренний стержень,
который был в нем всегда, превратился в прочную сталь. Повзрослевший Джек
отличался твердостью и несгибаемым характером, который, как предположила
Лили, только закалился после смерти отца и легшего на его плечи груза
ответственности.
Лили помнила отца Джека. Брэдли Долан был деликатным, мягким человеком. Ее
отец часто отзывался о нем как о блестящем специалисте. Он упоминал о нем
все реже и реже, когда Лили стала встречаться с Джеком, и не упускал случая
напомнить о лежавшей между ними пропасти.
Это была тщетная попытка — контролировать влюбленную дочь-подростка. Чем
сильнее он стремился разъединить их, тем упрямее она цеплялась за Джека.
Лили иногда задавалась вопросом: что было бы, если бы Чарлз Фонтейн смотрел
сквозь пальцы на подростковое увлечение своей дочери? Может, оно бы сошло на
нет само собой, потеряв всю сладость запретного плода?
Лили знала, что ей нельзя поддаваться своей слабости, но помнила и о том,
что никогда не могла отказать Джеку. И прошедшие годы, похоже, ничего не
изменили.
Был уже поздний вечер, когда они вернулись на яхту.
— Я запланировал гребешки на ужин. Ты не против?
— Против? Да это моя любимая еда!
— Я помню, — сказал Джек и улыбнулся. От его улыбки ее словно
пронзила огненная стрела.
Джек помнит!
Лили мыслями вернулась к тем дням, когда они в подводных масках с
дыхательными трубками ныряли за гребешками на отмели пляжей Уанматы
поблизости от дома. После импровизированного барбекю они падали на покрывало
и занимались любовью на опустевшем вечернем пляже...
— Значит, решено? Здесь неглубоко, так что аквалангов нам не
понадобится. Достаточно будет дыхательной трубки. Совсем как в старые
времена.
— Не знаю, хватит ли у меня сил, но я хочу попробовать.
— Умница. — Джек завел двигатель и поднял якорь. — Хочешь
поуправлять? Увидишь, тебе понравится.
— Ты уверен, что я смогу?
— Конечно. Я буду стоять у тебя за спиной для подстраховки. Ты ведь
умеешь водить машину. Это почти то же самое.
Лили взялась за штурвал, чувствуя, как ей становится жарко от горячего
тепла, исходящего от тела Джека.
— Плавно поверни штурвал и почувствуй яхту, — прошептал он ей на
ухо. — Она послушно сделает все, что ты захочешь. Обращайся с ней
нежно.
Лили задрожала, но не от холода, а от теплого, ласкающего ее кожу дыхания
Джека. Через некоторое время она расслабилась и прислонилась к его груди,
следуя советам. И почувствовала себя одинокой, когда они добрались до места
и Джек отстранился от нее. Лили больше ничего не хотелось, кроме как
повернуться к нему, прижаться, оказаться в кольце его рук. Сказать, что уже
изнемогает от страсти. Слова жгли ей язык. Лили повернулась, но Джека за ее
спиной уже не было.
— Мы идем или ты так и будешь стоять? — спросил Джек, держа
снаряжение в руках.
В его голосе послышалась насмешка, и это отрезвило Лили. О чем она только
думает? Ей ведь сейчас не о мужчинах думать надо, а о том, как воплотить
только что возникший у нее план и снова стать хозяйкой своей судьбы.
К тому времени как они вывалили свой улов на палубу, Лили была обессилена.
Джеку было достаточно одного взгляда, чтобы это понять. Он велел ей немного
отдохнуть и сам занялся готовкой.
Лили вытащила из сумки светло-голубую хлопковую кофточку — под цвет глаз — и
белые джинсы. Приняв душ на нижней палубе и натершись увлажняющим кремом,
Лили задумалась. Несмотря на все старания уберечься от солнца, ее плечи
порозовели, поэтому любое, даже самое тонкое белье будет доставлять
неприятные ощущения. В конце концов она решила, что формы у нее скромные и
ничего не произойдет, если она не станет надевать бюстгальтер.
Волосы она сушить не стала, хотя знала, что после естественной сушки они
спутаются, однако впервые Лили это не пугало: прекрасная прическа была здесь
попросту неуместна.
Она поднялась наверх и обнаружила, что Джек тоже принял душ: его влажные
волосы блестели, а от него самого исходил волнующий запах одеколона. Он
переоделся в белую рубашку-поло, подчеркивающую его загар, и выцветшие брюки
из грубой хлопчатобумажной ткани, ловко сидевшие на бедрах.
Он стоял над небольшим газовым грилем-барбекю, от которого исходило шипение
и горячее тепло. Когда она приблизилась, Джек добавил на горячую сковороду
оливковое масло и выложил очищенные гребешки.
— Не перестаю тобой восхищаться, — сказала Лили, завороженно глядя
на игру его мышц, когда Джек подбросил гребешки в воздух.
— С чего бы это?
— Глядя на тебя, задаешься вопросом: а есть ли в этом мире что-нибудь
такое, с чем бы ты не справился? — Она обвела вокруг себя рукой. —
Яхта, замечательный дом, успешный бизнес. К тому же ты еще и готовить
умеешь! — с легким смехом закончила она.
— Насчет последнего можно будет утверждать только тогда, когда ты
попробуешь мою стряпню, — с улыбкой заметил Джек.
Он разложил гребешки в горшочки, добавил зелени и полил их маслом с мелко
нарезанным укропом. От этого аромата у Лили потекли слюнки. Посыпав все
черным перцем, Джек указал Лили на обтянутые кожей сиденья на корме и
передал ей горшочки, а сам раздвинул деревянный раскладной стол и поставил
на него ведерко с шампанским и двумя бокалами. Разлив шампанское, он поднял
один бокал.
— За великолепный день, — провозгласил он свой тост.
— За чудесный день, — улыбнулась Лили и сделала небольшой глоток
шампанского, по вкусу напоминающего нежный нектар.
Джек касался коленом ее бедра, доставляя Лили этим прикосновением
одновременно и пытку, и наслаждение. Сделав еще глоток, она взяла вилку в
надежде сосредоточиться на чем-нибудь еще, кроме Джека. Вкус гребешков
оказался божественным — тихий стон удовольствия сорвался с ее губ.
— Как вкусно! Я и забыла, какими восхитительными могут быть свежие
гребешки. — Лили подняла со стола салфетку и промокнула губы. Ее рука
неожиданно замерла, когда девушка натолкнулась на горящий взгляд Джека.
Ее тело сразу ожило, а между бедер разлилось тепло, которое быстро
распространилось по всему телу. Лили охватило безумное, неконтролируемое
желание, и она боялась, что, если Д
...Закладка в соц.сетях
