Жанр: Любовные романы
Влюбленный повеса
...ока он не сел! Всем известно, что он способен играть
ночи напролет. А потом поищем Дэнни.
Уоррен объяснил, что она ушла спать. Так рано? Она ссылалась на мигрень, и
Джереми счел ее слова притворством, забыв об ударе по голове. Наверное, лжет
она так же искусно, как и ворует.
Джереми решил проведать ее и торопливо поднялся наверх. Остальные
обитательницы комнаты еще развлекались. Он постучат. Она открыла дверь —
одетая, словно и не думала ложиться.
— Почему ты мне не сказала, что у тебя болит голова? — упрекнул
он.
— Потому что она не болела. Но разболелась, когда я думала, с какой
карты ходить.
Он подозрительно нахмурился:
— Ты не стала бы обманывать меня?
— Очень может быть. Воры ловко врут, да будет тебе известно.
Он помрачнел, а Дэнни усмехнулась:
— Шучу, приятель. Какой ты сегодня обидчивый!
Он вздохнул и прислонился к дверному косяку.
— Мне говорили, у Крэндлов прекрасный парк. Я надеялся попозже показать
его тебе.
Она вскинула бровь.
— Не лучше ли осмотреть его днем? Разве в темноте я увижу то, что ты
собирался мне показать?
— Для этого свет тебе не нужен. — И он притянул ее к себе,
впиваясь губами в ее губы. Ему хотелось поглотить ее целиком. Поцелуй был
чувственным и страстным. Господи, как ему нравился ее вкус! Дэнни
целовалась, крепко прильнув к нему всем телом.
Джереми пришлось резко отстраниться, иначе он обезумел бы и понес ее в
постель, а сюда, в комнату, скоро могли вернуться другие обитательницы. Он
отступил, с удивлением чувствуя, что дрожит.
— Прости, — пробормотал он. — Мне не следовало этого делать.
— Да, пожалуй, — задыхаясь, кивнула она.
Он мысленно застонал, торопливо запихал руки в карманы, чтобы не схватить ее
в объятия и не объяснить, как ему не терпится заняться с ней любовью прямо
сейчас.
— Хеддингс наконец-то явился, — сменил он тему.
— Удачно все складывается, верно?
— Ты о чем?
— Если он не знает, что я здесь, то и не станет высматривать меня
утром. Пересчитает гостей и ускользнет обшаривать чью-нибудь комнату.
Конечно, если посмеет.
— Думаешь, он отважится?
— Думаю, он слишком умен, чтобы воровать самому.
— Вряд ли. Перед искушением он не устоит.
— А если его поймают?
— Некоторых людей возбуждает опасность. Но по-моему, правы мы оба.
Своей шкурой он рискует нечасто. Но у нас есть соблазнительная приманка —
драгоценности Эми. Она много путешествует, она вышла за капитана. Если
Хеддингс заметит ее драгоценности, то не станет поджидать другого случая.
— Откуда ему знать, что в Англии она бывает редко?
— Она сама скажет ему об этом. Эми еще хитроумнее, чем Реджи. Она
вскользь упомянет, что они с Уорреном только что вернулись домой и через
несколько дней снова уплывают. Даже намекнет, что могли и не возвращаться:
Уоррен нашел новый торговый путь в обход Англии. А завтра она оставит
драгоценности в комнате. Так что сейчас или никогда.
Дэнни пожала плечами, признавая его правоту.
— Ну, если он настолько глуп, есть шанс, что меня он вообще не заметит.
Утром я задержусь в комнате и прослежу за ним. Он бросится сюда, как только
решит, что все гости уже спустились вниз. Джереми покачал головой:
— Тебе не придется ловить его в одиночку, дорогая. Я последую за ним
через несколько минут...
— Хочешь упустить его? Застать в холле или в собственной комнате? Так
мы ничего не докажем. Надо точно рассчитать время.
— Драгоценности Эми будут служить доказательством.
— Если Хеддингс не спрячет их где-нибудь в доме. Он может даже
выбросить их в окно в конце коридора, где поджидают его сообщники. Эми
хватится своих вещей, в доме поднимется суматоха, начнутся поиски. Значит,
держать их при себе Хеддингс ни за что не будет.
— Черт возьми, откуда ты все это знаешь? Опять мыслишь как воровка?
Она усмехнулась:
— Я тоже не прочь поучаствовать в облаве. Я буду здесь и направлю тебя
по верному пути.
— И пропустишь все развлечения?
— Приятель, мне они не нужны. Если до полудня Хеддингс не явится сюда,
я спущусь к ленчу. Из-за какого-то ворюги я не собираюсь умирать с голоду.
Глава 45
На следующее утро Дэнни пожалела о своем решении остаться наверху: вскоре
после пробуждения она проголодалась. Поскольку спать она легла раньше, то и
проснулась раньше остальных юных леди, с которыми делила комнату, и прочих
гостей. Не выдержав, Дэнни решила потихоньку спуститься вниз, раздобыть какой-
нибудь еды и вернуться в спальню.
Когда девушки проснулись и стали одеваться к завтраку, Дэнни под тем же
предлогом головной боли объяснила, что компанию им не составит. Горничных
они с собой не привезли, поэтому помогали друг другу одеваться. И не
скрывали зависти к Дэнни: до всех дошли слухи, что за ней ухаживает сам
Джереми Мэлори, и эти слухи подтвердились, поскольку она приехала в гости с
ним и его родными.
Дэнни пришлось выслушивать дифирамбы в адрес Джереми: оказалось, что его
считают самым завидным холостяком во всей Англии. Она с трудом сдержала
смех. Да, он холостяк. Завидный и совершенно неисправимый.
Оставшись одна, она удобно устроилась поближе к двери, чтобы слышать шаги в
коридоре, пока остальные гости внизу. Конечно, ложиться на пол и следить в
щель под дверью за проходящими ногами, как делала в доме Хеддингса, она не
собиралась: кто-нибудь из юных леди мог вернуться. Дэнни приоткрыла дверь,
оставив узкую щелку, и села возле нее. В щелку ей была прекрасно видна дверь
комнаты Эми, находящейся напротив.
Долго ждать не пришлось. К двери подошел хорошо одетый джентльмен средних
лет. Рослый, благородный с виду, с седоватыми висками. Он остановился возле
двери Эми, огляделся по сторонам и взялся за ручку. Дверь открылась,
незнакомец проскользнул в комнату.
Дэнни изумленно застыла. Она надеялась, что Хеддингс окажется умнее, но
Джереми был прав... или это не сам лорд Хеддингс? Но кто еще это может быть?
Вчера за ужином она видела всех гостей и этого джентльмена среди них не
приметила. Для слуги он был слишком изысканно одет. А осторожность явно
свидетельствовала, что в комнату он проник не с добрыми намерениями.
Дэнни ждала, что вот-вот в коридоре зазвучат шаги Джереми, но за дверью было
тихо. Хеддингс скоро покинет комнату. А если это случится до появления
Джереми? Может, он ничего и не заметил? Хеддингс опять ускользнет, если
Джереми не подоспеет вовремя. Конечно, можно обвинить Хеддингса публично,
заявить, что она видела, как он вошел в комнату Эми. Но к тому времени он
наверняка сумеет избавиться от драгоценностей.
Дверь опять приоткрылась — совершенно бесшумно. Хеддингс вышел не сразу:
сначала он выглянул в коридор и осмотрелся. Никого не заметив, он поспешно
выскользнул из комнаты и притворил за собой дверь. И торопливо зашагал прочь
по коридору.
Чтобы решить, как быть, у Дэнни осталось всего несколько секунд. Может быть,
задержать его до прихода Джереми?
Она шагнула в коридор и окликнула джентльмена:
— Постойте, лорд Хеддингс!
Он обернулся. Дэнни видела, что коридор совершенно пуст, спрятать
драгоценности негде — поблизости нет ни столика, ни вазы. А до окна еще
слишком далеко. Значит, драгоценности у него.
Но вдруг Дэнни заметила, что Хеддингс смотрит на нее остекленевшими,
выпученными глазами. Решил притвориться ни в чем не повинной жертвой ошибки?
Дэнни мысленно фыркнула. Лучше бы сначала выслушал обвинения. И она напрямик
заявила:
— Не трудитесь понапрасну, милорд. Мне известно, что вы сделали.
— Значит, он с тобой так и не покончил? — выговорил опомнившийся
Хеддингс презрительным тоном. — Каким растяпой был пятнадцать лет
назад, таким и остался. А ты все равно ничего не докажешь.
Дэнни пошатнулась. У нее перехватило дыхание. Он говорил не о воровстве, а о
человеке, который дважды пытался убить ее.
И вдруг Хеддингс метнулся к ней, схватил за шею и сдавил, прохрипев:
— Я сам добью тебя!
Она вцепилась в его пальцы, пытаясь оторвать их от шеи, но слишком быстро
теряла силы и сознание. Глаза заволакивал серый туман. Последним, что она
увидела, была ненависть в его глазах...
Джереми появился из-за угла. Он мысленно вздохнул, увидев, что Дэнни стоит в
коридоре перед Хеддингсом, спиной к нему, Джереми. Он же просил ее не
вмешиваться! Когда она научится хоть изредка прислушиваться к его словам?
Он уже приближался, когда Дэнни вдруг осела на пол к ногам Хеддингса.
— Что с ней?!
— Обморок, — объяснил Хеддингс. — Сегодня она еще не
завтракала и вчера почти не ела. Я принесу нюхательные соли.
Джереми опустился на колени, чтобы взять ее на руки, и тут заметил красную
полосу на шее, повыше воротника платья. В смятении он забыл, как надо
дышать, у него вырвался сдавленный крик. Прижимая к себе обмякшее тело
Дэнни, он раскачивался из стороны в сторону, боль рвала его на куски. Такого
горя он не испытывал с тех пор, как потерял мать.
— Джереми... — нерешительно начал Уоррен, коснувшись рукой его плеча.
Джереми поднял голову. Сквозь пелену слез он почти ничего не видел.
— Он задушил ее, — сдавленно выговорил он. Уоррен наклонился,
попытался взять Дэнни на руки, но Джереми ее не отдал. Уоррен нерешительно
произнес:
— Джереми, она жива. Она еще теплая. Джереми замер, перевел взгляд на
грудь Дэнни, но та была неподвижна. Приложил ухо к губам и услышал еле
уловимый вздох.
— Господи! — вскричал он и прижал Дэнни к себе. Уоррен поборол
нерешительность и заявил:
— Джереми, ты сам ее задушишь! Ей же нечем дышать. Отпусти сейчас же.
Место горя в душе Джереми заняло новое, всепоглощающее чувство.
— Присмотри за ней, — попросил он Уоррена. — А я разыщу его.
— Не спеши, у тебя уже есть достаточно улик против него. Пусть
полиция...
Продолжать Уоррен не стал — Джереми все равно его не слушал. Он метнулся по
коридору к единственной открытой двери. Хеддингс как раз пытался выбраться в
окно. Джереми схватил его за воротник, рывком втащил в комнату и вместе с
ним покатился по полу. В яростной схватке Хеддингсу удалось выхватить из
кармана пистолет, прихваченный в комнате, — именно поэтому он не сбежал
сразу.
Джереми не сразу заметил оружие. Комнату огласил выстрел, мимо головы
Джереми просвистела пуля. Он ринулся на противника, вышиб оружие у него из
рук и принялся молотить его обоими кулаками. В этот момент ему хотелось
только одного: стереть Хеддингса в порошок, избить, вышибить из него дух, не
важно, что будет потом. Хеддингс должен поплатиться за то, что чуть не убил
Дэнни, — только эта мысль билась в голове Джереми.
Его с трудом оттащили. Такой подвиг оказался по плечу только Уоррену, по
силе не уступавшему Джереми. На выстрел сбежался чуть ли не весь дом.
Хеддингс остался жив, несмотря на опухшее, залитое кровью, изменившееся до
неузнаваемости лицо и многочисленные переломы.
Предоставив Уоррену объяснять гостям, что здесь произошло, Джереми бросился
к Дэнни. Уоррен успел отнести ее в свою комнату и оставить на попечение Эми.
Дэнни уже пришла в себя и сидела на постели, осторожно ощупывая шею. От
облегчения Джереми напустился на нее:
— Зачем ты его остановила?
— Он решил, что я обвиняю его в другом преступлении.
— О чем ты говоришь?
Ответить Дэнни не успела: Эми взмахом руки велела Джереми отойти.
— Расспросишь ее потом. Ты что, оглох, Джереми? Не слышишь, что она
едва говорит?
Он уставился на Дэнни. Красная полоса у нее на шее поблекла, обещая через
несколько часов превратиться в сплошной синяк. Мгновенно разозлившись на
себя, он встал на колени перед кроватью и прижал к губам руку Дэнни.
— Прости. Эми права: побереги горло. Постарайся пока не говорить.
— Если захочу, то буду, приятель.
Выслушав этот упрямый ответ, Джереми развел руками. Эми предложила:
— Оставим ее, ей надо отдохнуть.
Джереми не желал отходить от Дэнни ни на секунду, а еще больше ему хотелось
увезти ее домой и окружить заботами. Но в ответ на слова кузины он молча
кивнул. Предстояло еще объяснение с судьей. Лорд Хеддингс должен был
поплатиться не только за воровство.
Но в голове у Дэнни теснилось слишком много вопросов.
— Постойте! А что стало с Хеддингсом?
Джереми надеялся, что его ответ получится исчерпывающим:
— Пока он без сознания, так что никуда не сбежит. Кажется, он сломал по
крайней мере одну руку, отбиваясь от меня.
— Ты избил его?
— Вроде того. Уже послали за судьей. Наверное, он захочет допросить и
тебя, но я позабочусь, чтобы расспросы продолжались недолго.
— Он хотел убить меня, — прошептала Дэнни. — И не потому, что
я поймала его на воровстве. Он знает, кто я такая. И знал того человека с
дубинкой. Кажется, его подослал Хеддингс.
— Ты его узнала?
— Нет, этого человека я никогда раньше не видела. Но он узнал меня с
первого взгляда. Он сможет объяснить, кто я такая.
— Если захочет. Вряд ли мы сейчас вытянем из него хотя бы слово,
дорогая.
Джереми решил исполнить просьбу Дэнни и допросить Хеддингса, пока того не
увезли. Местный судья поблагодарил Джереми за содействие и признался, что
уже некоторое время охотился за лордом Хеддингсом, но тому всегда удавалось
выходить сухим из воды. Как и думала Дэнни, у него имелись сообщники.
Хеддингс высматривал на званых вечерах драгоценности, узнавал, где живут их
владельцы, а потом подсылал к ним воров. Редко случалось, чтобы он крал
драгоценности сам.
Под подозрение Хеддингс попал, когда в нем взыграла алчность. Почти все
краденое он просто продавал, а вещи, принадлежащие богатым аристократам,
несколько месяцев держал у себя. Затем он встречался с владельцами
украденного, говорил, что слышал про их потерю, и объяснял, что случайно
видел похожие драгоценности в каком-нибудь ломбарде и купил на всякий
случай. За эту услугу вместо денег он требовал одолжений, но теперь они не
принесли ему никакой пользы.
Ожерелье Эми вывалилось из кармана Хеддингса прежде, чем он пришел в себя,
притом в присутствии такого количества свидетелей, что оправдаться лорду
было нечем. Очнувшись и обнаружив, что он закован в наручники, Хеддингс
рассвирепел. Вероятно, ярость заглушила почти всю боль. И накрепко закрыла
ему рот.
— Вы пытались убить ее. Зачем?
— Значит, она жива? Жаль.
Джереми с трудом сдержался, чтобы не сбить собеседника с ног ударом в
челюсть. Хеддингс только посмеивался, понимая, что трое констеблей не дадут
Джереми вышибить из него дух.
— Почему вы ненавидите ее? — спросил Джереми.
— Ненавижу? Я с ней даже не знаком.
— Значит, вы ни с того ни с сего пытались убить красивую девушку?
Хеддингс фыркнул:
— Все дело в том, кто она такая, Мэлори.
— Так кто же она?
Хеддингс притворился удивленным.
— А она вам не сказала?
— Она этого не знает.
По комнате раскатился злорадный хохот Хеддингса.
— Вот так штука! Стало быть, я отмщен.
— Кто она?
— Думаете, я вам отвечу? — ехидно отозвался Хеддингс. — Да ни
за что! Эту тайну я унесу с собой в могилу.
— Вы лжете!
— Продолжать разговор я не намерен. — И Хеддингс обратился к
констеблям: — Уведите меня отсюда или уведите его, мне все равно.
Джереми попытался задать Хеддингсу еще несколько вопросов, но понял, что это
напрасный труд. Он убедился, что Хеддингс назло ему будет хранить молчание.
Пришлось вернуться к Дэнни с плохими вестями. До конца дня ей было велено
оставаться в постели. Среди гостей оказался врач. Он наложил на шею Дэнни
холодный компресс и дал ей смягчающий бальзам. Горничная меняла компрессы,
как только они нагревались. Джереми выслал служанку из комнаты.
— Ну, что он сказал? — с надеждой спросила Дэнни. Джереми присел
на кровать рядом с ней и приложил ладонь к ее щеке.
— Какая разница, кто ты, детка? До сих пор это неведение тебе не
мешало.
Она откинулась на подушку.
— Ты прав, это не важно.
— Я так не говорил...
— Нет, ты действительно прав. Вряд ли у меня есть семья, вряд ли меня
где-нибудь ждут. Если бы ждали, то искали бы меня, верно? Или мисс Джейн
пообещала бы отвести меня домой. Но она об этом и не заикалась, значит, идти
нам было некуда. Он ничего тебе не сказал?
— Нет.
— А ведь он все знает! Это сразу видно — по его глазам, по лицу. Увидев
меня в коридоре, он застыл как вкопанный.
— Да, он что-то знает, но решил назло нам сохранить эту тайну. Ведь он
попался по нашей вине. И теперь ему грозит тюрьма.
— А если ты пообещаешь отказаться от обвинений? Джереми грустно
улыбнулся:
— Слишком поздно. В доме полно гостей, всем известно, что Хеддингс
пытался придушить тебя, нескольких он грабил раньше, у него нашли ожерелье
Эми. И потом, Хеддингс уже много лет был под подозрением. Недоставало только
доказательств. Но мы их нашли.
Джереми намеревался снова расспросить Хеддингса, но молчал, не желая вселять
в Дэнни напрасную надежду. Прежде следовало подождать несколько недель,
чтобы Хеддингс осознал все ужасы тюремного заключения, а потом предложить
ему сделку. Она вздохнула:
— По крайней мере сюда мы приехали не зря.
— Ты чуть не погибла.
От укоризненного тона она поморщилась.
— Я только хотела задержать его. Ты слишком долго медлил, —
ответила она упреком на упрек. — Он мог спрятать драгоценности, и что
бы ты тогда стал делать?
— То же, что и теперь. Зато ты осталась бы невредима.
Она нахмурилась:
— Откуда мне было знать, что он узнает меня и попытается убить, забыв о
краденом? Я и не подозревала, что это он подослал ко мне убийцу.
— Верно, и мне бы это в голову не пришло. Ну, отдыхай. Завтра утром мы
поедем домой.
— Лучше прямо сейчас. Со мной все в порядке — видишь, даже голос стал
прежним. Несколько синяков — слишком низкая плата за мою глупость. Я бы
предпочла заняться уборкой, а не валяться без дела и не думать о том, что
сегодня узнала.
Джереми пришлось уступить.
Еще четыре дня Дэнни ждала, когда синяки на шее поблекнут, а горло
перестанет саднить. Никакие мелкие неприятности не заставят ее отказаться от
своих планов. А еще она ждала, чтобы Джереми покинул дом больше чем на два
часа, и в этом ей помог Перси. Он пригласил Джереми на какие-то бега на
расстоянии часа езды от Лондона. Дэнни сомневалась, что Джереми попытается
ее остановить, но рисковать не стала, поэтому терпеливо дождалась, когда он
уедет.
Как только Джереми покинул дом утром в день бегов, Дэнни отправилась к себе
собирать вещи. Сборы были недолгим. Бальное платье она решила не брать с
собой, но потом вспомнила, что портниха миссис Робертсон живет неподалеку, и
прикинула, что сможет обменять у нее платье на несколько медяков, а то и
фунтов. Пока она не найдет новую работу, ей пригодится каждый грош.
Дэнни считала, что поиски не затянутся надолго. Теперь у нее уже есть опыт,
речь стала чистой и правильной, и даже в минуты волнения она уже не
сбивалась на уличный говор. Может быть, ее возьмут даже в какой-нибудь из
домов в том же районе, лишь бы не слишком близко к дому Джереми. Но ее
устроят и кварталы, где живут представители среднего класса. Там будет легче
искать мужа — пусть не джентльмена, зато не слишком гордого, чтобы жениться
на служанке.
Хорошо бы оставить Джереми записку. Уходить без объяснений ей не хотелось.
Вот и еще одна новая цель: как только у нее появятся деньги, она сразу
начнет учиться читать и писать. А пока Дэнни позвала к себе в комнату Клэр и
попросила написать записку под ее диктовку.
— Мне пора искать себе новую работу, — объяснила она
подруге. — Если мне разрешат, я поживу несколько дней там, где жила
раньше, а потом отправлюсь на поиски. Или сниму комнату.
— Но зачем тебе уходить? — расстроилась Клэр. — Мы же только
что подружились...
— Наша дружба не закончится. Мы будем встречаться, я стану иногда
навещать тебя. — Дэнни не собиралась делать этого, чтобы лишний раз не
видеться с Джереми. — А еще лучше, если ты будешь приходить ко мне. Как
только я устроюсь на новом месте, я дам тебе знать.
Клэр вздохнула и подозрительно спросила:
— А ты не беременна?
Дэнни покачала головой:
— Нет, мне повезло. Но еще неизвестно, что было бы дальше, если бы я
осталась. Мэлори вряд ли попытался бы отнять у меня ребенка, но уходить
вместе с ним мне было бы еще тяжелее.
— Так оставайся!
— Клэр, я не могу: я влюблена в него, а он хочет, чтобы ради него я отказалась от своих целей.
— Значит, он ничего не знает?
— Конечно, нет. Иначе он попробовал бы отговорить меня. Ему это
прекрасно удается. Так что не говори ему, куда я ушла. Просто напиши от
моего имени записку.
— Конечно.
— Объясни за меня, что я благодарна ему за все. Теперь я твердо знаю,
что добьюсь своего.
Клэр вскинула бровь.
— Думаешь, ему будет приятно читать это? Или он не знает, к чему ты
стремишься?
— Ты права, пиши дальше. Объясни, что я буду скучать по нему, но у
каждого своя дорога. И еще... — Она помедлила, стараясь проглотить вставший
в горле ком. — Я не жалею, что стала ему другом.
— Что?
— Он поймет. Ну, мне пора. Присмотришь за моими питомцами?
— Ты не возьмешь их с собой?
— Только Хвостика. А двое других — его подарок. — Дэнни обняла
Клэр. — Я буду скучать по тебе. Обо всех вас.
— Ох, сейчас расплачусь... Уходишь — так уходи скорее. Удачи тебе!
Дэнни в последний раз сбегала наверх. Несмотря на предостережение Джереми,
она забрала свою старую шляпу. Не для того, чтобы носить ее, — с юбкой
шляпа смотрелась нелепо. Просто в этом доме не должно было остаться ни
единой частицы Дэнни.
Она остановилась и обвела комнату взглядом. Коснулась его постели, подушки.
И расплакалась.
Ей не хотелось уходить. Впервые она отчетливо поняла, что влюблена в Джереми
Мэлори. Как такое могло случиться? Она думала, что расстанется с ним
вовремя. Но опоздала. С Джереми она мечтала прожить всю жизнь. Он мог
исполнить все ее мечты — если бы захотел. А если... Господи, если он
захочет? А она уйдет и ничего не узнает?
Значит, остается прибегнуть к последнему средству: задать ему прямой вопрос,
поставить на карту все, и пусть только попробует переубедить ее! Она не
согласится. Ее решимость уже окрепла. Но если он будет убеждать и
уговаривать, ей станет гораздо тяжелее...
Дэнни застыла в нерешительности. Здесь ее удерживала только крохотная
надежда, что Джереми любит ее, что он махнет рукой на условности и женится
на ней.
Наконец решившись, Дэнни спустилась вниз и попросила Клэр пока спрятать
записку, объяснив почему.
— Какая ты смелая! Я бы ни за что не отважилась, — вздохнула
Клэр. — Удачи тебе, Дэнни.
Джереми вернулся домой к обеду. Вместе с Перси. С хохотом они вошли в холл.
Дэнни наблюдала за ними, стоя в дверях гостиной. Мешок она припрятала за
дверью.
Должно быть, выражение ее лица что-то сказало Джереми — он вдруг посерьезнел
и попросил Перси:
— Сходи на кухню, скажи, что мы проголодались как волки. Я не
задержусь. — Он подошел к Дэнни и коснулся ее щеки. — Что
случилось, дорогая?
Она отступила на шаг, приглашая его войти в гостиную. Прикосновение Джереми
сбило ее с мысли. Он вошел следом и снова потянулся к ней, но она остановила
его.
— Я ухожу, Джереми.
— А я только что вернулся. Куда ты идешь?
Может, он пьян? Что непонятного в ее словах? Нет, вряд ли. Джереми Мэлори
никогда не пьянеет.
— Я не вернусь. Ухожу навсегда.
— Черта с два!
— Я и без того задержалась. Но не пойми меня превратно: я ничуть не
жалею о времени, которое провела с тобой. Я... буду скучать по тебе. —
Она сделала паузу, пережидая спазм в горле. — Но у меня своя жизнь.
— Не делай этого, Дэнни.
— Тогда убеди меня остаться! Я не хочу делить только крохи твоей жизни.
Я мечтаю о настоящей семье и законных детях.
...Закладка в соц.сетях
