Жанр: Любовные романы
Узы любви
...ожешь перенять эту привычку.
Только держись подальше от него, чтобы
вам не пришлось разговаривать, и все обойдется.
- Но... если... он подойдет сам... тогда... - пролепетала Джоан.
- Не бойся. В последнюю нашу встречу я была вне себя от бешенства, и он это
знает. После того, что было... да я и
видеть его не желаю!
- А что было? Ты так и не сказала, почему последнее время просто убиваешь его
взглядом!
При воспоминании о той роковой ночи Милисент от стыда даже голову опустила.
Но если Джоан суждено занять ее место
на ближайшие дни, необходимо признаться во всем.
Переодеваясь в старую одежду, Милисент слово в слово передавала сестре каждый
разговор с Вулфриком на случай, если
тот все же захочет побеседовать с невестой. Не дай Бог, он поставит Джоан в
тупик какой-нибудь неизвестной ей фразой!
Милисент не упомянула только о позавчерашней ночи, но теперь сообразила, что,
если хочет, чтобы их обман не разгадали
как можно дольше, а сама она выиграла достаточно времени, прежде чем хозяева
спохватятся и пошлют погоню, нельзя
утаивать столь важные подробности. Поэтому и промямлила чуть слышно:
- Вулфрик едва не овладел мной.
- Едва? - повторила Джоан, многозначительно подняв брови, но тут же со
смешком добавила: - Пытался принудить
тебя силой, как король?
Милисент покраснела с головы до пят, но была все же вынуждена признаться:
- Нет. Я снова потеряла голову от его поцелуев. Даже не попыталась его
остановить! Не войди в опочивальню лорд Гай,
не сомневаюсь, мы скрепили бы наш союз, не получив благословения церкви.
Джоан хотела было что-то ответить, но только покачала головой. И наконец с
укором вымолвила:
- Если бы не эта история с королем Иоанном, я бы во многом могла тебя
упрекнуть. Но поскольку король так настроен
против этого брака, для всех лучше, чтобы ты как можно скорее вышла за Роланда,
так что будем надеяться, все обернется к
лучшему.
Милисент обрадованно улыбнулась: хорошо, что Джоан с ней согласилась!
- Уверена, что так и будет. Главное - добраться до Клайдона, и все мои
несчастья кончатся.
- Хотела бы я разделять твою уверенность, - обронила сестра.
- Ты чересчур волнуешься. Вспомни, сколько раз ты была мной! Сама знаешь, это
легче легкого. Если можно одурачить
отца...
- Его разум в таких случаях одурманен спиртным.
- Пусть и так, но никто не знает нас лучше, чем он.
- Верно, - была вынуждена согласиться Джоан.
Милисент улыбнулась, стараясь вселить в сестру мужество.
- Мы обе знаем, на какие подвиги ты способна ради меня. И это единственный
способ спастись. Всего два дня Джоан, а
если можешь, то и больше. За это время я успею добраться до Клайдона даже
пешком, а оттуда - в Данбер и убедить отца в
своей правоте. Пока лорд Гай и Вулфрик ничего не проведали, они и не подумают
меня искать.
- Похоже, ничего другого мне не остается, - снова вздохнула Джоан. - В таком
случае давай поторопимся, пока не
рассвело окончательно. Какое счастье, что я проснулась затемно. Во внутреннем
дворе и в зале почти никого нет.
Милисент кивнула и завязала подвязку. Было приятно снова оказаться в
привычной одежде, а не в неудобных блио,
позаимствованных у Джоан! Она впервые почувствовала себя почти свободной от
оков, наложенных Вулфриком. Почти...
если бы не была к тому же слишком чистой.
Поэтому когда Джоан пошла за носильщиками, Милисент огляделась в поисках пыли
или грязи, которой для пущего
правдоподобия следовало вымазать лицо, и в отчаянии прокляла служанок, столь
ревностно относившихся к своим
обязанностям. Но тут ее взгляд наткнулся на окно. Мутное стекло пропускало свет,
но отнюдь не было прозрачным, - никто
и не думал его вытирать. Набрав немного сажи, летевшей на окно из очага, девушка
старательно разукрасила щеки черными
пятнами и забралась в сундук, куда уже успела положить свой лук со стрелами и
смену одежды. Прошло несколько минут,
прежде чем за дверями послышалось громкое щебетание Джоан, предупреждавшей о
своем появлении.
До этой минуты Милисент преспокойно обсуждала побег с сестрой и возможные
последствия своего поступка. Теперь же
задумалась: она почувствует себя в безопасности лишь в стенах Клайдона. Самым
трудным в ее плане был побег из
Шеффорда. Да и потом придется не легче: одна, пешком, зимой... Но пока об этом
еще рано волноваться.
Во время бесконечно долгого путешествия до конюшни девушка, умирая от тревоги
и страха, старалась затаить дыхание.
Неловкие парни едва не уронили сундук, и у нее сердце чуть не выпрыгнуло из
груди. Джоан следовало бы поколотить
носильщиков. Милисент на ее месте так и поступила бы! Не настолько уж она
тяжела!
Даже после того как сундук был благополучно поставлен в конюшне, Милисент
продолжала нервничать. Она не
успокоится, пока не улизнет из Шеффорда! Любая случайность может испортить все!
И она не сможет выбраться из сундука,
пока Джоан не подаст знак!
Но вместо долгожданного сигнала Милисент услышала голос сестры:
- Немедленно отыщите Генри. Это один из парней, которые сопровождали нас из
Данбера. Его легко узнать! Вечно
чумазый, как дьяволенок. Он ухаживает за нашими лошадьми, значит, должен
отираться где-то во дворе.
Милисент никак не могла взять в толк, кого она имеет в виду. Никакого Генри с
ними не было. Но расспросить сестру
Милисент не могла: четверо стражников, как было приказано, сопровождали Джоан до
самой конюшни.
Однако когда Джоан не проявила никакого желания вернуться в замок, двое
отошли к выходу - поглазеть, что делается
во дворе, один отправился проведать своего коня, а последнего Джоан попросила
принести ведро, загородив то, которое
валялось у самого стойла, своими юбками.
Наконец она толкнула ногой сундук в знак того, что теперь можно спокойно
показаться на свет Божий. Милисент
откинула крышку, спорхнула на землю и, метнувшись в стойло, спряталась в дальнем
углу на случай, если один из
стражников подойдет поближе. Ей удалось даже перекинуться несколькими словами с
сестрой.
- Вот видишь, как просто, - прошептала она, не собираясь делиться с Джоан
своими страхами. - Если теперь
вернешься в замок и захватишь с собой своих чудищ, я сумею последить за
воротами...
- А я придумала способ куда лучше. Жаль, что не сообразила раньше!
- Что? И кто этот Генри, за которым ты послала?
- Ты, разумеется, - усмехнулась Джоан. - Всем уже известно, что я ищу
мальчишку. Поэтому, когда Генри найдется,
никто ничего не заподозрит.
- О чем ты?
- Теперь можешь спокойно оседлать лошадь.
- Я и рада бы, но мы уже договорились, что я не могу взять Стомпера, иначе
меня попросту остановят. Согласись, что на
обычного коня он мало походит.
- Да, но ты так привыкла к нему, что и представить не можешь себя на другой
лошади. Если я хочу послать гонца в
Данбер, не может же он идти пешком?
Милисент, просияв, хлопнула в ладоши.
- Ну разумеется! Но ведь стражники знают, что никакого Генри здесь нет!
- Я уйду вместе с ними, но задержусь во дворе. Если поторопишься, выйдешь из
задней двери, обежишь конюшню и
окликнешь меня. Можешь добавить, что тебе приказано меня найти. Я скажу, что
посылаю тебя к сэру Найджелу, и велю
взять коня. А потом провожу тебя до ворот, чтобы все объяснить охранникам...
Слава Богу! Все идет лучше, чем она ожидала. Это куда проще, чем попробовать
смешаться с покидающими замок
людьми.
- Пойдем скорее.
Все прошло как по маслу. Эскорт "Милисент" не обратил внимания на Генри, и
вскоре она уже ехала к воротам.
Оставалось самое трудное, поскольку стражники допрашивали каждого входившего и
выходившего.
После того как Джоан рассказала, что посылает отцу письмо с гонцом, один из
воинов спросил:
- Не боитесь, леди, что вашего отца оскорбит вид злосчастного неряхи?
- Папа давно знает Генри и его нелюбовь к воде, - засмеялась девушка. -
Парнишка вырос на конюшне. Если парень
умоется, сэр Найджел просто его не узнает.
Милисент протестующе заворчала, что вызвало громовой хохот мужчин. Больше
Генри не допрашивали и отпустили с
миром. Благослови Господь Джоан за сообразительность и помощь! Без нее Милисент
провозилась бы куда дольше! Ну вот,
она выбралась из Шеффорда. Осталось подумать, как в одиночку пробраться к стенам
Клайдона.
Глава 33
К счастью, погода была безветренной, хотя по-прежнему стояли холода и вода в
маленьких озерцах и прудах замерзла.
Солнце еще не успело растопить весь снег, особенно в лесу, и белые островки
переливались мириадами радужных
кристалликов. Сегодня лучи были такими яркими, что Милисент пришлось прикрыть
глаза рукой. Она ехала по дороге в
Данбер, пока Шеффорд не пропал из виду, и только потом повернула на юг, в
Клайдон, - по крайней мере так она считала.
Правда, Милисент никогда там не бывала и только слышала несколько раз от
Роланда, как туда добираться.
Она утаила от Джоан, что не знает пути в Клайдон. К чему волновать сестру?
Лучше лишний раз спросить дорогу у
встречных.
Девушка не могла дождаться свидания с Роландом. Как ей недоставало его верной
дружбы и долгих задушевных бесед в
Фулбрее!
Ей в голову не приходило, что его может не оказаться в Клайдоне. Страшно даже
представить, что будет с ее планами,
если Роланд все еще в Фулбрее! Разумеется, всегда можно поговорить с его
родителями. Роланд горячо их любил, и во время
единственной встречи с Ранульфом Милисент своими глазами увидела, в кого пошел
сын. Поэтому она без колебаний
признается во всем ему или его жене леди Рейне. Но насколько труднее будет
выложить все, что у нее на душе!
Приняв твердое решение выйти замуж за Роланда, она много раз представляла,
что именно скажет ему при встрече. Но
так и не смогла найти нужных слов. Не пристало леди первой делать предложение
избраннику. Обычно все зависело от
родителей или опекунов, в крайнем случае сюзерена, заинтересованного в браке.
Что же, Милисент будет исключением. Что
поделать, если всему виной обстоятельства! У отца просто не будет времени обо
всем договориться. Придется всего
добиваться самой, а уж потом просить его согласия.
Теперь, после стычки с королем, она не сомневалась, что отец одобрит этот
брак. Какая ирония судьбы, что благодарить
за это следует Иоанна!
Клайдон находился примерно в дне пути от Шеффорда, это Милисент знала точно.
И как только отыскала ведущую на юг
дорогу, выехала из леса. Теперь она непременно наткнется на путников, которые
покажут, как добраться до места.
Но беда в том, что за ней следили. Она поняла это в ту минуту, как выбралась
из леса, однако ничуть не обеспокоилась,
предположив, что дозорные Шеффорда заметили ее и выполняют свой долг, желая
убедиться, что она не браконьерствует и
не совершает ничего недозволенного. Они наверняка повернут обратно, как только
она пересечет границу шеффордских
угодий.
Ей стало не по себе, когда она заметила, что всадники медленно, но верно
приближались. Они не пытались ее догнать, что
было еще более тревожным признаком. Если они хотели перемолвиться словечком,
могли бы окликнуть ее, а не красться
сзади.
Слишком поздно она вспомнила, что, избежав одной угрозы, совершенно забыла о
другой. Трижды кто-то покушался на
ее жизнь. А что, если злоумышленники не сдались? Следили за Шеффордом в надежде
застать ее одну? Господи, ну почему
она не подумала об этом, прежде чем совершить побег? Правда, вряд ли ее это
остановило бы. Иоанн куда опаснее. Но ей
следовало быть осторожнее. Жаль, что поздно спохватилась.
Что же, можно послать лошадку в галоп и попробовать скрыться в лесу. Но места
здесь совсем незнакомые, так что... Или
остановиться у обочины и посмотреть, проедут ли они мимо. Нет, и это не годится.
Не стоит подпускать их слишком близко,
если они и в самом деле те, кого она боится.
Остается одно: повернуть коня и наложить стрелу на тетиву. Может, это
заставит их объяснить свои намерения. Если это
шеффордский дозор, они поговорят с ней и отправятся дальше. Если же она
попытается скрыться, ее начнут преследовать,
посчитав врагом. Так что она все равно ничего не узнает. Но другого выхода нет.
Нужно встретиться с ними лицом к лицу, а
для этого необходимо спешиться. Если понадобится пустить в ход лук, следует
твердо стоять на земле. Нельзя рисковать:
лошадь в самый ответственный момент переступит с ноги на ногу, и стрела уйдет в
небо.
Они подскакали ближе и остановились. Однако девушка не ожидала того, что
произойдет дальше. Едва она сняла лук с
плеча и потянулась к колчану, всадники мгновенно разъехались в разные стороны:
один направо, другой налево, а третий
поскакал прямо на нее. Искусный, ловкий маневр, который, несомненно, не раз
проделывался заранее. Милисент не могла
следить сразу за всеми.
У нее оставались лишь считанные мгновения, чтобы понять, кто ее главный враг.
- Остановись, или умрешь! - крикнула она тому, кто летел прямо на нее.
Он не послушался. Она спустила тетиву. Стрела попала в цель, и она
повернулась к следующей жертве. Выстрел...
другой... Один из всадников бессильно обвис на шее лошади, двое других
распростерлись на земле. Оставалось надеяться,
что она расправилась не с шеффордским дозором. Если же это все-таки люди сэра
Гая, ей следует молиться о том, чтобы они
выжили. Сердце Милисент болезненно сжалось. Трудно убедить себя, что
благополучно спаслась от смертельной опасности,
когда сознаешь, что только сейчас, может быть, безжалостно прикончила людей, не
желавших ей зла.
Оказалось, что найти Клайдон куда легче, чем предполагала Милисент, просто
потому, что замок величественно
возвышался на холме. Какой огромный! Ничуть не меньше Шеффорда, он раскинулся на
много акров вширь. Неужели лорд
Гай сюзерен Фитц-Хью?
Только сейчас поняла девушка, как велико могущество де Торпов и каким грозным
владетелем когда-нибудь станет
Вулфрик.
Странно, что он не выходит у нее из головы, хотя ей следовало бы думать лишь
о Роланде. Вулфрик наверняка будет рад
побегу нелюбимой невесты. Теперь он женится на той, о ком мечтал, в кого был
влюблен. Как обидно, что презираемый
человек будет счастлив только благодаря ей! И она, и Вулфрик обойдутся друг без
друга, а король найдет себе иной объект
для интриг. Через несколько дней она обвенчается с Роландом и найдет свою судьбу
в Клайдоне.
Они хорошие друзья и станут верными супругами, в этом нет сомнения. Так
почему она, вместо того чтобы быть на
седьмом небе, мрачна и печальна? Почему чувствует себя так, будто потеряла чтото?
Она нашла уединенное местечко в лесу и наспех переоделась. Блио цвета морской
волны с золотом прекрасно оттеняло ее
светло-зеленые глаза, за что и было выбрано Джоан. Это она приказала сестре
первым делом надеть изысканный наряд.
- Нельзя же явиться в Клайдон в таком непрезентабельном виде и рассчитывать
на радушный прием! Да тебя и в ворота
не пустят!
Джоан, как всегда, оказалась права. Увидев богато одетую даму, стражники
безропотно опустили мост, хотя и проводили
ее какими-то странными взглядами, вероятно, потому, что лук по-прежнему был
перекинут через плечо.
Удача ей не изменила. Роланд оказался дома. Один из воинов даже согласился
поискать его, другой позвал слугу и велел
проводить гостью в замок.
Клайдон поразил ее. Шеффорд, разумеется, был больше, и там всегда суетились
слуги. В Данбере тоже было немало
народа, в основном путники, которым неизменно предлагалось гостеприимство. Но
Клайдон был безупречно чист и спокоен,
здесь царила какая-то домашняя, уютная, дружелюбная атмосфера. Просторный
внутренний двор зарос травой, почти не
было грязи, как в Шеффорде и Данбере. Милисент сразу оценила любовь хозяев к
природе и порядку. Как будет приятно
здесь жить!
Роланд успел перехватить девушку еще во дворе. Она узнала бы его среди сотен
людей, и не мудрено: он был на голову
выше окружающих. Неужели еще подрос с их последней встречи? Да он скоро солнце
заслонит! И как при этом красив!
Унаследовал от отца светлые волосы и фиалковые глаза! Какое необыкновенное
сочетание!
Удивительно, что при таком росте молодой рыцарь отнюдь не был тощим хлюпиком,
наоборот, трудно было встретить
человека, сложенного лучше или более пропорционально. Руки, плечи и грудь в
тугих узлах мышц, меч, висящий на поясе,
кажется игрушечным. Именно поэтому Милисент так любила следить за ним на
ристалище. Идеальный образец рыцарской
доблести, пример для всего мужского пола. Наверное, все мужчины мечтают стать
похожими на него!
Впрочем, Вулфрик немногим от него отличается, разве что был на несколько
дюймов ниже. Но сходство на этом
кончалось. У Роланда замечательный характер - веселый, добрый. Он всегда готов
прийти на помощь страждущему. Не то
что злобный, мстительный, любящий пререкаться Вулфрик... И почему она все думает
о нем, когда Роланд уже в двух шагах?
- Иисусе, кто перемазал тебя грязью, Мили? - первое, о чем спросил Роланд,
подбрасывая ее в воздух и заключая в
медвежьи объятия.
Милисент залилась краской. Подумать только, она так старалась выглядеть
получше и совсем позабыла о саже на носу и
щеках! Неудивительно, что стражники Клайдона так пялились на нее. А, подумаешь,
не все ли равно, как она выглядит?
Но почему в таком случае краснеет? К чему гадать, и без того все ясно. Во
всем Вулфрик виноват и его чертовы
комплименты. Из-за них она стала заботиться о собственной внешности. При
встречах он словно пожирал глазами каждую
черту ее лица, каждую деталь туалета. Она то и дело ловила себя на том, что
смотрится в зеркало, перед тем как выйти из
спальни, - вещь, до того невиданная.
- Поставь меня на землю, олух несчастный! - смущенно проворчала она. - Какой
путник обходится без того, чтобы не
вымазаться в дороге?
- Какая еще пыль зимой? - засмеялся Роланд и, опустив девушку, немедленно
принялся ладонью стирать грязь с ее
физиономии. Совсем как Джоан! И девушка, по давней привычке, ударила по
назойливой руке. Передышка дала ей
возможность сообразить, что она ведет себя с ним, как с братом, а он
снисходителен к ней, как к младшей сестричке.
- Я специально так разукрасилась, чтобы без помех добраться сюда, - пояснила
Милисент. - В дорогу я надела
мужской костюм.
- Почему? И кто посмел бы побеспокоить леди с подобающим эскортом, ведь
единственным способом путешествовать
для дамы твоего положения - это... это...
Рыцарь прервался при виде потупившейся девушки. Она упорно отказывалась
встретиться с ним глазами. Роланд
воскликнул:
- Попробуй только сказать, что явилась одна. Ну и попадет тебе от меня на
орехи!
Оба понимали, что он всего лишь грозится. Однако Роланд слишком хорошо знал
приятельницу, чтобы верно угадать
причину ее замешательства. Но она и без того собиралась все ему рассказать, так
что не стоило смущаться. Но Милисент
никогда раньше в голову не пришло бы выкинуть подобное: отправиться одной в
столь опасный путь, - поэтому она еле
слышно начала:
- Я была вынуждена покинуть Шеффорд без позволения...
Беспокойство Роланда немного улеглось от сознания того, что как бы там ни
было, а девушка благополучно преодолела
все препятствия на пути в Клайдон. Не пускаясь в наставления и нотации, он с
ухмылкой поддразнил:
- Понимаю, что ты не можешь оставить меня без защиты и покровительства, Мили,
но не стоило приезжать сюда, чтобы
лично препроводить меня на свою свадьбу. Мой отец всегда берет с собой большой
отряд, когда с нами едет матушка, и я
буду с ними... Прости, мне не стоило так глупо шутить. Судя по выражению твоего
лица, ты действительно попала в беду.
- Нет, - покачала головой Милисент, - я привыкла к твоим подковыркам, так что
не извиняйся. Просто слишком
много всего свалилось на мою бедную голову. Я все расскажу подробно, вот только
не знаю, с чего начать... нет, знаю.
Причиной моего бегства из Шеффорда стала стычка с королем Иоанном, прибывшим на
свадьбу пятью днями раньше.
- Что за стычка? - недоуменно переспросил Роланд.
- Собственно говоря, драка. Похоже, он недоволен сговором между нашими
семьями и придумал способ его расстроить,
затащив меня в постель. Я, разумеется, возражала не только на словах, но и на
деле, и теперь он скорее всего захочет мстить,
особенно если я все-таки сочетаюсь браком с Вулфриком. Единственный способ
умилостивить короля - выйти замуж за
другого.
- Господи, Мили, ты не можешь принести такую жертву из-за склонности Иоанна к
распутству! Я прекрасно понимаю,
почему ему взбрело в голову внести твое имя в список своих побед, но Шеффорд
слишком могуществен, чтобы позволить
так себя унизить. Король попытался и получил отпор. Я уверен, что на большее он
не отважится.
Девушка снова покачала головой:
- Это не то, что ты думаешь. Он хочет дать Вулфрику вескую причину отказаться
от меня. Утверждает, что от этого мы
оба получим выгоду.
- Полагаешь, он столь высокого мнения о себе, что считает свое
покровительство большим для тебя благодеянием? -
презрительно бросил Роланд. - Да, другого такого бахвала и зазнайку, как Иоанн
Безземельный, еще поискать!
- Беда в том, что я дала понять ему, как противлюсь браку с Вулфриком. В этом
и заключается счастливый для меня
выход, - пояснила Милисент.
- Ты сошла с ума? - недоверчиво ахнул Роланд. - Да как ты можешь отвергать
Вулфрика де Торпа? В один
прекрасный день он станет сюзереном моего отца, а потом и моим. Если его власти
и могущества недостаточно, чтобы ты
смиренно благодарила Бога за такое счастье, приглядись к своему жениху. Такой
красавец...
- Ни слова больше! - фыркнула девушка. - Лучше помолчи, не то получишь
оплеуху! Смиренно благодарить Бога?
Когда это я дала тебе понять, что умираю от желания стать графиней?
- Этого и не требовалось. Ты с рождения предназначалась в жены Вулфрику.
- Но не по собственной воле, Роланд, - вздохнула девушка. - Мы никогда не
говорили об этом в Фулбрее, но я с
детства ненавидела Вулфрика. При первой встрече он жестоко изувечил меня, и
несколько месяцев я провела в ужасных
мучениях и страхе, что навеки останусь калекой. Я не забыла и не простила.
Роланд снова прижал ее к себе и тихо попросил:
- Вижу, как горьки твои воспоминания, поэтому не нужно терзать себя. Пойдем
отыщем теплый очаг и кувшин с
медовой брагой, и ты поведаешь, почему никому ничего не сказала о коварстве
Иоанна.
- А почему ты считаешь, что я промолчала?
- Потому что примчалась сюда одна, не позволив ни отцу, ни лорду Гаю все
уладить.
Милисент виновато опустила глаза. Он слишком проницателен! Хорошо, что больше
не заговаривает о Вулфрике, не
пытается оправдать его, твердя, как остальные, что в мальчишеских проступках
мужчина не виновен. Кому об этом знать, как
не ей! Но пытаться убедить кого-либо в своей правоте бесполезно.
Ничего у нее не выйдет, ничегошеньки! Если бы на карте не стояло будущее
Милисент, Джоан, не задумываясь, предстала
бы перед посторонними в облике сестры. Но сознание того, что в любую минуту ее
могут разоблачить, изводило Джоан,
заставляя поминутно умирать от страха. Поэтому она и объявила, что заболела и
просит Милисент ухаживать за ней.
Собственно говоря, даже лгать почти не пришлось: от всех передряг у нее
постоянно болел живот.
Джоан "уложила бы в постель" Милисент, если бы не боялась, что Вулфрик
захочет увидеть невесту, как в тот день, когда
ее ранили. Он вполне способен также заподозрить, что болезнь мнимая и изобретена
лишь затем, чтобы избегнуть встреч с
ним. Но никто не будет настаивать на том, чтобы навестить "прикованную к
кровати" Джоан, и в роли Милисент она будет
отгонять от порога любопытных и, уж конечно, никого не подпустит к больной. Это
ее единственная надежда на то, что их
проделка сойдет с рук.
И все шло как нельзя лучше до самого вечера, когда человек, встречи с которым
она опасалась больше всего, заколотил в
дверь. Она, еще не успев открыть, уже поняла, кто явился, просто потому, что
стук был прямо оглушительный.
Припомнив, как вела бы себя в этом случае Милисент, Джоан, подбоченившись,
набросилась на гостя:
- Неужели никто тебе не сказал, что моя сестра занемогла и что я не отхожу от
нее? Только она наконец уснула, как ты
колотишь в дверь кулаками, словно в замке пожар!
- Мне сообщили, - резко перебил он, ничуть не удивленный столь неприветливым
приемом. - Но тебе не обязательно
сидеть взаперти. В замке немало женщин, которые о ней позаботятся.
- Никому не доверю ухаживать за Джоан. Она поступила бы так же.
- А что с ней? - с подозрением осведомился Вулфрик.
- Ее все время рвало. Разве не чувствуешь, какой здесь смрад стоит?
Джоан и тут не соврала, поскольку ее действительно вывернуло от волнения. И
она чувствовала, как тошнота вновь
подступает к горлу. Гнев Вулфрика был настолько страшен, что ее трясло от ужаса.
Странно, что она еще не лишилась чувств
и не распростерлась у его ног. Если он немедленно не уйдет...
И чтобы отделаться от него, девушка прошипела:
- Зачем ты здесь? Чтобы лишний раз нас расстроить?
- Сказать, чтобы ты спустилась сегодня к ужину. Король может простить твое
отсутствие один раз, но упорное
нежелание показаться ему на глаза сочтет оскорблением. Будь добра явиться в зал
независимо от того, здорова твоя сестра
или больна.
- Развлечь короля может и твоя матушка. Мне совершенно не обязательно там
быть.
- Неужели? И это когда он специально прибыл на твою свадьбу?
Джоан сама не понимала, каким усилием воли ей удается не заломить в отчаянии
руки.
- Так и быть, я приду, чтобы выразить ему свое почтение. Но не останусь
надолго. Не хочу бросать Джоан одну.
Она сумела выйти из положения, и весьма ловко. Уж против этого он ничего не
сможет возразить!
Но она ошиблась.
- А мне кажется, что ты используешь недуг сестры как повод избегать меня. И
сколько ты еще намереваешься
скрываться?
Так вот в чем истинная цель его визита! Чувствует себя заброшенным? У нее
едва не вырвалось: "Вечно!"
Именно так и отрезала бы Милисент. Но в таком случае он ни за что не уйдет, и
снова разгорится ссора. С другой
стороны, если она начнет деликатничать, Вулфрик сразу поймет, кто перед ним.
Поэтому, вспомнив предупреждение сестры, Джоан поджала губы и сухо процедила:
- К сожалению, мне вс
...Закладка в соц.сетях
