Жанр: Любовные романы
Погоня за счастьем
... ли, сегодня рано утром
все мы встречались с Линкольном в
спортивном клубе, по его же требованию. Можешь себе представить, он успел
разделаться почти со всеми.
- Он сильно изувечен?
Йен сокрушенно покачал головой. Нашла о чем волноваться! Нет чтобы
побеспокоиться о родственниках!
- Тебе следовало бы спросить, насколько сильно изувечены твои бедные дядюшки!
- Шестнадцать против одного? Не думаю! Вы, разумеется, зверски его избили!
- Ничуть, - фыркнул Йен, - он почти невредим, чего нельзя сказать о
большинстве из нас!
Мелисса вопросительно подняла брови:
- Однако ты выглядишь на удивление хорошо и к тому же чересчур весел.
Насколько я поняла, ты из той половины,
кому не досталось на орехи?
- Именно. К счастью, до меня так и не дошла очередь.
- Очередь? - нахмурилась Мелисса. - Значит, он не дрался сразу со всеми?
- Нет.
- Почему не начал с этого? - упрекнула она. - А я-то представляла ужасные
сцены, повторяющие те, что случились
много лет назад.
- Нет, ничего подобного не было, - признался он. - Хотя он все равно спятил:
драться со всеми без отдыха и
перерыва! Куда разумнее было бы назначить каждый день по одной схватке!
- А вы бы на это согласились?
Немного подумав, Йен кивнул:
- Почему бы нет? За шестнадцать поединков кому-то да повезло бы. Впрочем, что
теперь жалеть! Он очередной раз
доказал, что безумен, только и всего.
- Вздор. Он поступил благородно, если решился отомстить. Он ни разу не
попробовал застать вас врасплох. Даже если
он и не думал выиграть, все равно доказал свою правоту.
- О нет, как раз думал! И если уж быть справедливым, нужно упомянуть, что, по
его словам, вызов не имеет ничего
общего с местью, и он не желал отплатить за свое небольшое морское путешествие.
- В чем же дело?
- Он дрался за тебя, - хмыкнул Йен. - Вернее, хотел избавиться от нас, чтобы
без помех ухаживать за тобой.
- Правда?! - с сияющей улыбкой воскликнула Мелли.
- Ба, никто этому не поверил! Мы же сказали ему, что отправимся домой, как
только твой па окажется здесь. Кстати, он
приезжает сегодня, так что не было смысла драться с нами, кроме стремления
наказать за то, что мы с ним сделали.
- Вовсе нет, если смотреть на это с его точки зрения. Он видит не одного, а
шестнадцать человек, стоящих на пути к его
цели. И без того ему придется иметь дело с моим па, что достаточно сложно. А тут
еще шестнадцать буянов и дикарей,
отправивших его в Китай! Так что вам лучше поверить, что он решил избавиться от
милых братцев, поскольку это куда
важнее любой мести.
Йен сосредоточенно нахмурился.
- Ты так все повернула, что думаю, он правду говорит.
Мелисса задорно кивнула.
- Кого он побил?
Йен перечислил имена. Мелисса широко раскрыла глаза.
- Как?! Йен Второй?!
- Да, одним ударом.
Ее глаза распахнулись.
- Правда?
- И нечего удивляться. Так уж им было задумано, и, пожалуй, это единственное,
что могло сработать: разделаться с нами
быстро, прежде чем кто-то собьет его с ног. Будь нас поменьше, он боролся бы до
конца. Но нас осталось семеро, прежде чем
он окончательно обессилел.
- И, как всякий нормальный человек, отступил, когда вы поняли, что не сможете
победить! - торжествующе заключила
она.
Йен негодующе фыркнул:
- А я никогда и не утверждал, что у него не бывает просветлений!
- Чушь! Говорю тебе, он уже не ребенок! Признайся, что просто пытаешься его
очернить!
- Признаюсь, я с удовольствием наблюдал его на ринге. Ну и здорово же он
дерется! К сожалению, это еще один довод
против него.
- Это еще почему?
- Потому что он может искалечить тебя, если потеряет контроль над собой.
Сегодня он показал всем нам, что вполне
может убить тебя одним ударом.
Мелисса вскочила и, стиснув кулаки, метнулась к двери.
- Если, если, если! Я отказываюсь гадать, что было бы да как было бы... Моя
жизнь - это моя жизнь, без всяких "если",
так и передай братцам!!
Глава 30
Кимберли сердится на него. Вернее... трясется от злости и убить готова.
Локлан пытался ее улестить, но ничего не вышло.
Впрочем, и неудивительно. Тревога за Мелиссу едва не лишала ее рассудка, а она
была вне себя от беспокойства, с той
минуты как получила записку Йена.
Кимберли хотела немедленно отправиться в Лондон и выяснить, что происходит.
Локлан уже назначил отъезд на
следующую неделю, с тем чтобы за эту срочно переделать все дела, включая
несколько важных встреч. И как ни старался, не
мог покинуть Шотландию раньше этого воскресенья. Но жене казалось, что он
непростительно медлит, поэтому она срывала
на муже дурное настроение.
Она даже попыталась уехать одна. Но тут уже взбесился Локлан и строгонастрого
запретил нос из дома высовывать. В
отличие от нее он не так уж и расстроился, получив послание Йена. Вполне
возможно, это очередная глупость, вроде той,
когда милые родственнички отпугивали всех ухажеров Мелиссы. Линкольн Бернетт не
таков. Ему понравился этот человек.
А братья Кимберли, как всегда, поднимают много шума из ничего. Локлан не
сомневался, что легко сможет все уладить.
Но Кимберли волновало вовсе не поведение ее родни, а состояние Мелиссы. Она
не выносила, когда дочь расстраивалась.
Именно это лишало ее разума. И ее гнев на мужа был ничем по сравнению с той
яростью, которая грозила обрушиться на
братьев. На этот раз они перешли все границы! С чего это вдруг они оказались в
Лондоне? Только Йену Шестому было
велено сопровождать Мелиссу. А на этот раз они обидели ее малышку! Что бы они ни
сотворили, им не следовало этого
делать, и уж она позаботится о том, чтобы отныне им ничего подобного в голову не
приходило.
Она так и сказала, прежде чем перестать разговаривать с Локланом. Так что
путешествие на юг вышло крайне
неприятным. Локлан то и дело вздыхал. Кимберли не обращала на него внимания. Его
Кимбер, с прямой, как палка, спиной,
чопорная и застывшая, представляла довольно забавное зрелище. Но у него
становилось плохо на душе, когда она злилась на
него, да еще за проделки своих же братьев! Правда, последнее случалось довольно
часто. К несчастью. Поэтому в данный
момент и он был не слишком доволен Макферсонами.
Жаль, что отцу Кимберли взбрело в голову собрать всех своих бастардов под
одной крышей. Живи они по отдельности, не
мозолили бы глаза так часто. Но вместе они представляли собой настоящий чирей на
заднице!
Кимберли не улыбнулась, даже когда карета вкатилась на улицы Лондона. Однако
по мере приближения к дому СентДжеймсов
она стала выказывать некоторые признаки нетерпения.
Как ни странно, первое, что они услышали, был смех Мелиссы, который родители
легко узнали. Локлан победно взглянул
на жену, словно хотел выпалить: "Говорил я тебе!" К счастью, он вовремя
сдержался, поскольку она грозно фыркнула и
направилась к гостиной, откуда доносился смех.
В комнате собрались герцог с герцогиней, их сын Джастин, Мелисса и младший
брат Кимберли, Йен. Оказалось, что
Девлин Сент-Джеймс развлекал присутствующих повествованием о бесчисленных
неудачах, постигших его во время долгого
путешествия по Европе. Очевидно, он сам только что вернулся домой.
Мелисса радостно взвизгнула при виде стоявших в дверях родителей и ринулась
обнимать их и целовать. Йен Шестой
отчаянно оглядывался в поисках ближайшего выхода, но он, к сожалению, оказался
заблокирован. Только Локлам заметил
его очевидное стремление удрать и подивился, что это нашло на шурина.
Последовали общие приветствия. Метан потихоньку заметила мужу:
- До чего же вовремя. Я боялась, что и тебя втянут в это дело с поклонником
Мелиссы, но, поскольку ее родители здесь,
все в порядке.
- А в чем дело? - осведомился Девлин.
- Потому что тут такое началось! Ее будущий жених, лорд Кембери, попал в
немилость к братьям Макферсон, а я знаю,
как ты обожаешь защищать обиженных.
- Я мог бы поклясться, что нет ничего проще, чем выдать ее замуж!
Герцогиня поморщилась:
- Так оно и казалось. Но откуда мне было знать, что все шестнадцать дядьев
Мелиссы заявятся в город и пустят
насмарку все мои усилия?!
Пока Меган объясняла Девлину, что происходило за время его отсутствия,
Кимберли потихоньку спросила дочь:
- Ты больше не расстроена?
- Ужасно расстроена, - призналась Мелисса с неуместной улыбкой.
Учитывая эту улыбку, а также веселый смех, Кимберли не могла не предположить:
- Значит, все это не слишком серьезно?
- Ужасно серьезно!
Мать недоуменно свела брови:
- Значит, тебе надоело отчаиваться?
- Нет, просто я ожидала, что вы скоро появитесь, и все будет хорошо.
Кимберли закатила глаза к небу.
- Мне бы твою уверенность. Итак, в чем же дело? В записке Йена говорится
только, что ты не в себе и во всем виноваты
остальные мои братья.
- Да уж, наделали они дел. Йен Шестой вспомнил, что они лично знают
Линкольна, хотя с их последней встречи прошло
девятнадцать лет. Он сообщил своим братцам, и все примчались в Лондон с твердым
намерением разлучить нас. Не дали
Линкольну ни малейшего шанса доказать, что он уже не тот мальчишка, которого они
когда-то знали.
- Что они имеют против него?
- Считают сумасшедшим, вернее, способным взбеситься. Если он рассердится,
снова обезумеет. Если обезумеет,
покалечит любого, кто встанет у него на пути, включая меня. А теперь, когда они
увидели, как он дерется, утверждают, что
если он обезумеет, попросту убьет меня.
Кимберли мгновенно помрачнела:
- А что привело ко всем этим "если"?
- То, что случилось девятнадцать лет назад. Я выслушала обе стороны и ясно
вижу, как это было. Вам с папой тоже
следует выслушать Линкольна. И я уверена, что дядюшкам не терпится высказать
свое мнение.
- Они действительно спятили, - поинтересовалась Кимберли, - или только вид
делают?
- По мне, так им место в Бедламе, - досадливо отмахнулась Мелисса.
- Может, расскажешь сама?
- Нет, это несправедливо по отношению к ним. А я пристрастна. После того, что
узнала, все еще хочу выйти замуж за
Линкольна. Но вкратце говоря, Дугал когда-то был лучшим другом Линка.
Единственным. Па Линка умер. Мать заперлась в
своей комнате и почти не выходила, забросив сына, так что, кроме Дуги, у него
никого не было. Кончилось все тем, что Дуги
обиделся на какую-то шутку Линкольна и затеял драку, а в результате остальные
братья встали на его защиту.
- Ба, что-то ужасно знакомое. И не раз повторявшееся.
- Вижу, ты хорошо изучила своих родственников. Они избили Линкольна до
полусмерти. И на этом все должно было бы
кончиться, по крайней мере для них. Но не для Линкольна. Они не подпускали его к
Дуги и не позволяли объясниться. И
тогда он в самом деле отчаялся, потому что Дуги - это все, что у него было.
- Отчаялся?
- Да, стычка следовала за стычкой. Линкольн пытался победить сразу
шестнадцать человек и едва не остался калекой.
Но не бросил попыток встретиться с Дуги. Только братья винили его за первый
поединок и всячески оберегали Дугала. Линк
страшно злился, но говорит, что ничего не помнил от боли. Возможно, поэтому и в
самом деле казался сумасшедшим, тем
более в таком состоянии!
- И что было дальше?
- Его отослали в Англию, где он с той поры и жил.
- Так и не уладив отношений с Дугалом?
Мелисса покачала головой:
- Сама знаешь, что через такую стену, как твои родственники, пробраться почти
невозможно.
- Верно, - вздохнула Кимберли. - И что чувствует сейчас Линкольн?
- Горечь и обиду. Кроме всего прочего, мать тоже для него потеряна, поскольку
осталась в Шотландии и вовсе не
стремилась увидеть сына. Думаю, он так и не простил ее за это.
- Значит, он всех их ненавидит?
- Если и не ненавидел раньше, когда они запретили ему видеться со мной,
сейчас, возможно, готов придушить.
Кимберли только головой покачала:
- Говори все. Что они натворили?
- Мало того что скрыли от меня свой разговор с Линкольном, и я мучилась днями
и ночами, не понимая, почему он
пропал, так еще самые младшие похитили его, связали и отвезли на судно,
отплывающее в Китай!
- Похитили?! - в ужасе воскликнула Кимберли.
Подслушивавший Йен Шестой мигом вылетел из комнаты, так что, когда Кимберли
обернулась, чтобы пронзить его
убийственным взглядом, на этом месте уже никого не было.
Локлан, который до этого момента мирно беседовал с Девлином, извинился и,
подойдя к жене и дочери, спросил:
- Есть что-то такое, что мне следует знать?
Но Кимберли от негодования потеряла дар речи. Мелисса тоже не подумала
ответить на его вопрос. Вместо этого она
обняла его за талию и объявила:
- После того как ты все услышишь, па, а ты обязательно услышишь, как только
мои дядья узнают о твоем приезде, учти,
что все их тревоги и доводы основаны на событиях далекого прошлого. Знай также,
что Линкольн Бернетт - единственный,
за кого я хочу выйти замуж. Я выслушала обе стороны и твердо уверена, что он
никогда не причинит мне зла и боли. Но я
подчинюсь твоему решению. По крайней мере... надеюсь, что подчинюсь.
- Представляешь, Мелисса осмелилась сказать мне в лицо, что может и не
подчиниться моему приказу! - бушевал
Локлан, когда вместе с Кимберли переодевался к ужину. До этого момента у них не
было возможности остаться наедине, и
сейчас он дал себе волю. - Ты слышала это?! Мне не показалось?
- А ты понимаешь, что Мелисса прожила с нами всего восемнадцать лет и скорее
всего остаток жизни проведет с
мужем? - отпарировала Кимберли.
- И какое это отношение имеет к ее поведению?
- Самое прямое. И означает, что муж для нее - главное.
- Но она ни разу не ослушалась меня, Кимбер! Никогда!
- Разумеется, она хорошая дочь. Лучше не бывает. Но сейчас речь идет о ее
будущем. Не думаю, что мы лишим ее
наследства, если она поступит по-своему. Помнишь, именно это угрожал сделать мой
отец, вернее, тот, кого я считала отцом.
И, кроме того, поставь себя на ее место... нет, это вряд ли удастся, поскольку
ты вовсе не рвался жениться на мне...
- Еще как рвался.
- Ничего подобного, - отмахнулась она. - И это решение вроде как застало тебя
врасплох. Ты и не задумывался над
чем-то подобным.
- Кимбер, только посмей еще раз сказать, что я не хотел на тебе жениться! Как
только я понял, что люблю тебя, все, о
чем был способен думать, как бы поскорее обвенчаться!
- Фи, ты не дал мне закончить. Я собиралась добавить "сначала". Вопрос в том,
как бы ты поступил, если бы родитель...
да, я помню, что твои к тому времени умерли, но все же, если бы отец был жив,
послушал бы ты его, прикажи он тебе
отказаться от меня и найти кого-то другого.
- Но выбор все равно оставался за мной! - вознегодовал Локлан.
Кимберли угрожающе сощурилась:
- Потому что ты мужчина? Твои родители не вмешивались бы только из-за этого?
- Ты же знаешь, - досадливо пояснил муж, - что для женщины слово отца закон,
и нет смысла спорить по этому
поводу. Мелли всего восемнадцать. И если по какой-то причине она отдала сердце
человеку, недостойному ее, наш долг -
позаботиться о ее благополучии.
- Локлан, тебе известно, что я думаю насчет этого, - вспылила Кимберли. - Моя
мать сделала неверный выбор, когда,
повинуясь родителям, вышла за мужчину, которого презирала, и позволила разлучить
себя с любимым. Из-за этого она была
несчастна до самой смерти. Я не желаю подобной судьбы для своей дочери. Недаром
назвала ее в честь своей матери, чтобы
дать ей еще один шанс. Не для того, чтобы история повторилась. Поэтому будь
очень, очень осторожен, принимая решение
относительно того молодого человека, которого она любит.
- Хочешь сказать, что примешь ее сторону, если я запрещу этот брак? - ахнул
он.
Кимберли промолчала, но повернулась спиной к мужу, чтобы тот застегнул ей
платье, а это, по ее мнению, означало, что
она дала ответ. По-видимому, до такого не дойдет. Локлан так и подумал. Но он
пока не знал, почему братья Кимберли так
настроены против Линкольна Бернетта. Зато знала Кимберли, однако когда он
потребовал отчета, объяснила, что сама не
слишком осведомлена о подробностях, поскольку Мелисса сообщила лишь некоторые
факты. Правда, они прожужжат ему
все уши, так что не стоит прислушиваться к каждому, достаточно побеседовать с
Йеном Первым.
- Мелисса выслушала обе стороны, - добавила жена, - и все-таки собирается
замуж за этого парня. Ты должен
признать, многое говорит в его пользу. И вспомни свое первое впечатление от
него. В конце концов, это ты разрешил ему
ухаживать за Мелли.
Локлан ничего не ответил, не желая признаться, что на первое впечатление
сильно повлияли его собственные
предпочтения. Линкольн был шотландцем, имел неподалеку поместье, значит, Мелисса
не уедет далеко от дома, по крайней
мере будет часто навещать родителей. Уже одно это стало причиной его
расположения к Линкольну.
Честно говоря, он просто недостаточно хорошо знал этого человека, чтобы
вынести определенное мнение. И позволил
ухаживать за дочерью в надежде, что она сама решит свою судьбу. Вероятно, все
шло бы прекрасно, не вмешайся братья
Кимберли.
Застегнув платье, Локлан положил руки на плечи жены и уперся подбородком в ее
макушку.
- Мы помирились? - прошептал он.
- Думаю, да, - чопорно ответила она в своей английской манере, но тут же
повернулась и обняла его за талию. -
Собственно, мы и не ссорились. Я просто не могла вынести мысли о том, что
бессильна помочь дочери. Мы впервые не
сумели сделать это.
- Но ее детские беды не идут ни в какое сравнение с этой самой причиной, -
возразил муж. - Вполне возможно, нам
ничего не удастся уладить.
- Понимаю, - вздохнула она. - В том-то вся проблема. Она выросла, и теперь
так просто с ее заботами не справиться.
Разве такого я ожидала? Она красива, имеет покровителей, о которых любая девушка
может только мечтать. Я ожидала, что
мы, прибыв в Лондон, дадим ей свое благословение, а потом вернемся домой, чтобы
готовиться к свадьбе! Мне и в голову не
приходило, что мы вдруг можем не одобрить ее выбор! Она разумная девочка, как же
ее жених вдруг окажется не тем, кого
бы мы хотели видеть рядом с ней!
- Этого мы пока не знаем наверняка. Только потому, что все твои братья
ополчились на беднягу...
- В этом все и дело, - окончательно расстроилась жена. - Верно, они все
принимают слишком близко к сердцу.
Просто головы теряют. Но помнишь ли ты хотя бы один случай, когда все они были в
чем-то согласны? Обязательно
находится парочка отступников, и дело кончается дракой. А вот на этот раз все
как один возражают против Линкольна
Бернетта, и это говорит не в его пользу.
- Да, но Мелли по-прежнему им интересуется.
- Именно.
Кимберли, откинувшись, хмуро взглянула на мужа:
- Не находишь, что наши роли переменились?
- Нет, просто мы оба волнуемся за дочь, - рассмеялся Локлан, - потому что
желаем ей добра. Если этот шотландец,
перекрестившийся в англичанина, ей не подходит, мы это поймем и, вне всякого
сомнения, согласимся друг с другом. Так
что нечего спорить, пока ничего не прояснилось.
- Понимаю, и прости, что срываю на тебе свое настроение, - шепнула она,
обнимая его.
- Вовсе не срываешь. Наоборот, все держишь в себе, - пожурил Локлан. - В
следующий раз выкладывай свои заботы
сразу. Вместе мы выдержим любую бурю.
- Будем надеяться, что следующего раза не будет, - хмыкнула Кимберли. - А
также на то, что мои слишком
заботливые братья покажутся к ужину, чтобы сразу уладить все недоразумения.
- Совершенно верно. Я за то, чтобы уладить, - объявил он, целуя ее в щеку и
прокладывая дорожку поцелуев к шее. -
Уверена, что хочешь оставить платье застегнутым?
- Ну... теперь, когда ты упомянул об этом...
Глаза 32
- Она здорово злится, - предупредил Йен Шестой братьев, перед тем как войти в
столовую, где уже собрались
семейства Макгрегор и Сент-Джеймс. - Еще по дороге сюда так и кипела. Значит,
Локлан скорее всего тоже не в
настроении.
Уильям, задержавшийся в дверях, отметил весьма теплую атмосферу тесного
собрания и прошептал:
- А по мне, так Кимбер успела оттаять.
- Щеки у нее, как две розы, а мы знаем, что это означает, - понимающе кивнул
Чарлз.
- Простудилась, что ли? - осведомился Нилл.
- Нет, осел ты этакий, скорее всего забавлялась с мужем в постели до самого
ужина. Благослови Господь Локлана,
лучшего времени он выбрать не мог!
При виде толпы Макферсонов компания дружно замолчала. Герцогиня встала, чтобы
приветствовать гостей. Хорошо
зная, с кем имеет дело, она вполне серьезно предупредила:
- Никаких споров до десерта.
Братья смущенно переглянулись. Кимберли по-прежнему не сказала ни слова,
только внимательно осматривала каждого.
Взор ее остановился на Дугале:
- Где, черт возьми, ты так покалечил свой несчастный нос, Дуги?
- Линкольн снова его сломал, - выпалил Нилл.
- Снова?
- Мы вернемся к этому... после десерта, - торопливо пообещал Каллум.
- А твой глаз, Малькольм? Его тоже подбил Линкольн? - продолжала Кимберли.
- Так уж вышло, - промямлил тот.
- И ты, Уильям?
Последний смущенно зарделся. Локлан разразился смехом, за что и заработал
шестнадцать негодующих взглядов в свою
сторону. Впрочем, он, как обычно, предпочел их Проигнорировать.
- Я поражен! - воскликнул Локлан, изучая каждого шурина поочередно. У
четверых были фонари под глазами, а у
Джейми - целых два. У нескольких разбиты губы, не говоря уже о синяках самой
разнообразной формы.
- Поистине поражен, - продолжал Локлан. - Не хотелось бы, чтобы моя дочь
вышла замуж за человека, не способного
ее защитить и который напрудил бы в штаны, стоило мне косо посмотреть в его
сторону. Но, по моему мнению,
несомненным преимуществом является также и то, что он ничуть не боится
Макферсонов!
- Кто-то слишком храбр, а кто-то слишком глуп, чтобы нас бояться, - заявил
Адам.
- И то верно, - задумчиво кивнул Локлан, - первых вы уважаете, над вторыми
смеетесь. Тем не менее мне этот
человек нравится. Вероятно, и вам тоже, да только не хотите это признать. - Не
получив ответа, Локлан снова хмыкнул, но
тут же замаскировал смешок кашлем при виде трех помрачневших женских лиц. - Из
почтения к нашей хозяйке похвалим
ее тонкую кухню, посетуем на ужасную перенаселенность этого города и возмутимся
отвратительным состоянием
английских дорог, - поспешно добавил он.
- Стоит ли? - сухо обронил герцог. - По-моему, разговор и без того становится
все интереснее.
- Если бы ты не сидел на другом конце стола, дорогой, - сладко улыбнулась
мужу Меган, - пришлось бы на
собственном опыте убедиться, до чего же остры носки у моих новых туфель.
Девлин зябко поежился. Остальные постепенно расслабились. Слуги начали
разносить первое блюдо. И хотя темы,
предложенные Локланом, во время долгого и превосходного ужина не обсуждались,
никто не посмел упомянуть о Линкольне
Бернетте.
Однако после десерта Девлин встал и объявил:
- Моя жена напомнила мне - причем, заметьте, не тратя слов, она достигла в
этом настоящего совершенства, - что я
не хочу вмешиваться в дела чужой семьи. Поэтому, если простите, мы с Меган
удалимся: нам нужно наверстать все,
упущенное за время моего отсутствия.
Кое-кто из Макферсонов посмотрел в сторону Мелиссы, ожидая, что та поймет
намек и тоже покинет комнату. Но
девушка вскинула голову и упрямо заявила:
- Я остаюсь. И поскольку все уже знаю, можете не сдерживаться! Меня не
смущает даже то, что здесь будут говорить
обо мне. Попытаюсь не вмешиваться, что для меня несложно, поскольку я все равно
не желаю иметь ничего общего с вами. Я
выслушала и Линкольна, так что не стесняйтесь, выкладывайте все. Правда,
полагаю, что сначала дядя Дуги должен кое в
чем признаться. Все равно правда выйдет наружу, когда па поговорит с Линкольном,
так что давай, дядюшка, не медли.
Все, разумеется, повернулись к смущенно озиравшемуся Дугалу.
- В чем признаваться? Мелисса вздохнула:
- Видишь ли, когда выслушаешь дядюшку Йена - предполагаю, он принесет тебе
дурные вести, - сам поймешь, что
нужно добавить. Больше я ничего не скажу.
Она многозначительно уставилась на Йена Первого. Тот кивнул, откашлялся и
торжественно обратился к сестре и зятю:
- Прежде всего должен признать, что мы наделали немало ошибок, с тех пор как
обнаружили, кто ухаживает за Мелли, и
приехали в Лондон, чтобы положить этому конец. Мы потребовали от Линка оставить
в покое нашу племянницу, что, нужно
отдать ему должное, он и делал, пока не обнаружил, что мы не позаботились
рассказать Мелиссе о том, как с ним поступили.
- Но как же вы могли промолчать? Ведь это за ней ухаживали! - воскликнула
Кимберли.
- На это было две веских причины: по крайней мере тогда мы считали их
вескими. Мы не думали, что она так сильно им
увлечена. Считали, что Мелли легко его забудет, найдет кого-то другого и так и
не узнает неприятных подробностей всей
этой истории. Но Линк вышел из себя и поведал ей обо всем.
- Поэтому она и расстроилась?
- Нет, с этим Мелли справилась и пообещала ждать вашего решения, прежде чем
вновь с ним увидится. Потом я
совершил вторую ошибку: не сообщил братьям о нашем разговоре с Мелли. Младшие
договорились сами избавиться от
Линкольна, поскольку он, очевидно, не собирался прислушиваться к нашим
предупреждениям.
- Как именно избавиться? - нахмурился Локлан.
Йен рассказал о похищении, о путешествии в Китай и, прежде чем Локлан успел
взорваться, - вид у него был весьма
красноречивый, - поспешно добавил:
- Линкольн успел освободиться и вернуться. Я послал вам записку до того, как
он появился в Лондоне. Узнав обо всем,
Мелисса так рассердилась, что заперлась у себя и никого не пожелала видеть.
- Стоит ли ее осуждать? - иронически фыркнула Кимберли.
- Нет, мы сами во всем виноваты. Однако прежде чем набрасываться на них,
помни: они были уверены, что Линкольн
ослушался нас и продолжает ухаживать за Мелли, хотя мы его предупредили. Они
ничего не знали о договоре между мной и
Мелли, вот и подумали, что изгнать его из страны все же лучше, чем переломать
ему все кости. Они пытались быть
цивилизованными и не прибегать к насилию.
- Судя по вашему виду, насилия действительно удалось избежать, - сухо заметил
Локлан.
- Вернувшись домой, Линк попытался поколотить нас всех, чтобы заставить
уехать в Шотландию. Но у него не
получилось, - пояснил Йен Первый, показывая на синя
...Закладка в соц.сетях
