Жанр: Любовные романы
Магия любви
... Да, черт возьми, - продолжал болтать Дрю, не подозревая, что сыплет соль
на рану Уоррена. - К сожалению, она не в
моем вкусе. Вот ты должен жениться на такой, как она, это твоя девушка. Однако,
- вздохнул он, - глядя на нее, я почти
жалею, что еще не совсем готов остепениться.
Уоррен уже достаточно натерпелся, поэтому прорычал:
- Ложись наконец, и если ты сегодня будешь храпеть, я успокою тебя
подушкой.
Дрю внимательно взглянул на брата и ответствовал:
- Ах вот в каком ты настроении! Ну и везение - делить комнату с домашним
брюзгой.
Это была последняя капля, переполнившая чашу терпения Уоррена, который
немедленно бросился на Дрю. Младший брат
распластался на полу, все еще находясь в прекрасном настроении, потрогал щеку,
поднял голову и посмотрел на старшего,
снова восседавшего на кровати.
- Тебе этого не хватает? - спросил Дрю, как будто теперь он прекрасно понял
причины кислого настроения Уоррена.
Поднимаясь на ноги, он издал довольный смешок:
- Хорошо, иди сюда, я готов.
Большего Уоррену не требовалось. Через пять минут их гостиничный счет
увеличился в результате разнесенного на куски
стула и сломанной кровати.
Клинтону это явно не понравилось бы, он никогда не разделял наклонности
Уоррена ко всякого рода потасовкам. Дрю в
отличие от Клинтона всегда с удовольствием поддерживал Уоррена в его любви к
такого рода упражнениям. Даже синяк под
глазом его не огорчил, так как он не собирался ухаживать за великосветскими
красавицами. Уоррен тоже был доволен,
подставив челюсть под кулак Дрю, и почти радовался своей разбитой губе. Может,
хоть это убережет его от поцелуев? Даже
если Эми его опять соблазнит, боль приведет его в чувство. Усталость наконец
одолела его, и он почти упал на матрац,
который они с Дрю высвободили из-под обломков кровати и положили на пол. Только
в этот момент он вспомнил о том, что
посулила ему Эми, стремившаяся избежать стычки с бандитами. Сделка заключалась в
том, что девушка выполнит любую
его просьбу. Она каким-то образом заставила его потом об этом забыть, но теперь,
когда он об этом вспомнил, ей не уйти от
своего обещания.
Глава 19
Дело, предстоявшее Андерсенам наутро, заняло гораздо меньше времени, чем
они ожидали.
Помещение, которое накануне подыскал Томас, ни у кого не вызывало
возражений, и они договорились об оплате и
подписали документы в течение часа. Будущая контора состояла из трех комнат и
нуждалась в ремонте, правда, небольшом.
Плотник и маляр должны были управиться за несколько дней. Клинтон и Томас
отправились покупать мебель, Бойд -
нанимать рабочих.
Дрю и Уоррен остались без дела, к тому же у Уоррена появился нежелательный
спутник. Уоррена так и подмывало
отправиться на Беркли-сквер и поговорить с Эми, но не хотелось делать этого при
свидетелях. Сначала он решил избавиться
от брата, просто еще раз подравшись с ним, но затем, когда у него появился ключ
к решению его маленькой задачи, он был
не в том настроении, чтобы притворяться недовольным. К счастью, у Дрю были свои
планы. Зная Дрю, старший брат не
сомневался, что, если предложить ему исчезнуть, он, наоборот, будет ходить по
пятам весь остаток дня.
- Мне нужно заглянуть к одному портному, которого мне порекомендовал Дерек.
Говорят, он шьет приличную одежду, и
не очень дорого.
- А зачем тебе заказывать одежду в Лондоне? - спросил Уоррен.
- Мы с Бойдом приглашены на бал. Пригласили Всех пятерых, но я подумал,
что, кроме нас, это никого не интересует.
- Ты же уходишь в море в конце недели, - напомнил ему Уоррен.
- Ну и что? Это мне не помешает пофлиртовать несколько часов.
- Ах, да, я и забыл. Ты же знаменит тем, что после поцелуев смываешься.
- Невезение моряка. - Дрю никогда и ни в чем не раскаивался. - А разве ты
поступаешь по-другому?
- Я не имею обыкновения давать женщинам пустых обещаний.
- Тебя просто слишком боятся, чтобы о чем-то просить.
Уоррен не попался на эту удочку и, обняв брата за плечи, сказал
доверительно:
- Я, конечно, мог бы поставить тебе другой фонарь, для симметрии, но сейчас
мне лень. Дрю захохотал:
- Всю энергию ты растратил вчера ночью?
- Пока да.
- Хоть я и рад это слышать, но почему-то верится с трудом.
Когда Дрю ушел, Уоррен задумался. Неужели с ним ч правда так непросто?
Команда на его судне, например, так не
считает, иначе ему не удалось бы сохранять один и тот же состав в течение многих
лет. Он вспыльчив, легко выходит из себя
по пустякам. Взять хотя бы бодрость Дрю. Беззаботные, легкомысленные манеры
брата вечно раздражают его, особенно
потому, что когда-то, до встречи с Марианной, он и сам был таким.
Он выбросил все это из головы, направляясь на Беркли-сквер и намереваясь
поставить точку в этой невероятной истории.
Нельзя допустить повторения вчерашнего дня. С соблазнами покончено. Он хотел
снова получать удовольствие от того, что
он в гостях у сестры. Он должен сосредоточиться на этой новой конторе
"Скайларка". Стоит позаботиться о постоянной
любовнице и познакомиться вместе с братьями на балу с дамами полусвета.
Дверь ему открыл дворецкий Генри, бывший пират, и Уоррен сразу понял, что
пришел не вовремя. Джорджи спала, так же
как и Жаклин. Остальных обитателей не было дома. Уоррен испытал колоссальное
разочарование и тут же впал в уныние. Он
был готов разобраться в отношениях с Эми, положить им конец, но все это ни к
чему не привело. Он мог бы подождать
немного, но испугался, что его испорченное настроение станет отвратительным и он
сорвет его на Джорджи, когда та
проснется. Поэтому он ретировался, еще точно не зная, как убить время в
незнакомом городе.
Впрочем, у него была еще одна цель. И через час он отыскал спортивный зал,
договорился с владельцем о персональном
тренере и начал тренировку, довольно быстро удостоверившись, что ничего толком
не знает о боксе.
Уоррен был прирожденным бойцом и всегда умел постоять за себя, пока не
столкнулся с Джеймсом Мэлори.
- Не так; янки, не так, - объяснял инструктор. - Это может сбить человека с
ног, но если ты хочешь продолжать биться с
ним, действуй по-другому.
Такого рода замечания Уоррен не умел переносить молча, но он должен был
научиться во что бы то ни стало этому
варварскому искусству, поэтому терпел стиснув зубы. Ему надо было иметь
возможность разбить своему зятю физиономию
и при этом не быть съеденным заживо.
- У вас мощное молодое тело, вы можете наносить сокрушительные удары, но
надо научиться распоряжаться своей силой.
Держите руки все время на весу, а мощь вкладывайте в удар правой.
- Посмотри-ка, - раздался вдруг за спиной Уоррена хорошо знакомый голос. -
Что это с ним? Что заставило его прийти
сюда?
Уоррен повернулся и увидел приближающихся Джеймса и Энтони Мэлори.
- Да есть кое-какие причины, - скромно ответил Уоррен, и было совершенно
ясно, что он имеет в виду. Джеймс
ухмыльнулся:
- Ты слышишь. Тони? Парень все еще жаждет моей крови.
- Ну что ж, он нашел именно то место, где его могут научить, как это
делается, - отозвался Энтони и обратился к Уоррену:
- Ты знаешь, Найтон тренировал нас обоих. Это было несколько лет назад, и с
тех пор мы еще кое-чему научились. Я мог
бы тебя поднатаскать.
- Не беспокойтесь, сэр Энтони. Я не нуждаюсь в такой помощи.
Энтони только расхохотался в ответ и повернулся к брату с довольно
странными словами:
- Нет, он не понимает. Ты бы объяснил ему! А я пока пойду возьму свой
выигрыш у Хорэса Биллингса, вон там.
- О чем ты спорил на этот раз? - спросил Джеймс.
- Неужели не догадываешься?
- Кто у меня родится?
- Старина, мы бились об заклад на имя твоей дочери, - засмеялся Энтони. - Я
очень хорошо тебя знаю.
Джеймс с любовью улыбнулся вслед брату, затем обернулся к Уоррену:
- Тебе бы следовало поймать ею на слове. Это единственный человек, который
когда-либо одолеет меня. Что бы ты там ни
воображал, он будет учить тебя по-настоящему, Он такой.
Уоррен уже достаточно насмотрелся на двух братьев и не сомневался в правоте
Джеймса. Он даже пожалел, что у него с
братьями дело доходит до взаимных ударов, а не ограничивается шутливым
поддразниванием.
- Я подумаю, - сказал он коротко.
- Прекрасно. Я бы и свои услуги предложил, как настоящий спортсмен, но
знаешь, твоя сестра обвинит меня в том, что я
жажду мести, или еще в какой-нибудь глупости. И на самом деле у меня нет охоты
нежничать с тобой. Кстати, кто это тебе
так удачно губу разбил? Можно узнать?
- Чтобы принести поздравления? - незамедлительно осведомился Уоррен и
добавил, видя улыбку Джеймса:
- Прости, если разочарую, это мы с Дрю кровать делили.
- Жаль, - вздохнул Джеймс. - Меня так согревала мысль, что ты завел новых
врагов, это действовало бы как бальзам на
мою душу.
- Пожалуй, не стану тебе сообщать, если заведу.
- Если? - Бровь Джеймса поднялась. - О, конечно, заведешь, янки. Ты не
можешь удержаться. Ты такой неженка, тебе надо
задубить твою американскую кожу. Она слишком чувствительна к уколам.
Уоррен с трудом сдерживался, слушая эту болтовню, но счел нужным
подчеркнуть:
- Я, правда, исправляюсь потихоньку.
- Пожалуй, - вынужден был согласиться Джеймс. - С другой стороны, я сегодня
в прекрасном настроении. Утром мне
удалось нанять няню для своей малютки Джек.
Другими словами, Джеймс, разговаривая с людьми, постоянно зубоскалил и
пытался задеть за живое побольнее. Уоррен
сжал зубы, услышав опять это имя.
- Да, я, кстати, вспомнил, что Джорджи посоветовала мне спросить у тебя,
почему ты назвал дочь Джек.
- Я знал, что это будет тебя раздражать, старина. А иначе бы зачем?
Уоррен опять удержался и невозмутимо осведомился:
- Тебе не кажется, что это извращенность? Джеймс захохотал:
- А ты ждал, что я нормальный? Боже избави.
- Хорошо, я не первый раз наблюдаю, как ты задираешься, Мэлори. Ты можешь
сказать мне, по какой причине? Джеймс
пожал плечами:
- Это многолетняя привычка, от которой не так просто избавиться.
- А ты пытался?
- Нет, - усмехнулся Джеймс.
- Привычки всегда с чего-то начинаются, - сказал Уоррен. - Как сложилась
твоя?
- Хороший вопрос. Поставь себя на мое место. Что бы ты стал делать, если бы
все в жизни потеряло для тебя интерес?
Стали вдруг скучны погони за юбками, и даже назревающая дуэль, еще не начавшись,
утомляла бы тебя. Каково?
- Так ты оскорбляешь людей, просто чтобы посмотреть, как они терпят
унижения?
- Нет, чтобы посмотреть, какими дураками они могут быть. Ты, например,
весьма забавно валяешь дурака.
Уоррену пришлось сдаться. Разговаривать с Джеймсом Мэлори было непосильным
для него занятием. Это требовало
терпения и хладнокровия, а таких качеств ему всегда недоставало. Наверняка эти
чувства отразились на его лице, потому что
Джеймс вдруг спросил:
- Ты уверен, что не хочешь подраться со мной прямо сейчас?
- Уверен.
- Ты скажешь мне, когда передумаешь?
- Можешь на меня положиться. Джеймс расхохотался:
- Иногда ты забавляешь меня, почти как этот невежа Идеи. Не всегда, но
иногда.
Генри был занят вещами миссис Хилари - новой няньки, которая вселялась в
комнату, соединенную с детской, и,
поскольку дворецкий отсутствовал, Эми пришлось самой открывать дверь Андерсенам.
На этот раз их ждали, и ждали с нетерпением. Джорджина пригласила братьев к
ужину и намеревалась принимать их в
столовой. Правда, накануне они с Джеймсом из-за этого повздорили. Джеймс
настаивал на том, что она не должна
спускаться, ей еще рано покидать свою комнату, но после долгих препирательств он
решил отнести супругу вниз на руках.
Эми теперь была во всеоружии, собранна и сосредоточенна. Ей было приятно,
что даже Уоррен принял приглашение,
видимо, не желая ее избегать, чего она боялась в глубине души. Но он, вероятно,
хотел сделать вид, что вообще ничего не
произошло, решив не обращать на нее никакого внимания. Эми же отнюдь не была
согласна с этим.
Дрю отвлек ее на какое-то время от Уоррена. Он склонился к ее руке, целуя
кончики пальцев. Только когда он
выпрямился, она заметила у него синяк под глазом. Кроме того, Эми сразу же
заметила разбитую губу Уоррена, и ей
нетрудно было догадаться об остальном.
- Очень больно? - спросила она участливо.
- Ужасно. - При этом Дрю не мог удержаться от смеха, давая понять, что
шутит. - Это можно вылечить только поцелуем.
В ответ она точно так же усмехнулась:
- Может, лучше поставить второй, парный?
- Где-то я это уже слышал, - произнес Дрю, задумчиво глядя в сторону
Уоррена. Тот ответил брату сумрачным взглядом.
Тут вступила Эми:
- Надеюсь, вы что-нибудь придумали, чтобы объяснить стычку сестре. Сейчас
ее надо оберегать от лишних волнений.
- Не бойтесь, дорогая. Джорджина давно привыкла к нашим царапинам и
ссадинам. Стоит ли их замечать! Однако надо
подготовиться на всякий случай. - Он повернулся к Уоррену, который еще не прошел
вслед за остальными. - Что, если мы
скажем, что упали с лестницы?
- Можешь указать виноватых, Дрю. Джорджи привыкла.
- Что ж, это будет справедливо, ведь я только сделал какое-то невинное
замечание. Я и сейчас не знаю, из-за чего ты вчера
с ума сошел.
- Не помню, - солгал Уоррен.
- Мы оба были пьяны, видно, в этом дело. Джорджи все поймет, но лучше я ей
скажу.
Дрю заторопился, а Эми и Уоррен остались наедине. Девушка сразу поняла, что
Уоррен поспешит за Дрю, чтобы
избежать случайного тет-а-тет, но ее догадки не подтвердились.
Эми еще подождала немного, затем отважилась слегка поддразнить его:
- Как тебе не стыдно?
- Не знаю, о чем ты.
- Знаешь, знаешь. Думаю, ты меня хотел задушить вчера, а не брата.
- По-моему, я хотел тебя высечь.
- Вздор. - Эми победоносно усмехнулась, больше не боясь никаких угроз. -
Чего ты на самом деле хотел - это заняться со
мной любовью. И тебе это почти удалось. Может, пустишься в погоню за мной снова,
и посмотрим, что будет?
Eицо Уоррена потемнело; он понял, что не сможет направить разговор в другое
русло, поэтому заявил напрямик:
- Я пришел пораньше, чтобы напомнить тебе об обещании, которое ты мне дала.
- И что же это за обещание?
- Ты обещала исполнить любое мое желание. Я прошу оставить меня в покое.
Эти слова привели Эми в замешательство. Она стала лихорадочно соображать.
Что бы такое придумать? Она дала
обещание потому, что очень испугалась за него. И где же теперь его совесть?
Проклятый упрямец!
Наконец Эми нашлась с ответом, хотя в душе была собой недовольна. Она
утешилась лишь тем, что он сам во всем
виноват.
- А как же твоя просьба, ведь я ее уже выполнила.
- Как бы не так!
- Да-да, ты велел мне накинуть капюшон, что я и сделала.
- Эми!
- Да! Не сердись, Уоррен. Как я могу сделать тебя счастливым, пальцем не
пошевелив при этом?
Уоррен, ничего не ответив, повернулся и отправился в столовую в весьма
неблагодушном настроении. Эми с грустью
смотрела ему вслед. Она понимала, что нисколько не продвинулась вперед, скорее,
наоборот. Теперь он совсем разуверится в
ней, убедится в ее лживости.
В целом вечер прошел очень приятно, несмотря на угрюмое молчание Уоррена.
Даже Джеймс оставил шурина в покое,
так как понял, что его шутки никого не ранят. Джорджина хмурилась, но решила
поговорить с братом позже.
Эми после того, что наделала, никак не могла заставить себя быть веселой.
Будучи оптимисткой по натуре, она попросту
не могла отказаться от Уоррена, тем более учитывая ее с Джереми пари.
Утром того же дня прибыл Конрад Шарп, который вместе с Джереми вел беседу с
братьями Андерсон. Обсуждали, к
слову, новую контору "Скайларка". Эми услышала об этом впервые и была приятно
изумлена, узнав, что Уоррен пробудет в
Лондоне гораздо дольше, чем она предполагала. Эми была на седьмом небе от
счастья, но внезапно Джорджина высказала
предложение, что, хотя "Скайларк" и американская компания, лондонской конторой
может управлять и англичанин,
которому, возможно, будет легче договориться со своими соотечественниками.
Уоррену претила эта идея, но Клинтон
обещал подумать, а Томас согласился с сестрой. Однако что бы они там ни решили,
Уоррен пока не собирался уезжать.
Составит ли это неделю, две или два месяца - не важно. Эми была счастлива.
- Кстати, Эми, - неожиданно обратился к ней Джеймс, - я сегодня видел
твоего отца, который сообщил мне, что он и твоя
мать отправляются в Бат через несколько дней, а затем в Кумберленд. Эдди хотел
осмотреть там одну шахту, в которую
намеревается вкладывать деньги. Эми это совершенно не удивило.
- Он любит сам беседовать с владельцами и управляющими, так как доверяет
своему первому впечатлению.
- Дорогая, но они уезжают на несколько недель. Мы будем рады предложить
тебе свое гостеприимство до их
возвращения, или, по твоему желанию, им придется отложить свою поездку.
Как приятно было сознавать, что она может сама принимать решения! Еще
недавно ее мнением даже не стали бы
интересоваться, просто сообщили бы, что она должна делать. Здесь даже решать
ничего не надо, она не покинет Лондон,
пока Уоррен здесь.
- Я бы хотела остаться, если, конечно, это вам не причинит беспокойства, -
сказала она.
- О чем ты говоришь? - поспешила возразить Джорджина. - Что бы я делала без
тебя! У тебя настоящий дар обращаться с
людьми. Даже Арчи и Генри бросаются со всех ног выполнять твои приказания, а я
от них ничего не могу добиться. Я бы
оставила тебя здесь до твоей свадьбы, если бы твоя мать мне позволила.
- Значит, договорились? - спросил Джеймс.
- Не совсем, - сказала Джорджина, - если ты останешься, Эми, то я
настаиваю, чтобы к тебе ездили с визитами. Дядя твой
будет только рад. Он с удовольствием будет отпугивать твоих поклонников - ведь
ему нельзя забывать о Жаклин. Довольно
тебе прятаться Стоило ли завоевывать столько сердец?
Эми посмотрела на Уоррена, прежде чем ответить. Одно его слово,
выразительный взгляд, и она бы нашла предлог
отказаться, но он намеренно отвернулся, стремясь уверить ее в своем безразличии.
- Да, пожалуй, - ответила наконец девушка. Но она слишком долго смотрела на
Уоррена и когда отвернулась, то
встретилась глазами с Джереми. Молодой негодник, незамедлительно обо всем
догадавшись, возопил:
- Боже милостивый, только не он!
Эми зарделась и тут же отчаялась разуверить кузена. К счастью, никто больше
не обратил внимания на ее румянец,
потому что все взоры были обращены к Джереми Джеймс осведомился:
- Кого ты имеешь в виду, молодой человек? Эми бросила на Джереми
выразительный взгляд, обещавший ему кары
небесные и земные, если только он выдаст ее. Итак, ему пришлось изворачиваться.
- Ах, извините, - выдавил Джереми, прикинувшись овечкой, - я задумался, Я
просто вспомнил, что Перси хотел
поухаживать за нашей девочкой.
- Персиваль? Персиваль Олден? - уточнил Джеймс и, увидев кивок сына,
добавил:
- Считай, он уже труп.
Джеймс выпалил это на одном дыхании. Джереми ухмыльнулся, не потрудившись
довести до сведения отца, что они с
Дереком уже обрадовали Перси и все ему разъяснили.
- Я догадывался, что ты так скажешь.
Но Эми вздохнула с откровенным ужасом. Если ее дядя так реагирует на
безобидного Перси, то что же будет, когда
тайное станет явным! Она украдкой взглянула на Уоррена и тут же заметила ярость
в его глазах, устремленных на Джеймса.
Эми стала раздумывать учитывая отношения Уоррена и се дяди, какова будет
реакция капитана Андерсона, если Джеймс
Мэлори запретит ему заглядываться на племянницу? Неужели Уоррен пойдет на это,
лишь бы досадить клану Мэлори?
Эми тут же решила проверить свою догадку и заявила:
- Похоже, вам не о чем волноваться, Уоррен. Мой дядя никогда не допустит
нашей свадьбы.
Присутствующие, разумеется, рассмеялись, за исключением Джереми и Уоррена.
Тонкий шрам Уоррена побелел, а рука
сжалась в кулак. Эми затаив дыхание ждала, что будет дальше.
- Я просто в отчаянии, - сказал Уоррен, по актер из него был никудышный, и
получилось слишком холодно. Джорджина
сочла нужным сделать ему замечание:
- Ну что ты, Уоррен, это всего лишь шутка. Тот в ответ натянуто улыбнулся,
и Джорджина перевела разговор на другое.
По окончании ужина все поднялись из-за стола и направились в гостиную. Эми и
Уоррен оказались при этом последними.
Джереми тоже замешкался, но, взглянув на американца, сказал:
- Я подожду.
Как только дверь за ним закрылась, Уоррен проговорил:
- Больше никогда этого не делай. В его голосе сквозила такая ярость и
злость, что Эми вздрогнула.
- Ты все еще не можешь мне простить нарушенного обещания? Но ты бы так и не
дождался счастья, если бы я сдержала
слово.
- Совсем наоборот, я был бы вне себя от радости.
- Тогда попробуй не приходить несколько дней и увидишь, что будешь скучать,
- предложила она.
- Не буду.
- Будешь. Люди любят меня. Я всегда смешу их. Со мной легко. Но тебе
придется несладко, ведь ты знаешь о моем
отношении к тебе. Только мне под силу разрушить этот ад в твоей душе. Недалек
тот день, когда ты не сможешь прожить без
меня ни одного часа.
- Детский лепет.
- Ты упрям, но я, к счастью для тебя, еще упрямее. Это у меня фамильное.
- Не считаю это счастьем для себя.
- Поживем - увидим, - пообещала она.
В ту секунду, когда дверь за последним из братьев закрылась, Эми стремглав
бросилась в свою комнату, надеясь избежать
встречи с Джереми, протянуть с объяснениями до завтра и успеть лучше
подготовиться к неизбежным нотациям. Но кузена
ей не удалось обмануть. Он ждал, скрестив руки на груди, у порога ее комнаты.
Она могла бы присоединиться к дяде и тете и дождаться часа, когда они
начнут укладываться спать. Джереми, услышав их
голоса, скорее всего покинул бы свой пост. Но что, если бы ему взбрело в голову
обсуждать волнующую тему, невзирая на
присутствующих? Сейчас по крайней мере разговор состоится с глазу на глаз.
Впрочем, верная себе, Эми, желая выиграть время, все-таки заявила кузену:
- Я не хочу сейчас об этом говорить.
- Тем хуже для тебя, - заметил он, входя за ней в комнату без всякого
приглашения.
Джереми умел, как и все члены семьи Мэлори, отбрасывать шутки в сторону и
становиться совершенно серьезным, когда
этого требовали обстоятельства.
- Не убеждай меня, что мне все это показалось, - начал он прямо с порога. -
Говори, черт побери, я слушаю.
Эми уселась на свою кровать и, глядя ему в глаза, сказала:
- Надеюсь, мы сохраним это между собой? - Она имела в виду и деликатность
вопроса, и отношение к этому кузена.
- Посмотрим.
Эми вовсе это не понравилось.
- То есть как это?
- Смогу ли я доверять твоим клятвам, написанным кровью?
Может быть, еще не все потеряно. Она усмехнулась. Он начал мерить комнату
шагами.
- Эми, приди в себя, выброси его из головы!
- С какой стати?
- Он самый худший из всех.
- Я знаю.
- У него дикий характер, - Это я знаю не понаслышке.
- Он никогда не сможет войти в семью, - Может быть.
- Отец его ненавидит. Она закатила глаза:
- Это всему миру известно.
- Проклятый американец чуть его не повесил. Янки твердо намеревался сделать
это.
- У меня другое мнение. Уоррен слишком любит Джорджину. До этого дойти не
могло.
- Она тогда не очень его расхваливала, - напомнил Джереми.
- Еще бы, она уже готовилась стать матерью. Джереми повернулся к ней,
серьезный как никогда.
- Но, Эми, ради всего святого, почему? Объясни мне. Он вызывает у меня лишь
неприязнь. Какого черта ты выбрала
именно его?
- Это не совсем точно.
- Что ты имеешь в виду?
- Мои чувства выбрали его за меня, - попыталась она ему растолковать.
- Боже мой, только не говори мне о плотском влечении.
- Черт побери, нельзя ли потише! Его нельзя сбрасывать со счетов. Но я ведь
всегда мечтала о том, что буду желать
человека, за которого выйду замуж. Ты не станешь с этим спорить?
Пропустив это мимо ушей, Джереми спросил:
- Плотское влечение, допустим. А остальное?
- Я хочу вернуть ему улыбку, сделать счастливым, излечить его раны.
- Может, подарить ему сборник анекдотов? Глаза Эми сразу сузились.
- Если ты намерен издеваться, отложим разговор до другого раза.
Джереми запротестовал:
- Это всего лишь дружеский совет. Эми окинула его скептическим взглядом, но
попыталась объяснить еще раз:
- Ему это действительно очень нужно. Тут шутками не поможешь. А страсть,
которую он у меня вызывает, я не могу ни с
чем сравнить. Когда он целует меня...
- Об этом я и слышать не хочу.
- Послушай, я не выбрала бы Уоррена, если бы все не получилось само собой.
Но это сильнее меня.
- Ты можешь не обращать на него внимания.
- И это говоришь мне ты, мужчина, который и одной ночи не может провести
под родительской крышей. Обязательно ему
надо где-нибудь штаны снять!
Джереми слегка покраснел.
- Только один я знаю, какой ты бываешь нахалкой. Эми наконец улыбнулась
ему:
- Теперь ты не один. Уоррену не очень нравятся мои шуточки. Вам обоим не
повезло.
- А что он-то говорит?
- Отказывается от меня.
- Слава Богу!
- Но его тянет ко мне.
- Еще бы! Надо быть трупом, чтобы не тянуло. Но что будет, когда плоть
успокоится? Похоже, ему это известно.
- Ты, что же, не веришь, что я могу заставить его полюбить меня?
- Он же холодный как рыба. Извини, Эми, но твои старания напрасны. Пойми
это сейчас, и в будущем тебе не придется
страдать.
Она покачала головой:
- Я уверена в нас обоих.
- Кроме того, тебе повезет, если отец не убьет его. Голос Эми стал ледяным:
- Ты собираешься ему рассказать?
- Не смотри на меня так. Для твоего же блага.
- Я сама позабочусь о своем благе. Помни, что я с тобой поделилась, а ты
меня предаешь.
- Вот черт, - вздохнул Джереми.
- Тебе следует также готовиться к месяцу воздержания. Ты не забыл о нашем
пари?
- Ты собираешься его выиграть?
- Обязательно.
- Тебе придется совершить чудо.
- Не будь букой. Ты полюбишь Уоррена, когда я изменю его.
- Где ты возьмешь магический кристалл?
Джеймс на руках принес Джорджину в ее комнату. Помогая ей раздеваться, он
не удержался от упреков в небрежном
отношении к своему еще не окрепшему здоровью.
Джорджина в ответ засмеялась:
- Глупости! Меня перенесли из комнаты в комнату. Вот и все. Ты, верно, и
сам устал. Джеймс даже остановился на ходу.
- Что? Ты сомневаешься
...Закладка в соц.сетях
