Жанр: Любовные романы
Утро нашей любви
...казалась такой достижимой. Он не позволит ей
проскользнуть между пальцами.
Увидев деда, близнецы бросились к Джонатану, а Джаред протянул руку Китти:
- Ты прелестно выглядишь, Кэтлин. Китти вспыхнула:
- Спасибо.
Ему нравилось, как она краснела от комплиментов. Это придавало особое
очарование ее и без того красивому лицу.
Извинившись, Джаред отошел, чтобы поприветствовать вновь прибывших гостей,
а Китти присоединилась к
Джонатану и близнецам.
- Вы здесь самая красивая женщина, дорогая, - сказал он.
- Благодарю вас, Джонатан.
Китти с любопытством огляделась. Она не знала никого из гостей, за
исключением Стефани Лоример, и облегченно
улыбнулась при появлении Дейва и Синтии.
Вечеринка продолжалась, и становилось ясно, что она удалась. При всем
раздражении, которое вызывал месье Пуанже
лично, он доказал, что является мастером своего дела. Вкус поданных блюд
оказался таким же превосходным, как и внешний
вид.
Небольшой оркестр заманил многих из гостей в дом, и, хотя раненая нога не
позволяла Джареду танцевать, Китти
получила огромное удовольствие от вальса с Дейвом Кинкеидом, прежде чем пришло
время укладывать близнецов в постель.
Глава 23
- Она даже не осознает, насколько красива, - сказал Джаред, наблюдая за
Китти, вальсирующей с Дейвом.
- Что вы сказали? - переспросила Синтия.
Он даже не заметил, что говорит вслух.
- Да так, ничего существенного.
- Джаред Фрейзер, посмотрите на меня. - Когда он неохотно обратил на нее
взгляд, Синтия тихо ахнула; - Вы
влюблены в нее.
Джаред ощутил мгновенную вспышку раздражения.
- И вас это удивляет?
- Вообще-то не очень. Китти на редкость обаятельна.
- В отличие от меня, не так ли?
- Честно говоря, Джаред, вы никогда не производили на меня впечатления
душевного человека.
- Что ж, этого следовало ожидать. Но Китти изменила меня.
- Очевидно. Джаред Фрейзер, которого я знала, никогда бы не сделал
подобного признания. А Китти относится к вам
так же?
- Вы имеете в виду так же, как я к ней, или так же, как вы ко мне?
Синтия восторженно засмеялась:
- Вот теперь я узнаю прежнего Джареда! Вы всегда были ужасным педантом!
- Все-таки женщины Маккензи - удивительные создания. Правда, на мой вкус,
слишком независимые.
- Это у нас в крови, Джаред. Не думаю, что хоть один из наших мужей
рассчитывал, что сможет держать нас на
задворках своей жизни и вечно беременными.
- И, как я понял, ни одна из вас не собиралась становиться бледной тенью
собственного супруга.
- Трудно представить себе что-нибудь более скучное. Скажите, Джаред, вам
приходилось встречаться с родителями
Китти?
- Нет, а почему вы спрашиваете?
- Ну, если на вас произвели такое впечатление женщины Маккензи, интересно,
что бы вы сказали о представителях
мужской половины нашего семейства? Я никогда не забуду своей первой встречи с
Люком, отцом Китти, и его братьями
Флинтом и Кливом. Их отец был единственным братом моего отца, но после того как
Эндрю уехал из дома, связь между
братьями прервалась, и мы даже не подозревали, что у нас имеются кузены. Во
время золотой лихорадки отец отправился в
Калифорнию и в конечном итоге осел в Колорадо. Позднее он узнал, что Эндрю умер
в Аламо.
- Да, Китти упоминала, что ее дед погиб, сражаясь за независимость Техаса.
Она очень гордится своим техасским
наследием. Так как же вы встретились со своими кузенами?
- О, это было удивительное стечение обстоятельств. Мы с Кливом
познакомились на корабле, возвращаясь из
Англии, и случайно обнаружили, что мы родственники. Должна сказать, он был и
остается самым красивым мужчиной,
какого мне доводилось видеть. Разумеется, это не умаляет достоинств Дейва. - Она
кокетливо улыбнулась. - В результате
мои кузены вместе с женами прибыли в Колорадо на свадьбу Энджи и Джиффа, где мы
все и познакомились. Вы ведь
встречались с Джиффордом, не так ли?
Джаред кивнул, и Синтия продолжила:
- При одном взгляде на эту троицу просто захватывало дух. Высокие,
невероятно красивые и мужественные. Целая
армия в трех лицах. И все женились на женщинах под стать себе - таких же сильных
и независимых.
- Синтия, а вам приходилось встречаться с мужем Кэтлин?
- О да, несколько раз. Тед Драммонд был приятным молодым человеком и
искренне любил Китти, но, между нами,
Джаред, он больше выгадал от этого брака.
- Ради Бога, Синтия, парень был болен. Он умер совсем молодым.
- Знаю, и это весьма трагично. Но, насколько я поняла, Китти заботилась о
нем даже в юности.
- Кэтлин иначе не может. Я заметил, что она точно так же относится к
близнецам. Она готова на все ради тех, кого
любит.
- Вся ирония в том, что она покинула "Трипл-Эм", потому что считала, что
родители слишком сильно ее опекают.
Джаред нахмурился, пораженный неожиданной мыслью.
- Вы полагаете, что она способна внушить себе, что любит человека только
потому, что он нуждается в ее заботе?
- Вовсе нет. Она и в самом деле полюбит его.
- Хм-м. То есть чем слабее кто-то выглядит, тем сильнее она его полюбит.
Синтия бросила на него подозрительный взгляд:
- О чем это вы задумались, Джаред? Я не намерена стоять в стороне и
смотреть, как вы манипулируете Китти, чтобы
уговорить ее выйти за вас замуж.
- Я не собираюсь прибегать к подобным хитростям без крайней нужды. Но если
понадобится, дорогая Синтия, я
воспользуюсь любым средством, которое окажется в моем распоряжении, чтобы
добиться от Кэтлин согласия. - Джаред
слегка поклонился. - Благодарю вас, вы мне очень помогли. - Он подмигнул ей и
отошел.
Когда вальс закончился, Китти пошла за близнецами, а Дейв подошел к
Синтии.
При виде выражения ее лица он настороженно прищурился:
- Так-так. Я уже видел этот взгляд раньше. Что ты задумала, дорогая?
- О, ничего особенного, - небрежно отозвалась она. - К тому же ты, как
всегда, скажешь, чтобы я перестала
вмешиваться в чужие жизни и изображать из себя купидона.
Дейв застонал:
- Как, опять? Надеюсь, ты нацелила свои стрелы не в него?
- Кого ты имеешь в виду? - поинтересовалась Синтия с невинной улыбкой.
- Ты разговаривала с Джаредом Фрейзером, когда мы с Китти танцевали. Это
он, не так ли?
- Ты угадал.
- А кто она?
Синтия покачала головой:
- Разве не ясно? Мужчины так слепы порой.
- Не тяни, Тиа, кто она?
- Китти, конечно.
- Китти?!
- Из них получится идеальная пара, к тому же она обожает его детей. Это
один из тех браков, которые заключаются
на небесах. Совсем как наш, любимый. - Синтия чмокнула его в щеку.
- А как насчет старомодного обычая жениться по любви?
- Милый, они влюблены друг в друга. Я всего лишь заронила кое-какие идеи в
голову Джареда на тот случай, если
остальные не сработают. Уверяю тебя, я действовала очень деликатно.
- Ну да, как слон в посудной лавке. - Он схватил ее за руку. - Пойдем
лучше потанцуем.
Китти излучала прямо-таки родительскую гордость, когда близнецы с
примерным видом вышли к гостям и пожелали
всем спокойной ночи. Они выглядели как две маленькие дамы.
Джаред задержал ее у подножия лестницы:
- Ты спустишься потом?
- Да, побуду здесь хотя бы до ухода Кинкейдов.
- Отлично. Может, мне подняться с вами наверх?
- Ты же хозяин, невежливо оставлять гостей. Я скоро вернусь.
Стоя внизу, Джаред смотрел, как три самых важных в его жизни человека
поднимаются по лестнице. Когда они
добрались до верхней площадки, он повернулся и смешался с гостями.
Китти потребовалось некоторое время, чтобы уложить возбужденных девочек в
постель.
- Мне ужасно понравилась эта вечеринка, - сказала Бекки, когда Китти
укутала ее одеялом и поцеловала на ночь.
- Дядя Сет сказал, что мы были украшением бала, - мечтательно произнесла
Дженни. - А скоро у нас будет новая
вечеринка?
- Об этом нужно спросить вашего папу. Бекки скорчила гримаску:
- Мне кажется, ему было не очень весело.
- Почему ты так решила, милая?
- Бедный папа, - вздохнула Дженни. - Он не станцевал ни одного танца.
- Ну, его нога скоро заживет, и потом, это не последние танцы. Будут и
другие.
- Хорошо бы, - протянула Бекки. - Эта миссис Лоример пригласила папу
танцевать, но он сказал, что не может,
потому что у него болит нога.
Дженни закатила глаза:
- Тогда эта миссис Лоример сказала, что вместо танца они могут посидеть в
саду.
- Вот как? - Ей следовало обращать больше внимания на Джареда, вместо того
чтобы отплясывать с другими
мужчинами. - И что же, он пошел с ней?
Бекки покачала головой:
- Нет, папа сказал, что должен приглядывать за гостями. Близнецы залились
смехом, и Дженни с хитрым видом
сообщила:
- Он не хотел идти с ней, потому что все время наблюдал за тобой.
- А ты, между прочим, никакой не гость, - добавила Бекки.
- Значит, он наблюдал за мной? - переспросила Китти с довольным видом.
- Китти, а кто хочет тебя украсть? - посерьезнев, спросила девочка.
- Это потому папа наблюдал за тобой, да? Чтобы никто не украл? -
поинтересовалась Дженни.
- О чем это вы говорите, милые?
- Мы слышали, как папа сказал Поппи, что ты такая красивая...
- Что того и гляди украдут, - закончила Дженни. - Спорим, он потому и
наблюдал за тобой, чтобы не украли.
Китти постаралась скрыть свое удовольствие:
- Хватит разговоров. Пора спать. Когда Китти нагнулась, чтобы поцеловать
Дженни, девочка обвила ее шею руками.
- Китти, сделай для нас одну вещь, хорошо?
- Если это в моих силах, солнышко.
- Понимаешь, мы поцеловали на ночь тебя, Поппи, дядю Сета, но забыли про
папу.
- Поцелуй его за нас, хорошо, Китти?
- Ну... да...
- Пожалуйста, Китти, - взмолилась Дженни. - А то никто не поцелует бедного
папу.
- Взрослые обычно не целуются на ночь, девочки.
- Только мамы и папы, - твердо сказала Дженни.
- Ладно, посмотрим. Спокойной девочки.
- Спокойной ночи, Китти, - хором отозвались близнецы.
- Как ты думаешь, она его поцелует? - прошептала Дженни, как только Китти
вышла.
- Если нет, мы придумаем что-нибудь другое.
Когда Китти спустилась вниз, многие гости уже разошлись. Джаред был в
холле, прощаясь с Дейвом и Синтией. Китти
не могла не улыбнуться, когда Дейв обнял Синтию за талию и повел к экипажу.
- У тебя очень довольный вид, - заметил Джаред.
- Я смотрела на Дейва и Синтию. Приятно видеть такую любящую пару.
- Ты уверена? Многие люди склонны притворяться перед публикой.
- Моя мама говорила, что по жестам всегда можно судить, как люди относятся
друг к другу на самом деле. Джаред
выгнул бровь, явно забавляясь:
- Впервые слышу. И что же это за жесты?
- Ну, легкие прикосновения, когда проходишь мимо, взгляды, обращенные друг
на друга. Только что, например,
Дейв обнял Синтию. И не потому, что это диктовалось необходимостью, просто таким
образом он еще раз сказал ей о своей
любви.
Джаред насмешливо улыбнулся:
- Вот уж не думал, что ты придаешь такое значение публичной демонстрации
чувств.
- Дело не в публичности. Как раз естественность и непроизвольность
подобных жестов придают им особую ценность.
- Кэтлин, когда мужчина похлопывает свою жену по арьергардной части, он
думает не о любви. Мыслями он в
спальне.
- Ты ошибаешься. Ты вообще ничего не смыслишь в любви. Это не игра.
- Тогда что это? Ты либо проигрываешь, либо выигрываешь, а ставкой
является твое сердце.
- В твоих устах это и в самом деле звучит как игра.
- Потому что это и есть игра.
- Ты неисправимый циник, Джаред. Ты прав относительно сердца, но это не
ставка в игре, а дар. Любовь
подразумевает самоотверженность, преданность, компромисс и многое другое. Но
этим она не исчерпывается. Любовь живет
в трепете твоего сердца, когда любимый человек входит в комнату, и в улыбке,
которую ты не можешь сдержать, вспоминая
слова, что прошептал он, покидая тебя утром.
Китти вздохнула и назидательно продолжила:
- Любовь - в чувстве безопасности, когда ты слышишь его голос и знаешь,
что он рядом, и в ощущении его
близости, когда он далеко. - Она снисходительно улыбнулась. - Тебе еще многое
предстоит узнать о любви.
Джаред взял ее руку и поднес к губам.
- К счастью, у меня прекрасный учитель, - сказал он, лаская ее взглядом.
Затем, к ее удивлению, он направился к танцевальной площадке, увлекая ее
за собой.
- Можно пригласить тебя на вальс, Кэтлин?
- Но твоя нога, Джаред... Ты уверен, что не навредишь себе?
- Я весь вечер уклонялся от танцев, чтобы быть в состоянии пригласить тебя
на этот вальс. Даже если потом меня
унесут отсюда на носилках.
- В этом нет необходимости, Джаред. - Вспомнив, что рассказали близнецы,
она лукаво блеснула глазами. -
Вместо танца мы могли бы посидеть в саду.
Джаред улыбнулся с таким мальчишеским задором и обаянием, что у нее
перехватило дыхание.
- Обязательно, но вместо следующего вальса.
Он подхватил ее за талию и закружил в танце. Китти закрыла глаза,
наслаждаясь музыкой и ощущением полета.
- О чем ты думаешь, Кэтлин? Она открыла глаза и улыбнулась:
- Об этом прекрасном вечере. О музыке. О том, что танцую в объятиях
человека, которого люблю. Это
романтическая мечта каждой женщины.
- Ты признаешь, что любовь - всего лишь женская мечта?
- Ну, полагаю, у мужчин тоже имеются романтические мечты.
- О, разумеется. Только они обычно связаны со спальней, а не с танцами.
- Вопреки всем твоим убеждениям, Джаред, любовь не ограничивается
пределами спальни.
- Милая, если ты имеешь в виду поглаживания и прочие, как ты выразилась,
естественные и непроизвольные жесты,
то этим можно заниматься и в спальне.
- Клянусь, в тебе нет и капли романтики. И зачем я позволяю тебе
вмешиваться в мои мечты? Джаред рассмеялся:
- Зато у тебя их хватит на двоих. Разве этого недостаточно?
- Надеюсь. А теперь замолчи и позволь мне предаваться мечтам. - Китти
закрыла глаза.
Если бы она открыла их снова, то увидела бы написанное на его лице
обожание.
Это не прошло незамеченным для немногих оставшихся гостей, среди которых
была и Стефани Лоример.
Когда танец закончился, Джаред взял Китти за руку и вывел наружу. Месье
Пуанже и его подручные уже навели в саду
порядок, убрали столы и стулья и отбыли восвояси.
Зная, что вокруг никого нет, Джаред притянул ее в свои объятия и приник к
губам. Китти наслаждалась каждым
мгновением этого неторопливого поцелуя.
- Между прочим, в этом нет ничего непроизвольного. Я планировал этот
момент весь вечер. - Он теснее прижал ее
к себе и снова поцеловал.
Когда они оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание, Китти
склонила голову ему на грудь.
- Я люблю тебя, Кэтлин, - нежно прошептал он у самого ее уха.
- Я тоже люблю тебя, Джаред.
- Ты выйдешь за меня замуж?
- Да, пришло время сделать из меня честную женщину.
Он отступил на шаг и настороженно прищурился:
- Это означает "да"? - Когда Китти кивнула, его лицо осветилось широкой
улыбкой. - О, милая! - Он крепко
прижал ее к себе и поцеловал. - Пойдем наверх.
- А как же гости?
- Ну их к дьяволу! Мне нужна только ты, Кэтлин! Джаред снова страстно
поцеловал ее, нежно поглаживая ее волосы,
руки, шею. Китти прильнула к нему, охваченная ответным жаром.
- Я не помешала, дорогой?
Удивленные, они отпрянули друг от друга. Вопрос исходил от элегантной
женщины, стоявшей в дверях. У нее была
высокая стройная фигура и белокурые волосы.
Китти не могла припомнить, чтобы они встречались раньше. Смущенная, она
взглянула на Джареда. Он побледнел и
выглядел таким потрясенным, словно увидел призрак.
- Может, ты представишь меня своей подружке, Джаред?
- Какого дьявола тебе здесь нужно, Диана? - произнес он дрожащим от
сдерживаемого гнева голосом. Китти ахнула
при упоминании имени. - Кэтлин, это моя бывшая жена, Диана... прости, не знаю,
какую фамилию ты теперь носишь.
- Разумеется, Фрейзер, дорогой. Видишь ли, я все еще твоя жена.
Китти казалось, что она видит дурной сон. Все вокруг происходило так,
будто время замедлило свой ход.
- О чем ты говоришь? Я подписал все бумаги, - с недоумением сказал Джаред.
- Зато я ничего не подписывала, дорогой, - отозвалась Диана. - А когда я
увидела твою фотографию с нашими
очаровательными крошками, мое сердце чуть не разбилось. Я поняла, что должна
вернуться. Я совершила ужасную ошибку,
Джаред. Мне не следовало оставлять близнецов. Они нуждаются во мне - своей
матери.
- Проявлять материнский инстинкт уже поздно. Ты нужна была девочкам четыре
года назад, когда бросила их, -
холодно произнес он.
- Я была молода, Джаред. Безответственна, Скучала. Но я получила урок и
усвоила его.
- Слишком поздно для сожалений. Я не подпущу тебя к близнецам.
- Суд может решить иначе, Джаред.
- Сомневаюсь. Ты еще не забыла, что бросила их? Сбежала с любовником.
Закон имеет оговорки относительно
передачи детей неверным женам.
- И относительно того, чтобы оставлять их с неверными отцами. Я, по
крайней мере, не совершала ничего
предосудительного под крышей того самого дома, где живут дети. Суд подумает
дважды, прежде чем позволит тебе
сохранить опекунство над девочками, учитывая, что ты поселил свою любовницу в
одном доме с ними.
- И ты готова отдать их на попечение государства, лишь бы не оставлять со
мной?
- А что, по-твоему, я должна делать, Джаред? Ты и твоя шлюха служите для
девочек дурным примером. Как их мать,
я обязана принять меры.
- Увидимся в суде, Диана. А теперь катись к дьяволу.
- Мне кажется, мы можем достигнуть компромисса. Вместо того чтобы
позориться во время публичного процесса,
мы могли бы разделить девочек, чтобы каждому досталось по одной.
- У тебя извращенный ум, Диана. Не может быть и речи о том, чтобы
разлучить близнецов. Они обожают друг друга.
Если понадобится, я буду бороться с тобой во всех судебных инстанциях, которые
только существуют.
- Все так же рвешься в сражение, Джаред? Эти восемь лет тебя совсем не
изменили.
- Ну почему же? Я больше не тот наивный кадет, поверивший однажды в то,
что ты его любишь.
- Люблю? - Ее смех был таким же холодным, как и зеленые глаза. - Ты все
такой же наивный, Джаред, но,
поскольку мы женаты, я готова продолжать этот фарс ради близнецов. Хотела бы я
знать, как отреагируют девочки, когда
узнают, что их мать вернулась, а отец не пускает ее в дом.
Китти была слишком потрясена, чтобы слушать дальше.
- Прошу извинить меня, - сказала она и поспешила прочь.
- Кэтлин, подожди, - окликнул ее Джаред.
Не останавливаясь, Китти взбежала вверх по лестнице и заперлась в своей
комнате. Затем тяжело опустилась на
краешек постели. Ее трясло, как в ознобе. Она сделала несколько глубоких
вздохов, пытаясь успокоиться, но это не помогло.
Дрожь не проходила, ей было холодно. Ужасно холодно. Она легла на постель,
подтянув колени к груди, и зарыдала в
подушку. Спустя некоторое время раздался стук в дверь.
- Кэтлин, можно я войду? Нам нужно поговорить.
- Уходи, Джаред. Поговорим утром.
- Нет, мы должны поговорить сейчас. Прошу тебя, Кэтлин.
Китти поднялась и подошла к двери. Она чувствовала себя опустошенной.
Глаза опухли и покраснели от слез, ей
хотелось только одного - чтобы ее оставили в покое. Но Джаред не уйдет.
Смирившись, она отперла дверь и распахнула ее.
- Я очень устала, Джаред. Это не может подождать до утра? - Он потянулся к
ней, но она увернулась. -
Пожалуйста, не трогай меня.
С таким же успехом она могла бы влепить ему пощечину.
- Боже мой, Кэтлин, неужели ты поверила ей?
- Я не знаю, чему верить. Чего она добьется ложью?
- Кто знает, какие у нее мотивы? Но правда все равно выйдет наружу.
- Она сказала, что хочет вернуть девочек, хотя бы одну из них.
- Она их не получит.
- Диана - твоя жена, их мать. Закон на ее стороне.
- Она не моя жена. Мы развелись.
- У тебя имеются доказательства?
- Тут есть небольшая проблема, но как только я свяжусь со своим адвокатом,
она разрешится.
- Какая проблема?
- Я только что говорил с отцом. Оказывается, он считал, что документы по
поводу развода у меня, а я думал, что их
получил он. Кстати, он припомнил, что, когда я был в Индии, от моего адвоката
прибыл большой пакет с официальными
бумагами, но он не стал вскрывать их, поскольку они были помечены как личные. Я
тогда продал кое-какую недвижимость, и
он решил, что бумаги связаны с той сделкой.
Надежды Китти возросли.
- Значит, ты сможешь доказать, что развод состоялся?
- Есть одна сложность. Отец хранил их на чердаке и...
- Они сгорели во время пожара. - Она почувствовала головокружение и
опустилась в ближайшее кресло.
- Ради Бога, Китти, у адвоката наверняка имеется копия. Беда в том, что он
сейчас в Англии. Он также поверенный
Джейка Кэррингтона и направился туда по его заданию. Утром я свяжусь с ним по
телеграфу, и мы уладим это чертово
недоразумение.
- Понятно. - У нее было нехорошее предчувствие, что все не так просто, как
ему кажется. - Я устала, Джаред. Если
ты не возражаешь, я хотела бы лечь.
- Хорошо, Кэтлин.
Джаред подошел к ней, но она не встала.
- Я понимаю, каким шоком это явилось для тебя. Я испытываю то же самое.
Отдохни, любовь моя. Все образуется.
Доверься мне. - Он приподнял ее подбородок, устремив на нее светившийся
решимостью взгляд. - Я люблю тебя, Кэтлин.
В мире нет силы, которая разлучила бы нас и забрала у меня моих дочерей.
Оставшись одна, Китти долго сидела молча. Ей предстояло принять самое
сложное решение в ее жизни.
Хватит ли у нее силы духа?
Промучившись до рассвета в безуспешных попытках заснуть, Китти встала и
собрала свои вещи. Лучшее, что она
может сделать для Джареда и близнецов, - это уехать. О браке не может быть и
речи, пока он женат на Диане, а, оставаясь в
доме, она дает дополнительные основания для выдвинутых Дианой обвинений в
супружеской неверности. Это может
повлиять на решение суда по поводу опеки над близнецами.
Сама мысль о том, что Бекки и Дженни могут быть разделены между
родителями, ужасала. Даже если Джаред
разведется с Дианой, как он надеется, с его стороны будет более гуманно отдать
ей обеих девочек, чем позволить их
разлучить.
Хотя, если она уедет, Джаред вряд ли станет заниматься разводом. Весьма
вероятно, что он снова закроется в своей
комнате, но, по крайней мере, близнецы обретут отца и мать... ее глаза
наполнились слезами... даже если это будут не те мама
и папа, о которых так мечтала Дженни.
Но может, Диана изменилась, может, она осознала свои ошибки? Вполне
возможно, что они с Джаредом оставят
взаимные упреки в прошлом и начнут все сначала ради благополучия дочерей.
Как бы то ни было, ясно одно: этого никогда не случится, пока она, Китти,
остается на сцене.
Завершив сборы, Китти села и написала письмо близнецам, еще одно
Джонатану, но с Джаредом ей придется
встретиться лицом к лицу.
Приоткрыв дверь в комнату близнецов, она остановилась на пороге, глядя на
спящих девочек. Сердце ее так болело,
что казалось, сейчас разорвется. Ей хотелось поцеловать их, в последний раз
прижать к груди, но она не осмеливалась,
опасаясь их разбудить - тогда у нее не хватит сил уйти.
Джаред прав. Только круглые дураки позволяют себе любить. Будь она умнее,
не страдала бы сейчас от горечи
разлуки.
Китти отвернулась и двинулась дальше по коридору.
Под дверью Джареда виднелась полоска света. Едва ли он спал этой ночью
больше, чем она.
Китти постучала в дверь и вошла, не дожидаясь ответа. Джаред, стоявший у
окна, обернулся. Ей не пришлось ничего
говорить.
- Ты уходишь.
- Думаю, так будет лучше для всех, Джаред. Мое дальнейшее пребывание здесь
принесет больше вреда, чем пользы.
- Ты не поверила ни одному моему слову, да?
- Я верю в твою искренность, просто ты ошибаешься. Диана не стала бы
угрожать судом, если бы не могла доказать
свои претензии.
- Китти, ты ее не знаешь. Она дьявольски хитра. Все это не более чем
пустые угрозы.
- Джаред, но у тебя нет никаких доказательств, что развод состоялся. Как
ты можешь рассчитывать, что выиграешь
дело в суде?
- Оно не дойдет до суда. Она блефует.
- С какой целью?
- Да кто, к дьяволу, знает? Диана - это Диана.
- В том-то все дело: ты не знаешь. На карту поставлено гораздо больше, чем
наши с тобой отношения. Ты же не
станешь рисковать будущим близнецов? Что, если, прежде чем ты сможешь что-либо
доказать, суд передаст ей опекунство
над близнецами или хотя бы над одной из девочек? Если мы это допустим, то
возненавидим друг друга.
- Если бы ты верила в меня, Кэтлин, то не спешила бы убегать. Или это
образчик неустрашимости Маккензи, которой
ты так хвасталась?
- Пожалуйста, Джаред, мне и так тяжело. Давай не будем опускаться до
взаимных оскорблений. Что бы ты ни сказал,
ты не убедишь меня остаться. Когда меня не будет, вы можете попытаться
восстановить свой брак, если не ради себя, то ради
близнецов.
- Раз уж ты распорядилась моей жизнью, может, скажешь, что намерена делать
со своей? - саркастически спросил
он.
- Не знаю. Наверное, вернусь в "Трипл-Эм". Жаль, что я вообще уехала
оттуда.
- Ясно, побежишь домой, к мамочке и папочке. Почему бы тебе не выйти замуж
за соседа? Будете жить себе
припеваючи на ранчо. Бьюсь об заклад, он умеет палить из револьвера и бренчать
на гитаре.
Китти сверкнула глазами:
- Может, я так и сделаю. Он всегда был ко мне неравнодушен.
- Неужели ты думаешь, что найдешь то, что было между нами, в объятиях
другого мужчины? Когда-то ты
согласилась на меньшее. Но устроит ли это тебя теперь?
- Как ты смеешь использовать Теда в качестве аргумента! - возмутилась
Китти. - Он не имеет к этому никакого
отношения.
- Имеет, и самое прямое. В свое время ты выбрала удобный брак, а теперь,
столкнувшись с первыми трудностями,
поднимаешь крик, словно душа Цезаря, взывающего из могилы. Но тебя никто не
предавал, Китти, это ты предательница.
Почему бы тебе, подобно Бруту, не воткнуть нож в спину человека, который тебе
доверял?
- О, пожалуйста, Джаред, избавь меня от мелодраматической риторики. Я
пыталась облегчить это для нас, насколько
возможно, но с тобой бесполезно разговаривать. Ты так одержим собственными
переживаниями, что не видишь дальше
собственного носа. Пора посмотреть в лицо реальности. И потом, каким это образом
я предала тебя?
- Тем, что убегаешь. Ты виновна в том самом грехе, в котором упрекаешь
меня, - ты боишь
...Закладка в соц.сетях
