Жанр: Любовные романы
Пленница в раю
...прочем, наверное, это неудивительно, когда постоянно
живешь в окружении роскоши и всевозможных привилегий и можешь иметь все, что
только душа пожелает.
— Ты же прекрасно знаешь, Санди, что никому не удается ни уговорить
твоего брата, ни переубедить его. У него своя голова на плечах, и он всегда
знает, что делать, и свое мнение считает единственно верным и непоколебимым.
Спорить с ним абсолютно бессмысленное занятие, — весело отозвалась
Дана. Было заметно, что к ней снова вернулось прекрасное расположение духа.
Санди. Вот, значит, как зовут Сандру в кругу близких. Эвелин несколько раз
мысленно повторила имя, словно пробуя его на вкус. И в конце концов решила,
что оно ей нравится. Как и его обладательница.
Эвелин почувствовала на себе чей-то взгляд и, подняв глаза, увидела, что
телохранитель смотрит на нее в упор тяжелым подозрительным взглядом. Она
похолодела. Охваченная не просто страхом, но самой настоящей паникой, она
попыталась лихорадочно придумать, как выпутаться из этой ситуации, чтобы не
возбудить ничьих подозрений. Бог мой, неужели она вот так сразу все
испортила?!
Эвелин не придумала ничего лучше, как симулировать обморок. Она приложила
ладонь ко лбу, закрыла глаза и слегка покачнулась, и тут же чья-то сильная
рука ухватила ее за плечо и слегка надавила, а властный голос произнес над
ухом.
— Скорее сядьте и дышите глубже.
Она послушно опустилась на землю, положила голову на колени и сделала
несколько глубоких вдохов и выдохов. Через пару минут, решив, что прошло уже
достаточно времени, чтобы прийти в себя, она подняла голову и наткнулась
прямо на пристальный взгляд Луиса Ламберта.
Глаза его были так холодны, что она почувствовала, будто на нее повеяло
ледяным дыханием. Она вздрогнула, кровь отхлынула от ее лица. Терзаемая
чувством вины за только что разыгранный спектакль и желая только одного —
поскорее убежать, скрыться от этого проницательного, всевидящего взгляда,
она, чуть заикаясь, пробормотала.
— М-мне уже лучше... должно быть, перегрелась на солнце... спасибо вам,
я пойду.
— Никуда вы не пойдете, — все тем же властным, непререкаемым тоном
отрезал он, затем, заметив ее испуганный взгляд, добавил в свой голос пару
градусов тепла — Вы еще очень бледны.
Не зная, куда деваться от его изучающего взгляда, она опустила глаза и
задержалась на его длинных смуглых пальцах. Воображение тут же услужливо
подсунуло ей картинку этих красивых пальцев, ласкающих ее. С ума
сойти! — ужаснулась она направлению своих мыслей. Только этого не
хватало! Вместо того чтобы соображать, как без потерь выбраться из этой
ситуации, она забавляется сексуальными фантазиями.
Сандра встревоженно наклонилась к ней.
— Что будем делать, Луис?
— Отведем ее куда-нибудь, где попрохладнее, — последовал краткий и
уверенный ответ.
Эвелин было совершенно ясно, что способность властвовать и повелевать людьми
у Луиса Ламберта в крови и независимо от возраста он всегда останется таким.
На всем, что он делает, к чему прикасается, лежит печать его сильной
личности, подумала она, чувствуя легкое головокружение.
— Вам лучше? Вы уже можете встать? — резко спросил он, и взгляд
его снова сделался холодным и напряженным.
Она утвердительно кивнула и улыбнулась одними губами.
— Мне так неловко. Прошу прощения, что задержала вас. Я просто немного
посижу в тени и буду в полном порядке.
— Мы вас проводим, — сочувственно проговорила Сандра. —
Правда, Луис?
— Разумеется, — сказал он бесстрастным тоном, — мы проводим
мисс...
— Дарси.
— ...мисс Дарси в тень. — В его голосе, однако, не слышалось
никакого энтузиазма. — Недалеко отсюда есть кафе с кондиционером. Вы
дойдете сами, мисс Дарси, или мне вас понести?
— Нет-нет, что вы... — пробормотала Эвелин, приходя в неподдельный
ужас от подобной перспективы. — Я вполне могу идти сама, благодарю вас.
— В таком случае давайте пойдем все вместе, — с воодушевлением
предложила Сандра. — Мне и самой ужасно жарко, и я бы не отказалась
выпить чего-нибудь холодненького.
— Может, тогда лучше отправиться домой? — раздался раздраженный
голос Даны. — Мы можем отвезти ее...
— Где вы остановились, мисс Дарси? — перебил ее Ламберт.
Пока он помогал ей подняться, Эвелин поймала на себе все еще встревоженный
взгляд его сестры и улыбнулась в ответ, давая понять, что все в порядке. Она
очень надеялась, что безупречно сыграла свою роль и никто, даже Луис, не
заподозрил, что это почти на все сто была симуляция.
Однако, испытывая из-за этого чувство неловкости и вины, она назвала свою
гостиницу.
— Вот и прекрасно. Это неподалеку, — воскликнула Сандра. — Мы
проводим вас после того, как немного остынем и выпьем чего-нибудь.
Эвелин испытывала трусливое желание поскорее уйти, сказав, что с ней уже все
в порядке и что она вполне может дойти сама. Однако она понимала, что судьба
дает ей шанс, шанс, о котором можно было только мечтать, и отказываться от
него из-за минутной трусости совсем уж глупо. Она оперлась на руку,
поддерживающую ее за талию, и в тот же миг почувствовала, как Луис напрягся.
Неужели все-таки не верит? Неужели что-то заподозрил? Мельком взглянув на
него, она не прочла ничего на его словно высеченном из камня, непроницаемом
лице. Но не стоит расслабляться. Надо быть готовой ко всему. Он не привык
никому доверять. Поэтому необходимо спрятать свои опасения подальше и вести
себя как можно непринужденнее.
Кафе оказалось довольно уютным и, самое главное, прохладным. Сандра и Эвелин
потягивали прохладительный напиток из смеси тропических фруктов, мужчины
выпили ананасового сока с содовой, а блондинка Дана заказала себе банановый
дайкири
и сидела с недовольным скучающим выражением лица.
То и дело Эвелин ловила на себе загадочный изучающий взгляд Луиса, словно
желающий проникнуть в самую душу и разглядеть, что же скрывается там. Одна
Сандра, казалось, не замечала напряженной атмосферы за столиком и
непринужденно болтала, в основном с Эвелин. Они немного поговорили о местных
украшениях, потом о летних шляпах, которые плетут на острове из растения,
называемого кучаре. Сандра похвасталась, что у нее две такие шляпы и что они
прекрасно защищают голову от жары.
— Непременно куплю себе такую, — улыбнулась Эвелин.
— Замечательная идея, — подхватила Сандра. — Если бы сегодня
вы, мисс Дарси, были в такой шляпе, с вами бы не случилось солнечного удара.
Кстати, мы ведь еще даже толком не познакомились. Меня зовут Сандра Ламберт,
это Дана Ривз, это мой брат Луис. А это Джей, — немного подумав,
добавила она.
— Очень приятно, — сказала Эвелин.
Мисс Ривз явно скучала, выражение сузившихся глаз Луиса было далеко не
приветливым, но Эвелин не сдавалась, гадая, что бы такое сделать, чтобы
Сандра ее запомнила.
— Меня зовут Эвелин, — проговорила она и улыбнулась.
— У вас красивое имя, — заметила Сандра. — А как сокращенно?
Эвелин пожала плечами.
— Можно Эви, можно Лин, кому как нравится.
— О, мне определенно нравится Лин, — с воодушевлением воскликнула
Сандра. — Можно, я так буду вас называть?
— Да, конечно, — откликнулась Эвелин, делая над собой усилие,
чтобы не показать, как все в ней поет от счастья. Она сделала это! Она все-
таки нашла девушку и даже познакомилась с ней.
— Может, кто-то хочет еще чего-нибудь выпить? — лениво
поинтересовался Луис. — Если нет, тогда, я думаю, нам пора.
Дана с неторопливой грацией поднялась со своего места, не показывая виду,
как торопится поскорее уйти отсюда, и направилась к выходу. Сандра послушно
последовала за ней, но потом приостановилась и оглянулась.
— Вы уверены, что уже можете сами идти? Может, мы...
— Нет-нет, благодарю вас, я уже чувствую себя совершенно здоровой.
Пожалуй, даже поплаваю сейчас в бассейне, — сказала она с несколько
натянутой улыбкой.
Однако, не желая быть навязчивой и на случай, если они решили оставить ее
здесь, что, без сомнения, жаждали сделать все, кроме Сандры, она слегка
замедлила шаг, пока они выходили из прохладного кафе под ослепительное
тропическое солнце.
Выйдя на улицу, Луис тотчас же взял ее за руку и так сильно стиснул ладонь,
что Эвелин почувствовала, как невидимые токи раздражения — и, может, даже
злости — покалывают ей пальцы. Но больше ничем — ни лицом, ни голосом — он
не выдал своего состояния.
— Джей, подгони машину. Мы подождем вот здесь, под навесом.
Они обменялись взглядами, и телохранитель отправился выполнять поручение.
Идея оставить своих подопечных ему явно не понравилась, но ему ничего не
оставалось делать и он подчинился.
— Может, вы хотите подождать внутри? — спокойным вежливым тоном
поинтересовался Луис.
Но Эвелин видела, что это кажущееся спокойствие. Он сейчас напоминал
охотника, поджидающего в засаде свою добычу, чтобы нанести последний,
роковой удар.
— Нет, спасибо, я действительно вполне хорошо себя чувствую. Не
беспокойтесь.
— Это все из-за этой ужасной влажности. Это просто какой-то кошмар.
Единственное спасение от нее — не вылезать из бассейна, — защебетала
Сандра, вдруг каким-то неуловимым жестом отчаянно напомнив Эвелин ее саму.
Словно она увидела себя в зеркале.
— Да, с непривычки эта влажная жара действует угнетающе. Там, где я
живу, совсем иной климат.
— Вы из Штатов, верно? — полюбопытствовала Сандра. — Я
догадалась по акценту. Или я ошиблась? Я бывала там несколько раз.
— Нет, вы совершенно правы, — подтвердила ее догадку Эвелин, не
видя с
В зеленоватых глазах Сандры светилось обычное человеческое любопытство.
Знает ли она, что тоже родилась в Штатах? Скорее всего, нет, подумала
Эвелин.
— О, мне кажется, я неплохо разбираюсь в диалектах и акцентах. В школе
у нас есть специальный предмет — языковедение, и мы...
— Санди, ты не могла бы чуть посторониться? Ты загораживаешь вход.
Какая-то женщина действительно хотела пройти, но слова брата служили явным
приказанием попридержать язык, чему она тут же беспрекословно повиновалась.
Пропустив женщину, Сандра снова принялась болтать, но уже о всяких пустяках
вроде того, куда нужно непременно сходить на острове, где лучший пляж, что
можно купить в качестве сувениров родственникам и друзьям.
Эвелин последовала ее примеру, стараясь говорить о чем-нибудь легком и
приятном, не затрагивая личных тем. Больше всего ей хотелось произвести на
девушку хорошее впечатление, сказать или сделать что-нибудь такое, чтобы
Сандра запомнила ее и чтобы потом, когда она снова постарается с ней
увидеться, узнала ее.
Но, как назло, в голову лезли одни банальные, ничего не значащие фразы. Она
так и не успела придумать ничего умного, когда к входу подкатил роскошный
лимузин.
Они довезли ее до гостиницы, Эвелин поблагодарила своих новых знакомых и
попрощалась, сопровождаемая множеством любопытных глаз. Она старательно
улыбалась, пытаясь говорить ровным, спокойным голосом, и немного постояла в
тени финиковой пальмы, пока машина не скрылась из виду. Но, как только
машина исчезла, улыбка сползла с ее лица и к глазам подступили слезы. Теперь
она хорошо понимала, что имеют в виду, когда говорят, что сдерживаемые
эмоции готовы выплеснуться через край.
Вернувшись к себе в номер, она пожурила себя. Ну с какой стати она так
расклеилась? Ведь сегодня сбылась ее мечта, с которой она жила, которую
лелеяла с тех пор, как узнала о том, кто она на самом деле, узнала об
Арабелле и обо всем остальном. Она наконец-то увиделась с Сандрой и даже
разговаривала с ней.
Глупо расстраиваться сейчас, когда ее жизнь, в сущности, только начинается.
Ее новая жизнь. Теперь она начнет все сначала.
2
Следующие два дня прошли спокойно и размеренно. Эвелин валялась на пляже,
плавала в бассейне, лакомилась местными деликатесами, осматривала
достопримечательности острова. Однако в полной мере насладиться отдыхом на
райском, экзотическом острове ей мешала неугасающая надежда, превратившаяся
почти что в навязчивую идею, еще раз встретить Ламбертов.
Она ругала себя последними словами, убеждала, что уже сделала все, что
могла, что цель достигнута. Она увидела Сандру, разговаривала с ней,
возможно даже произвела на нее благоприятное впечатление, и наверняка, если
им еще раз доведется встретиться, та ее вспомнит.
Самым правильным в такой ситуации было бы смириться с тем, что члены семьи
миллионеров недоступны для простых смертных и поэтому ей вряд ли удастся еще
раз увидеться и поговорить с Санди. Я непременно должна убедить себя в этом,
думала Эвелин, как следует отдохнуть, потом вернуться в Нью-Йорк и с новыми
силами приступить к работе.
В конце концов она все-таки приняла это разумное решение и купила билет на
морскую прогулку в Розовую лагуну, которая называлась так из-за розоватого
оттенка, придаваемого воде микроскопическими водорослями. Хватит уж
предаваться меланхолии, твердила она себе, надо жить дальше.
Ранним утром, когда вода в лагуне еще была серебристо-серой, она стянула
свои роскошные рыжеватые волосы в хвост, надела широкополую шляпу местного
плетения, которую приобрела по рекомендации Сандры, и отправилась на
пристань, где экскурсантов уже поджидал красивый белый катамаран. Веселая,
пестрая толпа, состоящая в основном из американцев и нескольких европейцев,
была решительно настроена получить от жизни максимум удовольствий, и
излучала ту отпускную беззаботность и жизнерадостность, когда так легко
завязать разговор с совершенно незнакомым тебе человеком.
Взойдя вместе со всеми на судно, Эвелин окончательно утвердилась в мысли,
что поступила правильно. Она больше не намерена предаваться унынию. Здесь,
на Катанау, столько всего интересного, и она не собирается сидеть взаперти и
тешить себя пустыми надеждами. Рядом с ней пожилая пара обменивалась
впечатлениями по-французски, и Эвелин, которая много лет провела во Франции
и говорила на этом языке, как истинная француженка, вступила с ними в
беседу.
Шум мотора тонул в шуме воды, и катамаран плавно скользил в направлении
небольшого кораллового рифа. Вода здесь и впрямь имела розовый оттенок.
Эвелин любовалась морем и красотами тропического острова и чувствовала, как
настроение у нее поднимается с каждой минутой. Она улыбнулась и вновь
похвалила себя за правильное решение.
Вокруг Катанау было разбросано большое количество мелких и совсем крошечных
островков, и они сделали остановки на двух из них. На первом — для желающих
понырять и поплавать с аквалангом; на втором — для желающих пособирать
экзотические раковины. Здесь же, под кронами кокосовых пальм, был подан обед
из только что пойманной рыбы и самых разнообразных восхитительных на вкус
овощей и фруктов.
Эвелин с аппетитом поглощала деликатесы, слегка кокетничая со своим соседом,
молодым человеком из Техаса.
На обратном пути, после того как все искупались, смыв с себя полуденную
жару, а катамаран подошел ближе к берегу, экскурсовод стал показывать им
местные достопримечательности, попутно сообщая некоторые факты из истории
острова, открытого и завоеванного в начале семнадцатого века испанцами.
— А чей это дом, вон там, на склоне горы, такой белый, с островерхой
крышей? — полюбопытствовал один из ее соотечественников.
Их бойкий гид отчего-то вдруг смутился. Заинтригованная этим
обстоятельством, Эвелин посмотрела туда, где на пологом берегу среди густых
тропических зарослей виднелся большой дом. А внизу, в меленькой бухточке
стояла на якоре ослепительно белая яхта.
— Э-э... дом принадлежит одному важному лицу, — уклончиво ответил
экскурсовод.
— Какая красота! — воскликнул еще кто-то из группы. — А можно
подойти поближе и посмотреть на него?
Гид окончательно стушевался.
— Видите ли, это частные владения, и я не думаю, что мы вправе нарушать
их. Если же вам хочется полюбоваться на тропический лес, у нас имеется
специальный туристический маршрут в глубь острова. Там вы сможете
наслаждаться джунглями, сколько вашей душе угодно.
— Могу поспорить, что это владения Ламбертов, ну, тех миллионеров,
которым принадлежит весь этот остров чуть ли не со всеми потрохами, —
завистливо ухмыльнулся мужчина-американец. Что-то я такое читал, что их род
берет начало отсюда.
— Насчет последнего вы совершенно правы, — подтвердил
экскурсовод. — Ламберты — потомки последнего короля острова.
— Так, значит, это их дом? — не унимался настырный американец.
Эвелин внимательно наблюдала за изменением выражения лица их смуглого
экскурсовода.
— Да, сэр, это его дом, — с большой неохотой согласился он после
некоторой паузы.
В эту минуту Эвелин в голову пришла одна замечательная идея. Она была
настолько неожиданной и авантюрной, что Эвелин тут же постаралась выбросить
ее из головы как совершенно абсурдную и весь остаток пути внимательно
слушала рассказ экскурсовода и даже поддерживала, хотя и несколько
рассеянно, беседу со своим новым знакомым из Техаса.
Однако на его предложение сходить куда-нибудь вечером она ответила вежливым,
но твердым отказом и по возвращении в гостиницу сразу же забыла о нем.
Уже когда Эвелин лежала в кровати, идея, пришедшая ей на ум во время
экскурсии, вновь посетила ее, и, немного поразмыслив, она призналась себе,
что не такая уж она и бредовая. По воде до особняка Ламбертов совсем
недалеко, но осмелится ли она? И насколько это осуществимо?
Она начала перебирать в уме возможные осложнения. Так, во-первых, охрана.
Естественно, территория надежно охраняется и посторонних туда не пускают.
Она вспомнила бульдожьи глаза телохранителя Джея и поежилась.
Что еще? Сторожевые собаки? Вполне возможно. Ну не растерзают же они ее
прямо на месте? Наверняка собаки, если таковые имеются, хорошо обучены и без
команды хозяина в горло не вцепятся. К тому же она всегда умела ладить с
животными.
Что, если нанять небольшой катер и совершить водную прогулку в сторону
владений Ламбертов, а потом под каким-нибудь предлогом высадиться на берег в
той маленькой бухточке внизу?
Конечно, вполне возможно, что ей и шагу на берег не дадут ступить и вежливо
попросят покинуть территорию. Ну что ж, тогда она признает свое поражение и
вернется, но попробовать стоит. Попытка не пытка. Чем черт не шутит, а вдруг
у нее получится и она еще раз увидит Сандру?
Эвелин вспомнила юную стройную девушку с медными локонами и зеленовато-
карими глазами. Карий цвет ей явно достался от Ламбертов, а вот зеленый — от
Арабеллы. Как и ей. С этой мыслью Эвелин и уснула.
Как оказалось, осуществить ее замысел было до смешного легко. На следующий
день, после обеда, она взяла напрокат маленький катамаран, пообещав вернуть
его не позднее шести часов. Облачившись поверх купальника в шорты и майку,
она как следует обмазалась защитным кремом, надела соломенную шляпу и
отправилась в путь.
Убеждая лодочника в том, что она прекрасно умеет ходить под парусом, Эвелин
ничуть не солгала. В элитной школе во Франции, где она училась, спорту, в
том числе и парусному, уделялось большое внимание и даже устраивались
регаты. Эвелин добилась неплохих результатов и вполне успешно участвовала в
соревнованиях. Правда, после того как она стала усиленно заниматься музыкой
и пением, спорту уже не уделяла столько времени, но навыки остались. Уже
через несколько минут она поняла, что управлять катамараном гораздо проще,
чем школьным парусником, что он покорно слушается руля, и почувствовала себя
гораздо увереннее, тем более что теплый ровный ветер не предвещал никаких
неприятных сюрпризов.
С искрящимися в предчувствии опасности и приключений глазами, ощущая
небывалый прилив сил и душевный подъем, Эвелин скользила по гладкой
зеленоватой поверхности моря, постепенно удаляясь от города. Поначалу ей
казалось, что за ней неотступно кто-то следит, и с трудом удавалось
заставить себя не оглядываться. Но потом она поняла, что ее опасения
смехотворны, ибо вокруг было столько всевозможных яхт, катеров и лодок всех
размеров и разновидностей, что на нее никто не станет обращать никакого
внимания.
Катамаран неспешно приближался к береговой линии, и вскоре среди пышной
зеленой растительности на склоне горы показался большой белый дом. Дом, в
котором живет Сандра Ламберт. Время от времени Эвелин приподнималась и,
щурясь от яркого солнца, пыталась определить, какое там дно. Вода была
прозрачной и слегка розоватой, и это казалось таким удивительным, что она не
могла налюбоваться этим чудом природы.
Мимо нее проплыло несколько катеров с туристами, и она весело помахала им в
ответ на их приветственные возгласы. Когда они скрылись из виду и шум
моторов затих, она наконец-то смогла вздохнуть с облегчением. Кругом царили
тишина и покой, и только внутри у нее все дрожало и трепетало, словно крылья
сотни бабочек. Жара стояла невыносимая, и от нее не спасала ни шляпа, ни
тень от паруса. Когда солнце начало клониться к западу, она почти достигла
цели своего путешествия.
На берегу не было ни души, но, чувствуя, что чьи-то зоркие глаза пристально
наблюдают за ней из зеленой массы леса, она нарочито медленно и небрежно как
человек, уверенный, что не делает ничего плохого, развернула суденышко и
вошла в устье бухты. Все так же неспешно обогнула белоснежную яхту,
восхищаясь ее совершенством и мысленно ужасаясь той несметной, по ее
представлениям, сумме денег, которая была вложена в это поистине
великолепное произведение судостроительного искусства. Борт яхты украшала
сделанная золотыми буквами надпись
Белая птица
. Какое романтичное и точное
название. Наверняка летящая по волнам с поднятыми парусами, она и впрямь
похожа на птицу.
Как заправский турист, которому все любопытно и который всюду готов сунуть
свой нос, Эвелин направила катамаран к берегу.
Казалось, все застыло под палящим зноем. Пока что не было видно никаких
признаков охраны: ни собак, ни людей. Мелкие волны лениво набегали на
сверкающий на солнце золотистый песок и так же лениво откатывались назад,
оставляя за собой влажный след. Впереди виднелась плотная, непроглядная
масса тропического леса. Со странной смесью опасения и восторга
первооткрывателя она ступила на горячий песок.
Но едва только ее ноги твердо встали на землю, неожиданная, непрошеная
паника охватило все ее существо, а сердце заколотилось так неистово, что
казалось, будто оно стучит где-то в ушах.
Чтобы успокоиться, она набрала полную грудь воздуха и медленно выдохнула,
потом сняла шляпу, немного обмахнулась ею как веером, убрала со лба
вспотевшие волосы и снова водрузила головной убор на голову. На такой жаре
немудрено и в самом деле получить солнечный удар. Если она снова свалится в
обморок, пусть даже на этот раз и по-настоящему, это и впрямь будет
выглядеть подозрительно. И уж тогда ее наверняка и близко не подпустят к
членам семейства Ламбертов.
Закусив слегка подрагивающую нижнюю губу, она пристально вглядывалась в
непроходимые заросли тропического леса, закрывавшие склон между берегом и
домом. Вдруг откуда-то сбоку раздался какой-то шорох. Эвелин испуганно
повернула голову, но, к своему удивлению, никого не увидела. От страха у нее
перехватило горло, но с грехом пополам ей удалось справиться с собой. Не для
того она проделала этот путь, решилась на эту авантюру, чтобы сейчас бросить
все и задать стрекача словно пугливый заяц.
Так, надо подумать. Что бы сделал обычный турист на ее месте? Наверняка
прошелся бы по берегу, потом углубился чуть дальше и посидел в тени
деревьев.
Но сначала она должна вытащить свое суденышко на берег. Это оказалось не
таким уж легким делом. Песок был мокрый и липкий, а катамаран довольно
тяжелый. Когда она наконец справилась с этой задачей и спустила парус, чтобы
не хлопал на ветру, волосы и майка прилипли к телу. Она снова обмахнулась
шляпой и немного постояла, переводя дух. От волнения ноги плохо слушались
ее, и только глаза внимательно изучали подступающие к берегу густые, немного
зловещие заросли. Отсюда дома видно не было.
И вновь она услышала шорох. На этот раз он был чуть ближе, и ее сердце ушло
в пятки. В следующую секунду из зарослей прямо на нее выскочили два огр
...Закладка в соц.сетях
