Жанр: Любовные романы
Вспомнить о будущем
...шествие, которое к тому же оказалось пустой тратой времени. Все
вместе сильно измотало ее.
Когда Элджи предложил ей поехать в те места, которые она помнила, то есть
вернуться в то время, когда ее память не страдала провалами, Джейн
ухватилась за его предложение, как ухватилась бы за что угодно в надежде
получить объяснение происшедшему с ней и, что еще важнее, понять мотивы
своих поступков. Прошло уже пять дней, а она все еще не могла опомниться от
того разговора с Элджи...
— За рулем был не шофер, — сказал он тогда. — Машину вел мой
брат.
— Твой?.. — Мыслей в голове не было, на какой-то момент там
воцарилась пустота, столь велико было ее потрясение. — Я даже не знала,
что у тебя был брат, — растерянно сказала Джейн.
— Мой младший брат, — отрывисто бросал слова в ее побледневшее
лицо Элджи. — Я... Он был... на семь лет младше.
А потом... потом он сказал самое невероятное, отчего она чуть снова не
очутилась в изначальном мраке. И так непременно случилось бы, если бы не
ставшее для нее привычным за последнее время недоверие к словам Элджи.
— Вы с Бертраном были любовниками...
Да, эти пять дней были для нее тяжелыми.
— У тебя усталый вид. — Элджи подошел к ней, держа в руке
переносную коляску с Дэнни. — Может, ты сразу отправишься спать, а
малышом займусь я?
— Нет! — Джейн решительно отвергла предложенную помощь, качнув
рыжей головой.
Уснуть она все равно не сможет. Будет лежать без сна, как все ночи с того
момента, когда узнала правду, смотреть в потолок, пытаясь понять, как она
могла забыть человека, который был ее любовником чуть ли не в течение года.
— Сама справлюсь, а ты захвати чемоданы.
Занимаясь Дэнни, она к тому же избегала необходимости общаться с Элджи, в
присутствии которого испытывала крайнюю неловкость. Нервы ее были натянуты
до предела, у нее было ощущение, будто с нее содрали всю одежду и голой
выставили на публичное поношение. Ей хотелось только одного — быть от Элджи
подальше.
— Хорошо, — согласился Элджи в сдержанно-вежливой манере, которой
он придерживался в последние дни. — Я занесу чемодан в твою комнату.
Твоя комната
— это обозначение дистанции, установившейся между ними. Во
время их поездки в штат Колорадо Элджи заказывал в каждом отеле раздельные
номера. Он строго придерживался выбранной им линии поведения в их
отношениях, полностью предоставив Джейн самой себе.
Джейн как могла дольше растягивала процедуру укладывания Дэнни на ночь, хотя
он был таким сонным, что почти не реагировал, когда она меняла ему
подгузник. И все равно ей пришлось ломать голову над тем, чем занять остаток
вечера.
— Джейн! — донесся до нее из нижнего холла голос Элджи. — Я
приготовил кофе. Если ты уложила Дэнни, то пора подкрепиться.
Вряд ли ей сейчас что-нибудь полезет в глотку, но если она еще задержится
здесь, то Элджи способен подняться за ней и, применив силу, заставить ее
спуститься в гостиную.
Уговорив себя, она скользнула в свою комнату, умылась, чтобы вернуть немного
краски лицу, и причесалась. Потом переоделась в зеленые льняные брюки и
хлопковый топ в тон брюк, глубоко вздохнула и спустилась в гостиную.
— Тут еще бутерброды, — сказал Элджи.
Он наверняка заметил у нее и тени под глазами и запавшие щеки, но
комментировать не стал, просто показал на кофейный столик и стоявший на нем
поднос.
— Я не хочу есть.
— Но ты давно ничего не ела.
— Элджи, я сказала, что не хочу есть. Я не Дэнни, и тебе незачем
проявлять обо мне заботу.
— Заботиться о Дэнни проще, чем уговаривать тебя! — мрачно буркнул
Элджи. — Я понимаю, что последние дни были трудными для тебя...
— Трудными?! — воскликнула Джейн со злой иронией. — Вряд ли
это определение здесь уместно. Оказаться перед черной дырой, в которой
уместился целый год твоей жизни, потом обнаружить, что все это время была
любовницей человека, о котором ничего не можешь вспомнить! Если бы ты не
показал мне его фотографии, я бы даже не знала, как он выглядел!
Голос ее задрожал на последней фразе. Когда Элджи показал ей фотографию и
заверил, что это и есть его брат Бертран, она пережила настоящий ужас: мир,
в котором она жила, рухнул, уничтожив все, во что она верила...
— Ты говоришь, что он был моим любовником, а у меня нет никаких
воспоминаний об этом.
Зато она хорошо помнила, как они с Элджи занимались любовью. Боже, она до
сих пор ощущала его ладони на своем теле, его поцелуи на губах. Вне всяких
сомнений, для того чтобы ей забыть об этих ночах, полных истинной страсти,
понадобится что-то более серьезное, чем удар по голове.
— Мы пять дней колесили в поисках моего прошлого, чтобы выяснить, где я
встретила твоего брата, как познакомилась с ним... И с чем мы
вернулись? — Голос ее сорвался, она попыталась сдержать слезы. —
Фактически ни с чем!
Да, конечно, Элджи всячески старался помочь ей, и она была благодарна ему за
это. Он видел, какое потрясение она пережила, узнав о близких отношениях с
его братом, поэтому и решил предпринять поездку в Денвер, надеясь, что там к
ней вернется память. Не его вина, что поездка не принесла желаемого
результата.
— И все же я должна поблагодарить тебя. Ты был так добр...
— При чем тут доброта?! Я поступил так вовсе не потому, что добрый,
я... — Он чертыхнулся, потому что в этот момент из холла донесся телефонный
звонок. — Не подходи! — приказал он Джейн, которая направилась к
аппарату.
— Не могу... звонок может разбудить Дэнни.
К тому же ей нужно было хоть недолго побыть одной, чтобы перевести дух и
собраться с мыслями, да, в конце концов, просто успокоиться.
— Алло? — сказала Джейн в трубку. Несмотря на все старания, голос
ее звучал уныло.
— Джейн! Это ты? — В трубке было слышно, как смеется
женщина. — Что с тобой? Почему у тебя такой странный голос?
— Извините, кто?.. — Тут она узнала, и бурная радость охватила
ее. — Кэт? Кэтлин... Это ты, Кэтлин? Это правда ты?
— Конечно, я! — категорически заверила подруга. Голос ее звучал
так отчетливо, словно она говорила из соседней комнаты, а не с другого конца
света. — Ты просила срочно позвонить. Извини, срочно не получилось, мы
были в отъезде. Но как у тебя дела? Судя по номеру телефона, вы с Бертраном
опять вместе?
Услышав это имя, Джейн пошатнулась и вынуждена была ухватиться за стул.
— Ты сказала — с Бертраном? Ты с ним была знакома?
— Конечно, мы знакомы. — Кэтлин явно была озадачена. — Джейн,
что-то случилось? Я решила, что раз номер телефона принадлежит Мартинелли,
то у вас с ним...
— Да, я нахожусь в доме Мартинелли, но он принадлежит Элджи, а не
Бертрану... — Все это время Джейн мучительно переживала, что оставила
открытой дверь в гостиную. Если в начале разговора Элджи нетерпеливо
расхаживал по комнате, то теперь застыл как вкопанный и стал прислушиваться.
— Элджи? — удивилась Кэтлин. — Приехал старший брат? О
Господи! Джейн, милая, в какую неприятность на сей раз попал Бертран?
В голове Джейн возник жужжащий гул, словно там поселился рой разгневанных
пчел, она была на грани обморока. Ноги подкашивались, и она опустилась на
стул, за который держалась.
— П-полагаю, хуже не бывает, — заикаясь выговорила Джейн, голос ее
звучал надрывно. — Кэт, он попал в автокатастрофу. Бертран погиб.
На другом конце воцарилось молчание, от которого у Джейн заложило уши.
Несколько раз Кэтлин пыталась заговорить, наконец ей это удалось, и теперь в
ее голосе не было и намека на веселье.
— Погиб? — с грустным удивлением повторила она. — О, Джейн...
Теперь мне понятно, почему примчался старший брат. Естественно, ведь ему
придется разбираться во всем... А как ты? Как поживает маленьким Дэнни?
— Дэнни? А откуда тебе...
Боковым зрением она уловила в этот момент движение в гостиной и повернула
голову. Элджи шагнул было вперед, потом остановился. Взгляды их встретились,
и теперь Джейн продолжала вести разговор, не сводя с него испуганных глаз,
словно под гипнозом.
— Он, естественно, здесь с отцом. Но откуда ты знаешь о Дэнни?
— С отцом? — Теперь уже Кэтлин решила, что у нее не в порядке с
головой. — Джейн, ты в своем уме? Что ты сейчас сказала? Повтори!
— Наверное, я должна была сразу объяснить тебе, Кэт. Во время аварии я
находилась в той же машине, что и Бертран. Я сильно ударилась головой, и что-
то случилось с моей памятью. Я не могу ничего вспомнить из того, что
происходило со мной в течение последнего года. Если ты знаешь, расскажи
мне...
Кэтлин ахнула в трубке.
— Целый год?! И ты ничего не помнишь? Джейн, любовь моя, за этот год
произошло много жизненно важного для тебя. Так сложились обстоятельства, что
только я могу рассказать тебе обо всем.
Джейн забыла о времени, телефонная трубка словно приросла к ее уху. В ней
все замерло. Казалось, жизненные силы покидают ее, но она старалась
держаться. Она не отрывала взгляда от лица Элджи, не смея даже моргнуть,
пока Кэтлин не закончила свое невероятное повествование. Джейн не помнила,
поблагодарила ли она подругу, попрощалась ли с ней. Помнила только, что,
когда она положила трубку и встала со стула, тишина отозвалась в ее мозгу
пронзительном болью, а потом на нее обрушилась лавина мыслей и ей
показалось, что голова сейчас взорвется. Она сделала несколько неуверенных
шагов к Элджи, двигаясь словно лунатик с невидящим взглядом.
Кому она доверилась, кому отдала свое сердце?! Если все, что рассказала
Кэтлин, правда — а зачем той лгать своей лучшей подруге, — то, значит,
он поступил с ней самым жестоким образом, хладнокровно использовав ее
доверчивость и любовь в собственных целях.
— Ты... — Язык не слушался ее.
Элджи посерел, его застывший взгляд, был пустым. Когда он заговорил, голос
его звучал тихо и безжизненно:
— Она все рассказала тебе, да?
Джейн молча кивнула, все еще пытаясь осмыслить то, что произошло с ней.
Невероятно... А если учесть еще и поведение Элджи...
— Прости меня...
Слова дошли до сознания, пробив брешь в ее заледеневшей душе, и она вновь
обрела способность чувствовать.
— Значит, это правда? Кэтлин рассказала мне, что произошло. Это правда,
Элджи?
— Да, правда. — Он хотя бы не стал притворяться, что не слышал, о
чем она говорила с Кэтлин.
— Нет!!! — Взрыв отчаяния вырвал у нее крик, похожий на крик
раненого животного. Джейн покачнулась и ухватилась за стену. Элджи дернулся
было поддержать ее, но опомнился и замер на месте. Спасибо, что не осмелился
дотронуться до нее. — Кэт сказала, что Дэнни мой сын...
Элджи не отвел глаз, даже не моргнул, и она прочитала в них ответ еще до
того, как он сказал:
— Да, мне он только племянник, тебе — сын... от Бертрана.
— Мой сын...
Этого ее бедная голова уже не могла выдержать. Сдавленный крик вырвался из
ее губ. Она схватилась за голову и сжала ладонями виски. Жужжание в голове
усилилось, ноги перестали слушаться, хмурое лицо что-то говорящего Элджи
расплылось... На этот раз он действовал без промедления и успел подхватить
ее на руки, но Джейн уже этого не увидела. Потеряв сознание, она погрузилась
в темноту.
Когда она снова пришла в себя, то обнаружила, что лежит на небольшом диване
в гостиной, обложенная подушками, а рядом в кресле сидит Элджи, упираясь
ладонями в колени, и смотрит на нее из-под полуопущенных ресниц.
— Как ты себя чувствуешь?
Джейн с трудом узнала его голос, в нем не слышалось былой самоуверенности,
да и говорил он до странности тихо.
— Еще не знаю...
Осторожно приподняв голову, Джейн обвела взглядом комнату, которая
показалась ей до странности изменившейся, только она не могла понять, что
именно в ней изменилось.
— Может, хочешь воды или кофе? Или чего-нибудь покрепче?
— Нет, ничего...
И тут ее осенило — в комнате ничего не изменилось!
— Эта комната! Элджи... я... узнаю ее. Я была здесь раньше... с...
— С Бертраном?
Элджи понял, что она пыталась сказать. Подойдя к ней, он взял ее ладони в свои и сел рядом на диван.
— Джейн, любимая, что-нибудь еще вспомнила?
— Не знаю...
Она боялась обращаться к обновленному сознанию, голова еще болела, как только-
только затянувшаяся рана.
— Помню, что находилась в этой комнате с Дэнни и Бертраном, потом мы
вышли... и сели в машину... это было поздно вечером... — Зрачки ее
расширились. — Дэнни тоже был в машине! — Ее охватил внезапный
приступ панического ужаса.
— Да, он был в машине, но не пострадал, — поспешил заверить ее
Элджи. — Он лежал в коляске, закрепленной на заднем сиденье. Основной
удар пришелся со стороны водителя. А что было раньше, ты вспомнила? Где вы
познакомились с Бертраном?
— На свадьбе Кэтлин.
Джейн говорила медленно, ей приходилось справляться с разом нахлынувшими
воспоминаниями, которые вызывали целый ворох мыслей и чувств, доводивших ее
до состояния полной растерянности.
— Он был приятелем Аллана... мужа Кэтлин. Кажется, они вместе учились в
университете, только Бертран проучился всего год.
Элджи нахмурился и кивнул.
— Да, он провалился на экзаменах... Учеба никогда не увлекала Бертрана,
но ему нравилась студенческая жизнь, и он уговорил отца выделить ему
содержание на новый курс обучения, который, по его словам, был более
подходящим для него. А когда он и там провалился, то решил стать художником,
а потом, кажется, журналистом... Боюсь, трудолюбие и усидчивость не были
главными чертами его характера.
Джейн тяжело вздохнула. Элджи мгновенно выпустил ее ладони.
— Извини, я забыл, что он был тебе небезразличен.
Что-то в его интонации задело Джейн. Она села повыше, облокотившись на
подушки, и озабоченно посмотрела на него,
— Ты чего-то не договариваешь. Судя по твоей интонации, ты не очень-то
в это веришь.
Элджи нервно взъерошил волосы, запустив в них обе руки.
— Я не знаю, как ты относилась... что ты думала о моем брате. Честно
говоря, меня это не интересует. Зато я знаю, что он думал о тебе. Он мне
говорил...
— И что он тебе говорил?
Элджи вдруг сорвался с места и стал расхаживать по комнате, словно тигр в
клетке.
Обеспокоенная его поведением и не зная, в чем причина, Джейн тоже встала,
подошла к нему и тронула его за локоть, заставив остановиться.
— Я спросила... что он рассказывал тебе обо мне? — Судя по
выражению лица Элджи, ничего хорошего, поняла она. — И все же тебе
придется рассказать мне, — настаивала Джейн. — Ты ведь знаешь, я
от тебя не отстану, пока не ответишь на мой вопрос. Так что Бертран говорил
тебе обо мне?
Лицо Элджи вдруг разгладилось и превратилось в маску безразличия, в то время
как пальцами он выбивал дробь у себя на бедре. Джейн стало не по себе.
— Он говорил, что ты всего лишь дешевая потаскуха. — Элджи бросил
ей в лицо эти слова с такой резкостью, словно они жгли его. — Что ты
подцепила его на свадьбе, когда напилась шампанского и ничего не соображала,
что ты повисла на нем и откровенно дала понять, что готова тотчас
отправиться с ним в постель.
Наверное, его рассказ оскорбил бы Джейн, если б она услышала его до того,
как к ней вернулась память. Но поскольку она уже вспомнила, что из себя
представлял Бертран Мартинелли, то даже не расстроилась. Единственное, что
мучило и причиняло ей сердечную боль, так это сам Элджи, который поверил
словам брата. Он и сейчас верит, об этом говорил его презрительный взгляд,
брезгливый изгиб губ.
— Что еще он говорил тебе?
Неужели это ее голос? Такой холодный, жесткий, тихий и напряженный?
Элджи снова принялся мерить шагами комнату. Вот он остановился и постоял у
камина, потом снова повернулся к ней.
— Он говорил, что ваша близость ограничилась одной ночью. Что уже на
следующее утро он пожалел об этом и вернулся в Нью-Йорк, полагая, что больше
никогда не увидит тебя. Но...
— Но я разыскала его, — закончила вместо него фразу Джейн,
воспользовавшись паузой, которую сделал Элджи. — Я появилась у него на
пороге и сообщила ему, что беременна и что он отец будущего ребенка?
Потребовала у него материальной поддержки, в противном случае ... что?
Пригрозила ему шантажом? Он так рассказал?
— Нет.
— Нет? — удивилась Джейн. Она была уверена, что Бертран именно так
должен был изложить историю их отношений, представив ее в самом черном
свете, а себя невинной жертвой.
— На самом деле он рассказал, что ты разыскала его, но появилась у него
уже с ребенком, заявив, что ребенок его, и предложила ему выкупить малыша за
два миллиона долларов.
Такое обвинение в голове у Джейн не умещалось. Какой безбожный, злобный
наговор!
— Он сказал, что я хотела продать Дэнни?! Моего ребенка, которого я
вынашивала под сердцем девять месяцев?!
— Он сказал, что ты разузнала, как богат наш отец и... я. Что вначале
ты не собиралась рожать, но потом придумала этот план и решила аборт не
делать. Что...
— Хватит! — закричала она. — Все это ложь! Такого никогда не
было и быть не могло! Никогда! Ни при каких обстоятельствах! Ты слышишь
меня? — Из глаз у нее брызнули слезы. Не в силах сдержать их, она
закрыла лицо руками, досадуя, что проявляет слабость под его холодным
обвиняющим взглядом. — Никогда! — повторила она сквозь слезы.
Воцарилось молчание. Она слышала тяжелое дыхание Элджи.
— Тогда, может, ты расскажешь, как все было? Джейн... — Удивительно
нежным движением он отвел ее ладони от залитого слезами лица и приподнял его
за подбородок к себе. Карие глаза Джейн встретились с беспокойным
пристальным взглядом его янтарных глаз. — Расскажи мне, что произошло
на самом деле.
Когда его глаза, глубокие и взволнованные, смотрели вот так, прямо ей в
душу, она таяла и чувствовала потребность все ему рассказать и полностью
довериться. Она готова была ему простить все — обиды, гнев, одиночество,
предательство... Предательство? Простить? Нет! Какая забывчивость! Элджи
можно доверять еще меньше, чем его злобному эгоистичному братцу. Не он ли
лгал ей все время? Он-то с самого начала знал, что Дэнни ее сын, ее малыш...
Они оба хороши, эти братцы Мартинелли, предали, оболгали ее. Она вспомнила,
как жестоко обошелся с ней Бертран, именно поэтому сознание вообще исключило
его из памяти. Но предательство Элджи разбило ей сердце.
— Что произошло на самом деле! — повысил голос Элджи, чем вывел
Джейн из задумчивости.
Она откинула назад голову, чтобы освободиться от его рук, и смело посмотрела
ему в глаза.
— Хочешь знать правду? Ну что ж, сам напросился. Предупреждаю, она тебе
очень не понравится.
— Ничего, выдержу, — тихо произнес он.
9
Агрессивность Джейн почти мгновенно улетучилась, уступив место горечи.
Значит, вот что тогда задумал Бертран, приписав ей это намерение. А задумал
он это здесь, в этой гостиной, в ту последнюю ночь перед гибелью.
— Да, я познакомилась с Бертраном на свадьбе Кэтлин... да, в моей
голове шумело от шампанского, которое навязал мне твой брат, прекрасно зная,
что я не привыкла к алкоголю. Как выяснилось позже, он специально добавил в
шампанское водку.
Джейн услышала, как выругался Элджи, и замолчала. Обернувшись к нему, она
увидела его нетерпеливый жест, которым он без слов просил ее продолжать.
— Не буду отрицать, в ту ночь мы оказались в одной постели, но это была
моя постель... Бертран вломился в мою комнату, хорошо понимая, что я буду не
в состоянии оказать ему сопротивление. Меня он тоже взял силой...
Глаза ее потемнели от этого воспоминания, губы задрожали так сильно, что
трудно было говорить. А рассказать она обязана, и Элджи должен выслушать эту
историю до конца. А уж поверит он или нет, это его дело. Ей уже все
безразлично.
— До этого случая я... ни с кем... не спала. В силу своей невинности
только через три месяца я поняла, что беременна, и пришла в ужас. Денег нет,
дома нет, родных нет, обратиться не к кому. Однажды в какой-то газете я
увидела фотографию, на которой был запечатлен Бертран... во время какого-то
приема. Вот тогда я и приехала в Нью-Йорк, надеясь отыскать его.
— Но почему? После того как он так обошелся с тобой?!
— Глупо, конечно. Но я почему-то подумала, что, возможно, ошиблась в
нем. Что, может, он не хотел быть жестоким по отношению ко мне и, когда
узнает о моей беременности, пожелает мне помочь. И еще... я считала, что у
меня есть перед ним обязательство.
— Матерь Божья! — воскликнул Элджи. Он был откровенно
потрясен. — Обязательство? Перед ним? Какое еще могло быть
обязательство?!
— Я считала себя обязанной сообщить ему, что у него будет ребенок. Дать
ему шанс как отцу. Мне потребовались месяцы, чтобы узнать, где он живет. За
эти месяцы я потратила все, что у меня оставалось, силы были на исходе, я
дошла до полного истощения, поэтому, когда ребенок родился, у меня не было
молока и я не смогла кормить его. Вот тогда я и поселилась на Садовой улице.
Адрес Бертрана я узнала перед самыми родами. Когда мы с ним встретились, он
сказал, чтобы я ни о чем не беспокоилась, что он обо всем позаботится. И я
поверила ему.
— На самом деле он собирался отнять у тебя ребенка.
Округлившимися глазами Джейн уставилась на Элджи.
— Как ты узнал?
— Джейн, я слишком хорошо знал своего брата. Я любил его, что не мешало
мне видеть его пороки. Бездушный эгоист, жадный до денег. Он всегда
завидовал тем, у кого они водились, но был слишком ленив, чтобы зарабатывать
их самостоятельно. К тому времени, когда вы с ним познакомились, он уже
вытянул у отца немало денег. Бертран пил, пристрастился к азартным играм и
просадил целое состояние. Отец, может, и мягкий человек, но не дурак. Он
сказал Бертрану, что денег ему больше не даст, пока тот не докажет, что
исправился и стал ответственным за свои слова и поступки человеком.
— Дэнни, — едва слышно произнесла Джейн и покачала головой.
Но Элджи услышал и кивнул с мрачным видом.
— Подозреваю, он собирался преподнести Дэнни отцу в качестве
долгожданного внука. Отец мечтал о внуке и не оставил бы его без
материальной поддержки, независимо от своего отношения к его папаше...
Бертран не сомневался и в том, что я тоже захочу помочь.
Джейн уловила в его голосе нотку горечи.
— Ты говорил, что собирался приехать в Нью-Йорк?
Элджи кивнул.
— Бертран позвонил мне, сказал, что узнал о существовании своего
ребенка, мать которого предлагает ему выкупить младенца. А потому ему нужны
два миллиона долларов, чтобы избавиться от тебя.
— И ты собирался снабдить его такими деньгами?!
— Он знал, что после потери собственного сына я готов на все, если речь
идет о благополучии ребенка. Я готов был снабдить его такими деньгами...
Губы его дергались, теперь она отчетливо услышала в его голосе горечь переполнявшего его страдания.
— Только сомневаюсь, чтобы ты увидела тогда хотя бы часть этих денег.
Впрочем, это уже не имеет значения. Прибыв в Нью-Йорк, я узнал об аварии.
Бертран был мертв, а ты оказалась в больнице.
И он взял на себя заботу о женщине, которую считал чуть ли не проституткой,
по крайней мере особой эгоистичной и жадной до денег, готовой продать даже
собственного ребенка. Что может быть отвратительнее? Так почему он так
поступил? Джейн вспомнила его слова, сказанные еще в больнице:
Я чувствовал
свою ответственность
. Теперь она увидела все в новом для себя свете.
Джейн отвернулась от Элджи, ей надо было спокойно подумать хотя бы несколько
минут, а лицо Элджи мешало ей сосредоточиться. Лицо человека, которого, как
ей казалось, она полюбила. А что теперь творится в ее сердце, она не могла
сказать определенно, не было времени копаться в себе, да и не хотелось этим
заниматься. Слишком многое еще оставалось неясным в ее прошлом, с ч
...Закладка в соц.сетях
