Жанр: Любовные романы
Жертва пари
... конечно, дура, что позволила тебе... позволила
событиям так развиваться, но можешь мне поверить: это не игра, вовсе не
игра!
— Фло, дорогая, что-то я тебя не пойму. Может, ты потрудишься
объяснить...
— Этого не случится! — гневно прервала его Фло, не в силах больше
сохранять холодный и ироничный тон разговора. — Не должно случиться.!
Это просто неестественно!
Тут наконец ей удалось удивить Родольфо, очевидно не желающего верить своим
ушам.
— Неестественно? — Явно озадаченный словами Фло и яростным ее
тоном, он неуверенным движением руки поправил растрепавшиеся волосы. —
Я твой муж, а ты моя жена, и это | означает, что это не может быть
неестественным. Напротив, это совершенно, абсолютно естественно. Естественно
то, что мы испытываем взаимное желание, то, что я хочу целовать тебя,
ласкать тебя, заниматься с тобой любовью.
— Любовью? — передразнила его Фло. — Да ты просто...
— Естественно также и то, — спокойно перебил Родольфо, выбивая у
нее почву из-под ног, — что тебе не терпится забраться со мной в
постель и провести ночь в страстной, чувственной любви.
— Если бы мы любили друг друга!..
Эти слова достигли своей цели. Резко вздернув голову, он бросил на нее
пристальный взгляд.
— А ты не любишь?
— Люблю ли я тебя? — Фло всю трясло, возбудившееся было тело
яростно бунтовало против столь резкого отказа от наметившегося было и
обещавшего столь многое акта любви. — Нет, я тебя не люблю. Своим
обращением со мной ты сам убил ту любовь, которую я к тебе испытывала.
Подействовало ли это на Родольфо? Его лицо ровным счетом ничего не выражало,
но последовала длинная пауза, прежде чем он с внешним безразличием пожал
плечами.
— Неважно. Для наших с тобой отношений любовь не обязательна.
— Нет, Родольфо! — воскликнула Фло, отпрыгнув назад, когда
увидела, что он направился было к ней с не вызывающими сомнений
намерениями. — Тебе, может быть, любовь и не нужна, зато она нужна мне!
К тому же... — Она лихорадочно пыталась придумать хоть что-нибудь, и
вдруг ее осенила замечательная, как ей показалось, идея. — Я... я нашла
себе другого.
— Другого? — Он явно не поверил ей, его мужская гордость не могла
смириться с мыслью, что она может хотя бы посмотреть на кого-либо
другого. — Повтори, что ты сказала! — Под его яростным взглядом
она словно онемела. — Отвечай, Фло! — грозно и предупреждающе
потребовал Родольфо.
Проглотив мешающий говорить комок в горле, она наконец набралась храбрости.
— Я повстречала другого человека. И нахожусь здесь именно поэтому.
Приехала, чтобы сообщить: я собираюсь выйти за него замуж. Все получилось
гораздо хуже, чем она представляла, Фло ожидала гнева, может бы ярости или,
наоборот, ледяной отстраненности, фирменного блюда Родольфо Ховельяноса.
Возможен был даже категорический отказ от разговора на эту тему, полный
недоверия, но ничего подобного не произошло. Вместо это го она встретилась с
уничижающей насмешкой, с выворачивающим душу язвительный цинизмом.
— Ты хочешь выйти за него замуж? — переспросил он с презрением в
голосе, заставившим ее внутренне поморщиться. — Кто бы мог подумать? Но
скажи мне, дорогая женушка, неужели в Шотландии совсем другие порядки?
— Другие порядки?
Губы Родольфо скривились в ядовитой усмешке, в которой человек, плохо его
знающий, мог бы увидеть доброту и понимание.
— У нас, в Испании, принято, прежде чем обзаводиться новым мужем,
избавиться сначала от прежнего. Насколько я помню, быть замужем за двумя
мужчинами называется...
— Я прекрасно знаю, как это называется! — яростно отрезала
Фло. — И понимаю, что не могу быть одновременно замужем за двумя
мужчинами. Именно потому я и нахожусь здесь. Но не могу же я говорить на эту
тему при подобных обстоятельствах!
— При каких обстоятельствах?
— Неужели не ясно? — Фло сделала жест рукой в его
направлении. — Ты полностью одет... — Не считая разве сорванного
ею галстука и расстегнутой рубашки, позволяющей видеть мускулистую,
загорелую грудь... Не надо! С большим трудом она умудрилась сосредоточить
взгляд на лице Родольфо, но тотчас пожалела об этом: от его холодного, как
северный ветер, взгляда просто мороз пробирал по коже. — Тогда как я...
почти совсем не одета!
— Кому как. Для того, что у меня сейчас на уме, ты одета как раз
подходяще.
— Оба мы прекрасно знаем, что у тебя на уме!
— Как мне кажется, еще совсем недавно у тебя на уме было то же
самое, — спокойно возразил он, окидывая ее откровенно похотливым
взглядом. — И, надо сказать, я вполне доволен тем, что сейчас вижу.
— Что ж, зато больше ты не получишь ничего!
Схватив перекинутый через спинку кресла халат, Фло натянула его в такой
спешке, что запахнула его явно криво. Ну и черт с ним! — подумала она,
для надежности завязывая пояс на два узла, после чего почувствовала себя
гораздо увереннее.
— Ну как, лучше? — спросил Родольфо с лицемерной заботой в голосе.
Пришлось мобилизовать все оставшееся у нее самообладание, чтобы избежать
соблазна ответить грубо и резко. — Теперь ты готова говорить?
Фло предпочла бы перенести разговор куда-нибудь в другое место. Опасное
сочетание его высокой мощной фигуры, откровенно чувственного взгляда и
огромной кровати — кровати, в которой лишь несколько минут тому назад ее
чуть было не довели до оргазма, отнюдь не способствовало ясности ума и
логичности мышления. Но сделать такое предложение означало бы признаться в
собственной слабости, чем он не преминет немедленно воспользоваться в своих
интересах. Так что оставалось лишь согласно кивнуть головой, поправляя халат
трясущимися руками, что, как ей немедленно стало ясно, выдавало ее состояние
не хуже всяких слов.
— Вполне готова. Хотя говорить больше, собственно, не о чем. — Фло
решила было присесть на край кровати, но тут же передумала, решив, что лучше
держаться от нее подальше, и, устроившись в ближайшем кресле, откинулась на
спинку. — Все очень просто, Родольфо. Я повстречала одного
человека, — начала она, сама удивляясь, до чего легко ей дается эта
ложь. — Он еще не просил меня выйти за него замуж, но я знаю, что на
уме у него именно это. Понятно, что я не могу дать ему своего согласия до
тех пор, пока не расторгну нашего с тобой брака. Поэтому пришлось ехать
сюда. Мне нужен развод.
Ну вот, наконец-то это слово сказано, все оказалось совсем не так страшно,
как ей представлялось. Стоило лишь начать, а дальше слова сами посыпались с
языка, может быть, даже чересчур поспешно. К тому же они были не полной
ложью, а всего лишь слегка приукрашенной действительностью. Ей нужен развод.
Правда, не потому, что она собиралась выходить замуж за кого-то другого.
Время шло, а Родольфо не выказывал никакой реакции на ее тираду. Фло начала
даже сомневаться в своем рассудке, спрашивая себя, действительно ли эти
слова были произнесены вслух или они только сформировались в ее голове.
— Родольфо? — неуверенно спросила она. — Ты меня слышал?
— Слышал? Разумеется, слышал.
— Тогда что?..
— Тебе нужен ответ? — спросил он, когда ее голос неуверенно замер
на середине фразы. — Зачем?
— Но... мне думается, это достаточно очевидно.
— Мне тоже кажется, что все очевидно, — сказал он совершенно
бесстрастным тоном. — Зачем задавать вопрос, ответ на который известен
заранее? Но если ты хочешь, чтобы я высказал его вслух... — Она вовсе
не хотела этого. Каков будет ответ, уже можно было догадаться, и сердце Фло
сжалось от нехорошего предчувствия. — Желаешь знать, дам ли я тебе
развод? Ответ — нет, никогда! В семействе Ховельянос не разводятся.
Что ж, она сама напросилась. Но как бы то ни было, Фло все-таки надеялась
хотя бы на разумный разговор, а не на безапелляционный и категоричный отказ.
Однако мысль о начале новой жизни, возможной только после обретения свободы,
понуждала ее к продолжению безнадежной борьбы.
— Должны же люди порой...
Родольфо просто отмахнулся от нее.
— Ни в коем случае! Ни один член нашей семьи не подвергался бесчестью
бракоразводного процесса, и у меня нет никакого желания быть первым.
— Что ж, как знаешь. — Отчаяние придало Фло сил и
уверенности. — Мне нужен развод, и, так или иначе, я получу его. Даже
если придется развестись вопреки твоему согласию.
— Можешь посылать мне какие угодно документы. Я все равно ничего не
подпишу.
— Но ты должен! — Нет, заявлять, что Родольфо Ховельянос что-то
должен означало окончательно провалить все дело. По холодному огню, горящему
в его глазах, было ясно: любое ее действие только укрепит его решимость,
если это вообще возможно. — Родольфо, пожалуйста!
Каменный он, что ли? Как только он может смотреть в ее молящие глаза, видеть
наворачивающиеся на них слезы и не проявлять ни малейших признаков
сострадания? Впрочем, чего, собственно говоря, она ожидала? Разве этот
человек не женился на ней лишь для того, чтобы уложить в постель и тем самым
выиграть у кузена свое грязное пари.
— Ты должен дать мне развод или, по крайней мере, не мешать получить
его! Мы прожили врозь четыре года, еще через двенадцать месяцев я все равно
получу развод, неважно, с твоего согласия или без него. Когда я расскажу
судье, как ты женился на мне обманным путем, всем станет совершенно
очевидно, что о настоящем браке ты вовсе не думал. Все это было ложью с
начала до конца.
— Но когда я расскажу ему о твоем теперешнем поведении, станет еще
более очевидным, что, ты сама не знаешь, чего тебе хочется, и в
действительности не уверена в том, будто нашему браку надо положить
конец, — парировал Родольфо.
— Что ты расскажешь?..
Да, она оказалась явно не способной предугадать ход его мыслей. И вот теперь
он напал на нее со стремительностью ядовитой змеи.
— Расскажу о тебе, дорогая женушка, о твоем странном поведении по
приезду, о том, как ты то отталкивала меня, то завлекала, пытаясь поймать на
крючок...
— Пыталась поймать?.. — Фло не могла поверить своим ушам.
— Я не делала ничего подобного! Это ты с самого начала пытался
соблазнить меня! Я же...
— Взгляни на это с моей точки зрения, дорогая. Моя жена неожиданно, ни
с того ни с сего, появляется у моего порога. Что я при этом должен был
подумать? Разумеется, что ты наконец-то опомнилась и решила наладить со мной
контакт, возобновить нормальные семейные отношения. А это, понятное дело,
включает в себя и физическую связь. Это же очевидно!
— Очевидно, — бездумно повторила Фло, вновь опускаясь в кресло, с
которого было поднялась, ноги не держали ее.
— В особенности когда ты ведешь себя так, будто желаешь этого больше
всего не свете.
Гневно сверкнув глазами, она протестующе подняла голову.
— Но это неправда!
— Неужели? — спросил Родольфо в столь явно притворном удивлении,
что и это придало ей новых сил.
Вновь вскочив с кресла, Фло бросилась к нему.
— А теперь взгляни на это с моей точки зрения!
— Не собираюсь ничего рассматривать с твоей точки зрения!
Уже проделав часть пути, Фло, не зная, что делать, и вся кипя от ярости,
остановилась в нерешительности.
— Разумеется, тебя устраивает лишь то, что соответствует твоей,
извращенной версии случившегося, а отнюдь не то, что было на самом деле.
— Извращенной версии, — повторил Родольфо с интонацией,
заставившей ее пожалеть о своих словах. — Извращенной? Посмотрим...
Он медленно прошелся по комнате, напомнив ей большую грациозную черную
пантеру, не находящую себе покоя в клетке. Впечатление было такое, как будто
ему необходимо обдумать свои слова, но Фло подозревала, что это не более чем
спектакль. Родольфо ведь никогда не лезет за словом в карман.
Резко повернувшись, он поднял руку и загнул палец, как бы подчеркивая особую
значимость того, что собирается сказать.
— Ты явилась в мой дом без всякого предупреждения, даже без телефонного
звонка Что, по твоему, я должен был подумать?
— Ты уже сказал мне о том, что подумал! — процедила сквозь зубы
Фло. — И я сказала тебе, что ты ошибся.
— Да, ты это сказала. — Он пренебрежительно пожал плечами. —
Но, мне помнится, ни словом не упомянула о разводе. Наоборот, согласилась
выступать в роли моей жены как на людях, так и наедине со мной.
— Но я...
При напоминании о том, насколько глупо она себя повела, Фло даже закрыла
лицо руками. У нее не хватило смелости с самого начала расставить все по
своим местам, а в результате она угодила в опасную ловушку, которую
заметила, только когда было уже поздно.
— Ты согласилась остановиться в моем доме и надела на себя одежду,
которую купил тебе я, — без всякой жалости продолжал перечислять свои
аргументы Родольфо. — И не только одежду, но и украшение тоже. —
Он театрально понизил голос. — Оно и сейчас на тебе.
Глава восьмая
Фло невольно схватилась за так и не снятую с шеи цепочку, мысленно проклиная
себя за то, что не устояла перед соблазном надеть ее.
— Более того, ты ясно дала мне понять, что не отказалась бы от того,
что было тебе обещано. Еще четыре камня, — торжествующе продолжил
Родольфо, — за четыре года нашего так называемого брака.
— Вот именно! — Услышав его, как ей показалось, опрометчивое
заявление, она попыталась перейти в наступление. — Нашего так
называемого брака! Что же заставило тебя подумать?..
— Ты отвечала на мои поцелуи, — отмахнулся он. — И звала
меня: Дольфо!.. Дольфо!..
К ее ужасу, Родольфо передразнил ее возгласы с таким искусством подражания —
чувственно, задыхающимся голосом, — что она ощутила, как лицо ее
залилось краской стыда.
— Прекрати! Прекрати, чудовище! — Она даже затопала ногами. —
Я не хочу этого слышать!
— А мне наплевать, хочешь ты это слышать или нет! — отрезал он
угрожающим тоном. — Я говорю о том, что было на самом деле. То, как это
увидел я и как увидит любой судья, выслушав мою версию происшедшего. Но это
еще не все.
— О, нисколько не сомневаюсь! — язвительно пробормотала Фло,
нервно теребя пальцами пояс халата. — И что ты еще придумал? Какую
очередную грязную историю приготовил?
— Ничего, кроме правды о том, как ты таяла в моих объятиях, как
загоралась, когда я тебя целовал и ласкал. О том, как ты пришла со мной
сюда, на эту кровать... по своей собственной воле, более того — охотно.
Взгляд Фло невольно упал на смятую постель, неопровержимое свидетельство
охватившей ее совсем недавно страсти. Страсти, так быстро остывшей, что в
нее с трудом сейчас верилось.
— Но ничего не было, — пробормотала она, стараясь не смотреть на
него, чтобы не видеть цинично-презрительного выражения его лица.
— Ничего? — передразнил ее Родольфо. — Интересно, как на это
взглянет судья. Возрази, если я не прав, но разве переспать с мужем,
которого давно и в глаза не видела, не означает начать все сначала?
— Мы с тобой не спали вместе! — в бешенстве возразила она. —
Я же сказала: ничего не было! Мы...
— А как насчет твоего предполагаемого жениха? — перебил он, не
обращая никакого внимания на ее слова. — Что он подумает, узнав, что,
явившись сюда якобы требовать развода, ты тут же бросилась в мои объятия?
— Я этого не делала!
— И целовала меня так, будто я единственный мужчина на свете.
— Нет!
— Очаровывала и соблазняла меня, вела себя таким образом, что не устоял
бы ни один хоть чего-нибудь стоящий мужчина. К каким выводам он придет,
когда узнает, что сегодня, вместо того чтобы невинно лежать в своей постели,
ты находишься здесь, со мной?
— Перестань!
Окончательно вышедшая из себя Фло бросилась на Родольфо, собираясь
отхлестать его по лицу, стереть с него эту наглую усмешку. Она не думала о
том, что сама спровоцировала скандал, что, выдумав историю о мнимом женихе,
вложила в его руки необходимое оружие. Ей хотелось, чтобы он замолчал,
замолчал наконец!.. Однако, сколь быстро она ни двигалась, реакция Родольфо
оказалась еще быстрее, он перехватил ее руку всего в нескольких сантиметрах
от своего лица.
— В чем дело, дорогая? — спросил он, почти гипнотизируя ее
взглядом. — Тебе не понравилась правда?
— Эти отвратительные домыслы не имеют никакого отношения к правде!
Сардонически поднявшаяся бровь Родольфо лишь укрепила ее намерение
продолжить борьбу за свое освобождение.
— Может, ты еще станешь утверждать, будто твое поведение не имеет
никакого отношения к тому, что я теперь стал владельцем всего семейного
бизнеса, а значит, гораздо более богатым человеком?
— Я не утверждаю ничего! — Фло заставила себя твердо встретить его
холодный взгляд. Проявить сейчас слабость означало окончательно сдаться на
его милость. — Мне наплевать на все твои грязные предположения, не
хватало еще на них отвечать. Не стоит труда!
— А этот твой... жених? Как его имя?
Как его имя? Первым в голову пришло имя Джеймса, и Фло не стала медлить. Все
равно он и Родольфо никогда не встретятся.
— Его зовут Джеймс, Джеймс Корн... Но подобные вещи его не беспокоят.
Он даже никогда бы не спросил об этом.
— Должно быть, его вера в тебя безгранична, — насмешливо заметил
Родольфо. — Либо же он просто полный идиот. Интересно, какой из двух
вариантов верен.
— Хочешь узнать? — спросила Фло с вызовом. — Какая жалость,
что у тебя не будет для этого никакой возможности, я позабочусь о том, чтобы
вы никогда не встретились.
Не успела Фло закрыть рот, как раздавшийся вдруг в комнате звонок заставил
ее в ужасе повернуться к стоящему на столике возле постели телефону.
— Звонит телефон, — сказал Родольфо с некоторым
раздражением. — Ты собираешься отвечать? Мне сюда не станут звонить.
— Я?.. Да нет... Это не может быть что-то важное.
Ей казалось, что голос ее звучит достаточно убедительно и спокойно для того,
чтобы не привлечь его внимания. Но какой-то невольный жест или поспешность,
с которой был дан ответ, немедленно возбудили его подозрения.
— Это он! — резко заявил Родольфо. ~ Жених... пресловутый Джеймс!
— Нет... — запротестовала было Фло. — Нет, ты ошибаешься, это
не может быть он! — Но она уже говорила в пустое пространство: он
отпустил ее запястье и, подскочив к столику, потянулся к телефону. — Не
надо!
Не осознавая того, что эта запоздалая реакция выдает ее с головой, Фло
попыталась выхватить трубку у него из рук. Но было поздно, Родольфо уже
поднес ее к уху.
— Да? — рявкнул он.
Воцарилось напряженное молчание. Глядя на лицо напряженно слушающего
Родольфо, Фло пыталась представить себе крайнее изумление Джеймса,
пытающегося понять, с кем, собственно, он говорит.
— Меня зовут Родольфо Ховельянос, — представился Родольфо,
заставив ее гадать, уловил ли Джеймс насмешливость его тона так же хорошо,
как она сама. — Да, она здесь...
Брошенный им на Фло косой взгляд заставил ее очнуться от охватившего ее ступора и броситься в атаку.
— Как ты смеешь? У тебя нет никакого права, это звонят мне!
Она попыталась выхватить трубку, но он лишь повернулся к ней спиной.
— Хотите с ней поговорить? — невозмутимо продолжал разговор
Родольфо, адресуясь к человеку на другом конце линии с такой теплотой в
голосе, будто они были старыми друзьями. Мысль о том, что может подумать
Джеймс, заставила Фло похолодеть. — Одну минуту...
Повернувшись, он протянул ей трубку с улыбкой, заставившей ее стиснуть зубы.
— Он хочет с тобой поговорить. Это Джеймс...
— Я прекрасно знаю, кто мне звонит... Здравствуй, Джеймс!
Фло понизила голос насколько возможно и торопливо отошла к окну, подальше от
Родольфо. Она прекрасно понимала, что Джеймс обратит внимание на каждый
нюанс ее тона, и меньше всего на свете желала показать ему, насколько
расстроена. Но ее собеседнику было не до того, слишком уж заинтриговал его
мужской голос, ответивший на звонок.
— Кто это, черт побери, был? — требовательным тоном спросил он.
— Его зовут Родольфо Ховельянос... — ответила Фло, проклиная себя
за предательскую дрожь в голосе, потому что прекрасно знала, какое
впечатление произведёт та на слушающего ее вечно хмурого и весьма
подозрительного человека. Обернувшись, она бросила на Родольфо убийственный
взгляд и прошипела, прикрыв трубку ладонью: — Это личный разговор, неужели
не ясно?
Нет, бесполезно обращаться к добропорядочности человека, если у него таковой
вовсе нет, Родольфо и не попытался скрыть, что, присев на кровать и удобно
откинувшись на подушки, с видимым удовольствием слушает каждое слово. Он
даже изобразил на лице широкую, ослепительную улыбку. Разумеется, она
сделала вид, что не обращает на это никакого внимания — не швырять же в него
первым, что попадется под руку, — и вновь вернулась к разговору.
— Я знаю, как его имя, — резко заметил Джеймс. — Он мне
сказал. Но кто это такой?
— Он... — Сама этого не желая, Фло бросила беспомощный взгляд в
направлении Родольфо, но, увидев его холодные и безразличные глаза, лишь
опустила свои. — Просто случайный знакомый.
— Ховельянос... — До Джеймса внезапно дошло. — Родольфо
Ховельянос?
— Да, именно он.
— Однако ты вращаешься в весьма респектабельном обществе! — Джеймс
был явно поражен. — У этого парня серьезные деньги.
Фло понимала, что, позволив Родольфо самому ответить на телефонный звонок,
совершила крупную ошибку, которую теперь надо как-то исправлять — и быстро.
— Рада слышать твой голос, Джеймс. — Тон ее речи сменился, в нем
зазвучал энтузиазм.
Слава Богу, Родольфо не мог слышать, что и как говорит ее собеседник на
другом конце линии. Джеймс был явно удивлен ее радостно-возбужденной
интонацией.
— Знаешь, я просто хотел сообщить тебе хорошие новости. Мы заключили
контракт с Аткинсоном.
— О, Джеймс, это просто великолепно!
— Да, можно сказать, триумф. Но предстоит масса бумажной работы, а эта
временная секретарша гораздо ниже тебя классом. Поэтому мне хочется знать,
когда ты собираешься возвратиться.
Когда ей удастся уехать обратно? Все ведь здесь, в Барселоне, обернулось
совсем не так, как она рассчитывала.
— Постараюсь поспешить, насколько это возможно. Позвоню, как только
уточню номер рейса и время вылета.
— Что ж, пусть будет так, — сказал явно не слишком довольный
Джеймс. — Жду тебя.
Когда он повесил трубку, Фло решила, что небольшая импровизация явно не
помешает.
— Спокойной ночи, дорогой, — промурлыкала она. — Не волнуйся
ни о чем.
Для пущего впечатления Фло послала в трубку несколько воздушных поцелуев и
даже подумала о легком вздохе сожаления, но решила не заходить так далеко. И
не пожалела об этом, увидев, как Родольфо, лениво потянувшись, поднялся на
ноги.
— Он ведь ничего обо мне не знает, не так ли?
С внезапно побледневшим лицом Фло повернулась к нему, чувствуя, как уходит
пол из-под ног.
— Что ты хочешь этим сказать? — с трудом выдавила она.
На губах Родольфо появилась жестокая усмешка.
— Твой драгоценный Джеймс, твой исключительный мистер Корн был просто
поражен, когда я подо
...Закладка в соц.сетях
