Жанр: Любовные романы
Викинг
...тор счел за лучшее промолчать, а через некоторое время произнес:
- И все же ты мне так и не объяснил, почему мы не можем договориться
миром. Ведь можно же собрать Тинг и
обсудить все наши разногласия. Если же ты считаешь, что мой род нанес тебе
обиду, мы могли бы возместить тебе ее чемнибудь...
Вольфгард только рассмеялся в ответ:
- Ты меня не понял, враг мой! Мне не нужны эти проклятые деньги!
- Но почему бы и нет?
Глаза хозяина дома загорелись нескрываемым удовольствием.
- Да, может, потому что мне просто очень нравится эта война.
Виктор на мгновение даже растерялся. Чтоб их черт побрал, этих викингов с
их воинственностью! Он очень хорошо
знал, что и среди его воинов есть такие, в первую очередь Канут, Ролло и Орм,
которые всем сердцем разделяют
кровожадные инстинкты Вольфгарда.
- А разве тебе она не нравится? - ухмыляясь задал вопрос хозяин.
- Нет! - Виктор уже начал терять терпение.- Я предпочитаю жить в согласии
с соседями - насилие мне
ненавистно.
- Скажи мне, Виктор Храбрый,- Вольфгард произнес его имя уже с
нескрываемой издевкой,- с какой целью ты
сегодня пришел ко мне? Не только ведь для того, чтобы, подобно слабой женщине,
лепетать о мире?
- Как я тебе уже сказал - окончание усобицы в Ванахейме я считаю самым
важным и необходимым делом.
- Довольно! - рявкнул Вольфгард, и тут же раздался голос одного из воинов,
стоявших у дверей.
- Ярл, зачем ты тратишь время на разговор с этим шелудивым псом? Ты и так
терпеливо слушал его скулеж
достаточно долго. Прикажи, мы разрубим его на куски.
Виктор изо всех сил старался не подать виду, насколько его напугало
выступление воина. Слишком досадно было бы
погибнуть сейчас, так ничего и не добившись только потому, что по собственной
неосторожности доверился этим варварам.
Он наткнулся на внимательный безжалостный взгляд Вольфгарда. Тот немного
помолчал и, наконец, как бы подводя точку
разговору, произнес:
- М-да, наверное, нам следует прямо сейчас покончить с нашим врагом.
Правда и то, что его причитания меня уже
утомили. Может его вопли нас развлекут хоть немного.
Воины сделали шаг к гостю, злорадно ухмыляясь и вытаскивая мечи из ножен,
и Виктор понял, что если сейчас ничего
не произойдет, - в следующую секунду он будет убит. И вдруг, словно Господь
услышал его немую молитву, ему на
помощь пришел брат Рейны, который поспешно сказал:
- Но послушай, отец, ведь если ты убьешь сейчас конунга, кто тогда поведет
в бой его воинов? Война затихнет сама
собой, и, значит, Виктор, даже мертвый, добьется своей цели.
Видно было, что его логика убедила Вольфгарда. Вождь заколебался,
задумчиво почесал подбородок и нахмурился, а
Виктор с благодарностью посмотрел на Рагара и увидел улыбку юноши.
Через мгновение Вольфгард поднял руку, останавливая своих вассалов, и
кивнув Рагару:
- Впервые ты сказал истину, сын мой. - Затем он перевел свой взгляд на
Виктора и добавил: - Мы отпустим тебя
невредимым, но только на этот раз. Твое мужество, Виктор Храбрый, мне
понравилось, поэтому я и даю тебе возможность
уйти. Плыви к себе, и да продолжится наша борьба! Только впредь не вздумай
совершать глупостей, подобных той, которую
ты сделал сегодня.
- Хорошо, конунг, даю тебе слово,- Виктор потер синяк на руке, а
Вольфгард, заметив его движение, ухмыльнулся
и сказал:
- Ну что же, сейчас мы выпьем за мое великодушие и за твою удачу, враг
мой. А потом можешь идти.- Хозяин дома
хлопнул в ладоши и крикнул слуге: - Сибел, принеси нам эль!
- Я больше не... - начал было Виктор, собираясь отказаться, но Вольфгард
грубо оборвал его: - Так требует
древний обычай, не гневи меня, Виктор... Сибел! Где же эта ленивая Ирландская
собака?!
Он грохнул кулаком по столу, и тогда Рагар, чувствуя, что отцовский гнев в
любой момент может перерасти в
бешенство, попробовал вмешаться:
- Отец, для меня будет честью услужить вам...
- Не огорчай меня, вызываясь делать женскую работу, Рагар! - сердито
проворчал Вольфгард и, метнув грозный
взгляд на Рейну, приказал: - Сейчас твоя сестра пойдет и принесет нам еще эля.
Однако, девушка с вызовом посмотрела на своего отчима и даже не
пошевелилась. Лицо викинга потемнело от ярости,
через секунду он рявкнул:
- Выполняй, девка,- зашибу!
Рейна осталась сидеть, но пальцы ее медленно поползли к рукоятке кинжала.
Отчим с падчерицей вонзили друг в
друга свои переполненные ненавистью взгляды; казалось, еще немного, и произойдет
взрыв.
Заревев в бешенстве, словно полярный медведь, Вольфгард вскочил на ноги и
потряс над головой своими тяжелыми
кулаками.
- А-а-а! Исчадие царства мертвых, задушу собственными руками!
Рейна тоже вскочила, но казалась абсолютно спокойной, только бледнее
обычного, да еще на лице у нее появилась
такая зловещая улыбка, что у Виктора даже холодок по коже пробежал.
В трапезной воцарилась страшная, звенящая тишина; викинг медленно потянул
из ножен меч, а девушка вытащила до
половины свой кинжал, и ее пальцы побелели на рукоятке оружия.
К счастью, в следующую секунду в трапезную вошла высокая красивая женщина
с длинными седеющими волосами, в
руках она держала бочонок с элем. Женщина поклонилась Вольфгарду:
- Хозяин, я принесла то, что ты требовал. Мои старые кости уже не такие
резвые, прости. Но я рада теперь
выполнить твой приказ.
Огромный викинг сразу успокоился и, все еще ворча на падчерицу, вернулся
на свое место. Они продолжали изредка
обмениваться с Рейной нелюбезными взглядами, но, сделав несколько добрых
глотков, Вольфгард явно стал помягче. Решив,
что не помешает еще немного смягчить своего гостеприимного хозяина, Виктор
Храбрый, кивнув в сторону девушки,
сочувственно произнес:
- Она просто донельзя избалованный ребенок. И хотя ты, Вольфгард - мой
враг, должен сказать, что в этой истории
мои симпатии на твоей стороне.
Хозяин дома проворчал в ответ, явно обрадовавшись сочувствию.
- Скажу тебе прямо, Виктор, если найдется викинг, которому удастся
приручить эту бешеную кошку, то я этого
храброго мужа буду уважать, как самого себя!
Услышав слова Вольфгарда, Виктор почувствовал, что у него созрел блестящий
план. Он внимательно посмотрел на
Рейну, и девушка ответила ему взглядом, полным ледяного презрения. Конечно,
ведет она себя, словно маленькая ведьма, но
Виктор понял, что судьба дает ему отличный шанс хоть немного сблизиться с ней и
узнать ее получше.
Он повернулся к Вольфгарду и неожиданно, прямо в лоб, сказал:
- Отдай ее мне. Если ты прекратишь набеги на мои земли, я готов укротить
ее.
Услышав предложение гостя, тот расхохотался, откинувшись назад, а Рейна
так поразилась, что в первое мгновение
даже не нашлась, что сказать.
- Ты сможешь ее приручить? - недоверчиво и все еще ухмыляясь переспросил
Вольфгард.- Пожалуй, тебе это не
под силу. Ее даже Тор не сможет смирить.
- А что ты потеряешь, если дашь мне возможность попробовать? - настойчиво
повторил Виктор.- Ты же сам
видишь - эта девчонка, как шило в твоей... ну, как заноза в пятке.
- Это точно,- усмехнулся Вольфгард.- Было бы хорошо воткнуть эту занозу в
твою пятку.
- Тогда почему же ты не хочешь отдать ее мне? - снова спросил Виктор.
Хозяин дома бросил на падчерицу далеко не любящий взгляд и, прищурившись
ответил:
- Потому что не желаю облегчать тебе задачу, Виктор Храбрый. Я не хочу
просто так взять и отдать тебе свою
девчонку.
Он помолчал, словно что-то просчитывая в уме, а потом добавил:
- Впрочем, может быть, я и соглашусь немного поторговаться.
- Ну, ну? - заинтересованно посмотрел на него Виктор.
Вольфгард опять прищурился и, глядя на Рейну, сказал:
- Если уж тебе так хочется заполучить эту сумасшедшую валькирию, валяй -
приди и возьми ее. Укроти ее и заставь
родить сына. Когда это случится, я, так и быть, окончу вашу вражду.
Виктор посмотрел на девушку. Рейна по-прежнему сидела спокойно и
невозмутимо, холодно окидывая взглядом
собеседников и ничем не выдавая своих истинных чувств, словно и не было в
комнате двух могущественных конунгов,
торгующихся о ее судьбе. Было очевидно, что ее не интересует их разговор, так
как она была абсолютно уверена в том, что
сможет с легкостью защитить себя от любых домогательств. И Виктор чувствовал,
что для такой уверенности у нее есть все
основания.
- Ну так что, конунг, договорились? - спросил Вольфгард, улыбаясь.
- Отлично! - Виктор не отводил глаз от девушки.- Я сделаю ее своей
невестой, а потом и женой.
- Что, что? - у хозяина дома от удивления округлились глаза.
- Я сказал, что женюсь на этой маленькой ведьме,- широко улыбнулся Виктор.
И когда Вольфгард понял, что не ослышался, на его грубом лице появилась
торжествующая ухмылка.
- А-а! Ну знаешь, друг мой, ты сейчас сделал наш договор даже еще
интереснее! Ты женишься на этой дикой кошке,
и, наверное, к следующей весне море закипит, правда? - он рассмеялся.- Тогда
давай выпьем за твое поражение, потому
что за успех пить бессмысленно - его все равно не будет.
Когда они выпили еще, Вольфгард отставил свой кубок в сторону и
посмеиваясь, доверительно сказал своему гостю:
- Трудная перед тобой задача, Виктор Храбрый. Хочу тебя предупредить, что
Рейна уже побывала однажды замужем.
Виктор ехидно улыбнулся девушке и произнес:
- Эге, так мне, оказывается, доведется возделывать уже вспаханное поле,
да?
Он удовлетворенно заметил, как в глазах девушки грозно вспыхнули гневные
молнии.
- Когда ей было всего пятнадцать весен,- начал объяснять Вольфгард,- я ее
отдал своему самому сильному воину
Торстейну Ужасному. Однако, в ту ночь, когда Торстейн попытался вступить в свои
законные права, эта ведьма
кастрировала беднягу, а на следующее утро в его штанах прогулялась по деревне,
чтобы всем показать, как она наказала
бывшего мужа.
- Хорошая девочка! - почти мурлыкнул Виктор.- Бьюсь об заклад - Торстейн
Больше не "грозный" и не
"ужасный".
- Увы,- холодно кивнул Вольфгард, - теперь он слабый, ничтожный человек,
годный только на то, чтобы плести
корзины да сбивать масло с женщинами.
Виктор уловил торжествующий взгляд Рейны. Ах, ты маленькая дикарка! Эта
валькирия достаточно играла долго с
ним в "кошки-мышки", пора положить этому конец!
"С нами все будет по-другому, Рейна,- подумал он, глядя в глаза девушки и
желая, чтобы она поняла, о чем он
думает в эту минуту.- Ты будешь противиться мне, но я тебя приручу собственной
нежностью. Надеюсь, что мне не
придется прибегать к суровым мерам. Сражайся со мной, если хочешь, дерись, но ты
будешь моей, и я завоюю твою любовь.
Потому что нам самой судьбой уготовано быть вместе, тебе и мне".
Впрочем, как он и ожидал, Рейна никак не отреагировала на молчаливое
обращение Виктора к ней. Она не высказала
ни гнева, ни уважения к нему, совсем ничего.
За столом воцарилось молчание, а затем Вольфгард нетерпеливо махнул рукой:
- А теперь уходи и возвращайся в свой град, Виктор Храбрый! Иди, пока я
или мои воины не передумали и не
решили, что мы слишком великодушно поступаем, даруя тебе жизнь.
Виктор поблагодарил Вольфгарда за гостеприимство и поспешил откланяться. В
сопровождении двух охранявших его
воинов он прошел по вражеской деревне в полной уверенности, что ему удалось,
наконец, отыскать способ положить конец
вражде, да еще и заполучить девушку, о которой мечтал всю свою жизнь.
А в своем доме, у огня, сидел, потирая от удовольствия руки, Вольфгард,
глядя на языки пламени и думая о том, каким
глупым оказался его противник Виктор Храбрый, и какой он сам молодчага.
Этот парень только что совершил огромную глупость, заключив с ним это
соглашение насчет его падчерицы. Самому
Вольфгарду было совершенно ясно, что ни один мужчина не сможет укротить Рейну,
эта задача оказалась не под силу даже
ему самому. Но в борьбе с Виктором Вольфгард не сумел отказать себе в маленьком
удовольствии превратить жизнь своего
врага в сущий ад. Если он направит в нужное русло ненависть и жестокость своей
падчерицы, то очень скоро Виктор вообще
пожалеет, что вернулся из Валгаллы. Нет! Он не помешает Виктору похитить Рейну!
Победа обернется для его врага
поражением.
Где-то в глубине души Вольфгард почувствовал какое-то смутное
беспокойство, тень сомнения. А что если Рейна
вдруг решит стать союзницей Виктора, а сейчас просто дурачит своего отчима?
При мысли об этом, викинг чуть не сошел с ума от внезапно охватившей его
ярости. Однако, его гнев улетучился так
же быстро, как и появился. Да нет. Похитительница вряд ли предаст его, слишком
уж она ненавидит Виктора.
Да и потом, если она надумает обесчестить своего отчима, ему об этом сразу
станет известно от человека, который
давно уже находится совсем рядом с Виктором Храбрым. Тогда он и подумает, что
можно сделать, чтобы уничтожить
маленькую ведьму. В любом случае победа будет на его стороне, а сам он успеет
избавиться хоть ненадолго от Рейны.
ДВЕНАДЦАТЬ
Когда Виктор Храбрый взошел на свой дракар, Рейна следила за ним с вершины
высокой базальтовой скалы. Она
тайно следовала за Виктором и двумя викингами, которым Вольфгард приказал
проводить гостя до причала. На этом пути
девушке несколько раз с трудом удалось подавить желание выпустить стрелу в
широкую спину вражеского конунга.
Единственное, что удержало ее, так это убеждение, что такой поступок был бы
достоин труса. Нет! Вместо этого она
сразится с ним лицом к лицу и убьет его за то, что он посмел заявить о своем
дерзком желании подчинить ее и даже
укротить. Она готова поклясться, что Виктор умрет раньше, чем посмеет
приблизиться к ней или прикоснуться к ее телу.
За этот час отношение Рейны к Виктору изменилось от острого любопытства,
до жгучей ненависти. Может раньше
вождь враждебного рода и интересовал ее, но сейчас все это в прошлом, так как он
вознамерился сделать ее своей
собственностью, вещью.
Минуло много лет с того времени, как Рейна дала себе слово, что ни один
мужчина никогда не будет ею владеть и не
сможет увезти за собой против ее воли. Но сейчас Виктор Храбрый вновь угрожает
ее будущему, ее независимости. Он
грозит поломать всю ее жизнь, и она... она не простит ему этого оскорбления!
Проклятье на голову Вольфгарда за то, что он согласился заключить с
Виктором эту мерзкую сделку! Девушка опять
слово за словом вспомнила разговор двух конунгов и вновь возмутилась. Как только
посмел ее отчим предложить подобную
цену за окончание войны!
Наконец там, на причале, оба охранника развернулись и пошли к себе в
деревню, а дракар Виктора направился к
выходу из фьорда. Рейна неохотно двинулась домой по узкой тропинке, еле заметной
среди камней. Теперь уже девушку
начали одолевать сомнения. Зная всю глубину ненависти своей к Виктору Храброму,
она теперь не могла не злиться на себя
за то, что столько раз упускала верную возможность лишить жизни своего врага. С
другой стороны, ее не могла не
восхищать храбрость конунга Виктора, отважившегося прийти в лагерь врага совсем
безоружным. Сама Рейна, несмотря на
всю свою смелость, ни за что не решилась бы открыто появиться во вражеском
поселке без меча и боевого топора.
Действительно, Виктор или полный дурак, или самый бесстрашный мужчина изо
всех, которых ей доводилось
встречать.
Девушке пришлось признать, что восстав из мертвых, этот викинг превратился
в совершенно другого, нового
человека. Среди воинов Вольфгарда уже пошли разговоры о том, что боги наградили
Виктора нечеловеческой силой, и
многие при этом вспоминали, какой первый воин в дружине Вольфгарда во время
ночного сражения искал спасения в
бегстве после единоборства с конунгом. Сегодня Рейна и сама могла вблизи
рассмотреть перемены, происшедшие во
внешнем облике вражеского вождя. Виктор стал словно выше ростом, крепче и
мускулистее, а черты лица перестали
внушать страх, в них исчезла беспощадная властность, а появилась особенная,
мужественная красота. Даже глаза его после
возвращения из Валгаллы стали синее и теперь излучали какую-то манящую энергию.
К своему ужасу, Рейна уже ловила себя
на мысли о том, как было бы здорово прикоснуться ладонью к его густым и мягким,
словно тополиный пух, волосам.
Девушка тихонько выругалась. Ладно, про Валгаллу - это, наверное, сказки.
Она - христианка и не очень верит во
всех этих грубых богов. Но ведь Виктор был мертв, она видела своими глазами, как
его хоронили в горящей ладье. Зачем же
Господь совершил такое чудо, для каких целей он воскресил этого язычника?
Неужели только для того, чтобы послать ей
испытание и проверить, выдержит ли она его? В таком случае, доброму Иисусу
следует прекратить это испытание, ибо Рейна
чувствовала, что у нее уже почти не осталось сил бороться с искушением,- ее все
сильнее охватывали греховные помыслы и
желания. В своем ожесточившемся сердце девушка давно уже не оставила места для
таких женских чувств, как любовь,
нежность и отбросила предательски притягательные мысли о замужестве и детях.
Нет! Она должна уничтожать всех
викингов - таков ее долг! Особенно теперь, когда Виктор Храбрый открыто заявил о
своем желании сделать ее своей женой.
Прожив почти всю свою жизнь среди варваров, Рейна очень хорошо
представляла себе, как поступают с женщинами
эти дикари и что означает - быть женой одного из них, Она помнила один случай,
который произошел, когда ей было всего
лишь пятнадцать. Вольфгард и его дружинники пировали по случаю какого-то особо
удачного набега, а Рейна в
неподходящий момент вошла в трапезную. Первое, что ей бросилось в глаза, была
молоденькая, совершенно обнаженная
рабыня, сидящая на коленях у воина по имени Эгил. Девушка громко вскрикивала,
по-видимому от боли, по лицу ее из-под
плотно зажмуренных глаз текли слезы. Рейна сначала даже не поняла, почему рабыня
так странно движется; однако, уже в
следующую секунду, заметив спущенные до колен штаны мужчины, его волосатые ноги,
догадалась о том, что тут
происходит. Она пришла в ужас и расширившимися от страха глазами продолжала
смотреть на хрупкое обнаженное тело
насилуемой женщины. Почему-то ей особенно запомнились смуглые грязные мужские
ладони, сжимающие белоснежные
девичьи бедра. В следующую минуту Эгил увидел Рейну, мерзко ухмыляясь, оттолкнул
рабыню и предложил под хохот
воинов вошедшей девушке "тоже прокатиться на его копье". К немалому удивлению
Эгила и остальных викингов, Рейна
бесстрашно двинулась к сидящему на скамье мужчине, тот довольно похлопал себя по
ляжке и протянул руки к девушке и
только в это мгновение увидел жестокую, страшную улыбку на ее лице... К
огромному удовольствию Рейны, удар ее кинжала
пришелся точно между ног этому дубинноголовому варвару. Еще бы немного, и он
вообще остался бы евнухом.
Викинг заорал от страха и боли, а его друзья разразились грубыми,
непристойными шутками по адресу своего
товарища, и история на том и закончилась.
Однако, все дружинники Вольфгарда получили очень хороший урок, и с той
ночи никто не осмеливался приставать к
Рейне и покушаться на ее девственность. Последним, кто отважился на такую
попытку, был тот жирный боров Торстейн,
решивший в своем скудоумии, что имеет на нее право, потому что ему пообещал
Вольфгард.
И конунгу Виктору не удастся покорить ее, хотя он единственный, кому
удалось пробудить в ее душе такие чувства.
Его рукам, его силе Рейна почти готова была довериться! Будь прокляты его синие
глаза - это из-за них она все чаще
представляет, как он ласкает ее, и его сильные ладони скользят у нее по телу!
Сегодня, чтобы не выдать своих подлинных
чувств, ей пришлось даже плюнуть Виктору в лицо. Боже мой, что она натворила!
Рейна дошла уже почти до центра укрепленного поселка, когда ей навстречу
попались два дружинника из числа
ближайшего окружения Вольфгарда - Бьорн и Дирк. Увидев ее, оба воина осклабились
и остановились у нее на пути.
- Оказывается, наша малышка - ледяная королева, скоро станет невестой,-
ехидно заметил Бьорн, а Дирк,
ухмыляясь подбоченился и добавил:
- М-да, похоже, наша злобная сученка готова задрать подол перед врагом, а
для своих сородичей не хочет показать и
собственной пятки. Скажи мне, принцесса, разве это справедливо?
Не очень и удивившись подобной наглости, Рейна выхватила меч и громко
отчетливо сказала:
- А ну, пошли прочь, тупорылые свиньи! Я еще ни перед одним мужчиной не
задирала подол, а если кто-нибудь
впредь посмеет сказать, что я стану невестой Виктора Храброго, я этому ублюдку
голову снесу!
Оба викинга довольно расхохотались, и тут к ним на помощь подошли еще трое
воинов.
- А что, может наша маленькая валькирия, наконец, встретила того, кто ей
под стать! - произнес один из них по
имени Гарм.
- Да, давайте поможем нашему врагу и попробуем, умеет ли она ублажать
воинов! - захохотал Эгил, не забывший
старой обиды.
- Помнится, прошлой зимой наш ярл говорил, что нашу Рейну он разрешает
иметь любому, кому удастся завалить
ее,- добавил еще один викинг, которого звали Лейф.
- Сходи поговори со своим другом Горстейном,- проговорила Рейна, поднимая
меч. Ее окружали одни
ненавистные, грубые лица, и, похоже, настроены воины были решительно, но она
скорее умерла бы, чем показала им, что
испугалась.- А ну-ка назад, облезлые вороны! Чтобы меня повалить, вас
понадобится больше, чем пять болванов!
Однако, на самом деле ей стало немного не по себе. Сейчас она чувствовала
себя не совсем готовой к борьбе с пятью
здоровенными воинами, каждый из которых имел к ней свои давние счеты. На ее
счастье, в этот момент на площади
появился Рагар со своим другом Гаральдом. Сын Вольфгарда подошел к девушке и
стал рядом с нею.
- Что тут происходит? - нахмурился он.
- Ничего, мы просто решили подшутить над твоей сестрой,- ухмыльнулся Эгил.
- В таком случае, оставьте в покое мою сестру и идите по своим делам,
воины,- строго и решительно приказал
Рагар.- Однако, Эгил явно захотел драки. Викинг положил руку на рукоять меча и
проговорил:
- Ты что же, юноша, хочешь за нее вступиться? Заскрежетала сталь и Гаральд
стремительно обнажил свой меч:
- Да, твой будущий ярл будет защищать свою сестру, а я ему помогу!
Высокий и стройный молодой воин решительно стал около брата и сестры и
пятеро забияк, оказавшись перед лицом
разъяренной Рейны и готовых сражаться Рагара и Гаральда, сочли за лучшее
ретироваться.
- Спасибо, брат мой,- облегченно вздохнула девушка, опуская оружие. Затем
кивнула зеленоглазому юноше лет
двадцати и добавила: - Прими и ты мою благодарность, воин моего брата.
Гаральд слегка кивнул и, прижав руку к груди, ответил с улыбкой.
- Я всегда в твоем распоряжении, дева-воительница.
- Не понимаю, что случилось с воинами Вольфгарда. Они словно с ума
посходили,- уже спокойно сказала
девушка.- Обычно им не приходило в голову так меня дразнить.
- Видишь ли, сестра, сейчас несколько изменилось твое положение среди нас!
- озабоченно хмурясь сказал Рагар и
посмотрел на Гаральда.- Знаешь, друг мой, давай займемся лошадьми попозже.
Сейчас я хотел бы поговорить с моей
сестрой.- Гаральд кивнул и ушел в дом, а брат тронул Рейну за руку.- Пойдем,
сестра, поговорим.
Она кивнула, и они вдвоем пошли прочь из поселка к холму, на котором
располагалось их родовое кладбище и где
была могила их матери, умершей пять лет назад и лежавшей под языческим могильным
камнем. Рейна украдкой взглянула на
брата. Его удивительное сходство с их покойной матерью, а не с Вольфгардом
всегда доставляло ей тайное удовольствие. У
Рагара был такой же, как у матери нос, он унаследовал ее карие выразительные
глаза и светлые волосы, мягкими волнами
обрамлявшие его правильное лицо. Однако, сейчас Рейна заметила, что вокруг его
красивого чувственного рта залегли
озабоченные складки, а брови тревожно сошлись на переносице.
- Скажи, о чем ты думаешь, брат мой? - попросила она.
Рагар печально улыбнулся сестре:
- Мне кажется, наш отец сегодня, во время переговоров, вел себя
неблагоразумно, решившись заключить такую
сделку с конунгом Виктором.
Рейна сердито прервала его:
- Угу, хотя меня нисколько не удивляет, что Вольфгард ведет себя, как
трус.
Рагар хмыкнул, но не ответил ничего. Немного помолчав, он спросил:
- Ты думаешь, Виктор Храбрый все-таки попытается тебя похитить?
Рейна протестующе взмахнула рукой:
- Ты меня оскорбляешь, когда думаешь, что ему это удастся!
Брат все равно не успокоился, зная своих сородичей, он мог предположить их
реакцию на договор Вольфгарда и
Виктора Храброго и считал своим долгом предупредить сестру.
- Это все равно. Даже одна вероятность того, что ты можешь стать невестой
нашего врага, разъярила дружинников
отца. Они оскорбились из-за того, что он дал Виктору разрешение похитить тебя,
вместо того, чтобы предложить одному из
них сделать тебя своей женой.
Рейна мрачно улыбнулась.
- А! Так вот почему Эгил, Гарл и другие взбесились сегодня, словно
мартовские коты. Рагар серьезно кивнул.
- Да, сестра. Их гордость уязвлена, и, откровенно говоря, я волнуюсь за
твою безопасность. Жаль, что ты не хочешь
выйти за Гаральда. Он отличный парень и будет ухаживать за тобой, как не
ухаживал бы и за королевой...
- Но он викинг! - возмущенно воскликнула девушка и оттолкнула Рагара.
- Но ведь и я наполовину викинг,- мягко возразил юноша.- Ты же не будешь
говорить, что ненавидишь меня...
Рейна прикоснулась к руке молодого человека и, доброжелательно улыбнувшись
ему, ответила:
- Успокойся, брат мой. Тебе очень хорошо известно, как я люблю тебя. А что
до Гаральда, служащего нам обоим,
мне бы очень хотелось, чтобы ты передал ему, что я его люблю и уважаю...
- Тогда все же почему?..
- Он викинг,- повторила девушка на этот раз больше с сожалением, чем с
ненавистью.- И я никогда не выйду за
викинга замуж. Да и потом, он язычник.
- Но, Рейна, ведь он же старается стать христианином,- Рагар пытался
говорить как можно убедительнее.- Он не
раз ходил с нами в горы слушать проповеди Пелагиуса. Старый монах учил нас
молиться. В конце концов, Гаральд не сумел
отвергнуть свою религию и изменить обычаям своих предков. Но скажи, разве он
выдал кому-нибудь нашу тайну? А кроме
того, все эти годы он еще и учил тебя умению обращаться с оружием и скрывал это
от остальных. Всп
...Закладка в соц.сетях
