Жанр: Любовные романы
Обитель порока
... вышедшая встречать Меган, протянула ей загорелую
руку и с подкупающей улыбкой промолвила:
— Добро пожаловать, мисс Стюарт! Я — Алессандра, подруга Фабрицио. Он
уехал на встречу со своими адвокатами, но к ужину обязательно вернется.
Надеюсь, что вы добрались сюда без приключений?
Ее поразительные глаза показались Меган знакомыми, она подумала, что
встречалась с этой красоткой где-то раньше, но так и не смогла вспомнить,
где именно.
— Благодарю вас, я добралась нормально, хотя и рассчитывала приехать на
полчаса раньше. Ничего не поделаешь, все шоссе запружены
автомобилями! — ответила наконец Меган. — Может быть, сразу же
пройдем в библиотеку?
— Сегодня вам не придется работать, так что не расстраивайтесь из-за
своего незначительного опоздания. Я чувствую, что вам нравится разбирать
книги. Вы, наверное, много читаете? — промолвила Алессандра, поправив
упавший ей на лоб волнистый локон песочного цвета.
— Любовь к чтению возникла у меня уже в раннем детстве, — ответила
Меган. — И когда мне исполнилось десять лет, я знала наверняка, что
стану библиотекаршей. Я понимала, что это не слишком престижное занятие, но
это меня не смущало. Книги оказывали на меня магическое воздействие, в их
окружении я преображалась, представляя себя то королевой, то волшебной феей.
Возможно, моя мечтательность объяснялась тем, что я была единственным
ребенком у своих родителей. Мама родила меня, когда ей было уже сорок. Вы
меня понимаете?
— Мне трудно вас понять, поскольку я была восьмой дочкой у своих
родителей, — сказала Алессандра.
— У меня такое ощущение, что я вас уже где-то видела, — призналась
Меган.
— Вряд ли, — покачав головой, промолвила Алессандра. —
Впрочем, мои фотографии украшали обложки многих модных журналов, ведь я
долгое время работала манекенщицей.
— Ах так вот оно что! — воскликнула Меган. — Ну тогда все
понятно. Я обожаю смотреть на снимки красивых девушек.
— У вас чудесные волосы, вы тоже вполне могли бы рекламировать
различные средства ухода за ними, — сказала Алессандра и погладила
Меган по голове. — Они у вас вьющиеся от природы?
— Да, конечно! Но мне бы хотелось иметь такие волосы, как у вас, —
сказала Меган, с завистью глядя на шелковистые локоны блондинки, ниспадающие
на ее покатые плечи.
— В самом деле? Странно. Мне кажется, вам просто недостает макияжа.
Если вам подкрасить глаза, вы сразу станете выглядеть гораздо эффектнее.
Смущенная неожиданным комплиментом, Меган зарделась и, потупив взгляд,
произнесла:
— Сомневаюсь, что даже моя родная мама считала меня красивой. Но все
равно, спасибо за такую оценку моей внешности и добрый совет. Честно говоря,
я никогда не видела большого смысла в использовании косметики, поскольку
всякий раз, когда я пытаюсь сделать себе макияж, я становлюсь похожей на
куклу.
— Я научу вас, как следует правильно гримироваться, пока вы будете
здесь жить, — сказала Алессандра. — Поверьте, что немного румян,
помады и туши вам не повредит. Как видите, у нас уже наметилась программа
совместного времяпрепровождения. Думаю, что мы подружимся. Позвольте мне
показать вам дом!
— Вряд ли у меня будет много свободного времени, — робко возразила
Меган, следуя за ней. — Мне предстоит сделать огромную работу.
— Чепуха! Фабрицио не позволит, чтобы вы чахли в библиотеке по вечерам
и выходным, — сказала блондинка.
— Мне показалось, что именно на это он и рассчитывает, — сказала
Меган. — Ведь он сразу же предупредил меня, что я не смогу уезжать
домой на субботу и воскресенье. Это оговорено в договоре.
Алессандра скорчила жалостливую физиономию:
— Бедняжка, как он вас напугал! Вы просто неверно его поняли, он
подразумевал, что отдыхать вам предстоит в нашей компании. Здесь редко
бывают новые люди, так что ваше появление привнесет в нашу жизнь
разнообразие.
— Я вас понимаю, — промолвила Меган, хотя и сомневалась в том, что
избалованные богачи сочтут ее интересной собеседницей и примут в свой узкий
круг. Алессандра продолжала нести милую чушь, пока они наконец не очутились
в спальне, где Меган ожидали ее нераспакованные чемоданы.
— Ужинаем мы обычно в восемь, — сказала Алессандра, сообразив, что
пора оставить гостью одну. — Но встречаемся загодя, минут за
пятнадцать, в малой гостиной, чтобы выпить аперитив и поболтать.
— А в чем следует являться на ужин? — спросила Меган.
— Да в чем угодно! Надевать вечернее платье вовсе не
обязательно, — хихикнув, ответила Алессандра.
Меган натянуто улыбнулась, не удовлетворенная таким ответом. Она боялась
осрамиться, показав всем свое невежество в этикете в первый же вечер.
Попрощавшись с Алессандрой, Меган разобрала багаж и, развесив одежду в
шкафу, пошла принимать ванну. Насладившись этой приятной процедурой и
немного вздремнув, она надела незамысловатое сиреневое платье с треугольным
вырезом на груди и в мелкий цветочек, черные туфельки и, оставшись довольна
своим обликом, вышла в коридор.
Дорогу в малую гостиную ей любезно подсказала служанка, соткавшаяся из
воздуха, как только она спустилась по лестнице и очутилась в холле. Войдя в
гостиную, Меган увидела, что там уже собрались пять человек. Фабрицио,
беседовавший о чем-то со своим приятелем-блондином, улыбнулся и, кивнув,
помахал ей рукой.
Меган впервые видела итальянца со светлыми волосами, поэтому непроизвольно
окинула его изучающим взглядом. Близкий друг и личный секретарь Фабрицио ИВ
был высок ростом, однако выглядел очень привлекательно. Он был широк в
плечах и обладал мощной мускулатурой, которую не мог скрыть даже пиджак.
Галантно поцеловав Меган руку, он негромко произнес:
— Рад с вами познакомиться! Мы все с нетерпением ожидали вашего
приезда. Добро пожаловать в нашу семью!
Меган поразили не столько эти слова, сколько холодный взгляд его голубых
глаз. Она почувствовала, что по спине у нее поползли мурашки, но не подала
виду, что смущена, и любезно улыбнулась в ответ.
— Что желаете выпить? — спросил Франко.
Меган замялась, не уверенная, что в этом кругу принято пить по вечерам
легкое светлое пиво, как это делали дружки Ника, собираясь по субботам в
пабе. Она покосилась на Леонору, одетую в облегающее черное платье, перевела
взгляд на Алессандру, красовавшуюся в оранжевом платье для коктейлей и
туфельках на шпильках, и неуверенно ответила, что выпила бы немного хереса.
Франко незамедлительно вновь поставил ее в тупик, попросив уточнить, какого
именно — сухого или сладкого — хереса ей хочется отведать. К счастью, ей на
помощь пришел Фабрицио, предложив продегустировать испанский херес.
— Он очень хорош со льдом, вам этот напиток придется по вкусу, —
добавил он и подал знак лакею откупорить новую бутылку.
— Пожалуй, я последую вашему совету, — сказала Меган, хотя и не
была уверена, что испанский херес нужно употреблять со льдом. Она вообще не
увлекалась алкогольными напитками и плохо в них разбиралась. Лакей подал ей
на подносе наполненный бокал, она сделала большой глоток и, поперхнувшись,
раскашлялась так, что на глазах у нее выступили слезы. Херес показался ей
чересчур сухим и обжег ей горло и язык.
Алессандра рассыпчато расхохоталась и дала ей совет:
— Его следует пить маленькими глоточками, а не залпом. Это относится ко
всем сухим винам, особенно белым. Надеюсь, что со временем вы полюбите их.
Меган растерянно улыбнулась и сделала еще глоточек.
— Вы быстро учитесь, — похвалил ее Фабрицио. — Позвольте мне
сопроводить вас в столовую. За ужином нам подадут не менее изысканные вина.
За столом разговор шел главным образом о лошадях Леоноры и их шансах на
призовые места в предстоящих соревнованиях. Ренато шепотом поинтересовался у
Меган, давно ли она работает библиотекарем, а Леонора спросила, не
собирается ли она пригласить в усадьбу своего друга Ника.
— Нет, у него сейчас много работы, — уклончиво ответила Меган,
решив умолчать о том, что они с Ником вдрызг разругались.
— Может быть, он обиделся на вас за то, что вы оставили его на полгода?
Он у вас, вероятно, ревнивый? — не унималась Леонора. — Но так или
иначе, ему придется смириться с тем, что в Линкольн вы вернетесь совершенно
другим человеком. Шесть месяцев не шуточный срок.
— Я вас не понимаю, — растерянно промолвила Меган. — Почему я
вернусь домой другим человеком? Переутомлюсь и изменюсь до неузнаваемости?
— Просто потому, что на протяжении шести месяцев вы будете находиться
среди нас, — непринужденно пояснил ей за сестру Фабрицио. — Уже
сегодня вы попробовали новые вина и блюда. Каждый день, проведенный здесь,
будет непременно приносить вам свежие впечатления. Поэтому вы вернетесь к
Нику уже не той девушкой, которую он знал. Мне кажется, что это нормально,
ведь все мы с годами изменяемся. Не правда ли, друзья? — Он обвел
взглядом собравшихся за столом. Все уставились на Меган.
Ощутив на себе их пристальные взгляды, она почувствовала себя крайне
неловко. Молчание затягивалось, и Меган, собравшись с духом, нарушила его,
воскликнув:
— Постараюсь не быть вам в тягость!
Все рассмеялись, посчитав ее искренние слова шуткой.
— Вот и чудесно! — удовлетворенно сказал Фабрицио. — Похоже,
мы уже наладили взаимопонимание. А теперь, если желаете, можете идти спать.
Ведь вы, как я полагаю, устали после долгой поездки в автомобиле.
— Вы правы, я действительно устала и хочу лечь спать пораньше, чтобы
завтра утром встать здоровой и бодрой. Благодарю вас за теплый прием и
замечательное угощение. Херес мне очень понравился, надеюсь, что мне подадут
его и завтра вечером.
Фабрицио улыбнулся и кивнул, скользнув по ее фигуре масленым взглядом. Меган
сглотнула подступивший к горлу ком и поспешила удалиться. Ложась в постель,
она пыталась внушить себе, что никакого вожделения в глазах Фабрицио вовсе
не было или же он смотрел на Алессандру. К счастью, вино и легкая усталость
смягчили ее волнение, и она быстро погрузилась в сон. Ей приснились лазурное
небо Италии и бирюзовое море.
После ухода Меган из столовой Фабрицио вновь оглядел всех сидевших за столом
и спросил:
— Ну, и что вы теперь о ней думаете?
— По-моему, нам с ней чрезвычайно повезло! Не могу дождаться, когда мы
начнем ее развращать! — воскликнула Леонора. — Она еще совсем
наивная, но, похоже, хочет нам понравиться. А что скажешь ты, Ренато?
— Не думаю, что игры с этой английской провинциалкой доставят нам
удовольствие, — с сомнением в голосе произнес Ренато, насупив брови.
— Ты совершенно не разбираешься в женщинах, — сказал
Фабрицио. — Слава Богу, что ты прекрасно ориентируешься хотя бы в мире
бизнеса.
— Напротив, я великолепно разбираюсь в женщинах, — возразил
Ренато. — Это может подтвердить Леонора. Просто мне кажется, что ты
допустил ошибку, заключив с ней контракт. Алессандра, что думаешь об этом
ты?
— По-моему, Фабрицио еще ни разу ни в чем не ошибся, — ответила
блондинка, хлопая глазами. — Я тоже когда-то была наивной девушкой, но
быстро утратила иллюзии, очутившись на подиуме. К тому же Фабрицио
прекрасный педагог.
Она бесстыдно расхохоталась.
— Ты права, милая, — сказал Фабрицио. — Признаться, я с
нетерпением ожидаю, когда наконец мы с ней приступим к практическим занятиям
по чувственности и эротизму. Я быстро лишу ее всех розовых девичьих иллюзий.
— Смотри, не перегни палку, — посоветовала ему Алессандра,
почувствовав легкую ревность. — Птичка может упорхнуть, если ты ее
спугнешь. И тогда мы останемся без развлечений.
— Не беспокойся, милая, я этого не допущу, — заверил ее Фабрицио.
— Ты в этом уверен? — спросил, вскинув бровь, Ренато.
— Разумеется! — фыркнув, ответил Фабрицио.
— Тогда предлагаю заключить пари!
— Пари? Любопытно. И на каких условиях? В чем его суть?
— Я не верю, что тебе удастся за полгода развратить эту девчонку до
такой степени, что она станет похожа на нас. Я готов побиться об заклад, что
эта англичанка либо прервет контракт из-за твоих сексуальных домогательств,
либо проигнорирует все твои попытки втянуть ее в разврат.
— Хорошо. И на какую сумму ты готов спорить?
— На тысячу фунтов. Что скажешь?
— Скажу, что ты, кажется, не слишком уверен в том, что говоришь, мой
друг.
— Ладно, пусть будет пять тысяч фунтов!
— Это другое дело, — сказал Фабрицио. — Пять тысяч — это
сумма. Вот только можешь ли ты позволить себе ею рискнуть?
— Что за оскорбительные намеки? — возмутился Ренато.
— Извини, я не хотел тебя обидеть, — поспешил заверить его хозяин
дома. — Я лишь выразил заботу о твоем финансовом благополучии. Стоит ли
так рисковать из-за пустяка?
— Ты струсил? — обрадованно воскликнул Ренато. — Значит, я
прав?
— Ты недооцениваешь темперамент англичанок, — сказала
Леонора. — Они только кажутся холодными, но вспыхивают в постели как
порох. Меган вряд ли является исключением из этого правила. Поэтому я
считаю, что Фабрицио победит.
— Я согласен заключить с тобой пари, дружище, — сказал
Фабрицио. — Но при условии, что ты примешь самое живое участие в
совращении этой девицы и не станешь уклоняться от группового секса с ней,
который, как я надеюсь, станет венцом наших общих усилий. Ну, ты согласен?
— Как ты мог усомниться в моей искренней преданности нашей дружбе и
уставу нашего тайного общества почитателей порока? — воскликнул Ренато.
Леонора расхохоталась.
— Забавно смотреть, как серьезно вы обсуждаете пустяковую
проблему, — сказала она. — На мой взгляд, ей от нас уже никуда не
деться, так что мы потешимся с ней на славу.
— Не следует ли понимать это так, что Ренато тебе надоел? —
спросил Франко. — Твое избалованное тело требует новых острых ощущений?
— Наконец-то и ты подал голос, мой друг! — сказал Фабрицио. —
Ну, и какое же эта девица произвела на тебя впечатление?
— Думаю, что она доставит нам много приятных минут. Ведь ей еще никогда
не доводилось участвовать в оргиях, — невозмутимо ответил Франко.
— И тебе, как я вижу, не терпится сбить ее с праведного пути, —
добавил Ренато, уязвленный его едкой репликой.
Леонора метнула в секретаря своего брата испытующий взгляд. Она
почувствовала, что Франко давно по ней страдает, но знала, что Фабрицио не
допустит их близости. Такая ситуация приятно щекотала ей нервы и делала
задачу, стоявшую перед ней, еще более привлекательной. Она уже придумала,
как наставить рога своему любовнику и насолить братцу, но пока не спешила
осуществить свой план, полагая, что вволю позабавится с Меган. Блондина
Франко она решила оставить на десерт. А пока пусть он довольствуется
горничными.
— Я завтра же начну исподволь совращать эту простушку, — хвастливо
заявил Фабрицио. — Пусть это и займет у меня несколько дней, зато я
обставлю ее грехопадение так ловко, что все вы сможете его тайно наблюдать.
Ну, вы довольны?
— Скорее бы наступил этот восхитительный миг, — сказала с улыбкой
Алессандра, ерзая на стуле.
— Я тоже с нетерпением жду этого момента! — воскликнул Фабрицио и,
вскочив со стула, взял ее за руку, чтобы увести в свою опочивальню и
выпустить там с ней весь скопившийся за день пар. — Леонора! —
окликнул он сестру. — Забирай своего жеребца и присоединяйся к нам.
Сегодня мы порезвимся вволю вчетвером, да так, что наша жертва не сможет
заснуть до утра, сконфуженная и взволнованная звуками, доносящимися из моей
спальни. Отныне мы постоянно будем ее смущать и тем самым пробудим дремлющие
в ней темные страсти. Ей предстоит узнать много нового не только об
искусстве, пище и напитках. Она и сама не заметит, как в ней проснется голод
иного, особого, свойства.
Он демонически расхохотался и вместе с Алессандрой, Леонорой и Ренато
покинул столовую. Вновь оставшийся за столом в одиночестве Франко наполнил
бокал отменным французским коньяком и, усевшись с ним в кресле, размечтался
о белокурой прелестнице Леоноре, чьи глазки сегодня сказали ему нечто такое,
о чем следовало хорошенько подумать. Очевидно, ее нынешний любовник Ренато
был не в восторге от планов Фабрицио в отношении англичанки, нанятой для
работы в библиотеке. Однако заявить о своем нежелании участвовать в этой
авантюре он не решался, опасаясь, что Леонора станет его презирать и отлучит
от своего шикарного тела. Такая пикантная ситуация предоставляла Франко
уникальную возможность осуществить свое заветное желание и сблизиться с этой
капризной красавицей. Фабрицио же он рассчитывал нейтрализовать, припугнув
его оглаской некоторых компрометирующих фактов как личного, так и делового
свойства. За время своей службы у него в качестве личного секретаря Франко
сумел собрать на хозяина уйму скандальных материалов. Это секретное досье на
греховодников из семьи Балоччи и являлось его главным капиталом.
Размышления о блудливой сестрице Фабрицио быстро вызвали у Франко мощную
эрекцию. Не в силах терпеть боль в чреслах, он отправился к одной смазливой
юной служанке и затащил ее в свою спальню. Его мужской напор так ее
впечатлил, что она стонала в полный голос и визжала, сотрясаясь раз за разом
в исступленном экстазе. Терзая ее тугой дебелый зад, Франко блаженно
улыбался, представляя себе нагую Леонору в самых нескромных позах.
На другое утро Меган спустилась в столовую на завтрак невыспавшаяся и
обескураженная: подозрительные звуки, сотрясавшие стены особняка всю ночь
напролет, мешали ей спать и вселяли в ее душу недобрые предчувствия. Она
несколько раз просыпалась в холодном поту от громких воплей и стонов и
прислушивалась к доносившимся из соседней спальни странным крикам и
сдавленным мольбам. Когда же она забывалась сном, ее мучили кошмары
сексуального характера. И даже теперь, белым днем, она продолжала их
вспоминать, пытаясь понять, чем вызваны эти необычные видения и был ли
вообще какой-то шум на ее этаже.
— Надеюсь, вам хорошо спалось? — вкрадчиво осведомился Фабрицио,
улыбнувшись и встав из-за стола при ее появлении.
— Да, чудесно, — солгала она, гадая, куда подевались остальные
обитатели усадьбы.
— Но вид у вас несколько помятый, — возразил Фабрицио.
— Я не привыкла так рано вставать, — ответила Меган.
— Должно быть, это создает вам определенные сложности в работе, —
сухо заметил он.
— Слава Богу, в нашей библиотеке гибкий график дежурства. К тому же наш
читальный зал открывается только в десять часов утра. Если я задерживаюсь,
меня заменяют подружки, — пояснила она, виновато улыбаясь.
— На собеседовании вы об этом не упомянули, — с деланным упреком
заметил Фабрицио.
— Но вы и не спрашивали меня о моем распорядке дня, — возразила
Меган и налила себе кофе в чашку.
— Как только вы позавтракаете, мы с вами пойдем в библиотеку и обсудим
план вашей работы, — сказал Фабрицио, мысленно отметив, что у нее
трясутся руки.
Любопытно, подумал он, почему она так нервничает? Неужели у нее лишь от
одного его вида сводит живот и выступает пот над верхней губой?
Спустя полчаса они уже стояли в библиотеке посреди царящего там хаоса и он
виновато говорил, объясняя причину такого беспорядка:
— Мой покойный дядюшка собирался навести здесь порядок, но внезапная
смерть нарушила его замысел. Он никому не доверял свои сокровища и пытался
делать все сам. И как видите, закончилось это весьма печально. Я
придерживаюсь иного мнения, предпочитаю нанимать для выполнения скучных дел
привыкших к ним специалистов. Согласитесь, что грех растрачивать свою
бесценную короткую жизнь на малоприятные и трудоемкие занятия, если у тебя
есть деньги.
— Я с вами согласна, — сказала Меган, с сожалением подумав, что у
нее самой никогда не было лишних денег, чтобы нанять уборщицу, которая
поддерживала бы чистоту в ее крохотной квартирке.
Фабрицио радушно улыбнулся и словно бы ненароком погладил ее по плечу. Даже
сквозь хлопчатобумажную ткань белоснежной блузы он почувствовал, что ее кожа
пылает.
— Пожалуй, я приступлю к работе, — промямлила Меган, поежившись и
переступая с ноги на ногу.
— Торопиться не надо! В вашем распоряжении целых шесть месяцев! Я
оставлю вас на некоторое время, но непременно загляну сюда позже и посмотрю,
как у вас идут дела. Если вам захочется чаю или кофе, дерните вон за тот
шнур — и служанка тотчас же все вам подаст. До свидания!
Когда дверь за ним закрылась, Меган плюхнулась в кожаное кресло и закатила к
потолку глаза. Колени у нее тряслись, как у двенадцатилетней девственницы,
влюбленной в своего учителя рисования, а сердце готово было лопнуть.
В чем
же дело?
— спрашивала у себя она, однако не находила разумного ответа. Еще
ни на одного мужчину ее тело не реагировало так остро, как на Фабрицио.
Когда он улыбался, у нее поползли мурашки по спине, а стоило лишь ему
случайно до нее дотронуться, как в промежности у нее вспыхнул пожар. Чутье
подсказывало Меган, что он испытывает к ней влечение, но рассудок
отказывался в это верить, потому что это был абсолютный вздор. Как мог такой
элегантный, обаятельный, холеный и богатый мужчина увлечься обыкновенной
бедной англичанкой с невзрачной наружностью, если у него уже есть шикарная
любовница Алессандра? Отчаявшись ответить самой себе на этот вопрос, Меган
отогнала нелепые мысли и приступила к делу. Труд ей действительно предстоял
адский.
Книг в библиотеке было великое множество, все — в прекрасном состоянии, но
совершенно не разобранные по авторам, тематике и эпохам. Одни из них были
чрезвычайно редкими и ценными, другие — просто дорогими, стоимость некоторых
же раритетов Меган определить самостоятельно не осмеливалась. Поэтому она
решила составить их список и проконсультироваться у эксперта по антикварным
изданиям. Поставить же наиболее дорогие книги она решила на верхнюю полку,
чтобы случайно не повредить их в процессе работы.
Она с вдохновением занималась этим кропотливым делом приблизительно полчаса,
но потом ее отвлек стук копыт, донесшийся из открытого окна. Меган выглянула
из него и увидела Леонору, въезжающую во двор верхом на красивом гнедом
мерине. Навстречу ей из дома вышел Ренато. Она спешилась и, порывисто обняв
его, стала страстно целовать в губы. Лошадь обиженно встряхнула головой и
пошла в конюшню. Блондинка же взяла своего любовника за руку и увлекла его к
раскидистому дубу, где сбросила с себя куртку и стала расстегивать блузу.
Затаив дыхание, Меган наблюдала, как рука Ренато ложится на ее грудь и
сжимает сосок. А когда он наклонился и начал его сосать, у Меган вспотели
ладони и закружилась голова. Она понимала, что поступает скверно,
подсматривая за целующимися, однако не нашла в себе сил отойти от окна. Пока
Ренато лобзал восхитительные груди Леоноры, блондинка расстегнула ширинку у
него на брюках и выпустила на свободу его драконника. Меган ахнула и
вытаращила глаза.
Леонора рассмеялась и, прижав своего любовника спиной к могучему дубу,
скинула юбку. Оставшись абсолютно голой, бесстыдница начала тереться о
Ренато грудями, отчего головка его причиндала набухла и побагровела. Леонора
опустилась на колени и взяла член в рот. Меган сглотнула слюну и пощупала
свои трусики. Ладонь стала влажной. Не совладав с эмоциями, Меган задрала
подол юбки и начала теребить пальцами клитор. Леонора крепче сжала пенис в
руке и стала кивать быстрее, втягивая щеки и раздувая ноздри.
Бедра Ренато тоже пришли в движение, его пенис то проникал в рот блондинки
по самую м
...Закладка в соц.сетях
