Жанр: Любовные романы
Загадочное наследство
...воронили свой футбол,
чтобы не просиживали все вечера у телевизора и тому подобное.
— Отлично вас понимаю. После смерти жены я принял решение работать на
дому — по крайней мере до тех пор, пока Габриэла не поступит в колледж.
— И что, она уже поступила? — тут же вставила Сильвия.
— Да, в Санта-Крус.
— Хорошее учебное заведение, — одобрил Гарднер. — Насколько
мне известно, у них превосходная репутация...
— У вас только один ребенок? — перебила Сильвия.
— Да.
— Наверное, это захватывающе интересно — начать все не только заново,
но и в новом кругу общения, — как бы между прочим заметил
Гарднер. — Особенно если знаешь, чего ожидать.
Не видя Кейди даже краешком глаза, Мак ощутил, что она замерла на своем
месте, словно окаменела, но не подал виду, что замечает это.
— Поверю на слово, — сказал он, тоже играя в простодушие. — А
сколько вашим близнецам?
— Послезавтра будет восемь, — гордо ответил Гарднер. — Вы с
Кейди тоже приглашены.
— Знаю и очень благодарен.
— Кстати, как вы с ней познакомились? — ловко ввернула Сильвия.
— Через Интернет.
Как Мак и предвкушал, это заявление повергло чету Олгейтов в ошеломленное
молчание по меньшей мере на минуту. Покосившись на Кейди, он нашел, что она
вся погрузилась в охоту за крохотным кусочком пробки в своем вине — видимо,
чтобы не нарушить тишину неуместным хихиканьем.
— Это, конечно, шутка? — наконец подала голос Сильвия. — Не
может быть, чтобы через Интернет!
— Отчего же? — пожал плечами Мак. — Сейчас большая часть
людей так знакомится, как во времена моей юности в баре.
Кейди наконец удалось изловить точечное инородное тело, и она сочла
возможным поднести бокал к губам.
— Но ведь это рискованный способ! — воскликнул Гарднер.
Припомнив инцидент с ограблением Вандайка, Мак подумал, что он даже более
прав, чем предполагает, а вслух сказал:
— В таком случае нам повезло.
— Мм... — Взгляд Сильвии метнулся к Кейди и вернулся к Маку еще
более недоверчивым. — Знаете, то и дело слышишь леденящие кровь
истории: о людях, которые регистрируются под чужим именем, сочиняют себе
удобоваримую биографию и охотятся в Интернете за наивными дурочками. Новый
знакомый может быть кем угодно, даже маньяком-убийцей!
— К счастью, мой оказался всего лишь бизнес-консультантом. — Кейди
безмятежно улыбнулась сестре, которая, напротив, всем видом выражала теперь
страх за нее.
Мак ощутил некоторое сочувствие к Сильвии и счел нужным прояснить ситуацию:
— Согласен, в чатах можно наткнуться на самую разношерстную и не всегда
достойную публику, но мы-то познакомились не в чате! Поначалу это было чисто
деловое знакомство: мне потребовался эксперт по вопросам европейского
декоративного искусства, я навел справки и вышел на Кейди.
Здесь он почти не покривил душой — своевременная передышка в этот вечер
уверток и оговорок. Правда,
навести справки
в данном случае означало
выяснить всю подноготную, ну и что такого? Он имеет на это полное право при
своем роде деятельности.
Испуг на лице Сильвии несколько померк, однако недоверие во взгляде не
уменьшилось. Похоже, она все еще подозревала его в более нечистых
мотивациях, чем просто охота за приданым.
— А зачем вам понадобился эксперт такого рода? — спросил Гарднер,
на сей раз с неподдельным любопытством. — Вы что, коллекционер?
— Не я, а один мой хороший знакомый. В тот момент он интересовался
испанским антиквариатом.
— Вот что, — вдруг вмешалась Кейди, — кто-нибудь объяснит
мне, зачем тетя Веста ходила к парапсихологу?
Если это была попытка поставить точку на перекрестном допросе, она сработала
на все сто. Сразу забыв про Мака, Сильвия забегала глазами: не донесся ли
этот бестактный вопрос до кого-то из окружающих?
— Только не нужно кричать на весь зал! Как мы можем знать, зачем она
ходила, если до самого последнего момента не знали о существовании этого
Ардена? Мне бы очень хотелось, чтобы больше никто так и не узнал.
— И потом, что значит,
ходила
? Дело ограничилось парой
визитов, — понизив голос, заметил Гарднер.
— Пара или больше, я хочу знать зачем, — настаивала Кейди, хотя и
тоном ниже. — Ведь вы оба должны признать, что это совершенно не в
характере тети Весты. Она всегда насмехалась над словами
сверхъестественные
способности
.
— Веста Бриггз была женщиной эксцентричной, — сухо возразил
Гарднер, — а значит, непредсказуемой. За ней водились всякие
странности, и то, что она всю жизнь придерживалась одних взглядов, не могло
помешать ей вдруг изменить их на прямо противоположные...
Сильвия жестом остановила мужа.
— Отвечая на твой вопрос, скажу, что мы совершенно не в курсе того, что
происходило между ней и Джонатаном Арденом. Я пробовала выяснить, но она
наотрез отказалась говорить на эту тему. Думаю, можно с большой долей
вероятности предположить, что у нее начинался старческий маразм. К счастью,
речь об этом ведется только в кругу семьи. — Она помедлила, чтобы
адресовать Маку предостерегающий взгляд. — И так оно останется.
— Дальше меня эта новость не пойдет, — заверил он, гоняя вилкой по
тарелке косточку от оливки. — Весьма признателен за то, что вы так
охотно причисляете меня к семейному кругу.
— Мистер Истон! — Пальцы Сильвии нервно сжались на тонкой ножке
бокала. — Я вынуждена прямо просить вас воздержаться от обсуждения
странностей Весты с посторонними!
— Маку такое даже в голову не пришло бы! — горячо вступилась за
своего мистера Истона
Кейди. — Ведь верно, Мак?
— Вернее не бывает.
Внезапно ощутив на себе взгляд, он заметил, что к столику приближаются двое
мужчин. Одному было за пятьдесят, и он являл собой воплощенного джентльмена
с хорошим вкусом и безупречными манерами. Он то и дело приостанавливался,
чтобы дружески поздороваться с другими, столь же лощеными посетителями
ресторана, и как бы нес с собой оживление и веселье.
Его спутник был значительно моложе, спортивного телосложения, одетый так
тщательно, что это бросалось в глаза. На первый взгляд он тоже держался
непринужденно, но Мак интуитивно угадал, что его томит какая-то затаенная
дума. По крайней мере улыбка его не касалась глаз.
— Так, так, так! — воскликнул Гарднер, проследив взгляд
Мака. — А вот и старина Рэндалл.
Маку подумалось: видно, он исчерпал свою долю удачи на этот вечер. Предстоит
конфронтация с бывшим мужем.
— Привет, Рэндалл! — Сильвия поднялась и подставила тому щеку для
поцелуя. — Какой приятный сюрприз!
При этом по лицу Гарднера прошла столь явная тень раздражения, что Мак
мысленно хмыкнул. Подумать только, на вид совсем бесхребетный, а щетинится
при виде дружеского чмоканья в щечку, притом у всех на глазах.
— Кейди, моя милая! — с той же дружеской фамильярностью (она, как
видно, приветствовалась в этом кругу) обратился Рэндалл к Кейди, наклоняясь,
чтобы чмокнуть и ее. — Рад снова тебя видеть. Узнав, что ты в Фантом-
Пойнт, решил тоже наведаться.
Мак ощутил, как что-то у него под ребрами сжимается сильно, до боли. В этот
момент он понял чувства Гарднера — не вполне своего в этом семейном кругу —
при виде чужака, которому удалось стать своим на все сто.
Тут наконец подоспел старший из вновь прибывших, неся с собой ауру до
тонкости отточенного добродушия. По дороге он успел обзавестись стаканом
мартини.
— Добрый вечер всей честной компании! Кейди, ты снова с нами, как мило!
— Привет, Стэнфорд, — в один голос сказали Сильвия и Кейди.
Его тон был задушевным, их — вполне вежливым, но никаких чмоканий в щечку не
последовало. Этот был явно вне семейного круга.
— Присоединяйтесь, — пригласила Сильвия, сделав изысканный жест в
сторону свободных стульев. — Мы здесь уже примерно час за болтовней с
Кейди и ее новым другом Маком Истоном. Вы уже знакомы?
— Не имел этого удовольствия. — Стэнфорд Фелгроув протянул руку и
представился, добавив с подчеркнутой скромностью: — Из
Аустри-Пост
.
Мак вынужден был подняться и пройти через ритуал обмена рукопожатиями, после
чего сразу повернулся к Рэндаллу Посту, решив поскорее со всем покончить,
раз уж это неизбежно.
— Истон? Я правильно расслышал? — Рука у бывшего мужа Кейди была
истинно мужская, очень крепкая. — Значит, новый друг?
— И смею сказать, потенциальный муж, так что дружбой дело не
ограничится. В самом скором времени мы намерены объявить о помолвке.
Кейди снова окаменела на своем стуле.
— Я об этом уже наслышан, — сказал Рэндалл с улыбкой, полной
леденящей любезности. — Мои поздравления! Вы обзаводитесь потрясающей
женой.
— Кому и знать, как не ему! — заметил Стэнфорд с добродушным
смешком. — Если вы не в курсе, Рэндалл был женат на Кейди... некоторое
время. Девятидневный брак, достойный занесения в Книгу рекордов Гиннесса.
Теперь не только Кейди, но и все остальные одеревенели с улыбкой на лице.
Казалось, температура за столом упала сразу на десяток градусов. Мак даже не
заметил — его бросило в жар при этом небрежном упоминании о том, что Кейди,
хоть и недолго, принадлежала этому хлыщу. Он уже забыл, когда в последний
раз испытывал такое всеобъемлющее чувство собственника. Как хищник,
почуявший угрозу своим правам на самку. Интересно, думал он, что сказала бы
Кейди, узнав, с каким трудом он подавил желание разбить физиономию Рэндаллу
Посту, а заодно и болтуну Стэнфорду Фелгроуву.
— Да, я слышал об этом на редкость коротком браке. — Тут Мак со
значением взглянул на Поста. — Человеку свойственно ошибаться, главное
— вовремя исправить ошибку.
Когда вечер наконец остался позади и Мак с Кейди направились домой, она
повернула к парапету набережной, облокотилась на него и устремила взгляд на
другую сторону освещенного полной луной залива, на далекие городские огни.
Она была разом измучена и взвинчена. Ничего удивительного — это был вечер не
из приятных.
— Ну! — сказала она не поворачиваясь. — Не молчи, выскажись.
— Пожалуйста. — Мак тоже встал у парапета, но спиной к воде, глядя
на виллы и палаццо, шеренгами марширующие вверх по склону холма. — На
мой взгляд, вы с Рэндаллом Постом в чересчур хороших отношениях для пары, не
выдержавшей вместе и двух недель.
— Это был развод по обоюдному согласию.
— Слыхал про такое, но никогда не встречал.
— Можешь считать, что встретил.
— А зачем вообще было выходить за него?
— По-твоему, он мне не подходил?
— Вот именно.
— Сейчас ты прочтешь лекцию на тему о том, кто мог бы мне подойти!
— И в мыслях не имел. — Чувствовалось, что Мак улыбается. — Я
не всеведущ. Знаю только, что Рэндалл Пост тебе не пара.
— Откуда ты знаешь?
— Мужская интуиция.
— А есть и такая?
— Конечно, есть. Просто мужской пол предпочитает об этом не
распространяться.
— Понимаю. В присутствии женщин упоминать об этом неделикатно.
— Правильно. Как и рассказывать анекдоты
с картинками
. — Он
помолчал, все так же созерцая Фантом-Пойнт. — Так почему ты за него
вышла?
— Скажем так: довольно долгое время я была уверена, что я эксперт не
только в искусстве, но и в любви. Что достаточно ее встретить, чтобы сразу
понять, насколько она подлинная.
— И такое бывает.
— Возможно, но теперь я склоняюсь к мысли, что любовь с первого взгляда
— это чаще всего вожделение с первого взгляда, не более того. Кому-то везет,
и желание постепенно развивается в нечто большее, но не стоит особенно на
это рассчитывать. Уж если оказался одним из таких счастливцев, закрываешь
глаза и любишь, не оглядываясь назад, не стараясь понять, отчего да почему.
Просто принимаешь этот дар судьбы и благодаришь свое везение.
— А если оказался невезучим?
— Невезучему остается только изводиться вопросами вроде
Что я сделал
не так?
и
Как я мог быть таким болваном?
.
— Ты, выходит, изводилась?
— Конечно. У меня это отлично получалось. — Помолчав, Кейди
нерешительно спросила: — А с тобой как было?
— Мне повезло. Это была вот именно любовь с первого взгляда. Мы с
Рейчел встретились на втором курсе колледжа, и было это так: один взгляд на
нее — и больше никогда уже ни на какую другую. Почти сразу она забеременела,
мы сбежали в Лас-Вегас, чтобы обвенчаться в одной из часовен. Оба семейства
были в шоке! Только Дьюи и Нотч прислали поздравления.
— Оба семейства, наверное, боялись, что вы останетесь
недоучками, — предположила Кейди.
— Да, ребенок нередко ставит точку на обучении, — задумчиво
согласился Мак. — Вот и мне пришлось пойти в армию, к тому же мы влезли
в долги. Правда, в конце концов мы справились, а когда родилась Габриэла,
все было окончательно забыто и прощено.
— А как вышло, что ты потерял жену?
— Пьяный за рулем.
— Боже милостивый!
— Да уж. Сперва много боли, потом еще больше ярости, и совершенно
некуда податься. Вот ты говоришь, изводиться. Я бы мог порассказать, что
такое изводиться по-настоящему!
— Догадываюсь.
— Это как отвесный обрыв. Если бы не Габриэла, я бы и не подумал туда
карабкаться, цепляясь порой одними ногтями. Все-таки ребенок — мощный
стимул. Это помогло выкарабкаться, хотя, признаюсь, бывали моменты, когда я
не дал бы и ломаного гроша за собственную психику.
— Повезло тебе с дочерью...
— Еще как! Если бы я начал объяснять, как много для меня значит
Габриэла, мне не хватило бы целой жизни. Мы не то чтобы искали друг у друга
поддержки, просто шли через этот кошмар рука об руку, пока наконец однажды
не оглянулись вокруг и не поняли, что худшее позади. — Мак
усмехнулся. — Видишь, свет в конце туннеля — это не обязательно
экспресс, который тебя подомнет.
— Я так вам обоим сочувствую!
— Не стоит. С тех пор прошло шесть лет. С нами обоими все уже в
порядке. Кошмар — штука жуткая, но чем дольше светит солнце, тем больше он
меркнет.
— Знаешь... — Кейди помедлила, сплетая и расплетая пальцы, —
говорят, если мужчина был счастлив в браке, после смерти жены он довольно
скоро женится снова. Выходит, ты — исключение.
— Выходит.
— А почему все-таки ты не женился вторично? Потому что признаешь только
любовь с первого взгляда, а такого больше не случилось? Или просто не
встретил женщину, которая сравнилась бы с Рейчел?
— Открою тебе секрет: любовь, даже с первого взгляда, приходит только
если ее активно ищешь.
— А ты не искал?
— Судьба отняла Рейчел как раз тогда, когда Габриэла находилась на
грани самого трудного — подросткового — возраста. Ее беспокоили даже мои
встречи с женским полом на нейтральной территории, и скоро стало ясно, что
она до смерти боится появления в доме мачехи.
— Это не редкость.
— Быть может, ее страх изжил бы себя, появись в тот период подходящая
женщина. Но этого не случилось, хотя бы потому, что я не вел достаточно
активных поисков. Без того был хлопот полон рот: и с подрастающей дочерью, и
с только что организованной фирмой
Потерянное и обретенное
. Сама посуди,
когда мне было бегать по женщинам?
— Понимаю.
Наступила тишина. Кейди слушала мерное поплескивание воды о гранит
набережной, но не пыталась заглянуть через перила.
— Ты так и не ответила на вопрос, — напомнил Мак.
— Почему вышла за Рэндалла? — Кейди вздохнула. — Что ж,
постараюсь объяснить, хотя это и нелегко. Мне было тогда двадцать девять, а
в этом возрасте матери обычно подступают к дочерям с разговорами о том, что
они что-то уж слишком разборчивы в мужчинах.
— Правда?
— Да. Наслушавшись, я решила, что в самом деле хватит ждать
пресловутого суженого, с которым земля уйдет из-под ног, что брак вполне
можно построить на дружбе и общности интересов. Ведь это в самом деле
солидное основание для счастья, разве нет? По крайней мере так говорят.
— Мне тоже приходилось это слышать. И ты вышла замуж за друга, с которым имела общие интересы?
— Пришлось. Давление все нарастало, да и часики тикали, знаешь ли.
— Иными словами, пора было заводить семью.
— Это плохо?
— Ну что ты! Совершенно естественно. Продолжай.
— Повторяю, у нас с Рэндаллом было удивительно много общего: мы выросли
вместе, знали друг друга чуть не с пеленок. Когда приятель в последнюю
минуту перед выпускным балом переметнулся от меня к школьной королеве
красоты, именно Рэндалл предложил стать моим кавалером на этот вечер. Именно
он в первый раз поцеловал меня.
— Первый поцелуй — большое дело.
— Ну, это было для нас обоих что-то вроде эксперимента. Понимаешь,
никто из нас еще не целовался, ну и было интересно узнать, почему это все
наперебой превозносят. Мы были ужасно разочарованы и, если уж на то пошло,
могли бы догадаться уже тогда.
— Хм. Пожалуй.
— Тем не менее дело дошло до предложения руки и сердца. Это Рэндалл
заговорил о браке. Я была в курсе того, что он только что порвал с одной
женщиной и что это было серьезно. Понимаешь, она вышла за другого, куда
более богатого и намного старше годами. Я его по-дружески поддерживала, мы
проводили вместе много времени... ну и сама идея соединить жизни показалась
вполне естественной. Все были в восторге, особенно тетя Веста.
— Когда же вы поняли, что это была плохая идея?
— В первую брачную ночь, — невесело улыбнулась Кейди. —
Рэндалл бурно разрыдался как раз в тот момент, когда я думала, что он вне
себя от страсти.
— Разрыдался?! — Мак содрогнулся. — Что, прямо плакал?
Слезами?
— Да. Ночь мы провели, сидя бок о бок на постели, я — слушая, а он —
изливая душу насчет своей безумной любви к другой женщине.
— Какой?
— Той самой, с которой порвал. Ее зовут Брук, по мужу Лангуорт. За
Джорджа Лангуорта она вышла немедленно после разрыва с Рэндаллом, дом у них
тут же, в Фантом-Пойнт.
— Хорошенькая брачная ночь, ничего не скажешь!
— По крайней мере я наконец поняла, почему Рэндалл до самой свадьбы
держался таким джентльменом. Я-то думала, он не решается ко мне прикоснуться
потому, что ему трудно перейти от дружбы к близости. Хотя, если подумать,
так оно и было, только с другой точки зрения.
— Ты хочешь сказать, что... — встрепенулся Мак. — То есть вы двое так никогда и не...
— Осуществили супружеские права? Никогда. Как были друзьями, так и
остались, да оно и к лучшему — так было привычно для нас обоих. Нам стало
куда комфортнее вдвоем. Медовый месяц прошел за обсуждением того, как мы
будем расхлебывать то, что натворили, в смысле как исправить ошибку. Не
могли же мы оставаться на Гавайях до бесконечности! Было Решено, что сразу
по возвращении я подам на развод, что и было сделано.
— Ты хорошо знаешь эту Брук Лангуорт?
— Мы были друг другу представлены, иногда встречались на одних и тех же
приемах, но и только. До брака с Джорджем она жила в Сан-Франциско.
— А Рэндалл ее откуда знает?
— Она некоторое время работала в
Аустри-Пост
. В тот период они и
начали встречаться. — Кейди поколебалась, потом продолжила: — Сильвия
говорит, Джордж Лангуорт умирает от рака.
— Интересно!
— Что тут интересного? — спросила Кейди, пораженная его странным
тоном. — Разве что сходство с
мыльной оперой
, а по мне так это ничуть
не интересно.
— Это потому, что ты находишься в самом центре данной конкретной
мыльной оперы
. — Мак положил руку на плечо Кейди, мягко увлекая ее
прочь от парапета. — Кстати, поздравляю, что тебе удалось вовремя
выпутаться из этой истории.
— Ну, только лишь потому, что у меня не было выбора, — отмахнулась
она. — Не могла же я оставаться замужем за Рэндаллом, зная, что он
сходит с ума по другой женщине. Конечно, мы с ним друзья, но и дружба имеет
свои границы.
— Можешь не объяснять, я все прекрасно понимаю. Этому типу следовало
поговорить с тобой начистоту заранее, еще до брачной ночи.
— У Рэндалла были самые благие намерения, — со вздохом возразила
Кейди. — Это была честная попытка выбросить Брук из головы и начать
новую жизнь, проблема в том, что он чересчур поторопился. Будь у него
побольше времени на то, чтобы сердечная рана зажила...
— У вас с сестрой, я вижу, общая привычка.
— С Сильвией? Какая?
— Все время выгораживать старину Рэндалла.
— Я не выгораживаю, я пытаюсь объяснить суть дела! — Кейди метнула
на Мака испепеляющий взгляд.
— А со стороны похоже, что выгораживаешь.
— Рэндалл — мой друг!
— Все равно, пусть сам ищет оправдание своим поступкам.
Глава 17
Мак склонил голову направо, потом налево, во всех ракурсах изучая хитроумное
сооружение из старинных табакерок.
— Они великолепны, не правда ли? — послышался голос за
спиной. — Думаю, мы могли бы уступить вам весь набор за сумму где-то в
районе... шести тысяч.
— Многообещающе. — К композиции была прислонена открытка, раскрыв
ее, Мак прочел выведенную каллиграфическим почерком сумму. — А здесь
сказано: десять тысяч.
— По самым последним сведениям, скоро вы сможете рассчитывать на
семейную скидку. Если интересуетесь...
— Не затрудняйтесь, у меня все равно не наберется столько нюхательного
табаку, — сказал Мак и повернулся.
— Мистер Истон, не так ли? — Говоривший протянул руку. —
Паркер Тернер. Леандра указала мне на вас, и я подумал: отчего не
представиться, раз уж мы с вами в одной лодке?
— То есть?
— Ну как же! У нас обоих честные намерения по отношению к конкретным
особам женского пола из семейства Бриггз. Очень надеюсь, что и наша с
Леандрой помолвка не заставит себя ждать.
Мак пожал протянутую руку. Вопреки несколько напыщенной манере изъясняться
рукопожатие Паркера Тернера было крепкое и открытое. При этом на пальце у
него блеснул золотом перстень с печаткой. Как и остальные мужчины, он был во
фраке. (Женский пол был в черных вечерних платьях строгого покроя, так что
невозможно было отличить сотрудниц от хозяек. Кейди, Сильвия и Леандра, тоже
в черном, курсировали среди приглашенных.)
Насколько Мак мог судить, с расходами
Шатлейн
не посчитался: только
шампанское и холодные закуски обошлись, должно быть, в головокружительную
сумму. Общая атмосфера напоминала великосветский прием с целью сбора средств
на что-нибудь возвышенное: закладку музея или устройство симфонического
концерта, только в данном случае вырученным деньгам предстояло пополнить
казну
Шатлейна
. Весь фокус состоял в том, чтобы заставить клиентуру
ощущать себя элитой на великосветском приеме, а не толпой на
блошином
рынке
.
— Ваше имя пару раз упоминалось в моем присутствии, — сказал Мак
Паркеру. — Вы здесь работаете?
— Более двадцати лет, — не без гордости ответил тот. — Верите
ли, начинал еще на погрузке.
— Вот как? — Мак окинул многозначительным взглядом его
фрак. — Сразу видно, что там вы не засиделись.
— Да уж! — Паркер засмеялся, в свою очередь, оглядел свой
...Закладка в соц.сетях
