Жанр: Любовные романы
Рок-звезда
... пленкой в руках появился на пороге квартиры Шарлин. Она жила в
подвале по Десятой авеню. Ступеньки вниз были покрыты мусором, на двери
написаны нецензурные слова, звонок отсутствовал.
Бобби негромко постучал. Прождав несколько минут напрасно, он опять дернул
дверь. В этот момент из-за угла выскочила огромная крыса и пробежала мимо
него по разбитым каменным ступенькам.
— Иду, — послышался голос, и наконец дверь открылась. Перед Бобби
стоял Рокет в грязных шортах и с растрепанными волосами. Он еще не
проснулся.
— Бобби, — произнес Рокет. — Думал, что ты придешь позднее.
На какое-то время Бобби оторопел, но потом понял, что совершил глупую
ошибку, перепутав адреса Рокета и Шарлин. Они были записаны на одной и той
же карточке.
— Заходи, гостем будешь, — пробормотал Рокет и громко зевнул.
Бобби очутился среди невообразимого хаоса. С грязных стен клочьями свисали
обои, пол покрывал линолеум. Старая мебель была прожжена сигаретами, везде
валялись пустые коробки из-под китайской пищи, громоздились кипы старых
газет и журналов.
— Здесь чисто, — заявил Рокет, даже не извинившись. — Увидел
бы ты спальню и то, что считается ванной.
— Во всяком случае, эта квартира твоя, — с завистью сказал Бобби.
— Знаю, она могла бы быть и твоей, — он лениво почесал
живот. — Но это неважно, найдешь что-нибудь другое, — Рокет
замолчал и принялся разглядывать грязную тарелку на углу стола. —
Хочешь чашку кофе?
Бобби подумал о Шарлин, которая, наверное, с нетерпением ждет его и злится
из-за опоздания.
— Не могу, — быстро ретировался он. — Я просто хотел
попросить тебя подождать с деньгами пару недель.
Рокет недоуменно посмотрел на него.
— Знаешь, а ты действительно не такой, как все, — Рокет зажег
спичку и прикурил сигарету. — Если бы ты не был младенцем в душе, то я
бы не поверил. В чем дело?
— Я хотел сказать... — начал Бобби.
В комнату вошла женщина, замотанная только в банное полотенце, и мило
улыбнулась.
— Бобби, — поздоровалась она певучим голосом. — Ты пришел
рано или я опоздала?
Это была Шарлин.
Моральное состояние Бобби, конечно, не улучшилось, когда он обнаружил, что
любовь жизни живет с его лучшим другом. Проверив карточку, он увидел, что
оба написали один и тот же адрес. Они не пытались ничего скрывать. Это было
неприятно, но Бобби смирился.
Пара смотрелась невероятно: Шарлин, хорошенькая негритянка, мечтавшая стать
новой Дайаной Росс, и Рокет Фабрици, будущий актер, который хотел
превратиться в Марлона Брандо семидесятых.
За последующие четыре года все трое крепко подружились, научились доверять и
уважать друг друга. Все были сиротами, каждый в своем роде. У Шарлин не было
семьи. Рокет давно ушел из своей. Бобби расстался с Фанни и Эрнестом без
всяких сожалений и снял комнату, по сравнению с которой подвальное жилище
друга казалось дворцом.
Но они помогали друг другу. Бобби опять занялся музыкой, в основном
благодаря поддержке Шарлин. Он писал для нее песни, помогал ставить голос,
выбирал сценический имидж, днем работал в музыкальном магазине, а ночью в
Клуни
.
Шарлин заставляла его сесть на диету и заняться спортом, а также уговаривала
полностью посвятить себя музыке. Она была плохой хозяйкой, но Бобби ни у
кого не ел лучших отбивных.
Рокет так и остался Рокетом, вечно спешил, вечно стремился заработать лишнюю
копейку, ходил на прослушивания и мужественно сносил отказы. Лицо Рокета не
покидала победная улыбка.
За неделю до того, как Бобби исполнилось двадцать два, он услышал, что в Гринвич-
Вилледж сдается дом. Если они поделят плату на троих, то можно зажить, как
нормальные люди. Долго уговаривать не пришлось.
— Затуши свечи, — просила Шарлин, ее гладкая светло-коричневая
кожа блестела.
Бобби улыбнулся ей. Девушка была самой красивой в мире, но принадлежала
Рокету, так что ничего не поделаешь, он это понял давно.
— Давай, Бобби, загадай желание, — сказала его последняя подружка,
такая же очаровательная маленькая блондинка, как и многие другие, с которыми
он встречался в последние годы. С тех пор, как Бобби сбросил лишний вес,
девушки не давали ему прохода. Шарлин постоянно подшучивала над ним, называя
супержеребцом и кем-нибудь в этом роде.
Закрыв глаза, Бобби загадал многое. Открыв их, он увидел, что Шарлин
внимательно смотрит на него.
— Ты загадал, чтобы я стала звездой? Загадал, Бобби? —
взволнованно спросила она, облизывая чувственные губы.
— Да, да, да, — рассмеялся Рокет. — Мы все будем звездами.
Нужно только подождать десять, двадцать или тридцать лет. Но я думаю, мы
доживем.
Через неделю Рокет получил маленькую роль в фильме, который снимался в Нью-
Йорке, еще через две Шарлин прошла прослушивание на Бродвее и попала в хор.
А Бобби продал первую песню.
— Милый, — сказала Шарлин Бобби. Глаза ее были полны
восторга. — Когда ты загадываешь, то по-настоящему. Мы начали путь к
Славе.
Рафаэлла, 1972
Рафаэлла страшно не любила дни рождения. Каждый год она чувствовала боль
своей потери еще сильнее. А когда ей исполнилось двенадцать, то дела
обстояли совсем плохо, потому что мать Рафаэллы, Анна, опять собралась
замуж. Девочка была в ярости.
Мать с дочерью бесконечно спорили.
— Это нечестно по отношению к папе! — орала Рафаэлла.
— Твоего отца нет в живых уже пять лет, — пыталась объяснить
Анна. — Он не хотел бы, чтобы я оставалась одна.
— Неправда, — кричала Рафаэлла. — Неправда!
Она ненавидела мужчину, с которым встречалась мать. Это был английский лорд,
который по-глупому заикался, имел дурацкие рыжие волосы, идиота-сына и
отвратительное поместье в английской провинции. Звали его лорд Сирус
Эгертон. Он был ненавистен Рафаэлле.
— Ну, милая, — наконец-то сказала Анна, и довольно резко, —
решать мне. Слава Богу, я не нуждаюсь в твоем разрешении, хотя мне, конечно,
хотелось бы, чтобы ты одобрила мой брак.
— Никогда, — завопила Рафаэлла. — Я лучше умру! И она
отдавала отчет своим словам.
Няня Макди пыталась успокоить ее, но все было бесполезно. Рафаэлла не
сомневалась, что свадьба матери унижает память умершего отца. Никто не мог
изменить ее мнение.
Папа Люсьен
. Она часто вспоминала его. Кошмарная гибель отца стояла у
девочки перед глазами.
Как это можно забыть? Рафаэлла была там, когда случилась трагедия. Она
стояла на пороге дома в Париже, махала рукой, а в этот момент отца разорвала
на куски бомба, подложенная террористами в машину Генри Роне. Они
намеревались убить именно его. То, что Люсьен Ле Серре очутился в машине,
можно считать неудачной шуткой судьбы.
Взрыв разрушил мир Рафаэллы. Осколки стекла, попавшие в ногу, вызвали
временный паралич и уничтожили мечты о карьере балерины. Она провела в
больнице несколько месяцев и перенесла две операции. Когда девочка наконец-
то поправилась, мать уже собрала вещи, продала особняк в Париже и была
готова к переезду в Англию.
— Нужно оставить все воспоминания здесь, — сказала Анна
дочери. — Это необходимо. Иначе мы не выживем.
Пусть мать думает так, но Рафаэлла ничего не забыла. Она помнила
очаровательного отца и то, как он любил ее.
С самого начала девочка возненавидела Англию. Холодный, влажный климат.
Дождь на улицах. Странная еда и язык, на котором она не хотела
разговаривать, хотя прекрасно владела английским. В семье всегда говорили на
двух языках.
Анна отослала дочь в строгую частную школу, где над ней издевались девочки.
Рафаэлла была слишком не похожа на них. Они дали ей кличку
Хромоножка
:
после трагедии девочка слегка прихрамывала. Иногда одноклассницы называли ее
Чернушкой
из-за оливкового оттенка кожи.
Няня Макди посоветовала матери нанять учителя, пока дочь не освоится с
жизнью в Англии. Анна согласилась, и до одиннадцати лет Рафаэлла не
возвращалась в школу. К этому времени она закалилась, обидчики горько
платили за свои оскорбления.
А теперь ей исполнилось двенадцать. Воспоминания окружили Рафаэллу. Анна
собирается выходить замуж. Это так несправедливо...
Рафаэлла пошла в ванную, открыла шкафчик, где хранились медикаменты, взяла
все таблетки, находившиеся там, и проглотила их.
Скоро она будет с отцом. Лучшего и желать не приходится.
Драка в придорожном кафе имела неприятные последствия, из-за нее
Дикарям
пришлось вернуться в Лондон к взволнованному мистеру Теренсу.
У Базза был сломан нос, а это расстроило Терри больше, чем все вместе взятые
порезы, ссадины и синяки на остальных троих. Он отослал их к своему врачу,
где и обнаружилось, что у Криса сломаны два ребра.
— Я же говорил, что мне страшно больно, — рассказывал он всем, кто
его слушал. — Кошмар! А вы даже не заметили, что я ранен.
— Глупо ввязываться в потасовки, — поучал мистер Теренс.
— Это не наша вина, — объяснил Олли.
— Да, — согласился Раста. — Эти здоровяки набросились на нас
совершенно внезапно.
Мистер Теренс больше не посылал их на гастроли, а поселил в маленьком
собственном домике. Он проинформировал ребят, что ими заинтересовалась
компания грамзаписи и вскоре появится возможность записать первую песню.
Это
скоро
продлилось три месяца, но наконец настал решающий день, и
Дикари
были готовы к нему.
Мистер Теренс свел их с молодым продюсером Сэмом Розеллем, который с
энтузиазмом принялся за работу. Ему понравились музыка и стихи, особенно в
тех песнях, которые вместе написали Крис и Базз. Этот человек предсказывал
им большое будущее.
Крис уже не знал, чему верить. Он любил ребят и считал группу хорошей. Они
писали свои песни и перестали исполнять чужие хиты. Однако Крис не находил
себе места. Хороших групп хватало, не говоря уже о певцах, композиторах и
гитаристах. Но не многие песни становятся хитами. Смогут ли они выстоять в
этой борьбе?
Перед записью Сэм повел его в бар, чтобы угостить пивом. Они сидели и
обсуждали многое. Сэму было где-то около тридцати. Этот спокойный человек
уже начал лысеть и довольно консервативно одевался. Он имел жену, которая
выглядела на десять лет старше его, и двух маленьких детей, но был полностью
доволен жизнью. Крису иногда казалось, что он попал в музыкальный бизнес по
ошибке.
— Знаешь, Крис, — Сэм поднял свой стакан и окинул взглядом
переполненный бар, — наслаждайся всем этим. Когда придет популярность,
ты будешь скучать по своей неизвестности.
— Неужели?
— Тебе трудно будет спрятаться. Крис расхохотался:
— Конечно, конечно.
— Ты недооцениваешь свое будущее, — серьезно произнес Сэм. —
Я знаю, как это происходит. Поверь мне, я много раз наблюдал подобное.
Крис попытался отшутиться от предсказаний Сэма.
— Ладно, парень, — сказал он и весело подмигнул. — Я на это
надеюсь. Давно пора. Мы прождали слишком долго.
А дома Базз курил марихуану с Флауа и ее подругами. Олли спал, а Раста куда-
то ушел.
— Садись и присоединяйся к нам, — предложил Базз, когда Крис
вернулся.
— Ну давай, Крис, — просила Флауа. По ее голубым глазам было
видно, что она уже до одури накачалась наркотиками. Девушка только недавно
простила Базза за то, что он наградил ее триппером.
Крис осмотрел подружек Флауа. Обычно он старался держаться от них подальше,
но сегодня нервы были на пределе и ему нужен был человек, с которым можно
расслабиться и успокоиться.
Одна из девушек сразу отпадала, ей было не больше четырнадцати. Со второй
можно было провести ночь. Она напоминала Джули Кристи, хотя не была такой
хорошенькой. Уиллоу исполнилось девятнадцать, и она работала продавщицей в
магазине одежды вместе с Флауа.
Крис подсел к ней и принялся болтать. Это никогда не занимало много времени
— через полчаса она уже была в его постели. Крис удивленно обнаружил, что
Уиллоу — девственница. Вот это да! Невинные девушки ему еще не попадались.
— Почему ты ничего не сказала мне? — спросил он, овладевая ею.
— Зачем? — с дрожью прошептала она. — Разве это что-нибудь
изменило бы?
Он подумал над ее словами. Какая разница. Когда Крису Фениксу хотелось
трахнуться, его ничто не останавливало.
— Не знаю, — он сделал паузу и спросил: — Может, ты хочешь, чтобы
я остановился?
— Нет, — быстро ответила Уиллоу. — Делай это быстрее.
Делай
это быстрее!
Как романтично. Крис почувствовал, что желание пропало, и
сразу же подумал о благодатном сне.
— Послушай, милая, — сказал он, отстраняясь. — Иди-ка лучше
домой.
Уиллоу разрыдалась.
— Я тебя разочаровала? — в слезах спросила она.
Эта девушка не похожа на других. Крис привык к низкопробным шлюхам; и на
гастролях, и в Лондоне их всегда хватало. Эта же совсем иная. У нее есть
чувства.
— Перестань плакать, — неловко сказал он. — Это не твоя вина.
Она скромно дотронулась до него и начала гладить.
Разве Крис мог отказать?
Он подчинился обстоятельствам и сделал еще одну попытку. Уиллоу не проронила
ни звука, а Крис получил настоящее удовольствие. Приятно завоевывать новые
территории.
Когда все кончилось, они по-дружески обнялись. Обычно Крис предпочитал чтобы
девушка тут же уходила. С Уиллоу было по-другому. С ней приятно, и грудь у
нее такая упругая и красивая.
Вздохнув от удовольствия, он заснул и не просыпался до утра. Крис очень
удивился, когда рядом обнаружил девушку. Он похотливо посмотрел на спящее
создание, взобрался сверху и взял ее.
Она проснулась со вздохом, а потом улыбнулась.
— Кто-то забыл уйти домой, — пошутил он, занимаясь своим делом.
При свете дня, без косметики, она показалась Крису очень милой. Как хорошо
провести ночь с нормальной женщиной.
— Мне хотелось остаться и пожелать тебе удачи, — скромно сказала
Уиллоу. — Базз говорил, что сегодня у вас большой день.
— Да, — кивнул Крис и принялся ласкать ее сосок, а потом посадил
девушку сверху.
Она сделала все, как он просил.
— Раздвинь ножки, — скомандовал он.
Щеки покраснели, дыхание участилось, и она начала получать удовольствие.
Почувствовав это, Крис решил, что никогда ему не было так хорошо с женщиной.
Сегодня он обязательно победит!
— Мне осточертел этот проклятый педик. Вечно строит глазки, —
жаловался Базз. — Если он не отстанет, я его поколочу.
Крис поднял глаза от газеты:
— Что случилось?
— Я ходил сегодня к нему на квартиру. Он хотел лично поговорить со
мной.
Крис отложил газету, он по-настоящему разозлился, потому что предупредил
Раста, Олли и Базза, что любые переговоры должен вести сам. Им нужен лидер,
и все отдавали предпочтение Крису.
— Почему ты так поступил? — резко спросил Крис.
— Да он сказал, что это касается только нас двоих.
— О чем же вы говорили?
— Да о всякой ерунде. О том, что скоро выйдет пластинка, мы будем
знамениты, и я должен бросить Флауа. Ее присутствие, видите ли, вредит моему
имиджу, — ворчал Базз. — Какому имиджу?
Крис почесал подбородок и пожал плечами.
— Не понимаю...
— А потом этот
голубой
принялся гладить меня по колену. Черт подери!
Пусть благодарит Бога за то, что еще ходит по земле.
— И как ты поступил?
— А вот так, — распинался Базз. — Я все высказал ему в глаза.
Мол, мистер Теренс, разве я похож на педика?
— Очень разумно. Проще было бы вылить на него ведро дерьма.
— Он покраснел и занервничал, — продолжил Базз. —
Дорогой
мальчик, — сказал он, — как ты мог это подумать?
— он от злости
вскочил со стула. — Ты знаешь, чего я хочу от жизни? Играть на гитаре и
зарабатывать бабки. И тогда я всех смогу послать подальше.
— Неплохая идея, — спокойно ответил Крис. — Оставь все
переговоры мне, и тебе не придется выдерживать его ухаживания.
— Хорошо, пусть будет так. Но только не допускай этого педика к нам с
Флауа. Мы живем вместе уже пять лет, я не собираюсь избавляться от нее ради
голубого
дурака. Хорошо?
Крис решил, что нужно поговорить с мистером Теренсом. Может быть, он и
финансирует их, но не стал хозяином. Когда выйдет пластинка и появятся
деньги, этот прохвост получит сполна. Тридцать пять процентов от того, что
заработают
Дикари
.
Крис радовался тому, что состоялась запись. Песня называлась
Одинокое
утро
. Слова — его, а музыка — Олли. Когда же, наконец, их услышит публика?
Слава ждала где-то за углом, и Крис был готов к ней. Еще как готов!
Через пять недель состоялся следующий разговор.
— Я беременна, — сказала Уиллоу и покраснела.
— Что? — переспросил Крис, словно не расслышал.
— Беременна, — повторила она и глаза наполнились слезами. —
Отец убьет меня.
— Вот черт, — сказал Крис.
— Пожалуйста, Бобби, пожалуйста, — умоляла его Шарлин. — Не
нужно рассказывать Рокету. Он разозлится, а ты знаешь, какой он в ярости.
Ничего не произойдет. У меня деловое свидание. Будь Рокет здесь, я бы взяла
его с собой, но его нет, он в Калифорнии, жаль, что мы не вместе. Мое
свидание никому не принесет вреда. Честно! Передай мне сережку и перестань
волноваться.
Бобби неохотно подал ей сережку и наблюдал, как она застегивает ее. Шарлин
потрясающе выглядела. Кожа осталась великолепной, черные кудри так же
вились, огромные карие глаза блестели. Сегодня на ней было прилегающее
платье с блестящими темно-пурпурными полосами. Оно закрывало перед и оголяло
спину. Скорее всего, Шарлин потратила недельную зарплату на этот наряд.
— Я мог бы пойти с тобой, — предложил он.
— Бобби, неужели ты мне не веришь? Рокет мне доверяет, а ведь я живу с
ним, вот пускай он и беспокоится.
— Он в отъезде, Шарлин, — настаивал Бобби. — И ничего не
знает. Щедро подушившись
Арпежем
, она сказала:
— Да, его здесь нет, и он ничего не знает. Может быть, он крутит там с
какой-нибудь голливудской старлеткой, хорошенькой белой девочкой с розовой
кожей и голубыми глазками.
— Ты знаешь, что это не так.
— Откуда? — грустно вздохнула Шарлин. — Он ведь быстро сбежал
в Лос-Анджелес.
— Он снимается в фильме.
Шарлин встала и критически оценила свое отражение в зеркале.
— Я тоже работаю, — твердо сказала она, разглядывая свой
профиль. — Это деловое свидание и больше ничего.
Бобби прекрасно понимал, что спорить бесполезно. Если она называет деловым
свиданием встречу с мужчиной наедине в его квартире в двенадцать часов ночи,
пусть сама и беспокоится.
— Найди мне такси, — Шарлин подарила Бобби ослепительную улыбку.
Он проводил ее на улицу, нанял такси и усадил в него девушку.
— Позвони, если я буду нужен, — предложил Бобби.
— Ты мне не понадобишься, глупыш, — шелковистая рука дотронулась
до его щеки. — Это мой шанс, Бобби. И я его не упущу. Порадуйся вместе
со мной.
Наблюдая за удалявшимся такси, Бобби страшно хотел, чтобы Рокет поскорее
вернулся. Ему надоело нянчиться с Шарлин. Два дня назад она вернулась из
театра, где пела в хоре, с выражением триумфа на лице.
— Догадайся, кто там был сегодня? — взволнованно выпалила
она. — Я хочу, чтобы ты сам назвал его.
— Стиви Уандер.
— Нет.
— Билли Ди Уильямс.
— Разве я была бы жива?
— Великая Дайана Росс?
— Бобби, подумай лучше, речь идет о моем будущем.
— Так кто же?
— Маркус Ситроэн, — она с наслаждением произнесла это имя. —
Блю кадиллак рекордз
. Мистер Ситроэн собственной персоной. Он сидел в
первом ряду и весь вечер не сводил с меня глаз.
— Может, у него близорукость?
— Бобби! Будь серьезным. Я попросила менеджера отнести мое резюме и
фотографию его водителю. Бобби! Он позвонил из машины еще до моего ухода из
театра и пригласил в субботу к себе на вечеринку. Когда уйдут гости, мы
поговорим о карьере. Правда, очень здорово?
— Ты шутишь?
— Конечно, нет. Этого случая я ждала всю жизнь.
Бобби так и не смог отговорить Шарлин. Когда он пытался настаивать, она
огрызалась и меняла тему разговора. Девушка была в экстазе, и Бобби не мог
винить ее. Уже восемнадцать месяцев она наблюдала за успехами Рокета и его
карьерой, а сама продолжала петь в хоре. Рокет получил две маленькие роли в
фильмах, потом голливудский агент подписал с ним контракт, и через две
недели друг улетел в Лос-Анджелес сниматься во второстепенной роли в новом
фильме.
Что же касается Бобби, то его песни пользовались популярностью, не говоря
уже об аранжировках и аккомпанементе на пианино. Дела шли хорошо. Несколько
песен вошли в двадцатку лучших, и их записали различные певцы. Бобби бросил
другую работу и целый день сочинял музыку.
Ему дважды удалось получить время на студии для Шарлин, и она записала две
его песни. Музыка оказалась удачной, а Шарлин — нет. Но она могла радоваться
хотя бы записям. И все же эта девушка мечтала о большем.
О чем он беспокоится? Она ведь не его подружка, хотя Бобби пять лет не
переставая мечтал о ней.
Бобби заснул перед телевизором и проснулся в четыре утра в холодном поту.
Приснился какой-то кошмар, но он его не помнил. Во рту пересохло, ему было
страшно жарко. Бобби молча отправился на кухню и налил стакан воды. Дом
состоял из большой гостиной и двух спален. Прежде чем вернуться в постель,
он решил посмотреть, дома ли Шарлин.
Ее не было. Кровать не разбирали.
Черт подери! Что предпринять?
Ложись спать и не лезь в чужие дела
, — предупреждал внутренний голос.
Но Бобби не мог так поступить, и когда Шарлин появилась в пять тридцать, уже
ходил по гостиной, как встревоженный отец.
— Где ты шлялась? — потребовал он ответа. Бобби был настолько зол,
что не заметил необычное состояние Шарлин.
— Оставь меня в покое, — устало произнесла она и закрылась в
ванной.
— Нет, ты послушай меня! — начал он.
— Заткнись! — закричала она из-за запертой двери. — Я никому
не обязана отчитываться. Оставь меня в покое!
Бобби отступился, а утром отправился в
Соул он соул рекордз
— маленькую
студию звукозаписи, которой руководила Америка Аллен. Она довольно часто
обращалась к Бобби. Сегодня они намеревались записать одну из его песен
вместе с Руфусом Т. Рэмом — молодым певцом, исполнителем блюзов.
Америка тепло поздоровалась с Бобби. Эта крупная тридцатитрехлетняя
негритянка с огромным бюстом обожала одежду в африканском стиле.
— Привет, Бобби.
Он поцеловал ее в щеку.
— Привет, Америка, моя любимая женщина. Отлично выглядишь!
— Как здорово, ты научился делать комплименты, — она сузила глазки
и внимательно посмотрела на Бобби. — Видно, провел тяжелую ночку. Уж не
устал ли ты от одной из своих маленьких блондинок?
— Ничего подобного.
Америка ухмыльнулась. Ее улыбка всегда получалась широкой и открывала
прекрасные белые зубы.
— Эх, парень, меня не обманешь, я нюхом чувствую бессонную ночь.
Бобби не собирался рассказывать ей о Шарлин. Он дважды приводил Шарлин в
студию, но на Америку она впечатления не произвела.
— Хорошенькая, но голоса никакого, — отрезала дама.
— Дай ей возможность, — просил Бобби.
— Дорогой, я не сделаю этого даже для тебя. Я имею дело с настоящими
талантами.
— Послушай, Шарлин очень индивидуальна, она будет отлично смотреться по
телевидению.
— Конечно, парень, там она может и подойдет, но в моей студии ей нечего
делать.
Так все и закончилось.
...Закладка в соц.сетях
