Жанр: Любовные романы
Шутки в сторону!
...столкнула их, дав
шанс установить хрупкую связь и поделиться друг с другом опытом выживания в
мире, не терпящем аутсайдеров. Но они этим шансом не воспользовались.
Может, если бы Крис знал о тонкостях женской души немного больше, то помог
бы построить мостик между сестрой и возлюбленной. Но ему это и в голову не
приходило.
Пять лет Бет и Иззи прожили в тесном контакте В присутствии Криса они
соревновались в вежливости, но стоило ему выйти из комнаты, как они начинали
обмениваться колкостями, высмеивая недостатки друг друга. То есть занималась
этим в основном Иззи, а Бет, как правило, молча страдала.
Иззи всей душой презирала Бет, зато Лорен показалась ей нормальным, живым
человеком, что было важным качеством в ее глазах. Возможно, если бы Крис
рассказал сестре о нелепой лжи Лорен и о еще более нелепых причинах,
побудивших ее солгать, Иззи не стала бы так стараться ускорить развитие
нового романа брата.
Но поскольку Крис промолчал, Иззи приступила к выполнению своего плана.
— Алло! Это Стелла?
— Нет, это ее свекровь. Стеллы нет дома. Что-нибудь ей передать?
— Если можно. Меня зовут Изольда Фэллон. Мой брат Крис — приятель Бет
Сэвиль, врача Стеллы, и оба они были на ее вечеринке на прошлой неделе.
Энн совсем запуталась. Голова ее была занята собственными мыслями, и ей не
по силам было уследить за ходом мысли собеседницы.
— Хорошо, Изольда. Я попрошу Стеллу перезвонить вам.
— Нет-нет, — раздраженно перебила ее Иззи. — Мне не нужно,
чтобы Стелла перезванивала мне, она меня даже не знает.
Энн уже пожалела, что вообще взяла трубку.
— Тогда что ей передать? — неторопливо спросила она.
Почему сегодня все такие вспыльчивые?
— подумала Иззи.
— Я просто хотела спросить номер мобильного телефона ее знакомой,
которая тоже была на вечеринке. Лорен... забыла фамилию.
Энн застыла в нерешительности. Ей не хотелось давать телефон постороннему
человеку. Но в этот момент в комнату ворвался Билл и, размахивая руками,
звал ее на помощь. В доме сработала пожарная сигнализация, и он никак не мог
найти выключатель. Поэтому Энн быстро открыла телефонную книгу, которая
лежала рядом на столике, и продиктовала номер Лорен назойливой собеседнице.
— Извините, но это домашний телефон. В книге указан еще номер ее
матери, но мобильного нет.
Иззи вспомнила, что Крис успел познакомиться с матерью Лорен, и она
показалась ему... немного странной. Как раз то, что нужно было Иззи!
— Если вы дадите мне телефон ее мамы, я позвоню ей и узнаю номер
мобильника Лорен сама.
— Видите ли, я не уверена, что могу...
Энн не знала, что делать. Билл все активнее размахивал руками, а звон
сигнализации действовал на нервы.
И тут в голову Иззи пришла блестящая идея.
— Понимаю, что вам неудобно давать чужой номер телефона. Может быть,
тогда вы позвоните матери Лорен и спросите у нее сами, а потом перезвоните
мне?
Энн с удовольствием так бы и поступила, но она не могла оставить Билла в
одиночку справляться с непредвиденной ситуацией. Ее муж не был силен в
непредвиденных ситуациях. Это была ее сфера.
— Думаю, ничего страшного не произойдет, если я дам вам телефон Морин,
чтобы вы сами смогли ей позвонить.
Она быстро продиктовала номер Морин и поспешила на помощь Биллу. В суете она
совершенно забыла рассказать о звонке Стелле, когда та вернулась домой.
— Так вы сестра Криса?! — возбужденно воскликнула Морин, когда
Иззи вежливо представилась. — Как мило, что вы позвонили! Лорен
говорила, что встречалась с вами. Ваш брат просто очарователен!
— Вы тоже ему очень понравились, — покривила душой Иззи, на миг
почувствовав себя настоящей светской львицей.
— Так что вы хотели, Изольда? — спросила Морин. Об этом Иззи еще
не подумала. Было бы странно признаться, что номер нужен ей для
Криса, — ведь мать Лорен явно думала, что они чуть ли не помолвлены.
— Понимаете, я хочу устроить сюрприз для Криса ко дню его рождения и
собиралась обсудить его с Лорен. Поэтому мне нужен номер ее мобильного
телефона. — Она очень гордилась своим спонтанным, но очень
правдоподобным объяснением.
— Какая вы заботливая сестра! — восхитилась Морин. — У вас
ручка под рукой?
Пока Морин диктовала телефон Лорен, ее вдруг осенило.
— Послушайте, я тут подумала... Не знаю, упоминал ли об этом ваш брат,
но через пару недель у нас будет вечеринка в честь Лорен. Ничего особенного,
соберется семья и близкие друзья, но в этом году мне хочется пригласить и
хороших знакомых Лорен. Так вот, раз она встречается с вашим братом и
знакома с вами, почему бы вам тоже не прийти?
Иззи была застигнута врасплох и не смогла придумать подходящего предлога для
отказа.
— Спасибо, я... м-м-м... с удовольствием приду.
— Еще один гость! — крикнула Морин кому-то. Хотя, возможно, она
просто разговаривала сама с собой — Иззи тоже этим грешила. — В таком
случае, дайте мне ваш адрес, и я пришлю приглашение. Лорен очень обрадуется,
если вы придете. Кстати, для нее это будет сюрприз, поэтому не говорите ей,
ладно?
Иззи согласилась.
Положив трубку, Морин повернулась к Эдди:
— Разве не замечательно? Сестра молодого человека Лорен придет к нам на
вечеринку. Она сказала, что и у него тогда же день рождения; мы можем
устроить двойной праздник. Вот будет сюрприз для обоих!
Его день рождения в тот же день? — недоверчиво спросил Эдди, слишком
хорошо зная манеру Морин делать собственные выводы на основе весьма скупой
информации.
Морин на секунду задумалась:
— Не уверена, но все равно скоро, потому что его сестра тоже организует
праздник.
Но Эдди не так просто было убедить.
— Необязательно. Если она задумала что-то грандиозное, подготовка может
занять несколько месяцев.
Но Морин уже не слушала, погрузившись в изучение кулинарной книги. Ей
предстояло выбрать рецепт торта, который бы соответствовал случаю и всем
понравился.
— Может, просто испечь большой пирог и украсить его двумя сердцами с их
инициалами? — задумчиво пробормотала она.
— Дорогая моя, ведь ты же говорила, что Лорен только начала встречаться
с этим человеком. Тебе не кажется, что еще рано печь такие пироги? —
Уже через несколько дней после знакомства с Морин Эдди стал играть роль
некоего голоса разума, который, к сожалению, звучал порой недостаточно
громко.
Морин покровительственно улыбнулась ему:
— Ты забыл, что я ее мать и знаю ее, как саму себя. Я видела их вместе
и уверена, что он для нее — идеальная пара!
Лорен ни от кого не ждала звонка и выключила мобильник, что, в общем, было
необязательно, поскольку связь в горах практически отсутствовала. Однако для
нее этот жест был наполнен глубоким смыслом: ей хотелось освободиться от
всего, что связывало с Лондоном. На лице ее не было ни грамма косметики,
волосы небрежно завязаны в хвост и спрятаны под теплой шапочкой. Лорен
полностью расслабилась и наслаждалась ощущением свободы, не заботясь о том,
что подумает о ней Ричард. Она даже согласилась облачиться в нечто
влагонепроницаемое и ветронепродуваемое — как раз для прогулки в горах в
феврале. Хотя справедливости ради надо отметить, что все вещи, подаренные ей
Ричардом, были последним писком спортивной моды.
Лорен посмотрелась в зеркало и не узнала себя. Это была не она, а какая-то
другая женщина — гораздо более молодая, естественная и искренняя. На ней
была желтая куртка, явно прошедшая испытания в Антарктиде. Было приятно
осознавать, что, если ее погребет снежная лавина, она не умрет от
переохлаждения. Красные брюки громко шуршали при каждом движении. Черная
шапочка и такие же перчатки были сшиты из плотного теплого материала. На
ногах красовались прочные, но легкие ботинки. В этом наряде Лорен ощущала
себя существом без пола, и это чувство окрыляло.
Странно, но ее совсем не мучила совесть, что за сутки, проведенные в
Тендейле, она ни разу не включила компьютер. Наверное, и ее Лорен забыла
включить. Она чувствовала себя прекрасно, хотя понимала, что подобная
безответственность совсем на нее не похожа. Она всегда тщательно готовилась
к каждому проекту, чтобы избежать случайных ошибок и недочетов, вероятность
которых всегда была велика.
Ричард дал ей свисток, сухие консервы и пакет из фольги.
— А это для чего? — встревоженно спросила она, прочитав надпись:
Комплект для выживания в критических условиях
.
— Это на случай, если мы разделимся или со мной что-нибудь случится.
Если Ричард хотел заставить Лорен придвинуться ближе к нему, он своего
добился.
— Что, например? — осторожно спросила она.
— В горах скользкие тропинки и легко скатиться по крутому склону.
Лорен вцепилась в его руку.
— Слушайте, если вы куда-нибудь упадете, я прыгну за вами! Я не гожусь
для героических подвигов вроде выживания в горах в одиночку.
Ричард только улыбнулся, продолжая идти вперед.
После часа медленного подъема по самому пологому из склонов Лорен
почувствовала, что ее легкие готовы взорваться.
— Можем мы остановиться на минутку? — взмолилась она. Все тело
ломило, и она без сил опустилась на ближайший камень.
Ричард подавил смешок:
— А я думал, что современные деловые женщины проводят все свободное
время в тренажерных залах. Вы не очень-то подготовлены.
Лорен с трудом перевела дыхание:
— Да будет вам известно, что мне нет равных в классе аэробики и на
дискотеке, где играет моя любимая музыка. Но лазание по горам противоречит
природе человека. И потом, этим воздухом совершенно невозможно дышать!
Ричард насмешливо взглянул на нее, и Лорен нахмурилась:
— Не понимаю, что здесь смешного.
— Интересно, вас сразил приступ неизвестной лихорадки, и тогда вам
нужна срочная помощь, или у вас... скажем так, неуравновешенная психика, и
это неизлечимо? Но очень привлекательно.
Его глаза искрились от смеха. Он помог ей подняться, и они продолжили путь.
Возможно, он станет любовником моей матери
, — вдруг подумала Лорен и
неожиданно для себя выпалила:
— Через две недели у меня день рождения.
— Это намек?
— Конечно, нет! Вы уже подарили мне одежду стоимостью в несколько сот
фунтов...
— Которую вы не сможете носить в Лондоне, не боясь выглядеть смешной, — перебил ее Ричард.
— Это неважно. Кроме того, вы едва меня знаете. Я запрещаю вам покупать
мне подарок, даже открытку.
Она определенно сумасшедшая
, — подумал Ричард. И чем больше
проявлялось ее безумие, тем больше она нравилась ему. Наверное, после такой
убийственно нормальной жены, как Синди, это неизбежно.
Синди никак нельзя было назвать сумасшедшей. Она излучала здравый смысл и
прагматизм — словом, казалась именно такой женщиной, которая годилась ему в
жены. Если не считать того, что она была американкой. В глазах человека, всю
жизнь прожившего в : одной деревне, это был серьезный недостаток.
Родители Ричарда познакомились, гуляя в окрестных горах. Они прожили трудную
жизнь, экономя каждый пенни, и наконец смогли купить свой первый магазин.
Это случилось за три месяца до появления на свет Ричарда и через десять лет
после рождения его старшей сестры Аниты.
— Наконец-то у нас родился сын, — любил повторять его отец. —
Теперь будет кому передать семейное дело.
— Если он этого захочет, — вставляла мать.
— Конечно, захочет! — утверждал отец. — Ведь его сестре будет
не под силу управлять магазином. — Этот разговор происходил много лет
назад, так что не стоит судить о нем по современным меркам.
Так или иначе, Ричард постоянно испытывал на себе неприязнь старшей сестры,
которая, разумеется, надеялась, что родители оставят дело ей. Ричард всеми
возможными способами пытался заслужить ее прощение за то, что родился на
свет, но тщетно. Анита стала первой из длинной череды женщин, которым он
старался угодить. Как и у Лорен, у него это плохо получалось. Поэтому он
решил посвятить свое сердце горам, которые никогда не требовали от него
извинений и оправданий.
Когда родители умерли — почти одновременно, — он немедленно бросил
колледж и взял на себя управление магазином. Для него этот шаг не был
жертвой. Просто он был порядочным человеком, самым большим достоинством и
недостатком которого было гипертрофированное чувство долга.
Анита выразила свое возмущение тем, что ее лишили наследства, выскочив замуж
за первого встречного и уехав из Тендейла. С тех пор Ричард ее больше не
видел.
Когда Синди впервые вошла в его магазин, он управлял семейным делом уже два
года. Она училась в Англии и приехала в Озерный край на каникулы, но
оказалась не подготовленной к царящим здесь зимним холодам. Она попросила
Ричарда подобрать ей полный комплект теплой одежды. Потом она попросила его
показать ей горы, а потом — жениться на ней.
— Я знаю все о вас, англичанах, я смотрела английские фильмы, —
сказала она однажды.
И Синди не шутила. До того как приехать в Англию, она уже влюбилась в идею
выйти замуж за человека по имени Себастьян или Хью — по ее мнению, это были
самые распространенные имена в Англии.
Ричард немного не вписывался в ее план, но она увидела в нем свое будущее.
Правда, кое-что Синди не устраивало. Она, например, считала слабостью
отсутствие у Ричарда амбиций, и ей хотелось вдохновить его, поделиться с ним
своей силой. Его несколько легкомысленное отношение к бизнесу казалось ей
неопытностью. Она собиралась разработать для него план реорганизации фирмы в
соответствии с последними достижениями менеджмента. Она решила, что его
любовь к природе — следствие одиночества, от которого она могла его вылечить
своим постоянным присутствием. Что же касалось детей — здесь у них не было
разногласий: они просто никогда не говорили о возможности иметь ребенка.
Пока со дня их свадьбы не прошло шесть лет.
— Теперь ты знаешь, что я не могу забеременеть, и, наверное, жалеешь,
что женился на мне? — спросила его Синди.
— Ничего подобного, — заверил ее Ричард.
И он не кривил душой. В ряду причин, по которым брак перестал его
устраивать, бесплодие жены занимало последнее место. Прежде всего он жалел,
что женился на Синди, потому что она принимала его за совершенно другого
человека и не сумела скрыть своего разочарования, обнаружив истинного
Ричарда.
После десяти лет супружества Синди возненавидела его за то, что он не
собирался меняться, чтобы соответствовать любовно созданному ею образу.
Через пятнадцать лет они стали совершенно безразличны друг другу. В конце
концов, Синди оставила его и ушла к человеку с мелкой душой, но глубоким
кошельком.
Ричард учел ее уроки лишь в одном: он расширил дело, создав сеть из пяти
магазинов в соседних деревнях, и продолжал управлять ими так, как это делали
его родители. Он вновь открыл для себя радость прогулок в одиночестве и
наслаждение от общения с природой.
Уезжая, Синди нарочно оставила все свои вещи — от куртки из сверхпрочной
ткани до ночной рубашки, которую подняла с пола Лорен в ее бывшей спальне.
— Мне это не потребуется, — ледяным тоном произнесла она, и это
были ее последние слова. Взяв напрокат машину, она навсегда уехала из его
жизни. Это случилось пять лет назад...
Очнувшись, Ричард увидел, что Лорен машет рукой у него перед глазами.
— Ричард, вернитесь на землю! — шутливо взмолилась она.
Он покачал головой, словно желая стряхнуть с себя воспоминания:
— Извините, я нечаянно задумался.
— О чем?
Лорен понимала, что задает рискованный вопрос, но ей было все равно.
Наверное, это от недостатка кислорода я стала такой беззаботной
, —
решила она.
Ричард улыбнулся. Ей показалось или в его улыбке и в самом деле мелькнула
грусть?
— О вещах, которые я разбирал сегодня.
— О нижнем белье бывшей жены?
Они обменялись лукавыми взглядами, чувствуя не просто взаимную симпатию, а
взаимопонимание. Ричард ничего не сказал, да слова и не были нужны. Какое
восхитительное чувство — угадывать мысли и настроения другого человека!
Они продолжали прогулку и довольно скоро добрались до вершины.
— Сколько вам лет, Ричард? — неожиданно спросила Лорен.
Должно быть, ее беспокоит разница в возрасте
, — решил Ричард — и не
ошибся. Только Лорен беспокоила разница в возрасте между ним и ее матерью.
— Сорок восемь, — ответил он, напряженно наблюдая за ее реакцией.
Лорен, похоже, произвела в уме какие-то подсчеты.
— Это хорошо, — наконец туманно произнесла она.
— А почему вас это интересует? — прямо спросил Ричард.
Лорен пожала плечами:
— Просто так. Я не допустила ни одной бестактности за последние полчаса
и испугалась, что вы привыкнете к моей скромности. Поэтому я решила, что
напомнить вам о возрасте будет весьма уместно.
— Спасибо за заботу, — парировал Ричард. — А то я уже
действительно начал беспокоиться.
Лорен показала ему язык:
— И вам спасибо.
Она посмотрела на окружающую ее величавую панораму гор и впервые подумала,
что Нью-Йорк, возможно, не самое красивое место на свете.
— Так вы приедете на мой день рождения, Ричард? Это будет даже не
вечеринка, а просто ленч с мамой и парой друзей. Но мне очень хотелось бы
вас видеть.
— Обязательно приеду, — заверил он.
Глава 9
Пит и Стелла возвращались в полном молчании, и молчание это становилось все
более напряженным. Питу понадобилось несколько минут, чтобы понять, почему.
За все годы их жизни именно Стелла всегда начинала и поддерживала разговор.
И на каждые ее сто слов Питу достаточно было ответить пятью. Конечно, в их
брачном контракте это не было прописано, но, как и у многих супружеских пар,
у них сложился определенный тип отношений.
Пит тяжело вздохнул. Он надеялся, что напряжение вчерашнего дня уже
рассеялось: Стелла заставила его рассказать о безутешности Бет после
расставания с Крисом. В бессознательном стремлении защититься Пит
преувеличил желание Бет излить душу и дал понять Стелле, что она одержима
навязчивой страстью к Крису. Правда, Стелла, казалось, не слишком поверила
ему.
— Хорошо, что ты идешь на матч с Крисом, — сказала она. — Вы
сможете поговорить об этом.
Пит встревоженно посмотрел на нее:
— Я иду с ним на этот проклятый матч только потому, что ты вынудила
меня.
— Все равно. Это даже к лучшему. Может, тебе понравится. Я тебе
говорила, что в юности встречалась с болельщиком
Тоттенхэма
?
Всего-то каких-нибудь сто раз
, — обреченно подумал Пит.
— Кажется, да, — вслух сказал он.
— Все девочки в классе из кожи вон лезли, чтобы обратить на себя его
внимание. А он выбрал меня, хотя я ничего для этого не делала!
Стелла все еще гордилась первой в своей жизни победой. Пит же никогда не
признавался, что слышал от ее братьев, как все было на самом деле. Стелла
узнала, что ее избранник был отчаянным болельщиком
Тоттенхэма
, и потратила
все свои сбережения на полную экипировку фаната. В таком виде она небрежно
прохаживалась возле спортивного клуба, в котором он занимался, незадолго до
его закрытия. Когда он появился, она сделала вид, что не заметила его, и
пошла вниз по улице. Ее расчет оказался верен: юный болельщик догнал ее и
заговорил.
— А я не знал, что ты интересуешься футболом, — вместо приветствия
произнес он, не сводя со Стеллы восхищенного взгляда.
Стелла холодно улыбнулась:
— Ты никогда не спрашивал.
Он был ее первой любовью. Хотя они встречались совсем недолго, этот случай
придал ей уверенности в своих силах и задал тон всей последующей жизни.
Стелла поняла, что, надев соответствующую маску, можно завоевать самое
непокорное сердце. Она стала королевой перевоплощения. Когда Пит, впервые
проснувшись со Стеллой в одной постели, увидел рядом с собой юное создание в
футболке с Винни-Пухом и чисто вымытым лицом без всякой косметики, на миг
его охватила паника, что он соблазнил ее младшую сестру.
Тем временем Стелла рылась в одной из коробок, которыми до сих пор были
заставлены все комнаты.
— По-моему, этот комплект должен быть где-то здесь. Шапка, шарф,
перчатки. В них ты не будешь выглядеть белой вороной.
— Почему ты решила, что иначе я буду выглядеть белой вороной? —
Пита все больше раздражали слова Стеллы.
— Ну, ты же сказал Крису, что болеешь за эту команду. Не можешь же ты
пойти на матч в клубных брюках и джемпере!
— Разумеется, нет. Сейчас февраль, промерзну до костей. При моей
удачливости наверняка пойдет снег. Поэтому я надену на себя шесть самых
толстых свитеров, и мне наплевать, как я буду при этом выглядеть. И вообще,
давай сменим тему, ладно?
Стелла сменила тему, но не выбросила ее из головы. Ни о чем другом она не
могла думать, потому что знала, что Пит что-то скрывает от нее.
Обычно Пит никогда не обменивался больше чем парой вежливых фраз с ее
друзьями. Даже с Лорен, которую знал столько же времени, сколько и Стеллу.
Пит был единственным знакомым Лорен, кто проявлял интерес к ее работе и даже
собирал статьи о телекоммуникациях, которые, как он считал, могли
заинтересовать ее. Но и с ней он не мог поддерживать беседу дольше пяти
минут. В сущности, как только речь заходила о нем самом, он терялся и
замолкал. Дальше его роль сводилась к наполнению бокалов, молчаливым улыбкам
и смахиванию крошек со столов и стульев.
Когда человек настолько замкнут, трудно сохранить к нему интерес. Есть
огромная разница между загадочными людьми и теми, кто просто не умеет
непринужденно держаться в обществе. Пит явно принадлежал к последним.
Стелла снова вспомнила новоселье. В тот вечер она была слишком занята
интригой с Лорен и не заметила повышенного внимания, которое Пит уделял Бет.
Его объяснения звучали вполне разумно, но было не похоже, что Бет
действительно тоскует по Крису. Оба казались вполне довольными жизнью. Когда
Крис пошел относить их пальто в комнату, временно игравшую роль гардероба,
Стелла несколько минут провела вдвоем с Бет, и они успели немного
поговорить. Конечно, после окончания такого длительного романа Бет была
несколько не уверена в будущем. Но ее работа отнимала столько сил, что на
какое-то время она решила целиком посвятить себя ей. Если бы Бет страдала от
разрыва с Крисом, разве не сказала бы она об этом Стелле, своей подруге?
И почему вдруг Бет решила излить душу Питу — этому вулкану подавленных
эмоций? Часто он вообще отказывался обсуждать со Стеллой что-либо, кроме
биржевых индексов или счета за электричество. Хотя она и сама не всегда была
готова говорить на темы, которые затрагивал Пит, но он всякий раз выбирал
такой неподходящий момент...
Как ни силилась, Стелла не могла себе представить Бет и Пита, ведущих
задушевный разговор, достойный ток-шоу Опры Уинфри.
А потом они случайно столкнулись на улице. Эта версия тоже звучала вполне
правдоподобно. Но чем больше Стелла думала об этом, тем тревожнее
становилось у нее на душе. Она восстановила в памяти все события,
предшествующие их неожиданной встрече: внезапная вспышка гнева Пита, его
заявление о вероятном увольнении, уход из дома с хлопаньем дверью, чего
раньше никогда не случалось. Все это было очень подозрительно. И могло
означать только одно.
У Пита, должно быть, серьезные проблемы со здоровьем, которые он хотел
обсудить с Бет: ведь она была единственным врачом среди их знакомых. А ее
специальность — онкология...
Когда они возвращались домой с купленными газетами, Стелла обдумывала свою
линию поведения. Нужно как-то заставить Пита рассказать, что его беспокоит.
Сейчас он так напряжен, что ей нужно проявить особую деликатность. Стелла
понимала, почему Пит так странно ведет себя, и не осуждала его. В конце
концов, когда она сама заподозрила у себя неладное, то тоже не делилась
своими страхами с Питом, предпочитая прежде все выяснить наверняка.
Возможно, остальные супружеские пары поступают по-другому, но отношения
Стеллы и Пита сложились именно так. Не исключено, что благодаря этому их
брак выдержал ;. испытание временем.
Стелла решила до поры до времени держать свои сомнения при себе и д
...Закладка в соц.сетях
