Жанр: Любовные романы
Войти в роль
...о. Он поставил
поднос с бокалами на журнальный столик, стоящий в углу комнаты меж двух
кожаных кресел.
— Это что, — Эйрин указала на хрустальные бокалы с ароматным напитком,
— последнее угощение перед заключительным
прощай
?
Долгое время Дэниел молчал. В его спокойном взгляде она немедленно
почувствовала опасность, заставившую ее тело напрячься. Она уже хорошо была
знакома с этими ощущениями физического притяжения, которое проявлялось с
особенной силой в моменты их враждебного противостояния.
Чутье подсказало Эйрин, что нельзя оставаться в неподвижности, особенно
теперь, когда морально она совершенно не готова к сопротивлению, когда
слишком хорошо помнит тепло его рук и страстность поцелуя. Каждая клеточка
ее тела ожила и затрепетала под взглядом пронзительных темно-голубых мужских
глаз.
Однако на этот раз все было по-другому, противостояния она как раз и не
почувствовала. Перед ней стоял сильный, ничего не боящийся человек,
настоящий герой из плоти и крови, который обращался с ней, как с равной, и к
которому ее бесконечно тянуло.
Да, он был настоящим героем ее мечты — прекрасные темные волосы, уже так
хорошо знакомый овал мужественного лица, стройное сильное тело. Невольно она
представила себя вместе с ним в постели...
— Что ты имеешь в виду? — наконец спросил Дэниел.
— Ну, полагаю, наши пути разошлись. — Эйрин остановилась и откашлялась,
потому что ее голос звучал с непривычной хрипотцой. — Я тебя ни в чем не
виню. Но очевидно, что мы не можем продолжать свою затею после того, что
случилось.
— Очень благородно с твоей стороны. Но у меня совсем другие планы. Ты
долго репетировала свою речь?
Она вздрогнула, но решила высказаться до конца:
— Я думала уехать из Уайт-Рока с первыми лучами солнца. Ты отправишь
меня на ближайшую автобусную станцию, а там уж я сама доберусь до дома. Что
и предпочитаю сделать.
— И это после того, как ты столь храбро выдержала полет на самолете? —
Она пожала плечами и села. Он вложил ей бокал в руку и сел в другое кресло.
— Кроме того, все хотят выпить за твое здоровье. — Его губы запрыгали в
улыбке. — Большая часть присутствующих, — поправился он.
Эйрин закрыла глаза. Потом стащила полотенце с головы и пробежала пальцами
по завиткам рассыпавшихся волос:
— Потому, что я... — настороженно произнесла она.
— Потому, что они чувствуют вину перед тобой. — Глаза Дэниела
остановились на волне ее прекрасных чуть влажных волос.
— За что? — Она отпила глоток бренди.
— Послушай, Эйрин. — Он сидел, наклонившись вперед, и перекатывал свой
бокал в ладонях. — Мы с Эбби разошлись три года назад. Ее не должно было
быть здесь. Наверное, это затея моей матери, сестры и Арлены. Больше всего
меня злит крестная, которая считает вправе распоряжаться моей судьбой. Она
вбила себе в голову идею снова соединить нас.
— Неужели Эйбл пошла бы на это, не имея ни малейшей надежды на успех?
— У нее нет шансов что-либо изменить. Все давно кончено, — жестко
ответил он.
— А ты не допускаешь, что пойти на компромисс тебе мешает, например,
гордость или что-то еще, не слишком важное по сути?
— Эйрин, не начинай...
Он замолчал, тихо выругался, откинулся на спинку кресла и отпил бренди. Она
тоже сделала глоток и поплотнее запахнула полу халата на коленях.
— Конечно, ты прав. Я слишком мало знаю обо всех вас, чтобы давать
советы...
— И очень меня обяжешь, если не станешь этого делать.
— Хорошо. — Она бросила на него сердитый взгляд. — И все-таки, не
понимаю, почему, не зная, что твоя бывшая жена окажется здесь, ты все-таки
намеревался обороняться против своей семьи и привез меня для этой цели?
— Чувствовал, что они что-то затевают. И, как видишь, был прав. Но
согласись: я ведь не скрывал истинных причин, из-за которых попросил тебя
сыграть роль моей невесты. — Эйрин задумчиво смотрела на него. — Ты
единственная, — мягко продолжил Дэниел, но с убийственной долей иронии, —
кто решился проигнорировать искры влечения, так и сыплющиеся меж нами, и
согласился быть буферной зоной между мною и семьей.
Так ли? — спросила она себя, бесцельно блуждая по комнате глазами.
— Когда ты смотришь на меня как на кандидата в свой гарем, во мне
пробуждаются худшие мысли и чувства. — Это было сказано довольно сердито.
— Когда я делал что-либо подобное?
— Ты делаешь это все время.
— Никогда не имел гарема и не собираюсь его заводить, — процедил он. —
Но не могу не сознаться: меня часто посещает мысль о том, как хорошо нам
было бы в постели. Неужели ты не признаешься, что тоже думаешь об этом? —
Эйрин отвела взгляд в сторону и попыталась расслабиться. Но напряжение от
борьбы между гордостью и честностью сковало все ее тело. — Потому что, если
это не так, — лениво продолжил Дэниел, — я бы спросил: чем тогда объяснить
то, как ты ответила на мой поцелуй? Тут возможно единственное объяснение.
Что скажешь? — Она попыталась ответить, но из ее горла вырвался какой-то
неопределенный звук. Он подождал, внимательно наблюдая за нею, потом
спросил: — Эйрин, почему тебе так трудно признать очевидное?
— Просто я не могу сделать выбор, — безжизненно выговорила она,
наконец, обретя дар речи.
— Короче говоря, мы оба чувствуем физическое притяжение и много думаем
об этом. — Он остановился и обернулся к кровати королевских размеров. —
Лично я полагаю, — тонкая улыбка тронула его губы, — что это было бы не
только празднованием твоей храбрости, но и праздником души и тела,
заслуживающим самого тончайшего вина, праздником жизни, праздником слияния
двух людей, нашедших друг
друга.
Эйрин прикрыла глаза и подумала: в постели я бы ни за что не смогла солгать
ему... Она стиснула зубы и заставила свое воображение стереть эту картинку.
Да, надо признать, что она явно недооценила Дэниела Паркера и, напротив,
переоценила свои силы в борьбе с ним...
Он осушил бокал и встал.
— К тому же, Эйрин, я не вижу, почему бы нам не продолжить то, что мы
начали.
Их разделяли всего два шага по ковру, а для нее сейчас жизненно важно было
заслониться от этого мужчины, от его воздействия на нее. Но взгляд Дэниела
уже вновь изучающе скользил по ее телу. Все в нем магически действовало на
нее — и взлетающие вверх брови в моменты искреннего удивления, и крепкие,
мужественные руки.
Сильные пальцы Дэниела оставили несколько синяков на теле Эйрин, когда он
вытаскивал ее из воды. И сейчас она безрезультатно пыталась избавиться от
желания ощутить эти ладони, сжимающие ее груди. Она почувствовала, как
краска начинает заливать ее лицо, шею, и инстинктивно зажала ворот халата.
Он проследил за движением ее руки и сощурился, заметив синяк, обнажившийся
на запястье под соскользнувшим рукавом.
— Это я оставил такой след?
— Что?
Он подошел и прикоснулся к руке.
— Я имею в виду этот синяк.
— Аа, вот ты о чем. — Она посмотрела на свою руку. — Да, и еще парочка
в других местах. Но я предпочитаю иметь синяки, чем лежать на дне реки без
единого пятнышка, — попыталась она пошутить.
— Все равно, прошу прощения. У тебя кожа — настоящий шелк, Эйрин, —
тихо произнес он и пробежал пальцами вверх по ее руке. — И замечательная
фигура. А целуешься ты просто уникально. — Его пальцы нежно коснулись ее
губ, потом он спрятал руки в карманы, явно сделав над собой немалое усилие.
— Ничего не могу с собой поделать, но одна мысль о том, что какой-то мужчина
хотя бы мысленно может оставить синяк на твоем теле, выводит меня из
равновесия.
— И все это только потому, что я не бросаюсь тебе на шею, Дэниел?
— Ты уже находишься в моих объятиях, только не решаешься признаться в
этом даже самой себе.
Возразить ему она не смогла. Эти голубые глаза, путешествующие вдоль и
поперек по ее телу под тонкой тканью халата, заставляли девушку чувствовать
себя обнаженной. И не только телом, но и мыслями. Не важно, что при этом он
молчал. Одного его присутствия было достаточно, чтобы вызвать в ней бурю
эмоций.
— Слушай... — испытывая неловкость, сказала она, чтобы прервать,
наконец, интимность момента. Потом вздохнула: если она признается, что
Коффман и К°
находится не в лучшей форме и она только потому решилась
принять его предложение, захочет ли он иметь с ними
дело? — Слушай, — вновь повторила она, — в мои планы не входило спать с
тобою, когда мы договаривались о контракте на рекламу шампуней и вина
Паркер'с Просперити
. Но он нужен моему агентству...
— Забудь о шампунях, — насмешливо глядя на нее, сказал он. — Считай,
что этот контракт ты уже получила.
— Что? — До нее с трудом доходил смысл его слов.
— Считай, контракт уже у тебя в кармане, Эйрин, — взвешенно и спокойно
продолжил он. — Рейчел Теннеси может мыть голову и крепко спать.
— Ты хочешь сказать, что я не потеряю его, даже если... откажусь иметь
с тобой дело?
— Совершенно верно. Ну а теперь я покину тебя и пойду, переоденусь. Ужин подадут через полчаса.
— Ты не упомянул контракта на вино?
— Решение этого вопроса займет чуточку больше времени.
— И ты еще говоришь, что по-деловому относишься ко мне, — с горечью
произнесла Эйрин. — Оставляешь меня разгадывать твою немыслимую шараду. Мне
это не по силам. Я бы ни за что не согласилась на то, что ты мне предложил,
если бы знала о существовании твоей бывшей жены. Да, конечно, контракты
очень важны для агентства, но согласись: некие неизвестные женщины, от
которых я должна тебя
прикрывать
, и бывшая жена — это совсем разные
вещи!...
— Уверен, она бы с тобой согласилась, — сухо сказал Дэниел. — Но что
поделаешь — Эйбл решила остаться на свадебные торжества, потому что она —
лучшая подруга Лилиан. А что касается причины, чтобы осталась ты, то мы ее
установили. Это забота о благополучии твоего агентства.
Он мягко коснулся ее щеки, которая в ответ мгновенно вспыхнула, и вышел.
Эйрин села в кресле и залпом осушила остаток бренди. Да, у нее нет выбора.
По крайней мере, на сегодняшнюю ночь она остается.
Через полчаса миссис Паркер зашла за ней, чтобы позвать на ужин.
Глава пятая
— Очень мило, дорогая.
Столь одобрительно хозяйка поместья оценила терракотовое мини-платье с
низким квадратным вырезом, плотно облегающее фигуру Эйрин. На платье она
надела тонкую блузку с длинными рукавами, чтобы скрыть синяки. Туалет
отлично дополняли очаровательные туфли на невысоком каблуке такого же
терракотового цвета.
Сама Барбара в черном бархатном брючном костюме выглядела безукоризненно.
— Как вы себя чувствуете, милая? — спросила она. — Дэниел уверил меня,
что все загладил.
— Мистер Паркер, наверное, понимает под выражением
все загладить
нечто схожее с действием парового катка. Ой, простите, миссис Паркер, я не
должна была говорить этого! Язык мой — враг мой.
— Эйрин, мне нравится ваша естественность. Пожалуйста, будьте в моем
присутствии свободны от условностей.
— Все-таки он ваш сын, миссис Паркер.
— Но это не значит, что я одобряю все его поступки. Пойдемте вниз. Сегодня у нас шведский стол.
— Отлично, я так проголодалась, что могу, пожалуй, съесть целого
буйвола. Это, наверное, из-за того, что сегодня я чуть не утонула.
Барбара Паркер внимательно посмотрела на нее такими же темно-голубыми, как у
сына, глазами и сказала без обиняков:
— Должна признаться, Эйрин, я не одобряю разводов и живу надеждой, что
Дэниел и Эйбл сумеют преодолеть свои разногласия. Все еще надеюсь. В других
обстоятельствах я могла бы полюбить и принять вас, моя дорогая. — Она
положила руку на плечо девушки, чтобы сгладить свои слова, и добавила: —
Прошу вас, называйте меня Барбарой. Я, конечно, немолода, но ничто не
заставляет меня чувствовать себя еще старше, как обращение
миссис Паркер
!
Кроме большого стола, в комнате вдоль стены размещалось несколько небольших
столиков, уставленных блюдами с едой. Каждый сам накладывал на тарелку то,
что хотел. А выбор блюд был разнообразен и необычен — копченый лосось в
майонезе с ломтиками дыни и каперсами, фаршированные оливки и сладкий перец
в качестве закуски. Холодный окорок с различными салатами на выбор, свинина
под кислым соусом с рисом как основное блюдо и изумительный фруктовый салат
из киви, бананов, клубники с мороженым и орехами на десерт.
Обстановка зала потрясла Эйрин. Свечи в старинных канделябрах, огромные
кадки с мандариновыми и апельсиновыми деревьями, столы и стулья причудливого
дизайна, посуда с нежным восточным рисунком, массивные серебряные приборы
английской работы, играющий светом хрусталь — все создавало атмосферу,
сочетающую изысканность и богатство.
Эйрин пришло на ум, что Уайт-Рок — благословенное место, созданное Богом для
радости. Эта мысль заставила ее сделать паузу в еде и взглянуть на Дэниела,
которого до сих пор игнорировала, хотя он и сидел рядом с нею.
— Я сделал что-нибудь не так?
— Ничего. Просто мне подумалось, как ты, должно быть, богат.
— Без комментариев. — Он посмотрел на часы и встал. — Ты простишь меня?
Я жду важный звонок из Сингапура. Надеюсь, что не задержусь.
— Конечно, — весело ответила она.
— Со стороны могло показаться, что вы и раньше знали, как он богат,
Эйрин, — сказала Арлена Трэвис, когда ее крестник отошел на достаточное
расстояние. Она сидела напротив, между Рони и Тэдом.
Эйрин взяла себя в руки и постаралась ответить как можно беззаботнее:
— Никакого сравнения с тем, что я могла себе представить.
— Мы не ждем от вас оправданий, дорогая.
Тэд и Рони заерзали на стульях, когда Эйрин положила нож с вилкой на тарелку
и посмотрела прямо в глаза старой даме. Арлене Трэвис было около
шестидесяти. Своей седой головой и пронзительными глазами, прикрытыми
тяжелыми веками, она напомнила девушке дряхлую орлицу.
— Что же, давайте не будем ходить вокруг да около, леди Трэвис, — как
можно спокойнее сказала она. — По-вашему, я — охотница за чужими миллионами?
Конечно, так оно и есть. Бедный маленький Дэниел знает об этом, но никак не
может сам во всем разобраться. Я сказала себе:
Он свободен, ему уже
тридцать пять, так почему бы мне не прихватить его денежки?
Не так ли,
мадам? — с мягкой иронией закончила она.
Арлена Трэвис пришла в ярость. От бурного дыхания ее грудь заходила ходуном.
Глубоко возмущенная непочтительным отношением к своей персоне она встала,
взяла тарелку и пересела на другой конец стола.
— О, святые угодники! — Рони прыснул и прикрыл лицо салфеткой. — Эйрин,
где вы были раньше? Почему мы с вами так поздно встретились?
Тэд тоже улыбнулся, но тут же пожал плечами и неуверенно произнес, отпив из
бокала вино:
— Только не впутывайте меня и Лилиан!
Эйрин вернулась на грешную землю. Закрыв глаза, она прошептала:
— Сама не знаю, зачем я это сделала.
— Не надо жалеть, — успокоил ее Рони. — Самое время кому-нибудь слегка
ее одернуть.
— И все-таки я сожалею. — Эйрин обернулась к Тэду. — Похоже, мое
появление вносит суматоху в вашу предсвадебную неделю. Я уже почти готова
согласиться с Дэниелом в том, что я — сплошное ходячее недоразумение.
— Уверен, он не имел в виду ничего подобного, — примиряюще ответил Тэд.
— А что касается нас... Просто очень нервозный период, вы же понимаете.
Будет просто чудом, если мы с Лилиан дойдем до алтаря безо всяких
происшествий. Я устала, — призналась Эйрин Дэниелу около одиннадцати часов.
Они вдвоем сидели на веранде, вдоволь наигравшись в карты и натанцевавшись —
каждый выбирал себе развлечение по вкусу.
— Да, мы много двигались сегодня, — прокомментировал он.
— Дело не в этом. Я устала сдерживать свой язычок. А еще — от
утомительных наблюдений за тем, кто как ко мне относится. Теперь, по крайней
мере, я знаю, кто мой враг.
— И кто же это?
— Твоя крестная. Мы с ней сцепились, когда ты ушел говорить по
телефону. — Она пересказала ему их разговор и добавила: — Не могу понять,
почему твоя мать, такая милая женщина, дружит с этой ведьмой.
— Они вместе со школы. Арлена потеряла сына, своего единственного
ребенка. Он погиб в автокатастрофе, когда ему было пятнадцать. Она так и не
смогла оправиться от этого удара. Потом умер ее муж. Вот почему мать держит
ее рядом и присматривает за ней.
— Теперь я чувствую себя еще более ужасно, — сказала Эйрин, помолчав.
Она не видела реки, но кожей чувствовала, как с ее поверхности поднимается
влажный туман. Ночь была наполнена запахами — из сада и от кустарников
исходили тонкие экзотические ароматы... Дэниел пожал плечами:
— Леди Трэвис всегда отличалась злым языком, но с возрастом это ее
качество усилилось. Вот и сегодня, как я понял из твоих слов, она начала
первая, не так ли?
— Слушай, куда все запропастились? — Эйрин внезапно занервничала. —
Между прочим, я не собираюсь провести этот вечер наедине с тобой.
Он раскинул руки по спинке скамейки и насмешливо посмотрел на нее.
— Большинство отправились спать. А кто-то гуляет, дипломатически давая
нам возможность остаться наедине. Я заметил, что с Тэдом и Рони у тебя нет
никаких проблем, Эйрин.
— Да, но они мужчины.
— Один, из которых, мой брат, а другой — жених сестры.
— Я совсем не это имела в виду. Мужчины смотрят на женщин совсем
другими глазами. — Внезапно она резко вскинула голову: — Не должна ли я
понимать твои слова, — ее голос приобрел зловещий оттенок, — как
предупреждение для меня держаться от них подальше?
— Я только хотел дать тебе понять, что от того, как ты общаешься с
другими мужчинами, зависит отношение к тебе других женщин этого... круга.
— Я только изредка перекидываюсь с ними ничего не значащими словами.
Это просто смешно, Дэниел Паркер, слышать такие угрозы от тебя!
— Сегодня ты в основном выбирала Рони своим партнером в танцах. А
раньше ты описала мне тип своего героя — он очень походит на моего братца.
— Я сделала это только для того, чтобы сбить с тебя спесь, и только.
— На самом деле?
— Да, именно так. Что, собственно, это значит? Теперь и ты вообразил,
что я — охотница за деньгами? — Она смотрела на него, и свет лампы яркими
искорками отражался в ее гневных глазах. — Ни ты, ни твой брат мне не нужны,
не забывай.
Взяв руку девушки, он внимательно вгляделся в ее лицо.
— Оставим эту тему на некоторое время. Я просто предупредил тебя,
Эйрин. — Его пальцы переплелись с ее тонкими пальчиками. — Рони может быть
веселым компаньоном и все такое, но у него есть один серьезный недостаток.
Он слаб, когда дело касается женщин.
Эйрин открыла рот от внезапно пришедшей в голову мысли.
— О, неужели он... и Эбби?
— Нет. Иначе его бы здесь не было. — Дэниел произнес это таким холодным
тоном, что она невольно поежилась. — Но с тобой может быть совсем по-
другому.
— Если он почувствует, что у нас с тобой... несерьезные отношения? —
колко предположила она.
— Что-то вроде этого, — согласился Дэниел.
— Можешь успокоиться. Зачем мне эти проблемы? — с трудом выговорила
Эйрин.
— Может быть, тебе не очень понятно, что такое семья. Она может кипеть,
как паровой котел, и в самые неподходящие моменты выбивать тебя из колеи.
— Откуда тебе известно, что у меня нет семьи? — нахмурилась она.
— Твой шеф Питер Коффман сказал мне.
— Ты что, меня проверял?
— Вовсе нет. Он сам позвонил мне и в конце разговора сделал что-то
вроде небольшого предупреждения.
— Питер сделал это?
Слезы навернулись на глаза девушки. Дэниел отпустил ее руку и обнял за
плечи.
— Не грусти.
— Сама не знаю, почему плачу, и не могу остановиться. Наверное, потому,
что я очень скучаю по отцу. Вот и сейчас вспомнила о нем... — Эйрин
вздохнула и положила голову Дэниелу на плечо.
— Сегодня был длинный день. И много эмоций. И полет, и случайное
купание
в реке, и толпа незнакомых людей, некоторые из которых
настороженно отнеслись к тебе.
— Ммм, возможно, — согласилась она. — Твоя сестра и бывшая жена
избегали меня весь вечер.
— Это тебя беспокоит? — спокойно спросил он.
Эйрин вздернула подбородок и улыбнулась.
— Может быть, это покажется странным и противоречащим моим интересам,
но они обе мне симпатичны, Дэниел. Поэтому, признаюсь честно, да, беспокоит.
Но, — она внезапно зевнула, — не думаю, что это помешает мне спать.
— Рад это слышать.
— Единственная проблема в том, что у меня нет сил, двинуться с места.
— Я вполне способен отнести тебя в постель. — Он засмеялся и поцеловал
ее в макушку.
— Тебе не кажется, что даже для такого сильного мужчины, как ты,
карабкаться по ступенькам с девушкой в руках не такая простая задача? — Она
тоже рассмеялась.
— Должен тебя предупредить, если ты не позволишь доказать мою
способность донести тебя на руках вверх по лестнице, я попробую доказать
тебе твою неправоту с помощью поцелуя. Еще одного.
— Ты не можешь, — медленно сказала она, все еще находясь в кольце его
рук и глядя ему прямо в глаза. — Сейчас для нас нет будущего, Дэниел.
— Нет? По крайней мере, ты сказала
сейчас
. — Он сухо улыбнулся. —
Спасибо и на этом.
Она снова нахмурилась.
— Странный ты человек, Дэниел.
— Что ты имеешь в виду?
— Иногда ты бываешь обычным нормальным человеком, иногда —
могущественным магнатом, а сейчас ты такой... смиренный, домашний, будто
между нами нет никакого делового соглашения. — Он ничего не ответил и только
задумчиво поднял брови. — Не может ли это быть всего лишь игрой с твоей
стороны? — медленно произнесла она, словно говоря вслух сама с собою.
— Посмотрим, что ты скажешь завтра утром. Обязательно дай мне знать о
своем мнении. Она встала, почти мрачно посмотрела на него сверху вниз,
отрывисто пожелала спокойной ночи и быстро исчезла за дверью, оставив
Дэниела Паркера рассуждать, каково же его истинное отношение к Эйрин
Клиффорд и что ему ожидать от нее завтра утром. Его размышления прервало
появление Рони. Он вышел на веранду тихо как тень и сел рядом с братом на
скамью.
— Я знал, что нас могут подслушивать, — сухо сказал Дэниел. — И что,
скорее всего, этим человеком будешь именно ты.
— Я слышал только конец вашего разговора и явно многое пропустил. Но
зато услышал что-то вроде
делового соглашения
. Что это значит? — нисколько
не смущаясь, ответил Рони. — Ты что, нанял ее? Очень интересно узнать, о
каком соглашении шла речь. Деньги, работа? Не думай, что это интересно
одному мне, братец, — добавил он с иронией. — Лили тоже сгорает от
любопытства. Итак...
— Прошу прощения!
Они обернулись и увидели Эйрин, стоящую в нескольких шагах в явной
растерянности. У нее был вид человека, только что стремглав сбежавшего по
лестнице. Дэниел вскочил со скамьи.
— Что случилось?
— Мое кольцо! — голосом трагической актрисы произнесла она. — Не могу
найти его. Пожалуйста, скажи, что оно у тебя, а не на дне реки.
Дэниел приоткрыл рот от изумления, но быстро сообразил, в чем дело, и
спокойно произнес:
— Оно действительно у меня. Я отдам его тебе при условии, что ты
пообещаешь больше не падать в реку.
— Слава Богу! — Эйрин облегченно вздохнула и, взяв его за лацканы
пиджака, поднялась на цыпочки и поцеловала. — Дай мне его прямо сейчас,
дорогой. Обещаю быть пай-девочкой, потому что я на самом деле дорожу твоим
подарком.
— Почему бы и нет? Пойдем.
Дэниел открыл сейф, спр
...Закладка в соц.сетях
