Жанр: Любовные романы
Сколько стоит любовь?
...нь любила только
тебя, но ни на что не претендует, а просто должна была это сказать.
Правильно?
— Ну что-то в этом роде, — неохотно подтвердил Эрик. — Но мне
она показалась очень искренней!
— Приятель, тебя чуть не развели как маленького ребенка на конфетку!
Барбра отлично тебя знает, она хорошо изучила все твои слабые струнки. Тебе
не кажется, что она вновь решила поиграть с тобой?
— Нет, она знает, что я женат, и сама ушла.
— А потом вдруг позвонила и сказала, что твоя жена в мотеле с
любовником?
— Все было не так!
— Тогда рассказывай как!
Эрик закрыл глаза и на несколько секунд постарался отключиться от всего на
свете. Ему были нужны силы, чтобы рассказать о событиях минувшего дня.
— Знаешь, очень странно... Все случилось сегодня, буквально несколько
часов назад, а у меня такое чувство, что прошли столетия, — пробормотал
Эрик.
— Ты не тяни, рассказывай, как все было. Я понимаю, приятель, что тебе
сейчас плохо и противно все это вспоминать, но ты должен выговориться. Иначе
зачем тебе было меня звать?
— Да, ты прав, — вздохнув, согласился Эрик.
Он помолчал еще несколько секунд и начал рассказывать.
Кристин отказалась ужинать сегодня. Она просто не могла думать о еде без
тошноты, а уж запахи, доносившиеся из столовой, просто сводили ее с ума.
Кристин предпочла закрыть дверь своей комнаты и в тишине и темноте просто
лежать на кровати и вспоминать лучшие дни и часы своей жизни: их она провела
рядом с Эриком.
Но стук в дверь прервал ее воспоминания.
— Я же сказала, что не буду ужинать! — сердито крикнула она.
— Миссис Маккилдон, приехал мистер Локнер! — ответила ей из-за
двери миссис Эствей.
Кристин приподнялась на кровати и ответила:
— Можете послать его к черту! Это, наверное, единственный человек,
которого я точно не хочу сегодня видеть!
— Миссис Маккилдон, вам лучше спуститься! — продолжала настаивать
экономка.
— Да что же это такое?! — сердито воскликнула Кристин и встала с
постели.
Она распахнула дверь и грозно посмотрела на миссис Эствей.
— Я не хочу никого видеть, — внятно, по слогам, сказала она.
— Я все понимаю, милая, — тихо, на грани слышимости, ответила
миссис Эствей, — но он грозится забрать Робби! И как отец может это
сделать.
— Только этого мне и не хватало! — раздраженно пробормотала
Кристин, но все же начала спускаться. — Значит, я сейчас сама пошлю его
к черту!
— Будьте осторожнее, миссис Маккилдон!
Кристин резко остановилась и внимательно посмотрела на экономку.
— А что это вы, миссис Эствей, начали называть меня по имени
мужа? — удивленно спросила она.
— Только потому, что теперь у вас есть настоящий муж, —
невозмутимо ответила миссис Эствей. — Поторопитесь!
Ну и где этот муж, когда он больше всего нужен? — рассерженно подумала
Кристин, но вслух ничего не сказала.
Она остановилась на последнем пролете лестнице, подсознательно понимая, что
в этом сложном разговоре ей лучше оказаться выше соперника.
— Робби пора спать, Адам, — без всяких приветствий сказала
Кристин. — Пусть мальчик идет укладываться. Миссис Эствей присмотрит за
ним.
Адам, пораженный спокойной холодностью бывшей жены, отпустил плечо сына, и
Робби быстро взбежал наверх, чувствуя, что мама не хочет, чтобы он
оставался.
— Я приду к тебе позже, — вслед ему сказала Кристин. Затем она
повернулась к Адаму и спросила: — Что тебе нужно в моем доме?
— Моя жена и мой сын.
— У тебя нет жены. И сына тоже скоро не будет. Я так и не отказалась от
мысли лишить тебя родительских прав.
— Ты мне мстишь? — с ядовитой ухмылкой спросил Адам.
Кристин лишь пожала плечами, не удостаивая его ответом. Она слишком устала
сегодня, чтобы вести этот бесполезный спор с бывшим мужем.
— Кристин, ты должна вернуться ко мне! — потребовал Адам.
— Я никому ничего не должна. И ты прекрасно знаешь, что меня нельзя
заставить что-нибудь сделать силой. И уж тем более шантажом!
— Я вовсе не хочу заставлять тебя, дорогая. Просто, видишь ли, у тебя
нет выхода. Ты не можешь жить без мужчины, ты и сама прекрасно это
понимаешь. А что-то я не вижу очереди желающих на тебе жениться...
— Адам, ты как был глупцом, так им и остался. — Кристин печально
покачала головой. — Да, когда-то я совершила страшную ошибку,
согласившись стать твоей женой. Но недавно я поняла, что нет настоящей
семьи, если нет любви.
— Боже мой, Кристин, ты же никогда не была наивной дурочкой! Ты же
знаешь, что нет чувств там, где в деле замешаны деньги. Мы с тобой были
отличной парой: твои капиталы плюс мои... И зачем нам какая-то глупая
любовь? Разве принесла она тебе счастье?
— А разве деньги принесли мне счастье? Ты не прав, Адам. Я была
счастлива с Эриком, пусть даже мое счастье длилось недолго. Мне теперь есть
о чем помнить и ради чего жить.
Адам рассмеялся.
— Ты что же думаешь, твой муженек вернется к тебе, вспомнив о вашей
большой и чистой любви?
Кристин вновь промолчала.
— Так вот, ни один мужчина в здравом уме не вернется к женщине, которая
предала его. Может быть, он все еще любит тебя, но простить такое, моя
милая, ни за что не сможет.
— Убирайся прочь, Адам! — устало бросила Кристин.
— Что это значит?
— Все очень просто: ты сейчас поворачиваешься на сто восемьдесят
градусов и идешь к двери. Открываешь ее и закрываешь с другой стороны.
— Ты не можешь вот так просто взять и выгнать меня! — возмущенно
воскликнул он.
— У меня нет настроения беседовать с тобой, Адам.
— Никто и не говорит о твоем настроении. Просто ты должна понять, что у
тебя нет другого выхода! Глупо сидеть и ждать непонятно чего. Он не
вернется, Кристин! Пойми это!
— И я не вернусь, Адам. У тебя был шанс приобрести, если не мою любовь,
то хотя бы уважение. И ты его потерял. Потерял еще в тот день, когда
выставил меня на улицу с ребенком на руках. Теперь я выгоняю тебя.
— Ты не можешь меня выгнать!
— Почему же? Я уже это слышала. Я устала, Адам. Уйди сам, пожалуйста,
не заставляй меня звать слуг, чтобы выкинуть тебя, как паршивого щенка!
Впрочем, о том, кто ты для меня, мы уже говорили. — Кристин позволила
себе чуть-чуть улыбнуться.
— Ну погоди, дрянь! Ты еще у меня попляшешь!
Адам погрозил ей кулаком и с грохотом захлопнул за собой дверь.
Кристин устало прислонилась к стене и закрыла глаза. Она давно сожалела, что
вообще связалась с Адамом. Но нельзя исправить то, что уже произошло, можно
только хоть как-то изменить свое будущее.
Я должна что-то делать! Для начала взять себя в руки. Все это не случайно. Я
должна доказать Эрику, что никогда не изменяла ему! Может быть, стоит
вызвать Адама на еще один откровенный разговор?
Кристин задумалась о том, как можно было бы записать беседу с Адамом и потом
передать пленку Эрику. Но она почувствовала, что слишком сильно устала за
сегодняшний день. Перед глазами все плыло, и в ушах стоял постоянный гул,
словно где-то неподалеку шумело море.
Как же мне хочется к морю! — подумала Кристин, бредя к лестнице. Просто
сидеть на берегу и смотреть, как чайки кружат над волнами... Почему же так
кружится голова?
— Кристин! — сквозь все нарастающий гул услышала она голос миссис
Эствей. — Кристин, вам плохо?
Она лишь кивнула и почувствовала, что падает.
— Вот такая история! — зло усмехнувшись, сказал Эрик. — Что
думаешь?
Ричард молчал, пытаясь понять, что ему так не понравилось в том, что
рассказал друг. Наконец он поднял глаза на Эрика.
— Подожди-ка... Когда ты вошел в номер, этот Локнер был одет?
— По-моему, да, — растерянно произнес Эрик.
— Послушай, приятель, когда ты занимаешься сексом, ты что, делаешь это
в брюках?
— Нет, конечно. — Эрик удивленно смотрел на друга, не понимая,
куда он клонит.
— А может быть, Локнер такой извращенец, что предпочитает все же
заниматься сексом в одежде?
— Да какая мне разница, как и что делает Локнер в постели! —
взорвался Эрик. — Меня сейчас волнует то, что он делает это с моей
женой!
— А ты не думал о том, что на самом деле Кристин тебе не лгала и между
ними ничего не было? — спросил Ричард.
— Пойми, я же сам все видел! Она, обнаженная, спала, как младенец, а
этот Локнер лежал рядом. Или ты думаешь, я не знаю, как Кристин спит?
— Уверен, что знаешь. И все же: почему он был одет? — продолжал
настаивать Ричард.
— Да какая мне разница?! Может быть, уже оделся!
— Слушай, Эрик, не кипятись! — попросил Ричард. — Ты же
хочешь, чтобы я помог тебе?
— Для того я тебе и позвонил!
— Так вот, мне кажется, что все это инсценировка.
— Тогда у участников должен быть какой-то мотив.
— О! Мотив это не проблема. Ты знаешь, что у Локнера серьезные
финансовые проблемы? А как я понял, Кристин сейчас вновь весьма обеспеченная
леди?
— Ты хочешь сказать, что Локнер... — Эрик замолчал, задумавшись.
— Именно! — просияв, подтвердил Ричард.
— Нет, это просто невозможно! На что он мог рассчитывать в таком
случае? Кристин не из тех, кто пойдет на поводу у шантажиста.
— Ну Локнер мог просто не знать об этом...
— Ричард, ты меня удивляешь! Он прожил с Кристин семь лет, у них
ребенок, и ты хочешь сказать, что Локнер плохо знает Кристин?
— Вполне возможно. Часто люди и дольше живут вместе и ничего не знают
друг о друге!
— Нет, я не могу в это поверить!
— А что говорит тебе Кристин?
— То же, что и ты. Она помнит, как согласилась на встречу с ним, а
потом очнулась уже в постели. Но это же невероятно!
— Черт побери, Эрик! Ты говоришь, что любишь Кристин, и при этом
отказываешься ей верить? Я вообще от тебя слышу сегодня только одно:
не
верю
! И мне это порядком надоело!
— Но, Ричард, скажи, ты бы поверил своей женщине, окажись ты в такой
ситуации?
— Если это действительно была бы моя женщина, я верил бы только
ей, — твердо глядя в глаза другу, сказал Ричард.
— Ты считаешь, что я идиот? — тихо спросил Эрик.
— Как тебе сказать...
— Честно.
— Да, ты идиот! Я еще никогда не встречал такой женщины, как твоя
Кристин. И, если ты помнишь, сразу же после знакомства с ней я отбросил все
сомнения. Она же так на тебя смотрела! И угадай, кому достались за ужином
все самые вкусные кусочки?
Эрик впервые за весь вечер улыбнулся. Но его улыбка сразу же растаяла.
— Что ты еще натворил? — строго спросил Ричард.
— Я уже отправил ей документы на развод...
— Боже, Эрик, ты не просто идиот, ты идиот в кубе! Сейчас же
отправляйся к ней и извиняйся! На коленях проси у нее прощения! И я буду
очень удивлен, если она тебя сразу же простит. Тогда я решу, что она любит
тебя незаслуженно сильно.
— Я не могу сейчас ехать, Ричард.
— Да кто тебя спрашивает, что ты можешь, а что нет! Знаешь, есть такое
замечательное слово
должен
?
— Нет, Ричард, я не поеду к ней сегодня. Я не могу. Ты же видишь, я так
устал!
— Сколько же можно думать о себе, Эрик! Никогда бы не поверил, что ты
такой эгоист!
— Я не эгоист, Ричард, я просто очень несчастный человек.
— Да сколько же можно жалеть себя?! Подумай о Кристин, о том, что она
сейчас чувствует! — Ричард остановился и задумчиво посмотрел на
Эрика. — Мне кажется, я уже начал повторяться. Значит, мои аргументы
исчерпаны. Остается только твое решение.
— Мне нужна чашечка кофе, — пробормотал Эрик и отправился на
кухню.
Ричард возвел глаза к небу, словно призывал высшие силы в свидетели того,
что он сделал все, что только мог, и пошел за другом, надеясь все же убедить
его в том, что действовать нужно незамедлительно.
На кухне он нашел совершенно убитого Эрика, держащего в руках записку.
— Что это? — спросил Ричард.
— Это оставила Кристин. Нет, Ричард, я не смогу поехать к ней сегодня.
Не смогу не потому, что боюсь, а потому, что я просто не выдержу этого
разговора!
Кристин лежала в постели, а семейный доктор стоял рядом с ней и просто
светился от счастья.
— Да что такое, в конце-то концов?! — сердито спросила она.
— Кристин, скажите, когда у вас должна была начаться менструация?
— Господи, да какое это имеет отношение к моему обмороку! Я просто
перенервничала... лучше дайте мне что-нибудь успокоительное и оставьте в
покое!
— Вы не ответили на мой вопрос.
— Хорошо, у меня задержка на неделю! И что вы этим хотите
сказать? — спросила Кристин и осеклась. — Нет, доктор... то есть
я, конечно, была бы рада, но не сейчас!
— Это случилось именно сейчас, Кристин. Господь сам решает, когда и
кому. Вы можете только благодарить его за этот дар.
— Не знаю, дар ли это...
— Не говорите так! Нет большей радости, чем рождение ребенка, пусть
даже и непланируемого.
— Да уж, представляю, как Эрик удивится!
— Я не знаю, почему вы решили вернуться домой, но лучше бы сейчас вам
позвонить мужу и вызвать его сюда. В том, что вы ждете ребенка, у меня нет
ни капли сомнения. Хотя стоит сдать анализы.
— Боже, ну почему сейчас-то?! Почему еще вчера я не подумала о том, что со мной что-то не так?!
— С вами все просто отлично, и если эта беременность будет проходить
так же хорошо, как и первая, у меня не будет работы. А сейчас вам лучше
всего поспать. Даже мужу радостную новость можно сообщить позже.
— Да-да, доктор, спасибо, — пробормотала Кристин и поспешила
сделать вид, что она действительно собирается спать.
Но сон не шел к ней. Теперь к ее проблемам прибавилась еще одна.
Да что же это такое?! — сердито думала Кристин, стараясь не
расплакаться. Все мои мужья выставляют меня за порог с ребенком на руках!
Хотя от Эрика я ушла сама, да и ребенка еще нет. Может быть, мне стоит...
Кристин замотала головой, не в силах даже додумать эту мысль.
Нет, ни за что! У него уже начало биться сердце, буквально еще пара дней, и
появится своя система кровообращения. Нет, я не смогу. Но и Эрику ничего
говорить не буду. Пока. Пусть подумает о том, что он натворил.
Кристин плотнее завернулась в одеяло и уже начала засыпать, как в дверь тихо
постучалась миссис Эствей.
— Да! — отозвалась Кристин.
— Вам пришел толстый пакет. Я не знаю, что там, но мне кажется, что-то
важное... Вы сейчас посмотрите или откроете утром?
Кристин очень хотелось сказать, что она займется почтой утром, но она
понимала, что миссис Эствей права: просто так толстые конверты не приходят.
— Если это реклама... — пробормотала Кристин, усаживаясь на
постели и вскрывая конверт.
Она пробежала глазами первые строчки и почувствовала, что сейчас снова может
потерять сознание. В конверте лежали документы на развод, уже подписанные
Эриком. И записка:
Я понял, что любовь нельзя купить
.
— Значит, ты все же решил от меня избавиться? — нервно
посмеиваясь, прошептала она. — Хорошо, значит, мы с тобой расстанемся,
но подписывать я ничего не буду. Тебе еще придется поискать меня, Эрик
Маккилдон!
Кристин аккуратно положила документы обратно в пакет, оставив записку.
Просидев несколько минут в нерешительности, она дернула сонетку, зовя
прислугу.
На ее зов пришла миссис Эствей.
— Что случилось?
— Мы с Робби улетаем в Лондон первым же рейсом. Подготовьте машину и
багаж.
— В какой Лондон? — непонимающе спросила миссис Эствей.
— В тот, который в Великобритании. Мне больше нечего здесь делать, и
мне надоели мужчины, которые пытаются все решить за меня. Я уезжаю. Хватит.
Впервые в жизни миссис Эствей не решилась спорить со своей молодой хозяйкой.
12
— Как уехала? — ошеломленно спросил Эрик.
Миссис Эствей развела руками.
— Велела собрать вещи и улетела первым же рейсом.
— Но почему?!
— Она сказала, что больше не желает зависеть от мужчин, которые все
решают за нее.
— Куда она поехала?
— Я не могу вам сказать.
— Я ее муж, я имею право знать!
Экономка вдруг начала грозно наступать на растерявшегося Эрика.
— Если бы вы были для нее настоящим мужем, ей не пришлось бы собирать
среди ночи вещи и ехать неизвестно куда с маленьким ребенком на руках. Я не
знаю, что у вас там произошло, да мне и не положено это знать, но хочу
сказать только одно: для Кристин честь важнее всего, и, что бы вы там ни
думали и ни говорили ей, она ни за что не станет пресмыкаться и о чем-то
просить!
— Но... я же...
— Да, она просила передать вам вот этот пакет, если вы вдруг появитесь.
Эрик сразу же узнал документы на развод.
— Я так надеялся, что он не дойдет... — пробормотал он.
— Как я поняла, Кристин собралась уезжать после того, как получила эти
бумаги.
— Миссис Эствей, вы же знаете, я люблю Кристин! Мы поссорились,
серьезно поссорились. И сейчас я понимаю, что виноват в этом. Но мне нужна
Кристин! Я не могу жить без нее. Скажите, куда она поехала? Вы же знаете!
Взгляд миссис Эствей немного смягчился.
— Простите, мистер Маккилдон, но я не могу сказать вам. Мисс Кристин
просила меня никому не говорить, и особенно вам. Может быть, ей нужно побыть
одной и во всем разобраться.
— Нет, она просто убежала от меня.
— Не только от вас. Вчера вечером приходил мистер Локнер. Как я поняла,
он пытался заставить мисс Кристин выйти за него замуж, а она отказалась и
выставила его вон. Довольно грубо, должна признать, но этот нахал иного
обращения и не заслуживает!
— Кажется, пришла пора разобраться с мистером Локнером! — сказал
Эрик таким тоном, что, если бы Адам слышал эти слова, он, ни минуты не
раздумывая, уже мчался бы в аэропорт, чтобы спрятаться где-нибудь на Аляске.
— Да, этот негодник довел мисс Кристин до обморока! Она вчера слишком
много пережила, и, мне кажется, ее побег был просто истерикой. Если бы вы
смогли найти ее... Женщины любят победителей. Подумайте об этом, сэр.
— Я готов идти за Кристин хоть на край света. Нет, я даже готов ползти
за ней на коленях, только бы она вернулась ко мне. Она и Робби. Мой дом
стоит пустой и одинокий без них. Я не могу ни спать, ни есть, я даже думать
не могу! Каждый миг я вижу перед собой лицо Кристин... я больше так не могу!
Так помогите же мне, миссис Эствей! И я дам вам слово, что никогда больше у
Кристин не возникнет даже тени мысли о том, чтобы уйти из нашего дома.
— Я охотно верю вам, мистер Маккилдон, но я уже дала слово мисс
Кристин. Я ничем не могу вам помочь. Максимум, если она вдруг позвонит мне,
я могу сказать ей, что вы приходили, и передать ваши слова.
— Это будет уже немало, миссис Эствей. Спасибо вам.
Эрик повернулся и пошел по дорожке прочь. Миссис Эствей внимательно смотрела
на его опущенные плечи, будто придавленные каким-то тяжелым грузом.
Взрослые люди, а ведут себя, как неразумные дети! — думала она, смотря
вслед Эрику. Ведь любят же друг друга, это и слепому видно. Я уже
раскаиваюсь в том, что дала Кристин слово. Мне так хочется ему помочь! Но я
не могу. Хотя...
— Эй, мистер Маккилдон! — окликнула она Эрика.
— Что? — Он резко развернулся и пристально посмотрел на экономку.
— Я дала мисс Кристин слово ничего не говорить о том, куда она уехала,
но вряд ли она взяла обещание молчать с водителя... Его зовут Макс Рабовски.
Идите и поговорите с ним. Кажется, он должен быть сейчас в гараже, сегодня
его смена. Идите и помните: женщины любят победителей!
Эрик расцвел в улыбке. Наконец-то у него появилась надежда.
Водитель оказался молодым парнем, и он с подозрением отнесся к просьбе Эрика
рассказать о том, куда он отвез этой ночью свою хозяйку. Но как только Эрик
объяснил ему, что просто поссорился с женой и теперь хочет перед ней
извиниться, Макс охотно принялся рассказывать.
— Хозяйка очень торопилась, буквально заставляла меня нарушать правила!
— Надеюсь, ты этого не делал?
— Да что я, самоубийца, что ли? — Макс, кажется, собрался
обидеться, и Эрик поспешил исправить свою ошибку:
— Я всегда говорил, что отличный водитель не станет рисковать просто
потому, что пассажир торопится.
— Именно! — веско заметил Макс. — Так вот, хозяйка очень
спешила в аэропорт. Она постоянно повторяла, что мы должны успеть на рейс в
три тридцать пять, как вы понимаете, ночи. Я очень торопился, но вел
аккуратно, поэтому мы не просто успели, мы даже приехали чуть раньше!
— А что-нибудь еще она говорила?
— Да нет, все больше смотрела в окно. Знаете, так смотрят люди, которые
прощаются с дорогими местами. Мне показалось, что она не собирается
возвращаться. Так что вы бы поторопились. Наша хозяйка — красавица, могут
увести.
Он весело подмигнул Эрику.
— Спасибо тебе, Макс, ты очень меня выручил. Я теперь хотя бы знаю,
откуда начинать!
Эрик стрелой полетел в офис и принялся названивать в аэропорт. Уже через
двадцать минут он знал, что Кристин улетела в Лондон.
Вот уже почти три месяца Эрик безуспешно пытался отыскать хоть малюсенький
след жены. Но после ее приземления в аэропорту Лондона ничего точно известно
не было.
Эрик не мог сам искать Кристин и решил доверить поиски детективу. Но время
шло, а никаких известий не было. Эрик уже начал терять терпение, как вдруг
раздался долгожданный звонок из Англии.
— Кажется, мы нашли вашу пропажу, мистер Маккилдон!
Эрик был готов немедленно ехать к Кристин, но, поразмыслив, решил, что
сначала должен узнать все. Он не хотел, чтобы Кристин вернулась сюда, а этот
мерзавец Локнер вновь начал ее преследовать. Эрик должен был узнать, что
Адаму было нужно от его жены.
Эрик встал из-за стола и стремительно вышел из кабинета.
— Куда вы, мистер Маккилдон? — спросила его верная помощница
Сэнди.
— Мне нужно решить одну загадку. Закажите мне билет на ближайший рейс
до Лондона. Кажется, он в три тридцать пять ночи. Да, если будет звонить
Барбра, меня нет и не будет ближайшие двести лет!
Первое время, после того как новость об исчезновении Кристин облетела весь
город, Эрик даже с радостью отнесся к звонкам бывшей любовницы. Ему очень
нужен был добрый и понимающий человек. Но постепенно разговоры о его разрыве
с женой сошли на нет, а общение с Барброй приняло характер ежевечерних
бесед. И все чаще она вспоминала о том, как им было хорошо вдвоем. Хотя Эрик
прекрасно понимал, что никогда им не было по-настоящему хорошо, так, как ему
было хорошо с Кристин.
Он уже даже начал подумывать о том, что Ричард был прав, когда утверждал,
будто Барбра хочет восстановить отношения с ним.
Но сейчас ему было не до желаний бывшей любовницы. Эрик должен был
поговорить с Локнером, заставить его признаться во всем. И он, не
раздумывая, отправился к Локнеру домой. Чутье не подвело его: Адам оказался
дома.
— Вот так встреча! — ошеломленно сказал Адам, увидев на пороге
Эрика. — С чем пожаловали, мистер Маккилдон?
— Не могу сказать, что меня эта встреча радует. Мне нужно поговорить с
вами, Локнер.
— О чем же?
— О том, зачем вы инсценировали роман с моей женой.
Адам ошеломленно посмотрел на него. Он даже представить не мог, что мужчина,
заставший свою жену в постели с другим, может поверить ее словам.
— Да, я верю Кристин, — спокойно сказал Эрик. — И у меня есть
доказательства.
— Это какие же?
— Хотя бы то, что вы были одеты.
— И что?
— Мне нужно знать, зачем вы это сделали, Локнер. Если вы
...Закладка в соц.сетях
