Жанр: Любовные романы
Матрица Manolo
...мя!
— Ты уверена, что там ничего нет?
— Абсолютно!
— Вы думаете, что ваша подсказка спрятана в вазе? — спросил Шон, оглядываясь через плечо.
— Ничего лучшего нам в голову не приходит, — ответил
Девлин. — Но такое впечатление, что там пусто. Вы не против, если я ее
сниму и посмотрю получше?
— Если сможете снять, пожалуйста. Девлин открыл складной ножичек,
достал из него отвертку и занялся металлической полоской, которая удерживала
вазу на месте.
— Черт подери, приделано намертво, — сказал он, пыхтя от
усилий. — Так, кажется, немножко ослабил кольцо. Попробуй вытащить
вазу.
Я встала на переднее сиденье, схватила вазу за верхнюю часть и потянула.
Вытащить ее мне не удалось, но она пошевелилась у меня в руках, и это
придало мне уверенности. Девлин еще немного повозился с отверткой, пока я
изо всех сил дергала вазу, и наконец она оказалась у меня в руках.
Девлин тут же выхватил ее у меня, перевернул вверх дном и с силой ударил о
свое бедро. Я смотрела на него, ничего не понимая, но уже в следующий миг
испытала облегчение, когда из вазы вывалился какой-то предмет цилиндрической
формы, завернутый в клейкую ленту.
— Дерьмо собачье, — сказала я. — Давай сюда. Он протянул его
мне, и я использовала свои великолепные ногти с пользой для дела — испортила
лак, зато сумела снять липкую ленту. Я не сразу поняла, что передо мной
маленький стаканчик из клуба
Джекил и Хайд
, довольно вульгарного
ресторана, расположенного в нескольких кварталах от Центрального парка.
Внутри, под шариком из ваты, лежала розово-белая капсула, наполненная
крошечными гранулами.
Я вытряхнула ее на руку и посмотрела на Девлина.
— Похоже на антигистаминный препарат. Только не говори, что мы все это
время пытались спасти меня от приступа сенной лихорадки.
— Я знаю, что ты нервничаешь, — сказал он. — Глотай капсулу.
Мы разговаривали очень тихо, так что вряд ли Шон нас слышал. Более того, я и
не хотела, чтобы он услышал, а это означало, что мне приходилось
сдерживаться, чтобы не завопить от отчаяния, страха и целой кучи других
эмоций, которым нет названия. Проблема состояла в том, что я страдаю от
необычной фобии: я боюсь лекарств, и мысль о том, что мне нужно проглотить
пилюлю неизвестного происхождения, приводила меня в ужас. Такой сильный, что
меня могло вырвать. А тогда пользы от капсулы не будет никакой.
— Просто проглоти эту проклятую штуку, — велел Девлин.
Именно. Конечно. Чего тут сложного? Я уже почти уговорила себя сделать это,
когда обнаружила, что мы вернулись на площадь.
— Вот мы и дома, — проговорил Шон и натянул поводья.
Я поймала взгляд Девлина и кивнула. Несомненно, он хотел сказать:
Давай
выйдем из повозки, отойдем в сторонку, и ты сможешь спокойно проглотить
противоядие
. Несмотря на необычную ситуацию, на сердце у меня потеплело.
Мне еще никогда не доводилось вот так, без слов, понимать другого человека.
Интересно, в чем тут дело? В Девлине? Или просто обстоятельства сложились
необычным образом?
Как бы то ни было, Шон слез со своей скамьи на землю и предложил мне руку. Я
приподнялась с сиденья, собираясь воспользоваться его помощью. В этот момент
я автоматически окинула взглядом толпу у него за спиной, состоящую из
туристов и горожан, пришедших покататься или поглазеть на лошадей. Когда Шон
взял меня за руку, я увидела совсем неподалеку в толпе отблеск светлых
волос. Люди немного расступились, и моему взору предстали велосипедные шорты
и топик из лайкры — иными словами, девушка на роликах, которую мы встретили,
когда катались в парке.
Она подняла голову, я взглянула ей в лицо, и мир вспыхнул у меня перед
глазами ослепительно алыми красками. Девушка-Птица!
И, господи помилуй, она держала в руке пистолет!
— Девлин! — взвыла я и пихнула Шона в грудь.
Он упал на асфальт в тот самый момент, когда из пистолета вылетела пуля,
чудом не задев Девлина, который успел броситься на пол повозки.
Я вскрикнула и отпрянула назад, а толпа бросилась врассыпную, давая Девушке-
Птице возможность сделать новый выстрел.
Впрочем, мы не стали его дожидаться.
Я забралась на сиденье возницы, схватила поводья и заорала:
— Вперед!
Не похоже на лошадиный язык, но Епископ меня понял и выскочил на улицу.
Раздался треск дерева — это пуля угодила в боковую часть экипажа.
Меня подбрасывало на ухабах, и я то и дело вскрикивала, пока Епископ из
последних сил несся к Пятой авеню.
Я даже не успела заметить, когда Девлин оказался рядом со мной.
— Она сзади, — сказал он. — На своих проклятых роликах.
— Она нас догонит! — завопила я. — Нам же некуда деться.
Епископ не слишком маневренный транспорт.
Девлин забрал поводья у меня из рук и остановил лошадь.
— Идем, — сказал он и вытащил меня на землю. Затем он схватил за
плечо какого-то прохожего и бросил ему поводья. — Это лошадь Шона. Он
сейчас будет здесь. — А мне он крикнул: — Беги!
Я не стала возражать и припустила вперед что было сил. Девлин не отставал.
На Пятой авеню всегда полно народу, и, хотя Девушка-Птица стреляла в
Девлина, когда рядом были лошади, сомнительно, чтобы она решилась на такое
среди людей. В парке она имела возможность хорошенько прицелиться. Здесь же
вполне могла попасть в какого-нибудь туриста. Более того, ее обязательно
схватил бы какой-нибудь прохожий, мечтающий стать героем. Я не знала, кто
она такая, эта Девушка-Птица, но дурой она не была. Это я уже поняла.
И надеялась, что это даст нам определенное преимущество.
Всего через один квартал в боку у меня закололо и я начала задыхаться.
— Я не слишком... хорошо... бегаю, — с трудом прохрипела я.
— Не останавливайся, — крикнул Девлин. Этот поганец даже не
запыхался!
Я сделала вдох и, чуть притормозив, оглянулась. Примерно в квартале позади
нас я заметила вспышку светлых волос, быстро перемещавшихся в нашем
направлении. Проклятье!
— Давай сюда, — крикнула я и потянула Девлина на 54-ю улицу, где
мы вскоре оказались перед магазином
Маноло Бланик
. — Внутрь, —
сказала я, не дожидаясь ответа. — Там есть задняя дверь. Нам нужно
попасть в служебное помещение.
Я узнала о существовании задней двери, когда там работала подружка Брайана.
Она устроила для меня чудную экскурсию и показала все закоулки и скрытые от
глаз посетителей места. Было здорово! К несчастью, она перебралась в Лос-
Анджелес прежде, чем я успела подбить ее на то, чтобы воспользоваться ее
карточкой служащей фирмы и купить обувь со скидкой.
Магазин
Маноло
очень современный, очень чистый и сверкающий. А в столь
ранний час здесь еще было довольно пусто. Сказать, что мы, покрытые потом,
задыхающиеся и растрепанные, выпадали из общей картины, значит не сказать
ничего.
Однако молодая продавщица даже глазом не моргнула, увидев нас. Она подошла к
нам, улыбнулась и спросила, чем может нам помочь.
Я уже собралась спросить про туалет — больше мне ничего в голову не
пришло, — когда Девлин сделал шаг вперед и указал на три разные пары
туфель.
— Ее размера, — заявил он. — Если можно, упакуйте их и
отложите, а мы придем за ними завтра.
Девушка все-таки моргнула, но спорить не стала. Только вопросительно
взглянула на меня.
— Восьмой размер, — сказала я.
— Вот. — Девлин открыл бумажник и вытащил большую пачку
денег. — Понимаете, моя бывшая жена почему-то невзлюбила мою
невесту. — Он обнял меня за плечи и прижал к себе. — Мы не могли
бы выйти через заднюю дверь? А если вы ее увидите, не говорите, что мы здесь
были. Я буду вам очень признателен. Очень признателен, — со значением
добавил он, засовывая бумажник в карман.
— Разумеется, сэр. Идите вон туда, сэр. Она показала на заднюю дверь, и
мы поспешили туда.
Когда дверь закрылась за нами, я услышала звон колокольчика, возвестившего,
что пришел новый покупатель. Я не могла знать наверняка, что это Девушка-
Птица, но почему-то сомнений у меня не было.
Мы прибавили шагу, вышли на аллею и поспешили на Америка-авеню. Девлин
поймал такси, и я, оглянувшись в последний раз, забралась внутрь.
Слава богу, Девушки-Птицы нигде не было видно.
Глава 40
ПТАШКА Я останавливаюсь, мокрая от пота и задыхающаяся. Туристы, прогуливающиеся по
Пятой авеню, опасливо поглядывая на меня, расступаются, давая мне дорогу.
Мой пистолет прижат к бедру, но теперь я открываю рюкзачок и убираю его
внутрь. В данный момент он мне больше не понадобится.
Я упустила добычу.
Я разочарована и злюсь на себя за новое поражение. Но помимо этого, как ни
странно, я испытываю возбуждение. Мои враги оказались не столь просты, как я
думала. И это, должна признать, заводит меня еще сильнее.
Разумеется, приходится согласиться, что я сама в какой-то степени виновата в
очередном провале. Я не ожидала, что маленькая сучка меня узнает. В конце
концов, прошло несколько дней с тех пор, как она меня видела, и теперь
приходится только пожалеть, что я купила туфли, на которые она положила
глаз. Ничто не живет так долго в сознании женщины, как победа соперницы на
арене магазина.
С другой стороны, должна заметить, что прежде я еще не оказывалась в
ситуации, когда моя Жертва знает, что я веду на нее охоту. Это все меняет,
и, возможно, мне следует изменить методы.
Впрочем, ничего страшного. Игра в самом начале, и я легко отыщу свою Жертву.
Поскольку полиция наверняка прибудет на место происшествия, я стараюсь
убраться подальше от него и перехожу на Мэдисон-авеню. Я снимаю ролики и
надеваю тапочки, которые лежали у меня в рюкзачке. Только после этого я
достаю свой карманный компьютер и включаю его. Затем открываю следящее
устройство и жду, когда оно заработает. Загрузка заканчивается, но картинки
нет. Никакого сигнала. Крошечная точка на экране не показывает, где
находится Девлин.
Настроение у меня ухудшается еще больше.
На щеке начинает подергиваться мускул, и я приказываю себе не впадать в
раздражение. В конце концов, я ведь люблю трудности.
Но когда я иду по Мэдисон, держа в руке ролики и зная, что в рюкзачке у меня
лежит пистолет, я вынуждена признаться самой себе, что это не совсем так.
Дело в том, что я терпеть не могу проблем и неудобств.
И вообще я ненавижу, когда мне мешают одерживать победу.
ДЖЕННИФЕР — Она меня пометила, — сказал Девлин, поймав мой взгляд, когда мы
ехали в такси по оживленным улицам в сторону Таймс-сквер.
— Со мной она поступила не лучше, — сказала я. — Но если
честно, мне хочется употребить гораздо более сильное выражение.
— Ты не поняла. Она нацепила на меня
жучка
. Такое электронное
устройство для слежки.
Я так и подскочила.
— Что? О чем это ты говоришь?
Но Девлин не стал отвечать. Вместо этого он высыпал на колени содержимое
своего бумажника, оставил только водительские права и деньги, открыл окно и
выбросил остальное на улицу.
— Девлин!
— Ты приняла противоядие?
— Я... нет. Еще не приняла.
— Сейчас половина десятого. Быстро принимай. Оно должно начать
действовать.
— Ты и правда думаешь, что я должна его принять? Я даже не знаю, что
там внутри. И кстати, прекрасно себя чувствую. Что, если со мной все в
порядке, а эта штука меня отравит?
— Не думаю, что в этой игре такое допустимо. Вспомни: Мел приняла
противоядие, и с ней все было хорошо.
— Да, конечно. Я знаю. Только мне страшно. И вдруг я вспомнила, как мы
были в
Бергдорфе
и как Девушка-Птица крутилась неподалеку от меня, вроде
бы следила за мной и даже купила туфли, чтобы меня разозлить, а потом
выбросила их.
А еще она на меня повалилась.
— Девлин, — сказала я, поворачиваясь к нему правым боком. —
Посмотри сюда.
Он провел пальцем по красной отметине на внутренней поверхности моей руки,
чуть выше локтя.
— Что это?
— Она налетела на меня в воскресенье и оцарапала кольцом. Я и забыла об
этом. Ты думаешь...
— Да, думаю.
— Она все рассчитала по времени. Когда она меня встретила, то
постаралась устроить все так, чтобы яд начал действовать сегодня в десять
утра.
— Глотай эту дурацкую пилюлю, — приказал Девлин.
И, да поможет мне Бог, я ее проглотила.
ДЕВЛИН Затаив дыхание, Девлин наблюдал, как Дженн закрыла глаза и проглотила
капсулу. Она застыла без движения, и Девлин вдруг понял, что у него
перестало биться сердце. Он взял ее за руку.
— Дженн! Проклятье, Дженн! Скажи что-нибудь!
— Мм, — пробормотала она. — Со вкусом вишни.
А потом открыла глаза и улыбнулась ему с лукавым видом.
— Черт побери! Я уже подумал...
Он схватил ее за плечи и притянул к себе.
Она обняла его, и он позволил себе забыть обо всем на свете на одно короткое
мгновение, когда жизнь вдруг начала казаться ему прекрасной. И настоящей.
Наконец он отодвинулся, продолжая держать ее за руки, чтобы хорошенько
рассмотреть.
— Ты в порядке? — спросил он. — Действительно в порядке?
— Думаю, да. В капсуле запросто мог быть какой-нибудь хитроумный яд
замедленного действия. Но я чувствую себя прекрасно.
Девлин ничего не мог с собой поделать. Он снова обнял ее и прижал к себе.
— О Девлин, я и не знала, что так тебе нравлюсь.
В ее голосе прозвучали шутливые нотки, но под кажущейся легкостью скрывался
вопрос. Вопрос, на который он почувствовал себя обязанным ответить.
— Ты мне нравишься, — сказал он. — Очень нравишься.
На этот раз Дженн сама отодвинулась и принялась изучать его лицо своими
зелеными глазами. Судя по всему, то, что она увидела, ее удовлетворило,
потому что она лишь коротко кивнула.
— Она чуть не всадила пулю тебе в голову.
— Я знаю, — сказал он. — Спасибо тебе.
— Я всего лишь делаю свою работу.
— Ты отличный Защитник, — заявил он.
— А мне казалось, что ты не нуждаешься в защите.
После этих слов он не мог смотреть на нее. Когда вчера она ворвалась в его
жизнь, он и в самом деле считал, что будет лучше, если его настигнет пуля
Убийцы. Но теперь...
Что ж, теперь все изменилось. В какой-то момент их метаний по Манхэттену он
начал оживать. Дженн, конечно, спасла его от пули, но самое главное — она
вернула его из страны мертвых. Да, вначале он всего лишь собирался помочь
ей, но сейчас ему снова хотелось жить. Он знал, что сделает все, чтобы
спасти ее и себя. А еще он мечтал о мести. Ему не терпелось расплатиться с
сукиным сыном, который дергает за веревочки.
Однако Девлин не знал, как ей все это объяснить, поэтому просто сказал:
— Я передумал.
Он продолжал смотреть в окно, но чувствовал, что Дженн наблюдает за ним. Она
придвинулась к нему, так что их бедра соприкоснулись, и взяла его за руку.
— Хорошо. Слушай, Девлин, мы ведь вернемся и заберем те туфли?
— Конечно, черт подери, — ответил он. — Выбросить на ветер
такие деньги — настоящее безумие.
— Здорово.
Он услышал в ее голосе облегчение и едва сдержался, чтобы не фыркнуть.
— С другой стороны, — проговорил он, чтобы немного ее
подразнить, — ты не сама их выбирала. Может, они тебе и не нравятся
вовсе. Тогда черт с ними.
Она быстро повернулась к нему.
— Думай, что говоришь, Девлин! Это же
Маноло
. Разумеется, они мне
нравятся.
— Все?
— Каждая великолепная, роскошная, прекрасная пара.
— Господи, как это по-женски.
— А я и есть женщина.
Девлин демонстративно принялся ее разглядывать, наслаждаясь тем, как румянец
заливает ее щеки.
— Да, я заметил, — проговорил он наконец. Если она и хотела
сказать в ответ что-нибудь очень умное или, наоборот, очень легкомысленное,
то не успела, потому что они приехали на Таймс-сквер.
— Где здесь остановиться? — спросил водитель.
— У Эмпайр-стейт-билдинг, — ответил Девлин.
— Послушай, приятель! Ты говорил, что я должен доставить вас сюда.
— Чем ты недоволен? Я ведь плачу деньги.
— Дерьмо, — пробормотал водитель, но поехал дальше.
— Куда это мы? — спросила Дженн.
— Сейчас мы просто стараемся не стоять на месте. Нам нужно подумать.
Если мы будем двигаться, она не сможет нас найти.
— А что ты имел в виду, когда сказал, что она подсунула тебе
жучка
?
— Видимо, она что-то успела на меня нацепить. В бумажник или на
ботинки. Вряд ли на одежду, потому что как она могла узнать, что я надену?
— Я не понимаю, о чем ты? — спросила Дженн. — И как? Ради
всех святых, как она могла подобраться к твоим вещам и оставить
жучка
?
Он не ответил. Не мог заставить себя сказать это вслух. Не хотел открывать
правду — ни себе, ни тем более Дженн.
— Девлин? — не отставала она.
Когда он наконец ответил, в его голосе прозвучало отвращение к самому себе.
— За пару ночей до того, как я тебя встретил, я снял ее в баре. И
переспал с ней.
ДЖЕННИФЕР — Ты с ней переспал, — повторила я, словно проверяя эти слова на
ощупь. — Ты спал с женщиной, которая пытается нас прикончить?
— Похоже на то.
— Ну и ну.
И что мне теперь с этим делать? Я не знала. Умом я понимала, что он вполне
мог снять какую-нибудь девчонку в баре и трахнуть ее. Не слишком
политкорректно, но у каждого бывают в жизни такие моменты. Мне ведь
известно, что он был в депрессии. Я и сама однажды переспала с каким-то
парнем из бара после того, как провалила свое первое прослушивание в Нью-
Йорке. Не могу сказать, что воспоминания о той ночи вызывают у меня
гордость, но это было.
Так что, пожалуй, я его понимала. Но это не имело никакого значения. Я была
возмущена. Нет, думаю, я его ревновала.
— Почему ты это сделал?
— Потому что я идиот, вот почему.
Он провел рукой по волосам, и я поняла, как он расстроен. Этот человек
привык держать свои эмоции под контролем. Но он был выбит из привычной колеи
мощным ударом обстоятельств. Как ни странно, мне стало легче.
— Девлин...
Я потянулась к нему и, взяв за руку, несколько мгновений удерживала, но он
вырвал ее.
— Не делай этого. Ладно? Просто не делай, и все.
Ну и черт с тобой! Я наклонилась вперед и постучала по плексигласовой
перегородке.
— Остановите, пожалуйста, здесь.
Такси остановилось. Девлин и ахнуть не успел, как я схватила его телефон и
швырнула в ближайшую урну. Затем я вошла в магазин и купила новый телефон,
из тех, за которые нужно платить наличными. Когда я вернулась в машину,
Девлин посмотрел на меня, и на его губах промелькнула улыбка.
— Ты решила взять командование на себя?
— В каком-то смысле. Это же моя работа, верно?
— Спасибо.
— За что? За телефон?
— За то, что спасла мою задницу. Если бы ты тогда не увидела Убийцу,
она бы меня прикончила.
— Эй, ребята, вы по-прежнему желаете к Эмпайр-стейт?
Я покачала головой.
— Знаете что? Мы выйдем здесь. — Я потянула Девлина за
рукав. — Идем. Мне уже до смерти надоело кататься в такси. Давай поищем
Стар-бакс
и перегруппируем наши силы.
Поскольку это Нью-Йорк, нам потребовалось всего три и семь десятых секунды,
чтобы найти кофейню. Клянусь вам, они размножаются быстрее, чем кролики. Мы
вошли, сделали заказ, а затем уселись за столик у окна, но так, чтобы мы
могли видеть улицу, а прохожие нас — нет.
— Так что мы будем делать дальше? — спросила я, когда нам принесли
заказ: мне — кофе с молоком, ему — фраппучино.
— Будем разбираться со следующей подсказкой, — ответил он. —
Будем продолжать игру. — Он кивком показал на мобильный телефон,
который я положила на стол. — Снова позвоним Брайану и сообщим, по
какому номеру он сможет нас найти.
Он больше ничего не сказал, но я все равно услышала: если он еще жив. Я
решила не думать об этом.
— Полагаешь, она все еще хочет его убить?
— Мне кажется, это не стоит риска.
— Верно, — подхватила я, а потом озвучила вопрос, который мучил
меня с тех самых пор, как мы нашли пилюлю. — А как насчет тебя?
Он даже не стал притворяться, что не понял.
— Я тебе уже сказал: я не позволю этой сучке победить. — Он
улыбнулся. — Кроме того, я всегда могу рассчитывать на твою помощь.
— Ты просто везунчик.
Он потянулся ко мне, взял прядь моих волос и накрутил на палец. Поверьте, я
чуть не растаяла.
— Не нужно недооценивать себя.
— Видел бы ты ту девушку, — сказала я.
— Возможно. Но я сейчас не про это.
— О!
Я почувствовала, что мои щеки заливает краска, и опустила глаза, внезапно
заинтересовавшись крышкой на своем стакане. Если я все правильно поняла, он
переспал с нашей Убийцей, пытаясь справиться со своей болью. Но это не
помогло. И когда я увидела его в первый раз в темной квартире, он
представлял собой жалкое зрелище. Получается, он хочет сказать, что я ему
помогла? И что же это значит для меня — или для нас?
— Дженн?
— Извини. — Я постаралась взять себя в руки. — Я... немного
отвлеклась. Ты же понимаешь. Моей жизни ничто не угрожает и все такое. Но
все-таки мы не на веселой прогулке, верно?
— Верно. Она продолжает на нас охотиться. И если мы не разберемся с
подсказками до того, как она нас найдет, мне придется туго.
— Так почему ты с ней спал? — не сдержавшись, выпалила я,
умудрившись окончательно унизиться.
Я не должна была влюбляться. Не должна была ревновать. Но я влюбилась и
ревновала.
Судя по выражению, появившемуся на лице Девлина, он понял, о чем я думала. И
мне кажется, ему это понравилось. Ну и ладно, только я все равно чувствовала
себя полной дурой.
— Девлин, — сказала я. — Может быть, это важно. Она явно
использовала тебя.
— Она меня использовала. — Он провел рукой по лицу. — Но,
думаю, это справедливо, ведь я тоже ее использовал.
Я посмотрела на него искоса.
— Чтобы забыть.
— Да, чтобы забыть, — согласился он, затем повернулся ко мне и,
клянусь, чуть не прожег меня насквозь взглядом. — Мне казалось, это то,
что нужно. Но это не помогло. И не может помочь. Я лишь почувствовал себя
еще более опустошенным. — Он насмешливо фыркнул. — Не говоря уже о
том, что меня пометили, сделав Жертвой.
— Настоящая лекция о вреде беспорядочных связей, — с иронией
заметила я.
— Не смешно, — сказал он и пожал плечами. — Это не важно.
Сейчас значение имеет результат. Я выбросил бумажник, и у меня больше нет
телефона. Скорее всего, устройство, которое она на меня нацепила, уже попало
на помойку.
— Нужно купить тебе новую одежду, — сказала я. — И ботинки.
Конечно, не такие роскошные, как
Маноло
...
— В первом же магазине, который нам попадется по дороге, — ответил
он. — Меня вполне устроит, если они будут моего размера.
— Господи, как это по-мужски!
— Я мог бы прочесать весь город в поисках идеальных кроссовок для бега,
но сейчас наша главная цель — следующая подсказка.
И тут возникла любопытная проблемка.
— А какая у нас следующая подсказка?
— Не имею представления.
Зато я имела. Неожиданно я совершенно ясно поняла, какой была наша следующая
подсказка. Но хуже всего, я знала, что мы ее потеряли.
ДЖЕННИФЕР — Он у меня был, — сказала я. — Я держала его в руке вместе с
капсулой. А когда началась суматоха, уронила.
Мы вернулись к генералу Шерману и уже минут пятнадцать занимались тем, что
ползали по земле в поисках стаканчика. От напряжения у меня глаза вылезали
из орбит.
— Мы его найдем, —
...Закладка в соц.сетях
