Жанр: Любовные романы
Не забывай
... для того, чтобы
укрепиться в своем решении расстаться с ним.
Стук в дверь прервал беседу, и Себастьян мгновенно схватился за
беретту
,
после чего кивнул Кейт.
— Кто это? — спросила Кейт, глядя на Себастьяна.
— Стефания, кто же еще, идиотка несчастная! — раздался из-за двери
приглушенный голос.
Кейт перевела дыхание. Себастьян указал на соседнюю комнату:
Я буду там
.
Она накинула платье и, приоткрыв дверь, выскользнула в коридор.
— Привет! Как ты провела вчера вечер?
— Восхитительно! Я встретила интереснейшего американца, но Кейт, что ты
там прячешь в комнате? — глаза Стефании осветились догадкой. — Уж
не мужчина ли, а?
— Стефания, не в службу, а в дружбу! Подожди десять минут, и мы
встретимся внизу.
— Хорошо, десять минут я могу подождать, — Стефания наградила Кейт
долгим и внимательным взглядом и пошла вниз в холл.
— Себастьян, что мне говорить ей? Я никогда раньше не держала ее в
коридоре.
— Ничего. Пусть поволнуется, это для нее полезно. А если серьезно, то
чем меньше она будет знать обо мне, тем в большей безопасности будет
находиться. Она, очевидно, пока что вне подозрений, если ее комнату до сих
пор не обыскивали.
— Ты думаешь?
— Уверен. Теперь слушай меня внимательно. Ты убедишь Стефанию в
правдивости своих слов точно так же, как убедишь Дэвида. Так нужно. В
противном случае она может невольно выдать тебя и подвергнуть вас обеих
опасности. Ты способна на это?
— Мне все противно, но я сделаю то, что ты сказал.
— Вот и умница. Ты расскажешь Стефании, какая я грязная и вероломная
тварь.
Кейт покраснела.
— Да, расскажу.
— Прекрасно! Обожаю такие ситуации.
— Себастьян, как можно быть таким бесчувственным?
— Бесчувственным? Ничуть! Мне просто не чужд спортивный азарт, —
он звонко поцеловал ее. — А теперь поторопись, моя радость. Я
выскользну отсюда, а встретимся мы в магазине Жюмо. За оставшееся время я
успею уладить пару небольших формальностей.
— Но куда ты собираешься?
— Да, чуть не забыл, некий Саймон Дристолл остановился в Отель-де-Вилль
в конце деревни прошлой ночью. Но ему очень не хотелось бы, чтобы любезная
мисс Соамс появлялась там под каким бы то ни было предлогом. Если Дэвид
увидит нас вместе, то даже его куриные мозги придут в движение. Но если каким-
то образом это случится, тебе придется сочинить трогательную историю о наших
с тобой отношениях. Но это мало приятно, и я не хотел бы шутить с этим. Ах,
дорогая, как истинные любовники, мы вечно влетаем в какие-то двусмысленные
ситуации. Придется терпеть.
Он засмеялся и стал натягивать брюки. В его изложении все приобретало
шутливый оттенок, но Кейт вновь осознала серьезность ситуации, наблюдая, как
он застегивает на плече кобуру и прячет туда пистолет.
— Ну, давай раскалывайся, Кейт! Что там случилось?
Стефания налила подруге чашечку дымящегося кофе. На лице сценаристки было
написано выражение ожидания.
— Ничего, Стеф! Вечно тебе в голову лезет какая-то ерунда, — Кейт
улыбнулась, изо всех сил стараясь выглядеть невинной.
— Тогда почему ты не пустила меня в комнату? — спросила Стефания,
упирая на конец фразы.
— Просто так. Неужели я, по-твоему, могла привести мужчину после
случайного знакомства? Ты же прекрасно знаешь, что я провела вечер у Жюмо.
— О, замечательно! Правда, мне кажется, ты не в особо хорошем настроении. Как вчерашний вечер?
— Ужасно, — Кейт принялась изучать меню. — А ты? Ты говорила
про какого-то американца?
— О, да, приятный, беспомощный турист, восхищенный местными
ресторанами, с французским практически на нуле. Пришлось прийти на помощь.
— Не сомневаюсь, что ты это сделала безупречно. Представляю, какой
финал.
— Ни в коем случае, Кейт! Все было предельно невинно, клянусь тебе. Как
я могла не прийти на помощь путнику, заблудившемуся в чужом языке. Что бы
там ни было, он вел себя более чем порядочно, а поскольку я была одна, то
подумала: а почему бы и нет?
— Вы договорились о новой встрече?
— Нет. Я, как бы тебе сказать, не имела в виду ничего такого... Ты ведь
меня понимаешь?
— Более чем. Какие у тебя планы на сегодня?
— Ничего особенного. Для меня нет большего наслаждения, чем гулять по
этим местам, по реке, ну, при случае пописать. А ты?
— Мне нужно еще разок зайти к Жюмо, а потом не знаю. Впрочем, у меня
появилась идея. Почему бы тебе не прокатиться на машине вдоль реки, а я
присоединюсь, когда смогу сбежать из гостей.
— Ты так добра, — ухмыльнулась Стефания, внутренне довольная таким
поворотом событий.
Дэвид Рассел в бешенстве ворвался на кухню мадам Шабо, и взгляд его
натолкнулся на Брехта.
— Кой черт тебя погнал следом за Кейт? Тебе полагалось следить, а не
убивать, идиот несчастный! — Дэвид говорил по-французски.
— А я и не собирался убивать. Только попугал, — сказал Брехт,
оправдываясь — Между прочим, ты сам неважно справляешься со своими
обязанностями, когда лично следишь за ней. И вообще, это мне посчастливилось
напасть на ее след.
— Как я мог понять, она была в машине одна, без подруги. Я сделал все,
чтобы избежать ненужных осложнений. По крайней мере, теперь у меня есть
надежный повод добраться до нее лично. Эта девчонка Мэтиссон подтвердит мою
версию от и до. Пока ты приставлен к Кейт, установи, где она бывает, с кем
встречается, понятно? Но ради всех святых, не засветись. Она помнит твое
лицо с Ямайки, и я не хочу, чтобы у нее появился повод для подозрений. Мы,
возможно, еще сумеем выкрутиться, если история Мэтиссон о потерянных
родственниках — правда.
— Но, мсье, она спрашивала о фон Фидлере и записывала имена, —
воскликнула Селентина Шабо, взволнованная до предела.
— Если вы пораскинете мозгами, вместо того, чтобы просто трястись за
свою коллаборационистскую шкуру, мадам, вы вполне сможете сообразить, в чем
тут дело. Если она и вправду разыскивает родственников, то вполне может
поверить, что те были убиты в ходе карательных акций, Барбье не нашел у нее
в комнате ничего, что заставляло бы нас сомневаться в ней. Возьмите себя в
руки, мадам, и бросьте паниковать. Герр Шумана не похвалит вас, если в
результате ваших дурацких инициатив он столкнется с ней нос к носу.
Мадам Шабо вскочила.
— Герр Шуманн был мною очень доволен все эти годы. Он щедро платил мне
за информацию обо всем, что может показаться подозрительным, так что попрошу
вас выбирать выражения.
— Мы ничего не добьемся спорами, — сказал-Дэвид. — Я всего
лишь хочу сказать, что можно наделать кучу глупостей поспешными и
непродуманными действиями. Дайте мне прибрать к рукам Кейт Соамс. В отличие
от вас, я знаю ее. Она не из тех, кто впутывается в подозрительные дела,
можете мне поверить. Я вообще считаю, что это дело не стоит выеденного яйца.
— Мы не можем, оставаться: безмятежными особенно с учетом ее
связей, — твердо; сказал Брехт.
— Не беспокойся по этому поводу. Ее отец был и пока остается у меня в
кармане. И не ты ли упустил того глупого рыболова с Ямайки? В общем, если
слушать вас, не останется времени на основную работу. Не сомневаюсь, что
Кейт тогда использовали в качестве прикрытия — не больше и не меньше. Думаю,
вы просто перепугались за свои шкуры. Но полагаю, мой вояж будет не совсем
бесполезным, если я смогу вернуть Кейт назад. Лучше возьмусь за дело.
Кейт вошла в магазин фототоваров и с облегчением вздохнула: Себастьян уже
был там. Он стоял, наклонившись над прилавком с открытками, кепка надвинута
низко на лоб.
— Кейт! — воскликнул Пьер и обошел прилавок, чтобы звонко
поцеловать в обе щеки. — Это чудесно, что вы вновь здесь и так скоро.
— Во-первых, я должна поблагодарить вас за восхитительный вечер, Пьер.
Во-вторых, я хочу познакомить вас с другом, которому очень доверяю.
Себастьян подошел к прилавку. Мужчины пожали друг другу руки.
— Очень рад, мсье Данн, познакомиться с другом моей кузины.
— Спасибо. Кейт рассказала о вашем гостеприимстве. Но сразу скажу, что
после беседы с вами она находится в немалой опасности. Мы можем поговорить в
более уединенном месте?
Кейт с изумлением уставилась на Себастьяна. Она приготовилась выполнять роль
переводчика, но французский Себастьяна был не менее беглым, чем у нее.
— Что вы говорите, мсье? Кейт в опасности? Тогда нам во что бы то ни
стало надо поговорить. Я закрою магазин на обед, время как раз подошло.
Он закрыл двери и провел их на кухню, где сидели и полдничали Анри и Надя.
Приветственные возгласы, сдвинутые стулья, и вот уже три физиономии
торжественно и выжидающе смотрели на Себастьяна. Тот кратко и сжато объяснил
ситуацию, прерываемый возгласами изумления, особенно в той части, где речь
шла об отношениях Эрнста и Жизель. К концу истории глаза всех троих Жюмо
были в слезах от счастья, а когда Себастьян перешел к проблеме дня, они прямо-
таки зарыдали.
— Просто невероятно! — сказал Анри. — Ужасно. Я ничего не
знал, но если информация до сих пор где-то спрятана, эти люди не остановятся
ни перед чем. Мы должны защитить Кейт. Что мы можем сделать?
— Я думаю, что ключ к месту размещения документов — в самой фотографии.
Вы можете что-то распознать в ней или заметить что-то необычное, что могло
бы дать нам подсказку?
Он вручил Анри фотографию, и тот снова осмотрел ее. Через некоторое время он
поднял глаза и вернул карточку.
— Ничего не замечаю, мсье Я готов поручиться, что на ней снята стена,
ведущая из села на запад, но больше ничего не замечаю. Уж извините.
Надя и Пьер присоединились к этому выводу.
— Ясно, — сказал Себастьян. — Никаких соображений Нам бы хоть
что-то найти, какую-то зацепку, чтобы вытянуть всю веревочку. Если вас, мсье
Жюмо, в то время не было, то, может быть, вы знали кого-то из коллег Жизель,
которому она тогда доверяла.
— Это человек из Ангулема, но он сейчас живет в порядочном отдалении
отсюда. Его зовут Луи Вийе, он плотник. Пьер мог бы отвезти вас к нему после
обеда. Он был связным на линии между Ласточкой и Парижем. Жизель, возможно,
что-то сообщала ему.
— Отлично, — сказал Себастьян с удовлетворением. — Итак, я
могу воспользоваться услугами вашего внука?
— Вез проблем. Он с радостью проводит вас.
— В самом деле, мсье, — сказал Пьер, и его лицо засияло от
удовольствия. — Мы тронемся в путь, как только вы этого пожелаете.
— Кейт, на одно словечко. Прошу простить, мадам, мсье.
Он провел ее через жилые комнаты.
— Дорогая, я не хотел бы, чтобы ты отправлялась со мной. Если за мной
следят, ты можешь подвергнуться ненужной опасности Лучше всего тебе
продолжить свою обычную жизнь. Запираться в номере гостиницы было бы слишком
подозрительным Поэтому оставайся рядом со Стефанией и, ради Бога, не отходи
от нее далеко. Ты сделаешь это для меня? Я вернусь, как только смогу, и сам
отыщу тебя в номере вечером. Ожидай гостя, который будет прятаться в твоих
гардинах. Он улыбнулся ей.
— Себастьян, пожалуйста, возьми меня с собой Я не перенесу ожидания. И
как бы это ни казалось самонадеянным, но я могла бы быть полезной.
— Кейт, вряд ли это прозвучит убедительно, но здесь ты будешь в большей
безопасности, а мне лучше съездить одному.
— Но, может быть, мой инстинкт самосохранения тебя переубедит? Помнишь
машину прошлой ночью. Мне кажется, ее вел Дэвид.
— Я думал над этим. Во-первых, Дэвиду нужно было быть законченным
идиотом, чтобы выделывать такие вещи Если бы его поймали, он имел бы крупные
неприятности с местными властями и с госдепом. Вначале, пока я считал тебя
сообщницей Группы, я подумал, что тебя решили устранить из-за связи со мной,
но это явно не соответствует действительности. Было бы сущим кретинизмом
делать это, не выведав, чем ты занята и что тебе известно. Думаю, это была
авария, несчастный случай. Французы славятся пристрастием к выпивке и
бесшабашной ездой.
— Ты и в самом деле так думаешь, или тебе надо отделаться от меня?
Себастьян улыбнулся.
— Я не дал бы на отсечение голову в подтверждение правильности своих
слов, но если бы они планировали убить тебя, им проще было сделать это до
того, как ты возбудила всеобщее любопытство в деревне. Но не будем искушать
судьбу. Не выходи на улицу, когда стемнеет, и, как я уже сказал, держись
Стефании. Ты будешь ждать моего возвращения, не правда ли, любовь моя?
— Спорить, как я вижу, бесполезно. Только гляди в оба.
— Обещаю, но главная моя проблема — это ты, моя строптивица. Обещай, в
свою очередь, не заниматься в мое отсутствие самодеятельностью.
— Обещаю, — сказала она неохотно. Он посмотрел на нее скептически.
— Никак не пойму, почему я тебе не верю?
— Что ты, Себастьян, разве я давала тебе когда-нибудь повод сомневаться
во мне?
Она невинно улыбнулась. Себастьян прыснул от смеха.
— Боже, и я собираюсь связать себя узами брака на всю жизнь. Запомни,
что я скажу. Держись Стефании. Это очень важно. Если Дэвид внезапно всплывет
на свет божий — расслабься и будь хладнокровна. Сделай все, как я сказал, и
будешь в безопасности. Боюсь, ты собираешься делать что-то по-своему. В
любом случае помни, что он не знает ничего, кроме того, что ты задаешь какие-
то вопросы. Если придется сочинять историю, ориентируйся на его собственные
предположения. Дай ему сказать, что он думает па этому поводу, и
придерживайся правды настолько, насколько диктует здравый смысл. Я не покину
тебя, любимая, не покину, в самом деле, но мне нужно проверить этот след.
Там может всплыть что-то важное, что продвинет наши поиски далеко вперед.
Договорились?
— Договорились. В этом, вероятно, действительно есть смысл.
— Отлично, Теперь я хочу, чтобы ты вышла через черный ход, на случаи,
если за магазином наблюдают, и вернулась в гостиницу окольным путем.
Он быстро поцеловал ее и вышел.
14
Свет солнца заливал луг, он припекал траву, общипанную коровами, и миллионом
звезд рассыпался по поверхности реки. Пенящиеся облака, почти неподвижные в
этот жаркий, ленивый полдень, висели в глубоком синем небе.
Какая мирная, пасторальная, блаженно обыденная картинка
, — подумала
Кейт, выходя из прохладной тенистой аллеи на пастбище. Стефания сидела на
берегу реки, прислонившись к дереву, записная книжка — на колене.
— Прошу без крика, это всего лишь я, — сообщила Кейт и рухнула на
траву.
Стефания быстро оглянулась и внимательно всмотрелась в лицо Кейт.
— Слушай, подруга, ты в порядке?
— О чем ты? Разумеется, в порядке.
— Вид у тебя, прямо скажем, изможденный до предела. Ты уверена, что все
в порядке?
— Нет, в самом деле, все отлично. Это напряжение последних дней, больше
ничего.
Кейт подтянула колени к подбородку и стала смотреть на траву, на тихо
текущую воду, придумывая, что сказать Стефании, не впутывая ее в опасную
ситуацию.
— Знаешь, о чем я думаю? Я думаю, что ты в этом напряжении с тех пор,
как Себастьян проявил себя во всем блеске своей подлости, и пока ты
окончательно не порвешь с ним, никаких улучшений ждать не придется.
— Пожалуйста, Стефания, давай не будем...
— Нет, извини уж, моя милая, давай начистоту. Я слишком долго стояла в
стороне, но сейчас начинаю беспокоиться Я, как помнишь, никогда не
вмешивалась в твои дела, Кейт, но лицезреть и дальше твое саморазрушение я
не могу.
— И что же ты хочешь сказать? — Кейт встала и отвернулась, с
трудом сдерживая улыбку.
— Я хочу знать, какие мысли вертятся в этой кудрявой головушке. Бросай
свое упрямство, Кейт, и выкладывай начистоту.
— Хорошо, Стефания, ты узнаешь все до мелочей, и это будет причудливая,
совсем в твоем вкусе, история. Я его люблю, люблю каждой клеткой своего
существа. Ну, что теперь скажешь?
Стефания уставилась на нее круглыми глазами.
— Как прикажешь это понимать?
— Так и понимай, — Кейт обернулась и скрестила свой взгляд с
глазами Стефании.
— Но, Кейт, как ты можешь любить человека, который так с тобой
обращается, этого чертового шпиона, или кто он там?
— Вопрос по существу, и однажды, я, может быть, смогу ответить на него,
но пока будем исходить из того, что я сошла с ума.
— На это ты способна, но неужели в тебе не срабатывает элементарный
инстинкт самосохранения?
— Понимаешь, Стефи, все очень сложно, но как бы то ни было, все
произошло, и это были чудесные мгновения, не имеющие ничего общего с другими
сторонами его жизни. Так что, не взирая на то, что было раньше, я на
короткое время прикоснулась к чему-то совершенно особому, и не замечать
этого было бы еще большей глупостью. Самое худшее, вероятно, еще впереди, но
в любом случае это будет касаться той части меня, которая любит его.
— О, да, разумеется. Когда мы вернемся домой, я отправлю тебя на
обследование в ближайшую психушку, — Стефания покачала головой. —
Я начинаю думать, а что если я недооценивала Дэвида, может быть, он не так
уж и плох был для тебя? Беседа обретала рискованный характер, но Кейт уже
слишком далеко зашла.
— Может и так. Возможно, мне нужно было развеяться и помочь этой
кудрявой головушке
осознать, какой хорошей парой он был для меня.
— Слушай, ты меня совсем сбила с толку. Итак, ты любишь Себастьяна, но
в то же время изменила мнение о Дэвиде?
— Тебе доводилось влюбляться до безумия, до исступления? Страсть —
пьянящий напиток, и я убедилась в этом на собственном опыте. Но нельзя всю
жизнь сидеть на винной диете, однажды приходится возвращаться на грешную
землю. По крайней мере, я надеюсь, что еще способна на это. А спустившись,
ты обнаруживаешь обыденные вещи на первый взгляд банальные, непреходящую
ценность которых внезапно осознаешь. Так замужняя матрона может закрутить
роман на стороне, понимаешь? Она на время теряет разум, но когда все
проходит, понимает, что больше всех на свете любит своего старого, надежного
мужа. Речь не идет о немедленном возвращении к Дэвиду, но стоит подумать, не
понадобится ли мне в жизни эта надежность, и не слишком ли я поспешно от нее
отказалась из-за легковесных побуждений. Не знаю, поймешь ли ты меня.
— Полагаю, что да. В этом, вероятно, есть какой-то смысл, но я
чертовски запуталась. Впрочем, сама нарвалась. Такое впечатление, что ты все
тщательно обдумала. Ну, коль скоро ты рвешься обратно в объятия Себастьяна
или в его постель, — выбирай сама, что звучит точнее, — стоит ли
мне своим присутствием компрометировать тебя?
— Черт возьми, как великодушно с твоей стороны, Стефи, — сказала
Кейт со смехом. — Не надо тревожиться за меня, ладно? Клянусь, у меня
все отлично! А теперь — молчок! Я хочу капельку вздремнуть.
— Отличная мысль!
Стефания последний раз оглянулась на Кейт, уже растянувшуюся с закрытыми
глазами на одеяле, пожала плечами и вернулась к работе.
Себастьян по знаку Пьера въехал на грязный двор, остановил машину и выключил
мотор
Ну, а теперь за дело!
Они вылезли из машины и пошли по двору, обходя
кур, которые легкомысленно лезли под ноги.
Пьер привел его к старому амбару, ныне использовавшемуся в качестве
столярной лавки. Здесь все было загромождено инструментами, заготовками для
мебели, частью — полусобранной, частью — готовой и аккуратно составленной в
углу. Круглый, краснощекий человек в голубом комбинезоне работал в глубине
помещения, куда через широкое окно проливался свет. Человек поднял голову и
спокойно посмотрел на гостей, очевидно, он привык к приходу клиентов.
— Добрый день, мсье.
Он вышел на свет и нахмурился.
— Пьер Жюмо, если не ошибаюсь? Внук Анри Жюмо?
— Добрый день, мсье Вийе. Вы не ошиблись, а это мсье Данн, мой друг.
— Чем могу быть полезен? Пьер, малыш, ты прямо как снег на голову. Вы
приехали сделать заказ?
— Нет, мсье. Дедушка послал меня к вам по срочному делу.
— Вот как? И оно очень срочное? Что же это за дело, хотел бы я знать.
Столяр явно подшучивал над юношеской горячностью Пьера.
— Мсье Вийе, Пьер сказал правду. Речь идет о вашем сотрудничестве с
Жизель Жюмо во время войны, — лицо Себастьяна было очень серьезным.
Столяр немедленно сменил колкий тон.
— И вы гнали в такую даль, чтобы задавать мне вопросы вроде этого?
— Я из британской разведки, мсье. Жизель Жюмо имела отношение к
документам, которые были утрачены во время войны, и мы пытаемся отыскать их
раньше, чем это сделает герр Карл Эрхардер.
— Как? Этот мерзкий бош? Я-то надеялся, что он подох. Тьфу! —
столяр сплюнул на пол, затем оценивающе оглядел Себастьяна с головы до
пят. — Британская разведка, говорите? Ладно, тогда все в порядке, мсье,
я расскажу все, что знаю, но не здесь. Пойдемте в мой дом, это неподалеку.
Дом столяра располагался на холме, возвышаясь над равниной, где кукурузные
поля чередовались с зарослями подсолнуха. Дом был красив в своей простоте.
Проведя гостей в дом, хозяин поставил три стакана и налил домашнего вина,
молодого и терпкого, отдающего свежим виноградом. Только после этого он
заговорил:
— Разговор, сами понимаете, нешуточный. У меня, как у многих других,
есть свои причины ненавидеть майора Эрхардера. Он приказал убить моего
брата, храброго партизана-маки, без малого за три месяца до окончания войны,
и три дня держал тело на улице для устрашения, пока не разрешил нам забрать
его и похоронить по-человечески. Я бы с радостью взглянул на труп боша, но
об Эрхардере не было ни слуху, ни духу все эти годы. Так чем я могу помочь?
Себастьян кратко изложил суть дела и приготовился ждать. Этот степенный
сельский люд, чьи суждения были столь же глубоки, как и его корни, привык
тщательно взвешивать каждое слово.
Мсье Вийе долго молчал, затем покачал головой.
— Надо же, сколько лет прошло, а я не знал.
— До сих пор ничего не происходило, мсье, так что и причин для
беспокойства не было.
— Я не про это. Видите ли, я видел Жизель в последний раз за два дня до
ее смерти. Это было двенадцатого июня. Она пришла ко мне с новорожденным
младенцем, чтобы переправить его. По ее словам, это был еврейский сирота,
его родителей забрали, но мать ухитрилась спрятать младенца в погребе.
Случай был не такой уж и редкий — через нас прошло несколько таких детей. Но
Жизель была настойчива в отношении одной вещи. Она сунула мне в руку часы и
сказала, что они должны оставаться при ребенке во что бы то ни стало, и мне
пришлось обещать это.
— Она сказала что-нибудь о часах или о чем-то еще? — Лицо
Себастьяна ожило от волнения. — Что-то, что могло бы навести нас на
подсказку.
— Нет, мсье, не припомню. Мне и в голову не приходило искать в этом
смысл. Сообщение о смерти малышки Элен пришло одновременно с известием о
мученической смерти ее матери. Бедная Жизель, она была отважной девушкой.
Они все такие были, эти Жюмо. Гестапо так и не смогло ничего выведать об
оставшихся связных.
— Взгляните на эту фотографию, мсье. Это единственная вещь, от которой
мы можем отталкиваться. Нет ли в ней чего-нибудь, что вы можете узнать, что
дало бы ключ к разрешению загадки?
Потускневшие глаза столяра наполнились слезами при взгляде на лицо юной
Жизель, не дожившей до старости вместе с ними, уцелевшими.
— Я ничего не вижу, — сказал он осевшим от волнения голосом.
— Что же, не удивительно, — тихо сказал Себастьян. — Вы
можете еще что-то рассказать?..
— Ничего, мсье, разве только, .. В тот самый раз она подготовила группу
из четырех человек для переправки через швейцарскую границу возле Лиона. Я
отправил связного к Вертейану ночью тринадцатого, но люди так и не
появились. Он ждал их с десяти до двух утра, а затем ушел, оставаться дальше
было опасно. Это все, мсье.
— Понятно. Это мне мало что говорит. Полагаю, вам неизвестны те люди,
которым Жизель могла доверять, кроме вас, разумеется.
— Не знаю таких, мсье, Я могу понять, почему она
...Закладка в соц.сетях
